Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Флот - Флот

ModernLib.Net / Дрейк Дэвид / Флот - Чтение (стр. 8)
Автор: Дрейк Дэвид
Жанр:
Серия: Флот

 

 


Время от времени он получал крепкий удар кулаком или пинок от проходивших мимо халианцев, но не мог защищаться. У него не было ни малейшего желания двигаться дальше в непроглядную тьму подземелья. Со лба струился пот и заливал глаза, холодил спину. В холодном мраке пещеры капельки на рубашке быстро превращались в льдинки. Он не решался отвести глаза от красных фонарей – только боязнь остаться в полной тьме и заставляла его идти вперед вместе с пиратами.
      Если не считать нетерпеливого понукания, когда он слишком отставал, охранница Дэйла не обращала на него практически никакого внимания. Она была далеко не самым крупным экземпляром в пиратском отряде и далеко не самым сильным – Дэйл решил даже, что для него не составило бы большого труда при первом удобном случае порвать канат и удрать; вот только бы знать куда? Отлинд так и не успел ничего рассказать ему про подземелье. Они зашли уже так далеко, что Дэйл окончательно запутался в поворотах и хитросплетениях лабиринта и теперь отнюдь не был уверен, что ему удастся выбраться наружу. Теперь он хотел только одно – больше света! Для Отлинда и других поселенцев подземелье – дом родной, и они могли выбраться отсюда даже с закрытыми глазами – но в памяти Дэйла тут же всплыли все его детские страхи, оживив уже забытых воображаемых монстров. Он буквально задохнулся от ужаса, когда свет фонарей выхватил из мрака гигантский, как будто литой, сталагмит четырех-пяти метров высотой. Внезапно он начал двигаться, медленно поворачивая к нему свою гигантскую каменную голову. Желудок Дэйла мгновенно сжался, чуть не извергнув наружу все содержимое. Красные фонари моментально исчезли из виду, как только хорьки скрылись под каменной аркой и видение монстра мгновенно исчезло. Он поспешил под спасительный свет фонарей, стараясь нагнать пиратов.
      В этот момент раздался оглушительный взрыв и сводчатый потолок пещеры лавиной обрушился сверху.
 
      Пиратов застигли врасплох: оглушительные раскаты взрыва, рухнувшая каменная стена и раздавшиеся одновременно выстрелы совершенно сбивали с толку. Ружья поселенцев были снабжены устройствами подсветки, позволявшими им вести прицельный огонь, и он оказался достаточно эффективным" – два хорька упали сразу, как только прогремел взрыв; остальные, не в силах определить, откуда ведется огонь, стали хаотически метаться по пещере, отстреливаясь наугад. Дэйл поспешно припал к земле при первых же звуках начавшейся битвы.
      Фриц Морак вместе с двумя другими защитниками – молодым парнем и женщиной, бывшим флотским пилотом-артиллеристом – управляли прицельным огнем, который велся из засады.
      – Подальше от человека! – выкрикнул Морак, заметив пирата, конвоировавшего Дэйла. – Не стрелять в человека!
      Быстрая чечетка вспышек превращала поле боя в нереальную сцену из кукольного спектакля. Мораку показалось даже, что он присутствует на представлении мультипликационного фильма, в котором белые фигурки противника двигаются на фоне абсолютно черного экрана. Вспышки света сказалось на его реакции, но несмотря на то, что он промахнулся, попавшая в его прицел пиратка неожиданно развернулась и пуля, которая должна была угодить ей в грудь, только слегка задела переднюю лапу. Она немедленно повалилась на землю, и долгая череда оранжевых вспышек у дула ее ружья пронзила тьму. Морак плюнул с досады и навел ружье на очередного пирата.
      Под отрывистые выкрики своего командира халианцы разделились на отдельные группы попарно. Внезапно они разбежались в разные стороны с неимоверной скоростью, а за ними, ориентируясь на звук шагов, бросились бежать колонисты. Мораку не доводилось до сего момента лично встречаться с халианами, и он был поражен их проворством. Он резко свистнул, передавая приказ другой группе обороняющихся.
      Одна группа обнаружила в темноте парня, отследив источник вспышек – он не мог двигаться с такой же скоростью. Неужели никто не может вспомнить в нужный момент, чему их учили на тренировках? Морак поднял ружье, пытаясь поймать в прицеле пиратов, захвативших парня. Они приподняли его, поставив на ноги, и мгновенно скрутили ему руки крепкой веревкой. Парень пронзительно закричал и попытался вырваться, но пираты потащили его за собой. Морак опустил ружье и отрывисто приказал подчиненным, находящимся ближе к цели, во что бы то ни стало спасти мальчика.
      Удар огромной лапищи обезоружил одного из защитников подземного поселения; пираты попытались было схватить его, но тот сумел в последний момент вывернуться и попытался убежать. В сумятице боя, происходившего почти в полной темноте, Морак внезапно увидел, как хорек внезапно прыгнул на одного из колонистов и молниеносным движением перекусил горло своей жертве, и голова откатилась прочь от рухнувшего наземь тела. Морак увидел все это как бы в замедленной съемке, и в нем проснулась бешеная, неукротимая ярость. Разумеется, это была не первая смерть в запутанной сумятице боя, но только теперь он увидел смерть поселенца собственными глазами. От зрелища повеяло такой варварской жестокостью, что Морака охватило одно желание: месть. Он открыл бешеный огонь в том направлении, где только что находились хорьки, забыв что их там наверняка уже нет. Пещера была заполнена мерцающим тусклым светом, выхватывающим из тьмы неподвижные фигуры. Он понимал, что вспышка безудержного гнева приведет только к бесполезной трате боеприпасов, однако остановиться и трезво взвесить ситуацию уже не мог. Резким свистом он отправил отряд в погоню за пиратами, а сам остановился над двумя лежащими на земле пиратами и выстрелами оторвал им головы – и не только для того, чтобы быть уверенным в их гибели.
      Халианская самка со своим партнером и пара пиратов, захватившая в плен мальчишку, поставили своих пленников на ноги и потащили их по коридору к выходу. Морак заметил, что люди поднялись на ноги и тут же отдал приказ прекратить огонь. Пираты, используя пленников в качестве щитов, исчезли в мгновение ока. Часть колонистов осталась невредимой, но на поле боя остались лежать три трупа защитников подземелья, сраженные пулями, и один – обезглавленный отступающим последним хорьком. Охваченный яростью Морак отдал приказ стрелять.
 
      У Дэйла затеплилась было слабая надежда, когда пираты потащили его прочь, но когда они свернули в один из боковых коридоров, ноги его внезапно ослабели. Его память была не в силах запомнить пройденный путь, но в том, что здесь они не были прежде, он был абсолютно уверен. Дэйл рухнул на каменный пол, не в силах идти дальше по гулким темным пещерам.
      Злобно вереща, конвоирша подскочила к нему и резким ударом ружья заставила его кое-как подняться на ноги. Плененный мальчик, которого вели сзади, пытался отчаянно сопротивляться и громко ругался. Хорьки отвечали громким верещанием и похрюкиванием. Дэйл почувствовал гордость за мужество этого парня – такой пример доблести приободрил его, и теперь он был готов сражаться. Вдвоем, совместными усилиями они вполне могли попытаться осуществить побег. К тому же парень наверняка знал здесь все ходы и выходы.
      – ЛОЖИСЬ!!! – услышал он крик где-то впереди.
      Пиратка резко обернулась на звук, яркая вспышка ослепила всех и спереди донеслись два негромких кашляющих звука. Дэйл сразу узнал характерный звук выстрелов из игольчатого ружья. Он изо всех сил вжался в неровную каменную стену, стараясь стать не толще листа бумаги. Крошечные, но необычайно мощные заряды разорвались в своих жертвах – более страшной и мучительной смерти представить было почти невозможно. Дэйл знал это как врач. Разрыв был почти беззвучным, однако он внезапно оказался весь залит кровью. Его конвоирша и еще один пират повалились на землю.
      Дэйл видел огненные вспышки света и вновь слышал выстрелы. На этот раз мимо – заряды ударились в стену пещеры и покатились по полу. Зарычав, халиане обернулись, спрятав своего пленника за спинами. Держа свои ружья наготове, они бросились бежать по" коридору, и их шаги эхом отдавались в гулких каменных полостях. Отчаянные крики мальчика Дэйл слышал до тех пор, пока они не превратились в невнятный шум. Не в силах двинуться назад, Дэйл, держась за стену, на ощупь пошел вперед, сам не зная куда – он полностью потерял ориентацию.
 
      Отлинд на бегу перезарядил ружье; он двигался по направлению к следующей пещере. Он на ощупь приблизился к стене связи и, не останавливаясь, предупредил колонистов о том, что двое пиратов побежали обратно. Эхо собственного голоса преследовало его, звуча странно и отстранение.
 
      Теперь борьбу продолжали только четырнадцать халианцев; защитники подземелья старались загнать хорьков обратно в пещеру. Еще один поселенец попался в руки пирату; тот мгновенно скрутил его и, приставив к горлу ружье, медленно двинулся назад, к выходу вместе со своей добычей, не обращая никакого внимания на робкие попытки заложника освободиться.
      От края круговой стены отделилась человеческая фигурка и приблизилась к халианцу. Пират, заслышав его шаги, мгновенно обернулся, но преимущество внезапности было на стороне Отлинда. Он выпустил заряд из ружья прямо в брюхо пирату и тут же нырнул вниз, швырнув на пол связанного человека еще до того, как хорьки успели открыть огонь.
      – Пат! – закричал Морак, перекрывая грохот боя.
      Отлинд поднялся с земли, помахал в ответ рукой и включился в напряженную суматоху боя, который протекал совсем не так, как учили его на Флоте. Это была местная тактика, тактика Василиска – близкий бой, жестокий и беспощадный.
      Халиане сообразили наконец, что вспышки ружей только превращают их в легкие мишени для засевших в засаде поселенцев. Отбросив ружья в сторону, хорьки решили использовать свое естественное оружие и набросились на колонистов, используя зубы и когти. Теперь стало очевидно, что их экспедиция за новыми рабами потерпела полный провал. Отныне пираты боролись только за то, чтобы убраться с Василиска живыми.
      С отказом хорьков от огнестрельных ружей поселенцам вновь пришлось перейти к обороне Теперь вся пещера была заполнена дымом, и вспыхивающие прожекторы больше слепили самих обороняющихся, чем помогали обнаружить в темноте пиратов. От прожекторов пришлось отказаться, но отсутствие света не стало для них большой помехой – их численное преимущество и хорошее знание пещер было более ценным, чем зубы и когти халианцев. Бой продолжался, не затихая, в задымленной мгле. Пещеру наполнили рычание, стоны и вскрики, заглушавшие глухие удары рукопашного боя. Колонисты, быстро разобравшись в обстановке, держали ружья наготове на тот случай, если внезапно наткнутся на что-то покрытое шерстью. Халианцы передвигались настолько быстро, что действовать против них иначе в полной темноте было просто невозможно.
      Дэйл повернул обратно туда, где шел бой. Он заметил свет красного фонаря халианцев, лежавшего у круглой стены коридора и обрадовался, как ребенок. Не успел он подбежать и протянуть руку, как фонарь мигнул и погас.
      Пещерная тьма была заполнена людьми. Она буквально кишела телами, которые на ходу стукались об него, отбрасывая на мягкие, быстро холодеющие предметы. Он наткнулся на гладкий камень, местами покрытый чем-то шершавым Нагнувшись над ним он сообразил, что это голова колониста, которую откусил хорек. Он двигался на ощупь, держась рукой за стену, но так он мог только вернуться назад, к кораблю. Дэйл был безоружен и мог стать легкой добычей любого халианца, который случайно на него наткнется. Дэйл рухнул на землю, наблюдая за случайными вспышками света, томимый мучительной жаждой света. Он почти не мог разглядеть самих воюющих – казалось, что друг против друга сражается само оружие.
      Он попятился как можно дальше назад, стараясь чтобы поле боя оставалось все время на виду. В пещере была прекрасная акустика, и все звуки, казалось, рождаются прямо перед ним, так что он как будто находился в гуще всех событий одновременно: криков, выстрелов, взрывов, предсмертных хрипов, хруста ломающихся костей. Где-то пронзительно закричала женщина; Дэйл хотел было прийти ей на помощь, но не имел ни малейшего представления куда бежать. Под невыносимой тяжестью звуков и неопределенности он весь сжался и приник к стене.
      Тьма стала сгущаться уже совсем рядом. В галактике сотни миллионов звезд; где же были они? Он прикрыл глаза, заслонив их ладонями, и по зрачкам пролетели кометы остаточных реакций глаза на свет – он мысленно следил, как они пролетали перед ним и скрывались где-то за веками, битва отступила на второй план. Одна из них переменила направление полета между двумя лунами и теперь, увеличиваясь с каждым мгновением в размерах, неслась к серо-голубому диску – теперь его окружали и скрывали от окружающего мира облака, и теперь звуки сражения окончательно затихли. Шум смолк, как только кончилась тьма. Теперь он был очень далеко. Наступил долгожданный отдых.
 
      Остатки халиан предприняли попытку прорваться во внутреннюю камеру пещеры, преследуемые колонистами, держащими ружья наизготовку. Морак по стене связи передал сообщение защитникам на баррикадах в меньших пещерах, хотя и был уверен что хорьки не проникнут дальше. Теперь незваных гостей оставалось лишь десять, и им противостояло больше сотни защитников. Раненых поселенцев унесли с поля боя, и на их место заступили новые бойцы.
 
      Битва продолжалась, постепенно смещаясь к центру поселения. Остатки халиан теперь были загнаны в угол, но продолжали отчаянно драться. Отлинд ткнулся ружьем в живот хорька и не раздумывая разрядил игольчатое ружье. Противника разорвало на части, и Отлинд отскочил. Затем он перепрыгнул через останки тела. Кто это был, – не важно, разбираться нет времени.
      Внезапный крик сзади заставил его мгновенно пригнуться. На него прыгнул пират, – в глазах его плясали огненные вспышки. Патрик выстрелил, но промахнулся. Не теряя ни секунды, он бросился на противника и нанес сокрушительный резкий удар. На тренировках Отлинд отлично усвоил, что надо держаться подальше от зубов хорьков. Ногой он задел поверженного врага и тот всхрюкнул. Похоже, второй раз бить не придется.
      – СЮДА! – закричал кто-то. Это был молодой парень, которого пираты схватили раньше. Теперь он забрался на верх стены связи, и его голос гремел, перекрывая все остальные звуки. Оказавшись вне досягаемости противника, парень переключил свое ружье-целеуказатель в режим слежения и выхватывал из темноты уцелевших пиратов. Наполовину ослепленные нестерпимо ярким светом, халиане на несколько секунд опешили. Предводитель что-то скомандовал, но тут же упал, сраженный десятком пуль.
      Скоро все было кончено. Ни один пират не ушел живым. Отлинд стал помогать поселенцам вытаскивать тела пиратов из подземелья.
 
      – Так ты говоришь, их было двадцать? – переспросил Морак, вытирая свое широкое лицо рукавом рубашки. Его черные волосы слиплись от пота.
      – Так точно, Лидер. И еще один труп – возле их корабля.
      – Тогда действительно все. Да, неплохо.
      – Да. Если только вам нравятся мертвые хорьки.
      Морак широко улыбнулся, продемонстрировав свои ослепительно белые зубы. – Да, я люблю их только такими. Если у них хватило ума оставить входной люк открытым, мы сможем отправиться на борт и посмотреть, нет ли там еще кого-нибудь или чего-нибудь.
      – ЧТО? НЕТ! Подождите!!! – прокричал Отлинд и стрелой бросился прочь. Он перескочил через небольшую речушку, перебрался через холмы и вскоре увидел толпу, пытавшуюся забраться в пиратский корабль с ломами и плазменными резаками. Морак влетел в нее.
      – Стойте! – прокричал он. – Здесь мина-ловушка!
      Потрясенная толпа у корабля замерла. Отлинд быстро растолкал поселенцев. Они, ничего не понимая, злобно смотрели на Патрика – до тех пор пока он не объяснил, что именно здесь произошло совсем недавно. Чувства толпы тут же выплеснулись наружу – пилот не мог без смеха наблюдать за тем, как мгновенно изменилось настроение.
      – Замечательная работа, – сказал один из них, осмотрим установленное возле двигателей устройство. – Мы свалим сюда останки пиратов, а потом взорвем с дистанционного пульта. Дешево и сердито.
      Отлинд хорошо понимал, какие чувства сейчас в душе у каждого поселенца. Уничтожением останков пиратов ему предстояло заниматься самому. Все поселенцы, погибшие в сегодняшнем бою, были их друзьями или родственниками, и следовало воздать им последние почести.
      – Неплохая идея, – произнес он. – Возможно, именно в этом я смогу вам помочь.
      – Скорее всего, тебе самому понадобится наша помощь, – мягко сказал Морак, положив руку ему на плечо. – Медицинская помощь. Ты ведь слепнешь. Тебя ранили.
      – Да нет, я в полном порядке, – начал было отнекиваться Отлинд, но при словах "медицинская помощь" внезапно вспомнил о Дэйле. – А как мой друг, доктор Дэйл? Вы нашли его?
      – Ну как же, наш дорогой странствующий доктор! Я не видел его с того момента, как ты появился. Если узнаю какие-нибудь новости, немедленно сообщу тебе.
      К Мораку обратились с какими-то вопросами носильщики, выносившие на поверхность трупы убитых колонистов. Раненые уходили либо сами, либо их выносили на плечах.
      – Нет, – сказал Морак. – Мои люди шарят по окрестным закоулкам при помощи переносных прожекторов; мы не сможем подать сюда энергию до тех пор, пока не будут полностью обеспечены все детские сады и ясли. Нужно просто немного подождать. Уверен, с ним все в порядке.
      – Спасибо, – ответил Отлинд. Он некоторое время подождал, наблюдая за ручейком колонистов, выбиравшихся на белый свет из пещеры. Дэйла не было – ни живого, ни мертвого. В конце концов его терпение иссякло и Отлинд сам направился обратно в темное чрево пещеры.
      – Пат? – внезапно остановила его поднимающаяся навстречу женщина. Он кивнул и попытался было пройти дальше, но она задержала его. – Здравствуй, мой милый. Лидер Морак предупредил нас, что ты здесь.
      – Мама? – ошарашенно произнес Морак, удивленно ее разглядывая: заляпанная грязью униформа, на плече ружье. Волосы у виска испачканы в крови. Он, считавший себя закаленным в боях ветераном, часто с невольным трепетом думал об этой встрече. Все эти годы ему ужасно не хватало семьи. Вплоть до сегодняшнего дня наземные сражения казались ему несущественным и отжившим свой век анахронизмом – все сколь-нибудь значимые сражения происходили только в космосе, между совершенными и бездушными космическими кораблями – в этом состоял символ его флотской веры. За все эти годы память о настоящих, – лицом к лицу – схватках с врагом уже изрядно померкла.
      – Мама, – сказал он, – я ищу одного человека.
      – Тогда я не буду задерживать тебя, – ответила женщина, забрасывая ружье за спину. – Я налюбуюсь тобой потом, когда ты придешь домой.
      Она улыбнулась и пошла вперед. Отлинд направился в глубь пещеры, освещая путь мощным прожектором. По сверкающим камням пещеры бежали струйки воды, смывая следы недавнего боя.
 
      Всего несколько минут как окончилось сражение, но Майку Дэйлу казалось, что прошла целая вечность. Перед его мысленным взором величаво кружилась закрытая облаками голубая планета. Это Копен – его родина. Он любовался зрелищем трех континентов, плавающих в ярко-синих океанах, и двух спутников планеты, окруженных мелкими обломками, плывущими по небу. Он приблизился и услышал плеск волн, крики морских птиц, шум машин в городах, рычание диких зверей. Он приближался, и голоса становились все громче и отчетливей, но внезапно полностью смолкли. Когда наступила полная тишина ему показалось, что он слышит голос. Он был совершенно уверен, что это иллюзия, рожденная его воспаленным сознанием.
      – Дэйл? Где ты?
      Он подумал, что это какая-то уловка. Голос был похож на голос Патрика Отлинда, но наверняка он не знал. Он решил промолчать.
      – Доктор? Вы в порядке? – еще один голос присоединился к Отлинду.
      – Фонари поставят нам из ясель – там оно уже подготовлено. Это место полно всяких опасностей. Подожди-ка, посвети вот сюда.
 
      Он почувствовал даже сквозь веки – огромное жаркое и очень яркое солнце. Он отвернулся от планеты и усилием воли заставил себя разжать веки, втайне ожидая увидеть бездонную черную пропасть глубокого космоса. Свет. Здесь было очень много света. Свет все ближе и ближе. Дэйл пил его жадными глотками, возвращая к жизни свой мозг. На самом деле это был всего лишь крошечный светодиод, но для Дэйла это была целая вселенная. И кроме того, стали слышны голоса – Отлинда и еще один. Дэйл встал на ноги. Света становилось все больше, но затем источник внезапно угас, сжавшись до размеров простого ручного фонаря. Из тьмы вышел Отлинд и протянул ему руку. Ноги Дэйла плохо слушались, и он едва мог стоять. Через мгновение Отлинд оказался позади него, но доктор сделал слабый знак рукой. Морак и другие из поисковой группы вынесли его на свежий воздух, и им занялся врач колонистов.
 
      Когда все утряслось, Морак и Отлинд пришли навестить Дэйла. Громкие стоны, металлический лязг и протяжные стоны свидетельствовали о том, что системы электроснабжения и вентиляции постепенно возрождаются к жизни. Колонисты сидели на берегу реки, оживленно обсуждая происшедшее. Дэйл сделал попытку подняться, когда рядом с ним присел Морак, но тот решительно уложил его обратно.
      – Пожалуйста, доктор. Лежите. У вас сегодня выдался очень беспокойный день.
      Дэйл покачал головой.
      – Вы знаете, я пытался помочь вам, но все вежливо, но беспрекословно советовали мне то же самое.
      – Пока от вас никакой помощи не требуется. Вы, доктор, наш почетный гость – это самый большой почет, который мы в состоянии оказать. Вскоре мы получим вакцины, и тогда вы объясните, что с ними нужно делать. Ваш корабль полностью разрушен, так что вы останетесь нашим гостем до тех пор, пока их не пришлют другим транспортом.
      В уголках губ Морака заиграла улыбка, и Отлинд внезапно покраснел, неожиданно увлекшись разглядыванием окрестного кустарника.
      – Пат сам отправил просьбу об этом в Адмиралтейство. Очень мужественный поступок, если учесть что ожидает его по возвращении за потерю корабля. Но не волнуйтесь – в Адмиралтействе рады были узнать, что вы оба находитесь в добром здравии. В общем, мы рады оказать вам гостеприимство. И не стесняйтесь просить нас о том, что вам понадобится – мы сделаем все, что в наших силах.
      – Я прибыл сюда для того, чтобы оказывать вам помощь, сэр. Вы не сможете сделать мне ничего лучше чем то; о чем я попрошу вас прямо сейчас. – Дэйл откинулся назад, и на его лице появилась блаженная улыбка. – Я хочу видеть Солнце.
      Отлинд с жалостью поглядел на него.
      – Эх, ты рептилия, – сокрушенно произнес он.

ИНТЕРЛЮДИЯ

      Помятый китель офицера службы Флота по связям с общественностью Джила Канара неряшливо свисал с модели "Коффри" – единственного боевого корабля, на котором его владельцу удалось прослужить хоть какое-то время. Канар уныло сидел, безвольно уставившись на компьютерный терминал.
      Прошло уже три четверти стандартного дня, а Джил ни на йоту не приблизился к цели. Нужно срочно найти настоящего героя, некую персонификацию всего Флота для миллиардов простых налогоплательщиков.
      Неопределенные мысли смутными призраками мелькали в мозгу, но задерживались. Джилом овладело уныние. Зачем нужен новый герой, если вполне сойдет и старый? Разве нет на Флоте офицера, чьи подвиги заставили бы трепетать его, как подростка? Явленного во плоти Крэга Смелого? Это было всего двадцать лет назад, и он по-прежнему в строю.
      Так, а это кто?
      А это Джереми Мак-Вильямс. Имя, известное во всех уголках Галактики. Дальнейшие "Приключения Джереми Мак-Вильямса…" – возможно, они потянут на целую: серию – ему давно хотелось сделать нечто в этом роде.
      Внезапно оживившись, офицер встал и привел в порядок свой китель. Ему и раньше бывало немного не по себе, когда он смотрел личные дела легендарных героев, – всегда хотелось подтянуться и привести в порядок форму.
      Непроизвольно приняв стойку "смирно" – насколько ее вообще можно принять, сидя в мягком кресле – Канар нашел в кадровой базе данных нужное личное дело и погрузился в чтение.

Маргарет Вейс
ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТЬ ПУГОВОК

      Так вот оно что, подумал капитан Джон Робертс, выйдя из люка своего корабля под неумолчное посвистывание прохудившихся насосов, трубопроводов и странные гулкие удары непонятного происхождения, раздававшиеся где-то внутри. Робертс заскрежетал зубами и напомнил себе, что при случае надо бы поручить боцману Бруксу проверить компьютер. В этой проклятой программе обязательно есть ошибка!
      – Сержант, – Робертс повернулся к десантнику, стоявшему в карауле у причальной палубы, – вы получили приказ?
      – Да, сэр, – промолвил сержант – ветеран средних лет с широким лицом. Он литрами глушил дешевый виски на богом забытой заставе, когда Джон Робертс еще пешком под стол ходил, и никогда не упускал случая об этом напомнить. Их глаза встретились.
      – Повторите, – раздраженно потребовал капитан.
      – Вся команда остается на борту до вашего возвращения, капитан, – прорычал сержант. – Ни один не покидает корабль без вашего личного разрешения.
      – Отлично, сержант. Вы должны пристрелить каждого, кто осмелится нарушить приказ.
      – Так точно, сэр.
      Еще раз проверить караульного было необходимо, особенно если принять во внимание, где им довелось очутиться. Робертс, видел, как экипаж столпился у иллюминаторов, надеясь хоть мельком увидеть… А что, собственно, увидеть? Робертс едва заметно усмехнулся. Самая обычная космическая станция – и только. Отличная станция, но практически ничем не отличающаяся от бессчетного множества других. Он успел запомнить выражение их глаз, когда покидал корабль, и увидел в них жгучую зависть. Также он знал, что станет посмешищем всего Флота и героем анекдотов, "вечно циркулирующих среди младших чинов. Это было истинной мукой для капитана Робертса и давало ему дополнительные основания ненавидеть свое задание. Он только что стал капитаном и втайне сомневался в своих способностях к руководящей работе. Излишне чувствительный, он опасался насмешек, унижающих его достоинство.
      С такими мыслями капитан Робертс спустился на платформу, слегка похлопывая зажатыми в руке парадными перчатками. Он страшился предстоящего и сделал бы все от него зависящее, чтобы избежать визита. Он чувствовал себя неуклюжим, скованным и не в своей тарелке. К тому же ему пришлось покинуть свой корабль! И где же он оказался? В стерильной атмосфере причальной палубы! Он попытался представить себе, что же ждет его там… по ту сторону герметичного люка…
      Робертс решил завязать беседу с сержантом, чтобы убить время, но затем оставил эту мысль. Он может показаться смешным; не исключено, что над ним смеются с той самой минуты, как он оказался здесь, на палубе, похожий на фермерского сынка, впервые попавшего в город. Наверняка его видит сейчас через иллюминатор лейтенант, да и как минимум полдюжины других членов экипажа, да еще пассажиры впридачу. Эта мысль подтолкнула его к действиям.
      – Давай, сержант, – сказал он вдруг безо всякой на то необходимости.
      – Так точно, сэр, – ответил сержант. Если он и ухмыльнулся под шлемом, боковое зрение Робертса помешало ему это заметить.
      Оживленно, стараясь выглядеть не столь помпезно и нелепо, как выглядят обычно флотские офицеры в парадной форме – еще одна глупость! – Робертс направился вдоль стальной причальной платформы, и лакированные туфли (у них слегка поистерлись каблуки, однако ничего пристойней найти не удалось) – звонко стучали по гулкой палубе.
      Так вот оно что, повторил он еще раз, приблизившись к шлюзовому люку у дальнего конца палубы и прочитав надпись над ним, выполненную огромными золотыми буквами; Это был знаменитый – или печально знаменитый – Клуб Тридцать Девять Пуговок.
      Находясь на самом краю Галактики, куда не доставала рука правосудия – и вряд ли хотела бы достать – Клуб Тридцать Девять Пуговок был самым элитным, самым дорогостоящим, самым скандально известным казино и притоном во всей известной человечеству Вселенной.
      Клуб Тридцать Девять Пуговок.
      Отчасти загадочный ореол клуба связан с его необычным названием, – размышлял Робертс, входя в шлюз. По легендам, которые ему приходилось слушать ежедневно за ужином в кают-компании с тех пор, как ему поручили это кошмарное задание, обслуживавшие здесь высший свет "девочки" носили платья с разрезом спереди. Платье удерживали только тридцать девять крошечных пуговок. За деньги – астрономические деньги, пояснил боцман, утверждавший что бывал там в свое время – посетитель мог расстегнуть все тридцать девять, одну за другой, не спеша, чтобы оттянуть сладостный момент лицезрения всех прелестей сразу. Вспоминая вдумчивые рассуждения команды о возможных особенностях этих прелестей, Робертсу становилось жарко и тесный воротничок мундира сильнее сдавливал шею. Люк с чавкающим звуком раскрылся, и он с облегчением стащил ненавистный шлем, который вызывал чувство клаустрофобии.
      Робертс удивленно огляделся вокруг. Все здесь оказалось не так, как он ожидал – никаких красных обоев и хрустальных подсвечников. Он очутился в большом, элегантно и роскошно обставленном холле; во всем чувствовался изысканный вкус. За огромным столом красного дерева сидели два "консьержа" – Робертс, полагал, что привратники в подобном заведении должны называться именно так. Капитан Робертс и привратники обменялись придирчивыми взглядами. В галактике попахивало войной, и подобные подозрительные взгляды стали обычным делом, Эти двое были крепкими здоровяками – давно Робертсу не случалось видеть таких мускулистых тел. Хотя галактические бордели были официально запрещены законом, этот продолжал действовать назло всем запретам – Адмиралтейство понимало, что бравых ребят трудно удержать на нижних палубах галер. Но здесь, вдалеке от правосудия, кто обращал внимание на подобные мелочи? Это заведение нарушало все законы и все запреты – и юридические, и моральные. Но что с этим поделаешь – не полисменов же звать, в самом деле? Его визит сюда может и в самом деле принести пользу, подумал Робертс и слегка воспрял духом.
      Тем не менее сейчас он стоял под пристальными взглядами мускулистых, подтянутых и загорелых юных богов с ярко-золотистыми волосами, которым явно не приходилось доселе видеть изношенных обшлагов и обвисших брюк – что являлось характерным признаком его лучшего парадного мундира. Но вели они себя исключительно вежливо – что поделаешь, именно посетители приносят сюда деньги.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21