Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Смерть прокурора

ModernLib.Net / Детективы / Кожевников Лев / Смерть прокурора - Чтение (стр. 18)
Автор: Кожевников Лев
Жанр: Детективы

 

 


      -- Ага, если не считать должности прокурора для любимого ослика.
      Она рассмеялась.
      -- Я преподнесла это иначе. На собрании совета я сказала: если вы хотите иметь на будущее карманного прокурора, прочно завязанного в деле, вот вам кандидатура. Мой будущий муж.
      Услышав такое, Алексей едва не сделал кульбит. Наконец, кое-как взял себя в руки.
      -- Таким образом ты подарила им еще одно золотое яичко? -прорычал он. Она улыбнулась, словно не замечая его состояния.
      -- Наши акционеры, которых ты называешь мерзавцами, ухватились за эту идею двумя руками. Сейчас, считают они, очень подходящий момент, когда необходимо посадить прокурором своего человека. Где-то, неизвестно где, гуляют очень опасные бумаги. Для кого опасные, я, к сожалению, не знаю. Но этот компромат, по их мнению, необходимо отловить. Или нейтрализовать.
      Краем глаза он поймал на себе ее испытующий взгляд, и черные подозрения вновь угрожающе зашевелились в его душе.
      -- Бумаги все у меня. Так называемый архив Хлыбова, моя прелесть.
      -- О-о! Я что-то в этом роде подозревала.
      -- Не сомневаюсь.
      Светлана не отреагировала на реплику. Скорее всего, не услышала. Но он почувствовал почти физически, как заработали в ее очаровательной головке все извилины разом.
      -- Это настоящая удача,-- прошептала она, наливая в свой бокал.-- Об этом никто не знает?
      -- Кроме тех, кого это не касается,-- ухмыльнулся он.
      -- То есть?
      -- Позавчера из-за этих бумаг мою спину пытались ковырнуть ножом. По счастью, обошлось. Так что твои друзья-акционеры, надо полагать, в курсе. Они знают, что весь архив у меня, и я никуда его не пристроил. Попросту не успел. Поэтому очередного визитера я ждал сегодня вечером. И вдруг -- появляешься ты. Я вначале опешил, но должен был признать, что задумано неплохо. Вместо очередного убийцы в маске за архивом приходит очаровательная женщина. К тому же, моя невеста.
      -- Но почему за архивом, Алешенька? Ведь это не так? -- В черных, больших глазах застыла боль и непонимание.
      -- Не знаю. Мы не встречались все лето. Ни одного звонка. И вдруг твой визит. Как снег на голову, едва я успел заполучить бумаги. Ни раньше, ни позже.
      Она отрешенно молчала.
      -Я не люблю, моя радость, когда меня убивают. Или питаются выудить что-то обманом. Правда, в какой-то момент мне показалось, что я глубоко не прав. И готов был просить прощения за свое хамство, пока тебе не пришло в голову отрегулировать наши отношения. Расставить точки. Ты живо нарисовала радужную картинку нашего светлого будущего. В центре картинки счастливый Я, карманный прокурор, который в уплату за свою должностенку подарил кучке мерзавцев компрометирующие документы. Потом твои мереавцы со статусом будут использовать меня, как шестерку бубей, чтобн щелкать по носу других мерзавцев и покрывать собственные сволочные грешки. Извини, Светлана Васильевна, эта перспектива меня как-то не прельщает.
      -- Алешенька, милый, я же не просила тебя отдать твои бумаги им?
      -- Хочешь сказать, не успела попросить?
      Она покачала головой:
      -- ...И карманный прокурор, это только предлог? Способ заинтересовать, согласись?
      -- А кем еще, черт побери, я стану в вашей компаний? Среди мерзавцев?
      -- Но я же не стала. И потом, от мерзавцев, хотя бы от части из них можно легко избавиться. Особенно сейчас,-вкрадчиво произнесла она, и ее глаза покрылись мечтательной дымкой.
      -- Не понял?
      -- Ослик, ты ужасно какой недогадливый!
      -- Снова не понял?
      Он попытался убрать ее руки с шеи. Но девушка, смеясь, толкнула его на постель и снова уселась верхом. Он тотчас затих со скошенными к носу глазами.
      -- Это потрясающая удача, Алешенька, что архив теперь у нас. Правда, я не знаю, насколько хорош компромат?
      -- Убойный,-- буркнул он, стараясь держать себя в руках.
      -- Чудесно! Узкий круг мерзавцев может стать еще уже, если ты мне поможешь. В рамках закона, разумеется.
      -- Разбираться с мерзавцами моя работа. Но в рамках закона, девочка, круг твоих акционеров может только расшириться. И значительно.
      -- Это почему? -- она мгновенно насторожилась и, он это почувствовал, сделалась вдвое тяжелее.
      -- Твои рабочие и управленцы знают, что работают на частном предприятии?
      -- Нет, разумеется.
      -- Но узнают, это неизбежно, и тогда обратятся в арбитражный суд. После суда я не уверен, что они захотят видеть тебя хотя бы мастером колбасного цеха.
      Светлана нехотя сползла с него и отправилась в угол к стеллажам. Наугад выдернула из стопы пару папок и бросила на тахту.
      -- У меня тоже архив.
      Алексей, недоумевая, открыл одну из папок, набитую какими-то фотографиями, выписками из протоколов товарищеского суда, выговорами, чьими-то свидетельскими показаниями и так далее.
      -- Что это?
      -- Компромат, мой милъй, на...-- Она заглянула в начало.-На Веретенникова Вэ Эф. Несколько раз задерживался на вертушке при попытках вынести из цеха мясопродукты. Есть фото. Здесь товарищ Веретенников преодолевает забор. В руках сумка. Еще фото, в момент задержания. А здесь, как это?.. В особо крупных размерах? Уже в составе преступной группы по предварительному сговору. Управленец, кстати. Солидно, да? В общем, Алешенька, на всех крикунов, а это человек десять-пятнадцать, у меня заведены такие папки. Я могу уволить этих людей в любой момент на законных основаниях. Или, если это хороший работник, специалист, поговорю с глазу на глаз и предложу альтернативу. Либо передача материалов в суд, уголовное преследование, либо человек остается работать. При этом я расписываю новые перспективы, обещаю участие в доходах, льготы... Между прочим, один такой разговор уже состоялся. Все условия приняты без возражений.
      -- Заурядный шантаж. Статья 95 УК РСФСР.-- Алексей фыркнул.-- Удивительно, что при такой акульей хватке ты рождена женщиной.
      -- Тебе это не нравится?
      -- Ты очаровательная хищнипа.
      -- Это признание в любви?
      Он хмыкнул.
      -- Мне надо посоветоваться вначале. Со своей пифией.
      Она вспыхнула и тигрицей бросилась к нему на грудь.
      -- Злоде-ей!!!
      Под тяжестью ее тела оба рухнули на постель и завязалась жестокая схватка, преимущественно в партере. Спустя полчаса истерзанная хищница, жалобно пискнув, на коленках покинула поле боя и поплелась к бару. Однако взгляд, брошенный на него из угла, полыхнул зловещим огнем. Обратно она вернулась с бутылкой водки и граненым стаканом.
      -- Алешенька, сознайся, что ты был не прав, когда хамил?
      Голосок звучал вкрадчиво и убаюкиваище, а он уже напрочь утратил бдительность.
      -- Скажи: ты был не прав. Ну?
      -- Ага. Я был не прав.
      И тут же раскаялся. Тигрица, даже не потрудившись одеться, снова уселась на него верхом и с торжествующим видом набулькала полный стакан водки.
      -- Уговор помнишь? За каждую ложь или клевету я вливаю в тебя по стакану водки.
      -- О боже!
      -- Пей.
      -- Я раскаиваюсь, моя радость.
      -- Ослик, будь мужчиной. Фи!
      -- Закусить хотя бы... А? -- робко попросил он.
      -- После первой настоящие мужчины не закусывают.
      -- После первой? Значит, будет вторая?
      -- За все надо платить. За клевету тоже. Пей.
      Он выпил. И заслужил половину холодной курицы с куском хлеба. Но рядом с тарелкой она поставила второй стакан водки. И тоже до краев.
      -- Это тебе? -- с надеждой спросил он.
      -- Бедненький! -- Она поцеловала его в лоб, утешая.-- Пей.
      -- Это же преднамеренное убийство!
      -- Если бы ты, Алешенька, сегодня ушел, я... покончила бы жизнь самоубийством.
      Он внимательно посмотрел на нее и -- взялся за стакан. Закрыл, собираясь с духом, глаза. Девушка вдруг встревожилась.
      -- Ослик? А ты не умрешь?
      -- Я хочу умереть. Мне стндно,-- мрачно произнес он. Она поспешно забрала стакан из его руки.
      -- Мне этого достаточно.
      Глава 12.
      В последующие два дня Алексей окончательно потерял надежду отыскать контору, где бы преступник добывал себе на пропитание с помощью паяльника, а бумагу ГОСТ-9095 дырявил с помощью бракованного дырокола, пригодного для идентификации. Вероятно, связь между уликами имела более опосредованный и многоступенчатый характер.
      У следователя Соковнина дела тоже подвигались не лучшим образом. Он опросил десятка полтора оболтусов, из числа половых партнеров Чераневой, опросил подруг, а также знакомых и родственников, но на след не вышел. Кто-то видел Чераневу недели три назад возле синего "жигуленка", но, возможно, это был "москвич", она болтала с водителем. Правда, машина потом уехала без нее. Чераневу видели также в районе автовокзала. Нет, была не одна, в компании, с кем -- неизвестно, свидетельница не приглядывалась, просто услышала смех и посмотрела вскользь, потому что спешила. Еще видели в парикмахерской. Когда Соковнин заявился в парикмахерскую, мастера подтвердили: да, такая у них была, недели две-две с половиной, кажется. Она из клиенток, но толком о ней никто в парикмахерской не знает, подруг здесь нет.
      Чуть больше повезло Махневу. Войдя в кабинет, он с порога выложил Алексею на стол протокол допроса Охорзина, мастера производственного обучения из СПТУ номер 13 и изъятую записку с очередной угрозой.
      -- К ноге была пришпилена булавкой,-- с брезгливой гримасой сообщил Махнев, выбивая из пачки сигарету. Алексей пробежал глазами протокол и взял целлофановый пакетик с запиской. Вслух прочел:
      -- Далеко не убежиш на очереди твой доч включили счетчик.
      Тот же неграмотный до неприличия текст, печатные буквы вкривь и вкось, от руки, на грязном, в желтых пятнах, клочке бумаги.
      -- На очереди? Это как понять?
      -- Нога и голова, примерно, одной степени протухлости. Скорее всего, это Черанева. Первая на очереди. Если бы в записке подразумевалась маман, то нога должна быть как минимум на две недели свежее. Но, гражданин начальник, есть обстоятельство, которое позволяет рассуждать иначе.-- Махнев встал и стряхнул столбик пепла с сигареты за окно.-- Вчера наш майор запаса Глухов оформил по месту работы очередной отпуск и отбыл на отдых в Крым.
      -- Один?
      -- Как перст! Если учесть, что жена и дочь Глухова смотались из Массандры в три дня, сбежали по сути, то я склонен думать, что маман Глухову преступники каким-то образом достали. Полагаю также, он догадывается, кто преступники. Иначе чем объяснить скоропостижный отъезд Глухова в Крым?
      -- Поехал разбираться?
      -- Что угодно. Искать компромисс, устроить разборку, откупиться, покаяться, просто выйти на след. Не знаю. Пока судить рано.
      -- В военкомате был?
      -- Да. Со скрипом, но дело Глухова выдали.
      -- Что так?
      -- Ба-альшой секрет! Есть сорт людей, которые сами готовы приплачивать, лишь бы состоять при тайне. Но в деле Глухова ничего любопытного нет. Подал рапорт и был уволен из рядов СА по собственному желанию. Вот список лиц, которые служили в Закавказском военном округе в одно время с Глуховым. Правда, в разных частях. На днях постараюсь опросить.
      -- Опросить надо,-- согласился Алексей.-- Но это дело второе...
      -- Понятно, начальник! Можешь не продолжать. Оперуполномоченный Ибрагимов, по происхождению крымский татарин, уже пакует вещички. Милицейское начальство поставлено в известность, осталось оформить поручением.
      Алексей улыбнулся.
      -- Ладно, пусть Ибрагимов. У тебя все?
      Махнев замялся.
      -- Леша,-- тихим, но жестким голосом произнес он,-- мне нужна квартира. Если не дашь, считай, мое заявление лежит у тебя на столе.
      Алексей вытаращил глаза.
      -- Квартиру? Я... тебе?!
      Потом до него стало походить, и он расхохотался. Махнев внимательно пронабяюдал все его реакции, неопределенно хмыкнул.
      -- Слушок прошел. К нам едет прокурор. Фамилия прокурора мне показалась знакомой.
      -- Может, подождем? Пока приедет?
      Махнев упрямо покачал головой.
      -- Ладно,-- ухмыльнулся Алексей.-- Допустим, я стал прокурором. Если почему-либо я не дам квартиру, ты пишешь заявление. Ну, а если дам, где гарантия, что, получив квартиру, ты все же заявление не напишешь? Гарантий нет никаких, и ты таким образом загоняешь меня в угол. Поэтому, желая сохранить ценного работника, я предпочитаю вместо квартиры дать тебе твердое обещание, что в ближайшие десять лет, как только представятся возможность, изыскать необходимую жилплощадь.
      Но Махнев шутливого тона не принял:
      -- Вот смотрю на тебя, Леша, и такое ощущение, как будто сукин сын Хлебов как сидел на своем месте, так и сидит. Слово в слово, ажно дрожь пробирает. Единственная разница, что эти слова впервые я услышал от него десять лет назад!
      Алексей обреченно кивнул:
      -- Хорошо, давай свое заявление, и подпишу.
      -- А... пошел тн! -- вспыхнул Махнев и выскочил в коридор. Вслед за ним тяжело хлопнула дверь. Алексей пожал плечами. На проклятом квартирном вопросе даже у Махнева напрочь пропадало чувство юмора.
      Он еще раз внимательно прочитал протокол допроса Охорзина. С его слов, Глухов прямо из гаража сел в машину и уехал. Куда -- неизвестно. Ему сказал, что выбросит находку на свалке (там ее впоследствии нашли). Но, когда машина вернулась, на спидометре набежало лишних девяносто километров. Почему запомнил километраж? Потому что сам на неделе заменил трос спидометра на новый и никуда с тех пор не выезжал.
      Алексей порылся в ящиках стола и отыскал циркуль. Ножки циркуля он развел с учетом масштабов карты района, которая висела за спиной. Потом воткнул иглу в райцентр и обвел на карте круг диаметром в сорок-сорок пять километров. Линия окружности пробежала через деревня Загарье, Шепели на юге и поселок Черная Слобода на северо-западе. Наверняка, свою страшную находку Глухов выбросил ПОПУТНО -- на той же свалке рядом с трактом, где несколькими днями раньше закопал голову Чераневой. В таком случае, из трех возможных пунктов остается один -- Черная Слобода.
      Значит ли это, что жену и дочь Глухов прячет в Черной Слободе?
      Несколько поразмыслив, он пришел к выводу, что Слобода -наихудшее место, какое можо найти для подобной цели. Уже то, что поселок, где все друг друга знают, стоит на оживленном тракте, плюс к тому сообщается с районным центром внутренней железнодорожной веткой, и по ней два раза в сутки курсирует пассажирский состав, исключало возможность даже на короткое время сохранить место пребывания в тайне. Но если не семья, если не желание удостоверяться, что с женой и дочерью все в порядке, то ради встречи с кем Глухов проделал эти девяносто километров?
      Зазвонил телефон.
      -- Валяев. Слушаю вас?
      -- Участковый Суслов говорит. Здравствуйте, Алексей Иванович.
      -- Есть новости, инспектор?
      -- Да. Сегодня с нарочным из информцентра доставили регистрационную карту. На Чераневу.
      -- Почему в райотдел? Запрос, кажется, исходил от нас?
      -- Нарочный прибыл с ночным поездом. Тут еще кое-что...
      -- Ладно. Я жду,-- отрезал Алексей и бросил трубку. Пока он гадал на кофейной гуще, необходимые документы преспокойно вылеживались в райотделе и, возможно, гуляли по рукам!
      Спустя пять минут участковый положил перед ним конверт из толстой провощенной бумаги. Тяжело опустился на стул напротив. Глаза у Суслова были воспалены, а кожа лица приобрела землистый оттенок.
      -- На здоровье не жалуешься, Анатолий Степанович?
      -- Это недосып. Подряд вторую ночь.
      -- Что так? -- рассеянно спросил Алексей, вытряхивая содержимое конверта на стол.
      -- Вчера ларек подломили, угол Рубинштейна и Свердлова. Школяры. Пришлось до утра по кустам отлавливать. Сегодня в три ночи черножопые гранату в общаге грохнули, по пьянке. Я только-только из оцепления. Полчаса назад сняли.
      -- Пострадавшие есть?
      -- Два трупа и раненый.
      Алексей удивленно присвистнул.
      -- Чье общежитие?
      -- СПТУ зомер 13.
      -- Армяне? Ну-ка, чуть подробнее, Анатолии Степанович, изложи?
      Голосом, севшим от усталости, инспектор рассказал, что после взрыва в одной из комнат, где проживали армянские шабашники, нашли еще две гранаты РДГ-40, но никто из упелевших за свои их не признал. Мамой клянутся, никакого оружия ни один из членов бригады не ммел. Тем более, гранаты. Откуда взялись эти три, не знают. Кто взорвал и с какой целью, тоже. Говорят, все были пьяные после расчета по одной коммерческой спелке. Правда, чтобы замять дело, предлагали каждому по тридцать кусков.
      -- Ми сами рэзбэремся,-- со злостью передразнил Суслов.
      Алексей отпустил инспектора отдыхать и взялся за бумаги. Как явствовало из регистрацйонной карты, обезглавленный женский труп был обнаружен два дня назад при случайяж обстоятельствах в лесопарковой зоне микрорайона Заречный, в областном центре. На трупе имеясь многочисленчне ножевые ранения в область спины, на бедрах и животе. Кроме этих повреждений была отчленена левая молочная грудь и левая нога по коленному суставу. Повреждена также одежда, в частности, брюки были разрезаны ножом, половые органы обнажены.
      Идентификация трупа произведена после получения запроса с помощью дактилоскопической регистрации.
      Далеешло описание одежды, обуви, перечень обнаруженных при трупе предметов. Особые приметы...
      Дата вскрытия трупа и патолого-анатомический диагноз, из которого следовало, что группа крови головы и группа крови туловища совпадали; линия отчлерения головы от туловища проходила между первым и вторым шейными позвонками, что соотвествовмо выводам Голдобиной. Наконец, установленная при вскрытии причина смерти. Алексей пробежал глазами последние строчки медицинского заключения и почувствовал, что волосы на голове зашевелились. "...Проникающее ножевое ранение в области сердца".
      Удар ножом в спину!
      Как говорил покойный Хлыбов, за какой конец ни тяни, конца не будет. Алексей походил по кабинету, пытаясь унять взыгравшее воображенье. Потом взялся за оставшиеся бумаги.
      По запросу, который он сделал несколькими днями раньше, из ИЦ УВД поступили дополнительные сведения на неопознанные женские трупы за последние три месяца по районам области. Список занял ни много ни мало -- пять страниц машинописного текста. Дата, место обнаружения, примерный возраст, предполагаемое время смерти, рост, телосложение, цвет волос, глаз, форма уха, другие особые приметы, одежда... причина смерти...
      Стоп! Еще один женский труп с ножевым ранением в спину. Обезображенный.
      Он поставил напротив цифры восемь красный крест и продолжал чтение. К концу выморочного списка на полях появились три креста и один знак вопроса. На трупе, который он пометил знаком вопроса, обнаружены множественные ножевые ранения, нанесенные прижизненно. Очевидно, смерть наступила в результате общей потери крови. Все жертвы, в том числе Черанева, имели с убийцей половой контакт. Возможно, были изнасилованы.
      Нечто в этом роде Алексей предполагал с самого начала, но результат превзошел все ожидания. К тому же, действительная картина могла оказаться еще страшнее. Равно и количество жертв. Что если преступник умерщвлял их другими способами? Например, с помощью удавки. Такие в списке тоже имеются. Алексей задумался.
      В глухой стене, на которую до сих пор натыкалось следствие, наконец появилась брешь. Во-первых, стало ясно, что отдельного дела о вымогательстве энной суммы денег у гражданина Глухова не существует. Это лишь эпизод в бесконечной цепи хищений государственной собственности, расследовать которые начал Шуляк. Во-вторых, стало возможным очертить сферу интересов преступника -- от убийства на сексуальной почве какой-нибувь бродяжки до устранения прокурора района и неудобного следователя. Скорее всего, оба этих убийства были заказные.
      В-третьих, география убийств -- в основном райцентр и северные районы области, наводила на мысль о разъездном характере его работы, вероятно, связанной с частыми командировками.
      В-четвертых, удивительная легкость, с какой преступник проникал сквозь закрытые двери, используя, по-видимому, поддельные ключи. Квартира Шуляка, квартира Глуховых, коттедж Анны Хлыбовой, гараж СПТУ номер 13... Ни на одном из замков не осталось следов повреждения, даже царапин.
      В-пятых, каким-то образом преступник жестко задействован в обвальной лавине номенклатурных хищений, плавно переходящих в криминальную приватизацию... Вхож в дом Хлыбова, даже Хлыбов, районный прокурор, не подозревал в этом человеке наемного убийщиу. Сквозная фигура, кочующая из одного дела в другое на протяжении длительного времени.
      И вдруг... Алексей понял, что знает убийцу.
      Глава 13.
      Он убрал бумаги в сейф, закрыл кабинет и отправился в приемную. Очаровательная Людмила Васильевна, разложив на столе перед собой косметичку, точными, мягкими движениями наносила на лицо "боевую" раскраску.
      -- Машина на месте? -- рявкнул Алексей нарочито грозно.
      -- Ах! -- Она едва не выронила из рук зеркальве и уставилась на него с ошарашенным видом.-- Ну, вы прямо как Хлыбов Вениамин Гаврилович, с ума сойти! И голос...
      Они действительно, с ума посходили, раздраженно подумал Алексей, вспоминая, что за последние дни слышит эти слова уже не в первый раз.
      -- На машине Махнев уехал, Алексей Иванович. В соседний район.
      -- Куда-а?!
      -- В Черную Слободу, кажется.
      Алексей одобрительно крякнул. "Молодчина Махнев! Просчитай ситуевину!" Он внимательно посмотрел на Людмилу Васильевну, которая сидела к нему вполоборота в дьявольски соблазнительной позе. Ему даже показалось, что юбки на ней сегодня нет вообще. Хотя бы мини.
      На автобусе он доехал до конечной остановки и через ельник направился к СПТУ номер 13. Со времени последнего посещения здесь мало что изменилось. Сорванная с петель сварная створа валялась там же, под забором. Только трава над ней давно проросла, побурела и украсилась посередине коровьей сухой лепешкой.
      В фойе учебного корпуса Алексей наткнулся на коменданта, маленькую, ярко рыжую женщину с высокой копной волос на голове. Представился и предложил показать место взрыва.
      -- Дверь опечатана,-- сухо сообщила она, глядя в сторону.
      -- Это неважно, любезная. Проводите.
      Когда они огибали угол общежития, под ногами захрустело стекло. Алексей поднял голову. В двух окнах первого этажа стекол почти не осталось. Кое-где были повреждены переплеты, пахло горелым. Алексей без труда дотянулся рукой до подоконника.
      -- Здесь?
      -- Все гостиничные комнаты у нас в этом аппендиците. На первом этаже.
      Через черный ход они попали в пахнущий свежей краской полутемный коридор и сразу же свернули в "аппендицит". Не узнать нужную дверь было трудно. В развороченном картоне зияла дыра величиной с кулак. Замок тоже быд выворочен с мясом, поэтому ключ не понадобился. Внутри комната выглядела так, как она должна выглядеть после взрыва боевой гранаты. Стены и потолок посечены осколками, опалены. По-видимому, в результате взрыва возник пожар; искореженные кровати, кровь черными потеками на полу, на стенах, разбитая в щепы тумбочка, битое стекло, бутылки, перевернутый стол с остатками вчерашнего застолья.
      Рыжая женщина осталась за дверью, сославшись, что не выносит вида и запаха крови. Алексей выглянул в коридор.
      -- Вартанян в этой комнате жил?
      -- Когда как. Чаще на стороне пропадал. Это вчера они как на грех все собрались. Отмечали чего-то.
      -- Где его кровать?
      -- В углу которая, налево стояла... Другие люди как люди. Выпили, поговорили и спать. А этот, будто бес, из угла в угол... То не это, это не так, вроде подраться ему надо. Вчера, если бы лег со всеми, точно на куски разнесло. Возле кровати бахнуло, в углу.
      По отдельным интонациям Алексей понял, что рыжая участие в застольях тоже принимала. И не только в застольях.
      Внимательно, шаг за шагом он осмотрел все углы, уцелевшую мебель, паркет, выбитый в эпицентре взрыва, обугленный, и вдруг под обломками того, что оставалось от тумбочки, заметил... дырокол! Желая убедиться, что дырокол тот самый с дефектом, хотя в душе он в этом почти не сомневался, Алексей поискал глазами по сторонам какую-нибудь бумагу. Но, похоже, все легко воспламеняющиеся вещи во время пожара сгорели.
      -- Вас Алла Леонидовна, кажется?
      -- Да?
      -- Будьте добры пригласить еще человека, любого. Эту штуковину я должен оформить протоколом. Кстати, у кого-нибудь из ваших жильцов личная машина имеется? Здесь, я имею в виду?
      -- У Вартаняна.
      -- Синий "москвич"?
      -- Почему "москвич"? -- Рыжая несколько даже обиделась.-У него "жигули".
      -- Синяя?
      -- Да.
      -- Где он ее держит?
      -- В прошлом году у нас. В гараже место арендовал. Теперь не знаю. Он в совхозе "Северный" работает, а сюда от случая к случаю приезжает. Как вчера.
      Когда комендант удалилась, Алексей достал из папки бланк протокола, вложил лист в щель и лязгнул дыроколом. Подошел к окну. Что-то такое на выбитых кусочках бумаги как будто просматривалось. А можт и нет?
      Тем не менее, поток информации, кажется, начал приобретать лавинообразный характер. Синие "жигули", то ли "москвич" уже фигурировали в показаниях свидетелей. Если провести опознание, Вартаняну от знакомства с потерпевшей Чераневой отмазаться не удастся. Поездку в областной центр тоже не скроешь. Пусть приблизительно, с поправкой на экспертное заключение, но дата поездки и дата смерти Чераневой, наверняка, совпадут.
      Теперь стала понятна та легкость, с какой преступник по фамилии Вартанян проник в гараж СПТУ, где он в течение длительного времени арендовал место, а значит, имел доступ к ключам. Доступ к ключам Вартанян имел также в усадьбе Хлыбова, поскольку именно его бригада эту усадьбу строила и врезала замки.
      Естественно, на правах бригадира Вартанян был вхож в дом Хлыбова; по-видимому пользовался некоторым доверием, по крайней мере настолько, что убийцу в нем районный прокурор Хлыбов не подозревал. Не говоря уже об Анне...
      Прикидывая одно за другим известные ему обстоятедьства, Алексей все больше утверждался в своих предположениях. Сцепленная в воображении маска намертво прирастала к действительной физиономии преступника, совпадая иногда в мелких деталях. Сейчас в качестве меры пресечения следовало бы немедленно взять Вартаняна под стражу, пока тот не почувствовал опасность и не исчез. С другой стороны, Алексей вдруг понял, именно сейчас делать это никак нельзя. Вартанян не просто сексуальный маньяк, действующий в одиночку. Он круто завязан в номенклатурных хищениях последних лет и в качестве свидетеля представляет чрезвычайную опасность для определенного круга лип.
      Если все так, Вартаняна уберут прежде, чем он успеет открыть рот. Прямо в камере предварительного заключения. Особенно когда станет известно, какую самодеятельность на сексуальной почве он организовал помимо того, что вменялось ему в обязанности. Или уберут следователя, как это случилось год назад с Виталием Шуляком.
      Сразу вспомнился Хлыбов, когда он орал на следователей у себя в кабинете:
      -- ...Если вы, мудаки от юриспруденции, собираетесь ссать против ветра, вам хана! Или вы принимаете их правила игры, или окончательно выпадаете в осадок. Вас достанут из-под земли, и, если выживете, будете доживать век с переломанными костями. Как последние ублюдки!
      Без особого энтузиазма Алексей оформил изъятие дырокола в присутствии понятых и, не спеша, направился к остановке автобуса.
      Обдумывая свои дальнейшие действия, он окончательно понял: любой предпринятый им шаг в любую сторону грозит лично ему физическим уничтожением. Он оказался вдруг перед той роковой чертой, которую Шуляк в свое время переступил. Возможно, не задумываясь. Разумеется, можно не предпринимать ничего, но тогда монстр по имени Вартанян будет убивать и впредь. В среднем, по две жертвы в месяц, плюс заказные.
      Любопытно, кто платит и кто заказывает всю эту музыку? Едва ли Вартанян на свое усмотрение взялся убрать с дороги вначале следователя прокуратуры, а затем районного прокурора. За этими убийствами должна стоять некая доминирующая фигура. С организаторской хваткой. Обычно такие решения коллегиально не принимают. Значит, этот кто-то должен быть один.
      Начальник милиции Савиных на такую фигуру, пожалуй, не тянул. Службист и мелкий лукавец, он мог быть только шестеркой и за свои услуги Хозяину, наверняка, довольствовался жалкими подачками. Он, как и районный прокурор Хлыбов, тоже мог не знать, что на самом деле представляет из себя Вартанян.
      Может быть, Свешников?.. В тот день, вернее, в ту ночь, когда Шуляк был найден мертвым с заточкой в спине, столичный генерал не поленился приехать сюда, в глушь, и сделать максимум возможного, чтобы надолго дезорганизовать следствие. Есть еще одно доказательство в "пользу" Свешникова -- следователь Шуляк убит именно в то время, когда он раскручивал дело о "хищениях денежных средств, совершаемых при заготовке леса". Это уже впрямую относится к деятельности так называемого акционерного объединения "Российский лес".
      Значит, рука Москвы? -- с усмешкой подумал Алексей, забираясь в подошедший автобус.-- Жадная и загребущая".
      В коридоре прокуратуры он встретил эксперта-криминалиста Дьяконова. Тот осторожно нес на раскрытой ладони два пирожных с розовыми цветочками поверху и алчно причмокивал толстыми губами, предвкушая удовольствие. Алексей сунул ему в карман пиджака изъятый дырокол.
      -- На экспертизу.
      -- Еще один?!
      -- Ох, не любите вы свою работу, Вадим Абрамыч.
      -- Я люблю пирожные, голубчик! -- ласково пропел Дьяконов.-- Что мне ваши дыроколы. Тьфу на них!
      -- Старый, ленивый сладкоежка,-- обозвал Алексей вслед.
      Через пятнадцать минут Дьяконов ворвался к нему в кабинет с торжествужщим воплем.
      -- Это он! Он! Тот самый дырокол, с дефектом. Где вы нашли его, Алексей Иванович?
      -- Не скажу.
      -- То есть? -- Дьяконов от неожиданности опешил. Но лицо Алексея было непроницаемо:
      -- Сушествует такое понятие, уважаемый Вадим Абрамович, как служебная тайна.
      -- От меня тайна?! Ну, знаете...
      -- Извините, больше мне нечего добавить.-- Он примиряюще улыбнулся.-- Ваши пирожные, Вадрм Абрамович, наверно, доедают тараканы. Без вас.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20