Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Многоярусный мир (№4) - За стенами Терры

ModernLib.Net / Эпическая фантастика / Фармер Филип Хосе / За стенами Терры - Чтение (стр. 1)
Автор: Фармер Филип Хосе
Жанр: Эпическая фантастика
Серия: Многоярусный мир

 

 


Филипп Хосе Фармер

За стенами Терры

Эти приключения Кикахи посвящены

Джеку Кордесу, который обитает

во вселенных Пеории и Пекина.

<Имеется в виду г. Пикин, штат Иллинойс.

(Здесь и далее примеч. пер.)>

Двадцать четыре года небо было зеленым. И вот в один миг оно стало голубым.

Кикаха зажмурился. Он вернулся домой, а точнее сказать, на родную планету. Прожив на Земле двадцать восемь лет, он провел остальные двадцать четыре года в другой вселенной, названной им Многоярусным миром. И теперь он снова оказался «дома», хотя его сюда не очень-то и тянуло.

Он стоял в тени огромного выступа скалы, нависавшего над головой.

Бодрящий ветер, скользя по поверхности отвесного склона, врывался в небольшую пещеру и вылизывал каменный пол.Повсюду виднелись горы, поросшие соснами и елями. Прохладный воздух быстро теплел. Начиналось утро июльского дня Если верить расчетам, они находились сейчас в южной Калифорнии, и Кикаха надеялся, что это действительно так.

Пещера располагалась почти у самой вершины, откуда открывался прекрасный обзор в юго-западном направлении.

Там, вдали, за небольшими отрогами холмов, виднелась огромная долина, которая простиралась, по предположению Кикахи, до самого Лос-Анджелеса. Зрелище встревожило и удивило его.Оно не поддавалось объяснению и совершенно не походило на то, что он ожидал увидеть.Долину скрывал плотное, отвратительное серое облако, созданное на первый взгляд из тысячи струй зловонных испарений. И казалось, что почва под пеленой тумана утыкана бурлившими гейзерами, которые извергали ядовитый пар и газы земной преисподней.

Он не имел понятия о том, что происходило на Земле с 1946 года, когда однажды ночью его по воле судьбы перенесло из этой вселенной в мир Ядавина. Неужели какая-то враждебная держава сбросила бомбы и заполнила гигантскую чашу Лос-Анджелеса ядовитым газом? Но Кикаха даже не мог назвать страны, способной на такой решительный и дерзкий шаг. Когда он оставил этот мир, Германия и Япония потерпели полное поражение, а Россия не оправилась бы от жестоких ран в течение нескольких десятилетий.

Кикаха пожал плечами. Придет время, и он во всем разберется. Банки памяти дворцового компьютера на вершине единственной планеты во вселенной зеленых небес утверждали, что эти врата ведут в горную пещеру неподалеку от озера Арроухед. Врата представляли собой круглую металлическую пластину, вплавленную на несколько дюймов в гранитную скалу. Об их присутствии свидетельствовало лишь тусклое пурпурное пятно, проступавшее на камне. Кикаха (он же Пол Янус Финнеган) обладал превосходной фигурой: рост — шесть футов один дюйм; вес — сто девяносто фунтов; широкие плечи, тонкая талия и крепкие мышцы. Волосы цвета красной бронзы оттеняли черные изогнутые брови и зеленые, как лист, глаза. Короткий прямой нос, удлиненная верхняя губа и глубокая ямочка на подбородке делали его лицо озорным и симпатичным. Походную одежду дополняли рюкзак на спине и темный кожаный футляр, который Кикаха держал в руке.Судя по виду, футляр предназначался для музыкального инструмента — возможно, для горна или трубы.

Волосы Кикахи доходили до плеч. Он собирался подрезать их перед возвращением на Землю, чтобы не отличаться от других людей, но из-за недостатка времени решил отложить это дело до тех пор, пока не отыщет какую-нибудь парикмахерскую. На вопросы о своем необычном виде он придумал историю о долгом путешествии в горах.

Что же касается женщины, стоявшей рядом с ним, то она была настолько прекрасной, насколько это вообще возможно для человека. Темные волнистые волосы ниспадали на безупречно белые плечи. А от синих глаз и великолепной фигуры у любого мужчины перехватывало дыхание и замирало сердце. Ее дорожный наряд состоял из ботинок, джинсов, клетчатой мужской рубашки и кепки с длинным козырьком. В рюкзак за спиной Анана уложила туфли, платье, нижнее белье, небольшую дамскую сумочку и несколько приборов, которые могли бы удивить и потрясти ученых Земли. По эскизу Кикахи она сделала себе прическу в стиле 1946 года, но от косметики отказалась, посчитав ее необязательной. Несколько тысячелетий назад Анана, как и все женщины ее расы, окрасила губы в красный цвет, и больше повторять эту операцию не требовалось.

Кикаха поцеловал ее и сказал:

— Ты побывала во многих мирах, Анана, но я готов поспорить, что самым странным из них окажется Земля.

— Я уже видела эти голубые небеса, — ответила она. — Итак, Вольф и Хрисеида опережают нас на пять часов. Звонарь оторвался на два часа. А в таком большом мире затеряться ничего не стоит.

— Да, — согласился он. — Врата действуют только в одну сторону, поэтому у Вольфа и Хрисеиды нет причин околачиваться где-то рядом. Они скорее всего отправятся к ближайшим двусторонним вратам, которые находятся на окраине Лос-Анджелеса — если, конечно, эти врата все еще существуют. В случае неудачи они могут воспользоваться вратами в Кентукки или на Гавайях, поэтому примерный маршрут их пути нам известен. Но вот как узнать, куда пошел Звонарь? — Кикаха помолчал, облизал пересохшие губы и добавил: — Он мог отправиться куда угодно или спрятаться где-то неподалеку. Звонарь попал в совершенно незнакомый мир. Он ничего не знает о Земле и не может говорить ни на одном из местных языков.

— Жаль, что нам не известно, как он выглядит, — сказала Анана. — Но мы найдем его — можешь не сомневаться. Я знаю Звонарей. Он ни за что не расстанется со своим «колоколом», хотя мог бы спрятать его в укромном месте, а позже вернуться за ним. Звонарь сходит с ума от мысли, что матрица может исчезнуть. И он будет таскать ее за собой до последнего вздоха. А опознать его можно только по матрице.

— Я знаю, — тихо ответил Кикаха.

Его грудь наполнилась сладким и нежным чувством, веки задрожали, по щекам потекли крупные слезы. Анана встревожилась, но, угадав настроение Кикахи, прижалась к его плечу.

— О, эти слезы! Я тоже плакала, когда однажды вернулась на свою родную планету. Мне казалось, что мои глаза высохли навсегда. Я думала, что слезы бывают только у смертных. Но стоило мне вернуться, как они хлынули ручьем, и я никак не могла остановиться.

Кикаха вытер ладонью лицо и снял с пояса флягу. Отвинтив колпачок, он сделал большой глоток.

— Мой мир остался там — за гранью врат. Я влюблен в зеленое небо, и мне не нравится Земля. Я никогда не питал к ней больших симпатий. Но оказывается, моя любовь к родине сильнее, чем я предполагал. Время от времени меня охватывала тоска — хотелось взглянуть на ее просторы, увидеть тех людей, которых я знал, но…

Внизу, возможно, в тысяче футах под ними, склон огибало двухполосное шоссе. Дорога плавно поднималась вверх, теряясь из виду за поворотом. На подъеме появилась машина. Она промчалась под ними и исчезла за изгибом горы. Кикаха с удивлением смотрел ей вслед.

— Я никогда не видел таких машин, — воскликнул он. — Она похожа на жука. Ну прямо вылитый жучок!

С соседнего утеса поднялся ястреб и, взмывая вверх на волне воздушного потока, пролетел в ста ярдах перед отверстием пещеры.

Кикаха пришел в восторг.

— Первый краснохвостый, которого я встретил с тех пор, как покинул Индиану!

Он шагнул на выступ, забыв на секунду — но только на секунду — об осторожности. Отпрянув назад в пещеру, Кикаха кивнул Анане, и та, подойдя к краю отверстия, осмотрела боковой склон. Он сделал то же самое с другой стороны.

Внизу, если верить глазам, никого не было, хотя в ближайшей роще мог спрятаться любой, кто захотел бы остаться незамеченным. Высунувшись как можно дальше, Кикаха попытался осмотреть верхнюю часть горы, но это ему не удалось из-за нависавшего выступа. Не обнаружив никакой тропы, Кикаха обследовал нижний склон и нашел с правой стороны карниза несколько выступов и углублений. Для начала могли сойти и они, а потом во время спуска он наверняка отыщет опору для рук и ног.

Кикаха медленно свесился с карниза и потрогал ногой выпиравший камень. Убедившись в его надежности, он вновь поднялся к Анане и, распластавшись на полу пещеры, внимательно осмотрел дорогу и рощу в тысяче футах под ними. Его тревожила стайка голубых соек, которые носились кругами над кромкой рощи. Прохладный ветер доносил их слабые крики.

Он вытащил из кармана рубашки небольшой бинокль и подкрутил три диска у основания окуляров. Достав наушник со штепселем на конце провода, Кикаха воткнул разъем в гнездо на боку бинокля, осмотрел дорогу и рощу, а затем навел бинокль на то место, где трещали сойки.

Благодаря прибору далекий лес внезапно приблизился, а слабые звуки стали громкими. Заметив что-то темное, он подрегулировал фокус и увидел лицо мужчины. В зарослях подлеска и густой траве Кикаха разглядел еще троих человек. У каждого из них имелась винтовка с оптическим прицелом. Двое следили за пещерой в бинокли.

Кикаха отдал прибор Анане, и она тоже рассмотрела мужчин.

— Так говоришь, Рыжий Орк единственный властитель на Земле? — спросил он.

Она опустила бинокль и утвердительно кивнула.

— Тогда ему известны эти врата, и он, конечно же, установил здесь какую-то сигнализацию, — произнес Кикаха. — Когда через врата проходит незваный гость, Орк получает сигнал, а его люди ждут неподалеку. Хотя, возможно, они живут не так близко, и Вольфу с Хрисеидой удалось от них ускользнуть. Мне почему-то кажется, что Звонарь тоже ушел отсюда до их появления. В чем-то я могу и ошибаться, но эти ребята внизу ожидают нас.

Они не стали обсуждать отсутствие постоянной охраны и ловушек во вратах. Рыжий Орк намеренно превратил в игру любое вторжение других властителей. Несмотря на смертельную опасность, это была традиционная игра всемогущих, но уставших от скуки существ.

Кикаха еще раз осмотрел мужчин, скрывавшихся среди деревьев.

— У них есть портативная радиостанция, — сказал он чуть позже.

Откуда-то сверху послышался стрекочущий звук. Перекатившись на спину, Кикаха увидел странную машину, которая, вылетев из-за горы, начала спускаться справа от пещеры.

— Гидросамолет! — воскликнул он.

Машина скрылась за отрогом горы. Кикаха вскочил на ноги и отступил в пещеру. Анана поспешила за ним.

Трескучий звук моторов превратился в рев, а потом машина зависла перед карнизом. Кикаха понял, что это не самолет. Насколько он знал, гидроплан не мог зависать в воздухе и разворачиваться на месте вокруг оси, как делала эта машина.

Через прозрачный купол воздушного аппарата он увидел фигуры пилота и троих людей, вооруженных винтовками. Его и Анану поймали в ловушку, из которой не убежать. И даже спрятаться негде…

Посылая к ним своих людей, Орк хотел выяснить, каким арсеналом обладали незваные гости. Обстоятельства требовали либо сдаться в плен, либо применить оружие. Путешественники выбрали свободу. Прокричав слово, запускавшее в действие кодовый механизм, они навели кольца-излучатели на воздушный аппарат и произнесли последнее слово. Высвобождая мощный заряд крошечных аккумуляторов, кольца пронзили машину тонкими нитями золотистых лучей. Фюзеляж раскололся в двух местах, и «гидроплан» начал падать. Кикаха подбежал к отверстию пещеры и увидел, как куски машины рухнули на склон горы. Одна часть, взорвавшись, превратилась в беловато-красный шар, который тут же рассыпался на дюжину маленьких огненных комочков. Обломки, упавшие вблизи дороги, пожирало яростное пламя.

Он видел, как побелели лица четверых мужчин, сидевших в засаде. Человек с переносной радиостанцией кричал что-то в микрофон. Кикаха попробовал настроить луч приемника, но перехватить сообщение не удалось — мешал шум горевшей машины.

Радость от первой победы быстро прошла. Он знал, что властитель намеренно пожертвовал людьми в летательном аппарате. И теперь Орку известно, насколько опасны его противники. Кикаха предпочел бы убраться отсюда незамеченным. При такой опеке спуск с горы был невозможен до наступления ночи. А к тому времени властитель мог предпринять новую атаку.

Они перезарядили крошечные аккумуляторы своих колец. Кикаха вел наблюдение за людьми в роще, а Анана осматривала склоны горы. Вскоре слева на дороге появился красный автомобиль с откидным верхом. В нем сидели мужчина и женщина. Машина остановилась около пылавших обломков, и два пассажира вышли осмотреть место катастрофы. Переговорив друг с другом, они вернулись в автомобиль и быстро умчались прочь.

Кикаха усмехнулся. Эта парочка обязательно сообщит об аварии властям. А значит, те четверо мужчин не отважатся на захват пещеры. Но, с другой стороны, полиция может взобраться на гору, и тогда его с Ананой привлекут в качестве свидетелей. Вряд ли полицейских заинтересуют странствующие музыканты, но, если их задержат в участке на какое-то время, Орк узнает об этом от своих людей. И тогда он доберется до них во что бы то ни стало. Кроме того, им нечем удостоверить свои личности, а значит, полиция может задержать их для выяснения всех обстоятельств и дальнейшего опознания.

На Анану компрометирующих материалов не найдут, а вот Кикаха увязнет по самое горло. Если они снимут его отпечатки пальцев, на свет появятся факты, которых просто так не объяснить. Полиция узнает, что он Пол Янус Финнеган, рожденный в 1918 <Ранее в некоторых местах автор утверждал, что Кикаха родился в 1922 году.> году близ Терре-Хота, штат Индиана. Им станет известно, что во время второй мировой войны он служил в танковых войсках Восьмой армии, а затем таинственно исчез из своей квартиры в городке Блумингтон. Они поймут, что он и есть тот студент из Индианы, который находится в розыске с 1946 года. Конечно, Кикаха мог сослаться на потерю памяти, но как им объяснить такое странное обстоятельство, что в свои пятьдесят два года он выглядит двадцатипятилетним парнем? И что ему сказать о происхождении некоторых устройств, которые найдут в его рюкзаке?

Он тихо выругался по-тишкветмоакски, затем произнес несколько крепких фраз на языке Лакоты и полуконей, перешел на германское наречие Дракландии, потом на речь властителей и завершил свой монолог английским проклятием. Он переключился на английский язык, который успел подзабыть, и теперь пытался освоиться с беглой речью. Если те четверо бандитов останутся в засаде до появления полиции…

Но четверо мужчин поступили иначе. После долгих переговоров по рации они получили приказ покинуть район аварии. Едва люди Орка выбрались на дорогу, как из-за поворота появилась машина. Бандиты сели в нее, и она быстро умчалась.

Кикаха знал, что это может оказаться обманным ходом, рассчитанным на то, чтобы выманить его и Анану из пещеры. Их могли настигнуть на голом склоне и расстрелять из самолета или какой-нибудь летательной машины. Он подумал о возвращении бандитов и одновременной атаке с воздуха и с дороги. Это было бы неплохим маневром со стороны Рыжего Орка.

Но если упустить момент, полиция начнет осмотр территории, и тогда им уже не спуститься с горы до наступления ночи. А в темноте люди Орка получат преимущество — в такой глуши они без боязни могут использовать оружие властителей. Однако Кикаха не собирался предоставлять им эту возможность.

— Идем, — сказал он Анане по-английски. — Мы должны уйти отсюда как можно быстрее. Если нас остановит полиция, скажем им, что мы туристы и добираемся в Лос-Анджелес на попутных машинах. Старайся помалкивать. Я скажу им, что ты из Финляндии и не знаешь английского языка. Будем надеяться, что среди полицейских не окажется настоящего финна.

— Что ты говоришь? — спросила Анана. — Я ничего не поняла.

В конце прошлого столетия она провела на Земле три с половиной года, но за девяносто лет позабыла все, чему успела научиться у землян, — в том числе французский и английский языки.

Кикаха медленно повторил свои слова.

— Это твой мир, — ответила она по-английски. — Ты тут босс, тебе и командовать.

Он улыбнулся и привлек ее к себе. Женщины из расы властителей почти никогда не признавали превосходства мужчин, независимо от ситуации и своего состояния. Но Анана любила его.

Кикаха повис на карнизе и начал спускаться вниз. Пот заливал глаза. Немилосердно палило взошедшее над горой солнце. Но Кикаха потел в основном не от жары, а от мысли о возможном возвращении людей Рыжего Орка.

Когда они одолели треть пути, внизу появилась первая полицейская машина. На черно-белом корпусе виднелись большие звезды. Двое полицейских приступили к осмотру места происшествия. Судя по форме, насколько Кикаха помнил ее по жизни на Среднем Западе, они представляли собой полицию штата.

Через несколько минут подъехал патрульный автомобиль, а за ним — машина скорой помощи. Рядом остановились два проезжавших мимо грузовика. Не прошло и получаса, как на месте крушения скопилось более десятка машин.

Кикаха отыскал тропу, которая вела под углом к правой части склона. Какое-то время он и Анана оставались невидимыми для людей, собравшихся у дороги. Они договорились не останавливаться, даже если их заметят. Полиция могла броситься следом, но вряд ли погоня по скалам и крутому склону увенчалась бы успехом.

Когда появился еще один летательный аппарат, Кикаха немного порастерял свою уверенность. Странная машина с горизонтальным пропеллером облетала территорию, разыскивая, очевидно, тела погибших пассажиров или тех, кто мог оказаться свидетелем катастрофы. Кикаха и Анана спрятались за большим камнем и дождались момента, когда воздушный аппарат приземлился около дороги. После чего вновь продолжили спуск по склону и без происшествий вышли на шоссе.

Устроив небольшой привал, они выпили немного воды и позавтракали продуктами, которые захватили с собой из другого мира. Кикаха сказал, что им предстоит спуститься в долину. Но он предполагал, что люди Орка постараются отыскать их и будут курсировать по дороге на нескольких машинах.

— Тогда почему бы нам не спрятаться до наступления ночи? — спросила Анана.

— Потому что днем я могу определить, какая машина принадлежит Орку, а какая — нет. Было бы здорово добраться до Лос-Анджелеса на попутке. Но если я узнаю людей Орка и они попытаются что-нибудь сделать, мы будем наготове и воспользуемся излучателями. Ночью же все наши преимущества исчезнут и ты уже не разберешь, кто и зачем остановился рядом с тобой. Конечно, можно избегать дорог и идти через леса и рощи, но такое путешествие будет слишком долгим. А я не хочу, чтобы Вольф и Хрисеида ушли от нас далеко.

— А как мы узнаем, что они не пошли другим путем? — спросила Анана. —Или что их не поймал Рыжий Орк?

— Этого мы пока не узнаем, — ответил Кикаха. — Но я готов поспорить, что дорога ведет в Лос-Анджелес. Она идет под уклон, на запад. А значит, Вольф и Звонарь выбрали именно это направление. Впрочем, я могу ошибаться… Но мне не хотелось бы стоять здесь вечно и гадать о том, что Могло произойти. Вперед, Анана!

Они отправились в путь. Воздух казался сладким, как мед, и чистым, как слеза. Вокруг пели птицы. По ветке полузасохшей сосны пробежала белка и, замерев на месте, уставилась на них блестящими глазами-бусинками. По дороге все чаще попадались засохшие и умиравшие сосны. Очевидно, их поразила какая-то болезнь. По склону горы тянулись скелеты электрических и ретрансляционных вышек с натянутыми алюминиевыми проводами — единственный признак человеческой деятельности в этих диких местах. Кикаха объяснил Анане их назначение. Теперь ему приходилось объяснять многие вещи, но он не роптал. Это давало Анане возможность выучить английский язык, а он вспоминал забытые слова.

Сзади к ним приближалась машина. Услышав звук мотора, Кикаха и Анана отступили на обочину, готовые при необходимости активировать излучатели или спрыгнуть вниз на пологий склон. В машине сидели мужчина, женщина и двое детей. Кикаха поднял руку и жестом попросил подвезти, но автомобиль даже не притормозил. Через минуту мимо них промчался большой грузовик с прицепным фургоном. Водитель сбросил скорость и вроде бы хотел остановиться, но потом, видимо, передумал.

— О, эти машины! — воскликнула Анана. — Они такие примитивные! А сколько шума! Сколько вони!

— Да, но мы уже додумались до атомной энергии, — похвастался Кикаха.

— По крайней мере, у нас есть атомное оружие. И я думаю, что к настоящему времени они создали машины на ядерном топливе — ведь с моего отъезда прошло целое поколение.

Мимо проехал многоместный автомобиль кремового цвета. Скользнув взглядом по мужчине, женщине и двум подросткам, Кикаха удивленно уставился на юношу. Волосы у парня были гораздо длиннее, чем у него, и казались менее ухоженными. Желтые локоны девчонки плавно ниспадали на худенькие плечи, а лицо покрывал толстый слой косметики. Как у проститутки, подумал он. Но разве шлюхи в его время красили веки в зеленый цвет?

Родители, лет по пятьдесят, выглядели вполне обычно. Прическа мамаши заметно отличалась от стиля 1946 года. Несмотря на возраст, она тоже пользовалась косметикой, хотя и не так щедро, как ее дочь.

Кикахе не удалось определить марку ни одной из увиденных машин. Некоторые из них имели эмблему «GM» <»Дженерал Моторс».>, но она оказалась единственным знакомым знаком. Впрочем, этого следовало ожидать. Его немного насторожила следующая машина — тот самый «жучок», который он видел с карниза пещеры. Во всяком случае, машина выглядела точь-в-точь как та первая. VW <»Фольксваген».>? Что бы это могло означать?

Он предвидел множество перемен, часть которых не будет поддаваться объяснению. Но Кикаха не мог понять, зачем кому-то понадобилось создавать такую безобразную и узкую машину, как эта VW, ведь он помнил маленький и юркий «виллис» своей юности. Кикаха пожал плечами. Выяснение подобных вопросов потребовало бы слишком много времени и сил, и он не мог себе этого позволить. Он должен сконцентрироваться на единственно важной и насущной проблеме — выжить, то есть убраться подальше от наемников Орка… если только они действительно работают на него.

Кикаха и Анана немного расслабились. В их движениях появилась раскованность и легкость. Анана начинала проявлять интерес к красоте окружающей природы. Внезапно она улыбнулась и, сжав руками его ладонь, сказала:

— Я тебя люблю.

Он поцеловал ее в щеку и ответил:

— Я тоже тебя люблю.

Она все больше походила на земную женщину. От напыщенной и надменной властительницы почти не осталось следа.

Услышав шум, Кикаха оглянулся и в четверти мили увидел черно-белый патрульный автомобиль, который выехал из-за поворота. В машине сидели двое полицейских в позолоченных шлемах. Ничем не выдавая своей тревоги, Кикаха шепнул:

— Когда машина остановится, веди себя спокойно. Это полиция. Я все беру на себя. Но если увидишь, что я поднял два пальца, беги и прыгай вниз на склон горы. Хотя нет! Я передумал… Слушай, а давай поедем с ними? Они довезут нас до города или до его окраины. Там мы оглушим их небольшими разрядами излучателей и завладеем машиной. Как тебе мой план?

Однако машина промчалась мимо, даже не притормозив. Кикаха облегченно вздохнул:

— Наверное, мы выглядим не так подозрительно, как я ожидал.

Они пошли дальше и, пройдя полмили, услышали позади себя слабый рев.

Звук нарастал, и на лице Кикахи расползлась умиротворенная улыбка.

— Мотоциклы, — сказал он. — Много мотоциклов!

Рев стал оглушительным. Они обернулись и увидели около двадцати больших мотоциклов, которые, выскочив из-за поворота, неслись по дороге подобно черному облаку. Кикаха застыл в изумлении. Он никогда не видел, чтобы мужчины и женщины одевались в такие наряды. Вид кое-кого из них пробуждал воспоминания, которые он старался забыть после объявления мира в 1945 году. Его рука поползла к рукоятке ножа, а быстрый взгляд оценил глубину кювета, через который можно было перепрыгнуть.

На троих мотоциклистах были серые, похожие на ведра, немецкие каски с черной свастикой. У других он увидел железные кресты и металлические свастики на длинных цепочках.

Почти все они носили темные очки, и это делало их похожими на насекомых. Впечатление усиливали бороды, баки, вислые усы мужчин и яркая густая косметика женщин. Одежда в основном состояла из черных кожаных штанов и курток, лишь несколько мужчин носили грязные тенниски, имевшие некогда белый цвет. Многие были обуты в высокие армейские ботинки. Одна женщина вырядилась в кепи и ярко-красный френч с желтыми галунами. Черные куртки и тенниски пестрели черепами и скрещенными костями, нарисованными наподобие фаллосов. Каждую куртку украшала надпись: «ХАМЫ ЛЮЦИФЕРА».

Кавалькада с ревом промчалась мимо. Некоторые водители газовали, поднимали мотоциклы на задние колеса и махали паре путников руками, другие виляли по дороге, едва не выскакивая на обочину, третьи проезжали, выпустив руль и сложив руки на груди. Кикаха с усмешкой оценил их мастерство. Ему вспомнились школьные годы в Терра-Хоте, когда и он вот так же гонял на мотоцикле.

Анана наморщила нос.

— Ну и вонь от вашего горючего! — сказала она. — А ты почувствовал, как от них пахло? Они не мылись неделями или даже месяцами.

— Да, властитель этого мира очень неряшлив, — согласился Кикаха.

Он намекал на правила гигиены тех небольших вселенных, где правили другие властители. Будучи жестокими и безжалостными в обращении со своими народами, они ревностно чтили чистоту и красоту. Властители учреждали законы и религиозные заповеди, которые провозглашали чистоплотность фундаментом всякой культуры.

Впрочем, бывали и исключения. Некоторые властители низводили человеческие общины до полной деградации и абсолютного безразличия к санитарии.

Анана сказала, что властитель Земли считается единственным в своем роде. Рыжий Орк управлял миром в строжайшей секретности, хотя и не всегда соблюдал подобную анонимность. В былые дни на заре человечества он часто выставлял себя грозным и карающим богом. Но потом это ему надоело, и он ушел в подполье — иначе и не скажешь. Пустив все на самотек, он позволил событиям развиваться своим чередом. Этим объяснялись прежние, настоящие и будущие катаклизмы, которые сотрясали и будут сотрясать несчастную планету.

Кикаха почти ничего не знал о Рыжем Орке. Да он и услышал о нем всего лишь за несколько минут до того, как они с Ананой прошли через врата в его вселенную.

— Но как гадко и безобразно выглядели эти люди, — возмущалась Анана.

— Я же рассказывал тебе, как они доходят до такого состояния, — ответил Кикаха. — Кроме того, на Земле не прижилось селективное размножение. Люди от него отказались, а властитель, судя по твоим словам, просто умыл руки.

Они вновь услышали приглушенный рев моторов и через минуту увидели восьмерых мотоциклистов, которые возвращались к ним. На сей раз женщин среди них не было.

Мотоциклы проскочили мимо путников, замедлили ход и, развернувшись, поехали сзади. Кикаха и Анана продолжали идти. Три мотоцикла поднялись на задние колеса, а затем промчались так близко, что Кикаха мог бы сбить один из них ногой. Он начал склоняться к мысли, что ему так и следовало поступить, сократив тем самым разницу в силах. Ребята, как видно, решили порезвиться с двумя туристами, если только не задумали чего-нибудь похуже.

Некоторые из них свистели и выкрикивали Анане непристойные приглашения прокатиться с ними до ближайших кустов. Другие вопили, что хотят ее, и пересыпали свои восклицания грязной бранью. Анана не понимала многих слов, но по тону и ухмылкам начинала догадываться, о чем они кричат. Нахмурив брови, она сделала жест, распространенный среди властителей. Несмотря на некоторое своеобразие жеста, парни в куртках поняли его смысл. Один из них едва не свалился с мотоцикла от смеха. Другие оскалили зубы в звериной ухмылке.

Кикаха остановился и обернулся. Мотоциклисты окружили путников неплотным полукольцом и заглушили моторы.

— Ладно, — произнес Кикаха. — Что вам от нас нужно?

Ему ответил толстопузый юнец с короткой шеей, козлиной бородкой и густой порослью черных волос, которые выбивались из-под расстегнутого ворота рубашки. Его засаленные волосы украшала фуражка африканского военного корпуса.

— Понимаешь, Рыжий, будь мы из «Рабов Сатаны», нам бы приглянулась твоя задница. Но мы не гомики, и поэтому нам нужна эта прекрасная дама. Вот так-то, мсье.

— Да, старик! Сучонка — высший сорт! — заявил высокий тощий парень.

Длинные волосы, свисавшие до плеч, закрывали почти все его лицо, поэтому в глаза бросались лишь прыщи на лбу, большой заостренный кадык и золотая серьга, продетая в ухо.

— Я западаю на ней, парни! Чур, я буду первым! проревел детина с густой клочковатой бородой.

Во рту у него не хватало пары зубов; лицо уродовал длинный широкий шрам.

Кикаха знал, когда надо говорить, а когда хранить молчание. Но иногда ему не удавалось сдержать себя, и он действовал вопреки тому, что считал наилучшим вариантом. У него не было ни времени, ни желания ссориться с этими людьми.

Ему предстояло серьезное и важное дело. Фактически от него зависела жизнь многих и многих миров. Если Звонарь уйдет от погони и приживется на Земле, он создаст и воспитает другие матрицы, и они в конце концов завоюют планету. В отличие от монстров научной фантастики Звонарь существовал на самом деле. Если он ускользнет, момент будет упущен, и тогда прости-прощай, родная Земля! А вернее сказать, прощай, человечество! Тела-то выживут, но расчлененные мозги людей превратятся в обитель чуждого разума!

Жаль, что нельзя спасать их по собственному выбору. А если уцелеют все, то выживут и вот такие подонки.

Дело принимало скверный оборот, и пару секунд Кикаха сомневался даже в том, что ему удастся спасти самого себя, не говоря уже обо всем мире. Восемь парней слезли с мотоциклов и медленно приблизились к ним, доставая оружие. В руках троих болтались длинные цепи; двое сжимали в кулаках железные прутья; шестой подкидывал нож с выкидным лезвием; седьмой надевал кастет, а последний помахивал ледорубом.

— Неужели вы хотите напасть на нас среди бела дня? — с удивлением спросил Кикаха. — Здесь в любую минуту может появиться полиция!

— При других обстоятельствах, парень, мы бы тебя не тронули, — ответил юноша в фуражке африканского корпуса. — Но когда я увидел эту цыпочку, у меня поехала крыша! Такая прелесть! Я просто не знаю бабы, которая могла бы ее переплюнуть. Это, брат, достояние всего народа! И мы решили ее поиметь! Врубаешься?

Кикаха не понял смысл последнего слова, но в остальном разобрался сразу. Они играли в грубых парней, которые берут все, что хотят.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14