Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сборники рассказов - Верой и правдой

ModernLib.Net / Вестерны / Ламур Луис / Верой и правдой - Чтение (стр. 9)
Автор: Ламур Луис
Жанр: Вестерны
Серия: Сборники рассказов

 

 


Малыш размышлял о том, каким образом могла появиться царапина на ремне, но, обратив внимание на неестественную позу мертвеца, в конце концов решил, что, судя по всему, человек был ранен очень серьезно, и не только в ногу.

Рубаха на скелете истлела, и от нее остались лишь одни лохмотья, а на земле среди камней валялось с полдюжины пуговиц, старый складной нож и несколько монет. Тут же притулились и иссохшие высокие башмаки — не такие, как обычно носят ковбои, а с низкими каблуками, типа тех, что в ходу у рудокопов и старателей. Покрывшийся налетом ржавчины револьвер остался на земле поодаль, и Малыш поднял его, убеждаясь, что барабан полностью заряжен.

— Похоже, выстрелить он так и не успел, — задумчиво пробормотал Сэнди. — Ну дела! И что за чертовщина?

Продолжая разглядывать скелет, он заметил между ребрами небольшой кожаный кисет, который покойник, очевидно, носил за пазухой. Поначалу он принял его за булыжник. Жесткая ссохшаяся кожа лопнула, когда он попытался развернуть находку. Внутри кисета оказалась пригоршня камешков, таких же, как и найденный им кусок породы!

Запихнув камни вместе с остатками кисета под валун, Малыш сунул за пояс ржавый револьвер и принялся карабкаться вверх. Выбравшись на скальный карниз, осторожно выглянул из расселины, убеждаясь, что бык уже ушел.

Чалый прял ушами, то и дело всхрапывая, и, судя по всему, вовсе не удивился, заметив, как хозяин выползает откуда-то из-под земли. Второго аркана ковбой не имел, очевидно, веревка так и осталась висеть на бычьих рогах, но только он теперь не думал об этом. Все мысли его сосредоточились на мертвеце со дна расселины.

Проснувшись на следующее утро, Малыш перевернулся на бок и обвел взглядом комнату. Все еще спали, и только тогда он понял, что наступило воскресенье.

Не обнаружив нигде поблизости Уолда, Сэнди отправился прямиком к летней кухне. Над трубой медленно поднималась струйка дыма, так как Чолли Купер, лучший повар в округе, подходил к своей работе со всей ответственностью. Не имело никакого значения, появлялся ли работник раньше или позже других — он всегда с радостью кормил его завтраком. В глубине души Сэнди радовался тому, что ему удалось избежать встречи с Уолдом, он недолюбливал своего угрюмого, вспыльчивого босса.

Компания на ранчо подобралась не из самых приятных, и Купер единственный по-дружески ровно относился ко всем. Джаспер Уолд чаще молчал, а говорил, лишь когда возникала необходимость отдать какое-нибудь приказание или же сделать кому-либо замечание, и тогда в его голосе звучали нотки сарказма. Джаспер, сорокалетний силач, производил впечатление человека, успевшего уже многое повидать на своем веку. Ходили слухи, что за ним числилось не одно убийство. Он держал при себе двоих постоянных работников, вот уже долгое время трудившихся на него: Джека Суорра, вечно небритого здоровенного громилу из Канзаса, и худощавого Датча Швайтцера — немца по происхождению и горького пьяницу.

— Привет, Сэнди. — Чолли приветливо взмахнул рукой с вилкой. — Садись к столу, я сейчас принесу кофе. Что-то рано ты сегодня поднялся.

— Ага. — Малыш пододвинул к себе глиняную чашку. — Хочу проехаться до Форкса. Нужно прикупить кое-чего. Пару рубашек и еще там по мелочи.

Чолли выложил на тарелку два огромных куска вареной говядины и четыре яйца.

— Вот, поешь, — предложил он. — Негоже отправляться за покупками на пустой желудок.

Разливая кофе, Чолли спросил, понизив голос:

— Когда босс вчера увидел, что ты не вернулся вместе с остальными, он прямо-таки позеленел от злости. С чего бы это вдруг?

— Наверное, был просто не в духе. Я вчера погнался за старым быком и потерял аркан. У чертовой скотины один рог, но зато такой, что хватило бы и на двоих быков.

Купер усмехнулся:

— Ты не первый остался без аркана, погнавшись за Стариной Однорогим! Благодари Бога, что сам жив остался.

— Ну и места в той стороне — не пройти, не проехать, — сказал вслух Малыш. — Ты бывал там когда-нибудь?

— Дальше ручья никогда не заходил, да и не имею такого желания. Кроме апачей, в тех краях хорошо ориентировался только один человек — его звали Джим Керлэнд. Он все твердил, что там есть золото, но над ним только смеялись.

— Ранчеро?

— Нет, скорее старатель. До приезда сюда он, кажется, работал где-то на рудниках. Но теперь его, скорее всего, уже нет в живых. Примерно с год назад он уехал куда-то в те края, и с тех пор никто его больше не видел ни живым, ни мертвым. Жена его умерла месяца три-четыре назад, а дочка поступила на работу в лавку Райта, дела на почте ведет.

Джим Керлэнд. Это имя нужно запомнить. Малыш Сэнди знал, что рискует. Убийца Керлэнда — если его скелет он нашел на дне расселины — мог все еще оставаться где-то поблизости, и любое упоминание имени Керлэнда могло навлечь на него большие неприятности. Так что разумней всего умерить свой пыл и действовать с предельной осторожностью.

Малыш Сэнди вовсе не считал себя героем. Он не чувствовал благоговейного страха перед человеком, нацепившим на себя звезду шерифа, и, как и большинство ковбоев того времени, полагал вершимое им правосудие досадным недоразумением, придуманным исключительно для того, чтобы не дать человеку пожить в свое удовольствие. Везде и во всем он поступал по собственному усмотрению, предпочитая разбираться со своими обидчиками по-свойски. Он стыдился обращаться за помощью к кому-то и был твердо уверен в том, что шерифы везде одинаковы.

Его влекло к себе золото. И если где-то находился рудник, столь же богатый золотом, как и найденный им кусок породы, то он и сам не отказался бы прибрать такое богатство к рукам. Еще бы! Ведь разжившись некоторым количеством золота, он обзавелся бы собственным ранчо и занялся разведением коров эмментальской породы, которые дают гораздо больше мяса, чем лонгхорны. Ах, как бы он развернулся, имея в запасе небольшой начальный капиталец!

Приехав в Форкс, ковбой отправился прямиком к лавке Сима Райта, работавшей без выходных в течение всего года. Пить он в тот день не собирался. Малыш Сэнди, высокий стройный юноша с копной светлых волос и кротким взглядом серых глаз, осадил своего чалого перед лавкой, поднялся на тротуар и прошел внутрь.

Поначалу ему показалось, что там никого нет. Затем он заметил девушку, глядевшую на него из-за прилавка.

Сняв шляпу, он подошел к ней.

— Мэм, мне нужна пара рубашек. Нет ли у вас чего-нибудь в клетку? — начал он разговор.

— В крупную клетку? — улыбнулась она в ответ.

— Ага, побольше.

Она выложила перед ним несколько рубашек, одна из которых, в черно-белую клетку, очень смахивала на шахматную доску.

Малыш принялся задумчиво щупать материю и наконец спросил:

— Ваше имя Керлэнд, мэм?

— Это моя фамилия. А так я Бетти.

— А я Сэнди, — представился он. — Обычно меня зовут Малыш Сэнди.

Не без некоторого колебания он сунул руку в карман и вытащил оттуда складной ножик, который тут же положил поверх рубашек.

Лицо девушки сделалось мертвенно-бледным. Подняв на Малыша полные скорби глаза, она прошептала:

— Откуда это у вас?

Он подробно объяснил ей, как все случилось. Она внимательно выслушала его рассказ от начала до конца, ошеломленно глядя на него.

— Вы считаете, что его убили? — спросила она после того, как он закончил. — Почему?

— У него при себе имелись образцы золотой руды, мэм. А ради золота некоторые готовы пойти на все, что угодно. Я сам такой. Давно хотел найти золото и решил, что буду помалкивать об этом, а когда найду жилу, то просто по-тихому застолблю то местечко для себя. Потом я прознал о вас и подумал, что следует вам все же сообщить об отце, чтобы хоть похоронить его по-человечески.

— А кто его убил?

— Откуда же мне знать! Думаю, что если очень постараться, то можно выяснить и это, но вам лучше еще какое-то время помалкивать о том, что его нашли.

— А если я пообещаю молчать, вы найдете убийцу? А я вам за это уступлю этот участок.

— Нет, мэм. Я не смогу принять от вас такую жертву. Мужчины в нашей семье воспитаны иначе. Но я никогда не прощу себе, если тот негодяй, способный так подло убить человека, останется безнаказанным, а поэтому, если вы не возражаете, мэм, я займусь этим в свободное время.

Девушка смотрела на него большими, печальными глазами, и Малыш Сэнди глядел в эти бездонные глаза и не мог оторваться — никогда еще не встречал он такой девушки. А ее губы! Ну просто замечательные губы! Не слишком полные, но и не совсем тонкие. Ему это нравилось. И шея у нее была белой-белой… Она улыбнулась ему. Малыш густо покраснел.

— Вы, наверное, думаете, что я раньше никогда не видел девушек, — смущаясь все больше, произнес он. — Вообще-то, возможно, я и в самом деле никогда не приглядывался к ним. Но ведь они тоже не баловали меня своим вниманием.

— Спасибо, Сэнди.

Всю обратную дорогу на ранчо он думал о том, как прекрасно прозвучало произнесенное ею имя.

Хозяйство «Бар У» располагалось в самом конце долины, совсем недалеко от города. Три загона для скота, неказистая хижина с некрашеными стенами, в которой жили работники, и хозяйский дом с пристройкой, где располагалась кухня, сложенный из необожженного кирпича. Когда Малыш со своими новыми рубашками въехал во двор ранчо, над кухонной трубой поднимался дым.

Расседлав чалого, он направился прямиком на кухню, собираясь выпить кофе. Вся команда собравшихся за столом встретила его молча. Только Чолли, предупреждающе глянул на него. Взяв чашку, Малыш налил себе кофе и направился к столу.

— Где тебя носило вчера вечером? — сурово спросил Уолд, сидевший во главе стола.

— Меня? Просто не повезло. Погнался за этим чертом Однорогим, да потом сам насилу ноги унес. Остался без аркана.

— А тот камень все еще у тебя?

— Тот? — Малыш Сэнди небрежно пожал плечами. — Нет. Я выбросил его. Да и на что он мне? Скорее всего это колчедан или что-то в этом роде.

На этом разговор и окончился, но Малышу отчего-то сделалось не по себе. Ему не нравилось работать на Джаспера Уолда, и чем скорее он подыщет себе какую-нибудь другую работенку подальше отсюда, тем лучше, решил он про себя. В недобром взгляде Уолда угадывалось нечто такое, что наводило его на неприятные размышления.

— Утром, — распорядился Уолд несколько минут спустя, — отправишься на работу к Там-Бьютт.

Малыш с готовностью кивнул, оставляя это решение без комментариев. Район Там-Бьютт находился в шести милях от неудобий, где он вступил в схватку с Однорогим, на другой стороне долины. Что это: расчет или случайность? Что заставило Уолда услать его в другой конец ранчо?

И все-таки на следующий день он скоро понял, что его новое место работы предоставляло ему определенные выгоды. Все утро он трудился в поте лица, успев отловить и привести в устроенный среди гор загон сорок коров, до этого бесхозно блуждавших в зарослях пиний.

Затем, оседлав гнедого мустанга, Малыш направился к ущельям, что вели на юго-запад, в сторону от ранчо. Примерно через час он выехал на дорогу, что вела к небольшому городку Арго-Спрингс. Там находилась единственная на всю округу контора земельного управления, где регистрировали заявки на получение в собственность участка под старательские разработки.

Беглый просмотр конторских книг, в которых велись регистрационные записи о сделках с государственной землей, показал, что заявок на открытие рудника в окрестностях неудобий еще ни от кого не поступало. Выходит, если убийца Джима Керлэнда что-то и нашел, то свои разработки он вел тайком. Малыш полистал еще кое-какие бумаги, но ответ на не дающий ему покоя вопрос получил совершенно случайно. Все произошло самой собой, когда Пит Мэллинджер, служивший при конторе курьерской службы «Уэллс Фарго», обратил внимание на тавро, каким был помечен его конь.

— Ты с «Бар У»? Так, значит, это ты возишь нам ящики? Те, что Уолд отправляет в Эль-Пасо?

— Я? Нет, я заскочил табака прикупить. — Он доверительно усмехнулся. — Босс даже не знает о том, что я уехал с ранчо.

— Ну тогда не буду тебя выдавать. А то он такой крутой, этот ваш Джаспер Уолд. В его сторону и не посмотришь лишний раз — тут же пушку наставит. И денежки у него водятся. Похоже, он задался целью скупить участки в районе каньона Агуа-Дулсе.

Сэнди свернул сигарету и внимательно слушал, обводя взглядом узкую улочку с коновязью и обшитыми досками фасадами домов. Дела у «Бар У» шли не лучшим образом, и ранчо не приносило Джасперу Уолду тех денег, которых хватило бы на покупку земли, даже если учесть махинации с клеймами. Так, ничего особенного, все больше по мелочи, но только тавро «Бар У» неизменно появлялось на всех коровах, забредавших в угодья ранчо и попадавших в поле зрения ее работников.

Перед отъездом домой Малыш сумел заполучить и интересовавший его адрес в Эль-Пасо. Тяжелые ящики переправлялись Генри Уолду, брату Джаспера.

Погрузившись в раздумья, Малыш Сэнди побрел прочь от конторы «Уэллс Фарго» и перешел на другую сторону улицы, направляясь к салуну. Раз уж он все равно оказался здесь, то не помешает и выпить. Толкнув створки дверей, он вошел в неуютную, грязную комнату, в которой и находился бар. Датч Швайтцер стоял, облокотившись о стойку, и глядел на него.

— Привет. — Малыш прошел к бару и заказал выпивку. — Похоже, сегодня утром не я один отбился от стада.

Датч мрачно глядел на него.

— Нет, я-то как раз на работе. Меня сюда босс послал. А тебя он не посылал.

— Разумеется. Я сам приехал. Хорошенько поработал с утра, согнал столько скота, сколько порой за день не согнать. Совсем замучился, вот и решил заскочить, промочить горло.

— А с каких это пор в «Уэллс Фарго» наливают?

Малыш пожал плечами. Взяв стакан с выпивкой, он разом опрокинул виски.

— Ладно, я возвращаюсь, — бросил он, направляясь к выходу, но окрик Швайтцера заставил его остановиться.

— Подожди!

Малыш Сэнди обернулся, и внутри у него все похолодело. Он еще никогда ни с кем не сходился в поединке! Немец глядел на него с холодной ненавистью. Малыш стоял, расставив ноги, чувствуя неприятную сухость во рту. Он ни минуты не сомневался в том, что Датч собирается убить его.

Швайтцер пил и до его прихода, но вовсе не выглядел пьяным. Этот сморчок мог влить в себя огромное количество выпивки и редко допивался до такой степени, чтобы не держаться на ногах или начать трепать языком. Напиваясь, он ожесточался, становясь еще более подлым, чем обычно.

— А ты умен не по годам. Слишком уж умен, — зло процедил он сквозь зубы.

Двое мужчин, сидевшие до этого за столиком у дальней стены, разом поднялись и тихо выскользнули из комнаты через черный ход. Малыш Сэнди видел, что и хозяин бара не на шутку испугался.

Как это не покажется странным, но только в тот момент Малыш почему-то совсем не испытывал страха. Он пристально разглядывал Датча, догадываясь, что тот напрашивается на неприятности, будучи не в силах унять в себе яростное, настойчивое стремление к насилию. Это чувство не давало ему покоя, оно точило его изнутри подобно тому, как червь точит яблоко, оно ослепляло его неукротимой ненавистью — это чувство, которое он обычно испытывал по отношению ко всему происходившему и ко всем людям, его окружавшим. Малыш Сэнди знал, что его ненависть не имела ничего общего с личной неприязнью. Просто в душе Датча Швайтцера жил убийца и насильник. Небольшой искорки достаточно было, чтобы вывести его из себя.

Как это бывает в минуты сильных потрясений, разум Малыша работал четко, и он поймал себя на мысли о том, что обращает внимание сразу на множество деталей — мокрый кружок на стойке бара, оставшийся на том месте, где только что стоял его стакан, полупустую бутылку перед Швайтцером, два пустых столика у дальней стены. Он видел мертвенную бледность на мясистом лице хозяина заведения и рыжие волоски на руках Швайтцера.

— Ты сунул нос не в свое дело. — Швайтцер взял бутылку в левую руку, собираясь налить себе еще виски. И тут его лицо исказила яростная гримаса отчаянного гнева, и он замахнулся бутылкой, собираясь запустить ею в голову Малышу.

Потом, как ни старался Малыш, так и не смог припомнить ни своих ощущений, ни того, как все в точности произошло. Он просто выхватил револьвер и выстрелил в бутылку.

Она взорвалась россыпью стеклянных брызг, обдавая Швайтцера водопадом виски. Немец в изумлении отскочил назад, и когда снова взглянул на Малыша, то от его былого похмелья не осталось и следа.

С вытаращенными глазами, бледнея, Швайтцер медленно поднял вверх обе руки. Он сдавался.

— Я не стреляю, — предупредил он, стараясь унять дрожь в голосе. — Я вообще не пошевелюсь.

— Вот так-то лучше! — сурово ответил Малыш Сэнди. Бросив взгляд на оторопевшего хозяина салуна, он попятился к двери и вышел на улицу, убирая револьвер в кобуру. Не сводя глаз с салуна, он перешел на другую сторону улицы, где оставил коня, вскочил в седло и поехал прочь из города.

Малыш делал все как во сне. Ведь он никогда не считал себя ганфайтером. Кто он такой? Обыкновенный странствующий ковбой, мечтающий когда-нибудь обзавестись собственным ранчо. Ему никогда не приходилось хвататься за оружие в стремлении опередить противника на какую-то долю секунды, от которой зачастую могла зависеть его жизнь, хотя, разумеется, он самостоятельно практиковался в стрельбе.

Вот уже на протяжении многих лет он не расставался со своим револьвером, и порой эти тренировки продолжались час за часом, внося хоть какое-то разнообразие в монотонность долгих ночей, когда ему приходилось сторожить стадо, а вовсе не потому, что его переполняло желание отточить мастерство. Самое обычное занятие, ничуть не лучше, чем тасование колоды карт, раскладывание пасьянса или же фокусы с камешками. Тогда все этим грешили…

Как и любой выходец из Техаса того времени, он умел неплохо драться и хорошо стрелять, почти всегда попадал точно в цель, но такой расторопности и точности, какую ему пришлось продемонстрировать в салуне, он от себя никак не ожидал.

Оказавшись за пределами города, он не спешил домой. Вернувшись на ранчо, Датч Швайтцер обязательно расскажет о случившемся Джасперу Уолду. И тогда начнутся неприятности, в этом Малыш нисколько не сомневался. Его просто-напросто постараются убить. Однако тут он сообразил, что в городе ему надо провернуть еще одно небольшое дельце. А поэтому, скрывшись за поросшими можжевельником холмами, он свернул с дороги, объехал вокруг города, слез с коня и начал ждать.

Вскоре на повозке уехал Датч. Время шло, и народу на улицах становилось все меньше. Солнце садилось. С наступлением темноты Сэнди добрался до города и направился к конторе «Уэллс Фарго».

Вытащив нож, он отковырял замазку, удерживавшую стекло форточки, просунул руку и открыл задвижку. Подняв окно, забрался внутрь.

Еще с минуту он стоял неподвижно, прислушиваясь к малейшему шороху. Успокоившись, чиркнул спичкой и, прикрывая пламя ладонью, огляделся по сторонам в поисках ящика. Зная адрес, найти нужную посылку оказалось нетрудно. Небольшой, сколоченный на совесть ящичек стоял на виду. Взяв с полки молоток, Малыш оторвал одну из досок крышки. Он зажег новую спичку и заглянул внутрь. В обернутом мешковиной свертке лежала та самая руда, образцы которой он нашел в кожаном кисете рядом со скелетом Джима Керлэнда!

Задув спичку, Малыш приладил доску на место, для верности слегка ударив по ней пару раз молотком, затем выбрался обратно на улицу, опустил окно и вставил на место вынутое из форточки стекло, укрепив его при помощи нескольких деревянных лучинок.

Выходит, Джаспер Уолд убил Джима Керлэнда и захватил его золотоносный участок! Или он сам сначала нашел участок? Богатую золотом руду он переправлял небольшими партиями в Эль-Пасо, где его брат, скорее всего, ее измельчал.

Процесс, конечно, медленный и трудоемкий, но руда была отменного качества, и, вне всякого сомнения, Уолд рассчитывал подать заявку на этот участок, когда страсти по поводу исчезновения Джима Керлэнда поулягутся и уже никому не придет в голову связывать эти два события между собой. Все в округе от Форкса до пустыни Стоун-Три и каньона Агуа-Дулсе хорошо знали о том, что Керлэнд — единственный старатель в этих местах, как и то, что он регулярно наведывался в пустыню, успев исходить бесплодные земли Стоун-Три вдоль и поперек.

Выехав на дорогу, Малыш Сэнди пустил коня быстрой рысью. Мысленно он укорял себя за то, что влез не в свое дело. С его стороны было бы куда благоразумнее поскорее забыть об увиденном сразу же после того, как он выбрался из расселины в горах. И даже сейчас еще совсем не поздно все бросить и уехать подальше отсюда, отправиться, к примеру, к Голубым горам или податься в Аризону, куда-нибудь в район Большого каньона, который он сам никогда не видел, но слышал о нем массу небылиц от других ковбоев.

Даже не будучи большим знатоком по части золота, он мог с уверенностью сказать, что в найденном им куске руды его содержалось достаточно много, породу буквально насквозь пронзали золотые прожилки, и сам кусок оказался слишком тяжелым для обыкновенного камня. Обнаруженный им в конторе курьерской службы ящик с рудой мог запросто потянуть на две или даже все три тысячи долларов.

Теперь, начав всерьез задумываться об этом, он стал догадываться, где мог находиться золотоносный участок. Примерно в полумиле от того места, где он соскочил в расселину, спасаясь от быка, находился крутой обрыв, и отвесный склон плато высотой около пятидесяти или шестидесяти футов нависал над безводной и лишенной растительности землей пустыни Стоун-Три. Очевидно, разлом произошел в результате вулканической деятельности, благодаря чему золотоносная жила и оказалась на поверхности.

Конечно, все это не более чем его собственные догадки и предположения, но Малыша Сэнди не покидало ощущение, что он идет по верному пути. К тому же он отдавал себе отчет в том, что подобная его заинтересованность в данном деле не имела ничего общего с рыцарством. Он впутался в это вовсе не ради того, чтобы бескорыстно помочь отчаявшейся леди. Вступать в противостояние с Джаспером Уолдом и двумя его подручными-головорезами из-за ерунды не стоило, и если уж он отважился на такое, наперед зная, на что идет, то уж только отчасти из-за прекрасных глаз Бетти Керлэнд.

Малыш продолжал убеждать себя, что совершает большую глупость. Его никогда не мучила страсть к богатству. Ей-богу, неплохо бы обзавестись собственным ранчо, но получить ради этого пулю в лоб — нет уж, увольте. В конце концов он признался себе, что если бы не Бетти, то никогда не посмел бы ввязаться в столь гиблое дело.

— Да пошли они все к черту! — зло крикнул он ветру. — Сейчас же возвращаюсь на «Бар У», хватаю свои пожитки, и только меня здесь и видели!

Однако, подъезжая к последней развилке, Малыш все же отправился еще дальше, в горы. Сделав небольшой крюк, он свернул в заросли ивняка и позволил мустангу самому выбрать темп. Он почти уже добрался до края скалы, с которой открывался вид на Стоун-Три, когда выпущенная из винтовки пуля угодила в луку его седла, а вторая тонко пропела у него над головой, у самого уха. Лишь по счастливой случайности она не срикошетила ему в живот или в голову мустангу.

Вслед ему неслись раскаты эха прогремевших выстрелов. Мгновенно соскочив на землю, он схватил поводья, увлекая гнедого в заросли. И потом, привязав коня к кусту, выхватил из чехла винчестер 44-го калибра и, крадучись, словно индеец, выполз по-пластунски на опушку зарослей.

Выстрелы дали ему понять, что шутить с ним не намерены, так что Малыш тоже сразу настроился на серьезный лад. Он неплохо управлялся с винчестером и поэтому, выбрав себе достаточно надежную позицию, откуда открывался хороший обзор, принялся оглядываться по сторонам, пытаясь установить, где прятался злодей, выпустивший по нему две пули. Поблизости он никого не заметил.

Однако Малыш Сэнди отнюдь не был легковерен. В прошлом ему уже приходилось иметь дело с команчами, и он с разумной настороженностью и опаской относился к кажущимся на первый взгляд безлюдными горам и лесам. Взглянув вниз со скалы, Малыш увидел на земле нечто похожее на груду камней и породы, выбранной из недр рудника, но в данный момент его это мало занимало. Хотя в другое время он обязательно бы поинтересовался, не золото ли это.

Приглядевшись попристальнее, заметил какое-то движение среди валунов поодаль. Щурясь и изо всех сил напрягая глаза, он пристально разглядывал каждый камень. Похоже на каблук сапога! Не слишком-то удачная мишень на таком расстоянии, но если он даже и попадет, то большой беды не случится.

— Ну держись! Сейчас я тебе задам! — прошептал ковбой и, взяв в руки винчестер, нежно прижался щекой к прикладу. Грянул выстрел.

В воздух взметнулось облако пыли, но никакая пыль не могла скрыть раздавшийся испуганный вопль. Кто-то выскочил из-за камней, и Малыш Сэнди разинул рот от изумления. Он узнал Бетти Керлэнд! В мужских брюках и рубахе, она прихрамывала на одну ногу, так как его пуля начисто отсекла каблук ее сапога. А эти волосы? Он не мог ее ни с кем спутать!

Выскочив из своего укрытия, Малыш, размахивая руками, бросился ей навстречу. Обернувшись, она была уже готова снова вскинуть винтовку, когда, приглядевшись получше, узнала его. Девушка сделала еще пару шагов и остановилась, гневно сверкая глазами.

— Я думала, что ты мне друг! — запальчиво крикнула она. — А ты в меня стреляешь!

— Так ты же первая начала! — попробовал оправдаться он. — Откуда же мне знать?

— Это совсем другое дело!

Пораженный подобной женской логикой, он лишь натужно сглотнул и пожал плечами.

— Тебе не следовало приходить сюда, — заметил он. — Это небезопасно!

— Я хотела разыскать останки отца, — ответила она. — Где они?

Он провел ее к краю скалы, и затем они нашли дорогу вниз. Для начала Малыш хотел осмотреться в пустыне. Они подошли совсем близко к тому месту, что издали напоминало шахту рудника, когда из темнеющего в земле провала вылез какой-то человек.

— Пойду соберу, что там еще осталось от Керлэнда, — объявил он. — Здесь его никогда не найдут!

Малыш Сэнди тихонько выругался: он настолько увлекся девушкой, что позволил себе, утратив всякую осторожность, легкомысленно разгуливать по окрестностям, и опомнился лишь теперь, под дулом винтовки, которую держал в руках Джаспер Уолд. Ранчеро увидел их первым.

— Так-так! — протянул Уолд. — Как мило! Ты со своей барышней вышел прямо на нас!

— Я бы на твоем месте не стал дурить, — посоветовал Малыш. — В городе всем известно, куда отправилась эта девушка, так что если она не вернется обратно, то к вам нагрянет шериф.

Уолд усмехнулся:

— Ну и что? Если он даже и приедет, то долго тут не задержится. Я просто скажу ему, что ты тайком встречался с дочкой Керлэнда и что вы сбежали в Лордсбург или куда подальше, чтобы там пожениться. Так что искать вас никто не станет!

Джек Суорр, вылезавший из свежевырытой могилы, усмехнулся:

— Хорошая идея, босс! Мы зароем их в одной могиле с ее отцом!

— На вашем месте я бы хорошенько подумал, — сказал Малыш. — Я только что из Арго-Спрингс. Мне все известно о той золотой руде, которую ты и прежде отправлял в Эль-Пасо. И к тому же я не единственный, кто разнюхал об этом.

Джаспер Уолд замер в нерешительности. Идея избавиться от этих двоих пришла ему на ум сама собой и казалась довольно удачной, но мысль о том, что Малыш мог рассказать о золоте еще кому-то в Арго-Спрингс, не на шутку взволновала его. Это означало, что тогда ему пришлось бы затаиться на какое-то время, и к тому же, что еще хуже, на него уже могли пасть подозрения.

Внезапно послышалось шуршание гравия, и все, кроме Уолда, державшего Малыша на прицеле, обернулись. Прибыл Датч Швайтцер.

— Босс, вы с ним поосторожнее! — хрипло посоветовал немец. — А то глазом моргнуть не успеете, как он пристрелит вас обоих!

— Он? — недоверчиво переспросил Суорр. — Вот этот мальчишка?

— А Биллу Бонни 4 сколько было лет? — саркастически переспросил Датч. — Он наставил сегодня на меня пушку так быстро, что я даже этого движения заметить не успел!

Встревоженный Джаспер Уолд не сводил с Малыша гневного взгляда. Суорр быстро объяснил немцу, в чем дело.

— Не стоит беспокоиться, босс, — махнул рукой Датч, — он все врет. Я немного послонялся по городу после его ухода. Он ни с кем не говорил.

— Так как в таком случае я узнал о золоте в ящике, который ты привез? В том, что адресован Генри Уолду в Эль-Пасо? — ехидно спросил Малыш.

— Он, наверное, просто видел ящик, — принялся оправдываться Датч.

Сэнди лихорадочно соображал, в надежде найти хоть какой-нибудь выход.

— К тому же, — заявил он, — я проверил этот участок. Ты ведь никогда не подавал заявку на него, так что я записал его на себя.

— Что?! — взревел Уолд, багровея от злости. — Ты подал заявку на свое имя? Ах ты… — Он больше не мог сдерживать себя. — Я пристрелю тебя, разорву в клочья, брошу подыхать на солнце! Ты…

— Босс! — закричал Суорр. — Успокойтесь! Возможно, он все врет! И про заявку придумал только сейчас. В конце концов, — многозначительно добавил он, — наверное, все же не стоит его убивать прежде, чем он отпишет участок в нашу пользу?

Уолд несколько смерил свой гнев и обернулся к Суорру.

— Ты прав, — согласился он. — Еще не все потеряно.

Малыш Сэнди усмехнулся:

— Не дождетесь. Руки коротки. Ничего я вам не подпишу.

— Запросто, — резко оборвал его Уолд. — Мы начнем с того, что свяжем твою девчонку и снимем с нее сапоги. И когда мы подпалим ей пятки, ты подпишешь все, что угодно!

Датч Швайтцер взглянул на босса. Затем он помог Джеку Суорру связать девушку. Опустившись на одно колено, Суорр стащил с нее сапоги. Глубоко затянувшись сигаретой, он поднес ее к ступне Бетти.

Увидев это, Датч внезапно пришел в крайнее волнение.

— Только не это! — крикнул он. — Я думал, ты шутишь! Прекрати немедленно!

— Шучу? — недоумевающе взглянул на него Суорр. — Сейчас я покажу тебе шуточки! — Он поднес сигарету еще ближе, и Бетти пронзительно завизжала.

Датч Швайтцер побледнел и с отчаянным криком схватился за оружие. В тот же самый момент Джаспер Уолд наставил на него ствол своей винтовки. Малыш Сэнди только этого и ждал. Его револьвер заговорил одновременно с винтовкой Уолда.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17