Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мятежные сердца

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Браун Вирджиния / Мятежные сердца - Чтение (стр. 6)
Автор: Браун Вирджиния
Жанр: Исторические любовные романы

 

 


Такое поведение являлось чистым безумством. Анжела понимала это и вяло думала о сопротивлении, которое ей следовало бы оказать, но до этого ей еще ни разу не приходилось испытывать такой ураган эмоций и чувственного возбуждения. Старания пирата запугать ее ничуть не повлияли на ее способность ощущать, а, наоборот, придали чувствам особую неповторимость. Слишком много времени провела девушка в нечеловеческом напряжении, каждую секунду ожидая оскорблений и издевательств.

Надвигалась катастрофа. Она исходила от рук мужчины, державшего ее так близко к себе и ласкавшего ее, и Анжела оказалась не в силах противостоять зову плоти. Она, всегда так хорошо контролировавшая себя, свои действия и эмоции, сейчас плавала в волнах чувственного наслаждения, которые могли привести только к одной, хорошо известной концовке. Этого было вполне достаточно, чтобы к горлу подступила тошнота, и только теперь пленница начала бешено извиваться в руках капитана, не желая извергнуть содержимое своего желудка на великолепные сапоги корсара.

Словно почувствовав ее состояние, Сейбр отпустил девушку на шаг, однако руку с плеча не убрал, словно поддерживая ее:

— Итак, все было не так уж плохо, а? — хрипло произнес он.

Едва держась на ногах, Анжела протянула руку к губам и повторила:

— Плохо?

Кит улыбнулся:

— Да, если сравнивать со словом или состоянием «хорошо». Мне кажется, вам понравилось.

Щеки девушки залила краска негодования по поводу того, что делает этот человек, от того, что он предположил.

— Вы мерзавец, — выдохнула она. В ответ пират рассмеялся:

— Мерзавец? И это все, что вы можете скапать, мисс Анжела? Вы знаете, я все больше убеждаюсь, что вам надо продолжить образование в области сквернословия. День, проведенный на верхней палубе вместе с членами экипажа, поможет вам.

Удовлетворенно потерев руки, он продолжал:

— Мы, кажется, пришли к кое-каким соглашениям, однако нам все еще надо выработать план относительно вашего размещения.

— Нового размещения? — с трудом взяв себя в руки, выдавила девушка. — О чем вы?

— Ну, основываясь на заключенных нами только что соглашениях, могу сказать, что для нас будет гораздо лучше мирно и благополучно устроиться в моей каюте, чем наслаждаться ворованным счастьем по углам. Что такое, у вас с этим проблемы?

Анжела, не веря собственным ушам, на мгновение потеряла дар речи. Прошло некоторое время, пока смысл сказанного дошел до ее сознания, затем нахлынувшее бешенство как будто ослепило девушку. Задыхаясь от ярости, она, заикаясь, пробормотала несколько фраз, непонятных ей самой, время от времени перемежая их отрицанием. Однако на Сейбра это не произвело никакого эффекта.

— Я подозреваю, что вам не понравилось мое предложение, — спокойно заметил корсар, когда пленница на мгновение замолчала, чтобы набрать в легкие воздуха. — Как жаль. Ну, что делать, тогда мне придется найти подходящую каюту для вас и вашей маленькой подружки. Но хочу вас предупредить, что если вы будете продолжать препираться со мной или с кем другим, то я стану рассматривать это как ваше желание изменить место жительства. Вы понимаете меня?

Понимать? Трудно было найти более понятный способ изъяснения мыслей. То, что произошло между ними, то, что было сказано, выглядело больше, чем простая угроза. Он очень легко мог бы уложить ее в постель, если бы она вовремя не опомнилась.

Мисс Линделл кивнула, и Сейбр удовлетворенно хмыкнул:

— Хорошо! Я вижу, что вы наконец поняли. Вы довольно умно поступили. А теперь позвольте мне проводить вас до камбуза, где вы сможете составить компанию Эмили.


— Я вижу, что их хорошо охраняют, — заметил Турк, наблюдая, как две юные дамы сидят на длинной скамье в ожидании обеда. Дилан стоял у дверей, словно сторожевой пес, внимательно глядя на девушек.

— Да. Он, по-моему, очень доволен своим поручением. Наверно, надо дать ему задание охранять пленниц вплоть до прибытия в порт, — отозвался капитан Сейбр.

— Ну и повезло же мистеру Дилану. Но мне кажется, что мисс Анжела совершенно подавлена.

Кит пожал плечами, уловив вопрошающий взгляд Турка.

— Запугивание может оказаться очень полезным.

— Да, самый удобный способ, осмелюсь заявить.

Гигант слегка улыбнулся и шагнул в коридор, пригнув голову, чтобы не удариться о висящий фонарь. Кит отправился следом за ним, и они вдвоем вышли на верхнюю палубу.

Яркий, ослепительный солнечный свет наполнил их сердца радостным упоением. Ветер надувал паруса, скрипели мачты, судно шло, рассекая воды Атлантики. Кит прошел на ют и у штурвала нашел Баттонза. У него было милое юношеское лицо и потрясающие рыжие волосы.

— Доброе утро, капитан Сейбр! — приветствовал своего капитана молодой матрос.

— Я рад, что вы находите его добрым, мистер Баттонз, — отозвался Кит и стал рядом со штурвальным.

Ему нравился Чарли Баттонз, но иногда наступали моменты, такие, как сейчас, — когда поклонение духу и букве устава являлось абсолютно необязательным и действовало на нервы. Дисциплинированность молодого человека, зачастую ненужная, объяснялась годами службы на борту английского военного корабля, команда которого славилась строгой дисциплиной и слепым поклонением правилам. Это оставило неизгладимый отпечаток на обычно невозмутимом Баттонзе.

Тот крепко держал штурвал и смотрел прямо перед собой, уставившись в одну точку, находящуюся где-то за правым ухом Сейбра.

— Сэр, я долго сомневался, следует ли поднимать этот вопрос, но кое-какие люди просили меня…

— Кто именно?

Покраснев, Баттонз замолчал, затем нерешительно проговорил:

— Ну, некоторые члены команды… Они чувствуют…

— И почему же выбрали именно вас? — капитан поцокал языком. — Это является отклонением от принятых правил. Протокол требует, чтобы переговоры с командой вел Турк, как старший помощник. Неужели нельзя обсудить эту проблему непосредственно с ним?

Через мгновение «избранник судьбы» Баттонз медленно произнес:

— Да, похоже на то, капитан Сейбр. Могу ли я продолжить или же пусть они выскажут претензии Турку?

Удивленный Кит начал понемногу раздражаться:

— Да вы же начали, мистер Баттонз, а Турк, как мне кажется, будет рад услышать это от меня. Так что продолжайте, прошу вас.

— Очень хорошо, сэр, — Чарли тяжело вздохнул. — Кажется, именно присутствие двух юных дам на борту судна породило такого рода проблемы.

— Проблемы или жалобы? — спросил Кит, пристально глядя на Баттонза, отчего бедняга так густо покраснел, что цвет его волос почти сравнялся с цветом щек.

— Если позволите, то я определил бы это как жалобы. Впервые вы позволили женщинам остаться на борту, а в памяти некоторых мужчин все еще свежи события на Барбадосе.

— Очень рад слышать это, — Может, эти некоторые освежат в памяти мысль о том, кому принадлежит корабль? Нас можно назвать пиратами, однако кое-кому стоит напомнить, что «Морской тигр» не следует традициям корсаров. Каждый человек на борту, по-моему, был предупрежден об этом. Этого правила еще пока никто не отменял. Мне продолжать?

— Нет, сэр, — произнес Баттонз и поежился. — Я говорил им об этом, однако некоторые члены экипажа настаивают на обоснованности своих претензий. Поэтому, чтобы избежать всяких недоразумений, я и пришел к вам с разговором. Вернее, вы пришли. Я сожалею, что впустую потратил время.

Кит пожал плечами.

— Нет, ты потратил не мое время. Любой человек на борту этого судна вправе покинуть его в любом удобном для него порту. Я подчиняюсь своим собственным правилам и считаю, что остальные также должны им повиноваться. Пусть мы изгои, люди, стоящие вне закона, занимающиеся разбойничьим промыслом, но я не обращаюсь жестоко с невинными, а именно это, как я понимаю, и заставляет жаловаться людей. В следующем порту будет много шлюх. Но если я обнаружу, что в присутствии этих юных женщин кто-нибудь будет сквернословить, я лично выгоню виновного. Будьте любезны, передайте это всем, мистер Баттонз.

— Есть, сэр.

— Хотите еще что-нибудь обсудить?

— Нет, сэр. Это все.

— Тогда пусть команда прибережет свои жалобы до следующего совета.

— Да, сэр.

— Отлично. Отойдите, я сам встану за штурвал, чтобы вы смогли проинформировать экипаж.

Его собеседник покинул ют, миновав Турка и кивнув ему в знак приветствия. Кит ждал, держа руки на штурвале, а ветер раздувал его свободную белую рубашку. Подошел Турк, собираясь встать у большого штурвала, и капитан повернулся к нему.

— Эти чертовы женщины приносят одни несчастья, — мрачно заметил он.

— Я понял, что поступили жалобы, переданные через Баттонза, — гигант вздохнул. — У меня в практике уже были случаи, когда присутствие женщин вносило невообразимую сумятицу в жизнь мужчин. Я нахожу это огорчительным.

— А я гнусным и действующим на нервы.

— Да, — произнес Турк, спокойно взирая на капитана. — А что больше действует вам на нервы — надвигающиеся трудности или ваша страсть?

— Я уже испытывал подобные чувства к женщине. Но прежде я никогда не замечал такого неподдельного интереса с твоей стороны.

— Но это не обычная страсть. Эта юная леди вовсе не обычная проститутка, а утонченная изящная женщина, у которой нет никакой надежды на спасение, кроме богатого папы. Насколько я вас знаю, она не может привлечь больше внимания, чем комар, но тем не менее она, по-моему, безумно вам нравится.

— Если бы я не знал тебя так долго, то я бы обиделся, — заметил Кит. — Но так как я уверен, что ты вмешиваешься в мою жизнь с наилучшими намерениями, то могу только напомнить тебе, что независимо от того, увлекся я прекрасной пленницей или нет, это никак не отразится на благополучии корабля и команды.

— Хорошо сказано, капитан Сейбр. Кит некоторое время молча смотрел на него. Черт, Турк может стать абсолютно невыносимым, когда захочет. Чего, какого дьявола, он добивается? Того, чтобы Кит признался, что находит мисс Анжелу привлекательной? Привлекательных женщин навалом в каждом порту. Если он считает ее соблазнительной, то никому больше до этого не должно быть дела. К тому же у него к ней чисто платоническое влечение, хотя, надо признать, поцелуй был довольно страстным. Казалось, что девушка сама избрала себе такую тактику — быть жертвой. А то, что это сработало, оказалось самым интересным со времени обнаружения и потопления «Испытания». Мисс Анжела вела себя, словно тихая серая мышка, лишь изредка бросая на него взгляды. Черт, его раздражало, что, несмотря на все, он хотел ее. Очень редко какая-нибудь женщина вызывала в нем столько эмоций. Обычно Сейбр имел дело со шлюхами и не желал поддерживать ни с кем долговременного знакомства. Давным-давно Кит пришел к мысли, что слабому полу доверять нельзя, а тем более отдавать себя в их руки. Дьявол! С какой это стати он так желает эту соблазнительную пленницу с холодными глазами? Пожалуй, такой ситуации у него еще не бывало. Кит Сейбр никак не мог себе объяснить, почему это создание вызывало у него такую неподдельную страсть. Он уже давно не зеленый юнец, неспособный контролировать свои чувства. Можно подумать, что

Анжела — самая красивая и желанная женщина в мире, с которой одно удовольствие лечь в постель! Впрочем, это факт — он хочет эту девушку. Это чувство давно назвали страстью или похотью, и если Кит позволит себе расслабиться, то оно погубит его.

Турк откашлялся. Сейбр предпочел не углубляться в дискуссию и сказал:

— С тех пор, как мы скребли корпус «Морского тигра», прошло целых четыре месяца. Боюсь, нам снова придется этим заняться.

Чернокожий гигант слегка повернул штурвал.

— Верно, я только вчера разговаривал по этому поводу с Баттонзом. Судно немного потеряло в скорости, и если бы этот купеческий корабль не был такой развалюхой, то мы не смогли бы захватить его.

— Мы остановимся на Азорских островах, чтобы команда выгулялась и успокоилась, и лишь после этого отправимся в Порт-Рояль. В этих водах крейсерует слишком много военных кораблей, чтобы можно было спокойно почистить перышки.

Турк задумчиво приподнял бровь:

— Согласен. Может, нам следует сначала завезти наших прекрасных пленниц в Понта-Дельгада?

Кит пожал плечами.

— Пожалуй, выбор неплохой, однако что-то я сомневаюсь относительно теплого приема. Ведь комендант порта заинтересовался цветом нашего флага в прошлое прибытие.

— Португалия и Англия — союзники, поэтому, как доминион Португалии, они безоговорочно примут английский флаг.

— Наша выдумка, конечно, блестяща и остроумна, — усмехнулся Кит. — Комендант Ла Розы не очень внимательно присматривался к документам после того, как мы преподнесли ему бутыли отменного испанского вина и французский сыр.

— Да, после таких даров он смотрел на нас, как на лучших друзей. Думаю, что часть товара, снятого с «Испытания», намного улучшит расположение коменданта к нам.

— Да, и к тому же будет немало содействовать быстрому и безопасному избавлению от наших неприятных гостей…

Турк улыбнулся и проговорил:

— И тогда жизнь вернется на круги своя, и на борту «Тигра» вновь будет все нормально.

— Господи, надеюсь, что так и будет, — сказал капитан Сейбр, шагнув вперед и встав у одной из закрепленных на палубе тяжелых пушек. Проведя кулаком по холодному железу, он произнес:

— Мне больше не нужно никаких проблем и задержек. Если мы вовремя не прибудем в Порт-Рояль, я снова упущу ее…

Турк не спросил, кого это капитан имеет в виду, и что он так боится упустить. Он просто молча кивнул, а Кит по-прежнему стоял у пушки и смотрел на бесконечную гладь.

Глава 6

— Что это? — Анжела с удивлением посмотрела на содержимое деревянного блюда, поставленного перед ней.

— Овсянка и солонина, — Дилан добродушно улыбнулся, — когда немного попривыкнете, то вам это даже понравится.

Девушка невольно вздрогнула и с неохотой взяла ложку. Кушанье отдавало жиром и железом, наверное, от жестянки, в которой готовилось, казалось ужасно противным, отбивающим аппетит. И солонина ничем не улучшала его вкус. Ложка выпала из рук пленницы. Эта пища не имела ничего общего с той, какую она привыкла есть дома. Мисс Линделл подняла глаза:

— На завтрак мне уже предлагали подобную еду, я не могу есть это вновь. Пират пожал плечами и произнес:

— Как хотите, но до ужина ничего лучшего не предвидится.

— Ужина? — Анжела несколько воспряла духом. — А что мы будем есть на ужин? Молодой человек усмехнулся:

— Сегодня среда, поэтому наш рацион состоит из сушеного гороха, сыра и масла, а также овсянки, галет и солонины.

Повисло напряженное молчание. Через мгновение девушка тихо прошептала:

— И это все?

— Ну, еще пиво, ром и вода с лимонным соком, чтобы не заболеть цингой, — Дилан сочувственно посмотрел на белокурую молодую женщину и мягким голосом добавил: — У нас был хороший улов, мы взяли богатую добычу, и в печенье еще не завелись черви. «Испытание» находилось в пути всего два дня, поэтому вся еда свежая.

Эмили издала какой-то приглушенный звук, и Анжела посмотрела на горничную: щеки у той побелели, а губы с трудом раздвинулись:

— Черви? — повторила служанка, глядя в пустую тарелку. — Там были черви?..

— Да нет же, — поспешил вмешаться Дилан. — Я сказал, что печенье свежее, мы совсем недавно взяли его на «Испытании». Кроме того, Бинз отлично знает, как избавиться от червей.

— Бинз?

— Кок, — янтарные глаза пирата смотрели на пленницу с плохо скрываемой досадой. — Это просто. На мешок с печеньем кладется огромная дохлая рыбина, и черви выползают, чтобы сожрать ее. Надо лишь улучить момент, когда рыба будет вся облеплена ими, и тогда выбросить эту дрянь в море. Если же первая рыба не помогла, следует взять новую…

На этот раз Эмили молча зажала рот, выскочила из-за стола и припустила к двери.

— Ну, вы добились своего, — произнесла Анжела, тоже мучаясь от странной тяжести в желудке. — Эмили ужасно страдает от приступов морской болезни, а тут еще вы, со своими гнусными историями. Раз уж вы оказались отчасти виновным в ее недомогании, то вам следует позаботиться о бедной девушке.

Дилан, казалось, был немало огорчен этим обстоятельством, никакой злорадной, торжествующей улыбки или недоумения не появилось на его лице:

— Я бы с удовольствием, но не могу оставить вас одну. Приказ касался…

— Но вы не можете оставить Эмили, поэтому, если не хотите, чтобы ваш злобный и порочный капитан удивился, почему одна из его пленниц бродит в одиночестве по кораблю, идите и найдите ее, — резко бросила Анжела. — Если вы опасаетесь, что я украду что-то или съем больше, чем положено, то, смею вас уверить, все ваши опасения напрасны.

— Может, вы и правы, но я все-таки пришлю кого-нибудь посидеть с вами, — облегченно вздохнув, заявил Дилан и исчез за дверью.

Мисс Линделл проводила его взглядом. Какое-то мгновение она сожалела, что у нее не хватает мужества, чтобы не повиноваться приказам, но затем успокоилась. Более чем тонкий намек Сейбра о возможных последствиях отбил у девушки всякую охоту бунтовать. Аппетит у нее тоже бесследно испарился. Однако об этом, узнав о «разнообразии» меню, мисс Линделл ничуть не сожалела. Интересно, как при таком скудном и однообразном рационе выживают моряки, или же это только пираты так питаются? Очевидно, люди на борту приличного судна должны получать гораздо лучшую пищу, по крайней мере, девушка надеялась на это. Анжела отлично понимала, что на одном хлебе с водой она долго не протянет, но лучшего ей пока никто не предлагал. Впрочем, не исключено, что этой дрянью кормят исключительно одних пленниц. Тяжело вздохнув, мисс Линделл дала себе слово, что не доставит капитану Сейбру удовольствия увидеть их умирающими с голода.

Сделав попытку откусить кусочек печенья, Анжела поняла, что кушанье вполне может называться сухарем или галетой. Девушка дотронулась языком до передних зубов, с облегчением убедилась, что те целы и невредимы, и швырнула печенье обратно на тарелку. Оно выглядело вполне обычным, внутри его, похоже, никто не жил. При одной мысли об этом беднягу затрясло.

Анжела подняла голову лишь тогда, когда шум у дверей возвестил о прибытии обещанного стража. На мгновение ее сердце обожгла надежда, что им окажется Баттонз, которого она считала наиболее уважаемым и достойным доверия человеком на корабле. Он неоднократно выражал свои сожаления и соболезнования по поводу содержания таких прелестных дам в ужасных условиях.

Но надежда в следующее мгновение растаяла, как дым, стало трудно дышать. Девушка увидела сердитое, даже хмурое, лицо капитана Сейбра. На нем ясно читалось крайнее раздражение, нахмуренные брови низко нависали над голубыми холодными глазами, у рта залегли глубокие гневные складки. Загорелое, мускулистое тело пирата было обтянуто грязной одеждой.

Сейбр небрежно прислонился к буфету, приподнял бровь и посмотрел на пленницу;

— Итак, вы все еще стараетесь быть мне помехой…

Щеки Анжелы запылали от незаслуженной обиды, но девушка придержала свой язык, проглотив гневный ответ. Она молча наблюдала, как Сейбр взял печенье и обмакнул его в содержимое кружки. Через пару секунд, решив, что оно вполне пригодно для еды, мужчина с хрустом откусил кусок и посмотрел на Анжелу так, будто она была щенком, испортившим ковер. Подняв подбородок, словно защищаясь от такого явного неодобрения, девушка увидела прищуренные глаза Сейбра:

— Не надо так на меня смотреть. Это не поможет, — капитан вновь принялся за печенье.

— Простите, но вы, кажется, чем-то недовольны. Я, похоже, не давала вам никакого повода, — отозвалась она.

— Да ну? А чего же вы так высоко задираете нос? — не отрывая глаз от пленницы. Кит сделал глоток из своей кружки.

— Скорее всего, потому, что не люблю, когда меня так плотоядно рассматривают. И плюс ко всему, я не люблю, когда надо мной издеваются.

— Издеваются? — темные брови пиратского главаря изумленно взлетели вверх, а губы искривила легкая ухмылка. — Вы даже представить себе не можете, как я люблю поиздеваться.

— Мне кажется, могу, и даже очень хорошо. Я нахожусь на борту этого судна еще менее двадцати четырех часов, но за такое короткое время уже поняла несколько важных вещей. Например: если мне не хочется закончить свою жизнь в волнах Атлантики, то я должна буду разделить ее с вами.

— Хорошо, что я еще успел предупредить вас о последствиях, — Сейбр отправил в рот остатки печенья. Очевидно, ему было совершенно наплевать на отсутствие или присутствие там червяков. — Если вы уже соизволили позавтракать, то позвольте мне показать ваше новое жилище.

— Новое жилище?

— Конечно, — горячие, словно свечи, голубые глаза пирата сверлили девушку. — Мистер Баттонз любезно уступил вам свою каюту, отказавшись от удобств в вашу пользу. Или вы все же предпочитаете жить в моей? Но сегодня я высказал намерение спать в собственной постели. Конечно, если хотите, я могу подвинуться.

У Анжелы упало сердце, но голос ее остался холоден:

— Я очень ценю ваше зловещее предложение, но, тем не менее, отказываюсь, — она поднялась. — Надеюсь, наша новая каюта достаточно далеко от вашей.

Пират усмехнулся:

— Так оно и есть. Теперь, без особого желания, я не буду вас видеть, однако, если возникнет нужда, стоит только приказать, и вас доставят ко мне в мгновение ока.

Девушка ощутила болезненный укол в сердце, отчего ее голос сделался еле слышным и дрожащим:

Надеюсь, что вы никогда не почувствуете в этом нужду, сэр…

Сейбр рассмеялся. Его смех неприятно резал ухо. Капитан не отрывал от девушки своих голубых глаз-льдинок. Под его взглядом таяли все надежды мисс Линделл на спасение и чудо. Поставив чашку с кофе на буфет, мужчина шагнул ближе к Анжеле и обхватил шею пленницы. Этот жест выглядел бы эффектным, если бы не был таким грубым. Его пальцы железной хваткой впились в ее кожу, и, хотя выражение лица корсара казалось довольно приятным и дружелюбным, Анжела почувствовала гнев, клокотавший в груди капитана.

— Если я буду нуждаться в этом, малышка, — с милой улыбкой проговорил Сейбр, — ваши пожелания не будут иметь для меня никакого значения. Я хочу, чтобы вы поняли ЭТО.

— Я п… поняла… — заикаясь, пробормотала девушка, ненавидя себя за реакцию на его прикосновение и слова. Надо бы оттолкнуть этого наглеца, сказать ему что-нибудь уничижительное, чтобы он убирался восвояси, сгорая от стыда. Но на ум ничего не приходило, и Анжела, дрожа, молча стояла под пронизывающим взглядом пиратского капитана.

Тот, наконец, отпустил ее и отошел. Отвесив элегантный поклон, который был бы вполне приличным, не будь таким издевательским, он проговорил, указывая ей на дверь:

— Прошу вас, миледи.

— — Мисс Линделл с трудом заставила себя поддаться и неуверенной походкой двинулась в тускло освещенный, узкий коридор. Ее сразу же окружил хаос звуков и запахов. Как ни странно, но пиратское судно «Морской тигр» содержалось в большей чистоте и порядке, чем «Испытание». Палубы были тщательно выдраены, каждый предмет находился на своем месте. Это судно могло бы считаться образцовым, если бы не черви в печенье и вода, отдающая жиром.

Сейбр повел девушку на верхнюю палубу. Оживление, царившее там, и яркий солнечный свет поразили пленницу. Люди сновали из стороны в сторону, занимаясь одним им понятными и нужными делами, паруса, раздуваемые ветром, стонали, мачты скрипели от натуги. Яркий свет ослепил Анжелу. Она прищурилась и схватилась за поручень. Кит перехватил ее руку;

— Вы неверно выбрали опору. Держитесь-ка лучше за меня. Понимаю, для вас это будет неприятно, но я следую в нужном направлении.

Анжела удобно расположила руку в изгибе его твердых мускулов и позволила вести себя, словно заблудившегося ребенка. От начищенных медных предметов отражался свет, заставляя девушку щуриться еще больше. Ветер забавлялся ее волосами, вырывая светлые пряди из наспех заплетенной косы. За громадными белыми квадратами парусов виднелся горизонт, то вздымающийся, то снова падающий вниз. Корабль уверенно рассекал пенящиеся волны океана. На носу судна Анжела увидела своеобразное украшение — полуобнаженную русалку, чья невероятно высокая грудь указывала путь. Впрочем, девушка и ожидала увидеть на пиратском корабле нечто в этом роде.

Куда бы мисс Линделл ни бросила взгляд, всюду она видела полуодетых корсаров, которые либо работали, либо наблюдали за своим капитаном и его прелестной спутницей. Чувствуя себя не слишком уютно, Анжела старалась не смотреть слишком пристально в их сторону, но все же ощущала сладострастные взгляды морских разбойников. Она узнала Рида, пирата, который пытался позабавиться с ней на борту «Испытания». Он стоял и разговаривал с другим корсаром. Оба весело смеялись. Ветер шумел в ушах, и девушка не слышала их замечаний. Но, тем не менее, щеки ее горели, и она страстно захотела увидеть Эмили и узнать, не случилось ли с ее подругой что-нибудь ужасное.

Как гром среди ясного неба, сверху внезапно раздался крик:

— Паруса на горизонте!

Сейбр, увлекая за собой пленницу, бросился к поручню. На горизонте девушка увидела едва различимую темную точку — очевидно, другой корабль. На палубе все пришло в движение. Привыкшие к таким неожиданностям пираты занялись радостными приготовлениями. Они оживленно переговаривались, со знанием дела готовя абордажные крюки. Запрокинув голову, нахмурясь, мисс Линделл наблюдала, как пиратский флаг, обычно реющий на мачте, спешно спускался и заменялся другим. Вместо стяга с окровавленной саблей поднималось какое-то смутно знакомое полотнище.

Узнав его, девушка в негодовании повернулась к капитану:

— Но это же французский флаг!

— Ага, — радостно согласился Кит. — Мне очень приятно, что вы узнали его. Образование в наши дни не такое уж и разностороннее…

— Но я думала, что вы англичанин. Мужчина поднял брови:

— Да. Но как, черт возьми, это влияет на выбираемый флаг?

— Но… но вы же подданный Англии, почему же…

— Ах да, ну конечно. Какая же вы наивная! — обняв девушку за плечи, Сейбр подвел ее ближе к поручню. — Видите ли, если я буду идти под своим «Веселым Роджером», то не смогу подойти к тому кораблю на близкое расстояние. А так судно под французским флагом не вызовет у нашей жертвы никаких опасений. Подойдя ближе, я открою, так сказать, свое истинное лицо и подниму пиратское знамя.

— Вы человек без чести и совести! — выдавила из себя мисс Линделл, а мужчина засмеялся:

— Вот и хорошо. Заметьте, это получается у меня отменно. Ну, ладно, пойдем отсюда, — предложил Сейбр и повел девушку в направлении двери, выкрашенной в ярко-голубой цвет. Распахнув ее ударом руки, он пригласил пленницу войти. Вступив в тускло освещенное помещение, Анжела сразу же попала в царство теней. Каюта Баттонза достаточно далеко отстояла от каюты капитана, но мисс Линделл никак не могла решить, чувствовать ли ей облегчение или очередной раз оскорбиться.

— Внизу вы будете в безопасности, — небрежно заметил Кит. Его голос в темноте звучал очень громко, что было весьма некстати, ведь темнота предполагает тишину или приглушенный шепот, поэтому Анжела повернулась к нему:

— Вы имеете в виду экипаж, которого мне следует остерегаться?

Сейбр удивленно поднял брови:

— Да нет. Они не тронут вас без моего разрешения. Я имею в виду случайные выстрелы.

Нахмурившись, девушка сконфуженно переспросила:

— Что за случайные выстрелы?

— Вы притворяетесь или на самом деле такая бестолковая? — капитан покачал головой и подтолкнул ее в направлении каюты. — Интересно, какая у этого корабля может быть реакция на наш «Роджер»?

Анжела внезапно все поняла, по ее телу прошла дрожь:

— Вы хотите атаковать это судно?

— Ну вот и молодчина! Ваша сообразительность похвальна. — Кит остановился у двери и протянул одну руку, чтобы открыть ее, а другую положил на ягодицу пленницы, собираясь таким образом пригласить ее войти.

Эмили, лежащая на краешке небольшой кровати, тут же подняла голову и, узнав хозяйку, облегченно вздохнула:

— Слава Богу, что вы здесь! — воскликнула она, поднявшись так быстро, что потеряла равновесие и схватилась за кровать, чтобы не упасть. — Я беспокоилась, что случилось нечто ужасное и непоправимое…

— Еще нет, — успокоила горничную Анжела, идя ей навстречу. Обернувшись, она увидела Сейбра, стоявшего в дверном проеме. В горле застрял комок. Выражение лица мужчины абсолютно не вязалось с его профессией. Как ему удается выглядеть таким мягким, являясь в то же время грубым и жестоким пиратом? Анжела не могла этого понять. Ее вновь поразило, почему пират оказывает на нее такое влияние. Она собирается замуж за другого человека, но это не помешало капитану Киту Сейбру вскружить ей голову и привести в смятение чувства одним лишь только взглядом голубых глаз и взмахом длинных ресниц.

Эта мысль показалась ей смешной. Очевидно, от этого ее голос стал таким резким, когда она ответила Эмили:

— Но, полагаю, опасность близка. Нам предстоит пережить морское сражение.

— Да какое там сражение! — Сейбр пожал плечами. — Если там нормальные люди, а такие обычно имеются, они не окажут сопротивления. Выстрел, другой мимо кормы, и противник сдается и отдает груз. Знаете, многие капитаны предпочитают потерять груз, чем жизни команды.

Сказав это, капитан вышел и закрыл за собой дверь. Девушки услышали металлический скрежет ключа в замке. Анжела с тревогой взглянула на Эмили. Страх, затаившийся в глубине ее души, отразился и на круглом лице горничной, чьи глаза широко распахнулись в паническом ужасе.

— Он нас запер! — прошептала служанка. — А что мы будем делать, если корабль пойдет ко дну?

— Не думаю, что они случайно забудут о нас. Иначе это будет преднамеренное убийство.

Анжела упала на жесткую кровать и огляделась. В этой каюте, по сравнению с капитанской, было пусто, но чисто. Посередине, в окружении трех стульев, привязанный веревками, стоял небольшой обеденный столик. Письменный стол был встроен в стену, над ним на полках рядами стояли книги. Большое уютное кресло с подлокотниками расположилось в углу под фонарем и иллюминатором. Ящики с начищенными медными ручками и резьба по дереву, изображающая китов и дельфинов, украшали другую стену. Фонари висели через равные промежутки, совсем как в капитанской каюте. Две узкие кровати, сделанные и заправленные очень аккуратно, помещались в два этажа, одна над другой. Девушка почувствовала горячую благодарность к Баттонзу. Они находились в каюте, а не где-нибудь в сыром мрачном трюме, кишащем крысами. Анжела вздохнула и услышала, что горничная всхлипнула.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22