Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Хромой из Варшавы - В альковах королей

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Бенцони Жюльетта / В альковах королей - Чтение (стр. 24)
Автор: Бенцони Жюльетта
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Хромой из Варшавы

 

 


— Не докучай нам, милочка! — оборвала ее самая надменная из красавиц. — Мой отец — стратиг, и мне не к лицу беседовать с тобой. Ты так наивна. Почти глупа. И совсем не красива. Вдобавок от тебя пахнет навозом. — И знатная девица презрительно сморщила нос и отошла в сторону.

Эта девушка вела себя не менее вызывающе и тогда, когда с ней начали беседовать те, кто должен был решить ее судьбу. Вопросы в основном задавали двое — сама василисса и ее ближайший советник евнух Ставракис. Еще несколько советников и юный император Константин молчали.

— Ты красива, неглупа и из знатной семьи, — нахмурившись, внезапно заявила Ирина, — но трон божественных василевсов не для тебя. Возвращайся домой!

Прочие девушки тоже не понравились императрице. Они слишком независимо держались и к тому же были слишком богаты. Ирина считала, что со временем они захотят избавиться от властной свекрови.

А вот Мария Амния василиссе приглянулась. Деревенская девушка была застенчива, покорна, нежна и стыдлива. Она-то уж наверняка до конца своих дней будет благоговеть перед той, что вырвала ее из нищеты и вознесла на вершину.

— Сын мой, — сказала императрица непререкаемым тоном, — Мария Амния будет твоей женой.

— Хорошо, матушка, — безучастно ответил Константин. Марию ввели в зал, и божественный василевс степенно сошел с трона и вручил ей золотое яблоко — знак того, что она избрана.

Мария заплакала от радости.

А вечером весь город узнал о том, кто станет новой василиссой, и народ криками приветствовал скромную девушку из крохотной армянской деревни.

Юный василевс так и не забыл прекрасную принцессу из страны франков. Вот почему подготовка к свадебным торжествам нимало его не занимала.

— Ты велела мне жениться — и я женюсь, — повторял он, когда Ирина упрекала его за то, что он не проявляет интереса к невесте. — Чего еще ты хочешь?

И вот в ноябре 788 года Мария, коронованная императорской короной, вышла замуж за Константина VI Багрянородного.

В вечер своей свадьбы она опять плакала — но уже не от радости, а от обиды и разочарования. Когда она осталась наедине с молодым супругом, Константин мягко сказал ей:

— Ты глядишь на меня так, как будто я действительно бог. Но я человек, и я люблю другую. Мое сердце навеки отдано дочери франкского короля, и ты не нужна мне. Я всего лишь повиновался матери.

Мария, у которой на глаза навернулись слезы, была бледна от горя и очень красива.

— Ты могла бы понравиться любому мужчине, — добавил император и погладил распущенные косы девушки. — Но я не хочу тебя. И никогда не захочу.

Сама покорность, Мария низко склонилась перед мужем:

— Мой повелитель, я стану для тебя тем, кем ты захочешь. Супругой или подругой. Не беспокойся, я не стану омывать твои ноги слезами, пытаясь разжалобить. Я только прошу позволения верно служить тебе. Когда-нибудь… я надеюсь… ты все же снизойдешь да меня и одаришь частичкой своей любви.

К сожалению, этого не произошло. Конечно, спустя какое-то время император возлег с ней, но сделал он это по приказу матери. В общем, он не слишком старался понравиться своей супруге, которая была ему совершенно безразлична. Но все же Мария отличалась поразительной красотой, а Константин не был слепцом (пока не был!) и, можно надеяться, получал удовольствие от обладания столь изумительным созданием. У царственных супругов родились две дочери — Ефросинья и Ирина.

Вполне вероятно, что с годами Константин все-таки полюбил бы свою преданную жену, но рядом с ним постоянно находилась василисса Ирина.

— Ты принимал сегодня послов, Константин, — говорила императору мать. — Хватит с тебя сидения на троне. Отправляйся в загородное имение. Я сама займусь делами.

Василеве послушно уезжал в окруженный чудесными садами дворец, что стоял в одном дне пути от Константинополя. И никто уже не удивлялся тому, что на престоле восседала величественная и красивая Ирина, а в длинном ряду придворных белели евнушеские одежды ее любимого советника Ставракиса. «Мой главный ангел», называла его Ирина, но почти все царедворцы были уверены, что скопцом Ставракис не был. Казалось бы, чего проще: подойти к рабу, что наполнял по утрам теплой водой мраморный бассейн Ставракиса, сунуть ему мелкую монету да и спросить: «А что, бреется ли твой господин?» Но вот беда — прислуживали греку одни лишь немые. Так что придворным оставалось только терзаться любопытством…

Но однажды Константин взбунтовался. Ему надоело, что мать не советуется с ним и решает все сама. Побоявшись открыто выступить против всесильной Ирины, он заявил нескольким своим приближенным, что не потерпит больше присутствия во дворце ненавистного Ставракиса. Однако заговор раскрыли. Все его участники по приказу Ирины были арестованы, подвергнуты пыткам и казнены. А своему сыну бледная от гнева василисса заявила:

— Тебя я казнить не могу, хотя иногда и жалею об этом. Тебе уже двадцать, а ведешь ты себя подобно неразумному школяру. Значит, и накажут тебя, как провинившегося школяра!

И равноапостольного василевса высекли розгами. Разумеется, в присутствии Ставракиса. Государыня не могла отказать своему любимцу в этом удовольствии.

Спустя какое-то время Ирина потребовала, чтобы ее слово значило больше, чем слово императора. Из этого следовало, что она желает вообще отстранить сына от управления страной. На этот раз подняли восстание войска, размещенные в Азии. Они справедливо сочли императора оскорбленным, и Константин, почувствовав поддержку вооруженных людей, отправил в тюрьму многих приближенных матери. Ставракиса обрили наголо и заперли в одном провинциальном монастыре. Что же до Ирины, то ей пришлось покинуть Константинополь и уехать в ее дворец в Элеутерионе.

Но императрица была не слишком уязвлена случившимся. Элеутерион всегда был ее любимой резиденцией. Он славился своими фонтанами и цветниками и к тому же располагался совсем близко от столицы. Ирина хорошо знала своего сына.

— Он слишком слаб, чтобы править, — говорила она себе, прогуливаясь по саду. — Не пройдет и месяца, как он призовет меня.

И Константин действительно попросил мать вернуться. Ему казалось, что она смирилась с поражением и не станет больше вмешиваться в государственные дела. Да и Ирина постоянно уверяла его в этом, охая, вздыхая и жалуясь на возрастные недуги. Но на самом деле она мечтала только об одном — поскорее свергнуть сына и единолично править страной.

Для этого Ирина пустилась на хитрость. Она довольно легко рассорила Константина с его друзьями, восстановила против него армию, отдав от имени василевса несколько жестоких и несправедливых приказов, и даже попыталась опорочить его в глазах патриарха. Ради достижения этой последней цели она не колеблясь пожертвовала Марией, которая все годы вела себя со свекровью как самая почтительная дочь.

Молодая василисса была очень и очень несчастлива. Константин так и не полюбил ее. Мало того: как бы желая побольнее задеть жену, он заводил одну любовницу за другой. Этим и воспользовалась коварная Ирина.

— Погляди, что за чудо! — И императрица указала сыну на сидевшую в задумчивости на садовой скамье девушку. О, она прекрасно изучила его вкусы и понимала, что Феодота, как звали красавицу, наверняка понравится ему.

— Попроси ее нынче же вечером явиться ко мне! — сказал после минутного размышления Константин. Ирина удовлетворенно улыбнулась.

Константин влюбился без памяти. Молодая василисса мешала ему жениться на Феодоте, и он посоветовался с матушкой — мол, как же поступить?

— Положись на меня, сынок, — проговорила мать. — Я помогу тебе развестись.

У Марии было от императора двое детей, и для развода требовались очень веские причины. И вот уже подкупленные Ириной слуги утверждают, будто василисса собиралась отравить своего божественного супруга.

Константин не стал слушать заверений плакавшей Марии в том, что она невиновна.

— В монастырь! — приказал он и добавил: — Будь довольна, что остаешься в живых, мужеубийца!

Напрасно патриарх убеждал василевса пощадить Марию. Церковник знал, что женщина ни в чем не виновата, и в конце концов попросту заявил Константину, что запрещает ему разводиться. Однако василевс был слишком увлечен Феодотой и поступил по-своему.

Несчастную василиссу обрили и ночью отправили в отдаленный монастырь, славившийся своим суровым уставом. Там спустя два года Мария и умерла, не перенеся разлуки с дочерьми.

А Константин в сентябре 795 года женился на Феодоте. Над этой парой смеялась вся страна.

— Говорят, у молодого мужа были после брачной ночи такие синяки под глазами, как будто на нем воду возили! Устал, бедолага, перетрудился! — заливался хохотом бородатый солдат в грязной рубахе, справлявший нужду в общественной уборной.

— Я тоже это слышал, — поддержал его какой-то горожанин. — Утомила его, видать, эта развратница, что нынче на месте нашей прежней законной, василиссы сидит. Бесстыдница!

Стражники, присутствовавшие при этом двойном оскорблении Багрянородных, сделали вид, что ничего не произошло. Народу надоел безвольный и развратный Константин.

Всего год дала ему Ирина на то, чтобы вкусить радостей любви, а потом начала действовать. Рассеянный и редко покидавший супружескую опочивальню император подписал несколько необоснованных смертных приговоров, которые подготовила его мать. Этого хватило, чтобы весь Константинополь забурлил от возмущения.

И вот настал час триумфа Ирины.

— Я не в силах долее мириться с поведением моего несчастного сына Константина. Он совершенно забросил управление государством и дни и ночи напролет предается всякого рода излишествам! — публично заявила эта добрая мать и, выступив в роли спасительницы отечества, приказала арестовать сына прямо в постели. Его оторвали от жены, привели в Пурпурный зал, где он когда-то появился на свет (василиссы всегда рожали именно в этом зале), и передали в руки палача.

— Разумеется, тебя не лишат жизни, — сказала Ирина. — Я не желаю гибели твоей душе. Тебя ослепят, и у тебя будет время раскаяться в грехах.

И она дала знак палачу. Константин и опомниться не успел, как стал беспомощным и неопасным для своей матери калекой.

Его отправили доживать дни на маленький остров, в один из множества великолепных дворцов, что принадлежали византийским императорам. Феодоте пришлось разделить с мужем изгнание. Вряд ли она была счастлива, очутившись в ссылке вместе со слепцом, который еще совсем недавно правил огромной страной. Однако Ирине, наконец-то ставшей полновластной государыней, конечно же, не было никакого дела до чувств Феодоты.

Впрочем, судьба отомстила жестокой Ирине. Она поддалась чарам некоего Никифора, человека весьма вульгарного и грубого. Кажется, он был военачальником. Так вот, этот Никифор оказался хитрее императрицы. Он лишил ее трона, а потом и вовсе отправил в изгнание — на остров Лесбос, который после смерти незабвенной поэтессы Сафо растерял все свое былое очарование. Оскорбленная до глубины души Ирина умерла на этом острове в августе 803 года, а Никифор ненадолго сделался равноапостольным василевсом, хотя не имел на это ровно никакого права.

В течение многих последующих веков воплощением Христа на земле были такие злодеи и тираны, что можно только удивляться, как это Византии удалось долго сохранять свое могущество. «Пурпур — это отличный саван», — сказала однажды великая Феодора, уличная девка и канатоходка, ставшая впоследствии одной из самых славных василисс. И она была права. Мало кто из василевсов умер от старости и в собственной постели. Чаще всего они погибали насильственной смертью, а заговорщики и убийцы безнаказанно скрывались в запутанных лабиринтах святого дворца.

Из ста девяти монархов, сменявших друг друга на троне Византии со времен Константина Великого и до страшного нашествия турок в 1453 году, двадцать три были убиты, двенадцать закончили свои дни в тюрьме или монастыре, трое умерли в темнице от голода, восемнадцать человек кастрировали, а также отрезали им уши, носы и руки, и восемь погибли в бою. И только тридцать четыре умерли от старости или болезней. Те же, кто был зарезан, заколот, сброшен со скалы либо с высокой стены или изгнан за пределы отечества, как ни страшно это звучит, получили по заслугам. Все они были на удивление неприятными людьми.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24