Современная электронная библиотека ModernLib.Net

10-я книга. Варкенские перемены.

ModernLib.Net / Алекс Карр / 10-я книга. Варкенские перемены. - Чтение (стр. 7)
Автор: Алекс Карр
Жанр:

 

 


      Один же громадный транспортник, на борту которого находилось несколько десятков тысяч андроидов из графства Мободи и разобранный на части огромный амфитеатр, тот самый, в котором проводилась церемония братания Мерков и Нордов, подхваченный шестью корабликами, ещё в полночь вылетел на Варкен. Так что когда Роджер и Олли вместе с Нейзером, Рунитой, Веридором и прочими почётными гостями утром следующего дня подлетали к Данинторну, рядом с ним уже вырос огромный серебристый купол, вокруг которого сновали толпы народа. К церемонии усыновления всё было готово и в город Данинторн, представляющий из себя холм, составленный из разнокалиберных базальтовых блоков и керамитовых конструкций, съехались гости, так что им ничего не оставалось делать, как немедленно приступить к делу.
      Хотя времени на подготовку к этому событию у Данинов практически не было, да, и отец-хранитель клана был занят совершенно другими делами, совместными усилиями клансменов и андроидов из Звёздного Антала было сделано главное, собран громадный амфитеатр, способный не только вместить в себя свыше миллиона зрителей, но и послужить всем им в качестве ресторана. Программа этого короткого праздника была предельно проста: торжественная церемония усыновления в первом отделении и праздничный пир во втором. Не смотря на то, что смотреть, собственно говоря было-то и не на что, на остров Данин прибыло даже больше гостей, чем их могло вместиться в огромном амфитеатре и Роджера очень поразило то, что, как и четырнадцать стандартных месяцев тому назад, на Хельхоре, в его хольде собрались отцы-хранители всех кланов Варкена.
      Только на этот раз в золочёной ложе для почетных гостей веселились друзья их сына, а все лорды-хранители Варкена, вместе с правителями союзных миров, расселись прямо на яшмовом бордюре, невысокой подковой огородившем солопластовую арену, на которой, на высоком белом подиуме, стоял реаниматор клана, видавший виды, покрытый, потрескавшейся от старости эмалью лимонно-желтого цвета, испещрённой зелеными ромбами и фиолетовыми угрями. Как только Роджер, Олли и Нейзер, одетые во всё черное, вышли на подиум, почётные гости встали первыми и дружно зааплодировали, хотя хлопать друг другу в ладоши на Варкене не привыкли. Глядя на то, с каким энтузиазмом, кивая головой, ритмично хлопает в ладоши Богуслав Вихрь, поворачиваясь направо и налево и призывая варкенцев присоединиться к ним, слыша нарастающий гром рукоплесканий с верхних ярусов, на которых сидели все прочие гости острова Данин, варкенцы тоже присоединились к этому ритмичному грохоту.
      Только то, что барабанщики-круда клана Данин, одетые в ярко-зеленые, просторные, мягкие и развевающиеся при каждом движении, штаны-ромоны с мотней ниже колен, блестя своими натертыми жиром, смуглыми, мускулистыми тросами, головы которых были повязаны лимонно-золотыми широкими лентами, принялись, высоко подпрыгивая и танцуя бить короткими дубинками-ойтонами в огромные, древние, ярко-синие шестигранные барабаны-годо, поставленные вокруг подиума, смогло погасить эти ритмичные, громовые раскаты. Арена была очень большой и Данины смогли вынести на неё все свои тридцать семь барабанов-годо, самый старый из которых был привезен на это остров ещё их предками, ходившими в шкурах и не знавшими что такое реаниматор. Годойонов-круда было триста семьдесят и барабаны-годо клана были такими большими, что все они могли не только встать возле них в ряд, но и показать всё свое искусство акробатической игры на этих рокочущих музыкальных инструментах.
      Годойоны, играя известную каждому варкенцу мелодию, знаменующую рождение первенца, устроили феерическое представление. Барабаны-годо не зря считались самыми экзотическими и сложными музыкальными инструментами во всей галактике, ведь в зависимости от того, в какую часть мембраны, сшитой из треугольных кусков кожи специальной выделки, был нанесен удар тяжелыми каменными и деревянными ойтонами, из барабанов-годо можно было извлечь самые разнообразные, по своему тону и окраске, звуки. В то время, как шестеро пожилых, седовласых годойонов быстрыми ударами выводили основную мелодию, по двое молодых круда с разбега подпрыгивали высоко вверх и, с силой ударяя в центральную часть мембраны, заставляли барабаны-годо издавать громкие, басовые ноты. В руках варкенцев и большинства антальцев тотчас появились музыкальные кластроны и они стали бойко подыгрывать лихим годойонам, постоянно заставляя их тем самым наращивать бешеный темп игры.
      На арену, вымощенную плитами солопласта, выбежало несколько десятков самых лучших танцоров клана, который стали лихо отстукивать каблуками своих сапожек дробную чечетку флайка. Каждый выплетал свой собственный рисунок танца, которым на Варкене, как и барабанной дробью, было принято облегчать роды. Соседи варкенцев по галактике, особенно женщины, самым серьезным тоном говорили о том, что варкенки только поэтому и рожали без крика, с улыбкой на лице, что их мужья танцевали флайк под рокот барабанов-годо, больших и малых. Что же, возможно это было и так, поскольку даже в антальский темпоральный ускоритель все мужчины взяли с собой барабаны-годо. Да, и тогда, когда рожала какая-нибудь анталка, вокруг её замка, независимо от времени суток, всегда собирался целый ансамбль годойонов.
      Олли Данин сегодня не нужно было изображать из себя роженицу. Одетая в просторный черный кимон, она просто сидела в кресле возле реаниматора, Роджер стоял рядом с ней, а Нейзер, встав перед ней на колени, то и дело целовал руки и что-то говорил своей матери. На Роджере была надета черная шелковая туника и черное боди, он смотрел на своего сына, одетого в просторную рубаху черного полотна и его глаза блестели от слез. Сегодня ему не пришлось танцевать флайк, как он делал это девяносто три года тому назад, в тот день, когда родился Леонард, но его душа всё равно пела и кричала от радости. Когда же барабаны-годо, отыграв полчаса, умолкли и Нейзер встал, Олли развязала тесемку на горловине его рубахи, она упала на белый пластик и Роджер, подняв этого парня на руки, отнёс его уже как своего сына на кушетку реаниматора.
      На этом церемония усыновления была окончена и теперь за дело бралась медицинская машина клана, уже настроенная на то, чтобы заменить часть хромосом мидорца на хромосомы его то ли приёмных, то ли действительно настоящих родителей и превратить Нейзера Олса в Нейзера-Леонарда Данина. Поскольку речь шла об очень серьезной генетической операции, то реаниматор известил их о том, что на это у него уйдет целых семь часов. Всё это время Роджер и Олли должны были провести возле реаниматора. Зато это позволило почетным гостям отправиться на экскурсию внутрь хольда Данинторн, который представлял из себя классический варкенский дом-город. Именно такими, похожими на сферический холм, сложенный из базальтовых блоков, были когда-то, до изобретения гидрофундамента, все хольды Варкена. Веридора Мерка, вошедшего под каменные своды Данинторна в числе первых, болезненно поразила его бедность, граничащая с нищетой.
      Это был не его родной Панджарейн, город с улицами, словно вычерченными циркулем, и красивыми, хотя и несколько странными для галактов, домами. Данинторн представлял из себя просто груду камней, защищавших людей от ветра, мороза и снега. Тут уже даже не шло речи о том, чтобы у каждой семьи был отдельный дом. Хорошо было уже то, если тебе досталась тесная, небольшая квартирка, в которой ты мог бы чувствовать себя хозяином. Но, не смотря ни на что Данины очень любили свой древний хольд, самый северный хольд Варкена, где морозы зимой, зачастую, достигали ста десяти градусов. Шагая по просторному коридору, Веридор сразу же понял, что они жили одной большой семьей. Причем, семьей вполне довольной своей жизнью и счастливой.
      Толпой направляясь к центру хольда, в зал торжеств, они слышали смех и радостные крики мужчин и женщин, доносившиеся из проемов, на которых даже не было навешено дверей. Вместе с ними оттуда доносились вкусные запахи. Данины готовились до отвала накормить всех своих гостей самыми вкусными блюдами, но даже для этого им пришлось срочно закупать продукты в Большом Антале. Очень часто к ним навстречу выходили женщины и угощали их то свежеиспеченными булочками, то пирожками с лососиной, то еще какими-нибудь деликатесами. Веридору Мерку, которого поразило то, что многие барабанщики-круда были седыми, сразу же бросилось в глаза то, что очень многим женщинам срочно требовалось лечь в реаниматор для того, чтобы сбросить лет двадцать, а то и все тридцать. Да, и их чистые, накрахмаленные и тщательно выглаженные платья местами были аккуратно заштопаны. Что ни говори, а это была самая настоящая нищета и он был очень рад, что уже через каких-то несколько часов всё должно было измениться раз и навсегда.
      Лорды-хранители Варкена, правители миров, Звёздные Князья, прибывшие в Данинторн, наконец, добрались до большого, круглого зала, в котором было расставлено множество столов, на которых стояли обсидиановые кувшины с кихой-ро и всяческие закуски. Лишь этим, да, ещё дружеской беседой Данины могли помочь скоротать им время. Впрочем, добравшись до зала торжеств, очень многие Звёздные Князья, которым тоже было не привыкать видеть такую тесноту и скученность, немедленно развернулись и пошли знакомиться с клансменами, чтобы не торчать несколько часов за столом, изнывая от безделья. Мужчины пошли, как и положено, на Мужскую половину, а их сиятельные супруги принялись помогать женщинам стряпать.
      Веридор и Рунита сидели за одним столом с Богуславом и Фалконом, который на Бидрупе отличился тем, что несколько раз соскакивал со Стены и вступал с биотами чуть ли не в рукопашную схватку. Делал он это не сдуру, а только для того, чтобы добраться до врага, так как был он невероятно мощным пирокинетиком и умел создавать нечто вроде здоровенной огненной лопаты, как у громадного бульдозера. Да, и был Фалкон на редкость здоровенным, кряжистым парнем, правда, очень уж скромным и застенчивым. Он усердно потчевал Руниту лёгким вином и варкенскими сладостями, радуясь тому, что вновь обрёл любимого племянника. Богуслав, ещё раз оглядев большой зал, напрочь лишенный каких-либо украшений, вдруг, ни с того, ни с сего, пробасил:
      – Да, Фалкон, бедновато вы жили все эти годы, ох, бедновато. Ну, да, ничего, теперь всё позади и вскоре ваш остров станет самым красивым и роскошным цветущим парком во всей галактике. Пожалуй, даже я после следующего приезда в Ларитандейр сочту свой дворец убогим хлевом, а нашу Москву заштатным городишком. Нейз об этом позаботится.
      Фалкон, при этих словах, чуть не выпрыгнул из своего Защитника. Он испуганно заморгал глазами и робко пискнул:
      – Но, яган, Данины не смогут себе позволить построить город, способный затмить собой твою Москву. Мы будем счастливы, если сможем построить город для нашей Лариты, а уж о том, чтобы согреть свой остров, мы даже и не мечтаем.
      Богуслав небрежно отмахнулся от его жалкого лепета и воскликнул насмешливым голосом:
      – Не прибедняйся, Фалкон! Перед тем, как залезть в реаниматор, Нейз подтвердил мне заказ Данинов и я тотчас отдал приказ своим строительным отрядам стартовать к Варкену и если Кай и Улле мне не наврали, то уже сегодня вечером они приволокут к вам на орбиту мои самые большие десантные корабли своими крохотными пирамидками, которые могут летать быстрее мысли. Уж если Данины способны заплатить руссийским подрядчикам два с половиной триллиона галакредитов, то со своей бедностью вы, наверное, уже как-то разобрались. Нейз попросил моих строителей выполнить все работы, максимум, за полгода, но я приказал им управиться в четыре месяца, если они хотят снова увидеть берёзы Руссии.
      Услышав слова Богуслава, со своего места тотчас поднялся и подошел к их столику лорд Вальрам, одетый в черный смокинг. Положив руку на плечо этому громадному парню в полковничьем мундире, он сказал резким тоном:
      – Славик, мне это только послышалось или ты действительно намерен обойти Бальнузин? Почему я ничего не знаю о том, что твои строители уже завтра приступят к работе? Ты, что же, считаешь что у нас, бальнузинцев, руки растут из задницы? Отвечай мне немедленно.
      Богуслав немедленно перевел стрелки на Фалкона, указав на него пальцем и громко сказал:
      – Гил, не пыли! Если у тебя есть какие-то вопросы по поводу строительства Ларитандейра, то обращайся с этим к Фалкону. Он, как-никак, родной брат Роджера.
      Казначей клана Данин весь так и пошел красными пятнами, затем побелел и в панике воскликнул:
      – Друзья мои, это какая-то ошибка! Как казначей клана я ответственно вам заявляю вам, что мы не нанимали подрядчиков на Руссии и у нас отродясь не было таких денег!
      Масла в огонь подлил Гирш Меир-Симхес, который утер губы салфеткой и насмешливым голосом сказал, показывая Фалкону свой гравифон, усыпанный бриллиантами:
      – Фалк, дружище, ты, похоже, отстал от жизни, раз в том сообщении, которое пришло с Хельхора десять минут назад, меня известили, что на счета наших самых лучших строительных компаний тоже было переведено два с половиной триллиона галакредитов. Правда, их перевел не ты, а Нейзер-Леонард Данин, казначей клана Данинов Стойких.
      Лицо Фалкона приобрело нежно-зеленый оттенок и Веридор Мерк поторопился успокоить его, негромко сказав:
      – Фалк, не дергайся. Ты уже не казначей клана, Нейз спихнул тебя с этого места. Так что лучше сиди и молчи.
      Бывший казначей тихонько ойкнул, но больше не издал не звука, зато свой голос до громоподобного крика снова возвысил лорд Вальрам, который буквально заорал благим матом, весь дрожа от негодования:
      – Ребята, эти гады-федералы хотят нас затолкать в самую глубокую задницу! Богуслав, Гирш, мы требуем справедливости! Вы должны поделиться с нами этой честью. Мы тоже хотим принять участие в строительстве Ларитандейра, иначе я немедленно отдам приказ и весь мой военно-космический флот установит блокаду вокруг Варкена. Я не допущу того, чтобы только вы одни строили этот город. Черт с ними, с деньгами, ребята, я требую только одного, немедленно допустить нас к строительным работам.
      Дабы навести в зале хоть какой-то порядок, Веридор забрался на стул и громко рявкнул:
      – Тихо, вы, горлопаны! Постесняйтесь женщин. Вот вытащат Нейза из реаниматора, тогда обо всём и поговорим. Вас всех здесь только за тем и собрали, чтобы мы могли сообща обсудить то, каким будет Ларитандейр, в котором каждый из вас, наверняка, захочет иметь свое посольство и всякие там торговые и прочие представительства.
      Слова Веридора Мерка достигли своей цели и громкие крики, которыми правители поддержали лорда Вальрама, быстро стихли. Правда, уже никто из гостей не хотел оставаться в этом зале и они стали быстро покидать его для того, чтобы найти укромное место и немедленно отдать распоряжения своим министрам строительства и промышленности. Вскоре в зале остались, по большей части, одни только президентские жены, которые делали вид, что всё это их не интересует. Те же из Данинов, которым пришлось составить гостям компанию, только растерянно улыбались, когда их спрашивали о планах Роджера, связанных со строительством Ларитандейра. После того, что они здесь услышали, им самим хотелось поскорее встретиться Нейзером и потребовать от него ответа. Во всяком случае новость о том, что их клан оказался способен оплатить такие счета, заставила весь хольд гудеть и ходить ходуном.
      Ещё через какое-то время загудели, но уже восторженно, варкенцы, чинно сидевшие в огромном амфитеатре. Для многих из них давно уже не являлось секретом то, что Нейзер является одним из богатейших людей галактики и они тотчас стали объяснять это Данинам, посмеиваясь над тем, что те так искренне удивлялись этому. Разумеется, обо всем этом было сообщено и Роджеру, но тот стоял возле реаниматора, как на посту, и потому ничего не мог поделать. Зато когда колпак медицинской машины откинулся и все увидели на кушетке его точную копию, только с усами и бородкой клинышком, у него у первого появилась возможность учинить своему сыну допрос с пристрастием. Правда, сначала он взял этого здоровенного верзилу на руки, поднес его к груди Олли, и уже потом, окуная в каменную купель с теплой водой, грозно рявкнул:
      – Лео-Нейз, паршивый мальчишка, что это ещё за дела такие? Ты всего лишь несколько часов, как мой сын, а уже начал принимать за моей спиной ответственные решения, прямо касающиеся того, каким будет остров Данин. Кстати, откуда у тебя столько денег? Если ты взял их у Веридора Мерка, то я с тебя шкуру спущу, паршивец!
      Легко освободившись от отцовской длани, Нейзер ответил Роджеру спокойным и уверенным голосом:
      – Отец, во-первых, я не своевольничаю, а лишь делаю то, что наш клан пообещал Руните. Во-вторых, я далеко не так беден, как об этом можно подумать. Я ведь компаньон Верди, а прошедший год был для Звёздного Антала весьма прибыльным. Кроме того, я продал часть акций одной хитрой конторы, совладельцем которой я являюсь, так что всего у нашего клана имеется чуть менее ста триллионов галакредитов. Почти двадцать я уже потратил на то, чтобы выплатить аванс подрядчикам, но поверь, уже сегодня мы заработаем не менее десяти триллионов. Ну, и последнее, отец, я Нейзер-Леонард Данин и клан Данинов Стойких для меня дороже жизни. Поэтому я никогда не совершу поступка, который сможет бросить хоть малейшую тень на Данинов. То, что я узнал из семейных "Хроник" нашего клана, заставляет меня быть ещё строже к себе, чем раньше, когда я был просто офицером мидорского космофлота.
      Последние слова окончательно доконали Роджера и он потерянным голосом спросил:
      – Лео, где ты взял семейные "Хроники"?
      Нейзер приподнялся в каменной купели и Олли, глядя на него любящим взглядом, набросила ему на голову и плечи большое белое полотенце. Он поцеловал ей руку и громко воскликнул весёлым и беспечным голосом:
      – Отец, ну, ты даешь! Для разведчика моей квалификации снять копию с твоих семейных "Хроник" было делом десяти секунд. Во мне ведь находится десятка два специальных имплантантов, которые позволяют нашему брату получать информацию из любого компьютера даже не приближаясь к нему. Я же должен был, как следует подготовиться к тому, чтобы стать Лео-Нейзом. Да, кстати, отец, прикажи всем Данинам, которые служат галактическим круда, немедленно разорвать все контракты и прибыть в Звёздный Антал. Мы больше никому не будем служить, кроме нашей императрицы. На острове Данин им делать нечего, поэтому пусть поживут пока что там. И вот ещё что, все Серебряные Туники, которые родились вместе с нашими девочками, тоже остаются в клане. Теперь я казначей клана, а потому мне противна даже мысль о том, что мы, Данины, будем продавать то, что принадлежит нашим женщинам и вообще, отец, настало время навсегда забыть о том, что когда-то нашим клансменам чего-то не хватало. Поэтому не обижайся, но уже сегодня ты начнешь учиться жить на широкую ногу. Данины самый богатый клан Варкена, а скоро мы станем ещё богаче. Так было угодно Великой Матери Льдов, отец, и это не подарок судьбы, а итог того, что долгими тысячелетиями нас называли Стойкими. Целые поколения Данинов тысячелетиями терпели нужду, сражаясь со стужей, и теперь нам, их потомкам, настало время пожинать плоды этой борьбы.
      После этих слов Нейзера, Олли звонко рассмеялась и, поцеловав его в лоб, радостно воскликнула, посмотрев на своего мужа счастливым взглядом:
      – Родди, по-моему, именно таким ты мечтал видеть Эгмона. Сильным, смелым, умным, щедрым и богатым. Великие Льды, мне даже не верится в то, что мы стали такими богачами.
      Роджер Данин проворчал, вставая с колен:
      – Ну, мне, всё-таки, кажется, что мы не были такими уж несчастными в своей бедности. Может быть у нас и не было очень многого, но мы никогда не ложились спать голодными, да, и вряд ли на всём Варкене найдешь людей дружнее и веселее, чем мы. Да, к тому же, вспомни, милая, сколько трао из других кланов пришло к нам в последние годы потому, что наши девушки не захотели покинуть свой клан.
      Олли погладила его по щеке и сказала:
      – А тебе не кажется, Родди, что и они, и их мужья просто чувствовали то, что уже очень скоро всё изменится, на нашем острове будет построена столица всего Варкена, а Данины будут охранять покой нашей императрицы. И всё-таки мне кажется, что богатыми быть не так уж и плохо, милый.
      Вместо Роджера ей ответил Нейзер, который сказал ей:
      – Мама, быть богатой, это в первую очередь означает то, что ты сможешь помогать всем бедным, делая это, как наставница Лариты. А ещё это означает, что отныне Данинам доступна вся галактика и наши трао смогут найти себе невест в любом мире, но я предпочитаю, чтобы они делали это на Галане. Ведь только там они смогут найти девушек, подобных Руните и моей Марине.
      Наконец, Нейзер позволил своему Бролину возлечь на его плечи и через несколько секунд он был одет в одежды цветов клана Данинов Стойких. Уже будучи полноправным членом этого клана, он телепортом отправил за пределы арены белоснежный подиум и клановый реаниматор и они плавно опустились вниз, прямо на голографическую трехмерную карту острова, окруженного синей морской гладью. Это была первая голографическая модель, созданная Интайром, на которую нацелились сотни тысяч электронных увеличителей. Когда они подходили к Веридору и Руните, со своего места встал огромный белобрысый великан, одетый в белый, парадный мундир космос-адмирала, – Свен Эриксон, который держал в руках массивную золотую цепь с большим, овальным медальоном, широкий золотой крест на голубом фоне которого прямо говорил о том, что его владелец является ярлом, защитником семьи. На груди у президента Мидора висел точно такой же медальон. Шагнув к Нейзеру, он поднял цепь повыше и громко сказал:
      – Нейзер-Леонард Данинсен, Мидор признает тебя ярлом семьи Данинов Стойких и делает тебя своим почетным гражданином за то, что ты проливал кровь за наш мир. Помни всегда, Нейзер-Леонард, Мидор готов придти на помощь Данинам Стойким в любую секунду и по любому поводу.
      Будучи сиротой, Нейзер не мог даже мечтать от такой регалии, которая не только делала его ярлом, но и давала право стать президентом своей планеты. При этом ему даже не нужно было выставлять свою кандидатуру, это мог сделать любой из Данинов, ведь одновременно с этим все клансмены получали права гражданства одного из самых древних и уважаемых миров галактики. Теперь на Варкене уже никто не мог сказать, что Данины никчемные людишки. Вслед за Свеном Эриксоном поздравлять и награждать почетными наградами, но уже Роджера и Фалкона, стали другие правители миров. Делали они это без лишних разговоров и очень деловито. Всем не терпелось приступить к дележу земель, так как карта острова была девственно чиста. Всем и так было ясно, что город Ларитандейр будет построен в самом центре острова, где расстилалось на пару сотен километров невысокое плато с живописными холмами и озёрами. Идеальное место для строительства огромного, красивого города.
      Как только правители миров сбагрили с рук свои золотые, усыпанные бриллиантами финтифлюшки, они тотчас принялись требовать от Роджера разрешения принять участие в строительстве Ларитандейра. Больше всех, однако, горячился Богуслав Вихрь, который на правах старейшего из всех присутствующих хотел построить рядом с дворцом Лариты дворец для своего посольства. Мотивировал он это тем, что тогда Лекс станет обходить Варкен седьмой дорогой и девочка сможет спать спокойно. Однако, то же самое говорил и Свен Эриксон, который тоже имел смелость проводить в жизнь свою собственную политику уже не одну сотню лет. К этим двум громилам тотчас присоединились Гирш Меир-Симхес и Марк Лебиус, которые тоже принялись выкручивать руки Роджеру, суля ему всяческие блага. Калвин видя, что эдак Лианты могут оказаться где-то на окраине, немедленно взревел, словно гигантский мирш, разбуженный посреди зимы:
      – Роджер, имей совесть! Кланы Большой Семерки тоже имеют право иметь свои дворцы вблизи дворца Лариты.
      Роджер Данин умоляюще взглянул на своего сына и тот в течение двух минут навел полный порядок. Повинуясь его громким возгласам, все претенденты чинно расселись по своим местам. По мановению руки Нейзера карта острова тотчас увеличилась и на арене вырос голографический макет огромного города, но не с традиционной варкенской планировкой, по которой все дома в нем стояли ровными, концентрическими кругами, а куда более прихотливой и живописной. Сильные мира сего тотчас вскочили на ноги и даже взобрались на яшмовый бордюр, чтобы посчитать количество дворцов, стоящих в первом круге, имевшем форму семилучевой звезды. К их удовлетворению Нейзер учел всё. На каждом небоскребе золотом сияла надпись того мира, которому он отводился. Он даже учёл Галан и поставил в первом круге такую редкость для Варкена, как огромный собор Единой Церкви, что заставило Иезекию Холлигена радостно заулыбаться. Ну, а поскольку в первом круге стояло ровно семьдесят небоскребов, что практически соответствовало Конференции Пятидесяти Девяти плюс семь дворцов кланов Большой Семерки и вотчина Марцио Зардана, то спорить было уже не о чем. Однако, Калвин, с опаской посмотрев на Нейзера, громко спросил:
      – Роджер, если не секрет, сколько же денег ты будешь теперь драть с нас за аренду этих громадных небоскребов?
      Тот пожал плечами и ответил:
      – Лорд Калвин, этот вопрос тебе лучше задать моему сыну Лео-Нейзу, он казначей клана.
      Под громкий смех варкенцев, уже ставших соображать, что именно происходит внизу, Калвин воскликнул:
      – Ну, всё, ребята, приехали. Теперь этот усатый тип сдерет с нас семь шкур, как минимум.
      Слова его были услышаны всеми присутствующими и над амфитеатром раздался громкий хохот. Вместе с тем по широким лестницам с верхних ярусов уже сбегали вниз гости клана Данин и быстрее всех, перепрыгивая сразу через несколько ступеней, вперёд мчался Хансен Гризли. Нейзер ещё не успел ответить Калвину, как тот, вспомнив о том, что его Кодьяк может летать, пулей подлетел к тому месту, где он стоял и заорал сверху:
      – Нейз, дружище, я не претендую на место в этой вашей главной звезде, но готов заплатить твоему клану любые деньги за аренду самого здоровенного небоскреба, стоящего во втором эшелоне! Давай, парень, быстро называй свою цену.
      Нейзер спокойно достал банковский терминал, внес в него имя Хансена Гризли и спокойно сказал ему:
      – Джимми, второй круг у меня идет по пятнадцать миллиардов в год. Тебя устроит такая цена?
      Приземляясь на арену, вольный торговец шагнул к нему, доставая из бездонных карманов своего Кодьяка банковский терминал, и тотчас принялся набирать на нём код. Присоединяя его к терминалу Нейзера, он громко воскликнул:
      – Отлично, парень, я перевожу на твой счет сорок пять миллиардов. С тебя три небоскреба. Жаль, что это всё, что у нас сейчас есть, а то бы я взял и все пять. Думаю, что уже через пару недель я отобью на субаренде не только эти деньги, но и заработаю на твоей щедрости миллиардов двести пятьдесят, не меньше. Надеюсь, ты не станешь строить в Ларитандейре какие-нибудь крохотные домишки, Нейз? У меня ведь очень много друзей среди промышленников и все они захотят перевести свои штаб-квартиры в "Хансен Гризли Билдинги".
      В ответ на это Нейзер скорчил обиженную физиономию и крикнул ему притворно гневным голосом:
      – Джимми, за кого ты меня принимаешь? Пятьсот этажей, старина, и ни одним этажом меньше. Я загнал в твой комп код связи с Интайром, так что ты можешь срочно сообщить ему обо всех своих пожеланиях. Только долго не тяни с этим, так как проектировщики уже приступили к работе. – Повернувшись к Калвину, он спросил его насмешливым голосом – Ну, что, Винни, тебе всё понятно? Надеюсь, ты теперь понимаешь теперь, что пятьдесят миллиардов галакредитов в год, это ничто по сравнению с тем, что твой клан сможет заработать, сдавая целые этажи своего небоскреба трансгалактическим корпорациям и правительствам Звёздных Федераций?
      Через пару минут вдоль арены выстроились все те клансмены, которым Нейзер уже успел телепортом вручить банковские терминалы и к каждому из них выстроилась длинная очередь. Большинство варкенцев тоже умело считать ничуть не хуже Хансена Гризли. Те, у кого не хватало денег на аренду небоскребов в центре, тотчас образовывали товарищества арендаторов, но, не смотря на это прихватывали себе ещё и недвижимость на окраинах, где цены были существенно ниже. Роджер, которому Нейзер тоже вручил банковский терминал, настроенный на подсчет итогов всей той коммерческой деятельности, которую он начал, как его сын и казначей клана, вскоре обалдел. Глядя на то, с какой скоростью растет цифра доходов, он только моргал глазами и тихонько бормотал что-то себе под нос. Со стороны это выглядело, как тихое помешательство. Калвин, глубоко оскорбленный тем, что Нейзер ограничил число владений для каждого арендатора всего лишь пятью небоскребами, сердито поинтересовался у этого оборотистого парня:
      – Нейз, на кой черт твоему клану такая прорва денег? Ведь вы сможете оклеить ими весь Варкен.
      Тот ухмыльнулся и ответил ему, не прекращая обслуживать следующего клиента, Риманта р'Новалта, также прихватившего себе сразу пять огромных небоскребов на окраине:
      – Винни, скажи мне, а на какие шиши, по твоему, я должен содержать двор Лариты? Или ты хочешь взять и оставить эту милую девочку без развлечений?
      Марцио Зардан, довольный тем, что его дворец теперь будет не только стоять рядом с дворцами Большой Семерки, но и тем, что он, совместно с несколькими малыми кланами стал, вдобавок ко всему, арендатором двадцати восьми небоскребов в центре города, услышав это, воскликнул, изумленно вопрошая:
      – Нейз, а зачем же я, по-твоему, буду собирать налоги с варкенцев? Разве не для того, чтобы наша императрица никогда и ни в чём не нуждалась?
      В ответ на это Нейзер скорчил высокомерную гримасу и наставительным тоном ответил:
      – Марцио, это уже не мои трудности, а вашего с Калвином правительства. Вы поклялись верой и правдой служить Ларите и всему Варкену, а мы, Данины, поклялись дать ей кров, очаг, ложе и хлеб-соль, что мы и делаем. И поскольку Ларита мать-хранительница всех кланов Варкена, Марцио, а вы её архо, вот вы теперь и думайте сами, кому вы должны помогать в первую очередь и на что тратить ваши деньги, чтобы не прогневать нашу императрицу.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24