Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Вкусно! Кулинарные путешествия со знатоком

ModernLib.Net / Кулинария / Бурда Борис / Вкусно! Кулинарные путешествия со знатоком - Чтение (стр. 9)
Автор: Бурда Борис
Жанр: Кулинария

 

 


Вот и стало ясно, о каком городе идет речь. Флоренция – город Леонардо, Микеланджело, Рафаэля и Донателло, причем не о черепашках-нинд-зя речь, были и такие люди – надо бы напомнить об этом поколению зрителей мультсериалов. Город Данте и Галилея, правда, немилостивый к своим великим гражданам. Еще в XIX веке могила Галилея находилась за городской чертой и на городское кладбище прах «сильно заподозренного в ереси» переносить и не думали, а могила Данте до сих пор в Равенне, и отдавать его прах в родной город, который изгнал его и только чудом не прикончил, равеннцы не собираются. Впрочем, нам ли кого-то ругать за жестокость к великим землякам? Во всяком случае, не Флоренцию – город, где начиналось Возрождение. Обычно люди, одаренные в искусстве, и в кулинарии не менее талантливы, так что флорентийская кухня должна вызывать у нас живейший интерес. Вот давайте и приготовим киш по-флорентийски!
      Кишмиш, как известно, это изюм, но просто киш, без миша – не фрукт вообще. Это, как бы попроще объяснить, пицца без томата, которую заливают смесью из яиц и молочных продуктов – молока или сметаны. Блюдо несложное и сытное, но в то же время вполне деликатесное. Нам больше известен киш по-лотарингски (в нашем общепите его чаще называют на французский манер «киш лоррен», действительно, красиво звучит), который часто готовила супругу на ужин мадам Мегрэ. Можно готовить киш и так и этак, из-за рецепта киша флорентийцы с лотарингцами не передерутся. Поумнели с тех пор, как воевали, почитай, все раннее Средневековье с соседней Сиеной. До того докатились, что тараканов в Сиене называли исключительно флорентийцами, а во Флоренции – сиенцами. Впрочем, бедных прямокрылых везде не жалуют и вечно называют именем
      нелюбимого соседа – в Баварии они швабы, в Савойе – итальянцы (не флорентийцы и не сиенцы, а итальянцы вообще), в Испании – португальцы, в Пруссии – конечно же, русские, на что мы им отвечаем совершенно аналогично. А что до вражды Сиены и Флоренции, то сиенцам есть что пожалеть – коварные флорентийцы хитростью оттяпали у них ббльшую часть знаменитой долины Кьянти, дающей замечательные вина. Эту спорную территорию города-соперники решили поделить по-честному – пусть, мол, из каждого города-спорщика с утренним криком петуха выедет по всаднику, пусть скачут навстречу друг другу во весь опор, и там, где они встретятся, там пусть и проходит граница. Вроде все нормально, ан нет – хитрющие флорентийцы показали глубокой ночью местному петуху горящую свечку, и в результате он запел ни свет ни заря, оставив не столь сообразительных сиенцев без большей части плодородной долины. В память об этой истории на этикетках вин «Кьянти» до сих пор рисуют петуха.
       Для начала смазываем небольшой противень маслом и выкладываем на его дно немного, граммов 200, сдобного теста. Это – основа киша.Всюду важна хорошая основа, а во Флоренции с этим все в порядке. Солдаты Цезаря не были первопоселенцами этих мест – еще до них на берегах Арно было поселение этрусков, так что флорентийцы, возможно, и не особенно преувеличивают, говоря, что история их города насчитывала более трех тысяч лет, когда к власти там пришли Медичи. А кто были Медичи – графы, герцоги, бароны? Ни те, ни другие, ни третьи. Во Флоренции правили простолюдины. Они покорили аристократов, отбросили их на вторые роли и добились того, что жесточайшим наказанием считалось записывание человека в аристократы, гранды – ведь этим он лишался всех гражданских прав. Когда чванливый Мирабо распространялся о чистоте своего дворянского рода, он с гордостью говорил: «В моей семье был один-единственный мезальянс – и это Медичи!» Да, Екатерина Медичи, как известно, вышла замуж за французского короля Генриха II, заодно привезя на свадьбу несколько сот итальянских поваров, которые преобразили кухню грубых франков, заложив основы ее нынешней славы (только французам об этом не говорите, если только обругают – легко отделаетесь). А почему же король женился на простолюдинке, хотя и дочери властителя? Дело, конечно, было в деньгах – Флоренцию сравнивали с Нью-Йорком нашего времени. Флорентийские банкиры давали деньги в долг английским и французским королям. Правда, те не всегда расплачивались деньгами, иногда отделывались титулами. А золотая монета флорин, получившая название не то от города Флоренции, не то от цветка, по-итальянски «фьоре», стала долларом Средневековья, вытеснив из оборота свободно конвертируемую валюту конца первого тысячелетия – арабский дирхем.
       Теперь натрем сыр на крупной терке, граммов 150, и аккуратненько посыплем им тесто. Разбросайте по тесту ровным слоем,примерно так же, как в Средневековье разбрасывали орешки и сласти перед дверью комнаты, в которую после свадьбы удалялись новобрачные. Зачем продукты переводили? Да чтоб никто не подкрался под дверь подглядывать и подслушивать – пройти по сластям и орешкам бесшумно есть дело совершенно нереальное. Изобретательный город Флоренция – чего здесь только не выдумывали! Скорее всего, именно здесь, а не в Бергамо, как ошибочно считал Рабле, изобрели одну из оригинальнейших технологических новинок Средневековья – не зря же ее называли тогда «флорентийский прибор». Хорошее название, простое и точное, согласитесь, что более распространенная торговая марка, под которой этот шедевр изобретательности и садизма поступал в продажу, «пояс верности» и уж тем паче «пояс целомудрия», все-таки смахивает на издевательство. Впрочем, именно во Флоренции от этого изобретения польза была минимальная, ибо хитроумие флорентийской молодежи явно не позволило бы ей спасовать перед такой элементарнейшей задачкой, как ключик подобрать или что еще, о чем в кулинарной книжке и писать негоже. Кто не верит – перечитайте рассказики семи флорентийских дев и трех вьюношей, кои они друг другу поведали во время страшного чумного поветрия, дабы укрепить свой дух в сопротивлении заразе, собранные в книжице,
      «Декамерон» именуемой. Кстати, записавший их повествования мессир Джованни Бокаччо – тоже флорентиец!
       А сверху выложим горсточку морского коктейля или упаковку крабовых палочек- Флоренция не на Средиземном море стоит, но сколько там до моря от любой точки Италии? Разрежьте их, но не на очень мелкие куски, разбрасывайте не как попало, а в красивом художественном беспорядке,ничего другого в флорентийском блюде и представить нельзя. Ведь во Флоренции искусство проникает даже туда, где ему, казалось бы, ужиться трудно – в государственные канцелярии. Только Козимо Медичи возвел здания для десяти государственных магистратур, а тут, как нарочно, папа Пий V решил, что двадцать шесть античных статуй, как явный осколок язычества, в Ватикане хранить негоже. Зато на третьем этаже новопостроенных канцелярий место для них нашлось. Так с тех пор из наименования знаменитой флорентийской галереи Уффици торчит краешек далекого от искусства слова «офис».
       А тем временем поджарим на сковородке две луковицы, нарезанные соломкой. Как обжарятся, бросим туда два пучка шпината. Можно взять просто полбанки консервированного шпината. А нет шпината – возьмите любую зелень: хоть щавель, хоть зеленый лук, но тогда обязательно обжарьте.Стоит потрудиться – блюдо получится царское. Во Флоренции не было царей, ее правители носили более скромные титулы – скажем, «защитник справедливости»… Очень интересную штуку придумали флорентийцы, чтоб властитель не начал продвигать родню и хороших знакомых по школе, – подестат. Согласно этой системе, городом правил, как понятно из ее названия, подеста, а был он (в том-то и фокус!) непременно чужестранным рыцарем старше 30 лет – все, больше никаких ограничений, а родня-то у него от города далеко и на посты претендовать не может… Любопытно, насколько это может работать сейчас – вот взять бы нам да нанять за большие деньги в середине 80-х Защитником Справедливости по СССР безработную на тот момент Маргарет Тэтчер или, пуще того, перекупить у Испании за это самое золото партии – все больше толку было бы – короля Хуана Карлоса, у него руководство тамошнего ГКЧП как раз только что из тюрьмы повыходило, тридцать лет прошло, интересно могло бы получиться… Кстати, о королях! Вспомнил: был у Флоренции король! Причем не кто иной, как Иисус Христос – именно его объявил королем Джироламо Савано-рола, фанатичный монах, считавший, что для спасения души флорентийцы должны уничтожить все шедевры искусства, которым теперь поклоняется весь мир, заставлявший детей шпионить за родителями, сначала вознесенный уставшим от роскоши флорентийским народом к рычагам государственной машины, а потом тем же народом, быстро увидевшим, что от такого спасения души больно уж душе тошно, свергнутый и отданный на пытки и мучительную смерть. Прав был мэтр Монтескье – «Народ либо слишком тороплив, либо слишком медлителен. Иногда он тысячеруким исполином опрокидывает все вверх дном, иногда ползет тысяченогой гусеницей».
       Возьмите немножко специй – чуточку перчику, посолить сами догадаетесь, немного толченого тмина и полложечки карри. Перемешайте лук, шпинат и специи и уложите морепродукты.Видите, как все тщательно расписано- как медицинский рецепт. Неудивительно для города, которым триста лет повелевал именно род Медичи, у которого даже в гербе находилось шесть шариков – palle, и большинство считало их именно пилюлями. Не помогала даже легенда, на которую всегда ссылались сами Медичи, утверждающая, что это шесть капель крови ужасного великана, которого основатель рода прямо у ворот родного города храбро истребил. Откуда в центре Италии появились ужасные великаны и почему всей крови у них хватило только на шесть капель – такая же загадка, как имя хотя бы одного врача или аптекаря среди предков Медичи: ни о том, ни о другом ни одна душа представления не имеет. Но каких людей дал этот род – сейчас таких не делают! Великий Козимо Старший, получивший от сограждан римский титул Отца Отечества, который, будучи в начале восхождения к власти, заключен в тюрьму, три дня не ест, опасаясь яда, – не зря, потому что его противники Альбицци действительно решились его отравить, и в то же время напрасно, потому что благородный тюремщик, рискуя жизнью, травить его не стал. Знаменитый Козимо Первый, в честь которого Галилей назвал не что иное, как четыре самых крупных спутника Юпитера – первые спутники планет, исключая Луну, увиденные человеком. И конечно же, Лоренцо Маньифико – Лоренцо Великолепный, умный политик, щедрый меценат, великолепный торговец, властный автократ, коварный интриган и талантливый поэт, песни которого и сейчас поют в итальянских деревнях, не всегда зная, кто же автор слов. Эх, были ж люди! Скажите сами, разве реально, чтобкакой-то современный властитель так взбесил Папу Римского, чтоб тот назначил в его столице архиепископа и послал со специальной миссией не просто кардинала, а своего родного племянника, чтоб подготовить его убийство? Мечтать не приходится – а Медичи как-то добился! Да еще чтоб заговорщики убили только его любимого брата, а сам Лоренцо смог отбиться и спастись, после чего заговорщиков прямо на площади чуть ли не голыми руками возмущенный народ разорвал на кусочки, а собственного архиепископа повесил прямо в окне Синьории, как елочную игрушку, – согласитесь, сейчас о таком не договориться ни за какие деньги. «Да, были люди в наше время, не то, что нынешнее племя…»
       А теперь – главный момент для киша. Возьмем сразу четыре яйца и чашку молока и собьем их в омлетную смесь. А теперь зальем киш этой смесью и поставим его в духовку на средний огонь минут на 45, как определить точней, расскажу чуть позже.Вовсе не потому, что флорентийцы были слабы по части точных наук – финансистам без науки никуда, причем увлечь себя в абстрактные дали они не дают, а работают с научными понятиями строго рационально. Именно флорентийцы были пионерами введения в итальянский обиход неизвестных ранее в Европе арабских цифр. Но они же еще в 1299 году первыми забили тревогу, заметив, что их чрезвычайно легко исказить – скажем, дорисовал нулю хвостик, и он уже девятка, какой же нормальный коммерсант допустит такое? Решение проблемы было простым, изящным и настолько удачным, что дожило и до наших дней. Когда в кассе вы пишете в расходном ордере сумму прописью – знайте, вы используете ноу-хау средневековых флорентийских менял!
       А для окончательной проверки, готово ли, воткните в киш ножик – он должен быть сухим.Простая проверка, но дающая всегда отменный результат, так же как проверка, придуманная великим Бруннелески, когда он возвел купол великолепного флорентийского собора, а внизу замуровал бронзовое зеркальце. Только в день летнего солнцестояния луч солнца попадает на зеркальце. Не попадет – значит, собор осел, сдвинулся, покосился и ему угрожает судьба его великой соседки – Пизанской башни. Не правда ли, здорово придумано? Кстати, роскошный фонарь на вершине купола собора Бруннелески возвел сам – ни один каменщик не взялся, поскольку все были уверены, что затейливое украшение непременно рухнет еще недостроенным прямо на голову тому, кто попытается его соорудить. Зря они так – ведь Бруннелески был первым в мире обладателем патента на свое изобретение, корабельный поворотный кран, выданным флорентийской Синьорией. Правда, чья заслуга больше: изобретателя или чиновников, понявших, что его права полезнее защитить для своего же блага, – вопрос спорный…
       А теперь, когда киш испекся, посыпьте его небольшим количеством сыра, припеките его грилем 5 минут или поставьте в духовку на 10, чтобы сыр расплавился. И он готов.Блюдо еще и фантастически красивое – впрочем, Флоренция издавна славилась своими красавицами и была чуть ли не первой в Европе столицей секс-туризма. Прекрасные флорентийки услаждали туристов в специальных заведениях, принадлежавших городу. Стоило это от четырех до восьми флоринов, а их скромные коллеги, работающие в тавернах и банях, брали от одного до трех флоринов. Хороший ткач в то время зарабатывал ежедневно примерно шесть флоринов и мог иногда себе позволить такой сервис – разумеется, не дорогих флорентиек, которые получали от каждого клиента от пятидесяти до ста флоринов. Судя по ряду сведений, этот бизнес во Флоренции не угас. Красиво во Флоренции было все, даже костюмы. Драгоценная флорентийская парча была так дорога, что порой стоимость праздничного костюма равнялась стоимости целого дворца. Праздничным был и флорентийский стол. Достаточно сказать, что жареных павлинов перестали включать в меню только лет двести назад. То ли потому, что павлины перевелись, то ли потому, что нашли что-нибудь получше. А на столах столицы итальянского Возрождения иногда стояли мясо и рыба, украшенные драгоценными камнями. И эти камни вместе с хлебным мякишем, костями от фазана флорентийские богачи бросали за корсаж знатных дам. Развлечение, как вы понимаете, состояло не в самом бросании, а в вынимании брошенных предметов.
       Итак, вытащим киш по-флорентийски и поставим его на стол.Действительно, фантастически красиво. И это тоже во флорентийских традициях. Ведь именно во Флоренции великий Стендаль описал новое заболевание. Находясь во флорентийской церкви Санта-Кроче, от увиденной красоты бедный Стендаль впал в состояние легкого помешательства и не сразу пришел в себя. С тех пор флорентийские медики знают синдром Стендаля, и до сих пор в больницах города есть специальные отделения для этих несчастных (несчастных ли?) больных. Особенно подвержены этому синдрому японские туристы. Впрочем, страдания от этой болезни
      невелики, а излечение, к сожалению, очень быстрое. Как только турист вспоминает, что ему нужно уезжать из этого прекрасного города домой, он немедленно выздоравливает. А нам прекрасной памятью об этом городе останется хотя бы киш по-флорентийски. Великолепное блюдо, простое, недорогое, но очень торжественное и красивое. Попробуйте – и приятного всем аппетита!
      Ингредиенты
      200 г теста, 200 г сыра, пакет крабовых палочек или морского коктейля, 2 луковицы, банка консервированного шпината (или 2 пучка свежего), 4 яйца, чашка молока, соль, перец, тмин, карри.

ОССИ-БУККИ
 
Милан

      Попробую-ка я познакомить вас с блюдом, которое вошло в мой кулинарный репертуар практически сразу. Причина простая: мой сын, попробовав это блюдо, заявил, что хочет еще. Правда, происходит это с регулярностью, которая меня несколько раздражает, но это только первое впечатление – кто же не радуется хорошему аппетиту собственного ребенка? Попробуйте приготовить – возможно, это блюдо понравится и вашим детям, особенно если они, как мой, сейчас как раз в процессе роста. Блюдо сытное, вкусное даже для взрослых – пробовал сам – и является одним из парадных блюд известной всем только с хорошей стороны итальянскойкухни. Впрочем, сказать «итальянская кухня» – это практически ничего не сказать, ведь итальянская кухня совсем как русская земля при Рюрике – велика и обильна, только порядка в ней нет, ибо слишком различаются кухни различных исторических областей Римской империи. Так что следует указать, что это блюдо представляет конкретную кухню Милана, второго города Италии, в некоторых вопросах (экономика, искусство, мода) – скорее первого, и в кулинарии уж точно не последнего. Готовим осси-букки!
       Вообще говоря, в классическом варианте для осси-букки берутся куски телячьей задней ноги – лучше этакий мясистый круг, который уляжется только на очень большую сковородку. И какой бы кусок ни был, в нем должна быть мозговая кость или хотя бы дырка от кости. Осси-букки, собственно говоря, и значит «мозговая кость», а если уж быть совсем точным – дырка от этой кости. Вообще, кроме телячьей голяшки и рульки пойдет любой плоский кусок от говяжьей задней ноги толщиной чуть больше пальца.Чем он больше, тем лучше, хоть на всю сковородку величиной, на порции поделите потом. Кусочек получается эффектный, зато достойный древнего города с почетным именем Медолиан, то есть Срединный, – подумать только, весь Китай кличет себя Чжун-го, то есть Срединное государство, а тут всего один город! Не такой, наверное, плохой… Кстати, с 286 по 403 год именно Медолиан был столицей всей Римской империи и получил прозвище – дрожите, славянофилы! – Второй Рим. Так что Византий-Константинополь, выходит, не Второй Рим, а уже Третий, и знаменитые слова старца Филофея «четвертому же не быти» именно к Москве и относятся. Или фиксируют для потомков уровень знания истории старцем Филофеем, и этот уровень любой запечный таракан перешагнет, не перепрыгивая…
       Достанем из холодильника подготовленный кусочек мяса, чуточку его отобьем и бросим осси-букки на раскаленную сковородку и хорошенько подрумяним. Как только немного подсохнет, бросаем туда же лук. Лука желательно много, на хороший кусок со сковородку величиной – три луковицы, никак не меньше.Выглядит красиво и вкусно, несмотря на то что первое мое знакомство с этим блюдом – чисто по литературе, по книге очень уважаемого мной Вильяма Васильевича Похлебкина – произвело не очень хорошее впечатление. Он как-то сквозь зубы писал: «Именно обычность, лишенность национальных особенностей и стандартность вкуса наряду с быстрой готовностьюпозволило включить это блюдо в международное ресторанное меню как беспроигрышное по вкусу и дорогое по отпускной цене». Читаешь и думаешь: кошмар! Стандартное, обычное, дорогое! И сразу ясно, что-то здесь не так: если стандартное, обычное – как его продать в качестве дорогого? Тем паче что и дороговизна его преувеличена. Сейчас вы увидите, как это просто. Справились бы не только утонченные римляне времени упадка (к сожалению, при упадке-то жизнью наслаждаются не в пример искусней, чем при расцвете), но и дикие лангобарды, захватившие Милан и сделавшие его своей столицей. Как это часто бывает, длиннобородые варвары (лангобард и значит «длиннобородый», не народ, а старый анекдот какой-то!), подчинившие культурный народ, вскоре сами усвоили его язык, а потом и вовсе забросили копья да доспехи куда подальше и стали чуть ли не главными финансистами Европы, успешно конкурируя с евреями, а кое в чем их и опередив – судя по всему, именно они придумали ссудные кассы, где желающие получить ссуды могли это сделать под проценты при условии предоставления в залог ценного движимого имущества. В итоге эти кассы и стали называться ломбардами – как происходящие из Ломбардии, земли лангобардов, столицей которой как раз и был Милан.
      Видите, как поджаривается мясо и меняет цвет – это уже не красное мясо, а розовое. Розовое, как мрамор, из которого построен миланский Домский собор. Строили его с 1386 по 1858 год – почти пятьсот лет. Красивый собор, достойное украшение города, давшего миру одного из четырех великих «отцов церкви» – архиепископа Амвросия Медолианского, человека невероятной по тем временам учености. Некий молодой теолог, глядя на него, чуть с ума не сошел от удивления – Амвросий на его глазах читал про себя, не произнося ни слова вслух! Легко было все-таки в те далекие времена казаться ученым человеком… А на макушке собора стоит статуя Мадонны, которую миланцы ласково называют Мадоньи-на – «Мадонночка». Они ей очень благодарны, поскольку, согласно преданию, Мадонна избавила их от проклятия: до постройки собора – так гласит легенда – у миланцев рождались одни только дочери. Стоны женщин, оставшихся без мужчин, не поддавались описанию, и они разжалобили Мадонну, которая наконец сняла с города проклятие, и прекрасные миланские женщины потеряли необходимость привораживать чужестранцев. Это уже более поздние времена, времена Миланского герцогства и его владык, народа крайне жестокого и свирепого – что о Висконти речь, что о Сфорца. Это в наше скучное время законный потомок герцогов Висконти по имени Лукино может вместо настоятельно необходимого величию его рода захвата соседней Вероны снимать всякие киношки вроде «Гибели богов» да «Рокко и его братья» – измельчал старинный род просто до неприличия!
       Пряности, используемые в этом блюде, очень скромны – строго говоря, необходимы только соль и перец. Посыплем кусочек солью и перцем – это ему не помешает, вот он уже почти что поджарился, и настало время приступить к следующему этапу. Главное отличие осси-букки в том, что мясо тушится вместе с мелко нарубленными помидорами, и их довольно много. Вот, на большой килограммовый кусок четыре помидорки вынь да положь. Рубим их мелко, и вот сейчас, когда все уже поджарится, бросим на сковородку. Если нет свежих – домашние помидорки в собственном соку подойдут как нельзя лучше. Да и фабричные томаты в собственном соку вполне можно вывалить на сковороду прямо из банки.Только порубите сначала, чтоб не укатились, – мячи, например, в Милане гоняют так, что куда уж прочим… Футболисты миланской команды выделялись среди иных итальянских клубов издавна – скажем, тем, что принципиально не давали места на поле иностранцам. Не все миланские футболисты были с этим согласны, и 9 марта 1903 года часть из них решила отколоться, чтобы создать клуб с совершенно космополитическими принципами – где, мол, хорошего игрока увидим, оттуда и пригласим. Так новый клуб и назвали – «Club Internazionale Calcistico», «Интернациональный клуб кожаного мяча». Сейчас это длинное название всем произносить лень и оно сокращается до «Интернационале» или даже просто «Интер» – в торопливое время живем, однако… С цветом формы для нового клуба долго не задумывались – красно-черный «Милан» помог сделать выбор, причем весьма нетривиальным путем. Миланских тиффози настолько возмутила коварная измена их принципам, что они просто поймали раскольников после первой же тренировки и преизрядно начистили им фэйсы. А те заявили, что этими синяками будут гордиться – ведь за идею страдали! – и ввели цвет этих синяков в свои черно-синие формы. Теперь, с высоты пройденного пути, можно смело сказать, что «Интер» был прав и «Милан» свою неправоту признал. Думаю, что киевляне согласятся с этим наиболее прочувствованным образом, особенно после злой шутки одного из комментаторов НТВ на тему особо неудачного выступления киевского «Динамо» в еврокубках – мол, киевлян могло бы спасти только чудо, но чудо уже который год играет в «Милане». В общем, не поспоришь – как еще Андрея Шевченко назвать? Во всяком случае, российская сборная возражать не посмеет… Вот все и прогрелось малость.Все как в жизни города: одно здание сменяет другое, как здесь одно состояние блюда сменяется другим. Ведь и миланцы расстались когда-то со своей древней церковью «Санта-Мария на лестнице», идущей от античных времен. На ее месте архитектор Пьер Марини выстроил театр, который так и прозвали – «Театр на лестнице», театр «Ла Скала», гордость Милана и всего мира. Оправдались слова тогдашней владетельницы Милана, императрицы Марии-Терезии – новый театр «затмил все ему подобные». Великолепие спектаклей «Ла Скала» известно даже тем, кто их не слышал. Мне довелось – я еще помню телетрансляции спектаклей и концертов «Ла Скала» по телевидению в 1964 году и прямую трансляцию «Севильского цирюльника», где великий Николай Гяуров исполнил арию «Клевета» и стоял неподвижно двадцать минут, пока взбешенные московские театралы аплодировали изо всех сил. В театре «Ла Скала» никогда не бисируют, а они даже этого не знали.
       Зальем сковородку кипятком и бросим туда помидоры.Я скажу чудовищную вещь, но это правда – уже практически все.Все остальное – тонкие нюансы, которые делают блюдо изящным и приятным. Но вообще говоря, уже очень вкусно: мясо, помидоры и лук. Поджарил с луком, потушил с рублеными помидорами – пальчики оближешь. Но давайте я вам все-таки расскажу, что еще добавлять в осси-букки, чтобы еда была изящной, как «Ла Скала». Как при такой труппе, участие в которой считают великой честью лучшие голоса мира, унизиться до того, чтоб содержать еще и клаку- наемных подставных зрителей, которым платят за то, чтоб они устраивали овации (но и освистать конкурента за деньги они могут не хуже), я просто не понимаю, но от правды деваться некуда. Говорят, что стать клакером непросто и не каждому доступно – требуется сразу два анатомических отклонения: широкие ладони и полное отсутствие музыкального слуха. Ладони нужны, чтобы было легче хлопать, а немузыкальность – чтобы труженик этого почтенного цеха не забылся и не начал хлопать тому, кто не заплатил и по-настоящему нравится. Говорят, что был единственный случай, когда клака не справилась с оплаченным заданием – не смогла освистать Шаляпина в опере Бойто «Мефистофель». Некоторые, очевидно, просто побоялись, что обычная публика спектакля, которой в театре все же больше, чем клаки (иначе это потеряло бы экономический смысл), просто разорвала бы пытающихся освистать такой голос на мелкие кусочки, ибо музыкальности у итальянцев не меньше, чем темперамента. А кому-то, может быть, и стыдно стало, и с этим предрассудком решили покончить, отбирая в клакеры только людей менее музыкальных, чем президент США Улисс Грант, который клялся, что может различить только две мелодии, причем первая называется «Янки Дудль», а вторая – «Не Янки Дудль». Если вы понимаете в кулинарии больше, чем президент Грант в музыке, бросьте в подливку нарезанную кружочками морковку, нарезанный кубиками сельдерей и небольшой кусочек лимонной корки – потом вы его выудите. Можно этого не делать, предупреждаю, но с этим изящней и необыкновенней.
      Блюдо действительно ресторанное, распространенное во всем мире, а это не бывает, если блюдо невкусно. И «Ла Скала» не прославился бы так, если бы это был просто хороший театр. Ничего не дается даром, и опера, которая ставится в «Ла Скала», выбирается за два года вперед, исключений нет. Режиссер начинает работать за год. Сцена готовится три месяца, а репетиции – за месяц. Это правило не знает исключений, ибо это есть гарантия высочайшего качества. Быстро только кошки родятся, да и то слепые. Осси-букки – блюдо гуманное, работы почти никакой. Оно себе спокойно тушится довольно долго, минут 40 или даже час, да и вообще до полутора, хуже не будет, мясо в осси-букки мягкое и качественное.А вы в это время отдыхаете и наслаждаетесь, как в «Ла Скала», приходите не работать, а вкушать прекрасное.
       Тот, кто добавит в жидкость для улучшения вкуса стакан белого вина, безусловно, поступит правильно, будет только изысканней.Еще раз повторяю – все, что я рассказываю теперь, – уже необязательная программа. Тем и замечательно это блюдо, его простую основу можно украшать по-разному. Классический, именно миланский гарнир к нему – это отваренный рис со щепоткой шафрана ире- моладо. Что такое ремоладо? А смотрите – рубится пучок петрушки, на него выдавливается два зубка чеснока и натирается цедра с еще одной лимонной корочки. Все тщательно перемешивается.Замечательное свежее пряное ощущение дает петрушка с лимонной цедрой и чесноком, даже жаль, что у нас это не модно. Видно, медленно до нас мода доходит – то ли дело Милан! Если по части женской моды еще идет борьба за первенство между Миланом и Парижем, то в мужской моде преимущество миланцев уже почти несомненно. Эффектная и пышная улица Виа Монтенаполеоне, построенная примерно триста лет назад в неоклассическом стиле, просто утыкана роскошными бутиками всех знаменитых итальянских фирм – «Валентино», «Армани», «Версаче», «Дольче amp;Габбано» и очень многих прочих законодателей мод. В январе и августе, когда скидки в бутиках особенно велики, на Милан обрушивается просто какое-то нашествие шоп-туристов. Думаете, понаедут наши земляки с клетчатыми сумками? Какое там – сплошные японцы, которых возят на роскошных автобусах от бутика к бутику. Им тоже скидки достаточно приятны, хотя и делаются они со значительно больших начальных цен, чем участники наших распродаж могут себе вообразить. Какой рынок – такие на нем и «челноки»…
      Осси-букки годится практически для любой трапезы. Хотя я вспоминаю, что самое знаменитое изображение трапезы в мировой культуре находится именно под Миланом, рядом с церковью Санта Мария де ла Грация, на стене трапезной доминиканского монастыря – там вот это блюдо было бы неуместно, тогда его еще просто не изобрели ввиду отсутствия в Евразии в то время томатов. «Тайная вечеря», в английской традиции даже проще, «Last Supper», «Последний ужин», но смысл один – последняя совместная трапеза Христа и апостолов. Поразительную картину, где каждая деталь играет свою существенную роль (символизируя внесенную им вражду, Иуда опрокидывает солонку; апостол Фома поднимает палец, словно спрашивая: «Один ли из нас предаст тебя, о Господи, или не один?» – на то он и Фома Неверный, желающий все проверить; число сотрапезников равно именно тринадцати – плохая примета, предвещающая трагедию; в общем, долго перечислять), постигла печальная участь – от нее почти ничего не осталось.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22