Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Флот - Флот

ModernLib.Net / Дрейк Дэвид / Флот - Чтение (стр. 7)
Автор: Дрейк Дэвид
Жанр:
Серия: Флот

 

 


Система стабилизации вышла из строя, и разведчик, резко дернувшись вправо, завертелся волчком и вошел в атмосферу. Голова Отлинда стукнулась о край кресла, и он потерял сознание. Кислорода почти не осталось, Дэйла вдавливало в кресло огромной перегрузкой, он задыхался, но попытался переключить управление на себя. Угол поля зрения сужался, так как давление воздуха падало, и это уже сказывалось на работе мозга. Внезапно он обнаружил, что неспособен отличить одну кнопку от другой. Прямо перед кораблем ослепительной вспышкой разорвался еще один заряд, выпущенный с пиратского корабля, и разведчик внезапно накренился. Экран переднего обзора вспыхнул и на время полностью ослепил Дэйла. Разведчик, беспорядочно кувыркаясь, вошел в плотные слои атмосферы и, ослепительно вспыхнув, развалился на части. Халианский корабль медленно опустился вслед за ним.
 
      Лидер Морак переключил комм на прием и повернулся к "стене связи", чтобы подать сигнал тревоги. "Стена связи" – это несколько усовершенствованный естественный скалистый выступ – круг диаметром около полусотни метров, поверхность которого поселенцы довели за тридцать лет до идеального состояния. Василиск был богат ископаемыми – не столько строительными гранитами, сколько драгоценными минералами, такими как оникс, нефрит, всевозможные типы кристаллов кварца – и мрамор. Так что несмотря на нехватку строительных гранитов – и даже дерева – полезные ископаемые приносили постоянный и надежный доход. Минералог "от бога", Морак обнаружил удивительную способность каменный стены передавать звуки на огромные расстояния по системе соединявшихся пещер и решил использовать ее в системе связи между подземными поселениями. Что может быть лучше, рассуждал он, чем коммуникационная система связи, которая не потребляет энергию и абсолютно надежна? По мере роста населения планеты и образования новых поселений, в них также стали строить "стены связи" в огромных полостях из кварца и оникса, которые и служили людям жилищем. В них стены имели только четыре метра в высоту, что было намного меньше высоты типичной пещеры. Стены для административных и жилых помещений в пещерах строились таким образом, чтобы они были настроены на передаваемые стеной звуковые сигналы. Все отдельные помещения, включая и построенные внутри кольца, объединялись с системой оповещения электронными устройствами, к которым Морак относился крайне подозрительно. По сравнению с поселениями на других планетах колония шахтеров на Василиске можно сказать процветала – и постепенно, кругами, развивалась вокруг главного центра.
      – Это Морак, – произнес он четким голосом. Кричать не было никакой необходимости: стена улавливала самый тихий шепот и передавала его на 180 градусов по сети на оба полушария. Однако теперь голос его звучал твердо и холодно.
      – Объясняю ситуацию, – сообщил он. – Объявлена всепланетная тревога. На планету садится пиратский корабль халиан. Эвакуацию, начинаем немедленно – прямо сейчас. Бросайте все – только аккуратно, – добавил он с легкой усмешкой, – и выполняйте обязанности в соответствии с планом всеобщей тревоги. У нас очень мало времени – скоро пираты будут здесь. Повторяю, на планету опускается корабль халианцев. Действуйте!
      Это сообщение было немедленно передано не только стеной, но и электроникой – во все поселения, разбросанные по поверхности планеты. Компьютер Системы Управления Обороны уже принял короткие отчеты со всех точек планеты, и его розовые индикаты казались капельками крови, разбрызганными по золотому ониксу стены. Никто не знал заранее, что может привлечь внимание пиратов. Интуиция подсказывала Мораку, что под ударом окажется поселение Дилан.
      Прежде колонии ни разу не приходилось обороняться от внешней угрозы, хоть и находилась она на самой границе Альянса. Все системы безопасности планеты отслеживали только пиратов и мелких воришек грузов. Морак с удовольствием отметил, как быстро его люди отреагировали на сигнал тревоги. Сообщения из разных поселений в Дилан стали поступать немедленно. В соответствии с инструкциями о чрезвычайном положении стали формироваться отряды самообороны, началась эвакуация детей и стариков в более защищенные пещеры.
      – Почему теперь? – потерянным голосом поинтересовался Айвор Маллиган, администратор поселения. Медицинский центр и госпиталь находились на третьем этаже в пещере, и его "стена связи" передала сигнал на основную стену в сопровождении гулкого эхо. Голос был слабым, однако Морак отчетливо уловил волнение. Маллигану предстояло эвакуировать сразу несколько десятков своих пациентов.
      – Почему-почему… Шабаш, наверное, начался. Откуда мне, Айвор, знать "почему"? Ты должен быть готов ко всему! Нам придется вскоре отключить энергопитание. Кстати, – добавил он не без злорадства, – они перехватили очередной твой транспорт с сывороткой. Хорькам нужны лишь совершенно здоровые рабы.
      – Только этого еще не хватало, – тяжело вздохнул Маллиган и легонько отстучал конец связи.
      Морак покачал головой и повернулся к пульту управления обороной, полностью сконцентрировавшись на координации действий отдельных поселений. Эхо этих ударов еще долго звенело в ушах.
 
      Открыв глаза, Майк Дэйл обнаружил, что лежит на спине прямо под лучами зеленоватого солнца Василиска. Он несколько раз непонимающе поморгал, прислушиваясь к звукам ветра, завывавшего в кронах деревьев, но никаких специфических корабельных шумов и звуков не услышал. Где же Отлинд? И где, кстати говоря, он сам? Внезапно над ним протянулась мохнатая лапа, он вскочил на ноги и воззрился на ужасную остророгую морду. Сомнений не оставалось – перед ним халианский пират. Довольно крупный и на редкость отвратительный экземпляр.
      – Хралиф на хустэй? – требовательно спросил тот, с ужасным акцентом выговаривая слова. Это был, конечно же, глава пиратов. Ремни, обвивавшие его мохнатое тело, были инкрустированы золотом и драгоценными камнями. А еще – человеческими зубами. Другие пираты, не обращая на них никакого внимания, охраняли лужайку, на которой валялся покореженный корпус разведчика. Они явно уже побывали там и вынесли наружу все, что можно было вынести – в поисках оружия и вообще всего мало-мальски ценного. До первого они явно добраться не смогли, с удовлетворением подумал Дэйл. Отлинда нигде не было видно. Дэйл вздохнул.
      – Не понимаю вас, – объяснил он, запинаясь. – Я медик… Лекарь… знахарь.
      С рычанием пират швырнул Дэйла на землю и сделал непонятный знак рукой. Другой пират, невысокая самка хорька с подлым выражением на морде, опоясанная ремнями ядовито-красного цвета, подняла его на ноги и нацепила наручники. Сильным рывком она дала ему понять, что ему надлежит идти за ней и не делать глупостей. Спотыкаясь, Дэйл покорно поплелся следом, озираясь в надежде обнаружить своего пилота.
      Его сволокли на коленях вниз по лесистому склону и заставили вновь подняться на ноги, прежде чем перевести вброд через неглубокую, но быструю речушку. Плоские коричневые камни, которыми было усеяно дно, оказались очень скользкими. Дэйл попытался остановиться и примериться, но его дернули вперед за скрепленные наручниками запястья, причинив сильную боль. Не предусмотренные для форсирования водных преград ботинки быстро промокли, и он уныло захлюпал дальше. Впереди шел пират и держал нечто, очень напоминавшее инфракрасный детектор. Двигаясь за ним, процессия углубилась в подлесок, где листва на деревьях была сине-зеленой. Длинные стелющиеся лианы, покрытые невидимыми шипами, вонзались в мохнатые лапы пиратов и волочились следом пестрыми веселыми лентами, несколько скрашивавшими мрачность фигур. Но острые, как булавки шипы, легко втыкавшиеся в тело через одежду, похоже, нисколько не беспокоили халианцев.
      Покрывавшая землю трава была невысокой, и то здесь, то там проглядывали широкие прогалины грязноватой глинистой почвы Василиска. Ростки крепкой степной травы змеились в грязи, соединяя зеленые островки в единое целое и превращаясь в настоящие капканы для невнимательных путников. Капитан зацепился за один такой росток и плашмя рухнул в грязь. В то же мгновение вся команда пиратов без единого звука упала на землю, выставив вперед оружие. Охранник Дэйла ударом своей лапы повалила Дэйла и сама упала на землю – он чуть не задохнулся от боли, когда острые когти вонзились ему в грудь. Бормоча сквозь зубы невнятные проклятия, капитан поднялся, злобно выдернул из грязи двухметровый жгут и отшвырнул подальше. Пиратский отряд поднялся с земли и осторожно двинулся вслед за капитаном, внимательно смотря под ноги. Дэйл последовал за ними, размышляя, наблюдают ли за ними или нет?
      Они пробрались сквозь заросли и вышли к каменистому утесу с круглым отверстием непонятного происхождения, примерно пятнадцать метров в диаметре – входу в лабиринт пещерного дома Отлинда. На его полосатом бело-коричневом известняковом фасаде блестела влага; то здесь, то там, виднелись островки мха и птичьи гнезда. Капитан пиратского отряда прорычал какую-то команду, и отряд, разделившись на три колонны, принялся прочесывать окрестности. Вокруг не было ни души – даже на вершине утеса. Во тьме уводящего вглубь хода не видно ни единого огонька – даже аварийного освещения. Несомненно, обитатели планеты наблюдают за ними, используя скрытые датчики. Зачем рисковать людьми, если ту же работу может вполне успешно выполнить электроника. В надежде, что капитан пиратов не обнаружит их, Дэйл осторожно отвернулся от коммов, скрытых в блестящих рудных прожилках каменных стен тоннеля. У него еще теплилась смутная надежда, что его напарник жив. Во Флоте ходили слухи, что пираты питаются человечиной, и теперь Дэйл почувствовал приступ тошноты при одной только мысли об этом.
      Перед тем как опуститься в зияющую дыру, два пирата зажгли фонари, светившие тусклым красноватым светом. Дэйлу внезапно пришло в голову, что они будут их единственным источником света, и ему стало совсем плохо. Существо в красных ремнях дернуло за шнур, и он покорно поплелся следом. Внутри пещеры тишина, и только их шаги разносятся гулким эхом под высокими сводами. Дневной свет совсем исчез, едва они прошли несколько шагов, и только в тусклом свете фонарей качаются зловеще неясные тени. Дэйл нервно откашлялся – Хм-м! – и невольно вздрогнул, когда ему ответило эхо. Интересно, подумал он, а колонисты знают, что пираты уже в их подземном лабиринте? Дэйл глубоко вздохнул, он начал говорить. Если в радиусе слышимости окажется хоть одна живая душа, то передаваемая информация поможет колонистам. Да, наверняка поможет, если только пираты не разгадают его замысел и не заставят заткнуться.
 
      Лидер Морак расположился в темноте прямо у края первого эхо-кольца. Поблизости в нишах и коридорах сорок человек ждали появления хорьков. Он выбрал удобную позицию и теперь мог прослушивать сообщения из всех районов Дилана, даже самых удаленных. Для захватчиков сообщения, передаваемые по звуковому кольцу, казались слабым, едва различимым шорохом, если они находились от стены дальше, чем два-три метра. Морак надеялся, что за пределы первой дуги им не пробраться.
      Коридоры тянулись вдоль основного кольца, огибая сталагмиты и выходы твердых, пород, которые служили опорными балками, поддерживая стены и внутренние перегородки. В этой секции лабиринта находились только рабочие помещения и комнаты отдыха – здесь пиратам поживиться практически нечем. Все сколь-нибудь важное оборудование было заблаговременно убрано или хорошо спрятано. Морак отдал приказ перейти на вспомогательную систему управления вентиляцией и освещением, полностью отключив от системы обычные выключатели, и теперь пираты могли надеяться только на то освещение, которое принесли с собой. Воздух в лабиринте туннелей начинал быстро портиться – Мораку показалось в затхлом подземелье, что уже чувствуется запах монооксида.
      Все проходы из основного зала, находились под постоянным наблюдением – защитники надеялись, что им удастся заманить пиратов вглубь лабиринта – туда, где находились капканы, разные ловушки, и где можно устроить засаду. В крайнем случае Морак надеялся загнать их туда при помощи специальных отрядов-загонщиков. В нескольких местах поместили мощные взрывные заряды, и теперь палец Морака постоянно лежал на пульте дистанционного управления взрывателями. Его охватило ледяное спокойствие. У Морака был реальный шанс уничтожить всех противников одним ударом, и он был преисполнен решимости не упустить этот шанс. Именно он нес ответственность за жизни поселенцев, и ни один из вверенных ему людей не должен был попасть в лапы охотников за рабами. Он хотел нанести удар до того, как отряд пришельцев пересечет ближайшую глубокую трещину в полу. Эти дурацкие фонари давали обороняющимся возможность без труда перестрелять пиратов – если кому-то все же удалось бы избежать ловушки. И вот они уже возле ловушки…
      Стоп. Внезапно вспотевшая рука Морака замерла над кнопкой взрывателя в самый последний момент – среди звериного рыка пиратов ему послышался определенно человеческий голос. Неужели Отлинд? Нет, голос другой. Скорее всего, пираты захватили в плен доктора Дэйла. Неожиданно он услышал позвякивание металла. Проклятье, на него надели наручники. С тяжелым вздохом Морак поставил взрыватель на предохранитель – совесть не позволяла ему убить даже одного-единственного жителя Альянса. Тем более врача.
      – Что случилось. Лидер? – прошептал кто-то из темноты.
      – Флотский врач. Они схватили его. Подожди.
      – Ну и что? – произнес женский голос. – Он прекрасно понимал, куда направлялся. Мы просто обязаны защитить своих сограждан.
      Морак сделал нетерпеливый жест рукой, как будто обрубая ребром ладони всякие споры на эту тему.
      – У нас есть и другие возможности. Мы сможем уничтожить их, не убивая при этом граждан Альянса.
      – Ну что же, – недовольно сказала женщина. Она громко вздохнула, и звук отразился от гулких стен. Морак невольно вздрогнул, но потом сообразил, что халианцы все равно ничего не услышат. – Вы правы. У меня брат служит во Флоте. Надеюсь, что и к нему проявят человечность в подобной ситуации.
      Морак молча улыбнулся во тьме и прислушался к звукам, издаваемым приближающейся бандой пиратов. Он мог с абсолютной точностью определить их местонахождение даже сейчас, в полной темноте, только лишь по отголоскам шагов по каменному полу. Он на ощупь знал каждый миллиметр лабиринта – как, впрочем, и все колонисты. В этом теперь заключалось их главное преимущество перед быстрыми и более опытными в бою хорьками. Теперь Морак решил заманить их в засаду, дав доктору шанс выйти живым из этой переделки. Когда пиратский отряд подобрался поближе, он смог расслышать речь доктора Дэйла.
      – …и они ударят по вам с тыла, по всей вашей двадцатке. И из ваших шкур выйдет отличный коврик для кают-компании "Элизабет Блэквэлл", размером эдак пять на четыре… Возможно я сошью их в один кусок, не дожидаясь, пока вы издохните. Краснокожая окажется как раз на том месте, где я обычно занимаюсь зарядкой, так что я смогу каждый день топтать ее морду. И морды остальных девятнадцати тоже…
      Морак опять улыбнулся. Итак, двадцать. Беспорядочное бормотание врача дало ему два важных факта: во-первых, – теперь он знал, сколько в отряде пиратов; во-вторых – никто в отряде не понимает, что говорит врач, иначе они давно бы заткнули ему рот пулей. Он подумал, не случилось ли это раньше с Патриком Отлиндом – парень не отличался особой сдержанностью, а пираты заслужили репутацию скорых на расправу бандитов. Эти сведения означали, что с халианами справиться будет не так легко, как он поначалу надеялся. Воздух становился все тяжелее, и вскоре все они почувствуют первые признаки удушья. Оставалось лишь надеяться, что халианам тоже не сладко. На пульте управления сейчас принимали сообщение с грифом "Срочно". Все замерло, и Морак прислушался.
 
      Патрик Отлинд перебрался через быстрый поток, почти скрытый от глаз густой растительностью, стараясь ступать как можно тише и осторожнее. Просто удивительно, что ему удалось выбраться из разрушенного корабля и незамеченным уйти в лес под самым носом у пиратов; система пассивной защиты корабля смогла выдержать последний залп пиратских орудий, но корабль потерял управление и теперь вряд ли его удастся восстановить.
      Патрику нечем было особо гордиться. Если бы он проявил чуть большую сосредоточенность, то смог бы вовремя заметить вражеский корабль на экране радара и уйти от удара. Лишь бы с Дэйлом было все в порядке! Его драгоценная коробка с сывороткой так и осталась лежать под креслом второго пилота. В момент катастрофы доктор потерял сознание. Отлинд понимал, что пираты не оставят его подыхать, даже если и не сумеют привести в чувство – места в грузовом отсеке предостаточно, хоть в футбол играй. Возможно, они и в самом деле используют людей не только на тяжелых работах, но и в гастрономических целях.
      На кораблях хорьков подобного типа команда состояла из двадцати человек – плюс капитан. Устроившись у лесной опушки, Отлинд насчитал двадцать халианцев, цепочкой удалявшихся от корабля. С собой они вели доктора Дэйла со связанными за спиной руками. К несчастью для проклятых хорьков это означало, что охранять корабль остался только один. Теперь у Отлинда уже были определенные соображения, как действовать дальше.
      Корабль халианцев стоял посреди широкой поляны, как огромная пятерня, кончиками пальцев упираясь в землю. Отлинда привела в восторг стратегия пиратов – на такой местности они обладали неоспоримым превосходством. Никто не смог бы незаметно подкрасться к кораблю – на поляне только несколько чахлых деревьев. Между сезонами дождей Василиск превращался в засушливую пустыню, а сейчас именно такой сезон. Отлинд приник к земле на опушке и, приподняв голову, наблюдал, как охранник методично ходит вокруг корабля с тяжелым ружьем в руках. Это был первый живой хорек, которого Патрику довелось увидеть воочию. О лучшем он и помыслить не мог. Из всех рас, какие только существовали в Галактике, это была одна из самых отвратительных. Существо было примерно человеческого роста, с хорошо развитыми нижними конечностями. Оно было опоясано крест-накрест кожаными ремнями, почти невидными в пушистом меху, на портупее кобура и несколько острых клинков в ножнах. Последние имели скорее декоративное значение – в бою халианцы обычно полагались на свои острые зубы. Отлинд невольно прикоснулся к горлу и мысленно сказал себе, – если уж дело дойдет до рукопашной, ни в коем случае не позволять зверюге вцепиться в горло. Он вжался в землю и ползком, бесшумно стал продвигаться к кораблю. Халианец флегматично вышагивал вокруг корабля, осматривая окрестности. Полный круг он совершал примерно за две минуты и при этом на сорок пять секунд скрывался из поля зрения Отлинда за корпусом корабля. По его прикидкам, до корабля можно было добраться только за четыре броска, и в этом случае любая оплошность будет стоить ему жизни. Бежать к своему кораблю за тяжелым оружием было уже поздно; в его распоряжении имелось только небольшое игольчатое ружье, правда заряженное; нож с длинным лезвием да небольшой пакетик с солью. Игольчатых ружей у халианцев не было – такого уровня развития техники они еще не достигли. Отлинду очень нравилось его небольшое, компактное ружье. На любом расстоянии вплоть до тридцати метров оно практически без промаха поражало цель миниатюрными "суперпулями" с разрывным зарядом – детонатор срабатывал лишь в том случае, если пуля проникала в мягкое вещество, наподобие тканей человеческого тела. Те заряды, которые не попали в цель, просто падали на землю, хотя и могли оторвать руку любому, кто попытался бы поднять их с земли, предварительно не обезвредив. Отлинд видел однажды их в действии – как будто огромная плазменная пушка уничтожила половину бронетранспортера. Он допускал, что они пока что несовершенны, но они по-прежнему были очень удобны в бою на поверхности планет. Обязанные своим появлением толстым противоударным буферам кораблей – так называемому "мягкому слою", в дальнейшем они взяли на вооружение десантные части. Действовали они исключительно эффективно.
      Патрик предполагал незаметно подползти достаточно близко к кораблю и открыть огонь. Игольчатое ружье стреляло практически бесшумно, и даже на небольшом расстоянии звук выстрела можно было принять за порыв ветра. Отлинд полагал, что если действовать внезапно, ему удастся выстрелить второй раз, если первый выстрел не попадет в цель. Укрыться на поляне было практически негде, и он втайне надеялся, что уставший пират с гораздо большим вниманием будет следить за кромкой удаленного леса, чем за редкими пучками травы на поляне. Уткнувшись в жесткую траву, Отлинд вытащил из ножен кинжал и приготовился к первой перебежке.
      После четвертого броска он оказался достаточно близко к цели. Как "только часовой обогнул вертикально стоящий киль космического корабля, Отлинд быстро прицелился и выстрелил… и промахнулся – с громким звоном заряд ударился в стабилизатор. Пират завертелся волчком, дал длинную очередь в том направлении, откуда прилетела пуля. Отлинд вжался в траву и замер. Эта тварь двигалась невероятно быстро и не прошло и секунды, как он оказался прямо перед ним. Отлинд приготовился выстрелить, но хорек не дал ему этого шанса. Заметив легкое шевеление в траве, он ринулся во всю прыть. Отлинд успел только схватить кинжал и приготовиться встретить противника.
      Крепко сжав рукоятку, Патрик выставил длинный нож прямо перед собой. Пират оскалил зубы и ринулся в бой. Он яростно рычал, с клыков капала слюна. Как дикий зверь, халианец подбирался к горлу врага. Они сцепились и покатились по траве. Патрик подмял хорька – тот оказался неожиданно легким, – придавил коленом к земле и всадил нож в дергающееся тело. Хорек всеми четырьмя лапами брыкался и царапался, но когти бессильно соскальзывали с гладкого полетного костюма, но ему все-таки удалось расцарапать Отлинду шею. Резко оттолкнув пирата, он нанес еще один удар кинжалом.
      Удар ножа пришелся в грудь. Лезвие попало в ремень и легко разорвало его. Халианец зашипел, с ненавистью глядя в глаза Отлинду, и резко перевернулся, уперевшись задними лапами в землю. Изловчившись, он отшвырнул Отлинда, и тот рухнул на колени. В тот же миг халианец оказался на нем и схватил за шею, явно намереваясь впиться зубами в вену. Отленд попытался закрыться от противника; пригнул голову, сгруппировался, заученным движением перебросил хорька через себя и оказался сверху. Игольчатое ружье выскользнуло из кобуры и откатилось далеко в траву. Улучив удобный момент, он полоснул ножом по морде хорька, и коричневая шкура окрасилась кровью. Пронзительно заверещав, зверь попытался пустить в ход острые клыки, но в последний момент Отлинд чудом сумел увернуться и нанес противнику сокрушительный удар под ребра. Они катались по траве, и поединок проходил с переменным успехом. Пират получил уже три раны и заметно ослабел.
      Но и силы Отлинда почти иссякали. Рваные раны на груди нестерпимо болели. Они были не очень глубокими, но в них попала грязь и песок. Перебросив нож в другую руку, он вытер ладонь об штанину, не сводя глаз с хорька.
      Они продолжали настороженно кружить на одном месте. Халианец был вооружен, несомненно, лучше, но Отлинд уже понял, что у него преимущество в силе. Пират это тоже знал и старался держаться в отдалении, выжидая.
      Скосив глаза, Отлинд заметил метрах в пяти свое игольчатое ружье. Чтобы добраться до него, нужно было на долю секунды повернуться к противнику спиной – на такой риск он пойти не мог. Оставалось полагаться только на то оружие, которое было у него в руках. Воспользовавшись замешательством противника, хорек прыгнул.
      Отлинд мгновенно отскочил назад, и челюсти лязгнули в полудюйме от его носа. И вновь они стали медленно кружить, не отводя глаз от противника.
      – Некогда мне возиться с тобой, – прорычал Патрик.
      – Хррр-а-а-а! – злобно прошипел халианец. Отлинд повредил ему глаз; раздувшееся веко закрылось и налилось кровью. Теперь пиратом двигало только одно – безумная жажда убийства. Даже шерсть на морде встала дыбом от бурлящей ненависти к врагу. Да, битву пора заканчивать – ведь нужно еще попасть в подземелье и разыскать Дэйла. И собственную семью.
      – Да и твою тоже, – добавил он вслух. Пират, почувствовав насмешку, оскалился. – Замечательно. Какие зубы! Ах! Небось чистишь их каждый раз после еды, а?
      Внезапно он разгадал маневр халианца. Тот постепенно оттеснял его к кораблю; если бы Отлинда зажали между пиратом и огромной пластиной стабилизатора, исход последнего акта сей драмы можно было бы предсказать без труда. Встретившись взглядом с пиратом, он спокойно посмотрел в его глаза, глаза дикого зверя. Он медленно засунул свободную руку в карман и вытащил упаковку соли.
      Коробочка легла на ладони, и крышка слетела негромко щелкнув от легкого нажатия пальца. До этого такой трюк Отлинду довелось проделать лишь однажды – во время драки в баре. И тогда, как и теперь, он пытался выиграть время, – время которое дает шанс на спасение. Услышав щелчок, пират непроизвольно взглянул на его руку; только этого Отлинд и ждал. Все содержимое коробочки полетело пирату в лицо.
      – Ай-а-а-а!!! – взвыл он от боли, прижав обе лапы к поврежденному глазу, который начал кровоточить. Отлинд почуял запах крови, столь отличный от терпкого аромата степных трав, которым был наполнен воздух. Медлить нельзя и Отлинд бросился на противника, зажмурившись для безопасности. Пират вяло сопротивлялся, но исход битвы был уже предрешен. Пилот вонзил свой кинжал в поверженного врага раз, другой, третий… Враг захрипел, и вскоре все было кончено. Отлинд устало соскользнул с мертвого тела на землю.
      Сделав несколько глубоких вдохов, Отлинд заставил себя подняться и двинулся вперед. Теперь нельзя терять ни секунды. Раны на груди уже перестали кровоточить, и он насухо вытер их обшлагом. Если вовремя применить антибиотики и антисептики, то через несколько дней он будет в норме. И он направился к своему кораблю. Короткий визит на оружейный склад ФС-2814 за парой плазменных картриджей и необходимыми приспособлениями, столь же короткий визит под корабль пиратов – и теперь он был уверен, что пиратам не удастся уйти далеко от поверхности планеты. Если даже кто-то из них сможет вернуться к своему кораблю.
      – Так-то лучше. Господь с вами! – насмешливо сказал Отлинд, быстро соединяя последние контакты. Резак выскользнул из побелевших скрюченных пальцев. Он удивленно поднял его с земли и остановился, чтобы дать короткий отдых рукам. Его даже несколько удивила собственная злость. Он сжал орудие труда столь крепко, что на коже остались глубокие борозды. Руки мелко подергивались, и он не мог унять нервную дрожь. Ему не раз приходилось проделывать подобные процедуры на демонстрационных устройствах, но теперь с особой тщательностью и удовлетворением устанавливал он первую настоящую мину-ловушку. Тело убитого пирата он оттащил в заросли кустарника неподалеку и оставил на съедение шакалам Василиска.
      Он был оскорблен до глубины души. Нет, это просто немыслимо, эти отвратительные грызуны-мутанты здесь, среди столь любимых им с детства пейзажей. Да и пришли они только для того, чтобы захватить в плен его родственников и друзей, а затем обратить в рабство, а может просто съесть. Когда датчики ФС-2814 указали на присутствие халианцев, он воспринимал это поначалу как кошмарный сон. И, как в ночном кошмаре, он не успел ничего предпринять, а их уже атаковали. Взрыв мины-ловушки поставит точку в сценарии этого кошмара, и это будет достойная месть за поруганную честь его планеты. Даже если пираты и обнаружат мину, обезвредить ее им все равно не удастся.
      Так, бомба была на месте, а теперь пора подумать и о докторе. Все было бы гораздо проще, если бы ему предстояло всего лишь настигнуть пиратов и уничтожить их, ни о чем больше не заботясь. Теперь же стоящая перед ним задача гораздо труднее: ведь они с доктором Дэйлом стали настоящими друзьями. Что бы ни случилось в подземелье, доктор должен остаться в живых. Если только он все еще жив…
      У входа в подземный лабиринт Поселения Дилан никакой охраны не было – поселенцы полностью полагались на электронные охранные системы. После полутора лет, проведенных в далеком космосе, Отлинду было не так-то легко припомнить стандартные процедуры по борьбе с захватчиками.
      Не было ничего удивительного в том, что обитателям Василиска не приходилось раньше заботиться о пиратских набегах халианцев. За прошедшие десятки лет они уже не раз предпринимали набеги на эту систему, а следующая за Василиском планета этой же системы 7С-Е была даже захвачена ими. Своей долгой безопасности Василиск, без сомнения, был обязан отвратительному климату с непрерывными штормами, и бдительность поселенцев несколько притупилась. Отлинд был уверен, что наземные системы обороны вполне могли защитить планету от двух десятков пиратов, если уж они без труда отражали нападения многих сотен пиратов Альянса, периодически совершавших набеги за добычей. Ведь при уменьшении грузооборота возрастала ценность товаров. Лидер Морак и остальное руководство отныне были заинтересованы, чтобы их грузы доходили в пункт назначения в целости и сохранности.
      На основном уровне света не было, что и не удивительно. Отлинд тихо прокрался внутрь, стараясь ступать беззвучно по гулким каменным плитам. Он пожалел, что должен обходиться без света: ему очень хотелось бы после долгого отсутствия увидеть свой дом, в мерцающем свете жемчужно-белых и янтарно-медовых светильников, среди сталактитов и сталагмитов; и шершавую мебель в огромных каменных залах, казалось вырубленную из того же камня; и светящиеся подземные ручейки, струящиеся под прозрачными плитами пола. Но он сразу узнал запах природных минералов; в атмосфере, пропитанной их ароматом, он прожил всю свою жизнь, не считая пяти последних лет. Он полной грудью вдохнул знакомый воздух пещеры, пытаясь насытиться хотя бы этим воспоминанием детства. Нагнувшись, он на цыпочках подбежал к стене связи и выбил на ней секретный код Флота, надеясь что пираты примут дробный перестук за слабое стаккато падающих капель воды. Он идентифицировал себя, определил местоположение и затребовал всю информацию о нарушителях и о докторе Дэйле.
      Еще через несколько секунд он получил ответ. Опознан. Находится здесь. Помогает проводить операцию. Морак. Двигаясь вдоль края искривленной стены, по знакомым до боли коридорам, он приближался к поселенцам, которые уже поджидали его.
 
      Дэйла тащили на веревке, наручники натирали запястья, и он с трудом переставлял ноги. Конвоирша резко дергала за веревку, принуждая его идти вперед и при каждом рывке он чуть не падал.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21