Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дуэт - Влюбленные соперники

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Аллен Дэнис / Влюбленные соперники - Чтение (стр. 4)
Автор: Аллен Дэнис
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Дуэт

 

 


– Тогда почему ты не назначишь день свадьбы? – спросил он ровным и безразличным тоном. – Никто тебя не будет винить, если ты не соблюдешь полагающийся годовой траур по деду. Вы были помолвлены еще до его болезни, а здешние люди не такие уж ярые сторонники благопристойности, чтобы возражать против этого, так ведь?

– Ты бы удивился, если бы знал, какими твердолобыми могут быть местные жители, – с горечью возразил Зак. – Я и так приобрел репутацию порядочного распутника. И это только потому, что делал естественные для мужчины вещи!

– Но вернемся к Бесс… – Алекс хотел еще раз поговорить с братом о браке, постараться приблизить день свадьбы. Чем скорее Бесс выйдет замуж за брата, тем скорее он сам сможет избавиться от преследующего его пленительного образа девушки.

Внезапно внимание Алекса привлекло какое-то необычное движение возле скалы, за которой начиналась тропинка. Неужели за ними кто-то следит?

Стараясь делать вид, что не смотрит в ту сторону, Алекс скосил глаза на скалу. Он продолжал разговор с братом, но перевел его от женщин вообще и Бесс в частности на другую интересующую их обоих область – на лошадей. Зак, по всей видимости, ничего не заметил или ему было абсолютно все равно, о чем говорить.

А вот и опять! Хотя Алекса отделяли от скалы несколько ярдов, он не сомневался, что заметил длинную шелковистую прядь каштановых волос, развевающихся на дующем с моря легком веерке. Не было никакого сомнения в том, кому именно принадлежат эти волосы, – он давно отметил этот необыкновенный медно-золотистый оттенок. За ними наблюдала Бесс. Она видела их, его и брата, в обнаженном виде!

Нужно прикрыться, подумал Алекс. Но сделать это надо непринужденным образом. Он не хотел смущать девушку, показав, что знает о ее присутствии, знает, что она подглядывает за ними. Но почему-то, да простит его Бог, закрываться не хотелось. Ему понравилось, что Бесс, застав их без одежды, не убежала, что оказалась достаточно любопытной, чтобы остаться и подсматривать за ними, и, возможно, даже получала удовольствие от увиденного. Это означал, что малышка не ханжа, и, по всей видимости, свидетельствовало о страстности ее натуры.

Эта мысль сильно возбудила его. Алекс почувствовал, как ускорился пульс, напряглось тело и начало твердеть внизу живота. Решив не показывать Бесс большего, чем то, на что она могла рассчитывать, и невольно не выдать, что он знает о ее присутствии, Алекс быстро поднялся и прыгнул в воду. Вынырнув на поверхность, он увидел пристально смотрящего на него Зака.

– У тебя что, солнечный удар? – спросил брат, на лице которого было написано выражение неподдельного недоумения, смешанного с весельем. – Я даже не успел закончить фразу. Должен тебе сказать, когда ты…

– Извини, Зак, – прервал его Алекс, бросая взгляд на скалу. Резко встав и прыгнув в воду, он разбудил пса, и сейчас собака, виляя хвостом, тоже смотрела в ту же сторону. Девушки там не было. – Просто немного перегрелся на солнце. Давай сюда! У нас есть время, чтобы еще разок искупаться перед чаем.

Если он задержит Зака еще на полчасика, Бесс вполне хватит времени, чтобы вернуться домой или в Пенкерроу. Алекс тоже не хотел торопиться – он желал Бесс, и ему надо было обдумать создавшуюся ситуацию.

– Я рада, что мы остаемся к чаю, Лилибет, – сказала Габби, ерзая по дивану. – Я помогала Сэдди и кухарке печь лепешки. Они с черникой, как раз такие, как любит Зак.

И хотя до того Габби упорно твердила, что не собирается пачкать руки тестом, она была вся в муке, что свидетельствовало об изменчивости женской натуры.

– Уверена, что они будут очень вкусными, Габби, – ответила Бесс, с рассеянным видом погладив сестру по плечу.

После приключения в бухте она чувствовала себя не в своей тарелке. Влечение, которое она ощутила к Алексу, влечение, на которое до того она не обращала внимания, объясняя его вполне естественной и безобидной привязанностью к брату своего жениха, начало перерастать в нечто пугающее. Чувство обиды на привязанность Зака к Алексу оказалось не столь простым, как Бесс первоначально полагала. Похоже, что она главным образом обижена на то, что ей отказано в компании не столько Зака, сколько Алекса. Боже мой, чего же, в конце концов, она хочет?

Вся беда в том, что в присутствии Алекса она испытывала те эмоции, которые ей хотелось бы испытывать наедине с Заком. Но она же любит Зака. И всегда любила его. Как же можно быть такой непостоянной? По ее разумению, существовал только один выход из всей этой неразберихи. Она и Зак должны пожениться как можно скорее! Бедняжка считала, что, когда это случится, ее тяга к Алексу исчезнет без следа.

– Хей-хо, моя любовь! Так вот ты где!

Когда Алекс и Зак вошли в комнату, сердце Бесс ёкнуло. Они выглядели отдохнувшими и веселыми, немного возбужденными от морского ветра и горячего солнца. Она поднялась, подставила Заку щеку для поцелуя и через его плечо встретилась глазами с Алексом, с этими бездонными черными огнями. Глубокими омутами, в которых неразумная девушка может утонуть без следа, сказала она сама себе.

На Алексе был жилет цвета красного вина и сюртук из блестящей черной материи. Бесс вспомнила, что его могучие плечи были настоящими, без ватных приспособлений, увеличивающих их ширину. Она видела его всего, каждую деталь с головы до пят…

Вернувшись к настоящему, Бесс, встав напротив Зака, с наигранным осуждением ткнула пальцем в среднюю пуговицу его сюртука. Решив не быть занудой, она смягчила свои жесткие слова шутливой улыбкой.

– У вас была назначена встреча со мной, Закери Викем, но вы на нее не явились! Я была здесь в половине первого, как мы и договорились. Но где, скажите на милость, были вы?

– Да, Зак, где ты был? – эхом отозвался позади нее голос Габби. – Я знаю, что ты опять уезжал с лордом Россом, хотя Бесс бесстыдно наврала мне и сказала, что вы встречаетесь в другом месте.

К чести Зака, он покраснел.

– Черт побери, Бесс. Дьявольски извиняюсь. Совершенно забыл. Ты ведь простишь меня, правда?

– При одном условии, – ответила Бесс, приподнимая бровь.

– Все, что пожелаешь, Лилибет, – заявил он, очарованный ее шутливым тоном.

– Женись на мне в конце лета, негодяй!

Сохраняя на лице улыбку, Бесс сосредоточила все свое внимание только на Заке. Она старалась не смотреть на Алекса из страха, что может потерять всю свою решимость.

После изумленной паузы Зак растерянно произнес:

– Неужели тебе так не терпится выйти за меня, любовь моя? Неужели тебя совсем не волнует то, что будут болтать в соседних деревнях о нашей свадьбе?

– Мне плевать! – ответила Бесс, и ее глаза задорно заблестели.

– Совсем не волнует! – сказала Габби, втискиваясь между ними. – Мы тебя любим, Зак, и хотим, чтобы ты женился на нас – я имею в виду женился на Бесс – прямо сейчас.

Смеясь, Зак нагнулся и поднял Габби, которая крепко обхватила его руками.

– Тогда это надо сделать немедленно.

Лучшего времени не придумаешь, тем более что самый близкий мне человек находится рядом. На сколько ты можешь еще остаться, Алекс? Ты же не уедешь, пока я благополучно не женюсь на той прекрасной девушке – я имею в виду на этих прекрасных девушках – ведь так? – И Зак ущипнул щеку Габби, взвизгнувшей при этом от удовольствия.

Бесс пристально взглянула на Алекса. Казалось, он изменился, а может быть, это она видит его теперь по-другому? Алекс смотрел на нее так, словно знал, почему она так настаивает на свадьбе. Но это ведь невозможно, не так ли? Бесс почувствовала, как от груди к щекам поднимается жаркая волна.

– Я с удовольствием останусь до свадьбы, – заверил брата Алекс, – но только если та действительно состоится в конце лета. У меня есть дело, которое требует моего присутствия в Лондоне в сентябре.

Зак удивился.

– Какое дело? Ты никогда не упоминал о том, что у тебя есть дело в Лондоне.

– До сегодняшнего дня я не видел в этом никакой необходимости, – объяснил Алекс. – Я мог бы остаться после свадьбы и дольше, – добавил он с шутливой обстоятельностью, – но боюсь, что окажусь третьим лишним.

Я был очень рад вновь обрести в твоем лице брата, Зак, но уверен, ты согласишься с тем, что в этом случае братская любовь имеет свои границы.

– Это значит, что я тоже не смогу поехать с вами в свадебное путешествие? – требовательно спросила, очевидно пришедшая в крайнее негодование, Габби. – Почему Лилибет должна завладеть Заком целиком? Это некрасиво. Ей достается сразу все!

– Со временем ты все поймешь, крошка, – успокоительно сказал Алекс, подмигивая Габби.

Ничего не ответив, Габби посмотрела на него так, как будто желала, чтобы он провалился сквозь землю.

Когда малышка кинула на него обжигающий и злобный взгляд, Алекс с трудом смог удержаться от смеха. Девчонка невзлюбила его с самого начала, это факт – ведь она по-детски влюблена в Зака, и ее возмущение, что с недавних пор он захватил все внимание брата, было вполне понятным. Но в этот вечер комичная попытка Габби дать ему отпор явилась не единственной причиной для смеха.

Вероятно, поддавшись торжественной атмосфере назначения дня свадьбы – на двадцать первое августа, день рождения Бесс, – Зак импульсивно пригласил ту остаться на ужин, совершенно забыв о том, что намеревался этим вечером навестить подружку. Потом, после чая, он все-таки уехал в Сент-Тисс так скоро, как только позволили приличия, заверив Бесс и Алекса, что непременно вернется к ужину. Свой отъезд он объяснил тем, что хочет в ознаменование такого случая купить невесте подарок.

Во время этого вранья Алекс наблюдал за Бесс и не мог понять, заподозрила ли она что-нибудь или нет. Он от всей души надеялся на то, что она не услышала той части их беседы, в которой шла речь о любовнице Зака. Лично он думал, что это так и было. Как только он заметил, что она прячется за скалой, так тут же сменил тему разговора, и все же… Сегодня судить о чем-нибудь по поведению Бесс едва ли возможно – ее обычно живая манера поведения сменилась на более сдержанную.

Алексу было бы особенно интересно узнать, каким образом сцена, подсмотренная Бесс в бухте, повлияла на ее решение окончательно определить день свадьбы. Теперь, когда он узнал о том, что Зак забыл о своем приглашении совершить вместе с ней верховую прогулку, ему все стало понятно. По всей видимости, Бесс искала его, злая и полная негодования, что Зак совсем забыл о ней и опять ушел гулять с братом. Скорей всего, она просто решила, что чем скорее наступит день свадьбы, тем скорее он уедет и хотя бы на время исчезнет из их жизни. А может быть, вид обнаженного Зака вызвал в ней желание лечь вместе с ним в постель? Внезапно Алекс почувствовал укол ревности.

Габби отправили домой – что, разумеется, было совершенно противно ее желанию – с одним из слуг в кабриолете Зака вместе с запиской к миссис Тэвисток, в которой говорилось о том, что Бесс останется в Пенкерроу на ужин и поэтому нуждается в подобающем платье. Бесс удалилась наверх и оставалась там до самого ужина.

Но время ужина настало, а потом и прошло. Было уже восемь часов вечера, а Зак все еще не вернулся из Сент-Тисса. Ожидание в гостиной рядом с Бесс оказалось нелегким испытанием. Алекс оделся весьма тщательно и в процессе своего туалета измял восемь шейных платков. Успеху не способствовала и реплика Дадли, который, обратив внимание на возбужденное состояние хозяина, заметил, что столько платков сразу его светлость в последний раз испортил в день приезда в Пенкерроу. Только ли тщеславие заставляло Алекса прилагать столько труда, пытаясь выглядеть как можно лучше? Он всегда старался одеваться хорошо. Как это ни нелепо, но в компании Бесс он вдруг почувствовал себя неловко, хотя за последний месяц они виделись достаточно много, а иногда даже оставались наедине.

Бесс, разумеется, в свою очередь испытывала чувство смущения из-за того, что перед этим видела его обнаженным. Но поскольку она и не подозревала о том, что Алекс знает, что она шпионила за ними, он не видел никакой причины для того, чтобы самому не вести себя так же естественно, как и обычно. Заставив себя успокоиться, Алекс начал разговор:

– Похоже, нужно начинать ужинать без Закери. Подозреваю, что наш шалопай повстречал какого-нибудь приятеля и наслаждается сейчас восьмой кружкой пива.

– Думаете? – Всем своим видом Бесс говорила, что рада такому простому объяснению отсутствия жениха. – Я немного беспокоюсь за него, – простодушно призналась девушка.

Алекса охватил гнев на брата – необычное, совершенно новое и незнакомое ему чувство.

– Я уверен, что с ним все в порядке. Не стоит слишком сердиться на него. Уверен, что Зак находится в хорошей компании и просто потерял всякое представление о времени. А потом, когда он увидит, который час, то, вероятно, решит, что уже не успеет возвратиться к ужину, и, возможно, даже останется ночевать там.

Бесс поправила волосы и улыбнулась.

– Пожалуй, это действительно так. Теперь мне стало гораздо легче. Может быть, нам действительно приступить к ужину? По правде говоря, я ужасно голодна.

Алекс решил, что она успокоилась. Ему претило лгать девушке, хотя он был совершенно уверен в том, что Зак действительно находится в хороших руках, а если быть точным, то в ласковых объятиях Тэсс.

Жареный цыпленок, слишком долго пробыв на вертеле, оказался немного жестковат, но Алекс совершенно не обратил на это внимания. Щедро отхлебнув налитого ему вина, он вновь почувствовал себя совершенно свободно. В конце концов, напротив него сейчас сидит очаровательнейшая из женщин. А поскольку вряд ли когда-нибудь ему представится другая возможность побыть с ней наедине, почему бы ему не использовать этот случай? Он не собирался соблазнять ее, а просто хотел продлить удовольствие от общения с ней.

Этим вечером Бесс была одета в розовое, и этот красивый темно-розовый цвет выгодно оттенял ее белоснежную кожу, а каштановые волосы, поднятые вверх, открывали гибкую шею. Вырез платья был глубоким, более рискованным, чем обычно, – может быть, потому, что она считала сегодняшний день праздником. Прекрасные нежные плечи были обнажены, а белая высокая грудь, вздымавшаяся над жемчужной отделкой, которой обшили края выреза, в свете свеч отливала перламутром. Он попытался представить себе, какого цвета ее соски – такого же, как платье? – но тут же одернул себя, решив вообще выкинуть из головы подобные мысли.

– Расскажите мне о своей семье, Бесс, – внезапно попросил он после того, как слуги убрали тарелки последней перемены блюд и поставили перед ними графин с портвейном.

Бесс сначала как будто удивилась, а потом оживилась. А его порадовало то, что, начав говорить, она в первый раз за весь вечер улыбнулась.

– Ну, вы же видели Габби и маму и, наверное, заметили, как они похожи друг на друга. Я часто думаю, что и та и другая были бы очень хороши на сцене, но увы, для нашего круга это невозможно.

– А ваш отец? Зак говорил, что он умер не так давно.

Глаза Бесс увлажнились. Алекс решил, что зря задал этот вопрос, но тут взор ее стал опять ясным, лицо подобрело и на нем появилась мечтательная улыбка.

– Милый папа. Я так любила его! Хотя это может показаться проявлением тщеславия с моей стороны, ведь все уверяли, что я похожа на него во всем как две капли воды. Он так любил жизнь! Вкладывал душу в любое дело, обыденность никогда не удовлетворяла его. Ему всегда хотелось чего-то… – ища подходящее слово, Бесс напряженно сжала губы, – большего, – наконец произнесла она, пожимая плечами.

Алекс поспешил отвести глаза от пухлых, манящих к себе губ.

– Зак говорил мне, что он был идеалистом. Ругался с нашим дедом из-за условий труда на принадлежащих Викемам оловянных рудниках, это так?

На лице Бесс появилось недовольное выражение.

– Условия труда там были гораздо хуже, чем вы можете себе представить. – Она смягчилась. – Но папа в конце концов все же уговорил мистера Викема. Ваш дед был неплохим человеком, – торопливо добавила она, – только очень упрямым, его нелегко было в чем-нибудь убедить.

– Полагаю, что так, – угрюмо сказал Алекс. – В этом он не слишком отличался от моего отца. – Затем, желая сменить неприятную для него тему разговора, добавил: – Как я понял, в округе много заброшенных шахт, которые теперь довольно опасны. Зак хочет огородить их, чтобы туда не падал домашний скот. Он говорит, что во владении вообще накопилось много дел, потому что наш дед был немного… скуповат.

– Да, Зак говорил мне, что начнет заниматься хозяйством сразу после похорон, но был так… – Она смущенно замолчала.

– Занят общением с братом, – сочувственно закончил Алекс.

– Но это совершенно естественно, – быстро заверила его Бесс. – Вам необходимо было побыть вместе. Я так рада, что вы нашли друг друга. Зак всегда сильно переживал вашу разлуку.

Алекс ничего не мог с собой поделать. Рука Бесс лежала на столе между ними, и он положил на нее свою. Ее ручка была маленькой, тонкой, теплой и мягкой.

– Но вам пришлось нелегко. Думаю, временами вы желали, чтобы я провалился ковсем чертям. Но Зак не специально пренебрегал вами…

Тут он вспомнил, где в настоящий момент находится брат, и слова замерли у него на губах. Испытывая сильнейшее желание поднести руку Бесс к своим губам и после этого целомудренного поцелуя перейти к более интимному знакомству с ее губами, он отнял руку.

Но, подняв глаза, Алекс увидел, что она вся дрожит. Губы Бесс были слегка приоткрыты, глаза затуманились и потемнели, как осенние сумерки. Боже мой, если бы она не была невестой его брата, ему могло бы показаться – да нет, он был в этом просто уверен, – что в них отражалось желание. Она желала его;

– Пожалуйста, Алекс… Не надо…

Глава 4

Зак все еще спал. Голова его покоилась па пышной, набитой гусиным пухом подушке лицом к Тэсс. Она вздохнула и, подняв руку, с обожанием провела пальцем по его загорелому плечу. Он сказал, что весь день плавал в бухте, и, когда они занимались любовью, Тэсс ощущала тепло его все еще горевшей кожи и запах морской соли от волос.

Он откинул с себя покрывало так, что обнажился до пояса, а длинная нога лежала на бедре Тэсс. Терпеть эту тяжесть становилось все труднее, но ей и это доставляло удовольствие, так же как и каждое мгновение, проведенное с ним. Руки Зака были плотно прижаты к телу и сложены почти в молитвенном жесте. Во сне его лицо приняло умиротворенно-невинное выражение, как у мальчика из церковного хора.

Тэсс улыбнулась. Час тому назад, когда он распахнул дверь ее маленького домика и с улыбкой, сияя своими медовыми глазами, бросился к ней, он вовсе не походил на ребенка. Улыбка ее стала еще шире. Да и она вела себя отнюдь не как монахиня.

Она только что закончила прополку своего садика и в момент его появления смывала землю со своих покрытых мозолями рук, огрубевших от долгой работы швеей у миссис Торли, местной портнихи. Зак освободил ее от тяжелой работы у истеричной миссис Торли и подарил ей первое и единственное в ее жизни божественное наслаждение.

Над торфяными равнинами раскинулся благоухающий лавандой закат, и уже неяркий свет, проникающий сквозь маленькое окошко напротив кровати, освещал благородные линии аристократического лица Зака. Странно, что такая женщина, как она, делит постель с таким человеком, как Зак, подумала Тэсс, накрывая ладонью маленький коричневый сосок его твердой мускулистой груди.

Ее мать, умершая от оспы больше года тому назад, всегда говорила, что в один прекрасный день кто-нибудь сорвет ее как свежераспустившуюся розу и будет держать при себе для собственного удовольствия.

И когда Тэсс исполнилось семнадцать, красота наконец-то принесла ей счастье. За эти шесть благословенных месяцев жизни ей ни разу не захотелось чего-либо другого.

Зак пошевельнулся и вялым, еще неосознанным движением потянулся. Сонные глаза раскрылись, и Тэсс словно потонула в пылающем страстью взоре прищуренных глаз. Его губы медленно искривились в чувственной улыбке, и, протянув руку под покрывалом, он положил свою теплую ладонь на ее слегка округлившийся живот. От этого прикосновения у нее закружилась голова, а сдерживаемая страсть во взгляде любимого заставила Тэсс задрожать.

– Любовь моя, – тихо произнес он, и в хриплом со сна голосе прозвучала нежность. – Боже мой, как я соскучился по тебе. – И он, притянув Тэсс поближе – так скупец тянется за своими окровищами, – плотно прижал ее маленькое стройное тело к своему.

– Тогда почему же ты так долго не приходил, Зак? Я тоже соскучилась по тебе. – И она тихонько вскрикнула, почувствовав его ладонь на своей груди.

– Но я ведь вроде говорил тебе, а? – Он уткнулся носом в завитки светлых волос, спадающих ей на висок.

– Ты не объяснил мне ничего, Зак. Мы все время были в постели, а потом ты уснул.

Зак слегка нахмурил брови.

– Мне показалось, что я рассказывал тебе, Тэсси. На похороны деда прибыл мой брат. Теперь мы стали друзьями, и я все время проводил с ним. Алекс – отличный человек.

– Я слышала о твоем брате. По городу ходят слухи. Рада за тебя, – Зак. Но не думаю, что ты не приходил ко мне из-за этого. Может быть, причина вовсе не в этом. Я боялась…

Зак откинулся назад и заглянул в лицо Тэсс.

– Боялась чего, голубка моя?

Тэсс опустила длинные ресницы, опасаясь, что ее взгляд может выдать, как много он для нее значит. Ее предупреждали о том, что все благородные господа не любят, когда их любовницы чересчур привязываются к ним и требуют слишком многого.

– Я подумала, что, наверное, больше не нужна. Что надоела тебе…

Зак весело рассмеялся и успокоил растревоженное сердце Тэсс:

– Не могу даже представить себе, что когда-нибудь ты не будешь мне нужна, Тэсси, – сказал он, повернув пальцем ее подбородок и заставляя посмотреть на себя. – Ты самая сладкая на свете, Тэсс, такая же медовая, как запах жимолости, растущей в твоем саду. Твои золотистые волосы до сих пор пахнут ею. – Он погрузил лицо в копну растрепанных локонов, глубоко вздохнул, и его рука скользнула по округлым линиям ее бедер. – И ты доставляешь мне такое удовольствие, птичка моя, такое удовольствие… – Он опустил голову ниже и, взяв в рот сосок, начал обводить языком розовый бугорок, посасывать его…

Тэсс была рада, счастлива дарить ему такое же удовольствие, какое он дарил ей. Может быть, этого вполне достаточно, может быть, он не рассердится, если она все расскажет ему?..

– А ты поправилась, – сказал Зак, поднимая на нее затуманенный страстью взгляд и обеими руками берясь за ее полные груди. – Неужели ты так страдала по мне, что с тоски не переставая жевала пироги с яблоками?

Тэсс замерла.

– Тебе это не по вкусу? – Значит, он заметил, как набухли ее груди и округлился живот.

– Мне нравится, что ты немного пополнела, – шутливо прорычал он с быстрым и крепким поцелуем. – Так даже приятнее. Только не бери пример с миссис Торли или нашего доброго короля Георга.

– Нет, нет, не буду, Зак. Я хочу быть всегда для тебя желанной, – выговорила она еще горящими от его поцелуя губами.

– Я буду любить тебя даже после того, как женюсь на Бесс.

Не успело еще упоминание о нареченной Зака вызвать у нее острый приступ ревности и еще больше испортить настроение, как Зак неожиданно резко поднял голову.

– Боже мой, сколько сейчас времени? Я совершенно забыл о Бесс. Она же ждет меня к ужину!

Зак рывком сел на кровати и, помотав головой, запустил пальцы в волосы.

Тэсс тоже села и, прижав подбородком покрывало, внезапно почувствовала себя брошенной. Ее груди были до сих пор возбуждены дразнящими прикосновениями языка Зака, низ живота горел желанием. И все-таки любимый уходил от нее. Он подошел к куче одежды, торопливо и беспорядочно сброшенной в нетерпении любовных ласк, и начал рыться в ней.

Зак не понимал, как так получилось, что он не заметил, как пролетело время. Бесс будет беспокоиться. Она девочка вспыльчивая, совсем не такая послушная и добродушная, как Тэсс, и отнюдь не настолько чопорная, чтобы не задать ему хорошую трепку за опоздание. Усевшись на узкий плетеный стул, он начал одеваться. Тэсс следила за его действиями широко открытыми грустными глазами.

Как только Зак встал с постели, туда запрыгнул ее большой пестрый кот по кличке Том и разлегся, прижавшись своим толстым и пушистым телом к бедру Тэсс. Прищуренные кошачьи глаза, как ни странно, казалось, тоже смотрели на него осуждающе, и Зак отвернулся.

Возбуждение, вызванное новым приступом желания, еще не прошло, но Зак знал, что должен вернуться в Пенкерроу до наступления ночи и постараться как-то объяснить причину своего опоздания. Слава Богу, что перед тем, как пойти к Тэсс, он купил для Бесс безделушку, иначе ему пришлось бы заниматься этим сейчас. Он засунул маленькую, обтянутую атласом коробочку с подарком в карман панталон.

– Ты действительно должен идти?

Зак мельком взглянул на Тэсс, стараясь не поддаться се очарованию – распущенные по плечам волосы, детские черты лица и полные слез, огромные васильковые глаза. Набухшие от поцелуев, полуоткрытые губы Тэсс дрожали.

– Да, должен, – проворчал он довольно грубо, пытаясь, без особого успеха, подавить сострадание к Тэсс. – Сегодня Бесс и я… – Он замолчал, не зная, как лучше высказать это, и решил наконец, что дальновиднее и милосерднее всего будет выложить всю правду до конца. – Видишь ли, я пригласил ее на ужин.

Мы собираемся пожениться в августе, в день ее рождения. Я давно уже должен был быть дома.

Кинув на Тэсс быстрый взгляд, он увидел на ее лице гримасу боли. Тэсс была легкоранимым созданием, но она ведь знала, что он намеревается жениться на другой. И знала об этом давно. Он никогда не скрывал, что смотрит на нее только как на любовницу, и с самого начала их отношений честно рассказал о предстоящей свадьбе. Тэсс должна привыкнуть к тому, что ей придется делить его с женой. Когда она поймет, что эта свадьба никак не скажется на их отношениях, боль пройдет.

Наконец Зак надел чулки и потянулся за рубашкой, которая оказалась измятой до невозможности. Прежде чем встретиться с Алексом и Бесс, ему придется исхитриться, чтобы пройти в свою спальню по задней лестнице для прислуги и переодеться. Только полный идиот не догадается, при каких обстоятельствах его одежда приобрела столь непрезентабельный вид. Алекс, конечно, поймет его проблемы, но вот Бесс…

– Но твое тело до сих пор напряжено и готово для… – Зак оторвался от своего занятия и взглянул на порозовевшее лицо Тэсс, с большим интересом смотревшей на его все еще неуспокоившееся мужское естество. – Тебе не больно будет скакать на лошади?

Зак рассмеялся. Он просто ничего не мог с собой поделать. Несмотря на неловкость, вызванную напоминанием о предстоящей свадьбе Зака с другой женщиной, Тэсс по-прежнему оставалась такой же милой, прямой и откровенной.

– Как-нибудь вытерплю, крошка. Не беспокойся обо мне. Но я, конечно, приложу все старания, чтобы больше не пренебрегать тобой и своим желанием на столь долгое время.

– Но мне неприятно видеть, как ты уезжаешь в таком состоянии, – настаивала она совершенно серьезно, приглашающе пододвигаясь ближе к стене.

– У меня нет времени на то, чтобы поправлять свое… состояние, – возразил Зак, искоса посмотрев на Тэсс, и, не окончив застегивать рубашку, потянулся за панталонами.

Она встала, и прикрывающее ее покрывало соскользнуло на постель. Вид тугих грудей, еще более полных, чем раньше, и гордо торчащих темно-розовых сосков значительно ослабил его решимость. Подняв уже было ногу, чтобы сунуть ее в штанину, он остановился на полдороге, не в состоянии отвести взгляда от Тэсс, его милой Тэсс, которая приближалась к нему – такая соблазнительная, жаждущая доставить ему удовольствие.

– Тебе не нужно возвращаться в постель, Зак, – сказала она, остановившись перед ним. – Я сама пришла к тебе.

Ему оставалось только смотреть – беспомощно, безмолвно, восхищенно и очарованно, – как она, положив руки ему на плечи, расставила ноги и, сев на него верхом, приняла его в свое тугое, влажное лоно. Зак застонал, выронил панталоны и судорожно обхватил руками ее талию.

– Боже мой, Тэсс, – прошептал Зак, наблюдая за тем, как опустились от удовольствия ее ресницы, когда она начала свое медленное движение по его крепким бедрам. – Ты просто волшебница! – И он начал двигаться в такт ей.

Бесс заметила свою ошибку в тот же момент, когда эти слова сорвались с ее губ. Конечно, Алекс не должен был касаться ее, не должен был узнать, какие чувства испытала она, когда его крепкая ладонь легла на ее руку. Если при каждом его прикосновении она будет вести себя как испуганная куропатка, да еще при этом просить его не делать того или этого…

– О чем ты просишь, Бесс? – тихо спросил Алекс, и под его испытующим взглядом ей захотелось сказать правду.

Теплый ветерок с моря, колыхнувший занавеси из венецианского кружева, принес с собой из сада тяжелый пряный аромат гвоздик и роз. По тонкой свече, стоящей на столе, сползала похожая на желтоватую слезу капля воска. Слуги давно удалились, и воцарившееся молчание накрыло их словно покрывалом.

Неожиданно Бесс отдернула руку и рассмеялась, и эта нарушившая тишину вспышка фальшивого веселья развеяла сложившиеся было между ними доверительные отношения.

– Не беспокойтесь о том, что Зак пренебрегает мной, – бодро и весело сказала она. – Я сделана из более прочного материала, чем вам кажется, и не обижаюсь на то, что вы так много времени провели вдвоем, – добавил она, нагло солгав при этом.

Алекс продолжал молча смотреть на нее. Хорошо очерченные губы были плотно сжаты в недоверчивой гримасе, как будто он понимал, что она лжет, и сожалел об этом. Почему ей все время кажется, что он читает ее мысли?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19