Первая книга трилогии «Кочевники» казахского писателя Ильяса Есенберлина. Это — широкое эпическое полотно, воссоздающее историю казахского народа, начиная с XV века и кончая серединой девятнадцатого столетия.
Извините, данная книга недоступна в связи с жалобой правообладателя.
Вы можете прочитать ознакомительный фрагмент книги.
Беспардонная халтура. Похоже, что автор где-то просмотрел третьесортный голливудский сериал «про мафию» и пытается его пересказать «своими словами». Только заменил Канзас-сити на Казань. Впечатление усиливается тем, что время от времени автор вкратце пересказывает, что было в предыдущих главах. Вся бредятина написана шершавым языком плаката. Главари мафии едят дымящуюся пиццу, киллеры стреляют из оптических винтовок, короче, гудят стропила. Жалко тратить время на подобное чтиво, пусть даже оно далось на халяву. Под конец вообще повествование превращается в бессвязный винегрет. В помойку!
Да,пришлось мне послужить в то время 85-87г,четвертая команда,сержант 2го отделения,командир команды --м-ор Гриднев...Сталкивался несколько раз по службе с капитаном Чечило...Многое вспомнил...одним словом --ЗВЕРЬ!!!Не знаю на счет пьянства офицеров,хотя на службу приходили с выхлопом...,но когда капитан шел по части--часть вымирала!!!Даже если ты занимался легальной задачей,ему ничего не стоило приколоться к тебе,забрать военник и ремень...Лучше ему на глаза не попадаться вообще!!!Помню Дешпита,еще по карантину на 32 площадке,учебка.Был он худой,под два метра ростом,помню как командир части Кизуб утром на разводе сказал,что произошел НС с ним...Ногу прибил гвоздем к плацу...А звал срочников Чечило""Эфиопами""" и ""Индейцами"",но почему-то последнее не оглашалось.Лично мне эти мемуары -- по кайфу!!!Солдатская(срочная) жизнь эта была у меня на глазах...
Невозможно представить, чтобы такой мифический Тайный Советник (о котором отсутствует какое-либо упоминание в мемуарной литературе) смог бы выжить все эти 30 лет рядом со Сталиным.
Если верить автору, он слишком много знал о Сталине.
Для Сталина не существовало незаменимых людей.
Для него люди были как инструмент.