Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сердце Мириаля (Лига Теней - 1)

ModernLib.Net / Художественная литература / Фьюри Мэгги / Сердце Мириаля (Лига Теней - 1) - Чтение (стр. 28)
Автор: Фьюри Мэгги
Жанр: Художественная литература

 

 


      - Хватит чушь молоть! - рявкнул он. - Ты напугал Аннас!
      Мальчик помотал головой, тыча пальцем в комнату:
      - Пойди и сам посмотри! Выгляни в окно!
      Пожав плечами, Тормон вернулся в спальню, подошел к окну и раздернул цветастые занавески. Комната выходила окнами на Эспланаду и острые пики скал, окружавших Священные Пределы. В небе, над скалами... у Тормона перехватило дыхание. Над ущельем, в котором лежал Священный Город, черной тучей кружила стая крылатых тварей. Тормон увидел, как твари одна за другой камнем падают вниз, - и оттуда вдруг донеслись душераздирающие крики. Торговец похолодел. Эти твари напали на людей, собравшихся для обряда!
      - Мириаль всеблагой! - охнул он. - Бежим, Сколль, бежим скорей отсюда!
      Мальчик был уже на пороге, и в руках он держал одеяло и битком набитую наволочку.
      - Я взял одежду малышки! - крикнул он, и Тормон мысленно благословил парнишку за присутствие духа. Он выхватил у Сколля одеяло, на бегу завернул в него Аннас и опрометью помчался по коридору. Сколль бежал следом.
      Уже не было времени выяснять, что случилось в комнате Серимы. Тормон увидел, как ее помощник - Пресвел, кажется - пытается в одиночку вытащить из комнаты труп Сама Серима сидела на кровати, уже переодетая, и светловолосая девушка, что-то ласково приговаривая, обмывала ее избитое лицо.
      - Бежим! - крикнул им Тормон. - Скорей! Надо выбираться отсюда!
      Вместо того чтобы подчиниться, все трое бросились к нему, требуя объяснений и пугая Аннас своей бессмысленной болтовней. У меня нет времени, подумал Тормон. Я должен спасти свою дочь.
      - Да гляньте же в окно, чтоб вам пусто было! - рявкнул он. Подбежал к окну - и в ужасе отпрянул. Одна из крылатых тварей, что кружили сейчас над Пределами, как раз пролетала мимо особняка. Вблизи она казалась жуткой насмешкой над человеческим обликом - мертвенно-бледное лицо, обтянутое кожей, словно оживший череп. Неосторожное движение Тормона в окне привлекло ее внимание. Тварь на лету развернулась, метнулась прямо на Тормона - и со звоном разбитого стекла ворвалась в комнату.
      Возбуждение гигантской толпы, стократ усиленное толчеей и давкой, накопленное глубокой чашей ущелья, в котором лежали Священные Пределы, возбуждение это с удвоенной силой хлынуло на Гиларру, когда она вышла из дверей Базилики. Церемониальный наряд - длинные одеяния из драгоценного лилового шелка и поверх них тяжелая мантия, расшитая серебряной нитью и изукрашенная самоцветами, - отягощал ее плечи, словно воплощенное бремя власти. Вес наряда вкупе с серебряным, унизанным камнями венцом едва не пригибал невысокую фигурку суффрагана к земле.
      Спутники Гиларры шагнули вперед и встали по обе стороны от нее. В Великом Жертвоприношении дозволено было действовать только одному жрецу суффрагану или избранному иерарху. Прочих жрецов не приглашали участвовать в умерщвлении их предводителя. Вместо жрецов Гиларру сопровождали Мечи Божьи: слева - сомневающийся и недовольный Гальверон, справа - по-волчьи настороженный лорд Блейд. Гиларра на них не смотрела. Взгляд ее был прикован к жертвенному костру - груде хвороста высотой в человеческий рост и вдвое шире. В этом сооружении заключался для нее сейчас весь мир. На вершине костра был укреплен высокий шест, к которому был привязан бывший иерарх - в длинной белой мантии Великого Жертвоприношения.
      Жрецы и гвардейцы заранее возвели между костром и дверями Храма помост, дабы суффраган во время обряда возвышалась над толпой и не оказалась скрыта жертвенным пламенем. Гиларра уже хотела шагнуть на шаткие ступени, но вдруг заколебалась, задрожала всем телом. В горле у нее пересохло, словно его забили песком. Нетерпеливым жестом суффраган подозвала к себе Гальверона.
      - Вина! - шепотом приказала она.
      Молодой офицер вручил ей фляжку, и она жадно глотнула. Обжигающий хмель ударил в нёбо точно жидкая молния. Без единого слова Гиларра вернула фляжку и собралась с силами, готовясь сделать первый, неотвратимый шаг к вершине помоста.
      И вдруг лорд Блейд протянул руку, чтобы остановить ее.
      - Погоди, - сказал он, - чуть не забыл. - С этими словами он протянул Гиларре кольцо иерарха с кроваво-алым рубином. - Я забрал его у Заваля. Теперь оно твое.
      - Спасибо, - сказала Гиларра. И надела кольцо на палец, мельком отметив, что оно ей великовато. Ничего, она потом велит его подогнать. Собравшись с духом, она кивнула командиру Мечей Божьих, подобрала подол расшитых каменьями одеяний и шагнула на ступеньку.
      Появившись на вершине шаткого дощатого помоста, Гиларра ожидала от толпы чего угодно - одобрительных криков, враждебного рева, даже презрительного свиста. И ужаснулась, обнаружив, что ее появление было встречено гробовым молчанием. Напряжение, царившее на площади перед Храмом, было так велико, что казалось почти видимым - так над болотами повисает пелена гнилостных испарений, готовых полыхнуть от первой же искры. И точно так же сейчас довольно было одной искры, одного движения, чтобы полыхнул огнем весь Тиаронд. Настроение толпы, словно зеркало, отражало зловещую близость новой бури, что уже ощутимо зрела в недвижном густом воздухе - над Базиликой и горными кряжами громоздились все выше лилово-черные тучи.
      Собравшиеся на площади тиарондцы теснились - пожалуй, даже чересчур близко - к жертвенному костру. В передних рядах были устроены сидячие места для знатных горожан - по большей части купцов. Люди, восседавшие там, кутались от непогоды в меха и теплые плащи, и лица их хранили одинаковое выражение - самоуверенное и враждебное. В этих рядах суффраган заметила пустое кресло и мимолетно удивилась: что за коварную игру затеяла леди Серима, если посмела не явиться на обряд вопреки храмовому эдикту?
      Потом Гиларра взглянула на Заваля - и все посторонние мысли мгновенно исчезли из ее головы. Бывший иерарх был бледен, недвижен и бесстрастен, словно мраморная статуя. Отсутствующий взгляд его был устремлен в пустоту, как будто он совершенно не сознавал, что его ждет, или же каким-то образом сумел отрешиться от своей страшной участи. При виде его Гиларра содрогнулась. Если дела очень скоро не изменятся к лучшему, подумала она, в следующем году на месте Заваля окажусь я.
      Она жалела, что не может точно знать, когда именно зайдет солнце. Бледные, запрокинутые кверху лица горожан уже заволокла сумеречная дымка, и Гиларру охватила тревога. Я ждала заката - но не слишком ли долго? Может быть, я уже опоздала ?
      В толпе у подножия помоста пронесся невнятный беспокойный ропот. Блейд бесцеремонно ткнул Гиларру локтем в бок, и суффраган очнулась.
      - Ради Мириаля, да начинай же! - прошипел он сквозь стиснутые зубы и сунул ей горящий факел, которым надлежало поджечь костер.
      Гиларра сделала глубокий вдох.
      - О Великий Мириаль, услышь нашу молитву! - прокричала она и, высоко вскинув пылающий факел, ощутила слитный вздох паствы. Натренированным голосом, который был слышен во всех уголках площади, Гиларра начала произносить напевную молитву, прося у Бога милосердия:
      - О Великий Мириаль, Ты, что создал наш мир из Своей плоти и крови;
      О Великий Мириаль, вернись к нам!
      Мы - дети Твои, стадо Твое и Твой урожай. Ты сеешь наши души в мир и в назначенный срок по воле Своей пожинаешь их; О Великий Мириаль, вернись к нам! Великий Мириаль, защити нас! Великий Мириаль, прости нам грехи наши; прими наше поклонение и нашу жертву.
      Великий Мириаль, обрати к нам снова Лик Свой;
      Великий Мириаль, поддержи нас и утешь нас. Омой нас лучами Своей любви.
      Голос Гиларры возвысился до предела, взмывая над головами собравшихся.
      - Великий Мириаль, услышь нашу мольбу!
      И в тот самый миг, когда толпа горожан оглушительным хором повторила эти слова, суффраган швырнула свой факел в самую середину костра.
      И - ничего. Благовонное масло, которым был пропитан хворост, на миг вспыхнуло, но сырое дерево не спешило загораться. Язычки пламени почти сразу опали. Влажный хворост зашипел, и к небу поднялось белое облако пара, а не дыма. В панике сердце Гиларры забилось, точно пойманная птица. Огонь гаснет! Мириаль всеблагой, нет! Моля о пощаде, она возвела глаза к сумрачным небесам - и вдруг увидела, что над скалами парят, описывая круги, небывалые крылатые существа. Во имя всего сущего, кто они?
      В этот миг за спиной Гиларры раздался оглушительный рев. Дощатый помост подломился, и суффраган почувствовала, что падает. Со всей силы грянулась она оземь, и что-то больно ударило ее по лбу, рассекая кожу. Закричав, Гиларра закрыла руками глаза, залитые кровью из раны, ослепленные съехавшим на лоб венцом. Оттолкнув его, суффраган поспешно протерла ладонью глаза - и увидела, как жертвенный костер полыхнул вдруг слепящим золотым пламенем.
      Когда тварь вломилась в окно, Тормон был уже на полпути к двери. Остальные, едва глянув на чудовище, ринулись вслед за ним - все, кроме Сколля. Мальчик остолбенел и, бледный как смерть, уставился на убитого. Тормон, одной рукой прижимая к груди дочь, другой на бегу ухватил Сколля и волок за собой, пока тот не очнулся и не побежал сам. Пресвел, бежавший последним, выдернул из замочной скважины ключ, захлопнул массивную дверь и проворно запер ее снаружи. Из комнаты донесся пронзительный, полный злобы вопль, затем - гортанное рычание и скрежет когтей, выдиравших из прочного дерева щепки.
      - Бежим! - снова крикнул Тормон и с Аннас на руках помчался вниз по лестнице. Сколль не отставал от него ни на шаг.
      - Мириаль всеблагой! - на бегу выдохнул торговец. - Только бы эти твари не добрались до лошадей!..
      Первым из беглецов он промчался по коридорам и через кухню. Поглощенный бегством, он даже не сразу заметил, что на полу в кухне лежит убитая женщина, и почуял неладное, лишь услышав, как Серима душераздирающе закричала:
      - Марута! Марута!..
      Краем глаза Тормон заметил, что Пресвел оттаскивает Сериму от убитой, и больше уже не обращал внимания на эту сцену. Сейчас для него важно одно поскорее увезти Аннас из этого проклятого города.
      К великой радости торговца, кони, хотя и перепугавшиеся до полусмерти, все же были целы и невредимы. Одним глазом он все время поглядывал на небо, но жуткие твари, похоже, все уже добрались до Пределов. Сколль на минуту замешкался, потом, ведя в поводу ослицу, решительно направился к своей гнедой. Пресвел и Рохалла, которая явно ни разу в жизни не садилась на лошадь, устроились вдвоем на спине одного из солдатских коней. Таким образом, для Серимы и Тормона оставались сефрийцы и второй солдатский конь, но ведь Тормон обещал Элиону, что оставит для него лошадь...
      Серима глянула на торговца.
      - Я отличная наездница, - объявила она без тени ложной скромности. Тормон и глазом не успел моргнуть, а она уже отобрала у него поводья вороного мерина и, забравшись на посадочный камень, не без труда вскарабкалась на широкую спину Аврио.
      - Дай мне Аннас, - сказал Сколль, оказавшийся вдруг рядом с Тормоном. - Ты сядешь в седло, а я подам ее тебе.
      Торговец взобрался на вороного жеребца и усадил перед собой дочь.
      - Ладно, - сказал он, - поехали.
      Опасливо поглядывая на вечернее небо, всадники выехали со двора.
      На Эспланаде царил сущий ад. Люди выбегали из туннеля, метались, пронзительно кричали, оскальзывались, падали в жидкую грязь. Несколько крылатых тварей кружили над ними, то и дело камнем падая вниз, чтобы вцепиться в новую жертву. Впрочем, их было немного. Большинство чудовищ, подумалось Тормону, предпочло без хлопот охотиться на забитой людьми площади перед Храмом. Торговец содрогнулся при этой мысли. Там же собрался весь Тиаронд! Столько народу... Страх за дочь вспыхнул в нем с новой силой, и Тормон стиснул коленями вороные бока жеребца, ударами пяток понукая его бежать быстрее. Прочие кони последовали за сефрийцем, прибавив ходу, насколько позволяла скользкая от грязи мостовая. Позади них затихали крики гибнущего города.
      Как только суффраган и лорд Блейд вышли из Храма, чтобы приступить к Великому Жертвоприношению, Вельдан, Тулак и Казарл подобрались к самому выходу и затаились в тени.
      - Элион, ты здесь? - мысленно окликнула чародейка.
      - Я на месте, - был ответ, - недалеко от подножия костра, переодет гвардейцем. Если что-то пойдет не так, я готов вмешаться. Увидимся позже, по ту сторону перевала - в зависимости от того, когда я смогу ускользнуть.
      От волнения у Вельдан пересохло во рту, зато Каз был, как всегда, чрезвычайно уверен в себе.
      - Ты не забыл наш план? - в сотый раз спрашивала она. - Уверен?
      - Не волнуйся, Хозяйка. Я обо всем позабочусь. Внимание - пора!
      Они увидели, как Гиларра бросила факел в костер. С оглушительным ревом Каз вымахнул из тени, вывалился из дверей Храма и прыгнул на помост. Ветхие доски хрустнули под его тяжестью, и помост рухнул, увлекая за собой лорда Блейда, нового иерарха и всех, кто оказался поблизости. Факел, брошенный Гиларрой, бессильно дотлевал в сыром хворосте.
      - А ну-ка я попробую... - пробормотал дракен. Вельдан услышала его.
      - Каз, не смей!- отчаянно закричала она. Поздно. Дракен со всей силы вдохнул - и струя золотистого пламени ударила прямо в костер, только усилив страх и смятение толпы. По площади разносились душераздирающие крики. Кого-то уже придавили, кого-то затоптали, когда толпа дружно шарахнулась от плюющегося огнем демона.
      Хотя от пламени дракена сырой хворост занялся мгновенно, из середины костра повалили клубы густого серого дыма. Ветер понес их по двору, мешая целиться арбалетчикам. Человек, привязанный к столбу, закричал, когда пламя неистово заплясало, почти касаясь его ног. Нечувствительный к собственному огню, Каз вытянул длинную шею к самой вершине костра и выдернул из груды горящего хвороста столб вместе с Завалем. Проворно мотнув головой, он выдернул бывшего иерарха из огня и, волоча за собой добычу, развернулся и помчался назад, к дверям Храма. По дороге он ухитрился одним мощным ударом хвоста разметать жертвенный костер, и пылающие ветки разлетелись по всей площади.
      Едва дракен ввалился в Храм, женщины стремительно выскочили из укрытия и захлопнули за собой массивные бронзовые двери. Каз немедля попятился, развернулся боком и всей тяжестью навалился изнутри на двери. С другой стороны уже доносились яростные крики, по бронзовым створкам молотили удары, и этот шум смешивался с паническими воплями толпы. Вельдан и Тулак поспешно освободили Заваля и загасили дымящееся пятно на его грязном и изорванном одеянии жертвы. Чародейка забеспокоилась было, обнаружив, что Заваль без сознания, но ее спутница отнеслась к этому более легкомысленно.
      - Верно, лишился чувств при виде нашего дружка, - сухо пояснила она. Дышит он нормально. Кое-где обжегся, ну да ничего страшного. - Тулак одарила дракена грозным взглядом. - А тебя, безмозглая громадина, я и благодарить-то не стану. Насчет огня у нас речи не было!
      - Но идея-то была неплоха, верно? - отозвался тот с самым невинным видом.
      - Да хватит вам! - не выдержала Вельдан. - Надо поскорей убираться отсюда!
      Вместе с Тулак они втащили Заваля на спину дракена и сами забрались следом, причем старая наемница прихватила мешки с провизией, которые собрала в верхних пещерах. Каз немного поворчал из-за лишнего седока.
      - Хорошо еще, что все вы в последнее время не очень-то объедались, ядовито заметил он. - Ну, девочки, - вперед!
      Одним могучим прыжком дракен отпрянул от дверей и понесся в сумрачные недра Храма. Следом полетели стрелы - почти сразу в Храм ворвались гвардейцы.
      - Экое счастье, что здесь так темно, - пробормотала Тулак. - Они и прицелиться толком не могут.
      В просторных коридорах Храма дракен без труда обогнал пеших людей. Почти мгновенно, к огромному облегчению Вельдан, беглецы проскочили нижнюю кордегардию и оказались в туннеле.
      Блейд валялся навзничь, придавленный увесистой грудой дерева. На него свалился поперек один из столбов, подпиравших помост, а сверху столб присыпали обломки бревен Блейду оставалось лишь бессильно смотреть, как ловко дракен выдернул Заваля из огня. Ограбленный наглой тварью, Блейд зарычал от ярости. Вернувшись в Цитадель со своим пленником, он не единожды допрашивал Заваля о демоне, который поселился в его голове, но ни иерарх, ни дракон не соизволили дать ему хоть один осмысленный ответ. Теперь же все пропало. Будь проклята эта девка вместе со своим дракеном!
      Командир Мечей Божьих отчаянно извивался, пытаясь освободиться. Хотя сам по себе столб весил немного, обломки досок так надежно присыпали его сверху, что сдвинуть эту груду не было никакой возможности. Между тем дракен, волоча за собой добычу, нырнул в недра Храма, и за ним тотчас захлопнулись массивные бронзовые двери. Подчиненные Блейда понемногу приходили в себя, и кое-кто из них уже молотил кулаками по дверям, которые и не думали поддаваться. Блейд, почти обезумев от злости, грохнул кулаком по треклятому столбу.
      - Эй, кто-нибудь! - заорал он. - Да снимите же с меня эту штуку!
      От гвардейцев, молотивших по дверям Храма, отделился Гальверон и с полудюжиной солдат поспешил на помощь командиру... но на полпути все семеро почему-то остановились, уставившись в темнеющее небо. Лица их исказил ужас. Прежде чем Блейд сумел повернуть голову, чтобы выяснить, куда это смотрят его подчиненные, в толпе начали кричать. Орда крылатых черных демонов кругами опускалась на забитую людьми площадь. Первые твари уже набрасывались на добычу, зубами и когтями терзая теплую плоть.
      - Да не стойте же вы, болваны! - взревел Блейд. - Помогите мне!
      Гальверон очнулся и вместе со своими людьми принялся оттаскивать обломки досок. Краем глаза Блейд видел, как двери Храма распахнулись и туда вбежал взвод гвардейцев. Сам он сразу отмел этот вариант погони. Чтобы пробраться в Храм, эта парочка должна была пройти через десятинные пещеры. Чем гнаться за дракеном по туннелям на вершину горы, куда надежней выслать конный отряд, чтобы перехватить беглецов на Змеином Перевале.
      Покуда он перебирал в уме эти возможности, солдаты оттащили треклятый столб, и Блейд наконец поднялся на ноги. Гальверон схватил его за руку.
      - Что это за твари? - крикнул он.
      - Не знаю. - Одно Блейд знал точно - сражаться с такой ордой летучих врагов невозможно. В Пределах уже шла резня, тут и там валялись мертвые, истерзанные тела, стыли лужи крови, люди кричали, метались из стороны в сторону, словно отара овец, окруженная стаей волков.
      - Загоняйте людей в Храм, - велел Блейд своему заместителю. Забаррикадируйтесь изнутри. Где Гиларра?
      Оглянувшись, он увидел, что суффраган, полуоглушенная, распростерлась на земле и без особого успеха пытается протереть залитые кровью глаза.
      - Помоги ей... - начал Блейд и осекся, краем глаза уловив в зареве костра алый крошечный просверк. Кольцо иерарха соскользнуло с пальца Гиларры и лежало на земле рядом с ней. Блейд выругался. Только сегодня он вновь подменил кольца, по крайней мере на время - чтобы Гиларра могла управляться с Оком Мириаля. В зареве огня поблескивало кроваво-алым настоящее кольцо - единственное в мире и бесценное.
      Блейд метнулся было поднять его, но тут над ним пролетела громадная тень, и ветер, порожденный взмахом могучих крыльев, сбил его с ног. Крылатый черный демон спикировал прямо на кольцо, схватил его и унес прочь. Из груди Блейда вырвался бешеный крик. Кольцо!..
      Миг спустя крылатая тварь смешалась с сотнями своих собратьев, которые кружили над Священными Пределами. С убийственной ясностью Блейд осознал, что исправить уже ничего нельзя. Проклиная все на свете, он принялся скликать солдат, чтобы немедля отправиться в погоню за треклятым дракеном и его загадочной спутницей.
      Гальверон, не веря собственным глазам, смотрел, как лорд Блейд с отрядом всадников ускакал из Священных Пределов в погоню за бывшим иерархом, предоставив жителей Тиаронда их участи. Впрочем, времени порицать такое откровенное дезертирство попросту не было - об этом позаботились крылатые черные демоны, десятками сыпавшиеся на площадь с ночного неба. В считанные минуты Священные Пределы превратились в самую настоящую бойню. Чудовищные твари были, казалось, повсюду - слетали со скал, ограждавших пределы, камнем падали с неба, точно ястребы. Число их все прибывало, и этому, чудилось, не будет конца.
      Гиларра дико озиралась, отупевшая от потрясения, и едва сознавала, что у нее на глазах режут, точно овец на бойне, ее подданных. Вырвал ее из этого оцепенения Гальверон - пробравшись по руинам помоста, он схватил Гиларру за руку.
      - Иерарх! - гаркнул он, стараясь перекричать визг и вопли смертельно напуганной толпы. -.Людям нужно укрытие! Надо увести их в Храм...
      И тут Гиларра наконец обрела способность мыслить.
      - Я помогу тебе! - прокричала она. - Где Блейд?
      - Погнался за Завалем! - бросил Гальверон через плечо и помчался собирать оставшихся гвардейцев.
      Толпа уже хлынула, неотвратимая, как морской прилив, на нижние ступени лестницы, что вела к дверям Храма. Солдаты Гальверона направляли этот поток, следя главным образом за тем, чтобы люди в панике не бросились вперед все разом, топча передние ряды. Другие солдаты стреляли из арбалетов по крылатым врагам, но в наступивших сумерках целиться было нелегко. Арбалетные болты, описав дугу, падали в обезумевшую толпу, принося больше вреда, чем пользы.
      Покуда Гиларра с четырьмя гвардейцами, как могла, направляла бурлящий людской поток в узкую горловину входа в Храм, Гальверон кое-как протолкался назад, на площадь, помочь тем бедолагам, которых уже настигли кровожадные твари. Впрочем, для многих горожан помощь уже опоздала. По всей площади валялись трупы с разодранным горлом и вспоротыми животами. Гальверон то и дело оскальзывался на лужах крови и человеческих внутренностях. Кровожадным демонам было все равно, кого убивать: они с равной жестокостью терзали мужчин и женщин, стариков и детей.
      Гальверона охватила неукротимая ярость. С мечом в руке он набросился на пришельцев, рубя тех, кто уже присосался к своей добыче. Одна за другой твари гибли под ударами его клинка, и кровь их, черная, омерзительно вонючая, смешивалась с кровью несчастных жертв. Скоро, увы, Гальверон обнаружил, что враг превосходит его числом - с ночного неба сотнями спускались все новые демоны, и волей-неволей молодой офицер вынужден был отступить. Людей к этому времени осталось на площади не так уж много - одни укрылись в Храме, другие пали жертвой кровожадных тварей. Вместе с горсткой солдат Гальверон прикрывал уязвимую для атаки толпу, которая втягивалась, редея, под спасительную сень Храма.
      И вдруг молодой офицер услышал голос Агеллы - спокойный, зычный, властный, он без труда перекрыл вопли и рыдания толпы:
      - Эй, вы, там, а ну, не толкайтесь! Быстрей все равно не выйдет, ты, болван! Не видишь, что ли, впереди и так теснятся! Держитесь все вместе, вместе - они хватают отставших...
      Гальверон вытянул шею и поверх голов разглядел женщину-кузнеца. Она шагала с мечом в руке, подгоняя отставших, с ней - Гальверон даже заморгал от удивления - было то самое семейство, которое он вчера спас от наемников Серимы. Почему они не покинули город, как намеревались? Гальверон запоздало вспомнил, что пожилая женщина - сестра Агеллы. Как видно, эти люди все же решились нарушить закон и пробраться в Пределы - после того как ускользнули от посланного Гальвероном солдата. Сейчас они брели в самом хвосте толпы, а причиной отставания была их дочь, совсем оцепеневшая от ужаса. Родители, подхватив под руки, из последних сил волокли ее за собой, а Агелла прикрывала всех троих неуклюжими, но мощными взмахами меча.
      Еще одна тварь низверглась с высоты на Гальверона, растопырив когти и скаля окровавленные клыки. На лету демон стремительно взмахнул когтистой лапой - и Гальверон вскрикнул от боли, когда острые когти вспороли кожу на скуле, едва не зацепив глаз. Ударом меча он рассек противника надвое и оглянулся, ожидая нового нападения. Мириаль всеблагой, до чего же проворны эти твари! Руки, лицо и плечи Гальверона были покрыты уже десятками ранок и царапин, жгучих, точно раскаленные клейма, - вполне вероятно, что когти врагов были вымазаны каким-то ядом.
      Зловещие демоны между тем не отступали, набрасываясь на тех бедолаг, кто хоть на шаг отставал от толпы. Гальверону это напомнило, как волчья стая охотится на оленей, выхватывая самых слабых и беззащитных, - но волки охотятся, только когда голодны, а эти твари упоенно ударились в резню, которая стала еще ожесточенней, когда они увидели, что последняя добыча вот-вот исчезнет за дверями Храма.
      К этому времени площадь уже почти опустела. На ступенях перед дверями Храма осталась лишь горстка горожан, когда Гальверон услышал отчаянный крик Агеллы. Свалив ударом очередного противника, он бросился на помощь - но опоздал. Сестра Агеллы лежала, мертвая, в луже крови у подножия лестницы, а сама женщина-кузнец отчаянно сражалась, защищая от крылатых демонов племянницу и ее отца. Тот, увидев, что его жена мертва, издал душераздирающий крик и толкнул свою дочь к Агелле. И в тот же миг сам бросился в когтистые лапы демона, жертвуя собой, чтобы спасти других.
      Гальверон схватил девушку за руку и, толкая перед собой Агеллу, побежал к Храму. Теперь на площади, кроме них, не осталось ни одной живой души. Огромные бронзовые двери уже закрывались. Острые когти впились в плечо Гальверона. Из последних сил он рванулся вперед, протиснулся в узкую щель и едва не упал на руки Гиларре, которая ждала его внутри вместе с Бевроном и перепуганным до полусмерти сынишкой.
      С гулким грохотом огромные двери захлопнулись. Уцелевшие - все, кто остался в живых из всего населения Тиаронда, - оказались в осаде.
      В тесноте петляющих коридоров Казу волей-неволей пришлось сбросить скорость. Он с трудом протискивался на крутых поворотах и сжимался, низко пригибая шею, чтобы не размазать по потолку седоков. Вскоре Вельдан снова услышала шум погони.
      - Долго еще? - спросила она у Тулак.
      - Надеюсь, что нет, - отозвалась старая наемница. Заваль, бессильно обвисший поперек шеи дракена, что-то пробормотал и застонал. Вельдан торопливо прижала ладонь к его затылку, чтобы он не мог поднять головы.
      - О нет, - взмолилась она, - только не сейчас! Не хватало еще, чтобы он пришел в себя!
      И вдруг в ее мыслях прозвучал голос Элиона:
      - Вельдан, они здесь! Они напали на Священные Пределы! Ак'загары в Тиаронде!
      Ужас ледяным копьем пронзил сердце Вельдан. Вампиры? В Тиаронде?
      - Элион! Элион! У тебя все в порядке? Что там происходит?
      - Со мной - ничего страшного. Блейд сообразил, что не сможет догнать вас в туннелях. Он решил взять отряд гвардейцев и перехватить вас на перевале, так что не мешкайте. Я присоединюсь к его отряду и потом как-нибудь ускользну. - Как ни уверенно говорил Элион, в его мысленном голосе ощущался привкус страха. - Ад и преисподняя! Это ужасно! Вампиры набросились на толпу, собравшуюся в Пределах. Для них это легкая добыча бедняги так тесно сгрудились, что не могут бежать. Какая будет резня!..
      Каз между тем протиснулся в просторную нижнюю пещеру и бегом пересек ее, выиграв у преследователей пару минут. И тем не менее позади беглецов снова засвистели арбалетные болты, хотя ни один не попал в цель. Последний отрезок коридора оказался прямым как стрела, и дракен смог прибавить ходу.
      - Мы выбрались из Пределов и направляемся в город, - сообщил Элион. Надеюсь, мы прорвемся благополучно - ак'загаров куда больше привлекает беззащитная толпа в Пределах. - Мысленный голос его то и дело слабел, затихал - Вельдан поняла, что Элион, как всегда, прилагает все силы, чтобы не вывалиться из седла.
      - Береги себя, Элион, - сказала она.
      После секундного замешательства он ответил:
      - Спасибо, Вельдан. Ты тоже.
      Голос его затих, и чародейка вернулась мыслями к собственному бегству.
      Они добрались до верхних пещер, в один миг проскочили кордегардию и наконец выбрались наружу.
      - Проберитесь по уступу до поворота, - велела Тулак. - Там вас стрелы не достанут.
      И вдруг соскользнула со спины Каза.
      - Что ты делаешь?! - вскричала Вельдан.
      - Дверь хочу запереть, тупица! Да шевелитесь вы! Я скоро вернусь.
      Укрывшись за поворотом, Вельдан и Каз услышали крики, свист арбалетных болтов, краткое ругательство... и - тишина. Напарники переглянулись, для чего дракену пришлось запрокинуть голову.
      - Я возвращаюсь, - твердо объявила Вельдан.
      - И не мечтай, лапушка! - отрезал дракен, делая шаг вперед. - Не хватало мне еще, чтобы убили вас обеих!
      - Проклятье, Каз, не можем же мы бросить ее на...
      - Эй, вы, кретины, стойте! Подождите меня! - оборвал их спор срывающийся крик. Вельдан обернулась и увидела, что к ним, оскальзываясь на уступе, спешит Тулак. Из рукава ее овчинной куртки торчало древко арбалетного болта, но хотя на рукаве проступило пятнышко свежей крови, было очевидно, что рука лишь задета. Тем не менее Тулак ругалась вовсю - с ядовитой виртуозностью старого солдата.
      Расхохотавшись от радости, Вельдан помогла подруге взобраться на спину дракена. Тулак здорово запыхалась, но у нее хватило еще сил разразиться жалобами:
      - Нет, вы только поглядите! Только поглядите! Моя лучшая куртка! Ублюдки паршивые! Я же эту куртку двадцать лет носила, а они...
      Вельдан и Каз опять переглянулись - и, забыв обо всех тяготах и опасностях, разразились дружным смехом. Тулак вначале слегка опешила, потом присоединилась к ним, и эхо этого веселья долго еще перекатывалось между скал, когда беглецы уже поднимались на вершину горы.
      Глава 29
      АРХИМАГ
      Кергорн поднялся до рассвета - как поднимался каждое утро с тех пор, как Шри покинула Гендиваль. Восходящее солнце еще едва позолотило росу на траве вокруг подножия Приливной башни, а он уже мерил шагами узкую полосу дерна между башней и озером и изнывал от беспокойства. Что творится у чародеев в Каллисиоре? Почему Шри молчит? Что с ней случилось? Воображение услужливо живописало архимагу картины - одну ужасней другой.
      Он был в дальнем конце протоптанной в дерне тропы, на берегу Верхнего озера, когда услышал зов с Приливной башни и галопом бросился назад. Вельдан! Ее мысленный голос, усиленный Слушателями, звучал уверенней и четче прежнего, хотя когда она вкратце изложила недавние события, Кергорн подивился такой уверенности.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29