Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Фантомас (№2) - Жюв против Фантомаса

ModernLib.Net / Иронические детективы / Сувестр Пьер / Жюв против Фантомаса - Чтение (стр. 14)
Автор: Сувестр Пьер
Жанр: Иронические детективы
Серия: Фантомас

 

 


Глава XXVIII

Старый паралитик

В конце улицы Ром Фандор остановился.

«В конце концов, — размышлял он, — может быть, я совершаю глупость? К чему эта подозрительная фраза:

«Приходите, если вас интересует дело леди Б. и Ф.» Леди Б… это леди Белтам, а Ф… это Фантомас!

Возможно, это письмо послано просто-напросто для того, чтобы заманить меня в ловушку?

Ах, если бы я мог посоветоваться с Жювом!»

Но вот уже две недели как Жером Фандор не видел Жюва! Он несколько раз заходил в Сыскную полицию, домой к инспектору, но не находил его. Жюв исчез!

«Если бы я только мог встретиться с Жювом! Он, по крайней мере, сказал бы, идти мне или нет по приглашению этого Маона…»

Фандор вновь двинулся в путь и вышел на бульвар Перер.

«Ничего, я не дам себя запугать…»

Фандор остановился перед довольно красивым домом, стоящим на бульваре Северный Перер. Он решительно толкнул входную дверь, прошел через вестибюль и задержался возле комнаты консьержки:

— Пожалуйста, мадам?

— Месье?

— У меня к вам один вопрос, у вас проживает здесь один жилец, по фамилии Маон?

— Господин Маон? Конечно, на шестом этаже, дверь направо.

— Благодарю, мадам, я хотел бы узнать кое-что о нем… Я пришел… я пришел, чтобы предложить ему подписать договор на страхование… и желал бы узнать, мадам, какая примерная стоимость обстановки его квартиры, что это за человек, этот господин Маон, сколько ему лет, примерно, разумеется?

— Боже мой, месье, на эти вопросы легко ответить. Господин Маон живет у нас недавно. По-видимому, он не богат… Впрочем, мне кажется, это бывший кавалерийский офицер.

— Да, это так, — поддакнул Фандор.

— Во всяком случае, это очаровательный мужчина, идеальный жилец… Он инвалид, его обе ноги почти полностью парализованы. По-моему, он никогда не выходит из дому, и потом, он никого не принимает.

Фандор принялся горячо благодарить:

— Мадам, вы были очень любезны!

— Что вы, что вы, месье, не за что…

Жером Фандор позвонил в дверь, на которую ему указала консьержка. В ответ он с удивлением услышал странный шум, словно что-то мягко катилось по полу…

«А, понятно, — сказал он про себя, — этот несчастный, наверное, едет в своем кресле на колесах. «

Жером Фандор не ошибся. Когда дверь открылась, он увидел перед собой сидящего в инвалидной коляске благовоспитанного старика, который любезно приветствовал его:

— Господин Фандор?

— Он самый, месье!

Господин Маон отъехал на кресле назад, жестом приглашая Фандора пройти в комнату.

На пороге комнаты Жером Фандор замешкался. Неожиданно за его спиной раздался знакомый голос:

— Да входи же, осел ты этакий!

— Жюв! Жюв!

— Ну конечно, старина.

— Ну и ну!

— Скажи после этого, что я не умею гримироваться!

— Но что за комедию вы разыгрываете здесь? К чему это ярко освещенная комната?

— Почему я жгу много электричества? — переспросил Жюв. — По-моему, ты должен догадаться, почему я так поступаю…

Жюв, вскочив с кресла, сделал, разминаясь, несколько движений.

Ошеломление Фандора его чрезвычайно забавляло:

— Не хочет ли господин присесть. Мне же, ты понимаешь, хочется немного постоять. Так как целый день я вынужден играть старого паралитика-отставника, я не буду против того, чтобы немного размяться.

— Но, в конце концов, Жюв?

— Что ты хочешь знать, наконец? Ладно, слушай! Вот честное повествование моих скромных приключений: …Когда ты пришел ко мне с известием, что ты встретил леди Белтам, что эта женщина, которую я считал мертвой, жива и что я в очередной раз промахнулся с делом Фантомаса, признаюсь тебе честно, я чуть не сошел с ума! Конечно, я не выставил напоказ свои чувства, вопрос честолюбия, мой дорогой, но я был взбешен! След был потерян, нужно было во что бы то ни стало зацепиться за что-нибудь новое.

— Это верно…

— Хорошо! Итак, я решил подобраться с другого конца. На следующий день после попытки убийства Диксона, я, предосторожности ради, оставил трех моих лучших инспекторов следить за этим американцем. Не потому, что я не доверял ему, но просто у меня появилась мысль, что этот тип, как бы это странно ни показалось, еще сильнее втюрится в прекрасную Жозефину. Все мужчины, мой дорогой, настоящие глупцы, если не сказать хуже! Благодаря Жозефине его чуть не придушили, но я дал бы девяносто девять шансов из ста, что Диксон вновь захочет увидеть свою очаровательную возлюбленную… И вот, готово, одним прекрасным утром мой Мишель является ко мне с ценными сведениями.

Диксон вновь встретился с Жозефиной, точнее, Жозефина приехала к Диксону, возможно, с целью оправдаться в его глазах. Ну, а потом была сыграна классическая комедия…

— Какая комедия?

— Ну как же! Слезы, предложения восстановить дружбу, растроганные сердца и т. п., история закончилась тем, что можно было предвидеть заранее. Мишель утверждал, что Жозефина согласилась стать любовницей Диксона и что последний готов содержать ее в роскоши…

— Черт возьми!

— Но этому нечего удивляться, все вполне естественно! Мишель, разумеется, устроил так, чтобы узнать все полезные подробности, он смог достать мне адрес квартиры, в которой отныне собиралась проживать Жозефина, уже не как известная кокетка, а как обычная домохозяйка, регулярно принимающая своего прекрасного друга… Ты схватываешь суть?

— Давайте, давайте дальше, Жюв!

— Черт, какой же ты нетерпеливый! Эта квартира, малыш, расположена в доме номер 33-тер по бульвару Южный Перер, то есть по правую сторону от железной дороги, на пятом этаже… Здесь мы находимся в доме 24-бис по бульвару Северный Перер, по левую сторону от железнодорожных путей, и как раз напротив…

— Квартира Жозефины, — продолжил вместо друга Фандор…

— Совершенно точно!

— То есть вы здесь, чтобы следить за Жозефиной?

— Нет, — смеясь ответил Жюв, — не забывай, что Жюва здесь нет, в этой квартире живет старый господин Маон, бывший кавалерийский офицер.

— Да, но…

— Но что?

— Чем занимается этот старик Маон?

— Чем? Ты сейчас увидишь, малыш. Мне не следует оставаться слишком долго в этой комнате, это может удивить моих соседей, которые начинают узнавать привычки бедного скучающего старика…

И, улыбаясь, Жюв продолжал:

— Я не буду обращать на тебя внимания, идет? Словно тебя здесь нет? Итак, наблюдай за представлением!

Жюв вновь устроился в своей коляске, натянул тяжелый плед на ноги… его живое лицо вдруг преобразилось, потеряв свое насмешливое выражение: в кресле вновь сидел старик!

— Мой милый друг, — прогнусавил он, — не могли бы вы открыть мне дверь?

Фандор, смеясь, выполнил его просьбу, и Жюв, толкая резиновые колеса своей коляски, покатился к освещенной комнате, которую при входе заметил Фандор.

— Вы видите, мой милый друг, — продолжал Жюв, здесь я чувствую себя прекрасно… Здесь много воздуха, я всегда оставляю окно открытым и благодаря этой открытой террасе, на которую я люблю выезжать, я чувствую себя так, словно я гуляю на улице…

— Да, — откликнулся Фандор, — но дорогой господин Маон, вы не опасаетесь за свой ревматизм?

— Я еще не то видывал на войне!

Жюв и Фандор были действительно склонны к ребячеству и очень удивили бы своим поведением тех людей, которые не понимают, что мужество и веселый нрав очень часто идут бок о бок.

— Пожалуйста, дорогой мой друг, — продолжал Жюв, — возьмите книгу, что лежит на столе, и почитайте мне немного вслух. Ах, да, вы были бы очень любезны, если бы передали мне вот эту подзорную трубу.

Только Жером Фандор удовлетворил просьбу полицейского, как тот навел подзорную трубу в направлении ворот Майо.

— Мадемуазель Жозефина, — тихо произнес он, — очень старательно обрабатывает свои ногти… Она водит по ним подушечкой для полировки ногтей.

— Что это, — вмешался Фандор, — плод вашей фантазии?

— Фантазии? Но я говорю вам то, что действительно происходит в данный момент в комнате Жозефины.

— Как вы можете это знать? Вы смотрите не на дом напротив, а в конец бульвара?

Жюв положил на колени свою подзорную трубу. Не выдержав, он расхохотался.

— Ладно, — сказал он, — не буду больше томить тебя. Я ждал от тебя этого замечания. Но, осел ты этакий, ты не видишь, как сделана эта подзорная труба. Посмотри, эти линзы на конце трубы лишь для виду, а внутри ее есть целая система призм. Дружище Фандор, с помощью этой подзорной трубы можно наблюдать не то, что находится напротив тебя, а то, что в стороне. Другими словами, когда я навожу трубу на конец бульвара Перер, я вижу на самом деле дом напротив!

Фандору оставалось только преклониться перед очередным ловким изобретением своего друга. Жюв, правда, не дал ему времени поздравить себя с этим фокусом с трубой. Он вновь огорошил журналиста другим вопросом:

— Скажите мне, дорогой мой, вы милитарист?

— Простите?

— Я вас спрашиваю, нравится ли вам армия?

— Но, господин Маон…

— Дело в том, что два солдата, которых вы можете заметить внизу на улице, собираются…

— Зайти к вам? — уточнил Фандор.

— Откуда ты знаешь?

— От вашей консьержки!

— Ты что, у нее брал интервью?

— Черт возьми! Я вытянул из нее кое-что об очаровательном господине Маоне.

Сейчас смеялся уже Жюв:

— Ах ты, дьявол!

Мягким движением Фандор, по просьбе полицейского, откатил инвалидную коляску и закрыл окно.

— Понимаешь, — объяснил Жюв, — для моих соседей нет ничего странного, что меня посещают друзья-военные, но я не склонен к тому, чтобы третьи лица услышали то, о чем те будут со мной беседовать.

В дверь позвонили.

— Иди, открой, Фандор, я останусь в своем кресле…

Двое солдат, которых Фандор провел в комнату, сердечно пожали Жюву руку и присели на стулья напротив него.

Им уже не надо было соблюдать соответствующее для солдат поведение, они находились среди друзей и вели себя раскованно.

Смеясь, Жюв смотрел на Фандора:

— Не кажется ли тебе, что форма им очень идет? Ты узнаешь Мишеля и Леона?

— О, разумеется, — также улыбаясь, ответил Фандор, — но к чему этот маскарад?

— Это, — возразил Жюв, — лучший костюм для более или менее длительной слежки. Обычно люди не обращают внимания на солдатскую форму, потому что солдат сейчас полно на улицах, и, с другой стороны, трудно узнать гражданского, который неожиданно для других надел военную форму… Но хватит болтать. Что у вас нового, Мишель?

— Шеф, серьезные новости.

— Так, что именно?

— Шеф, согласно вашим распоряжениям, поскольку отпала необходимость следить за объектом, именуемым Жозефиной, мы принялись неотступно наблюдать за настоятельницей Ножанского монастыря.

— Итак, есть какой-нибудь след? — перебил Жюв.

— Да, шеф, есть след и организована слежка.

— Отлично, что вы узнали из этой слежки?

— Следующее, шеф: каждую неделю, во вторник вечером, настоятельница монастыря покидает Ножан и уезжает в Париж.

Жюв резко вздрогнул.

— Куда же именно?

— В одно из отделений своего монастыря, бульвар Журдан.

— Дом номер 180?

— Да, шеф… вы знали?

— Нет, — холодно ответил Жюв. — Продолжайте, Мишель. Чем она занимается в этом филиале?

— Шеф, там живет четыре или пять монахинь.

— Отлично, дальше?

— Так вот, шеф, настоятельница приезжает во вторник вечером, проводит ночь в этом филиале монастыря и на следующий день, то есть в среду, возвращается в Ножан около часа дня. Возможно, она приезжает в филиал, чтобы отдать кое-какие распоряжения… Во всяком случае, мы, Леон и я, проверили, она никого не принимала и никто не приходил спрашивать о ней.

Казалось, Жюв остался недоволен докладом своего подчиненного.

— И вы больше ничего не узнали?

— Нет, шеф.

— Ваше донесение можно свести, таким образом, к следующему, Мишель: настоятельница проводит каждую неделю одну ночь на бульваре Журдан.

— Да, шеф.

Жюв замолчал, о чем-то задумавшись.

Полицейский Мишель спросил его:

— Нужно ли продолжать слежку, шеф?

— Слежку? — переспросил Жюв немного странным голосом. — Пожалуй, нет, не стоит больше. Мишель, возвращайтесь в префектуру и поступайте в распоряжение господина Авара. Вы ему скажете, что в данный момент вы мне не нужны…

Закончив свою миссию, оба солдата откланялись.

— Итак, Жюв?

— Итак, Фандор?

— Какой вывод вы можете сделать из полученного донесения?

Жюв пожал плечами:

— Что Мишель болван…

— Но…

— Не может быть никаких но, Фандор, это я тебе говорю. Настоятельница… леди Белтам для нас двоих, проводит ночь в доме номер 180 по бульвару Журдан! Вот все, что этот агент смог обнаружить! Действительно, ценные сведения…

— Но что случилось? О чем вы догадываетесь, Жюв?

— Хе-хе, я не догадываюсь, я знаю! Пойми, Фандор, дом номер 180 по бульвару Журдан — это дом, который не позволено не знать полиции. Двадцать лет назад там произошел скандал, наделавший шуму на весь свет! Впрочем, неважно, в чем там было дело.

Главное, что я запомнил, дом имеет два выхода — один на бульвар Журдан, а другой — на подобие пустыря, ведущего к оборонительным сооружениям. Два выхода, ты понимаешь, что это означает, Фандор?

— По-вашему, леди Белтам не остается на бульваре Журдан!

— Черт возьми! И больше всего меня бесит то, что такому полицейскому, как Мишель, даже не пришла в голову мысль, что дом по бульвару Журдан — всего лишь место, где леди Белтам переодевается, чтобы отправиться на другое свидание.

— Почему же вы в таком случае не приказали Мишелю следить за этим потайным выходом?

Жюв покачал головой.

— Я поостерегся делать это, — сказал он, — так как в такой деликатной операции я предпочитаю доверять только самому себе.

Фандор задумался:

— Послушайте, Жюв, я, может, скажу глупость, но, по-моему, мы сейчас крайне заинтересованы в том, чтобы проследить за особняком в Нейи…

— Ты говоришь глупость? Эх, Фандор, мне кажется, совсем напротив, ты становишься настоящим полицейским…

Глава XXIX

Через окно

«Какой смелый мальчик! Поистине во всем можно положиться на него. Он не обижается на шутки и всегда готов к самым опасным приключениям… Ах, такая дружба встречается редко, но она тем более бесценна…»

Фандор только что ушел от Жюва, и последний не мог не разволноваться, размышляя о преданности своего друга-журналиста.

«Так как, в конце концов, — думал он, — Фандор никогда не боится быть замешанным в самые разнообразные интриги полиции, рисковать всем и вся, ввязываться в самые опасные дела не только ради того, чтобы его „Капиталь“ была самой информированной газетой в мире, но и потому, что он не хочет оставлять меня один на один с Фантомасом. «

Жюв облокотился в своем кресле, и его взгляд машинально упал на дом, где проживала Жозефина.

«Если бы я еще мог в точности узнать, что происходит в доме напротив, я был бы сегодня совсем доволен!»

Жюв вооружился подзорной трубой, навел ее в направлении ворот Майо и таким образом, как он объяснил Фандору, мог ни на минуту не упускать — еще было достаточно светло — движения Жозефины, сидящей в квартире напротив его дома.

Вдруг Жюв заворочался в своем кресле.

«Ага! Наверняка кто-то позвонил в дверь, она выходит из комнаты и идет, если верить тому плану ее квартиры, что я раздобыл, к входной двери…»

Прошла минута. В комнатах, расположенных в передней части дома, никого не было. Жюв не ошибся: Жозефина, должно быть, принимала гостей.

Прошло еще несколько минут. Из тучи, висевшей над городом, полил проливной дождь. Когда Жюв вновь взглянул в трубу, он не смог сдержать вздох страшного удивления.

«Черт возьми! Ах, если бы только он мог обернуться!.. Этот чертов дождь мешает мне рассмотреть его получше… Однако рост этого типа, его жесты, да, да! И потом, судя по тому, как Жозефина с ним разговаривает… Уже это может рассеять мои сомнения…

Я почти уверен… Ах, скотина, повернешься ли ты когда-нибудь! Так, он поставил чемодан на стул, на чемодане должны быть написаны его инициалы, но с этого расстояния я, конечно, ничего не прочитаю… Значит, он уезжает? Хотя можно было ожидать его появление у Жозефины, все-таки это переходит все границы… Это невероятно… Лупар меня не удивил бы здесь, но он, он!..

Конечно же, это он! Это Шалек! Но, кажется, Жозефина хорошо его знает… Боже мой! Боже мой! Что же делать?»

Жюв внезапно покинул свой наблюдательный пост. С силой толкнутое им кресло покатилось вглубь квартиры. Жюв схватил трубку телефонного аппарата.

— Алло! Дайте мне префектуру… Да, мадемуазель… Алло, алло… Префектура? Говорит Жюв… Пошлите немедленно инспекторов Леона и Мишеля к дому 33-тер по бульвару Южный Перер. Никаких инструкций, кроме как ждать у выхода из этого дома и арестовать лиц, которых они знают под номерами 14 и 15… Понятно?

Жюв положил трубку и вернулся к своему наблюдательному посту, где, взяв в руки подзорную трубу, продолжил следить за тем, что происходит в доме Жозефины.

«Ого, оживленная у них беседа, у этих двоих, по-видимому, происходит серьезный разговор, интересно, о чем они говорят? А Леон и Мишель все еще не пришли! Нет, я несправедлив, им нужно дать время, чтобы добраться сюда из префектуры… Ах, проклятье, я этого боялся, Шалек уходит…»

Жюв секунду сомневался. Что делать? Спуститься, сбежать по лестнице, мчаться к бульвару Перер и попытаться схватить бандита? Невозможно! За это время Шалек сто раз успеет скрыться!

Жюв, правда, успокаивал себя.

«К счастью, он оставил свой чемодан… Значит, он должен вернуться… Да, он оставил свой чемодан и, по-моему, даже свою трость, которая лежит на стуле…»

Бессильный что-либо сделать, Жюв наблюдал, как Шалек появился внизу, у подъезда дома Жозефины, и начал удаляться от него быстрым шагом… Мучительно вглядываясь вдаль, Жюв взглядом проводил силуэт доктора, пока тот не исчез за углом какого-то дома…

Будет ли у него еще такой прекрасный случай схватить бандита, не потерял ли он сейчас последнюю возможность арестовать его?

«Нет, нет, он должен вернуться, — подбадривал себя Жюв, — иначе он не оставил бы свои вещи. Не надо отчаиваться! Я схвачу рано или поздно этого Шалека, не сегодня, так завтра…»

Жюв уже собирался покинуть свое место, когда вдруг увидел, что Жозефина подняла голову, словно человек, который к чему-то прислушивается, который старается уловить какой-то непонятный и загадочный шум…

«Что там происходит?»

Жюв лихорадочно думал.

«Без всяких сомнений, она что-то услышала. Вместе с тем она вряд ли так скоро ожидает возвращения Шалека…»

Пораженный, Жюв увидел, как Жозефина неожиданно одним прыжком, отскочила к окну комнаты, в которой она находилась.

Девушка неподвижно смотрела перед собой, вытянув руки вперед в жесте отчаяния… Она, казалось, была поражена чем-то ужасным, испуганная, задыхаясь от страха, она дрожала всем телом.

Оставшись на несколько минут неподвижной, она затем, спотыкаясь, начала отходить спиной к окну. Пошатываясь, вся в ужасе, она взобралась на подоконник, продолжая при этом смотреть перед собой вглубь комнаты.

«Боже мой! Боже мой! Что там случилось? Ах, несчастная!»

Жозефина, испустив отчаянный вопль, сделала еще один шаг и ступила в пустоту. Жюв видел, как молодая женщина несколько раз перевернулась в воздухе, и услышал глухой стук ударившегося о землю тела…

Жюв вне себя бросился из комнаты, слетел по лестнице, промчался мимо консьержки, которая едва не свалилась в обморок, увидав прытко бежавшего жильца, до сих пор бывшего парализованным… Жюв свернул на бульвар Перер, бросился к железной дороге и, задыхаясь от быстрого бега, прибежал к месту, где лежала несчастная Жозефина… На шум упавшего тела и крики бедняжки в окнах домов появились люди, и, примчавшись, Жюв увидел вокруг несчастной Жозефины плотное кольцо прохожих… Полицейский, резко расталкивая зевак, добрался до центра круга и присел на колено возле тела. Приложив ухо к груди, он прислушался: мертва?… Нет! Из груди пострадавшей доносился слабый стон, она тихо хрипела… Жюв понял, что благодаря немыслимой случайности Жозефина во время падения, зацепилась за крайние ветви одного из платанов, растущих вдоль бульвара. Это позволило слегка затормозить падение. Жозефина, по-видимому, упала ногами на тротуар, поскольку они были ужасно разбиты, одна рука безжизненно висела, но сама девушка еще дышала…

— Быстро, — приказал Жюв, — фиакр, надо ее отвезти в больницу, быстро! Быстро!..

Глава XXX

Дядя и племянник

— Итак, дядя вы решили переехать жить в Нейи?

— Ох-ох, решил! Это твоя тетя находит этот квартал очаровательным. Хотя там действительно будет приятно жить, у нас будет сад… и потом, цена на землю в этом районе обязательно возрастет.

Довольно полный мужчина, раздельно, по слогам, произносивший слово «спекуляция», казалось, говорил о рае земном.

Судя по его внешности, это был мелкий торговец, отошедший от дел и уверовавший в свою неповторимую гениальность.

Рядом с ним сидел молодой человек, которого он называл своим племянником, стройный, элегантный, со светлыми тонкими усами под «трех мушкетеров», молодой служащий универмага, желающий выдать себя за сноба…

— Вы правы, спекуляция землею дело почти беспроигрышное, приносящее вместе с тем ощутимую прибыль… Итак, вы написали привратнику этого особняка с просьбой осмотреть дом?

— Совершенно точно, и он ответил мне, что можно прийти либо сегодня, либо завтра, он покажет мне дом. Вот почему я попросил тебя сопровождать меня, так как, в конце концов, ты единственный наследник моего состояния…

— О, дядя! Поверьте мне…

— Да, да, я знаю…

Трамвай, идущий от бульвара Мадлен, в котором двое мужчин громко беседовали, не обращая внимания на улыбки других пассажиров, притормозил на площади Церкви в Нейи.

— Выходим! Бульвар Инкерман начинается отсюда.

С одышкой, присущей человеку, чья тучность затрудняет любое физическое упражнение, дядя грузно спустился с подножки трамвая.

Более проворный, молодой человек соскочил за ним:

— Довольно много транспорта ходит в Нейи, не правда ли?

— Да, это так…

Через пять минут они приближались к дому леди Белтам, к которому несколько дней назад приходили Жюв и Фандор.

— Видишь, малыш, — громко заявил тучный господин, — особняк не так уж плохо смотрится. По всей видимости, в нем уже давно никто не живет. Но в конце концов может оказаться, что он не потребует большого ремонта!

— Во всяком случае, сад прекрасен.

— Да, сад довольно большой.

— Итак, звоним?

— Да, звони!

Молодой человек нажал на кнопку, и вдалеке раздался звон колокольчика. Скоро появился и привратник, высокий мужчина с длинными бакенбардами, все как положено: совершенный тип слуги из богатого дома.

— Господа пришли осмотреть дом?

— Совершенно верно. Меня зовут господин Дюрю. Это я вам писал…

— Да, месье, я помню.

Привратник провел посетителей в сад, и толстый господин сразу же схватил племянника за руку.

— Ты видишь, Эмиль, — говорил он, шагая по аллее, — это не огромный сад, но, в конце концов, достаточно большой… Перед домом деревьев нет, бульвар Инкерман хорошо виден из всех окон…

Привратник, шагавший за двумя посетителями, прервал восторг будущего хозяина имения:

— Может быть, господа желают осмотреть дом?

— Ну конечно, конечно!

Привратник провел своих гостей по ступенькам широкого подъезда к главному входу:

— Вот передняя, господа, слева — буфетная, кухня, справа — столовая, прямо перед вами малая гостиная, дальше расположена большая гостиная, наконец, здесь вы видите винтовую лестницу, ведущую на второй этаж… Надеюсь, господа, не обращают внимания на внутреннее состояние дома, в нем уже давно никто не живет…

— Да, да… А кому принадлежит это жилище?

— Леди Белтам, месье.

— Она здесь не живет?

— Она здесь больше не живет, месье. Леди Белтам находится в длительном путешествии… из-за своего здоровья… Неизвестно, когда она вернется, поэтому этот особняк продают…

По-прежнему без лишних слов и с не очень довольным видом слуга вел сейчас визитеров на второй этаж.

— В доме только одна лестница? — спросил тучный господин.

— Да, только одна лестница.

— Отлично, отлично…

Дойдя до вершины лестницы, дядя нагнулся к племяннику:

— Ты знаешь, мне здесь очень нравится…

— Да, очаровательный домик, — сказал племянник.

— Только какой ремонт предстоит!

И, поворачиваясь к привратнику, тучный господин спросил:

— Отчего здесь такая необычная сырость? Мы далеко от Сены, бульвар Инкерман проветривается хорошо, сад не очень тенистый…

— Господин сейчас увидит, — ответил привратник, — что архитектор этого дома допустил одну большую оплошность, в погребе выкопан колодец, в котором накапливается дождевая вода, отсюда и эта всюду проникающая сырость.

— Это не очень заманчиво для меня, — констатировал тучный господин, — я больше всего боюсь сырости, с моим-то ревматизмом.

Привратник, не говоря больше ни слова, толкнул дверь:

— Вот спальня леди Белтам.

— Как видно, это последнее жилье, в котором она обитала…

— Как видно? Почему господин так утверждает?

— Но… смотрите, стулья сдвинуты так, словно на них недавно сидели… На мебели гораздо меньше пыли. Вот, взгляните… на этом письменном столе… на этом секретере, под бюваром след пыли… Бювар был сдвинут совсем недавно… кто-то писал здесь, не так давно… Но… но что с вами?

Слушая тучного господина, привратник странным образом взволновался.

— О, ничего, — пролепетал он, — ничего! Но я хотел бы… если вы не возражаете… было бы лучше…

Волнение привратника явно заинтриговало толстого господина.

— Что с вами, — повторил он, — складывается впечатление, что вы чего-то боитесь?

— Боюсь? Месье! Нет, я не боюсь, вот только…

— Что только?

Понизив голос и попятившись вдруг к двери комнаты, привратник признался:

— Вот, что я вам скажу, господин, лучше не оставаться здесь… Леди Белтам продает этот дом, потому что это дом с привидениями!

— Да неужели?

Ни на дядю, ни на племянника заявление их гида, казалось, не произвело впечатления. Дядя громко хохотал, словно человек, довольный удачной шуткой, племянник же, более сдержанный, спросил:

— Стало быть, в доме есть призраки?

— О, — подтвердил привратник, покачивая головой, — господа ошибаются, насмехаясь над этим, все не так смешно, как кажется… Я хорошо знаю, чем покупать этот особняк, лучше…

Дядя продолжал смеяться, но племянник настойчиво выпытывал:

— Но что, в конце концов, происходит в этом доме?

— Месье, его посещают духи…

— Духи!

— Да, месье…

— И вы их «видели»?

Привратник возразил:

— О, разумеется, нет, месье, когда они приходят, я закрываюсь в своем флигеле…

— В таком случае, — спросил тучный господин, который никак не мог отойти от смеха, — каким образом вы узнаете, что они приходят? Привидений не существует…

— Пусть меня простит господин, — говорил бедный слуга, — но это не совсем обычные привидения. Я их никогда не видел, но знаю, когда они объявляют о своем приходе…

— У них что, свои часы посещений?

— Часы? Не совсем, месье, скорее, дни!

— Дни!

— Да, точнее, день! Да будет известно месье, что они приходят каждую неделю, в ночь со вторника на среду…

— Но это бред какой-то, что вы такое нам рассказываете?

— Это право господина мне не верить, но я все-таки говорю правду, я уверен в этом. Только я отправлялся за ключами, чтобы открыть эту комнату, как никого уже не было! Сначала я подумал, что это грабители, но из дома ничего не пропало… Однако я не мог ошибиться, как же, мебель была сдвинута… на полу валялись крошки хлеба…

— Крошки хлеба! Значит, ваши духи приходят сюда поужинать?

— Но скажите, любезный, что сказала леди Белтам, когда вы рассказали ей об этом?

Леди Белтам сначала просто посмеялась над его страхами.

— Но у меня, месье, — продолжал привратник, — своя голова на плечах. Я каждый день караулил в саду и слышал одни и те же звуки, каждый раз в ночь со вторника на среду… Наконец я придумал одну ловушку, я обвел на полу мелом ножки стульев, стоящих в спальне леди Белтам, когда она была в очередном путешествии… Так вот, месье, когда я вошел в дом, в четверг, стулья не стояли на своем месте, все было сдвинуто! Вот.

— Ну и дальше, — спросил молодой человек.

— Дальше, — продолжал слуга, — я рассказал об этом леди Белтам, когда она вернулась, я рассказал ей о своей хитрости с мелом, и на этот раз, видно было, что она поверила и, по-моему, сильно испугалась. Тогда-то она и решила продать дом, в котором она с тех пор не появлялась.

— Но вы осматривали только эту комнату?

— Да, только эту комнату и еще, правда, лестницу и переднюю.

— Однако, что же вас убедило, что это именно привидения?

— Кто же, по-вашему, может это быть, месье? Если бы это были воры, они не уходили бы с пустыми руками… И потом, они не приходили бы так… так регулярно, ну и еще, я слышал, как звенят цепи.

— Ладно, — вдруг сказал толстый мужчина, начиная спускаться по лестнице, — поскольку это дом с привидениями, я заплачу меньше.

— Месье, несмотря ни на что, покупает дом?

— Еще бы, черт возьми!

После чего, вновь возвращаясь к своей главной проблеме, толстяк добавил:

— Гораздо больше, чем ваши привидения, меня беспокоит сырость!

Очутившись на первом этаже здания, привратник, казалось, чувствовал себя увереннее.

— О, сырость, — сказал он, — с ней легко справиться. Месье сейчас увидит, у нас есть хороший калорифер!

— Но он сломан, ваш калорифер, — возразил дородный господин.

— О, это ничего страшного, его просто однажды залило… Его недорого будет починить. Если вам будет угодно посмотреть внутрь аппарата, вы сможете убедиться, что трубы в отличном состоянии…


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17