Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Ева Дункан (№2) - Миллион за выстрел

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Джоансен Айрис / Миллион за выстрел - Чтение (стр. 11)
Автор: Джоансен Айрис
Жанр: Остросюжетные любовные романы
Серия: Ева Дункан

 

 


— Не смотрите на меня так. Сами виноваты! — визгливо крикнул Луис. Он снова и снова нажимал на курок. — Вы должны были заставить ее прийти…

Три выстрела.

Будь оно все проклято. Гален выскочил из машины и бросился в сад.

Еще один выстрел.

Доминик лежал на земле. Луис стоял над ним.


Еще один выстрел — и Луис свалился на землю.

Откуда стреляли? Нет времени выяснять. Надо вытащить отсюда Доминика.

Гален упал около него на колени.

— Вставайте, Доминик. Нам нужно… Черт! Черт! Черт!


Джадд осторожно вышел из гостиницы.

На улице толпился народ. У гостиницы стояли четыре полицейские машины. Из отеля выводили постояльцев и отводили подальше, в безопасное место.

Гален стоял у фургона, на котором по белому борту зелеными буквами было выведено: ПЕРЕВОЗКА БОМБ. ОРЛАНДО.

— Залезай. — Гален открыл дверь сзади. — Нам надо успеть убраться, пока настоящие минеры не появились.

— Я тебе этого не забуду. — Джадд скорчил гримасу. Лицо его было закрыто защитным щитком. — Я похож на инопланетянина.

— Кто-то должен быть сапером.

— И ты назначил меня. — Джадд швырнул футляр с ружьем в машину. — Черт, да я сюда в этой амуниции не влезу. Ты объявил об угрозе заминирования?

— Это было единственное, что пришло мне в голову. Надо же было заставить полицию очистить территорию. Мне надо было убедить их послать за машиной для перевозки бомб? Я думал, грузовик пригодится Доминику и Луису. — Гален помог Джадду залезть в машину. — Ты можешь все снять, как только мы выедем из города.

— Надеюсь. В нем дико жарко.

— Был еще один снайпер?

— Да, в окне на шестом этаже. Больше нет. — Он помолчал. — Доминик мертв?

— Да, Доминик мертв.


Гален остановился у ангара и тупо уставился на вертолет.

Давай иди, черт бы тебя побрал. Скажи ей. Не тяни.

Он услышал, как открылась задняя дверь, и вылез Джадд. Через секунду он уже стоял у окна машины.

— Сиди здесь. Я пошлю ее к тебе. — Джадд повернулся и побежал к вертолету.

Да, лучше увести ее от Барри. Если бы Гален не был в таком ступоре, то сам бы подумал о мальчике.

К нему приближалась Елена. Она шла медленно, устало, осторожно, как будто боялась наступить на мину. Она поняла, что случилось что-то плохое.

Бог мой, но она не догадывалась, насколько все плохо.

Она остановилась и посмотрела на него. Может быть, она все уже знала. Но он все равно должен произнести эти слова.

Он протянул руку и открыл дверцу машины.

— Залезай. Ты не захочешь, чтобы Барри тебя видел.

Она не могла плакать. Она не должна плакать.

Если она заплачет, то может никогда не остановиться.

— Оба? — тупо спросила она. — Луис и Доминик…


— Все пошло наперекосяк.

— Почему?

— Был второй снайпер.

— Но ты же подозревал, что так может быть. Я должна была там быть. Ты не должен был пускать Доминика. Я была бы осторожнее. Я могла все изменить.

— Ладно, ты права. Я ошибся.

— Ради бога, перестань играть в благородство. Я рад, что решил сюда вернуться. Скажи ей правду. — Джадд снова стоял у окна.

— Правду? — повторила Елена.

— Чавез вас перехитрил. Он дал Луису пистолет и, очевидно, приказал убить вас. Вместо вас он убил Доминика.

— Луис… — Ее охватил безумный ужас. — Луис не мог этого сделать.

— Я все видел, — сказал Джадд. — Он убил Доминика.

— И потом снайпер достал Луиса? — Ее губы искривились от страдания. — Вероятно, Чавез не очень обрадовался. Он хотел видеть мой труп.

— Будь ты проклят, ей необязательно было все это знать, — сказал Гален Джадду.

— Нет, но я всегда за ясность. Лучше, если она будет знать, что ты не мог этого предвидеть. Да, я сказал Барри, что Доминику пришлось здесь остаться по делу. — Джадд повернулся и зашагал к вертолету.

— Что случилось со снайпером?

— Джадд убил его. Он предполагал, что в той комнате может кто-то быть. — Гален отвернулся. — Не хотелось бы тебя торопить, но нам пора отсюда убираться. За нами не было хвоста, но лучше оказаться подальше от этого места.

— Да, конечно. — Надо вылезти из машины и пойти к вертолету. Нельзя думать о Луисе и Доминике. Она должна делать то, что необходимо, а горевать будет позже. Она справится. Она солдат. Она и раньше теряла близких людей.

Но не Доминика, своего лучшего друга и учителя…

Боль была слишком сильной. Она должна двигаться, иначе развалится на части. Она открыла дверь и спрыгнула на бетон.

— Пошли.

13

Когда они вернулись в коттедж, было уже темно.

— Я возьму малыша и уложу его спать, — сказал Джадд, беря Барри на руки и направляясь к коттеджу.

«Какой заботливый», — устало подумала Елена. Всю дорогу от Орландо он занимал Барри, не позволяя задавать лишние вопросы. Какой странный человек. Странный и неистовый, но где-то в нем осталась теплота.

— Я рада, что он все время играл с Барри. Я не знаю, сумела бы я справиться. Я не знаю, что ему говорить.

— Ничего не говори, пока не наступит подходящий момент. — Гален помог ей выйти из машины. — Ты сама поймешь, когда можно будет сказать.

— Разве? — Она уже ни в чем не была уверена. — Я не хочу причинять ему такую боль. Он еще так мал. Он не понимает.

— Никто из нас толком не понимает, что такое смерть. — Гален повел ее к коттеджу. — Вот устрою тебя и позвоню Логану, попрошу его позаботиться о похоронах Доминика и твоего брата. Полиция наверняка не сразу отдаст тела.

— Я знаю. Не имеет значения. Наверное, нам следовало бы похоронить Доминика по католическому обряду, но не думаю, что он при жизни придавал большое значение тому, что случится с его телом после смерти. Он знал, что души его уже там не будет. — Она вздохнула. — А Луис? Не знаю. Не могу сейчас о нем думать. Доминик назвал бы его заблудшей душой и простил. Но я не могу. Пока. Может быть, и никогда.

— Я тоже. — Гален открыл входную дверь. — Давай уложим тебя в постель.

— Я сама могу лечь.

— Знаю, что можешь. Мне просто приятно тебе помочь, легче на душе.

Она слишком отупела, чтобы спорить, поэтому он отвел ее в спальню, помог раздеться и уложил в кровать. Взял махровую салфетку, намочил ее и вытер ей лицо и руки. Потом сел на стул около кровати.

— Поговорим?

Она покачала головой:

— Не о чем говорить. Все кончено. Они мертвы.

Он немного помолчал.

— Ты винишь меня?

— Нет. Так решил Доминик. Он сделал то, что считал нужным сделать. Ты лишь не стал возражать.

— Не совсем так. Я вцепился в предложенный им вариант. Я все искал способ удержать тебя от похода в этот сад.

— Примерно так же ты остановил меня тогда на ранчо. Я ведь нацелилась на Чавеза.

Он кивнул.

— Я… что-то в тебе нашел. Такого со мной раньше не случалось. Я не хочу тебя терять.

— Ты напрасно меня изолировал.

— Никогда больше не буду. Обещаю.

Она отвернулась.

— Уходи. Пожалуйста.

— Позволь мне остаться. Я буду молчать.

— Пожалуйста, — прошептала она. — Я сейчас начну плакать. Я… больше не могу сдерживаться. Я хочу вспоминать Доминика и горевать по нем. Это личное.

Он встал и взглянул на нее:

— Я хочу быть с тобой.

Она покачала головой:

— Ты не можешь разделить мою печаль. Ты не любил его так, как я. Я должна с ним проститься.

Гален наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Загляну позже. — Он выключил лампу.

Когда он выходил, по ее лицу уже струились слезы.

«Думай о Доминике. Вспоминай, сколько было хорошего. Думай о подарках, которые он дарил, о смехе, о заботе, о понимании. Уничтожь боль, думай о Доминике и попрощайся с ним…» — так плакала в ночи Елена.

Гален нашел Джадда на веранде.

— Мальчик спит?

— Заснул мгновенно. Как она?

— Страдает, разумеется. Ведь она потеряла брата и лучшего друга.

Джадд кивнул:

— Когда ты залезал в фургон, то спросил, умер ли Доминик. Почему ты не спросил про Луиса? — спросил Гален.

Джадд улыбнулся.

Гален уставился на озеро.

— Вообще-то я был уверен, что ты доберешься до снайпера раньше, чем он подстрелит Луиса. Ты не так надежен, как я думал.

— Мы все ошибаемся.

— Если это ошибка.

— Ты о чем?

— Разумеется, снайпер получил приказ убить Луиса, если он сделает что-то не так или если у нас появится возможность его выкрасть. — Гален посмотрел на Джадда. — С другой стороны — что, если нет?

— Это вечное «что, если», — пробормотал Джадд.

— Что, если ты снял снайпера до того, как он выстрелил? Что, если ты повернул ружье и прикончил Луиса сам?

— Слушай, зачем мне это делать?

— Вот я тебя и спрашиваю.

Джадд наклонил голову.

— Гм-м. Ты хочешь поиграть в свою игру «что, если»? Ладно. Он был наркоманом, который предал Елену. Если бы мы его спасли или он остался бы жив, он всегда бы был слабым звеном и постоянной угрозой для нас и Елены. Он, скорее всего, был бы ее мучителем всю оставшуюся жизнь. Мы никогда не смогли бы ему доверять — а вдруг Чавез поманит пальцем? Вполне логично было его ликвидировать. — Он слегка улыбнулся. — Как ты понимаешь, это все предположения.

— Понимаю, — тяжело вздохнул Гален.

— Тогда увидимся утром. — Джадд прошел мимо него к дверям, ведущим в дом, потом остановился и оглянулся через плечо. — Да, еще одно основание. Мне нравился Доминик Сандерс, и тот сукин сын, кто его убил, заслуживал пули.


Барри с серьезным лицом натянул тетиву своего лука.

— Молодчага, — похвалил Джадд. — Теперь целься.

Елена остановилась на веранде, наблюдая за парочкой, стреляющей в мишень, прикрепленную к сосне.

Барри выпустил стрелу и в восторге завопил, когда она впилась в картон:

— Я попал!

— Попал, попал. — Джадд дал ему еще стрелу. — Теперь постарайся попасть в яблочко.

— У твоего сына хороший глаз, — сказал подошедший сзади Гален.

— Где он взял лук и стрелы? Я оставила их в Томако.

— Джадд смастерил. Они за последние несколько дней очень подружились.

— Сама вижу. Я ему благодарна. Сейчас я недостаточно уделяю времени Барри.

— Надо, чтобы раны затянулись. Потом наверстаешь.

Они дали ей время. Ничего не требовали. Не приставали с разговорами. Только покой.

— Я отвечаю за Барри. Я уже в состоянии все делать сама.

— Мы с Джаддом с удовольствием еще побудем няньками. Нам нравится малыш.

— От Чавеза ничего?

Гален покачал головой:

— Он вышел из этой ситуации сильно побитым. Думаю, зализывает раны.

— Нам тоже нечем хвастаться. — Ее губы искривились. — Уверена, он очень скоро вылезет из своей пещеры и повернет нож в ране.

— Тогда радуйся передышке.

Она не могла ничему радоваться. Она с трудом держала себя в руках, стараясь не рассыпаться на тысячи кусочков. Но сегодня ей было намного лучше, чем вчера. Завтра станет еще немного легче. Все проходит.

— Барри спрашивал про Доминика?

Гален покачал головой:

— Пока нет. Дети воспринимают перемены легче, чем взрослые, а Джадд постоянно его чем-то занимает.

— Он любил Доминика. Он о нем спросит, — грустно сказала Елена.

— Спросит — ответишь. Почему бы тебе не пойти погулять и подумать о чем-нибудь другом?

То же самое совсем недавно предлагал ей Доминик, и она последовала его совету. Пока она таращилась на озеро и позволяла природе успокоить свои нервы, он и задумал все это. Доминик любил все, что существовало на этой земле, и он научил ее этой любви. Она пойдет к берегу, вдохнет пропитанный сосновым ароматом воздух и посмотрит на небо и озеро.

И может быть, почувствует его присутствие.

Заря уже высветила край неба.

Елена стояла у окна своей спальни и смотрела на озеро. Этой ночью она почти не спала, забывалась лишь на короткие мгновения, но она знала, что возвращаться в постель бесполезно. Стоило ей заснуть, как приходили Доминик и Луис, и она просыпалась.

Казалась, в последние несколько дней жизнь замерла, но все скоро изменится. Позвонит Чавез, и все начнется сначала. Он никогда не прекратит искать их. Может, он уже едет, летит, плывет сюда.

Но что сокрушаться заранее. Хватит и того, что есть.

Она отвернулась от окна. Легко уговаривать себя не думать о том, что замышляет Чавез. Труднее действительно выбросить его из головы.

Тут может помочь Барри. Она пойдет, сядет у его кровати и будет смотреть, как он спит. Она еще раз удивится этому чуду и немного успокоится. Ей легче станет вспоминать о Доминике и телефонном звонке Чавеза, который ждет ее в будущем.

Елена накинула халат, молча вышла из комнаты и пошла по коридору. Осторожно открыла дверь и остановилась на пороге.

Барри лежал под одеялами. Она села в качалку у его постели. Дети спят так крепко…

Она замерла. Но должна же она слышать его дыхание.

Елена наклонилась и откинула одеяла.

Подушки. Барри нет. Только подушки.

Нет!

Она повернулась и кинулась к двери.

— Барри!

— Какого черта? — спросил вышедший в коридор Гален. — Мальчик заболел?

— Его там нет. Он исчез. Мне нужно его найти.

— Его нет в комнате?

— Говорю же, нет. Чавез забрал его.

— Подожди. Ты сошла с ума. Что за черт!

— Разумеется, сошла! — с яростью крикнула она. — Я напугана до смерти. Барри исчез.

— Он мог просто спуститься к озеру.

— Он знает, одному ему туда нельзя.

— Дети иногда не слушаются родителей. И почему Чавез нас всех не поубивал, если он узнал, где мы прячемся? — Гален вошел в спальню Барри и зажег свет. — Окно заперто. Если его кто-то взял, то этот человек должен был пройти через дом.

— Мы должны были его услышать.

— Похоже, не услышали. — Он подошел к кровати. — Зависит, насколько опытен… — Он взял листок, лежащий на прикроватном столике. — Твою мать.

— Что это? — Она подбежала к нему. — Что там написано?

Он протянул ей записку.


Прости, Гален. Мне нужны эти деньги. Это ключ к тому ящику, в который я попал. Я тебе позвоню.

Джадд


Она не могла поверить своим глазам. Внезапно вспомнилось, как Джадд улыбался Барри, когда тот натягивал тетиву. Он не мог этого сделать. Никак не мог.

Но поверить придется. Ведь сын исчез.

Записка выпала из ее руки.

— Я его убью.

— Занимай очередь. — Гален пошел к двери. — Я пойду оденусь и проверю, не видели ли чего Хьюз и его охранники. Если что-нибудь узнаю, приду и скажу тебе, Елена.

— Черта с два. — Она уже мчалась в свою комнату. — Дай мне две минуты. Я иду с тобой.

Никто из охранников не видел ни Джадда, ни Барри.

— Я его убью, — повторила она сквозь зубы, когда они возвращались в коттедж. — А если с Барри что-нибудь случится, я разрежу его на куски. Живьем.

— Не думаю, что он его обидит.

— Откуда ты знаешь? Мне в дурном сне бы не приснилось, что он может его украсть. Как я теперь могу быть уверена в других его поступках? Он просто негодяй.

— Ты ведь нашла в нем что-то, заставившее тебя доверять ему до сегодняшнего дня.

— И он меня предал. Как Луис. — Елена повернулась к нему. — Это ты привел его и научил меня ему доверять.

— Да, — тихо признал он.

— Ты не должен был… — Она проглотила комок в горле. — Впрочем, при чем тут ты? Я несу ответственность за Барри. Я все равно не должна была доверять Джадду. Я должна была видеть его насквозь.

— Лучше вини меня, а не себя. — Гален поднимался по ступенькам на веранду. — Пойдем выпьем по чашке кофе.

Она с ужасом взглянула на него:

— Будем сидеть и пить кофе?

— Нет, сидеть и ждать, когда позвонит Джадд.

— Я больше не могу вот так сидеть и ждать. — Елена встала и подошла к окну. — Вдруг он не позвонит?

— Позвонит.

— Откуда ты знаешь? Он не станет торговаться с нами. Пойдет прямиком к Чавезу.

— Он написал, что позвонит.

— И до сих пор не позвонил. Уже почти стемнело. Барри нет целый день.

— Скорее всего, Джадд сначала хочет окопаться. Это только нам кажется, что прошло много времени.

— Вечность. — Она потерла висок дрожащей рукой. — Что, если мальчик перепугался? Что, если с ним что-то случилось?

— Не в интересах Джадда допустить, чтобы с ним что-то случилось. Он теперь товар.

— Товар? Он не товар. Он человеческое существо, маленький мальчик. — Елена закашлялась, не в силах говорить дальше. — И он наедине с этим проклятым убийцей.

— Послушай меня. Джадд ничего плохого ему не сделает. Ему нужны деньги — и, следовательно, Барри должен быть живым и здоровым. Все дело в…

Зазвонил телефон. Елена кинулась через всю комнату и сняла трубку.

— Слушаю.

— Привет, Елена, — сказал Джадд. — Я позвонил по домашнему телефону, чтобы Гален мог взять другую трубку.

— Негодяй. Где мой сын?

— Он в порядке.

Гален исчез в соседней комнате, и она услышала, как он снял трубку параллельного телефона.

— Что ты творишь, Джадд? — спросил Гален.

— Пытаюсь выжить. Я же предупредил тебя, что собираюсь взять свою судьбу в собственные руки. Логан слишком долго возится. Я могу умереть, прежде чем он сумеет договориться, — спокойно произнес Джадд.

— И выживание подразумевает похищение Барри?

— Выживание подразумевает миллионы долларов, которые я получу от Чавеза и потрачу на подкуп самых разных людей. Такие деньги могут заставить многих забыть, что я вообще существую.

— Мило. Замечательная идея — продать ребенка за деньги.

— Нищим выбирать не приходится. Я никогда не притворялся ангелом.

— Верни мне сына, — вмешалась Елена. — Если ты этого не сделаешь, я выслежу тебя и перережу глотку.

— Какая милая дама, — сказал Джадц. — Я тебя не виню. Я звоню не затем, чтобы извиняться. Я хочу сказать, что за Барри не надо боятся. Он довольно мило проводит время.

— Ты врешь.

— Нет, он считает это приключением. Думает, что ты об этом знаешь.

— Что?

— Я ему соврал. Уговорил поехать со мной. Он не слишком удивился, ведь в последнее время тебе часто приходилось поспешно уезжать. Он решил, что это здорово, скрыться среди ночи. Он схватил свой лук и стрелы и тихонько прокрался через холл.

— Ты ему соврал?

— А ты бы хотела, чтобы я усыпил его хлороформом и увез силой? Разве так лучше?

— Ты уже все запланировал, когда делал ему лук и стрелы. Господи, а я еще испытывала к тебе благодарность.

— Верни его, Джадц, — сказал Гален.

— Прости. Я хочу остаться в живых.

— Ты продашь его Чавезу?

— Чавез не сделает ему ничего плохого. Это Елену он хочет убить.

— Ты не можешь так поступить, — сказала Елена.

— Посмотри на все моими глазами. Я живу взаймы. Если так будет продолжаться дальше, они меня рано или поздно схватят и убьют. Если я отдам Барри Чавезу, ребенок огорчится, но не умрет и не особенно пострадает. Возможно, тебе удастся украсть его у Чавеза, после того как я получу свои деньги.

— Это будет невероятно трудно, — заметил Гален.

— Ты же всегда обожал трудности, — сказал Джадд. — Елена, я перехожу в другую комнату, чтобы ты могла поговорить с Барри. Я буду слушать по параллельному телефону, и если ты начнешь задавать ненужные вопросы, я отниму у него трубку. Я бы этого не хотел. Сделай вид, что ты обо всем знаешь и всем довольна.

— Иди к черту, — огрызнулась Елена.

— Ты расстроена. Подумай хорошенько. Я не хочу пугать Барри. Ты тоже не хочешь. От тебя зависит избавить его от страха.

Елена пришла в такую ярость, что не сразу смогла заговорить.

— По-твоему, что он почувствует, когда ты отдашь его Чавезу? Он придет в ужас.

— Я знаю. Мне это не по душе. Так давай с этим не торопиться. Ты будешь говорить с Барри?

Выбора не было. Но надо хотя бы попытаться вытянуть из Джадда как можно больше.

— Я поговорю с ним, но не только сегодня. Я хочу, чтобы ты звонил мне каждый день и давал возможность поговорить с ним. Я хочу быть уверенной, что с ним все в порядке.

— Думаешь выведать у него, где мы находимся? — Джадд внезапно хмыкнул. — Здравая мысль. Ладно, но ничего у тебя не выйдет. Мы не собираемся сидеть на месте. — Она услышала, как открылась дверь. — Эй, скаут, хочешь поговорить с мамой?

Когда Барри взял трубку, он смеялся.

— Мама, как жаль, что тебя здесь нет. Я видел львов и тигров. Еще там были мартышки и смешные дяди в юбках.

— Я рада, детка, что тебе хорошо.

— А когда ты приедешь?

— Я сейчас немного занята. У тебя все нормально?

— Конечно. Мы с Джаддом завтра идем в парк аттракционов. Он говорит, там есть такие большие колеса, откуда все видно, и разные игры, где можно выиграть приз. Он обещал купить мне сахарную вату.

— Здорово. Не ешь слишком много. — Черт, она, кажется, сейчас заплачет. — Я люблю тебя, Барри.

— Мама?

— До свидания, Барри. Поговорим завтра. — Она повесила трубку и закрыла глаза. Будь он проклят, этот Джадд. Будь он трижды проклят.

— Барри в порядке, если судить по голосу, — сказал Гален, входя в комнату. — Доволен и счастлив.

— Почему бы и нет? Ему кажется, что у него отличные каникулы, которые внезапно закончатся, когда Джадд отправит его к Чавезу.

— Джадд большая сволочь, но он борется за свою жизнь.

— Не смей его защищать.

— Я его не защищаю. Я пытаюсь объяснить ход его мыслей. Я безумно зол на него.

— Тогда давай его найдем. — Она села на кухонный стул. — Если он собирается заключить сделку с Чавезом, ему надо крутиться где-то здесь, неподалеку. Барри говорил про парк аттракционов. Мы можем узнать, где на юго-востоке есть такие парки?

— В местных турагентствах? По Интернету? Я попытаюсь.

— Он говорил про львов и тигров. Они могут быть где-нибудь рядом с зоопарком?

— Если так, это сужает круг поисков.

— Здесь, в коттедже, есть компьютер?

— Да, в офисе нашей хозяйки Евы. Ты умеешь им пользоваться?

— Примитивно. Даже в повстанческих отрядах приходится полагаться на новейшую технологию. Я просмотрю, где есть зоопарки, а ты позвони в турфирмы.

Он взглянул на часы.

— Сейчас все закрыто. Придется подождать до утра.

— Я не хочу ждать, пока… — Она замолчала. Она вела себя неразумно. — Ты позвонишь сразу, как они откроются?

— Разумеется.

Да, она знала, он сделает все возможное.

— Тогда я пойду включу компьютер. Возможно, там есть какие-нибудь данные и по паркам.

— Вполне возможно. У нас есть сутки. Но ты должна помнить, что мы можем их упустить. Джадд ведь сказал, что они не станут сидеть на месте.

— Во всяком случае, нам есть с чего начать. Я не могу сидеть сложа руки.

— Я знаю. — Он помолчал. — У нас есть другой вариант, если мы не найдем Джадда. Мы можем устроить засаду у Чавеза.

Она замерла.

— Что?

— Он плавает на яхте вдоль берегов Флориды.

— Ты давно об этом знаешь?

— Еще до нашей поездки в Орландо.

— И не сказал мне? — Она присмотрелась к нему. — Ты собирался заняться им сам.

Он не ответил.

— Черт, я не хочу, чтобы ты меня защищал.

Он пожал плечами:

— Давай оставим прошлое и подумаем о Барри. Я думал, ты обрадуешься, что у нас есть еще одна возможность.

Она действительно была очень рада. Раздражение и негодование бледнели перед этой радостью.

— Никогда так больше не делай. Все должно быть в открытую.

— Обязательно. — Он протянул было руку, чтобы коснуться ее, но опустил, передумав. — Помни, Барри мне тоже дорог. Я сделаю все, что смогу, и как можно скорее.

— Спасибо. Я знаю, ты сделаешь, — прошептала она. — Я не хотела…

— Все в порядке. За последние дни тебе здорово досталось, так что это уже перебор, черт возьми. — Гален повернулся и пошел в гостиную. — Мне надо побеседовать с охраной, предупредить, чтобы были настороже. Не думаю, что Джадд продаст наше месторасположение Чавезу, поскольку он рассчитывает получить деньги за Барри. Но некоторые предосторожности не повредят. Затем я засяду за телефон и обзвоню все газеты, чтобы узнать, не было ли в них объявлений об аттракционах.

Елена обрадовалась, что он оставил ее одну. Ей было необходимо собраться с силами. Она еле-еле держала себя в руках. Гален делает все возможное, ей не следовало так резко с ним разговаривать. Все дело в том…

Барри.

О господи, надо держаться. Заниматься делом. Если повезет, они найдут Джадда.

Только вот вовремя ли?


— Чавез? Это Джадд Морган. Ты меня не знаешь, но у нас есть общее дело.

— Ты прав, я понятия о тебе не имею, а делами с незнакомыми людьми я не занимаюсь. Откуда ты взял номер моего телефона?

— У Шона Галена.

Продолжительная пауза.

— Дай ему трубку.

— Это невозможно. Наши пути разошлись, но я прихватил с собой хороший подарок на память. Забавного пятилетнего карапуза.

Снова молчание.

— Ты врешь.

— Не вру. Ты знаешь, как выглядит ребенок?

— Видел фотографии.

— Тогда ты получишь фотографию завтра экспресс-почтой. На ней Барри с сегодняшней газетой. Возьми лупу и разгляди дату.

— Ты предлагаешь продать его мне?

— Если сойдемся в цене. В противном случае я верну его Елене. За последние несколько недель я здорово к ней привязался. Потребуется солидная сумма, чтобы успокоить мою совесть.

— Кто ты?

— Я же назвался. Это не фальшивое имя. Уверен, что к тому времени, как ты получишь фото, ты уже все проверишь. — Он выдержал паузу. — Хочешь еще доказательств? Это я стрелял в гостинице «Киссимми». Я снял двух твоих людей, не считая Луиса Кайлера.

— Тогда с чего ты перешел на другую сторону и украл мальчика?

— Потому что ты тот человек, который знает, что верность длится только до того момента, когда появляется возможность хорошо заработать.

— Сколько ты хочешь за моего сына?

— Мы это обговорим, когда я завтра перезвоню. Я лишь хотел сообщить, что у меня есть товар, который может тебя заинтересовать.

— Это может быть ловушкой.

— Тогда я дам тебе тот же совет, какой дал Елене, когда ты подставил Луиса. Защити себя. Ты хочешь сына. Мне нужны деньги. — Джадд повесил трубку и откинулся на спинку кресла.

Это был первый шаг, и он прошел гладко. Чавез высказал подозрение, но оно улетучится, когда придет фотография. После этого начнутся переговоры. Господи, как же противно иметь дело с этим куском грязи.

Но ему приходилось и раньше иметь дело с гадами вроде Чавеза, причем за значительно меньшие деньги.


Елена и Гален получили нужные данные только на следующий вечер.

— В Джорджии работают три передвижных парка аттракционов. Один в Алабаме, еще один в Северной Каролине, ни одного во Флориде и Южной Каролине, — сказал Гален. — Самый ближайший зоопарк на окраине Бирмингема в Алабаме.

— Этот Бирмингем далеко? — спросила Елена.

— Примерно два с половиной часа на машине.

— Тогда почему не лететь?

— Пока доедем до аэропорта, найдем рейс и договоримся о прокате машины в Бирмингеме, пройдет куда больше времени.

— Тогда поехали. — Она пошла к двери. — Всего шесть часов. Мы сможем…

— Тут все вилами по воде писано, Елена.

— Мне плевать. У тебя есть предложение получше?

Он покачал головой:

— Я просто не хочу, чтобы ты впустую надеялась.

— У меня, кроме надежды, ничего не осталось. Не собираюсь отказываться от этого шанса. — Она открыла дверь. — Я еду в Бирмингем.

— Я с тобой. — Он вышел вслед за ней на крыльцо. — Ты должна учесть, что Джадд слышал все, что Барри говорил тебе. Он может не повести его на аттракционы.

Она о такой возможности уже подумала.

— Он пытается доставить Барри как можно больше удовольствия, чтобы малышу даже в голову не пришло сомневаться в его словах или поступках. Такой поход — событие в жизни ребенка. Он не захочет его разочаровывать. Думаю, он его туда поведет, хотя бы ненадолго. — Она горько усмехнулась. — У меня никогда не было возможности сводить Барри в парк аттракционов. Этот негодяй лишил меня шанса сделать это для моего сына в первый раз.

— Подумаешь, большое дело. Когда мы его вернем, свозим в Диснейленд.

Когда, не если?

— Мы его вернем, — ответил он на ее невысказанный вопрос. — Даже если придется вызволять его у Чавеза.

— Если Чавез успеет вывезти его из страны…

Ее перебил телефонный звонок.

— Гален. — Он протянул трубку Елене. — Чавез.

Она медленно подняла трубку к уху.

— Сволочь.

— Почему ты сердишься на меня? Ведь это твой дорогой братец убил твоего учителя.

— Это ты вложил пистолет в его руку и дал ему достаточно героина, чтобы ему было наплевать, кого убивать — сестру или человека, который всегда был ему верным другом.

— Луис не должен был убивать Доминика Сандерса. Я ожидал, что в саду появишься ты, и велел Луису прикончить тебя. Эти наркоманы вечно все путают.

Она была в такой ярости, что пришлось перевести дыхание, прежде чем ответить.

— Ты тоже все путаешь. Луис мертв, и мне незачем с тобой разговаривать.

— Так уж вышло. Но я потерял двух своих людей. Не думал, что у тебя под рукой снайпер. Он ведь очень талантлив. Это Гален?

— Нет.

— Тогда кто?

— Зачем тебе знать? Ты хочешь его заказать?

— Простое любопытство. Как там мой сын?

— Он не твой сын.

— У меня есть ощущение, что мой. Мне кажется, кое-что изменилось.

— Разве? — Она повесила трубку и взглянула на Галена. — Думаю, Джадд уже ему звонил. Он пытался меня прощупать. Господи, Джадд времени не теряет.

— Тогда нам лучше последовать его примеру. — Гален начал спускаться по ступенькам. — Пойдем, вдруг мы найдем этот парк аттракционов до того, как он закроется.

14

Территория парка аттракционов пахла сахарной ватой, попкорном и людским потом. Люди в огромном количестве бродили между кабинками и аттракционами. Елена беспомощно оглядывалась вокруг. Слух резал какой-то визгливый звук, действуя на нервы.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13