Легенды Изначальной Империи - Разные судьбы нас выбирают

– Хорошо, – улыбнулся Алый. – Тогда подожди, я быстро.

Оставшись одна, вздохнула и поплотнее закуталась в камзол Пламенеющего. Как-то совершенно по-идиотски у нас все получается. Оба ловим моменты, когда можем оставить свои маски и на время стать почти собой. Чуть более искренними, чуть более свободными. Позволить себе немного больше.

Но это не может не отражаться на отношениях принцессы и Пламенеющего. Уже отражается. Это видно. Что же делать? Отказаться? Но я не хочу. И он тоже. Иначе бы не приходил. Не хочу думать о будущем. Пусть я опять веду себя как тот самый неоднократно воспетый Лирвейном страус. У меня этого будущего может вообще не быть. Потому я возьму от жизни все то, чем она милостиво меня одаривает. И неважно, что это – последние жаркие лучи осеннего солнца, шалости, в которых можно не оглядываться на высокое мнение покровителей, или теплота встреч с Рыжем.

Послышался скрип отворяемой чердачной двери, а затем негромкие шаги.

– У тебя такое решительное выражение лица, – тихо проговорил Ев. – О чем думаешь, Аля?

– Сейчас, о том, что не хочу об этом говорить, – ласково улыбнулась другу, взглядом прося прощения за скрытность. Впрочем, она у нас постоянно в спутниках…

– Как скажешь, – кивнул мужчина, признавая мое право на молчание.

– Что принес? – сунула любопытный нос в корзинку.

– По мелочи, – фыркнул Рыж, расстилая плотный плед на деревянном настиле в углу крыши. Предусмотрительно. Все же на камнях сидеть не самое умное решение.

– Вижу-вижу, – довольно протянула, с блаженным видом медитируя над корзиночкой. – Чую, вернее.

– Да, кухарка у меня хорошая, – согласился Евгран. – С детства ее выпечку люблю. Отец не разрешал нас баловать, но она тайком кормила сладким. Вот сейчас, как появилась возможность, забрал ее к себе, и теперь никто не мешает есть вкусное в неограниченном количестве!

– Ты любишь сладкое? – удивилась я. – Хотя да. Забыла, извини.

– Люблю, – кивнул Рыж. – Мы всегда любим то, что нам долго запрещали.

При этом он так внимательно посмотрел на меня, что в голову закрались нехорошие мысли о двусмысленности фразы. Решила не обращать на это внимания и продолжила в прежнем ключе.

Покрывало было расстелено, Рыж попытался отобрать у меня еду, но я не отдала. В итоге раскладывали все же вместе.

– Да, тут ты прав. Нам с Мари мало что запрещали, кроме откровенно опасного. У нас было счастливое детство и юность.

Мужчина критически оглядел «сервировку» и сел на плед. Я опустилась в метре от него, на что он недовольно фыркнул и привлек ближе, заставив опереться на него спиной.

– Это хорошо. Значит, не зря.

– Что «не зря»? – не поняла фразы и заинтересованно взглянула на приятеля.

Тот улыбнулся и легонько щелкнул меня по любопытному носу. Я поморщилась, недовольно на него посмотрела, но настаивать на развитии темы не стала.

– Расскажи о своем детстве. – Схватила какую-то булочку и радостно пискнула, обнаружив в кувшине молоко. Мням! Давно не пила!

– Какие-то у тебя вопросы… – вздохнул Рыж и обнял меня за талию, устраивая поудобнее. С улыбкой посмотрел на мое воссоединение с кружкой молочка и рассмеялся: – Какая все-таки ты…

Уточнять не стала. И так понятно. Что сейчас выгляжу дите дитем. Но булочка свежая! Молочко! Как дома! Откусила хрустящий краешек и зажмурилась от удовольствия.

Вот так мы и сидели. Сначала поели, а потом просто разговаривали, молчали, смотрели, как в небе вспыхивает все больше алмазов-звездочек. Я привычно перебирала теплые медные пряди, прижималась к сильной груди, слушала бархатные переливы тихого голоса. Он опять избегал личных тем и прошлого, но с охотой рассказывал о том, где бывал и что видел. Страны, обычаи, народы. Это тоже было очень интересно. Частная жизнь Алого интриговала меня не меньше, но я отдавала себе отчет, что если он расскажет сам, то будет иметь моральное право на откровенность с моей стороны.

Потом, когда я уже почти засыпала в его руках, Евгран перенес меня обратно в резиденцию.

Прощались мы как обычно – очень быстро. Потому что если это затягивалось, он, как правило, задерживался. И сильно. Иногда до утра. А опять прятать его в шкафу и молиться, чтобы фрейлины не нашли Пламенеющего или не увидали какую-нибудь улику в виде рыжего волоса, мне вовсе не хотелось.

Следующее утро началось с Мариоль, которая с огромным трудом, но все же подняла меня.

– Ты что вчера делала? – недоумевала до противности бодрая подруга. Вытащила меня, сонную, из постели и толчком задала направление к ванной комнате.

Я сочла за лучшее ретироваться и не освещать этот вопрос.

Потом мы собрались и пошли в телепортационный зал дворца. Там меня ждал Хранитель, облаченный в официальный наряд. Судя по черно-белой маске это был Аэрлис. Тьма склонился в коротком поклоне и открыл портал в резиденцию.

В холле замка Лис скинул капюшон, снял маску, с ходу утащил и мяукнуть не успевшую Мариоль, а меня послал. К Ярру.

Я ошеломленно проводила взглядом сумасшедшую парочку. Сначала Мари пыталась возмущаться, но, после того как Лис выдал длинную заковыристую фразу из непонятных терминов, подруга рванула в лабораторию едва ли не быстрее брюнета.

Пожала плечами, поправила сумку и направилась к себе. Не знаю, как Мари, но я в платье заниматься не собираюсь. Впрочем, если учитывать специфику деятельности Мариоль, то у нее в лаборатории наверняка есть во что переодеться.

Вот с такими мыслями я медленно шла по знакомым коридорам резиденции. Надо же… Я уже почти воспринимаю это место как нечто похожее на дом. Во всяком случае, хочу сюда возвращаться. Это, наверное, что-то значит?

Меньше трех месяцев минуло, как я приехала в столицу. Изменилась, наверное… если учесть, сколько всего произошло. Человек на удивление пластичная субстанция. Какое некрасивое слово. Но что в голову пришло.

Пока размышляла, успела переодеться и даже добраться до апартаментов Искусника. Я толкнула дверь и изумленно замерла на пороге. По моим воспоминаниям, обитель этого волшебника была очень светлой, со множеством разноцветных легких тканей, подвешенных к потолку и невесомо окутывавших окна, с беспорядочно разбросанными подушками, с обилием зеркал. Сейчас здесь было темно. Очень. За порогом как будто черная дыра. И согласно всем своим физическим законам, она поглощала льющийся из коридора свет, не позволяя рассеять мрак внутри помещения.

– Ярр, – нерешительно позвала я, не решаясь войти.

– Проходи, Аля, – спустя несколько секунд отозвался Искусник. – У нас сегодня не совсем обычное занятие, но не бойся.

Я прикусила губу, с опаской глядя вперед. Осторожно протянула руку и кончиками пальцев коснулась Тьмы, что начиналась за порогом. Это была именно Тьма. Но Мидьяр ведь Хранитель Грез… Он никогда не использовал другую стихию. Я с ней тоже была знакома весьма поверхностно. За два месяца невозможно в равной степени освоить все восемь стихий, хотя мы и старались.

Выдохнула и решительно шагнула вперед.

Ничего особо не изменилось, за исключением того, что свет в глазах померк, а позади с грохотом захлопнулась дверь.

– Отли-и-ично, – довольно протянул какой-то непонятный мне сегодня Ярр. С каждой секундой он становился еще и жутковатым.

Так как кричать «да будет свет» никто не торопился, я поняла, что придется выкручиваться самой. Попыталась сплести светлячок, но ничего не получилось. Из-за концентрированной Тьмы вокруг тонкая ленточка Света так быстро в ней растворялась, что не успевала даже на миг вспыхнуть огнем. Так…

– Не утруждайся, – оборвал мои мучения резкий голос Мидьяра. – Это мы потом разберем. Сегодня другая тема.

– Хорошо, – растерянно ответила, даже не зная, что еще ожидать от непредсказуемого Искусника.

– Значит, начнем. – В тишине оглушительно громко прозвучал хлопок, и воздух вокруг заискрился, давая тусклый, но все же свет.

Я удивленно охнула. Как будто в другое место попала… Огромная круглая комната и зеркала, зеркала, зеркала. В каждом отражалась испуганная принцесса, силуэт которой можно было различить только благодаря светлому костюму. И Тьма вокруг… Вдруг где-то за плечом уловила движение и резко развернулась. Но не увидела ничего, кроме своего отражения в другом зеркале. По залу прокатился тихий, но жуткий смех.

Ярр ли это? Я его таким не знала. Или опять… Безумный Бард?

Как оказалось, последние фразы я произнесла вслух.

– Не совсем. – Голос Ле-Кинаро послышался так близко, что я вздрогнула.

– Ты меня пугаешь. – Я нервно сцепила пальцы.

– Правильно. Но внимание все равно не должно рассеиваться. Невзирая на любые внешние раздражители. Соберись!

Я снова развернулась и едва не отшатнулась от неожиданности. Искусник висел вниз головой буквально в полутора метрах от меня. Увидев такую реакцию, он весело рассмеялся, на мгновение напомнив мне о том, каким он бывает обычно. Что сейчас мне придется нелегко, можно было понять только благодаря цвету его шевелюры: опять черные волосы с тонкими змейками светлых косичек.

Я отступила на несколько шагов, а Ярр неуловимо быстро приземлился на пол. И стал медленно обходить меня по кругу. Создатель, да что же это такое?!

– Итак… – По губам мужчины скользнула странная улыбка.

Миг – и вот уже меня окружают два Мидьяра. Еще мгновение – их четверо. Через десять секунд Искусников в зале полтора десятка.

– Пожалуй, хватит, – насмешливо улыбнулся тот, что оказался ближе.

– Несомненно. На первый раз более чем достаточно, – согласился с ним другой.

– Девочка бои-и-ится, – насмешливо протянул тот, что стоял вдали, и, тихо рассмеявшись, шагнул в зазеркалье, которое на миг дрогнуло, пропуская его.

– Это естественное состояние, – возразил ему первый. Или нет? Ведь они постоянно передвигались.

– Согласен. – Появился из другого зеркала пропавший. – Но даже из страха нужно учиться черпать силу.

– Я не боюсь! – твердо произнесла, всеми силами стараясь скрыть нервную дрожь. – Просто все… очень уж странно.

Странно… Невероятно и жутко!

– Ну да, ну да, – с издевкой поддакнул кто-то из темноты.

– Зачем же так скептично? – рассмеялся еще кто-то. – Может, и правда не боится?

– Но мы же видим, – хором прозвучало сразу несколько голосов.

– Может, мне все же пояснят причины этого… – Я красноречиво обвела ладонью толпу одинаковых Ярров.

– Глупая, – фыркнул кто-то. – Не сообразила еще.

– Сообразила, – хихикнули где-то под потолком. – Просто хочет, чтобы мы озвучили.

– Ну так это несложно, – пролетел по залу дружный смех. – Совсем-совсем.

Что это вообще такое?! С Мидьяром ничего общего, кроме внешности, эти шуты не имеют. Потому что от них за версту несет сумасшествием. И мне реально становится страшно. Но показывать испуг нельзя.

– Все просто. Надо определить, кто из нас Мидьяр Ле-Кинаро.

– Да-да-да, – пропели позади. – Всего-то!

– Всего-то… – эхом повторила я. – Но как?

Вот тут зал содрогнулся от смеха, и я зажала уши, чтобы не слышать этого жуткого громкого звука.

– Глупая, глупая, глупая, – издевательски повторяли за спиной.

– Думала, что подскажем!

– Стоп! – радостно воскликнул кто-то.

– Что? – недовольно спросил другой. – Не мешай, нам давно так интересно не было.

– Если она не разгадает, то интереса не будет, – вздохнул тот, кого я миг назад посчитала здравомыслящим. – Быстро все кончится…

– Точно, – разочаровались в «блестящей» идее остальные. – Надо дать подсказочку.

– Но ведь непростую? – мерзко захихикали над головой.

Вот же! Что это вообще такое?! Или… Точно!

– Слушайте меня! – резко прервала этот кошмар я. – Я вообще сомневаюсь, что Мидьяр здесь есть. Но вы его часть, его суть. Вы Грезы!

– Угадала, угадала, – захлопали в ладоши где-то справа. – Но так бы-ы-ыстро! Это не интересно! Это скучно!

– А мне вот весело. – Я прищурилась от злости. Так целенаправленно и с удовольствием надо мной еще не издевались.

– Ты – это не главное. Главное, чтобы нам было весело!

– Если не будет меня, то вы вновь окажетесь заточены в Хранителях, – окончательно осмелела я.

– Разве нам есть дело? – удивились откуда-то снизу.

Я невольно взвизгнула и отпрыгнула, мысленно похвалив себя за то, что надела штаны. Кто-то пакостно рассмеялся, и из пола вырос очередной Мидьяр.

– Нам дела нет, – шепнули в ухо.

– А вот и врете, – дерзко заявила я. – Если бы вам не было дела, то вас бы здесь не было. Ведь Искусник планировал совсем иной урок, верно? Вам стало просто любопытно! И вы пришли!

– М-да, – расстроенно проговорило ближайшее воплощение стихии. – Она умнеет!

– Как интересно! – Ко мне метнулись сразу несколько фигур. – И часто это у тебя?

– Что? – с содроганием спросила, прилагая все силы, чтобы не завизжать от подсознательного ужаса, который с каждой секундой давил все сильнее.

– Внезапное поумнение, – голосом научного сотрудника произнес ближайший. Он подпрыгнул и завис в воздухе. Щелкнул пальцами – и в руках оказались блокнот и перо.

В стороне рассмеялись, послышался щелчок, и на «психологе» появился белый халат и строгие очки. Он недовольно глянул на тех, кто позволил себе самоуправство, хлопнул в ладоши – и халат стал разноцветным, а очки приобрели оправу совершенно невообразимой формы. «Мидьяр» довольно себя оглядел и наконец перевел взгляд на меня:

– Ну-у-ус! На что жалуемся?

– На вас, – едко ответила я.

– За что?! – обиделись ненормальные воплощения.

– Ярра мне отдайте, – нахмурилась я.

– Выбирай! – развеселились Грезы.

– Так его тут нет, – заявила, полностью уверенная в своей правоте.

– Аля-ля-ля! – опять торжествовали голоса вокруг. – Пошел обратный процесс! Резкое поглупение!

– Но… – растерялась я.

– Он здесь, – настаивали воплощения Грез.

– И как найти?

– Ты отказалась от подсказки.

– Нет! – возмутилась, зло поджав губы. – Я просто вынесла предположение о том, кто вы такие.

– Ты нам не дала сказать, – пояснил «доктор». – А значит, предложение аннулируется.

– Это нечестно!

– Да, но интересно!

– Тогда я вообще пошла, – развернулась и решительно направилась к двери.

– Как это? – всерьез озадачились они.

Я остановилась, повернулась и с улыбкой сказала:

– А теперь мне с вами неинтересно, – передернула плечами и пошла дальше.

– Ты не выйдешь.

– Точно, – спокойно согласилась я. – Но какие у вас были лица!

Если не хочешь проиграть сразу, то надо принимать правила предложенного поля. Значит, я буду интересна.

– Нам надоело, – прошелестело по залу. – Выбирай, Проводник.

Похоже, с наглостью я перестаралась. Обиделись.

– Кого? – холодея от дурного предчувствия, спросила я.

– Хранителя, – раздался неприятный смешок. – Выберешь неправильно – с тобой останется тот, на кого указала.

Представила постоянное общение вот с таким вот недоразумением и содрогнулась. Потом до меня дошел смысл высказывания, и я осторожно поинтересовалась:

– А что будет с настоящим?

– Заберем-заберем-заберем! – гнусно захихикал тот самый поганец, который постоянно высовывался из пола, шастал по зеркалам и примерял на себя роль доктора.

– Вы все его части, – тихо сказала я. – Наполненные стихией, но вы все его части. Кого бы я ни выбрала, все равно он не будет прежним.

После моих слов зал полыхнул лиловым светом, и когда сияние угасло, я увидела одну-единственную фигуру. Освещение стало более ярким, чем прежде, и теперь отчетливо были видны медные волосы стоявшего напротив волшебника. Успокоенная солнечным сиянием косичек, я радостно выдохнула и бросилась к Искуснику. До него оставалась всего пара метров, как вдруг мужчина поднял голову и открыл глаза. Радужные и светящиеся.

Я резко затормозила.

– Не бойся. – По губам Ярра скользнула неприятная улыбка. – Я не заберу. Просто нужно поговорить серьезно.

– Слушаю, – напряглась, понимая, что развлечение закончилось и сейчас я разговариваю с всесильной стихией. Кто же думал, что они… разумные.

– Ты права, Проводник, нас не устроит, если Хранителей опять посадят на поводок. И потому Император все же нужен. Но не рассчитывай на снисхождение при испытании. На престоле должен быть достойный.

– Правда? – любезно спросила я. – Тогда поведайте, что там делает мой папенька.

– Мы отреклись от него, – резко дернул головой Грезы.

– Вы вообще его принимать не должны были, – жестко сказала я. – Но приняли…

– Ты не знаешь, каким он был раньше, ведь верно? – улыбнулся Грезы.

Странно, я всегда ассоциировала Грезы с чем-то женским… Но разговариваю… И понимаю, что это мужчина.

– Не знаю, – согласилась и продолжила: – Но вы должны видеть человека. И знать, каким он станет. А «испортиться» этот Император успел еще до моего рождения.

Грезы несколько секунд внимательно смотрел на меня, после расхохотался:

– Забавная! Нравишься!

– Рада, – сухо бросила я.

– Ну и замечательно. – Он внезапно оказался возле меня и коснулся поцелуем лба, так же быстро отступил, щелкнул пальцами, и меня осыпала невесомая лиловая пыль, которая быстро впиталась.

– Что это? – подозрительно осведомилась, с содроганием ожидая какой-нибудь реакции организма.

– Метка, – улыбнулся он. – И защита. Поможет с другими на испытании.

– А что она значит? – поинтересовалась я.

– Наше одобрение. – Мне подмигнули. – Но нам пора прощаться. До встречи, Проводник.

– До встречи, – эхом откликнулась, не зная, что еще сказать. – И спасибо.

Он ничего не ответил, а в следующий миг радужный свет медленно пропал из глаз Искусника, и на меня взглянула знакомая небесная синева. Я облегченно рассмеялась и, поддавшись порыву, обняла Мидьяра.

– Аля, – выдохнул он, обнимая в ответ.

– Ага, – всхлипнула я. Видимо, от всего пережитого у меня немного сдали нервы.

– Он ушел, не волнуйся. – В этот момент силы волшебника покинули, и он навалился на меня всей тяжестью.

С трудом удержала его и аккуратно уложила на пол. Потом подумала и устало растянулась рядом. Сознание начало уплывать, и я уже сквозь сон услышала, как распахиваются двери.

Глава 5

Такие разные истории

Сознание возвращалось медленно и сложно. Голова болела, да и общее самочувствие находилось на отметке «средней паршивости».

– Это уже ни в какие рамки! – раздался злой голос Лира где-то рядом. – Нельзя было так рисковать.

– Я не думал, что так все обернется. – Услышала усталый ответ Ярра. – Планировался просто более сложный урок, по атмосфере приближенный к реальной встрече со стихией. Кто же знал, что он на самом деле явится?!

– А по мне, так все обернулось даже лучше, чем мы могли рассчитывать. – А это уже Асгард. Похоже, вся высокая компания в сборе. Только Аэрлиса пока не слышно.

– О чем ты?

– Ас прав, – нехотя согласился Лирвейн. – Девочка познакомилась с Грезами еще до испытания и, более того, получила его одобрение. Это дорогого стоит. Шансы увеличиваются.

– Да, – вздохнул Мидьяр. – Ведь, невзирая на то что Проводник им нужен, реакцию стихий предугадать невозможно.

Осторожно приоткрыла глаза. Я лежала на диване в гостиной. Судя по голосу, в изголовье у меня сидел Лирвейн. Посмотрела в ту сторону и получила возможность убедиться в предположении. Мужчина расслабленно откинулся на спинку дивана и рассеянно вертел в пальцах кончик косы. Моей.

Почувствовал движение, повернулся ко мне:

– Проснулась. Как себя чувствуешь?

– Терпимо, – вздохнула я.

– Это хорошо, – сказал бессильно развалившийся в соседнем кресле бледный Мидьяр.

– Господа… – решила сразу задать интересующий меня вопрос. – А почему вы не предупредили, что стихии разумны?

– Это очень громкое слово, – устало прикрыл глаза Искусник. – Ты же его видела. Какой там разумный…

– Я про то, что это не просто сила, а личность, какой бы она ни была.

– Проводник должен все узнавать сам, – подал голос Асгард.

– Ясно, – вздохнула и с трудом села. – Ох, что ж так плохо? Я же вроде ничего не делала.

– Ты нет, – согласился Лир и поддержал меня за локоть, помогая устроиться поудобнее. – Но была очень сильная нервная встряска, и еще, Грезы что-то с меткой намудрил. Воздействие такого уровня бесследно не проходит.

– Что же он вообще явился…

– Любопытно стало, – поморщился Искусник.

– А остальные любопытствовать не будут? – с опаской уточнила я.

– Не должны, – пожал плечами Хранитель Стали.

– Вы быстро появились, – сказала я.

– Еще бы, – улыбнулся Асгард. – Грезами на весь особняк фонило, думаешь, мы не почувствовали?

– Понятно. – Попыталась встать, но меня резко повело в сторону, я не осела на пол только благодаря вовремя подхватившему меня Лиру.

– М-да, – критически оглядел меня блондин, потом повернулся к остальным: – Ас, отправь Ярра отдыхать, а я отнесу Алю.

– А как же… – Ярр неуверенно посмотрел на меня, но закончить фразу не успел.

– Тоже займусь, – кивнул Лир.

– Но я… – начала было возмущаться.

– А тебя не спрашивают, – отрезал Лирвейн, создал портал, подхватил меня на руки и быстро шагнул в голубую дымку.

– А ты не много на себя берешь? – недовольно нахмурилась и, как только мы оказались в гостиной, завозилась в руках мужчины, намекая на то, что теперь меня и поставить можно.

– Отнюдь, – невозмутимо ответил блондин, подошел к ближайшему креслу и осторожно меня в него опустил. – А теперь надо восполнить запас сил. Этот гад вытянул все что мог и оставил только свою стихию.

– Восполнить? – эхом повторила, а потом подозрительно посмотрела на Хранителя Воды. – Как это?

– «Как», «как», – вздохнул Лир, – как обычно.

Я вспомнила, как у нас бывает «обычно», покраснела, и словно из ниоткуда взялись силы, чтобы выползти из кресла и отступить за него.

– Знаешь, – нерешительно начала, настороженно глядя на волшебника, – я, пожалуй, сама… по старинке! Высплюсь, и все будет хорошо!

– Не будет, – покачал головой Лир и решительно направился ко мне.

– Тогда еще и поем, – поспешно добавила, совершая короткую перебежку к столу.

– Тебе другая сила кроме Грез нужна, – покачал головой Лир.

– Ну так я в источник схожу, – тут же нашла выход.

Лир остановился, прислонился бедром к спинке дивана, скрестил руки на груди и с прищуром посмотрел на меня:

– Не поможет. В тебе только одна стихия сейчас. Притом приживается быстро. Если не поторопиться, то тебя могут отвергнуть все остальные, кроме этой.

– А чем поможет твоя Вода? – Признавая верность некоторых выводов, я перестала отступать.

– Разбавит. Иди сюда.

– Как-то не нравится мне твой… – замешкалась, подбирая слово, – трудовой энтузиазм, скажем так.

– Аля! – тихо рыкнул беловолосый. – Я что, за тобой еще и гоняться должен?! Быстр-р-ро подойди сюда!

– Ладно. – С опаской приблизилась к Хранителю и остановилась в полуметре от него.

Лир закатил глаза, схватил меня за руку и притянул ближе. Я молчала, краснела и отводила глаза. После прошлого опыта спокойно смотреть на него сейчас не могла.

Мужчина это, похоже, понял, так как тихо вздохнул и просто обнял.

Я сначала потрясенно распахнула глаза, но секунды шли… Ничего не происходило. Он не двигался и ничего не говорил, за что я была ему благодарна. Потому расслабилась, положила ладони на сильную грудь и прижалась к ней щекой. Мерный стук его сердца, аромат мороза и хвои, тепло тела рядом… Как ни странно, это успокаивало.

Мужская ладонь осторожно прошлась от середины спины до поясницы, и блондин тихо проговорил:

– Все равно этого не избежать, Аля. Ты – Проводник, а я – твой Хранитель.

Из всей его фразы меня почему-то больше всего зацепило словосочетание «я твой». Поймала себя на этой мысли, еще сильнее залилась краской и поняла, что спокойно смотреть ему в глаза смогу нескоро.

– Ну не может не быть способа! – отчаянно прошептала, старательно выгоняя из головы кошмарно фривольные мысли.

– Конечно, – спокойно согласился Лир.

От удивления даже про смущение забыла и резко вскинула голову. Лирвейн убедился, что я внимаю, и с видимым удовольствием продолжил:

– Могу Асгарда позвать… Или Аэрлиса. Впрочем, Ровена тоже подойдет.

– Но… – ошеломленно пролепетала я.

– Решай давай. – Лир откинул с моего лба упавшую прядку. – Время не ждет.

Я выдохнула и быстро, как перед прыжком в ледяную воду, сказала:

– Я согласна! Давай!

– Что? – иронично вскинул белоснежную бровь сероглазый гад.

Ах ты!!! Я еще и озвучивать должна?! Да без проблем!

– Аса зови!

– Как?! – обалдел Хранитель.

– Обычно, – кивнула я, уже прямо и без смущения глядя на мужчину. Тут в голову, весело хохоча и размахивая каким-то трофейным флагом, из дальних краев вернулся авантюризм. За ним уныло тащилось чутье на неприятности, которое немедленно оживилось, как только увидало всю картинку. Из угла разума попытался выползти здравый смысл, но эти двое ему даже рта раскрыть не дали! Зато я продолжила! Похоже, сила начинала чудить. А я вместе с ней.

Ласково улыбнулась блондину, приподнялась на цыпочки и нежно прошептала:

– А можно… вопрос?

– Можно, – заинтересованно кивнул Лир, сильнее сжав кольцо рук.

– Он личный, – кокетливо потупилась я.

– Хорошо, – послушно «попался на крючок» блондин.

Авантюризм радостно потер лапки и бросился в бой!

– Лирвейн, – смущенно стала рисовать пальцем на груди мужчины незамысловатый узорчик, потом подняла глаза и полушепотом закончила, – а папеньку ты так же, как меня, «лечил»?

– Алечка, – спустя секунду сказал мужчина, – ты и правда задаешь очень личные и даже, можно сказать, интимные вопросы.

– Какая сложная у тебя работа, – сочувственно вздохнула я.

– И не говори, – согласился он. – Подопечные попадаются просто крайне испорченные. И нет, «лечил» не так. Среди нас, на случай срочных вмешательств подобного рода, есть дамы. А если время терпит, то можно все решить без тактильного контакта.

– Ну какие учителя, такие и подопечные, – язвительно ответила и попыталась отстраниться от прижавшего меня слишком близко Лира. – Как сам говорил: «Какие позы – такие и мысли».

Лир вдруг уткнулся в мои волосы и тихо рассмеялся:

– Успокоилась?

– Да. – С некоторым удивлением прислушалась к себе.

– Тогда начнем. – Прохладная ладонь Хранителя скользнула по моей шее и легла за затылок. Все веселье испарилось так же быстро, как и появилось. Дыхание тотчас сбилось, и я нервно закусила губу.

Лирвейн заставил поднять к нему лицо, и мне не оставалось ничего другого, кроме как взглянуть на него. Блондин был серьезен. Темно-серые глаза задумчиво смотрели на меня, большой палец Лира рассеянно поглаживал меня за ухом, от чего по телу пробегала легкая дрожь, а меня все больше охватывало какое-то непонятное чувство.

Я машинально облизнула вдруг пересохшие губы и заметила, как зрачок Хранителя дрогнул и заполнил собой радужку. Мужчина прижался лбом к моему и выдохнул:

– Издеваешься?!

– Но… – Непонимающе хлопнула глазами.

– Ничего. Бери. – И, не оставляя мне, да и себе, времени на раздумья, прильнул к губам.

Я послушно приоткрыла рот, позволив Воде раствориться в себе, и постаралась не думать о том, как это все выглядит со стороны. Чем это не является. И чего мне бы хотелось.

Не знаю как, но спустя несколько секунд мои ладони оказались на плечах Лира. Я пила силу, чувствовала его теплые губы на своих губах, ощущала приятный аромат можжевельника. И подавляла желание прижаться к нему ближе и сделать «первый шаг». Превратить это в настоящий поцелуй.

К счастью, когда в моей голове промелькнули подобные мысли, Лир отстранился, я мельком отметила его совершенно черные глаза, где уже не было и намека на цвет грозового моря.

Хранитель Воды несколько секунд на меня пристально глядел. Поднял руку, с нажимом провел пальцем по губам и хрипло приказал:

– Спи.

Я протестующе охнула, но больше ничего сделать не успела, послушно уплывая в сон.

Вот… страус!!!

И не поцеловал!

Что обиднее?

Следующее утро, вопреки сложившейся традиции последних месяцев, наступило само. Само – это значит, что меня никто не будил. Не стаскивал одеяло, не поливал водой и не зачитывал над головой в голос и с выражением двенадцать основных уложений законодательства Изначальной Империи. Проще говоря, утро началось без Лирвейна.

Недоверчиво приоткрыла глаза, но противного Водника и правда не было. Странно. Потом в ранее пустую и потому счастливую голову, с пинка распахнув двери, вошли воспоминания вчерашнего дня.

Я секунду посидела, осознавая размах подставы, а потом со стоном рухнула обратно на подушки. Меня в очередной раз можно поздравить! На этот раз ничего предосудительного не было. Внешне. И во время обмена. А вот то, что этому предшествовало… Как я умудрилась спросить его о методах «лечения» мужчин?! Еще и намекая на наш с ним прошлый опыт!

Ой-ей-вей!

Потом… КАК я это спрашивала! Я с ним кокетничала. С Лирвейном. Эти два предложения даже в голове сочетаются плохо! Ага… Зато, как выяснилось, в реальности они сочетаются замечательно.

Продолжим? А варианты?!

Теперь возьмем самого блондина. Почему он так себя вел?! Или тоже переработал с энергией? Вот его и несло, как и меня?

Ох, права была Мариоль. Срываемся мы. Оба.

Тут в голове возникла одна коварная мыслишка. Остановилась, покрутилась, позволяя себя рассмотреть, и вновь свалила в неизвестном направлении.

Мне вдруг вспомнилось, о чем говорили Ро и Мидьяр. О том, что именно лучше всего приводит в норму гормональный баланс волшебника. После вспомнились абсолютно черные глаза Лира, когда он от меня отстранился.

Вывод, куда мог направиться наш «легковозбудимый айсберг», напрашивался сам собой. Сразу вспомнилась красавица-дроу из департамента. Лорд Хор у нас, оказывается, экзотику любит!

Я вскочила с постели и нервно забегала по комнате.