Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Dragonrealm Origins (№1) - Страна-за-Пеленой

ModernLib.Net / Фэнтези / Кнаак Ричард / Страна-за-Пеленой - Чтение (стр. 6)
Автор: Кнаак Ричард
Жанр: Фэнтези
Серия: Dragonrealm Origins

 

 


Геррод снова завернулся в плащ и направился во владения Дру Зери.

А в замке Дру Шарисса отчитывала Сирвэка. Сирвэк потупился, чувствуя себя виноватым, но в то же время выполняющим данный ему приказ.

— Как тебе не стыдно меня не слушаться, Сирвэк! Сколько раз я должна повторять?

— Я вс-се понял, гос-с-спожа! Но хозяи-и-и-н при-иказал! С-с-слушаюс-сь хозяи-ина! Никто не войдет, кроме тебя!

— Но отца нет! Я хочу его спасти, а она может помочь! — Шарисса махнула рукой в сторону Меленеи.

— Не волнуйся так, милочка, — проворковала Меленея. — Сирвэк ничего плохого не хочет. Не может же он так вот просто забыть приказ Дру. Ну и, в конце концов, — она ослепительно улыбнулась зверю, — воображение его ограничено, как и его ум.

Сирвэк зашипел. Шарисса упала бы в обморок, если бы прочла мысли этого «ограниченного ума». Сейчас, пока он в крепости, он с легкостью мог отбиться не только от Меленеи, но и от кое-кого помогущественнее. А если она окажется внутри, придется полагаться только на собственные силы. Сирвэк опасался за жизнь Шариссы, но открыть ей, что он знал о гостье, не мог — слишком рискованно. Крылатый зверь отлично знал, что после такого колдунья не поколеблется убить их обоих. Поэтому он упрямо ждал и надеялся.

Да и сам Дру избегал посвящать дочь в такие вещи. Сирвэк отлично знал многое об этой прекрасной, но черной душою колдунье, но ему было запрещено говорить об этом. Сирвэк снова зашипел — не на противника, а просто от собственного бессилия защитить свою подопечную.

Шарисса не обратила внимание на смятение зверя.

— Хватит! Ты сказал, что знаешь что-то, что может помочь найти отца! Что это?

Сирвэк повел клювом от молодой хозяйки к колдунье и обратно. Его физиономия выражала явное замешательство.

— Сирвэк, речь идет о жизни отца! Сирвэк решился.

— Кри-и-ис-с-сталлы. Вс-с-се с-сведения в крис-с-стал-лах. Может, можно предс-с-с-сказать, когда откроетс-с-ся с-с-снова.

Очевидно, зверек не был в этом уверен, да и Шариссе идея пришлась не слишком по душе. Меленея разглядывала обоих, казалось ожидая каких-либо объяснений. Шарисса поняла, что ее подруга не знала заклинания отца, и объяснила его действие, подробно остановившись на том, как кристаллы записывают образы и колдовскую энергию, так что Дру мог на досуге заняться изучением их памяти.

— Милый, чудесный Дру! — Меленея очаровательно улыбнулась. — Я всегда знала, что у него великий ум! Такие возможности! Да знаешь ли ты, какие преимущества перед соперниками это может дать?

Шарисса не рассматривала это с такой точки зрения, но она могла понять, что приобретение знания о магической структуре обоих миров, Нимта и того, который Тезерени назвали Драконьим царством, может помочь волшебнику лучше применять естественные силы. Но в данный момент это не имело значения.

— Сирвэк сказал правду, — ответила Шарисса, забыв замечание Меленеи. — Кристаллы могут привести нас к другому разрыву, другому месту проникновения Страны-за-Пеленой. Можно даже увидеть почти безопасный путь, ведущий туда.

Глаза другой враадки вспыхнули. Ее взгляд показался Шариссе одновременно чарующим и тревожным. Такого взгляда она никогда раньше не видела. У Меленеи можно так многому научиться…

— Шари, душенька, а ведь ты права! И Баракас останется в дураках! Он будет страшно зол, если узнает.

Это только подтверждало то, о чем уже думала девушка. Она знала, что нельзя позволить Тезерени узнать истину, неважно, могут ли они помочь ей. Шарисса была уверена, что с помощью Меленеи они сами смогут сделать это.

— Ты не покажешь мне кристаллы, лапочка? — Меленея ласково обняла ее плечи. Шарисса приободрилась, получив моральную поддержку.

В этот момент Сирвэк поднял голову и закричал на кого-то невидимого.

— Эй, гос-с-спож-жа! Кто-то с-с-стоит воз-зле границ владений хоз-з-зяина!

— Посмотрим. — Меленея отодвинулась от Шариссы и, как показалось девушке, слепо уставилась в пространство. Когда ее взгляд снова ожил, Меленея ухмыльнулась.

— Это твоя тень в капюшоне. Он хочет пробраться в обход защиты Дру.

— Геррод?

Они ее подозревают, подумала Шарисса в панике. Но тут же поняла, что это невозможно. Нет, Геррод очутился здесь по той простой причине, что его отец, скорее всего, поручил ему доставить ее обратно. Опять она прониклась сочувствием к его положению, но не настолько, чтобы выдать себя.

— Он не сможет войти. Папа очень тщательно устанавливал защиту.

Меленая задумалась.

— Если бы это был бугай Риган, я бы поверила, но у Геррода острый ум… коварный. Он может распутать некоторые заклинания.

— Не сможет, если Сирвэк будет следить за тем, что происходит. — Шарисса повернулась к питомцу Дру: — Проследи, чтобы он не вошел.

Волшебное существо воздело глаза так, словно хотело сказать что-то еще, но в конце концов покорно кивнуло и вымолвило только:

— Как скажеш-шь, гос-с-спожа.

— Так иди! Чего ты ждешь?

Поколебавшись, верный сторож медленно поднялся в воздух и, быстро взглянув на Меленею с непонятным выражением, улетел.

— Куда это он?

— На башню, где у него насест. Сирвэк предпочитает следить за всем оттуда.

— У него есть предпочтения? Как странно, твой страж — настоящая личность! Хотя я понимаю! Раз уж его сделал Дру, может быть и не такое.

Шарисса улыбнулась комплименту и указала на левый коридор:

— Сюда. Мы пройдем мимо папиного железного голема.

— Пойдем. Пусть Геррод колотится о защиту до посинения. — Она сделала движение, как при телепортации. Но ничего не вышло. Еще попытка. Тут Шарисса вспомнила об отцовских страхах.

— Тут близко разрыв. Это мешает некоторым заклинаниям. Проще будет дойти пешком. По-моему, папа любит работать мышцами.

— Н-да? — Меленея пожала плечами. — Пожалуй, для новизны ощущений… Ну ладно. Веди меня, моя прелесть.

Шарисса обнаружила, что никак не может перестать болтать. Наконец-то у нее была собеседница — иной женщине можно сказать то, что не доверишь отцу. И Меленее вроде бы интересно ее слушать. Она стала особенно внимательной, когда речь зашла о матери Шариссы.

— Папа говорит, когда они встретились впервые, она была совсем такая, как я сейчас. Не думаю, что это что-то значит — все на свете меняют внешность. Я ее не помню. Ее убили на какой-то дуэли. — Шарисса глянула на спутницу. — Я понимаю, это звучит так, словно я отношусь к ней равнодушно, но это неверно. Просто прошло столько лет, я ее почти и не знала.

Меленея притянула ее к себе:

— Понимаю. Главное — сделать себя достаточно твердой для испытаний, которые подкидывает жизнь. Все, даже самое грустное, должно сделаться своего рода игрой. Только так можно прожить первые четыре-пять столетий. Жизнь стала куда более приемлемой, когда я научилась видеть се так.

— Игра? — Шарисса не могла себе представить игрой события последних нескольких дней, но Меленея веками набиралась опыта, подтверждавшего ее мнение. Возможно, когда это окончится, — если это окончится, — Шарисса попробует воспользоваться ее советом.

Они подошли к рабочему кабинету Дру. Попытались войти, но что-то не пустило их.

— Не понимаю! — Младшая Зери шагнула вперед и протянула руку. Не встретив сопротивления, она продолжала идти вперед, пока не вошла внутрь. Меленея тоже протянула руку, но ее вытолкнуло. Она в раздражении потянула себя за локон, украшавший ее скулу.

— Одна из мер предосторожности Дру, милая Шари, — пояснила чародейка. Ее улыбка была несколько вынужденной.

— Извини! — Напряжением мысли дочь Дру прервала заклинание, чтобы Меленея смогла войти. — Я так привыкла к ним, что иногда забываю, хотя это, кажется, что-то новое. Оно открывается только папе или мне в соответствии с изменениями в Нимте, которые я обнаружила перед тем… перед тем, как папа ушел и…

Меленея опять оказалась рядом, успокаивая и поддерживая в нужный момент. Шарисса удивлялась, почему она не приходила в прошлые годы, но не решалась спросить. Это было почти как обрести сестру — или даже мать, — и она боялась порвать связавшие их узы.

— Ах, милый Дру! Это просто невероятно! — Ласковые руки бесцеремонно оттолкнули Шариссу. Меленея быстро подошла к дальнему углу комнаты, где были выставлены мерцающие магические кристаллы. Она осмотрела каждый по отдельности, Шариссе послышалось, что она шепчет что-то, касающееся их цвета и узора. Очевидно, старшая подруга неплохо умела пользоваться кристаллами. Надежды Шариссы вспыхнули с новой силой — отец многому научил се, но, видимо, он считал, что кое к чему она еще не готова. Так, может быть, Меленея знает, что делать.

Прошло несколько долгих, напряженных минут.

— Призрачная страна… так ее назвал Дру? — спросила чародейка. — Она воздействует на природу Нимта? Я имею в виду, сильнее, чем принято считать.

Она поняла! Шарисса быстро кивнула.

— Она слишком сильно проявилась в нескольких местах, — добавила девушка, — никто не может предсказать, как там будет работать магия. Поэтому-то папа так долго ждал, прежде чем попытаться телепортироваться.

Меленея кивнула в ответ. Шарисса уже рассказывала ей об этом, вновь и вновь переживая те жуткие мгновения. Эти воспоминания были мучительны, но новая подруга убедила се в том, что ей необходимо знать об этом.

— Странно…

— Что?

— Ничего. — Чародейка покачала головой. — Просто шальная мысль, детка.

Шарисса подошла и указала на сделанное ею дополнение.

— Здесь я изменила папин узор.

— Не может быть! — выдохнула Меленея ошеломленно.

— Папа тоже так говорил, но потом он посмотрел внимательнее и сказал, что это другой мир вторгся в наш. Поэтому-то мы и пошли к разрыву и…— Она запнулась.

— Не мучай себя этим. — Еще раз оглядев удивительную картину, Меленея улыбнулась. Эта улыбка отличалась от тех, которые Шарисса видела раньше. Эта улыбка была удовлетворенной, совершенно удовлетворенной. Шарисса подумала, что чародейка нашла способ отыскать отца.

— Я думаю, милая Шари, надо поставить что-нибудь сюда. — Тонкий изящный пальчик указал в самый центр спирали. — И сюда. — Теперь пальчик указывал на место рядом с верхушкой.

— Ты уверена? — Места, показанные Меленеей, действительно могли вместить новые кристаллы, но смысл этих дополнений ускользал от молодой враадки.

Блистательная улыбка развеяла се страхи.

— Конечно, Шари! Пока ты не поставишь кристаллы в эти точки, нам лучше не продолжать.

— Хорошо. — Шарисса направилась к ящику на рабочем столе. Она знала, какое защитное заклинание запирает его, и часто открывала его прежде. Ящичек, сделанный из дерева, покрывала сеть магических надписей. В центре была выгравирована метка Дру Зери. Здесь хранились кристаллы для работы.

— Я… — Шарисса была готова признаться, что не знает правильного цвета и размера кристаллов, но тут цепочку ее размышлений прервало вмешательство другого разума.

Это был Сирвэк.

«Гос-спожа, Тезерени Геррод уш-ш-шел».

«Так быстро? — Это не было похоже на Геррода. — Ты уверен?»

Последовало некоторое замешательство, которое Шарисса приняла за проверку правильности сообщения.

«Тезерени нет нигде с-с-снаружи, гос-с-спожа. Я защ-щитил дом так хорош-шо, лучш-ше нельзя».

Это было несколько странно сформулировано, но она поняла.

«Все же оставайся на посту, Сирвэк. Он может опять попытаться войти. Ты должен делать все для защиты замка. А мы займемся спасением папы».

«Я делаю то, что долж-жен, гос-спожа. Гос-с-спожа, я не могу войти в кабинет хоз-з-зяина».

«Если понадобится, я тебя впущу. Не стоит сейчас тратить на это время, Сирвэк, не для чего. Если будет нужно, помогут папины жители ночи».

Жителями ночи называли призрачных тварей, живущих на крыше. Дру пользовался их помощью в своих экспериментах.

«Они с-с-слабы, гос-спожа. Я…»

«Этого хватит, Сирвэк!»

«Я делаю то, что должен делать для хоз-з-зяина и тебя, гос-спожа», — вновь повторил Сирвэк, прежде чем прервать контакт.

Шариссу несколько удивила последняя фраза — не столько сами слова, сколько тон Сирвэка. Черно-золотой зверек говорил почти обреченно.

— Шари, милочка! Кристаллы!

— Меленея, со мной связался Сирвэк. Геррод ушел, наверное, назад к лорду и леди Тезерени.

— Вот как? — Меленея улыбнулась. — Присматривай за ним, Шари. Он, похоже, самый хитрый и вероломный из них. Его словам и поступкам никогда нельзя доверять.

Шарисса так и представляла себе скрытного враада. Геррод был и враадом, и Тезерени. Отвратительнейшее сочетание!

— Кристаллы… Шарисса, милая. — Чародейка прикоснулась к локону на своей щеке. Казалось, она с трудом удерживает в себе нарастающее возбуждение. Шарисса приняла это за признак уверенности в их предприятии. Но тем более важно было правильно подобрать кристаллы.

— А какой нужен?

— Любой подойдет.

Шарисса вскинула голову и взглянула на другую враадку.

— Но цвет и размер! Сюда нельзя ставить что попало! Можно сломать папину работу, и мы никогда не сможем его найти!

Красавица колдунья быстрыми шагами преодолела расстояние между ними и схватила свою младшую подругу за плечи, пожалуй, несколько более сильно, чем раньше.

— Шари, малышка, я знаю, как работают кристаллы. Не волнуйся. Вот. — Меленея взяла два кристалла побольше, синий и прозрачный. — Не надо волноваться. Эти прекрасно подойдут.

Под взглядом Шариссы, все еще не уверенной в правильности выбора, чародейка вернулась к мерцающим и светящимся спиралям и довольно небрежно воткнула два кристалла в середину. Синий, движимый се силой, тут же взвился к вершине. Но прозрачный кристалл с трудом пробирался через спиральный узор, который сопротивлялся дополнению с почти живым упорством. Однако по воле Меленеи прозрачный камень вскоре преодолел сопротивление и занял свое место в одной из спиралей.

Ее собственные дополнения после изучения результатов удовлетворили отца, но сейчас младшая Зери, даже после нескольких секунд внимательного исследования, так и не смогла уяснить, для какой цели служат новые вставки. Она высказала это Меленее, которая одарила Шариссу улыбкой, согревающей своей заботой.

— Со временем это станет очевидным. Обещаю тебе. Теперь осталось только одно. Я хотела бы убрать кристаллы, которые содержат информацию о том месте, где пропал бедняжка Дру.

Это было просто. Счастливая тем, что она опять играет важную роль в спасении отца и понимает, что делает, Шарисса присоединилась к Меленее возле спирали. Она проворно вызвала волшебные камушки, улыбаясь тому, как они побросали свои места и полетели к ее раскрытой руке. После этого она вынула из ящичка замену. Новые кристаллы легко и изящно заняли место предыдущих.

— Какая ты чудесная, ловкая, прелесть Шари! — Такое умение нельзя было не похвалить. — Я горжусь тобой, словно ты моя дочь! Дру так хорошо воспитал тебя!

Шарисса зарделась под градом комплиментов, исходивших не от отца.

— Теперь, — добавила Меленея, протянув гладкую бледную руку, — дай кристаллы, и мы пойдем.

— Пойдем? — Шарисса чуть не выронила самоцветы. — Куда?

— Это лучше делать в моем кабинете, дорогая моя, — ответила чародейка, беря девушку за руку. — У меня есть методы, о которых не знает, наверное, даже Дру… и, я думаю, тебе будет там чуть побезопаснее, если вспыльчивый Баракас опять пришлет сюда Геррода да еще даст ему в придачу немного из своего неистощимого запаса родственников.

— Нам понадобятся папины записи. Они в его личных покоях, но я легко могу их достать.

— Прекрасно. А я пока воспользуюсь возможностью и посмотрю, нет ли в этой комнате чего-нибудь еще полезного для нашего дела. — Меленея прижала Шариссу к своей груди. — Скоро ты вновь увидишь Дру!

Шарисса выбежала из комнаты, спеша отыскать работу отца и вернуться. Ее мысль перескакивала с настоящего момента к грядущему воссоединению с отцом. Замечтавшись, она не заметила вынырнувшую откуда-то тень.

— Шарисса.

Она остановилась и прислонилась спиной к стене, не веря своим ушам. Ее взгляд обежал коридор и остановился на тени, которая не была тенью.

Он открыл лицо, которое она узнала, все еще надеясь, что это только кошмарная иллюзия.

— Геррод!

— Слушай, Зери! Сирвэк сказал мне, что…

Сирвэк! Страж предал их? Как можно… разве что Геррод, коварный, как говорила Меленея, как-то захватил сознание зверька, подчинил его волю.

— Держись от меня подальше, Тезерени!

— Дурочка! Твой отец слишком защищал тебя! Ты не имеешь представления о ментальных возможностях враада! Если только…

Шарисса, воспользовавшись его заносчивостью, быстро проскользнула мимо него обратно, в комнату, где оставалась Меленея. Не ожидая от нее такого тупого, немагического действия, Геррод растерялся. Однако благодаря своей исключительной реакции, результату воспитания, он почти удержал ее за руку.

— Шарисса! Нет! Вернись! Поговори с Сирвэком!

Она не обратила на него внимания, уверенная, что зверек будет говорить под диктовку враада. Ее единственная надежда, решила она, добраться до Меленеи и сбежать из замка.

Уже в дверном проеме, за которым — безопасность, она вдруг ощутила какой-то звон в воздухе. Тезерени произнес заклинание. Очертя голову Шарисса кинулась в комнату.

— Меленея, я…

— Шари! Скорей отгони прочь этих тварей!

Жители ночи — мутные темные пятна — вились вокруг колдуньи, перелетая на одну сторону, когда она пыталась защищать другую. Несколько клякс на полу указывали на судьбу тех, что не ускользнули от рук Меленеи.

Это было уже чересчур. Видно, Геррод через Сирвэка подчинил жителей ночи себе! Замок больше не был в безопасности. Даже этой комнате угрожали Тезерени!

— Шарисса! — Геррод все бился о барьер у входа. Долго ли продержится барьер? Пытаясь не обращать на него внимания, Шарисса сконцентрировалась на опасности, угрожающей Меленее. Черные существа улетели прочь, недовольно подчинившись ее приказу. Шарисса бросилась к своей подруге.

На мраморной коже Меленеи осталось несколько царапин, но ее они не интересовали. Она ухватилась за запястье Шариссы и вцепилась изо всех сил.

— Все, уходим! Держись!

— Зери! Ты же не поверишь…

Последние слова Геррода потонули в вихре, в котором исчез замок и появились владения Меленеи.

«Несмогнесмогнесмогнесмог…».

Геррод пытался совладать с паникой, охватившей разум Сирвэка: хозяйка зверя ушла с Меленеей, он не справился с задачей. Постепенно Геррод возвращал Сирвэка в здравый рассудок, но он и сам боялся за юную Зери. Геррод не питал к ней никакой слабости, но Меленея… все, кроме разве что Ригана, знали, что она собой представляет.

— Сирвэк! Слушай меня!

Он уже убедил зверя, что союз с ним — единственная надежда. Ему это удалось благодаря тому, что он многое знал о Меленее. Враг моего врага… Оба надеялись, что когда-нибудь Шарисса прислушается к ним. Геррода просто грызло ощущение, что он не справился: ведь теперь это был его собственный промах и его поражение. Может, отец был прав?

Впрочем, это уже неважно. Герроду придется возвращаться с пустыми руками. И теперь возвращение Дру будет единственным шансом выжить для обоих. Когда отец говорил, что оставит его, он отнюдь не шутил.

Не смог…

Зверь между тем почти успокоился. Впрочем, он еще не мог подсказать ничего умного. Все придется решать Герроду.

Хотя он не мог войти, понаблюдать за теми, кто был внутри, ему удалось подслушать. Шарисса говорила что-то о прежней работе Дру… о связи между мирами и о видениях. Может, в этом-то и зарыта собака.

— Сирвэк!

Он привык думать о таких, как он, словно о вивернах клана Тезерени.

— Слушай меня внимательно, и мы еще сможем спасти твоего хозяина, хозяйку… и меня. Вот что я предлагаю сделать…

Глава 9

Дру проснулся на рассвете… впрочем, когда же он заснул? На него спикировали эти птицелюди, окружив кольцом… Он пытался действовать… Не успел… И потерял сознание.

Что бы его ни держало, оно делало это крепко. Заклинания сперва вызвали головную боль, потом шум в ушах — и ничего более. После нескольких попыток он сдался. Стало быть, вырваться невозможно, решил он и начал удовлетворять свое неуемное любопытство. Изучая пернатых победителей, Дру подметил, что почти все они мужского пола. Никто не выделялся особыми чертами, правда, четверо из них были поменьше и потоньше, хотя выглядели вполне взрослыми. Значит, вероятно, самки. Если так, то у них равноправие полов: самки работали никак не меньше остальных. И не больше.

Птицы немногим лучше Дру были знакомы с этими краями. Это было видно по их постоянной напряженности и подозрительным взглядам. Кроме того, они смотрели на покинутый город с почтением и ужасом, но пытались скрыть это под маской надменности — ну точь-в-точь Баракас. Дру пытался с ними заговорить, но в ответ получал только хлопки по лицу и невнятные кваканья. Из жестов он понимал, что и они пытаются заговорить с ним, но безуспешно.

Интересно, от чего они его спасли? Похоже, они очень радовались смерти той твари, словно убили кровного врага… То, что между двумя чудовищными расами идет война, неудивительно. Вряд ли как одна, так и другая сторона намного лучше его собственного народа.

Они убили еще кого-то — наверное, одного из тех эльфов, которыми так интересовался Баракас. Спокойно и молча. Любопытно, зачем они все оказались в этом месте? Уж не потому ли… Впрочем, все его мысли были пустыми умозаключениями и только.

Цель — руины — все приближалась. А что сталось с Тьмой? Не могли же они оставить такую угрозу у себя за спиной. Да и странное поведение лошади — не их рук дело. Они не обратили на коня ни малейшего внимания. Похоже, лошади здесь были обычным явлением, и никого не волновала одна из них, бродившая в одиночестве по древнему городу. Кстати, с того момента, как он потерял сознание, лошадь куда-то подевалась. Следы от нее тянулись на север, но больше Дру, лишенный возможности последовать за ней, ничего не знал.

Вблизи руины казались еще более заброшенными. Внешние стены были по крайней мере впятеро выше волшебника; кое-где все еще вздымались их остатки. Еще выше были башни, часть которых избежала разрушения; они чем-то напоминали творения враадов. Резьба и украшения почти не сохранились — их стерло время. Город был невероятно, невообразимо стар. Возможно, он лежал в развалинах еще тогда, когда только появились первые представители враадской расы.

Компания остановилась возле того, что было воротами города: птицы, видимо, морально готовились к тому, чтобы войти в развалины. Дру заметил подрагивание почвы под ногами, но не обратил на него внимания, поскольку в Нимте это было обычным делом.

Из разверзшейся земли высунулись здоровенные когтистые лапищи.

Дру метнулся в сторону, уворачиваясь от когтей. Это было такое же чудище, как то, что напало на него накануне. И птицы, захватившие его в плен, явно хорошо знали, что это такое. Им бы стоило быть поосторожнее, но они, по-видимому, как и враады, были склонны переоценивать свои силы.

С отчаянным криком большая птица рухнула вниз, в трещину, где прямо на глазах Дру превратилась в кучку кровавых ошметков и исчезла под землей. Враад увернулся еще от одной лапы, мечтая взлететь вместе с птицами.

Все птицы, кроме первой жертвы, успешно взлетели. Некоторые схватились за свои медальоны.

Воздух оказался не безопаснее земли. Еще одна подземная тварь извлекла откуда-то длинное копье и метнула. Одна из птиц рухнула с копьем в груди.

Птицы наконец-то нанесли ответный удар. Дру ожидал заклинания вроде того, что поразило первое подземное существо, но вместо этого страшную тварь окутала дымка. Зверюга зашипела и начала отмахиваться, но дымка только сгустилась, скрыв его от глаз. Когда же ветер разогнал дымку, на месте твари осталось только пустое место.

Еще один летун упал, сраженный метким броском, но на этом успех нападавших закончился. Еще двоих зверюг поглотила колдовская дымка, а четвертый превратился в отвратительное месиво прямо на глазах у Дру. Битва закончилась.

Птицы спустились и занялись погибшими. Прежде чем Дру успел перевести дух, двое схватили его и вознесли в воздух над развалинами ворот.

Его бесцеремонно швырнули на кучу камней, которая когда-то была прекрасной мостовой.

Это переполнило чашу терпения враада. Связанный, готовый встретить смерть лицом к лицу, он повернулся к своим стражам и выкрикнул:

— Выслушайте меня! Я не знаю, что вы ищете, скажите мне, я смогу помочь! Да не бойтесь же вы говорить со мной! Я могу знать что-то, чего не знаете вы! Я требую, чтобы вы выслушали меня!

Он сомневался в том, что представляет большую ценность для своих стражей, но не хотел показать это птицам. Все трое посмотрели на него одинаково, одним глазом. Под немигающими взглядами Дру почувствовал себя неуютно.

Без предупреждения и с такой скоростью, что у Дру перехватило дыхание, две птицы шагнули вперед и взяли его за руки. Враад не был уверен в их добрых намерениях, но не мог оказать сопротивления, это было бы все равно что слабый ребенок пытался бы побороть свирепого волка, столь мощная хватка была у этих существ. Третий, убедившись, что волшебника держат крепко, медленно подошел к пленнику и, остановившись на расстоянии вытянутой руки, пристально посмотрел на него.

Когтистая лапа взмахнула перед его лицом настолько неожиданно, что человек не успел даже испугаться за свою жизнь. Лапа закрыла ему половину лица, коснувшись его лба.

Мир вокруг него изменился. Пейзаж былого величия сменился темным необитаемым местом. Каким-то образом он понял, что это пещера под горой из горной цепи — за широким морем. Да, так и есть. Тьма доставил своего слабого товарища в Страну-за-Пеленой, но здесь, оказывается, не один континент. Дру не ошибся, предположив, что птичий народ незнаком с этой страной. Они попали сюда после долгих странствий, только треть от их первоначального числа достигла здешних берегов. Все это Дру постиг через образы, заполнившие все уголки его сознания.

Пещера расширялась перед взором враада; вскоре Дру обнаружил, что в давнем прошлом в ней был тронный зал или храм. Воздух пещеры пронизывал неизвестно откуда идущий тусклый свет. Там были причудливые каменные изваяния, казавшиеся живыми. Некоторые из них имели человеческие черты, другие нет, но в каждой чувствовалась изумительная точность, свидетельствующая об искусности древних мастеров. Врааду почудилось нечто неестественное в статуях, в самом этом древнем покое, что-то напоминало разрушенный город, словно и то и другое было выстроено одной расой, хотя и разделенной водами пролива.

— То есть, — обратился он к крылатому предводителю, которого, правда, в этот момент он не видел, — вы нашли пещеру и проследили ее происхождение до этого места.

Он ощутил нечто означающее подтверждение. Он не мог разобраться, как ощущения переводятся в ответы; это потребовало бы слишком много времени. Дру знал только, что его предположение о развалинах было правильным, и крылатое существо по-своему проинформировало его об этом.

Дру увидел фигуру, в которой узнал себя, идущего по городу вместе с — искателем? — в поисках чего-то. Это… опять это словечко, «искатель», что-то тут не то. Искатели… да, подумав, волшебник решил звать их про себя искателями. Это имя ничуть не хуже, чем то, что выбрал себе Тьма, и удобнее для слуха и произношения враада.

Искатели нашли что-то — что именно, от разума волшебника тщательно скрыли — в пещере, что понудило их отправиться в путешествие на другой континент. К несчастью, это привело туда же их злейших противников, землекопов. Дру попытался отследить название врагов, но птицы соотносили с гигантскими чудищами только пренебрежительные символы, ни один из которых ничего не объяснял магу. Зато он выяснил, что другая раса была древнее захвативших его, и ее мощь увядает… но недостаточно быстро, по оценкам птиц. Это могло быть и личной точкой зрения вожака стаи, но Дру решил в текущий момент довольствоваться ей.

Столь же неожиданно, как в пещеру, враада переместили в другую местность, на этот раз к обширным гнездовьям естественного происхождения и рукотворным, составлявшим славу народа искателей. Этот мир, сочетающий природу и искусство, произвел на Дру более сильное впечатление, чем причина их пребывания на этой стороне мира. Птицы придали деревьям и холмам формы, образующие жилые помещения, которые создавались его собственным народом просто при помощи магии. Видимо, их племя было так устроено, что время от времени искатели привязывались к месту, так что неудивительно, что их строения напоминали враадские. Города, подобные этому, усыпали большую часть другого континента, позволяя племени размножаться, не разрушая природу.

Вспомнив о родном мире, Дру позавидовал своим новым знакомым.

В этот момент вожак убрал руку со лба пленника. Дру был прав в своих предположениях: высокие были мужчинами.

Хотя угадывать смысл выражений птичьих лиц было не так-то просто, Дру уловил на лице вожака что-то вроде изумления и растерянности. Это привело его к мысли, что особый метод общения, который применяли искатели, работает в обе стороны. Дру невольно открыл им свое собственное происхождение, включая тот важный факт, что он не из этого мира!

Искатели, по всей видимости, не нуждались в физическом контакте для общения друг с другом, поскольку выражение лиц двоих, все еще державших его, внезапно изменилось. Он знал, что это связано с Нимтом и его плачевным состоянием. Он представлял себе, что они думают о нем, одном из тех, по чьей вине иссякает некогда прекрасный мир.

К его удивлению, на этом расспросы кончились. Что бы ни разыскивали здесь птицы, они считали это более важным, чем одинокий представитель увядающей расы из чужого мира. Когда оставшиеся из их компании появились из-за стен и приземлились вокруг них, на этот раз позаботившись осмотреть землю под ногами, вожак даже не счел нужным ознакомить остальных с новостями, почерпнутыми от Дру. Однако враад был почти уверен, что всем известно то, что он невольно открыл, судя по изменившимся взглядам, которые они время от времени бросали на него. Прежде в них читалось только превосходство над тем, кто не входит в их «высшую» расу. Теперь сюда еще примешивалось превосходство самого Дру над теми представителями своей расы, чьи вкусы были даже для него слишком извращенными и неприемлемыми.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16