Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Вампир Билл (№5) - Мертв как гвоздь

ModernLib.Net / Ужасы и мистика / Харрис Шарлин / Мертв как гвоздь - Чтение (стр. 4)
Автор: Харрис Шарлин
Жанр: Ужасы и мистика
Серия: Вампир Билл

 

 


Он смотрел на любимую женщину, в глазах которой при виде его засиял тот же блеск. Она легкой танцующей походкой подошла к столику. Сняв куртку, женщина продемонстрировала свои мускулистые руки. Супруги не поцеловались, а просто обменялись рукопожатиями. Женщина села за стол, заказала диетическую колу, а затем принялось изучать меню. По ее мнению, все блюда в нашем баре губительным образом сказывались на фигуре. Не стану отрицать: так оно и есть.

– Салат? – предложил Джек Лидс.

– Я бы съела чего-нибудь горячего, – возразила она. – Как насчет чили?

– Хорошо. Два чили, – сделал заказ детектив. – Лили, это Сьюки Стакхаус. Мисс Стакхаус, это Лили Бард Лидс.

– Очень приятно, – улыбнулась женщина. – А я как раз проезжала мимо вашего дома.

Светло-голубые глаза сверлили меня точно лазер.

– Вы видели Дэбби в ночь перед ее исчезновением. – Про себя Лили подумала: – «Именно вас она так сильно ненавидела».

Эта парочка не догадывалась об истиной сущности Дэбби. Слава богу, что Пелтам не удалось обратиться за помощью к детективу-оборотню. Родителям девушки не очень-то хотелось доверять расследование пропажи их дочери обычному сыщику. Если дело касается оборотней, они всеми правдами и неправдами стараются скрыть факт своего существования.

– Да, я ее видела, – подтвердила я.

– Может, мы поговорим об этом? После того, как закончится ваша смена?

– После работы я собираюсь навестить друга в больнице, – сказала я.

– Он болен? – осведомился Джек Лидс.

– Ранен, – пояснила я.

Мои слова тут же заинтересовали детективов.

– Это сделал кто-нибудь из местных? – спросила блондинка.

И тут до меня дошло, как можно отвести от себя подозрение.

– Его ранил снайпер. Здесь кто-то ведет на людей охоту, – вздохнула я.

– А кто-нибудь пропал? – спросил Джек Лидс.

– Нет, – выдавила я. – Пострадавшие лежали на том же месте, где в них стреляли. Но у нападений были свидетели. Может, поэтому жертв и не трогали. – Вообще-то я не слышала, чтобы кто-нибудь видел, как стреляли в Кельвина, но ведь кто-то же позвонил по девять один-один.

Лили Лидс поинтересовалась, не могу ли я поговорить с ними завтра перед работой. Я дала детективам адрес и назначила встречу на десять утра. Перспектива отвечать на вопросы сыщиков мне совершенно не улыбалась, по выбора не было. Если я откажусь, они заподозрят меня в причастности к пропаже Дэбби.

Внезапно я ощутила непреодолимое желание позвонить Эрику и рассказать ему о Джеке и Лили Лидс; говорят, если поделиться с кем-нибудь своими тревогами, то на душе станет легче. Но Эрик о событиях той ночи ничего не помнил. Жаль, что, и я не могла вычеркнуть из памяти тот ужасный инцидент. Невыносимо, когда у тебя есть гнетущая тайна, которой ни с кем нельзя поделиться.

Я знала огромное количество секретов, но все они принадлежали другим людям. Моя же собственная зловещая и окропленная кровью тайна тяжким грузом легла мне на плечи.

Вечером на смену Терри должен был выйти Чарльз Гвининг. Арлена сегодня работала в две смены: утром она подменяла Даниэль, которая пошла на детский спектакль с участием ее дочурки. Немного поболтав с подругой о новом бармене-вышибале, мне удалось избавиться от мрачных мыслей. Арлена была заинтригована. В бар еще ни разу не заходил англичанин, и уж тем более англичанин с повязкой на глазу.

– Передавай Чарльзу от меня привет, – крикнула я ей, надевая дождевик. Дождь с новой силой забарабанил по окнам, а всего несколько часов назад ливень, казалось, почти прошел.

Натянув капюшон на лицо, я зашлепала по лужам к машине. Я открыла дверцу и тут услышала, как меня кто-то зовет.

На пороге своего жилища с костылем стоял Сэм. Несколько лет назад он пристроил к крыльцу крышу, поэтому ливень его не страшил. Впрочем, ему незачем было выходить на порог. Захлопнув дверцу, я запрыгала через лужи и выступающие булыжники. Через несколько секунд я уже стояла рядом с Сэмом, а капли с дождевика стучали по деревянным доскам.

– Прости меня, – извинился Сэм.

– Давно пора, – огрызнулась я.

– И все же прости.

– Ну, ладно. – Я намеренно не стала спрашивать, куда он поселил вампира.

– В баре все спокойно?

Я заколебалась.

– Мягко говоря, посетителей сегодня мало. Но… – Мне ужасно хотелось рассказать Сэму о частных детективах. Но у него, бесспорно, возникнут вопросы. А я вряд ли совладаю с желанием признаться ему в убийстве Дэбби Пелт. – Мне пора идти, Сэм. Мы с Джейсоном хотим навестить Кельвина Норриса.

Он посмотрел на меня. Его глаза сузились. На золотисто-рыжих ресницах Мерлотта, обычно сливающихся с конопатым лицом, блестели капельки дождя. Впрочем, какое мне дело до его ресниц или другой части тела?

– Я вчера вел себя как подонок, – признал он. – Не стану объяснять причину такого поведения.

– Не сомневаюсь, – смущенно пробормотала я. – В любом случае, я все равно никогда ее не пойму.

– Так или иначе, знай, ты всегда можешь рассчитывать на меня.

Зачем психовать, а потом просить прощения?

– Ты и в самом деле сбил меня вчера с толку, – сказала я. – Но мы дружим уже несколько лет, и я очень высоко ценю тебя. – Слова показались мне настолько вычурными, что я не удержалась от улыбки. Сэм тоже улыбнулся. Капелька дождя скатилась с капюшона и шлепнулась мне на нос. Обида прошла.

– Когда ты вернешься на работу? – спросила я.

– Зайду завтра, – ответил Сэм. – Посижу в кабинете, заполню кое-какие бумаги.

– Тогда увидимся.

– Уж будь уверена.

Я вновь засеменила к машине, но на сей раз с легким сердцем. Во время ссоры с Сэмом я чувствовала себя не в своей тарелке. Я и не догадывалась, что перебранка лишь улучшила наши с ним отношения.

Глава 5

Когда мы припарковались на стоянке госпиталя, дождь шел сплошной стеной. Больница по своим размерам уступала госпиталю в Клэрсе – именно туда зачастую доставляют жителей Ренард Пэриш. Однако медицинское учреждение в Грэнгере более новое, и оборудовано оно таким количеством диагностических устройств, какими не обладает ни одна другая больница.

Дома я переоделась в джинсы и свитер, но дождевик все-таки взяла с собой. Мы с Джейсоном, выйдя из машины, заспешили к автоматическим стеклянным дверям, я похвалила себя за то, что сообразила надеть ботинки.

Госпиталь переполняла злоба двусущих. Войдя в помещение, я тут же ощутила их гнев. В холле сидели два оборотня из Хотшота; по-моему, они выполняли роль охранников. Джейсон обменялся с ними крепким рукопожатием. Возможно, это было какое-то особое рукопожатие; я не знаю.

По крайней мере, они не терлись о носы друг друга, как это делают животные. Мне показалось, что появление Джейсона их не очень обрадовало. Я заметила, как помрачнел взгляд брата, когда он отошел от них. Двусущие пристально смотрели на меня. В глазах коренастого светло-русого мужчины светилось любопытство.

– Сьюки, это Диксон Мейхью, – представил Джейсон незнакомца. – А это его сестра-близнец Дикси Мейхью. – У девушки были короткие волосы того же цвета, что и у брата, и темные, почти черные глаза.

– Здесь все тихо? – осторожно поинтересовалась я.

– Пока проблем не было, – негромко ответила Дикси. Диксон не сводил взгляда с Джексона. – А как дела у твоего босса?

– Ему наложили гипс, но он поправится.

– А у Кельвина тяжелое ранение. – Дикси с минуту смотрела на меня. – Он в палате номер двести четырнадцать.

Получив разрешение, мы с Джексоном направились к лестнице. Близнецы смотрели на нас, пока мы не скрылись из виду. На втором этаже за столом сидела санитарка. Мне почему-то стало ее жалко. Седые волосы, очки в роговой оправе, приятное морщинистое лицо. Надеюсь, во время ее дежурства не произойдет ничего такого, что пошатнет ее мировоззрение.

Палату Кельвина мы нашли быстро. Рядом с дверью, прислонившись к стене, стоял здоровяк бочкообразного телосложения. Такую гору мускулов я видела впервые. Незнакомец оказался вервольфом. По мнению двусущих, безжалостные и живучие люди-волки как нельзя лучше подходили на роль охранников. Лично я так не считала. Впрочем, верфольфы и в самом деле самые дикие существа в сообществе оборотней. Среди врачей их, к примеру, не встретишь. Они, в основном, занимаются строительством или ремонтом мотоциклов. Некоторые из этих зверюг способны на большее, чем поглощение пива в безмерных количествах.

При виде вервольфа внутри меня все сжалось. Интересно, с чего вдруг пантеры из Хотшота прибегли к помощи чужака?

Это Доусон, – прошептал Джейсон. – У него между Хотшотом и Грэнгером собственная мастерская по ремонту двигателей.

Когда мы с Джейсоном шли по коридору, Доусон насторожился.

– Джейсон Стакхаус, – проговорил вервольф, осмотрев брата. На Доусоне были джинсы и рубашка в обтяжку; мне казалось, его бицепсы вот-вот разорвут ткань. Черные кожаные ботинки порядком поизносились.

– Мы приехали навестить Кельвина, – начал Джейсон. – Познакомьтесь, это моя сестра, Сьюки.

– Мадам, – пророкотал Доусон. Он медленно осмотрел меня – так делают все охранники. Хорошо, что я оставила сумочку в машине. Вервольф и ее бы обшарил. – Не могли бы вы снять пальто и повернуться?

Я и не подумала обижаться; Доусон выполнял свои обязанности. Пока он начеку, Кельвину ничто не угрожает. Я сняла дождевик, отдала его вервольфу и повернулась.

Медсестра, заполняющая бюллетени, наблюдала за происходящим с неподдельным любопытством. Джейсон последовал моему примеру. Не обнаружив ничего подозрительного, Доусон постучал в палату. После того, как ему ответили, он приоткрыл дверь и сказал:

– Стакхаусы.

Из палаты донесся шепот. Доусон кивнул.

– Мисс Стакхаус, вы можете войти, – разрешил вервольф. Джейсон хотел, было последовать за мной, но Доусон преградил ему путь. – Только ваша сестра, – объяснил он.

Мы с Джейсоном попытались возмутиться, но тут брат замотал головой.

– Ступай, Сьюки, – вздохнул он. Переубедить Доусона просто невозможно, да и незачем зря тревожить раненого человека. Толкнув массивную дверь, я вошла в палату.

Палата предназначалась для двух пациентов, но кроме Кельвина в ней никого не было. Предводитель пантер выглядел ужасно. Бледный и измученный. Всклокоченные грязные волосы. Правда, бороду, как я заметила, регулярно подравнивали, а остальную поросль выбривали. Кельвин лежал в кровати в больничном халате, а вокруг койки стояли различные медицинские приборы.

– Мне так жаль, – пробормотала я. Вид Кельвина поверг меня в ужас. Остальные оборотни испытывали то же самое. Не будь он оборотнем, Кельвин бы не выжил. Тот, кто стрелял в него, рассчитывал, что рана окажется смертельной.

Кельвин медленно, с усилием повернул голову и посмотрел на меня.

– Все не так плохо, – прохрипел он. – Завтра меня уже собираются отключить от аппарата.

– Куда попала пуля? – спросила я.

Не сводя с меня золотисто-карих глаз, Кельвин прикоснулся к левой груди. Я подошла к кровати и погладила его по руке.

– Мне так жаль, – повторила я. Кельвин пошевелил пальцами и взял мою руку.

– Стреляли не только в меня, – прошептал он.

– Я знаю.

– В твоего начальника. Я кивнула.

– И в ту несчастную девушку. Я опять кивнула.

– Нужно остановить того, кто это делает.

– Да.

– Наверное, это тот, кто ненавидит двусущих. Полицейские никогда не найдут убийцу. Мы не можем сообщить им, кого следует искать.

– Да, иногда секреты только осложняют дело.

– Найти преступника будет нелегко. Но, может, им все-таки удастся.

– Кое-кто из общины поговаривает, что убийца среди нас, – заметил Кельвин и крепко сжал мою руку. – Тот, кто не родился двусущим. Кого укусили.

Прошло несколько минут, прежде чем я поняла, куда клонит Кельвин. Ну, я и дура.

– О, нет, Кельвин, нет, – зашептала я, путаясь в словах. – Кельвин, прошу тебя, не дай Джейсона в обиду. Умоляю, он все, что у меня есть. – Слезы покатились по моим щекам, словно к моей голове приделали водопроводный кран. – Джейсон рассказывал мне, как ему нравится быть одним из вас. Ему жаль, что он не родился таким. Джейсон еще не привык к новой сущности. Он даже еще не понял, как распознавать себе подобных. Вряд ли Джейсон знал, что Сэм и Хитэр тоже…

– Никто не причинит ему вреда, пока мы не выясним правду, – оборвал меня Кельвин. – Пусть я пока прикован к больничной койке, но я по-прежнему их лидер. – Не сомневаюсь, Кельвину пришлось приложить массу усилий, чтобы обитатели Хотшота не расквитались с братом. Некоторые пантеры все еще намеревались линчевать Джейсона. И Кельвин не мог им помещать. Конечно, он потом накажет своевольных, но смерть моего брата никого не огорчит. Кельвин с усилием поднял руку и вытер мои слезы.

– Ты хорошенькая, – вздохнул он. – Жаль, ты не можешь полюбить меня.

Мне тоже жаль, – всхлипнула я. Если бы я полюбила Кельвина Норриса, все мои проблемы разрешились бы сами собой. Я бы переехала в Хотшот и стала членом маленького общества. Конечно, два-три раза в месяц мне бы пришлось на ночь запирать дверь на засов, но все остальное время я бы находилась в полной безопасности. Кельвин и остальные члены общины защищали бы меня до конца жизни.

От одной мысли об этом я пришла в ужас. Завывающий ветер, голые поля, древние и унылые дороги, стоящие впритык друг к другу дома. Вряд ли я смогу оторваться от остального мира навечно. Если бы бабушка была жива, она бы точно заставила меня принять предложение Кельвина. Прочно стоящий на ногах человек, предводитель оборотней в Норкрсесе, денежная работа. Можете смеяться сколько угодно. Посмотрим, как вы захохочете, когда вам понадобится выплатить медицинскую страховку.

Внезапно меня осенило (чего и следовало ожидать): а ведь у Кельвина есть отличный способ вынудить меня согласиться. Жизнь Джейсона в обмен на мою любовь. Но он этим почему-то не воспользовался.

Я наклонилась и поцеловала его в щеку.

– Я буду молиться, чтобы ты поправился, – вымолвила я. – Спасибо, что даешь Джейсону шанс. – Может, Кельвину просто не хватало сил, чтобы вынудить меня стать его любовницей. Пусть так. Я ему все равно благодарна. – Ты хороший человек, – сказала я и потрепала его по подбородку. Борода оказалась очень мягкой.

Когда мы прощались, Кельвин не сводил с меня глаз.

– Проследи за своим братом, Сьюки, – предостерег он. – О, и скажи Доусону, что на сегодня посетителей с меня хватит.

– Вряд ли он прислушается к моим словам, – возразила я.

Кельвин натянуто улыбнулся.

– Если бы он прислушивался к словам всех, кто ко мне приходит, то не стал бы моим охранником.

Я передала пожелание Кельвина вервольфу. Но спорю на что угодно, как только мы с Джейсоном спустились по лестнице на первый этаж, он, дабы удостовериться, что с Кельвином все в порядке, заглянул в палату.

Мысль о том, что новые приятели подозревали его в нападениях, привела Джейсона в ужас.

– Может, во время первого превращения мне и хотелось уничтожить двусущих, – признался Джейсон, пока мы через пелену дождя ехали в Бон Темпс. – Я злился. Был даже взбешен. Но теперь все изменилось, я просто посмотрел на перемену с другой стороны. – Джейсон все говорил и говорил, а у меня в голове кружил поток разнообразных мыслей. Я пыталась найти выход из сложившейся ситуации.

Убийцу необходимо найти до следующего полнолуния. Иначе двусущие, перевоплотившись в пантер, разорвут Джейсона на части. Может, предложить брату побегать в лесочке рядом с его или моим домом? Так, по крайней мере, обитатели Хотшота не причинят ему вреда. Впрочем, им ничего не стоит отправиться на его поиски. Я же не настолько сильна, чтобы защитить брата от всех оборотней.

В следующее полнолуние преступник должен сидеть за решеткой.

* * *

Пока я мыла посуду, меня вдруг осенило: уж если кого и обвинять в нападениях на двусущих, то только не Джейсона. А вот я как раз застрелила одного из них. Я задумалась о предстоящей встрече с детективами и тут же машинально осмотрела кухню: не осталось ли в ней следов пребывания Дэбби Пелт. Я часто смотрела каналы «Дискавери» и «Лернинг» и знала, что полностью избавиться от частиц крови и ткани невозможно. Но с тех пор, как я нажала на курок, я чуть ли не каждый день с два! Злая сама на себя, я протопала в гостиную и включила телевизор – еще одна ошибка. Ведущий новостей рассказывал о похоронах Хитэр; чтобы осветить это событие, из Шривпорта в Бон Темпс прибыла куча корреспондентов. Представьте, какая поднимется шумиха, если журналисты пронюхают о том, по какому принципу снайпер отбирает своих жертв. Корреспондент, афро-американец, с серьезным лицом сообщил, что, по словам полицейских из Ренард Пэриш, в маленьких городках штатов Миссисипи и Тенесси произошли такие же нападения. Я была в шоке. Серийный снайпер? Здесь? Зазвонил телефон.

– Алло, – вымолвила я, приготовившись к худшему.

– Сьюки, привет. Это Элсид.

Мои губы растянулись в улыбке. Элсид Хервекс работал в детективном агентстве своего отца в Шривпорте. Я всегда была ему рада. Он – оборотень. Я бы охарактеризовала его как необыкновенно привлекательного трудоголика. Кстати, когда-то Элсид и Дэбби собирались пожениться. Но Хервекс разорвал помолвку: они поссорились, после чего он не желал ни видеть Дэбби, ни слышать о ней.

– Сьюки, я у Мерлотта. Надеялся, что ты работаешь сегодня вечером, потому и заскочил в бар. Можно я заеду к тебе? Есть разговор.

– В Бон Темпс тебе угрожает опасность.

– Почему?

– По нашим улочкам разгуливает снайпер. – Из трубки раздались звуки, характерные для бара. Я услышала смех Арлены. Готова поспорить, новый бармен очаровал всех без исключения.

– А с чего вдруг я должен его опасаться? – Я заключила, что Элсид последним событиям не придавал никакого значения.

– Ну, как же? Стреляют только в двусущих, – объяснила я. – В новостях сообщили, что аналогичные преступления были совершены на юге в маленьких городах. Пули совпали с теми, что извлекли из тела Хитэр Кинман, жительницы Бон Темпс. Уверена, что в других городах жертвами стрелка тоже стали оборотни.

На том конце провода повисло глубокомысленное молчание, если, конечно, молчание вообще можно хоть как-то охарактеризовать.

– А я и не сообразил, – задумчиво пробормотал Элсид. Глубокий, сиплый голос моего собеседника лишь подчеркнул его озадаченность.

– Послушай, ты уже разговаривал с частными детективами?

– С кем? О чем ты?

– Если они увидят нас вместе, им это покажется весьма подозрительным.

– Родители Дэбби наняли ищеек, чтобы найти ее?

– Об этом я тебе и толкую.

– Слушай, я еду к тебе. – Элсид повесил трубку.

Уж не знаю, с чего вдруг детективам вздумается следить за мной, не понимаю, откуда они смогут вести наблюдение. Но если сыщики увидят нас с Элсидом вместе, то сразу сделают определенные выводы, к тому же ошибочные. Детективы решат, что Элсид убил Дэбби, дабы никто не стоял на пути нашего с ним счастья – ничего глупее я и представить себе не могла. Надеюсь, Джек и Лили Лидс сейчас видят десятый сон, а не торчат где-нибудь в лесу с биноклями в руках.

Приехав, Элсид мгновенно обнял меня. Он всегда так делает. Увидев его тело, мужественное лицо и ощутив знакомый запах, я почувствовала, как меня переполнили эмоции. Несмотря на предостерегающий звоночек в голове, я ответила на объятья Элсида.

Мы сели на диван и повернулись друг к другу лицом. Элсид был в рабочей одежде: фланелевая рубашка поверх футболки, джинсы из плотного материала, толстые носки и тяжелые ботинки. Курчавые черные волосы потеряли объем из-за широкополой шляпы. Элсид явно уже давно не брал в руки бритву.

– Расскажи мне о детективах, – попросил он. Я описала их и передала наш с ними разговор.

– Родители Дэбби и словом со мной не обмолвились, – озадаченно произнес Элсид. На минуту он задумался. Я прочитала его мысли. «Наверно, они считают, что исчезновение Дэбби моих рук дело».

– А может, ты и не прав. Может, они просто не хотят сыпать тебе соль на рану. Вполне вероятно, ее родители считают, что ты убит горем.

– Убит горем. – Элсид какое-то время переваривал мои слова. – Нет, я потратил… – Внезапно он замолчал, судорожно подбирая нужные слова. – Я исчерпал всю свою энергию, встречаясь с ней, – наконец изрек он. – Я был слеп. Мне даже кажется, что Дэбби прибегла к привороту. Ее мать колдунья и наполовину оборотень. А отец… Тот вообще сущий дьявол.

– Думаешь, в деле не обошлось без колдовства? – Я не сомневалась в существовании волшебства, меня интересовало, могла ли Дэбби использовать его в своих целях.

– А как еще объяснить, что я так долго терпел ее? Как только Дэбби исчезла, у меня словно пелена с глаз спала. Даже когда она запихала тебя в грузовик, я и то был готов простить ее.

Дэбби однажды подкараулила меня и закрыла в багажнике, где находился мой тогдашний парень, Билл. Он на протяжении нескольких дней не пил крови и, естественно, проголодался как волк. Дэбби спокойно ушла, а я лежала с вампиром, который вот-вот должен был проснуться.

Я посмотрела под ноги, гоня, прочь воспоминания о боли и отчаянии.

– Из-за нее тебя изнасиловали, – выпалил Элсид. Его прямота напугала меня.

– Эй, Билл понятия не имел, что это я. Он ничего не ел несколько дней, а за голод и сексуальное влечение у вампиров отвечают одни и те же клетки, – возразила я. – Билл остановился, понимаешь? Остановился, как только сообразил, что это я. – Я не хотела признаваться, что Билл изнасиловал меня; просто не могла. Билл скорее отгрыз бы себе руку, чем надругался надо мной. В этом я нисколько не сомневаюсь. До Билла у меня никого не было. Раньше я часто слышала о случаях изнасилования, но лишь оказавшись в том ужасном багажнике, поняла, какой страх испытывает жертва.

– Билл взял тебя против твоей воли, – пробормотал Элсид.

– Он был не в себе, – заметила я.

– И все же.

– Да, Билл изнасиловал меня. Я была жутко напугана. – Мой голос задрожал. – Но он опомнился и остановился; я пострадала не так уж и сильно. Билл потом горько сожалел о случившемся. С тех пор он ни разу не прикоснулся ко мне, ни разу не пытался заняться со мной любовью, ни разу… – Мой голос осекся. Я потупила глаза. – Да, в этом виновата Дэбби. – Уж не знаю почему, но едва я произнесла эти слова вслух, мне стало легче. – Она прекрасно понимала, что Билл сделает со мной. И ей было на это совершенно наплевать.

Но даже тогда, – Элсид вернулся к своим баранам, – Дэбби, как ни в чем не бывало, пришла ко мне, а я попытался оправдать ее действия. Здесь точно не обошлось без колдовства: в здравом уме я бы ни за что не стал ее защищать.

Я не хотела, чтобы Элсид до конца жизни винил себя в случившемся. На моих собственных плечах и так лежало тяжкое бремя вины.

– Послушай, все уже в прошлом.

– Похоже, ты в этом уверена.

Я заглянула в узкие, зеленые глаза Элсида.

– Как думаешь, Дэбби еще жива? – спросила я.

– Ее родители… – Элсид замолчал. – Нет. Дэбби Пелт, даже умерев, никак не хотела оставить меня в покое.

– Так о чем ты собирался со мной поговорить? – поинтересовалась я. – По телефону ты сказал, что дело важное.

– Вчера погиб полковник Флод.

– Ох, какой ужас! А что случилось?

– Он подъезжал к магазину, и тут в него врезался другой водитель.

– Кошмар. А кроме него, в машине был кто-нибудь еще?

– Нет. Он был один. Его дети приедут в Шривпорт на похороны. Я просто хотел узнать, не согласишься ли ты поехать на церемонию со мной.

– Конечно. Похороны закрытые?

– Нет. У него много знакомых на военно-воздушной базе, он возглавлял группу «Стражи», был хранителем церкви и, само собой разумеется, главой вервольфов.

– Насыщенная жизнь, – заметила я. – Огромная ответственность.

– Похороны состоятся завтра в час. Как у тебя с работой?

– Я могу поменяться сменами, но мне придется вернуться в Бон Темпс в полпятого, чтобы успеть переодеться.

– Хорошо.

– И кто теперь станет лидером?

– Не знаю, – ответил Элсид как-то неуверенно.

– Место Флода планируешь занять ты?

– Нет. – По-моему, Элсид заколебался; я почувствовала, что внутри него происходит борьба. – А вот мой отец, да. – Элсид замолчал. Я ждала.

– Похороны вервольфов проходят с большой помпой, – наконец вымолвил Элсид. Я, наконец, сообразила, что он пытается мне что-то сказать. Только я точно не знала; что именно.

– Давай, выкладывай. – Я предпочитаю, когда мне открыто, говорят все.

– Наряжаться на похороны не надо, – проговорил Элсид. – Остальные двусущие почему-то считают, что в подобных случаях вервольфы надевают кожу и всякие цепи, но это не так. На похороны мы одеваемся так же, как и люди. – Элсид хотел дать еще несколько дельных советов по поводу одежды, но остановился. Я ощущала, как его голову заполняют мысли, которые так и рвались наружу.

– Любой женщине полезно знать, какая одежда подходит к тому или иному событию, – произнесла я. – Спасибо. Шорты я оставлю дома.

Элсид покачал головой.

– Да я знаю, что ты не вырядишься как пугало, но лучше подстраховаться. – В его голосе я уловила нотки смущения. – Я заеду за тобой в полдвенадцатого.

– Сначала я найду себе замену.

Я позвонила Холли. Она согласилась выйти на работу в мою смену.

– Я могу подъехать к кладбищу и уже там встретиться с тобой, – предложила я.

– Нет, – возразил Элсид. – Я заеду за тобой, а после похорон отвезу домой.

Что ж, если он не боялся неприятностей, пусть заезжает. А я сэкономлю на бензине. К тому же, моя старенькая «нова» могла сломаться по дороге.

– Ладно. Я не заставлю себя ждать.

– Мне пора, – сказал Элсид. Повисло молчание. Уверена, он хотел поцеловать меня. Наклонившись, Элсид едва прикоснулся к моим губам. Друг от друга нас отделяли всего несколько дюймов.

– Я должна еще кое-что сделать, а тебе пора возвращаться в Шривпорт. Я буду готова в полдвенадцатого.

Элсид уехал. А я, взяв последнюю книгу Каролин Хайнс, попыталась отвлечься от тревожных мыслей. Однако чтение не принесло мне успокоения. Я залезла в горячую ванну, а затем побрила ноги. После я накрасила ногти на ногах и на руках темно-розовым лаком и принялась выщипывать брови. Наконец я расслабилась. Свернувшись калачиком на кровати, я почувствовала долгожданное спокойствие. Сон так быстро овладел мной, что я даже не успела помолиться.

Глава 6

Даже если вам кажется, что во время похорон одежда последнее, о чем можно думать, вы все равно поломаете голову над нарядом для такой церемонии, как и для любого другого обряда. Я знала полковника Флода и восхищалась им. Поэтому мне хотелось выглядеть подобающим образом на его похоронах, особенно после замечаний Элсида.

Но в шкафу я не нашла ничего такого, что соответствовало бы случаю. На следующее утро я позвонила Таре. Она объяснила, где лежит запасной ключ от ее дома.

– Бери, что хочешь, – сказала подруга. – Только не заходи в другие комнаты, ладно? Иди прямо по коридору в мою спальню, а потом так же уйдешь.

– Я так и собиралась поступить, – произнесла я, пытаясь скрыть обиду. Неужели Тара полагает, что я стану рыскать по ее дому?

– Я не сомневаюсь в тебе. Просто хочу предупредить.

Внезапно мне стало понятно, почему Тара настаивала на том, чтобы я не бродила по дому – в одной из комнат спал вампир. Может, Франклин Мотт, а может, Микки. Я же решила последовать совету Эрика и не связываться с новым приятелем Тары. Лишь старые вампиры могли выйти из спячки до заката солнца, но мне все равно не очень-то хотелось шататься по дому, в котором мирно посапывал вампир.

– Ладно, я все поняла, – выпалила я. При одной мысли о том, что мне придется остаться с Микки наедине, меня бросило в дрожь. Я сразу сникла. – Туда и обратно. – Поскольку время поджимало, я прыгнула в машину и поехала в город. Дом Тары располагался в обычном, ничем не примечательном районе. Я не переставала удивляться, как подруге удалось превратить хибару, где прошло ее детство, в уютное жилище.

Некоторым людям вообще стоит запретить заводить детей; а уж если случилось такое несчастье, и ребенок все-таки появился на свет, его немедленно следует забирать от нерадивых родителей. Но в нашей стране, как и в любой другой, такого закона нет – и, слава богу. Но я не раз жалела, что родители Тары, законченные алкоголики и омерзительные, создания, не умерли несколькими годами раньше (когда я их вспоминаю, тут же забываю, что я добрая католичка). Я помню, как Мирна Торнтон ворвалась к нам и стала искать Тару. На бабушку она не обращала никакого внимания. В итоге бабуле пришлось вызвать шерифа, который и выволок Мирну на улицу. Тара все это время пряталась в лесу за нашим домом. Слава богу, она вовремя заметила свою мать и успела выбежать через заднюю дверь. Нам с Тарой было тогда по тринадцать лет.

Я до сих пор помню выражение лица бабушки во время разговора с шерифом. Мирна Торнтон в наручниках сидела на заднем сидении патрульной машины и орала благим матом.

– Я бы с удовольствием утопил ее в реке по пути в город, – вздохнул полицейский. Его имени я не помню, но слова произвели на меня огромное впечатление. Осознав значение сказанного, я поняла, что жителям известно, как туго приходится Таре и ее братьям. Некоторые горожане обладали властью. Если они все знали, то почему же бездействовали?

Теперь-то я понимаю, что все не так-то просто; но мне по-прежнему кажется – детишки семейства Торнтон не возражали бы, если их папу и маму лишили родительских прав.

По крайней мере, у Тары теперь есть маленький уютный домик с кучей новомодной техники, шкаф, забитый дорогими тряпками, и богатенький ухажер. И все же я испытывала беспокойство: Тара явно чего-то не договаривала. Но подозревать ее в чем-то я пока не могла.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17