Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тайны роботов (№3) - Валгалла

ModernLib.Net / Научная фантастика / Аллен Роджер Макбрайд / Валгалла - Чтение (стр. 5)
Автор: Аллен Роджер Макбрайд
Жанр: Научная фантастика
Серия: Тайны роботов

 

 


Борьба вокруг вопроса об изменении климата на планете являлась в настоящее время краеугольным камнем всего, что происходило на Инферно. В руках тех, кто контролировал этот процесс, находилась и сила, причем не только физическая, которая заключалась в могучих механизмах, призванных изменить лицо планеты, но и финансовая, политическая, интеллектуальная. Иными словами – власть. Вот почему весьма веские причины внедрить своего человека в Центр исследований в области трансформации имелись буквально у всех – и у поселенцев, и у Железноголовых.

Но что-то здесь не сходилось. Этот Ардоза – или как там он звался на самом деле – был не похож на людей того сорта, которых высматривал Деврей у входа в Сеттлертаун. Глубоко законспирированный агент наверняка не полез бы к главному входу и использовал бы один из второстепенных, чтобы не рисковать своим прикрытием. Если только не произошло какое-то настолько важное и срочное событие, ради которого можно было бы пойти на такой риск.

Однако что срочного могло случиться в области преобразования климата? Эта программа была рассчитана не на одно поколение. Она продвигалась медленно, неспешно. Осуществление любого проекта в этой области занимало годы. Какая информация, связанная с экологией планеты, могла оказаться настолько срочной, чтобы лже-Ардоза повел себя так безрассудно? Почему он воспользовался главным входом? Почему не захотел передать имеющиеся у него сведения каким-нибудь иным способом? Ведь перекрыть все до единого каналы связи не в состоянии никто, даже полиция. Если располагаешь хотя бы небольшим запасом времени, всегда есть возможность переправить послание почти без всякого риска. Можно написать записку и послать с ней робота, можно использовать тайниковую связь, оставив информацию под каким-нибудь камнем, можно прибегнуть к помощи кода – отправить совершенно невинное сообщение вроде «Ваши туфли готовы, можете забрать» или «Закажите, пожалуйста, мне к завтраку овсянку», в котором каждое слово будет нести определенный скрытый смысл.

У Ардозы наверняка существуют какие-нибудь подобные способы связи с поселенцами. Так что же ему удалось раскопать? Какую информацию – настолько важную, что он решил прийти к главному входу в Сеттлертаун и пренебречь всеми остальными возможностями?

По мере того как Жустен рассматривал два снимка, в нем крепла уверенность в том, что раньше он никогда не видел этого человека во плоти. Но он определенно видел его изображение – то ли на снимке, то ли на голограмме, то ли как-то еще.

В полицейской папке по одному из дел. Вот оно! Фотографии из полицейской папки по какому-то уголовному делу, которое либо расследовал, либо просто читал Жустен Деврей. По делу, которое было достаточно крупным для того, чтобы Жустену понадобилось рассматривать фотографии его участников до тех пор, пока они намертво не впечатались в его мозг. Но в чем бы ни заключалось то дело, Ардоза не являлся в нем центральной фигурой, иначе Деврей узнал бы его с первого взгляда. Кроме того, судя по времени, что понадобилось Жустену для того, чтобы отыскать в памяти это лицо, дело, видимо, было давнее.

В голове Жустена вновь заворочалась какая-то неясная мысль, которая уже посещала его несколько минут назад. Меньше напоминать Ардозу. Может быть, подсознание нашептывало полицейскому, что теперь Ардоза выглядит иначе, нежели тогда, когда Жустен увидел его снимки впервые? Посмотрев на экран еще некоторое время, он сказал:

– Джервад, убери с обоих снимков усы. И пусть он выглядит немного моложе. Но не в соответствии со стандартами колонистов. Мы старимся очень медленно. Сделай это так, как если бы этот человек был поселенцем. Сбрось ему десять лет в стандартном масштабе.

– Есть, сэр. – Робот стал ловко управляться с верньерами видеоприбора. Фотографии уменьшились в размере и теперь занимали лишь небольшую часть плоского экрана. С лица изображенного на них человека исчезли усы. Компьютер не знал, какой формы была скрывавшаяся под ними верхняя губа мужчины, и поэтому выбрал оптимальную с его точки зрения.

Затем изображения стали множиться, меняясь прямо на глазах. Лицо мужчины начало молодеть. На одних его волосы были жидкими, на других у него отрастала густая шевелюра. Исчезли морщины, бесследно растаял второй подбородок. Однако человек может стареть по-разному, а также и принимать разнообразные меры против этого старения, если захочет. Колонисты, разумеется, предпринимали всевозможные усилия, чтобы замедлить этот процесс, поселенцы – нет.

Колонисты не привыкли наблюдать старение людей, не привыкли видеть, как с годами меняется их внешность. Если бы один из них – людей почти без возраста – подружился бы с юным поселенцем, а потом расстался с ним и встретился снова, скажем, лет через двадцать, он вряд ли узнал бы в постаревшем человеке своего прежнего друга. Но колонисты все же еще не до конца утратили эту способность и в случае необходимости могли ею воспользоваться.

Система компьютерной графики работала очень быстро, и буквально за считанные секунды на экране возникло две дюжины изображений, предлагавших различные варианты того, как мог выглядеть Ардоза много лет назад. Деврей по очереди изучил каждое изображение. Сначала ему хотелось махом отвергнуть все до единого, но он заставил себя не торопиться. Деврей, конечно, доверял своим инстинктам, но только до определенной степени. А вдруг одно из лиц, которые он отвергнет, и окажется именно тем самым, что беспокоит его память? Он должен очень внимательно прислушиваться к тому, что говорит его подсознание. У номера один слишком много волос. Номер два выглядит чересчур молодо. Третий и четвертый слишком худы, в то время как шестой и восьмой, наоборот, получились чрезмерно дородными.

Жустен Деврей медленно переводил глаза с одной картинки на другую. Какой-то голос в его голове шептал, что он уже близко, что вот-вот придет ответ и возникнет ниточка между сегодняшним днем и прошлым.

И наконец он его увидел. Лицо номер пятнадцать. Оно было ему знакомо. И сразу, в тот же момент, как последний кусочек головоломки встал на свое место, сложилось воспоминание. Деврей вспомнил, кто этот человек.

Он действительно видел фотографию Ардозы раньше. И человек, теперь называющий себя этим именем, действительно проходил в качестве второстепенной фигуры по очень большому делу. По самому большому, которое Деврею когда-либо приходилось расследовать. По делу об убийстве Правителя Хэнто Грега, случившемся пять лет назад.


Отчаянно моргая, Жустен потер ладонями лицо.

– Прошу прощения, сэр, я чувствую себя немного уставшим. Всю ночь глаз не сомкнул. Пришел к вам прямо из архива. – Жустен снова моргнул. Комната, в которой он стоял, по-прежнему расплывалась у него перед глазами. Судя по всему, в кабинете Крэша Правителя ждала жена, и именно поэтому он решил поговорить с Жустеном в кабинете своего помощника. Крэш сказал, что его помощник не появится здесь еще около часа, и все же… Благодаря затейливой росписи на стенах, со вкусом подобранной мебели и украшениям это место походило скорее не на рабочий кабинет, а на жилую комнату. Деврей испытал такое ощущение, будто он вторгся в чужое жилище.

– Все в порядке, голубчик, – успокоил его Крэш. – Присаживайтесь. – Он устроился на низком диване и жестом предложил Деврею присоединиться к нему. – Дональд, принеси коммандеру что-нибудь горячее и крепкое. И чтобы побольше кофеина!

– Сию минуту, Правитель! – откликнулся робот и отправился выполнять приказание.

– Ну что ж, коммандер, на десять часов у нас с женой назначена весьма важная встреча, значит, в нашем с вами распоряжении – около часа. Хватит ли вам этого времени, чтобы изложить то, с чем вы пожаловали?

– Это не займет у меня и пяти минут. – Жустен поколебался, но все же решился спросить: – Простите, сэр, эта встреча, которая назначена у вас на десять часов… случайно не с Давло Лентраллом?

Глаза Крэша удивленно расширились:

– Именно с ним, коммандер. Но я не говорил о том, что снова встречаюсь с ним, никому, кроме жены. Могу ли я спросить, откуда вам об этом известно?

– Спасибо, Дональд, – поблагодарил Деврей персонального робота Крэша, вернувшегося с чашкой дымящейся жидкости, которая оказалась чрезвычайно крепким чаем. Как и большинство колонистов, в общении с роботами он редко отягощал себя всякими там «пожалуйста» и «спасибо», но Дональд-111 каким-то образом внушал к себе уважение. Жустен сделал глоток обжигающего чая и сразу же почувствовал себя лучше. – Я почерпнул информацию из двух источников, – заговорил он. – От наших старых друзей из Службы безопасности поселенцев и от Железноголовых. Само собой разумеется, добровольно делиться со мной этой информацией никто из них не захотел бы. Они и сейчас не подозревают, что мне удалось у них узнать. И все же то, что мне стало известно, я выяснил именно у них. Пока они знают про Лентралла немного, но скоро разузнают все. Потому что обе стороны лезут из кожи вон, стараясь разобраться, во что он вовлечен.

– А вы сами знаете, над чем он работает? – спросил Крэш.

– Нет, сэр. Но, повторяю, если поселенцы и Железноголовые тоже не знают об этом, то к обеду им уже будет известно все до мелочей. Они копают как одержимые.

– Почему бы нам не начать с самого начала? – предложил Крэш.

– Конечно, сэр. Видите ли, на протяжении последнего времени я принимал участие в самых разных операциях, чтобы понять, как работают различные подразделения полиции, узнать, что испытывают в тех или иных случаях мои офицеры…

– И еще для того, чтобы не протирать все время штаны в кабинете, – с улыбкой сказал Крэш. – Когда я был шерифом, то делал то же самое.

Деврей улыбнулся в ответ. Он чувствовал себя гораздо проще, общаясь с Правителем, который когда-то, как и он сейчас, возглавлял полицию.

– Да, сэр. Последней из таких операций являлось скрытное наблюдение за главным входом в Сеттлертаун. Я находился на дежурстве, прихватив своего персонального робота, а также взяв в аренду еще одного робота и аэрокар. Эта работа больше всего напоминает ярмарочное развлечение, когда суешь руку в мешок с безделушками и наугад вытаскиваешь какую-нибудь ерунду. Каждый раз, когда мы засекаем человека, который, по идее, не должен входить в Сеттлертаун, мы проверяем его по электронной картотеке.

– Но сейчас, насколько я понимаю, произошло нечто неожиданное?

– Да, сэр. Роботы засекли человека, который не числится в списках посетителей. Мой робот опознал его, а арендованный не сумел, хотя и являлся моделью, предназначенной для нужд безопасности. Затем я обнаружил, что в идентификационную базу данных моего робота были внесены изменения. Это – копия стандартной базы данных Объединенной полиции Инферно, и, следовательно, изменения были внесены в нее.

– Кто-то заложил в идентификационную базу ОПИ фальшивые данные?

– Да, сэр. И могу добавить, что подлинная информация на этого человека в полицейской базе данных отсутствует. Вот только не знаю, были ли эти данные умышленно стерты теми, кто проник в наши компьютеры, или удалены в результате регулярной чистки базы данных, когда из нее выбрасывается устаревшая информация.

– Понятно. И кем же прикидывается неизвестный?

– Доктором Барснеллом Ардозой из Центра исследований в области преобразования климата. – Жустен вынул из папки два распечатанных цветных изображения. – Это – идентификационная карточка из университета, а это – снимок, сделанный в ходе наружного наблюдения, – проговорил он, поочередно протягивая Правителю фотографии.

Крэш взял снимки и негромко присвистнул:

– Норлан Фил. Поселенец, проходивший по делу об убийстве Грега. Усы немного меняют его, но маскировка, надо признать, не самая изощренная.

Жустен Деврей поглядел на Правителя с нескрываемым восхищением.

– Мне его лицо тоже показалось знакомым, но для того, чтобы вспомнить, кто это такой, мне понадобилось много часов подряд ломать голову и сидеть в архиве.

– Вы все эти годы работали копом, – проговорил Крэш, продолжая рассматривать фотографии Ардозы-Фила. – Расследовали кучу разных дел, общались с сотнями людей. А Фил, хотя я с ним ни разу не встречался, проходил по делу, которое стало последним в моей карьере полицейского. Я до сих пор могу закрыть глаза и вспомнить каждую его страницу. Вы сами-то видели этого типа прежде?

– Нет, сэр, я не присутствовал на его допросе. Хотя, наверное, следовало бы.

– Не порите чушь! – сказал Крэш, но его тон был гораздо более мягким, нежели слова. – Вы тогда принимали участие в расследовании важнейшего дела. А Фила задержали в дальнем конце Большого Залива, за тридевять земель от того места, где вы работали, и он выдал нужную нам информацию практически сразу. Какого же черта вам было торчать на его допросах! На тот случай, если он вдруг всплывет на поверхность пятью годами позже?

– Вы, наверное, правы, и все же сейчас я жалею, что не посмотрел на него тогда.

– Гм-м-м. Ладно, упрямая голова, вернемся к сути. Вы сверялись с записями, а моя память может оказаться вовсе не такой безотказной, как мне хотелось бы. Напомните мне вкратце подноготную нашего общего друга Фила.

– Норлан Фил. Поселенец, но к проектам преобразования климата никакого отношения не имел и не имеет. Видимо, воспользовался прорехами в иммиграционном законодательстве и прибыл на Инферно в надежде подзаработать. Он сошелся с бандой контрабандистов, помогая им нелегально вывозить Новых роботов с острова Чистилище, и попался примерно в то же время, когда был убит Грег. Он пошел на сделку с правосудием – сообщил имя рейнджера, который участвовал в заговоре, но в последний момент остался верен присяге и отказался участвовать в покушении. В обмен на эту информацию с Норлана Фила сняли все обвинения и разрешили беспрепятственно убраться с планеты. Кстати, рейнджера звали Эмох Хатвиц, и он был убит в ту же ночь, что и Правитель, находясь на дежурстве. Это убийство напоминало расправу с изменником, и именно оно натолкнуло нас на мысль, что в покушении на Правителя могли быть замешаны банды контрабандистов.

Крэш покачал головой:

– Не зря я попросил вас освежить мою память. Я уже успел забыть, насколько запутанным было то дело. Но Фил должен был покинуть планету. Почему же он этого не сделал?

– Не знаю, сэр. Но тот факт, что ему было предписано убраться с Инферно, объясняет, почему сведений о нем не оказалось в полицейской базе данных. Мы не храним информацию о людях, которые находятся вне планеты. А почему он не улетел? Полагаю, на своей родной планете он тоже не отличался особой честностью, вот и не решился отправиться домой. Может быть, Фил прибыл на Инферно именно потому, что за ним гналась тамошняя полиция, и, вернись он обратно, непременно загремел бы в тюрьму. Обдумав все это, Фил предложил свои услуги поселенцам в качестве внештатного осведомителя. Они взяли его и обязались защищать и поддерживать в обмен на информацию, которую он станет им поставлять.

– Может статься, Синта Меллоу просто заставила его стать агентом, поскольку знала, что у него рыльце в пуху, – добавил Крэш. – Это, конечно, всего лишь предположение, но звучит оно вполне правдоподобно. И все же, что у нас есть на сегодняшний день? Старый контрабандист, который живет под вымышленным именем и вдруг заявился в Сеттлертаун? Маловато. Должно быть что-то еще.

– Да, сэр, это «что-то» имеется. Я оставил Баппера наблюдать за Ардозой и велел не спускать с него глаз, а сам со своим роботом вернулся в штаб-квартиру Объединенной полиции Инферно, желая выяснить, кто же такой этот Ардоза. Он покинул Сеттлертаун вскоре после нашего отъезда, и Баппер довел его прямиком до штаб-квартиры Железноголовых. Там у него состоялась милая беседа с Джадело Гилдерном.

Крэш вздернул брови.

– Ишь ты, ни много ни мало – с самим начальником спецслужбы Железноголовых! Но откуда вам известно, что он говорил с Гилдерном?

– Я как раз хотел об этом рассказать. Сначала робот-привратник его не впускал. Тогда Ар доза кое-что сказал ему, и тот связался с теми, кто находился внутри. Баппер записал и картинку, и разговор с помощью направленного микрофона и камеры. Я просмотрел эту запись, наверно, с дюжину раз. Ардоза, точнее говоря, Фил, сказал следующее: «Послушай, ты, жестянка! Скажи Гилдерну, что пришел Ардоза с новыми сведениями про Лентралла. Он сразу велит меня впустить». Так все и вышло.

– Не очень-то осмотрительное поведение, если ты являешься двойным агентом, – сказал Крэш. – Красоваться перед главными входами в две различные организации, да еще вести подобные разговоры на улице? Безумие!

– Если только Фил не делал это обдуманно, – предположил Жустен. – Он работает на двух хозяев, почему бы ему не обзавестись третьим. Я не исключаю, что он намеренно хотел привлечь наше внимание.

– События развиваются чересчур быстро, и мы можем потратить целое утро, выдвигая различные гипотезы и гадая на кофейной гуще. Интересно, знают ли Меллоу или Гилдерн, что Фил двойной агент?

– Для того чтобы шпионить в пользу Железноголовых, да и поселенцев тоже, нужно иметь крепкие нервы, – сказал Жустен. – Если он способен работать на одних, значит, сумеет работать и на двоих сразу. Не думаю, чтобы Фил стал раскрывать свои карты перед кем-то из хозяев.

– Почему вы так полагаете? – поинтересовался Правитель.

– Интуиция. То, что мы узнали о характере Фила, расследуя убийство Грега, то, как он вел себя возле Сеттлертауна и по дороге в штаб-квартиру Железноголовых.

– Интересно, – пробормотал Крэш. – Очень, очень интересно. Надеюсь, вы установили наблюдение за Филом?

– Не просто наблюдение. Его обложили, как медведя. Целая команда следует за ним по пятам, прослушивает его переговоры, продолжает копаться в его прошлом.

– Отлично. И вот еще что. Лентралл появится в любую минуту. Я не хочу, чтобы он был в одиночестве, когда уйдет отсюда.

– Я как раз хотел предложить то же самое, сэр. Мне кажется целесообразным обеспечивать его безопасность всеми имеющимися способами – и людьми, и роботами. – После убийства Грега уже нельзя полагаться на одних только роботов или одних только людей-телохранителей, поскольку и у тех и у других имеются свои слабые стороны. Оказалось, что гораздо эффективнее использовать смешанные команды, в которые входят и живые, и механические охранники.

– Очень хорошо, – сказал Крэш. – Если бы это не мешало делу, я посоветовал бы, чтобы охрана осуществлялась скрытно, но в данной ситуации… Пусть они просто постараются как можно меньше попадаться ему на глаза. Лентралл, похоже, не из тех, кто любит, когда его опекают. Скорее всего, рано или поздно он лишится головы. Давайте постараемся, чтобы это произошло как можно позже.

– Есть, сэр.

– Благодарю вас за прекрасную работу, Жустен, – сказал Крэш, поднимаясь с дивана. – Важность того, что вы рассказали, невозможно переоценить. Лентралл задал мне еще ту задачку, и для того, чтобы принять решение, мне понадобится как можно больше информации.

Жустен понял намек. Он встал, сложил фотографии в папку и приготовился уходить. Крэш пожал ему руку, а затем ободряюще похлопал по плечу.

– Я рад, что сумел оказаться полезным, сэр.

– Еще как! Еще как, сынок, – проговорил Крэш, выходя вместе с полицейским в коридор. – Вы оказали мне колоссальную услугу. – Робот Крэша открыл дверь в кабинет Правителя и первым вошел внутрь. – Еще раз спасибо, коммандер.

Только после того, как прозвучали последние слова губернатора, он вошел в кабинет и Дональд закрыл дверь, Жустен Деврей сообразил, что Крэш так и не сказал ему ни слова о том, над чем все-таки работает Лентралл.

Тоня Велтон знала об этом. И Симкор Беддл – тоже. А он, Жустен Деврей, начальник Объединенной полиции Инферно, не знал вообще ничего.

5

– Он входит, – сказала Синта Меллоу в портативное переговорное устройство, глядя в окно. Группа наблюдения и группа захвата находились в полной готовности и ждали сигнала. Она обеспокоенно тряхнула головой, увидев, как на крышу садится транспортный аэрокар Объединенной полиции Инферно. Сразу же после того, как он приземлился, со взлетно-посадочной площадки взмыла другая воздушная машина, унося прочь Жустена Деврея.

– Наш молодой человек входит в центральный подъезд, лидер соревнований только что улетел, а его друзья – приземлились. – Синта понимала, что говорит чересчур непонятно, но операция была развернута настолько стремительно, что у них не было времени договориться о кодовых названиях. А, черт с ним! Главное, чтобы ее поняли. Синта заговорила открытым текстом: – Лентралл вошел в здание. Я только что заметила, как улетел на своем аэрокаре Деврей, а вместо него на крыше приземлился транспортник, набитый оперативниками ОПИ. Полагаю, они собираются превратиться в нянек Лентралла.

Конечно, говорить в открытую было рискованно, но Синта была уверена – или почти уверена, – что полиция их не подслушивает. Контрразведка колонистов работала все лучше, но сейчас переговоры шли не по гиперсвязи, а через провода.

Разумеется, полиции было известно об этом наблюдательном пункте, расположенном прямо напротив Дворца Правителя. Точно так же поселенцы знали, что полиция Инферно денно и нощно держит под наблюдением главный вход в Сеттлертаун. Все это было неотъемлемой частью игры. Но знать, в каком кабинете находится наблюдательный пункт, – это одно, а обнаружить потайную линию связи и подсоединиться к ней, да еще незаметно, – совсем другое.

– Если они сейчас начнут прикрывать Лентралла, это будет очень скверно, – послышался голос из переговорного устройства.

Синта Меллоу не удивилась тому, что Тоня Велтон прослушивает переговоры. Ее тревожило другое: Тоня оказалась слишком глубоко вовлечена в эту операцию. Обычно Велтон старалась держаться подальше от спецслужбы, возглавляемой Синтой, и для этого имелись веские причины. Ни один лидер, осознающий свою ответственность, не станет находиться слишком близко к людям, которые занимаются грязной работой. Но в данном случае все обстояло иначе.

– Будьте наготове, – приказала Синта своим подчиненным и передвинула рычажки на переговорном устройстве, отключив группы наблюдения и захвата. – Сейчас нас никто не слышит, мадам Велтон. Мэм, вам не следует говорить, когда вас могут слышать оперативники. Если они узнают ваш голос, это не приведет ни к чему хорошему.

– По этому поводу мы будем волноваться позже, – отрезала Велтон, будто опасность засветиться ее ничуть не волновала. – Что вы там говорили насчет «нянек»?

– Похоже, после того как Лентралл вошел во Дворец Правителя, на крышу приземлился транспортный аэрокар с целым взводом охраны. Я предполагаю, что, как только Лентралл выйдет из здания, его тут же возьмут под охрану.

– И пока они будут «пасти» Лентралла, мы не сможем его взять, – констатировала Тоня.

– Да, мэм, – ответила Синта, стараясь не выдать облегчения, которое испытывала. Она с самого начала не одобряла этой сумасшедшей затеи.

– Значит, мы должны захватить его раньше, чем он окажется в кольце телохранителей, – сказала Тоня. – Берите его!

– Что?! – почти выкрикнула Синта.

– Вы прекрасно слышали меня, Меллоу. Это приказ. Возьмите его сразу же, как только он выйдет из здания. Полагаю, что в вашем распоряжении остается примерно час. Будьте готовы и пошевеливайтесь.


Дверь отворилась так мягко, как если бы была открыта рукой хозяина. Никакого взлома замков, никаких хитроумных приспособлений для отключения охранной сигнализации. Джадело Гилдерн был достоин любых эпитетов, но неуклюжим его назвать было нельзя. Сунув приспособление, с помощью которого открыл дверь, в карман, он вошел в рабочий кабинет Давло Лентралла, закрыл за собой дверь, а затем облегченно вздохнул и оглядел небольшую комнату. Со стороны могло показаться, что Гилдерн совершенно спокоен, но это было не так. Мужчина был перепуган до смерти. Сердце так громко колотилось в его груди, что он боялся, как бы этот стук не услышали в коридоре.

Гилдерн знал, что он далеко не храбрец. В своей работе ему часто приходилось сталкиваться с опасностями и рисковать, но он шел на это исключительно ради собственной выгоды. Даже если путь для достижения этой выгоды был тернистым и запутанным, конечная цель неизменно стояла перед его внутренним взором и вела его подобно путеводной звезде. Что бы ни делал Гилдерн, он делал это только ради себя. И, кстати, он был бы немало удивлен, если бы эта тайная вылазка в кабинет Лентралла не принесла ему очередной порции дивидендов. В данном случае – хотя бы в смысле репутации. Не зря же, отправляясь сюда, он сказал Беддлу, что идет чуть ли не на смерть!

На самом деле никакого особого риска в этом предприятии не было. Если бы Гилдерн попытался проникнуть в компьютерные файлы Лентралла, он в гораздо большей степени рисковал бы быть обнаруженным и схваченным за руку. А тут – совсем иное дело. Помещение охранялось защитной сигнализацией, и это сыграло Гилдерну на руку. Хорошая охранная система заставляет людей чувствовать себя спокойно. Люди, которые чувствуют себя спокойно, расслабляются, а люди, которые расслабляются, начинают делать ошибки.

Одной из таких ошибок являлось мнение, что охранная система, хорошо зарекомендовавшая себя в одном месте, сработает так же надежно и во всех остальных. Очередным свидетельством тому явилось то, как легко справился Гилдерн с дверным замком. Если запоры крепки и охранная система надежна, значит, можно, понадеявшись на них, оставить записи и книги валяющимися где попало.

Гилдерну хотелось верить в то, что Лентралл рассуждал именно так, и, судя по всему, он не ошибся. От компьютерных файлов ему было бы мало прока. Гилдерн не являлся ни технарем, ни ученым. Для того чтобы расшифровать техническую информацию, ему понадобилось бы чересчур много времени. Нет! Бумаги, которые можно сфотографировать, – вот, что ему нужно. Небрежные записки, краткие наброски, приготовленные для того, чтобы объяснить суть проблемы непосвященным. А если повезет – электронные блокноты, доверху набитые информацией, которую можно скопировать и забрать с собой.

В кабинете царил относительный порядок, но не такой, как если бы здесь прибирался робот. Гилдерну хватило одного взгляда, чтобы заметить: некоторые книги на полках чуть-чуть выдвинуты, стопки бумаг на столе выровнены недостаточно аккуратно, а стул не задвинут под письменный стол и стоит чуть в стороне. Значит, Лентралл присматривает за комнатой сам. Что ж, тем лучше! Если Гилдерн случайно сдвинет что-нибудь с места, это останется незамеченным. Кроме того, если хозяин кабинета и впрямь ухаживает за ним самолично, этот «порядок» может немало рассказать о его характере.

Гилдерн приступил к обыску.


От взгляда Фреды Ливинг не ускользнуло, как изменилось лицо ее мужа сразу же, как только за его спиной закрылась дверь. Непроницаемое выражение на нем сменилось глубокой озабоченностью. Посмотрев на жену, Альвар, видимо, понял, что Фреда заметила его тревогу, и печально улыбнулся.

– А вот когда я был полицейским, то не умел скрывать своих чувств, – проговорил он. – Мое лицо было открытой книгой. Вот ведь что политика делает с людьми.

Фреда встала со стула и взяла мужа за руку:

– Даже не знаю, радоваться ли, что со мной ты не притворяешься, или огорчаться тому, что ты вообще на это способен.

– Наверное, и то и другое, – словно извиняясь, сказал Альвар.

– О чем рассказал тебе Деврей?

– О том, что наши друзья и наши враги, которые, кстати, могут оказаться одними и теми же людьми, уже знают почти все, что мы пытаемся держать от них в секрете.

– Не только от них, но и от меня. – Фреда отошла от мужа на пару шагов, сложила руки на груди и присела на краешек его рабочего стола. – Может, если им уже все известно, ты нарушишь обет молчания и все же посвятишь меня в суть происходящего?

Сцепив руки за спиной, Крэш принялся расхаживать из одного конца кабинета в другой – верный признак беспокойства и нетерпения.

– Где же этот парень? – воскликнул он, не обращаясь ни к кому, а затем перевел взгляд на жену, не прекращая мерить комнату шагами. – Не подумай, что у меня есть от тебя какие-то секреты. Просто я хотел, чтобы ты выслушала все это точно так же, как я в первый раз. Мне было важно узнать твое мнение о… об этом, и я не стал тебе ничего говорить, чтобы ты не делала предварительных выводов.

– Тебе это удалось. Мне известно лишь, что это может обернуться угрозой для роботов с Новыми Законами.

Крэш перестал расхаживать по кабинету и снова посмотрел на жену:

– Это может обернуться угрозой для всех. И, кстати, вот главный герой нашего времени.

Дверь скользнула вбок, и в комнату вошел молодой энергичный человек в сопровождении средних размеров робота мышиного цвета, который незамедлительно занял место в одной из стенных ниш. Если робот был совершенно неприметным, то человек – наоборот. Угловатое лицо, темная кожа, подстриженные ежиком волосы, быстрый взгляд придавали ему если не мужественный, то, по крайней мере, необычный вид. Являлся Давло Лентралл центральной фигурой важнейших событий или нет, но выглядел он очень импозантно.

– Доброе утро, доктор Ливинг, – произнес он, отвесив женщине легкий поклон. Этот старомодный жест в его исполнении получился весьма элегантным. Затем он повернулся к ее супругу: – Доброе утро, сэр.

– Здравствуйте, – кивнул Крэш. Возле одной из стен кабинета стоял диван. Крэш уселся на него, Фреда опустилась рядом, и губернатор указал Лентраллу на удобное кресло, стоявшее напротив дивана. – Присаживайтесь, доктор Лентралл.

Однако Лентралл остался стоять. Было видно, что он волнуется, но старается казаться спокойным.

– Сэр, я должен сказать вам одну вещь. Возможно, это прозвучит абсурдно, но мне кажется, что… что за мной следят.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25