Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Непокорная и обольстительная

ModernLib.Net / Грэм Хизер / Непокорная и обольстительная - Чтение (стр. 6)
Автор: Грэм Хизер
Жанр:

 

 


      Но Камеронов подобные объяснения еще не убедили окончательно.
      – Черт возьми! – неожиданно выругался Джесс. – Это я во всем виноват. Не нужно было ехать в Вашингтон.
      – Что за ерунда, Джесс? – поторопился успокоить его Дэниел. – При чем тут ты? Здесь нет твоей вины. Если кто здесь и виноват, так это, прежде всего я. Не забывай, что я был мятежником и воевал на стороне южан. И вот теперь настал час расплаты.
      – Нет, Дэниел, – настойчиво продолжал спорить с ним Джесс, – я старший из всех вас и именно поэтому считаю себя виновным за происшедшее…
      – Постойте, – неожиданно вмешалась Криста, – прекратите этот дурацкий спор! – При этом она склонила голову на плечо Джереми и нежно провела рукой по его руке. – Никто из вас в этом не виноват. Боже мой, мы с Джереми так счастливы, что наконец-то обвенчались! Я вообще не понимаю, что с вами произошло. Вместо того чтобы поздравить нас и поднять тост за наше счастье…
      Снова наступила гнетущая тишина.
      Джесс прокашлялся и кивнул:
      – Джереми, я могу поговорить с тобой с глазу на глаз в моем кабинете?
      Тот отпустил Кристу и деликатно поклонился, открывая дверь.
      Келли тут же увязалась за ним, но Джесс остановил ее решительным жестом руки:
      – Я хочу поговорить с ним наедине.
      Келли недовольно поморщилась, но на всякий случай промолчала. Однако не успели они войти в кабинет, как за ними последовал Дэниел.
      – Она не только твоя сестра, но и моя тоже, – напомнил он брату.
      Тот не стал спорить с ним и молча пригласил в кабинет.
      Джесс подошел к огромному шкафу, открыл дверцу бара, внимательно посмотрел на бутылки и достал оттуда не бренди, а виски, хотя было еще утро.
      – Джереми, – сказал он, не поворачиваясь к нему, – я чертовски благодарен тебе за помощь и буду твоим должником до гробовой доски. – С этими словами Джесс повернулся и протянул Джереми почти полный бокал. Какое-то время он молчал, по всей видимости, подыскивая нужные слова. – Я твой должник еще с тех самых пор, когда ты помог нам отстоять наш дом во время набега этого негодяя Эрика Дабни.
      – Дело в том, что Дабни угрожал не только вам всем, но и моей сестре тоже, – напомнил ему Джереми. – Нет, Джесс, ты мне ничего не должен. И Дэниел тоже. Во всяком случае, в той мере, в которой об этом можно было бы говорить всерьез. Тем более сейчас.
      – Но что же тогда, черт возьми, здесь произошло вчера? – угрюмо вспылил Дэниел.
      – Все случилось именно так, как я уже вам сказал, – повторил Джереми и наклонился вперед, поставив на стол бокал с недопитым виски. – Послушайте меня внимательно, я клянусь, что совершенно законно женился на вашей сестре. Если угодно, могу показать вам брачное свидетельство. Оно хранится в моей сумке. Разумеется, она очень хотела, чтобы вы тоже при этом присутствовали, но обстоятельства не позволили нам сидеть сложа руки и дожидаться, когда вы соизволите явиться в свой родной дом. Надеюсь, вы помните, что речь шла о конфискации вашего родового поместья!
      Джесс и Дэниел быстро переглянулись, а потом снова уставились на Джереми.
      – Значит, Джесс был прав, – спокойным тоном заявил Дэниел. – Мы действительно в неоплатном долгу перед тобой.
      – Джереми, черт возьми, ты должен понять, что Криста – наша единственная сестра! – тоном оправдания произнес Дэниел, а потом решительно взмахнул рукой. – И если ты намерен рано или поздно развестись с ней…
      – У меня нет подобных намерений, – успокоил его Джереми.
      – У тебя действительно нет таких планов? – осторожно поинтересовался Джесс.
      Джереми решительно покачал головой:
      – Конечно, я готов вас понять и признаю, что все произошло слишком быстро. Тем более что мне нужно скоро вернуться в Вашингтон, чтобы оттуда отбыть к месту прохождения службы. Я получил приказ отправиться на Запад и организовать там защиту наших новых территорий. Не знаю, как отнесется к этому Криста. Конечно, мне бы очень хотелось, чтобы она поехала со мной, но при этом я оставляю за ней право остаться здесь. И вообще нам предстоит обсудить множество вопросов, непосредственно касающихся нашего будущего. Но как бы там ни было, я не допускаю мысли о разводе. Могу сказать вам откровенно: Криста – самая очаровательная женщина из всех, которых мне доводилось встречать. Так какого же черта мне разводиться с ней?!
      Братья снова переглянулись и облегченно вздохнули. Первым не выдержал более экспансивный Дэниел. Радостно улыбнувшись, он сделал шаг вперед и дружелюбно протянул руку.
      – Ну что ж, в таком случае – добро пожаловать в нашу семью!
      – А что касается семьи Макгоули, – с нарочитой небрежностью проворчал Джереми, – то вы соединились с ней задолго до этого. – При этом он охотно пожал руку Дэниела.
      А Джесс тем временем дружески похлопал его по плечу:
      – Ну и прекрасно! Наконец-то вы оба нашли общий язык. Что же до меня, то я от чистого сердца поздравляю тебя, дружище, с законным браком.
      – Не волнуйтесь, – продолжал утешать их Джереми, – я готов поклясться, что жизни не пожалею ради вашей сестры и своей жены.
      – Ну ладно, – подытожил Джесс. – Не кажется ли вам, что пора вернуться к женам, которые, вероятно, уже истосковались без нас, обгрызая от волнения ногти?
      Все дружно согласились и вернулись в гостиную, где на них безмолвно уставились изнывающие от любопытства глаза. Женщины нервно ерзали на стульях в ожидании объяснений.
      – Я настолько отвык от этого дома, – шутливо произнес Джесс, – что даже не знаю, найдется ли у нас хоть немного шампанского? Криста, у нас осталось шампанское?
      Криста сидела рядом с Кирнан и тревожно наблюдала за происходящим. Услышав вопрошающий голос брата, она резко вскочила и показала рукой куда-то в сторону:
      – Думаю, что надо посмотреть в подвале. Я сейчас…
      – Нет-нет, не беспокойся, – остановил ее Джесс и позвал слугу. – Пусть это сделает Джиггер.
      Тот расплылся в улыбке и кинулся в подвал, откуда принес несколько покрытых пылью бутылок. Все наполнили бокалы и дружно осушили их после первого тоста.
      Вскоре в доме зазвучали веселые голоса детей. Криста соскучилась по ним и весело играла с племянниками, в то время как Джереми пристально следил за детьми Келли. Вероятно, у них с Кристой тоже будут такие же примерно дети. Если, конечно, все будет нормально. Ведь Криста такая упрямая и капризная. Нет-нет, рано или поздно их отношения обязательно закончатся именно этим. Это же не просто его прихоть. Это, можно сказать, часть их совместного договора. Она получает свой родной дом, да благословит его вовеки Господь, а он должен получить от нее сына. Или дочь. Может быть, девочка будет такой же красавицей, как и мама.
      В этот момент племянник подбежал к нему и радостно уцепился ручонками за его брюки. Джереми подхватил мальчика и усадил себе на колени. Вскоре на пороге появилась нянечка Джейни с легким ужином на огромном подносе. Это была пока только закуска перед шикарным ужином, который, как она обещала, будет готов через, несколько часов.
      Вечер прошел в обстановке оживленной беседы и шумного веселья. Джереми вволю наговорился с Келли, а Криста шумно обменивалась новостями со своими братьями. Она была веселой и даже решилась обсудить с ними предложение мужа насчет поездки на Запад. Но больше всего, естественно, этот вопрос волновал Джереми. Он еще никогда не был в тех краях и поэтому все время выспрашивал у Джесса и Дэниела их впечатления о поездке в Канзас.
      Когда ужин закончился, они все направились в гостиную, где их ждали кофе и бренди. На пути к гостиной Криста перехватила Джереми и потащила его в сторону.
      – Что случилось? – обеспокоено отреагировал он.
      Она опустила голову и прикусила нижнюю губу:
      – Я… Я хотела поблагодарить тебя за все. Не знаю, что ты там сказал моим братьям, но все получилось просто великолепно. Благодарю.
      – Ничего особенного. Я убедил их в том, что не намерен разводиться с тобой, вот и все.
      Криста тихо ахнула и даже ресницами захлопала от возмущения.
      – Да, именно так, моя дорогая, – ехидно подтвердил он.
      Она смотрела на него так, словно хотела вцепиться ему в глотку и разорвать его на куски.
      Джереми самодовольно ухмыльнулся и подмигнул ей:
      – Ты поняла, что я сказал, или нет?
      – Поняла, черт бы тебя побрал! – сердито выпалила Криста, сжав кулаки. – Еще бы мне не понять этого!
      – Камероны всегда выплачивали свои долги! – злобно прошептала она, и ее лицо исказила гримаса несчастья. Затем она резко повернулась и исчезла за дверью гостиной.
      Детей отправили спать, а взрослые сидели вокруг огромного стола и беседовали. Джесс достал из шкафа старую карту, которую сохранил еще с тех времен, когда был на Западе, и развернул ее на столе.
      Кирнан устало потянулась, зевнула, а потом извинилась; заявив, что слишком устала за этот день, и пошла к себе. Вскоре за ней последовала и Криста, предварительно обняв братьев и подчеркнуто-формально поцеловав Джереми. При этом она не преминула гневно сверкнуть глазами и плотно сжать губы. Потом наступил черед Джесса. Он тоже сослался на усталость и отправился спать. После этого Джереми еще долго болтал с Дэниелом, но, в конце концов, и тот сдался, намекнув Келли, что пора уже и им немного отдохнуть.
      – Я сейчас поднимусь, – пообещала ему Келли, а потом повернулась к брату. – Ты можешь дурачить кого угодно, но только не меня, – сказала она, когда Дэниел скрылся за дверью гостиной. – Я не верю ни единому твоему слову.
      Слегка опешив от неожиданности, Джереми поднял вверх руки, провел ладонями по волосам, а потом устало опустил их и облокотился на каминную полку.
      – Келли, чего ты от меня хочешь? Я же сказал, что если бы не наш брак, то дом был бы конфискован по решению суда.
      Она медленно встала, подошла к нему и стала быстро говорить, чеканя каждое слово:
      – Все дело в том, Джереми, что я знаю Кристу лучше, чем ты. Да, она гордая и весьма независимая женщина, отличающаяся необыкновенным упрямством. Она может отстаивать свои интересы так, как это делает, например, дикая кошка. Но ты не знаешь, что значит находиться в этом доме все это время, когда шла война, вести хозяйство и ломать голову над тем, когда и как начнется штурм этой южной крепости… – Она умолкла, увидев на его губах снисходительную ухмылку.
      – Келли, не забывай, что ты моя сестра. Я не собираюсь сделать Кристе ничего плохого. Она сама изъявила желание стать моей женой, и это единственное, чего я буду от нее требовать.
      Келли поднялась на цыпочках и поцеловала брата в щеку.
      – Я буду молиться за вас, – тихо сказала она. – Джереми, ты мой брат, и я очень люблю тебя. Но и Кристу не предам.
      Келли исчезла за дверью, а Джереми вдруг подумал, что Криста ждет его. Камероны всегда погашают свои долги. Ну что ж, прекрасно, долг платежом красен. Он взял со стола бутылку и хотел было налить себе немного бренди, но потом передумал и поставил ее на прежнее место.
      Криста лежала на кровати в длинной ночной рубашке, повернувшись к нему спиной. Джереми был абсолютно уверен, что она не спит, а лишь притворяется, и это его немного позабавило. Он прикрыл за собой дверь спальни и постоял у порога, чтобы подразнить ее.
      Выждав приличествующую моменту паузу, он подошел к кровати, аккуратно разделся, сложил вещи на стул, отвернул край простыни и нырнул в постель. Хватит ждать. Он и так слишком долго ждал этого момента. Не долго думая Джереми прижался к ней всем телом и, положив одну руку на плечо, повернул на спину. Ее глаза были закрыты, но он точно знал, что она не спит.
      – Криста, хватит притворяться! Я знаю, что ты не спишь. У тебя красивая рубашка, но сейчас она тебе ни к чему, – тихо прошептал он ей на ухо.
      – Ты самый настоящий сукин сын! – со злостью прошипела она.
      Джереми согласно кивнул головой:
      – И не просто сукин сын, а с примесью янки. Тот самый, которого ты будешь долго помнить после того, как он уедет.
      – Ты уезжаешь? – быстро спросила она, заметно оживившись.
      Тот молча кивнул и задумался. Эта мысль только сейчас пришла ему в голову и сразу же показалась очень своевременной. Это будет лучшим выходом из положения не только для них двоих, но и для всех остальных.
      – Криста, сними эту чертову рубашку, в конце концов!
      – Но…
      – Либо ты это сделаешь сама, либо я просто сорву ее с тебя, как сделал это прошлой ночью. Выбирай, но только поскорее.
      Криста слегка приподнялась на кровати, прошипела что-то вроде того, что он негодяй, мерзавец и вонючий янки, но все же стала неохотно стаскивать с себя рубашку через голову. При этом она ни на минуту не переставала чертыхаться и осыпать его самыми жуткими проклятиями. Швырнув ее на пол, она уселась рядом с ним и, мелко задрожав – то ли от холода, то ли от стыда, то ли от ярости, – опустила голову. Не выдержав напряжения, она подняла на него глаза, в которых стояли слезы, а потом вдруг откинулась на подушку.
      – Ну ладно, черт с тобой! Давай! Делай свое грязное дело, но побыстрее!
      Джереми стоило немалых усилий не рассмеяться на весь дом. Он наклонился над ней, упершись локтем в подушку, отбросил как можно дальше простыню и нежно погладил рукой ее обнаженное тело. Удивительно, что природа создает такие совершенные формы. Ее кожа была идеально гладкой, а тусклый лунный свет придавал ее телу еще больше загадочности и таинственности, подчеркивая все выпуклости и впадины. Особенно привлекательными казались ему углубления между упругими грудями и в темном треугольнике, где сходились в одной точке ее стройные ноги и плоская поверхность живота. Сначала он просто прикоснулся к ней кончиками пальцев, наслаждаясь каждым движением, каждым ее изгибом. Она лежала тихо, закрыв глаза, и, казалось, совершенно не реагировала на эти прикосновения. Но это было лишь кажущееся спокойствие. Когда он провел кончиками пальцев по ее соскам, она невольно вздрогнула и сделала глубокий вдох, как будто ей не хватало воздуха. Соски мгновенно набухли и бесстыдно устремились вверх, что было заметно даже при этом слабом лунном свете. Джереми не устоял перед искушением попробовать их губами.
      Она не оказывала никакого сопротивления, не отталкивала его от себя, но в то же самое время не изъявляла никакого желания ответить на его ласки хотя бы самым легким поцелуем. Джереми решил не торопить события и не допускать грубого нажима, но удержать себя в руках было уже невозможно. Запустив пальцы в ее густые волосы, он прильнул к ее губам и почти силой разомкнул их, прикоснувшись языком к ее ровным и слегка увлажненным зубам. В этот момент она вздрогнула, как будто пораженная ударом молнии. В ней было столько страсти, столько неукротимой энергии, что даже голова кругом шла.
      Оторвавшись от ее губ, он поднял голову и посмотрел ей в глаза. Она тоже смотрела на него и тяжело дышала. Почему она так испугана? Неужели боится его? Она, Криста Камерон, боится своего мужа?
      – Ты не делала этого раньше? – осторожно поинтересовался Джереми, продолжая гладить ее волосы.
      – Ах ты дубина неотесанная! – возмущенно ахнула Криста и попыталась вырваться из его объятий.
      Джереми самодовольно ухмыльнулся, хотя и сам не понимал, почему его это так порадовало. Воспользовавшись ее оплошностью, он снова схватил ее и крепко поцеловал, лишая возможности продолжать сопротивление. Этот поцелуй показался ему еще более страстным и возбуждающим, Вероятно, из-за ее отчаянного сопротивления. Затем он немного успокоился и посмотрел ей в глаза.
      – Ну ладно, я попробую быть более деликатным, – пообещал он, не выпуская ее из рук.
      Криста не сочла нужным ответить и лежала молча, закрыв глаза и предоставив себя в его полное распоряжение. Он наклонился к ней, еще раз поцеловал в губы, а потом стал нежно теребить набухшие соски и, в конце концов, прижался губами к нежной плоти в самом низу живота. Она попыталась воспротивиться этому, но силы окончательно покинули ее, что дало ему возможность полностью окунуться в средоточие всех земных радостей. Криста тихо стонала и не сопротивлялась даже тогда, когда он решительно раздвинул ей ноги.
      Джереми легонько провел рукой по густым волосам темного треугольника, а затем осторожно просунул палец внутрь. Криста вздрогнула и застонала, не открывая глаз. Он продолжал ласкать ее до тех пор, пока она не стала отвечать ему легкими, едва уловимыми движениями бедер. Он ощущал трепетную пульсацию ее плоти, уже готовой к любви. Его поглаживания становились все более ритмичными и настойчивыми, пока, наконец, она не выгнулась дугой. Тогда он прильнул к ее нежной плоти губами и стал возбуждать ее кончиком языка. Криста вцепилась обеими руками в его курчавые волосы и глухо стонала, умоляя о пощаде. Он слышал ее мольбы, но уже не мог остановиться, погружаясь в нее все глубже и глубже. Вскоре Криста забилась в судорогах и стала мотать головой из стороны в сторону, чем сильно напугала его. Никогда раньше он не видел такого безудержного взрыва страсти.
      Сделав небольшую паузу, он поднял голову и посмотрел ей в глаза. Они тускло мерцали в лунном свете и безотрывно следили за ним с каким-то осуждающим укором. Джереми склонился над ней, поцеловал в губы, а потом медленно, чтобы, не дай Бог, не причинить ей боли, вошел в нее. Только сейчас он понял, что она не лгала ему, когда всячески препятствовала близости и изо всех сил оказывала сопротивление его настойчивым попыткам овладеть ею. Она действительно не была близка с Макглоски и до сих пор свято хранила свою девственность.
      Его не остановило даже то, что она вскрикивала от боли и кусала губы. В конце концов, эта женщина создана для любви. Ее тело прекрасно чувствовало партнера и охотно реагировало на его позывы, в то время как она сама всячески противилась своему женскому инстинкту и тем самым лишь усугубляла свое положение. Ее движения становились все более глубокими и страстными и все чаще совпадали с его собственными в едином порыве. Джереми закрыл глаза и полностью отдался любви, стараясь не сдерживать себя и не контролировать свои поступки. В безудержном порыве страсти он подложил руки под ее спину и крепко притянул к себе, чтобы поглубже проникнуть в нее.
      Излив в нее всю свою страсть, он лежал на ней, не шелохнувшись, и не хотел выходить из нее, но она напомнила о своем существовании несколькими довольно резкими движениями. Джереми тут же сообразил, что с его стороны было самым настоящим свинством вдавливать в постель эту хрупкую женщину, и он быстро скатился на бок. Криста отреагировала на это недовольным ворчанием, после которого мгновенно повернулась к нему спиной и затихла, как раненый зверь, который наконец-то нашел надежное укрытие.
      – Криста, я сожалею, что сделал тебе больно. Прости. Понимаешь, это настолько естественно, что я просто не нашел в себе силы, чтобы сдержать порыв. И потом, насколько мне известно, женщины всегда плачут, когда в первый раз испытывают…
      – Я не плачу! – безвольно прошептала она.
      Но Джереми был уверен, что на сей раз она обманывает его. Как ему хотелось утешить ее, приласкать, успокоить, прижать к себе. Он нежно провел рукой по ее спине.
      – Криста…
      Она вздрогнула, как от удара хлыстом, но не повернулась к нему.
      – Ты получил все, к чему так долго стремился. А теперь оставь меня, пожалуйста, в покое!
      Он отдернул руку, словно обжегся о горячую плиту, перевернулся на спину и тупо уставился в потолок. «Ты все равно будешь моей, Криста, – подумал он, не сводя глаз с потолка. – Непременно будешь моей. Всецело и безраздельно».
      – Все кончено… – неожиданно громко всхлипнула она.
      – Нет, любовь моя, – деликатно поправил Джереми, – все только начинается.
      Он крепко обнял ее и прижал к себе, а его губы снова впились в ее нежные губы, не оказывавшие на сей раз никакого сопротивления. Он целовал ее до тех пор, пока она не стала подрагивать, а ее губы не увлажнились от его поцелуев. Потом он стал осыпать поцелуями ее шею, подбородок, ложбинку между грудями и наконец-то добрался до темных кружков вокруг сосков. Он дразнил ее до тех пор, пока она не стала вырываться и извиваться всем телом, пытаясь освободиться от его настойчивых рук. Он, продолжая целовать ее тело, перевернул на живот и накрыл ее своим горячим и жаждущим нового взрыва телом. На этот раз напряжение нарастало долго, но и разрядка была намного сильнее. Когда он громко вскрикнул и затих на ней, она не издала ни единого звука и только слегка трепетала.
      Все было прекрасно, но как только он улегся рядом с ней, она тут же повернулась к нему спиной, что вызвало в нем новый приступ раздражения.
      – Криста, ну почему? – решительно потребовал он ответа, вглядываясь в темноте в смутные очертания ее лица.
      – Не знаю, о чем ты говоришь, – тихо ответила она, не поворачиваясь.
      Джереми снова провел рукой по ее спине, давая понять, что все может повториться.
      – Криста, ты моя жена. Почему ты не хочешь смириться с этим?
      – Не понимаю, о чем ты говоришь, – снова повторила она.
      Он привстал на постели и заглянул ей в глаза.
      – Нет, дорогая моя, ты все прекрасно знаешь. Ты соткана из плоти и крови и обладаешь невиданным темпераментом. Скажу откровенно, что таких женщин я еще не встречал.
      – Я не отвергаю тебя, – сухо проворчала она.
      – Нет, отвергаешь, – продолжал настаивать он. – И не спорь со мной.
      Криста немного помолчала, а потом взорвалась:
      – Я тебе ничего не должна! Какого черта ты пристал ко мне? Ты взял от меня все, что хотел, и я не могу дать тебе больше того, что уже дала. Во мне уже нет ничего, что принадлежало бы тебе! И вообще ты не…
      Она замолчала так же внезапно, как и закричала. Джереми обхватил ее плечи и резко повернул к себе лицом. Ее глаза были влажными от слез и гневно сверкали в лунном свете.
      – Я не такой, как кто, Криста? – злобно процедил он сквозь зубы.
      Она молча покачала головой.
      – Нет, ты должна сказать мне всю правду, – настаивал он, – Не хочешь? Ну ладно, тогда я попробую ответить вместо тебя. Я не такой, как Лейм Макглоски. Ну, так вот, моя дорогая мисс Камерон, тебя тоже нельзя назвать женщиной моей мечты, но я стараюсь не думать об этом и именно поэтому дал согласие жениться на тебе. Твой Лейм уже давно мертв! Думаю, что тебе следует оставить его в покое и строить новую жизнь. Ты понимаешь меня?
      Криста прикусила губу и с ужасом уставилась на него.
      – Да здравствуют герои-победители! – не без ехидства прошептала она.
      – Ну и черт с тобой! – неожиданно мягко сказал Джереми. – Прекрасно! Поступай, как знаешь! Ты принадлежишь к покоренному народу и можешь с полным основанием считать себя побежденной.
      Вместо ответа Криста вырвалась из его рук и повернулась спиной, а он продолжал таращить глаза в потолок и думать о своем отношении к жене. Не все потеряно. Она полна жизни, и надо только разбудить в ней дремлющее желание. Она может ненавидеть его всю жизнь, но, в конце концов, все равно повернется к нему лицом. Конечно, ее истинная природа по-прежнему заперта на замок, но он непременно отыщет тот самый волшебный ключик, с помощью которого откроет ее сердце и душу.

Глава 6

      Криста добралась до Стирлинг-холла раньше других. Подъехав к дому, она внимательно осмотрела его со всех сторон и удовлетворенно похлопала по загривку лошадь. Дом был на удивление симпатичным, но даже первого взгляда было достаточно, чтобы убедиться, что он запущен до невозможности. Он чем-то напоминал Камерон-холл, хотя и значительно уступал ему в изяществе стиля и архитектурных изысках. Как и во всех старых поместьях, здесь находилось множество необходимых для домашнего хозяйства пристроек: конюшня, коптильня, прачечная, летняя кухня и комнаты для рабов. Правда, рабов в буквальном смысле слова здесь уже давно не было, но почти все прежние слуги предпочли остаться с Дэниелом и Келли, так как привыкли к этому месту, да и не очень-то стремились уйти на вольные заработки. Их было много – бывшие черные рабы, несчастные белые слуги, выброшенные на обочину жизни, – и все они хотели жить и работать, иметь крышу над головой и не болтаться по окрестным селениям в поисках случайных заработков. Конечно, хозяйство здесь уже далеко не то, что было раньше. Вероятно, им пришлось продать часть своих земель, но все остальное удалось сохранить. Криста в очередной раз подумала, что ее братьям все-таки удалось сохранить самое главное – свои дома. Именно они должны рано или поздно стать их постоянным пристанищем. Джесс, например, собирается оставить военную службу, вернуться к родному очагу и заняться частной медицинской практикой. Что же до Дэниела, так тот вообще прирожденный фермер и безумно любит возиться с лошадьми.
      А где же будет жить она? Раньше казалось, что ее постоянным местом жительства станет Камерон-холл, но сейчас такой уверенности у нее не было. На него по праву наследства претендует Джесс и вряд ли согласится отказаться от своих преимуществ. А Стирлинг-холл, несомненно, перейдет к Дэниелу, что тоже вполне законно и объяснимо. Этот дом находится в собственности их семьи еще со времен Войны за независимость, когда их прапрапрабабушка переписала это поместье вместе с землей в распоряжение семьи Камерон. Конечно, во время Гражданской войны все поместье пришло в запустение, но, к счастью, на этой земле не велись боевые действия, поэтому восстановить его не составит большого труда.
      Криста ловко спрыгнула с лошади, привязала ее к столбу и, уперев руки в бока, стала пристально вглядываться в фасад дома, пытаясь представить его прежнее величие. В их семье давно уже вынашивались планы реставрации этого хозяйства, чтобы здесь мог поселиться Дэниел. Дом по завещанию перешел к нему, а Джесс должен был остаться в Камероне-холле, короче говоря, все ее братья как-то пристроились, и только она одна осталась без крыши над головой. Естественно, все предполагали, что она удачно выйдет замуж и будет коротать время в доме богатого и обеспеченного мужа. По их замыслам, это должен быть красивый парень из какого-нибудь аристократического семейства с огромным наследством. Впрочем, на Юге так было заведено всегда и вряд ли стоит винить ее братьев в безумных мечтаниях. Это был давно заведенный порядок.
      И вот теперь все те, кто считал себя повстанцами, потерпели сокрушительное поражение и вынуждены были сдаться на милость победителей.
      Криста посмотрела на многочисленную поклажу, которую привезла с собой, чтобы хоть как-то обустроить дом до прибытия Келли. Вместо того чтобы сразу же войти в дом и распаковать чемоданы, она обошла вокруг веранды, а потом устало опустилась на деревянные ступеньки крыльца, погрузившись в воспоминания.
      С какой неизбывной горечью провожали они на войну Джесса. Он был уже одет в униформу армии северян и заехал попрощаться с родными и близкими ему людьми. Кирнан в то время еще не была его женой, но уже безумно любила его.
      И никто из них даже представить себе не мог, что Джесс станет сражаться на стороне северян. К счастью, это оказалось для них весьма удачным решением, так как именно благодаря этому они смогли отстоять свой отчий дом и даже какую-то часть земли.
      При этом Криста не смогла отказать себе в удовольствии отметить, что в конечном итоге их родной дом был спасен благодаря ее самоотверженным усилиям, а не военным заслугам Джесса. Конечно, к этому нужно добавить и согласие Джереми Макгоули.
      Вспомнив мужа, Криста прикусила губу и уныло повесила голову. Что же теперь с ним делать? Как вести себя в данных обстоятельствах? Продолжать отвергать все его притязания или уступить нажиму и вести себя так, как и следует вести нормальной добропорядочной жене? С тех пор как южане потерпели поражение в войне, и началась повальная оккупация их земель обнищавшими и алчными северянами, между мужчинами и женщинами в этих краях довольно часто вспыхивали подобные конфликты. Южане до сих пор помнили те старые времена, когда они были хозяевами на своей земле и делали все возможное, чтобы отделиться от ненавистного Севера. И даже если с фактической точки зрения они оказались побежденными, то в сердцах все еще теплилась неизбывная гордость за свою родину и желание сопротивляться.
      А все газеты тем временем – как южные, так и северные – полны сообщений о казнях так называемых «заговорщиков против Линкольна». Келли недавно прочитала в одной из них о подробностях покушения на президента Линкольна и обо всем том, что за ним последовало. Джон Уилкс Бут, тот самый актер, который стрелял в президента в театре Форда, был обнаружен на одной из ферм, получил тяжелые ранения и покончил с собой. Но это было лишь началом широких репрессий против мятежников. Седьмого июля, как сообщалось в газетах, была схвачена и повешена вместе с другими, так называемыми заговорщиками Мэри Сюррат – первая женщина, казненная правительством за все годы его существования. Ее тоже обвинили в покушении на президента Линкольна, но знающие люди поговаривали, что если она и была к чему-то причастна, так только к самому убийце, не более того.
      Конечно, убийство Линкольна было ужасным актом мести, и, несмотря на то, что многие южане считали его коварным тираном, они все же вынуждены были признать, что только он мог провести справедливую и в высшей степени достойную реконструкцию мятежного Юга и тем самым добиться примирения между двумя враждебными частями страны. Бут, естественно, считал себя выдающимся героем, но умер презираемый собственными сторонниками.
      Криста выпрямилась и провела рукой по спине. В последнее время у нее ужасно ныла спина. Они вместе с Келли и Кирнан уже наводили порядок в этом доме и, не разгибая спины, драили грязные полы вместе с Джейн, бывшей рабыней, которая неплохо знала свое дело и работала, не покладая рук.
      Что же она будет делать, когда дом будет приведен в порядок? Несмотря на все угрозы и обещания мужа, она все же иногда встречалась с ним. Он писал своей сестре огромные послания, а иногда наведывался в Камерон-холл, так как все еще находился в Вашингтоне, до которого рукой подать. В армии тоже творилось бог знает что. Одни военные оставались на службе, а другие вынуждены были уйти в отставку и искать себе работу. Создавались новые гарнизоны, формировались новые полки, и армия все дальше продвигалась на Запад, где должна была защищать вновь приобретенные земли. Правда, приказ о направлении Джереми в этот район был приостановлен, но он ни минуты не сомневался, что это временное явление.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26