Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Рокотов - Ночь над Cербией

ModernLib.Net / Черкасов Дмитрий / Ночь над Cербией - Чтение (стр. 15)
Автор: Черкасов Дмитрий
Жанр:
Серия: Рокотов

 

 


      Минуты три Президент наслаждался произведенным эффектом, разглядывая то белеющего, то багровеющего бюрократа...
      Беззастенчивое, ничем не завуалированное воровство столь раззадорило Первое Лицо, что оно напрочь позабыло о том, зачем пригласило чиновника, и полностью сосредоточилось на нюансах вскрывшейся аферы. А склеротические изменения мозга не позволили информации о так и не найденном россиянине задержаться в памяти дольше, чем на время, оставшееся до начала разговора.
      Судьба Рокотова осталась невыясненной, и в дальнейшем к этой теме был потерян всяческий интерес. Среднее звено чиновников МИДа отрапортовало наверх, что эвакуация закончена, в документах, направленных в МЧС, быстренько подчистили, где надо, и спасатели с уверенностью доложили, что вывезли всех до единого. Слух о пропавшем биологе заглох сам собой, ибо столь мелкая фигура не вызывала никаких эмоций даже у депутатов Государственной Думы. Тем более , что ни к какой из партий Владислав не принадлежал и влиятельных родственников у него не было...
      Стемнело.
      Что творится в шахте, снаружи было уже не разглядеть, и Влад с Коннором выбрались к выходу. Биолог внимательно осмотрел местность, прислушался и сделал вывод, что в радиусе километра двуногих нет – птицы спокойно устраивались на ночлег, ничуть не обеспокоенные присутствием кого-либо постороннего. Будь по-иному – и стайки пернатых избрали бы для отдыха другое место.
      Время до вечера он провел с пользой. Беседуя с американским летчиком, оказавшимся парнем толковым, Владислав немного поэкспериментировал с химикатами и опытным путем определил необходимые пропорции марганца и вазелина для создания зажигательного механизма. На пятый раз комочек бумаги с этими ингредиентами запылал ровно через пятнадцать минут.
      Веревку Рокотов расплел, а концы связал в один, и вместо пятнадцатиметрового отрезка у него оказался шестидесятиметровый, которого должно было хватить для задуманного.
      Баллон с кислородом весил около сорока килограммов. Беглецы осторожно затолкали его в пустой рюкзак, и Джесс взвалил ношу на плечи.
      – Нормально? – шепотом спросил Влад. Американец сделал несколько пробных шагов.
      – Терпимо.
      – Километр пронесешь?
      – Мы с таким грузом по две мили бегали, когда я в Форт-Дедриксе начальный курс проходил.
      – Под ноги смотри, это тебе не спортплощадка...
      Сначала к подножию горы спустился американец, следом за ним Владислав отправил рюкзак. Бросил взгляд на убежище, куда они больше не вернутся, и спрыгнул вниз.
      Летчик грамотно контролировал окрестности, разместившись между двух огромных валунов. Площадка перед шахтой просматривалась как на ладони.
      – Давай принимай рюкзак и двинулись, – приказал Влад.
      Коннор нацепил лямки, пошевелил плечами, чтобы груз лег поудобнее, и кивнул.
      – Идешь след в след. Если слышишь посторонний шум – падай в противоположную сторону, – Рокотов подтянул ремень автомата. – Пистолет не вынимай, от него в лесу все равно никакого толку.
      – Ясно. Направление?
      – Прямо до леса, там – чуть правее.
      – Роджер.
      Владислав пригнулся и легким неспешным шагом двинулся к опушке.
      До болотца, булькающего сероводородом, они добрались через час, останавливаясь каждые пятнадцать минут и внимательно прислушиваясь к шорохам леса.
      На краю полянки Влад срубил длинную слегу и за четверть часа прощупал безопасный путь к середине топи, где едва возвышался неприметный островок. Болото было всего метров пятьдесят шириной, но извилистое и вытянутое к югу, так что обходить его пришлось бы по дуге аж через дальние холмы.
      С противоположной стороны болота Рокотов навалил кучу хвороста, который в условленный момент должен превратиться в “костер потерявших бдительность беглецов”.
      Самым сложным оказалось доставить на середину топи треклятый баллон. Дыша через рот, чтобы не одуреть от вони, биолог и летчик дотащили металлический цилиндр до кочки метрах в двадцати от края островка и плюхнули его на сырую траву.
      – Пахнет, просто ужас! – Коннор вытер рукавом пот со лба.
      – Не то слово, – согласился Владислав, переводя дух. – Но для нашего дела это сладкий аромат победы. Тут тысячи кубометров болотного газа. Мало не покажется... Все, давай работать.
      Найденной в шахте проволокой Рокотов примотал к штуцеру гранату, затянул намертво воротом из толстой ветки. К кольцу гранаты прочно, на несколько узлов, привязал конец веревки.
      Теперь оставалась самая сложная часть.
      Влад потыкал слегой болотную жижу, чем вызвал целый гейзер сероводорода, и остался доволен избранным местом.
      – Аккуратненько... Придерживай днище, я буду вытравливать веревку...
      Коннор, напрягая все силы, чтобы баллон, повиснув над центром лужи, не вырвался из рук, плавно развел руки. Баллон с кислородом вертикально пошел на дно. Рокотов быстро стравливал конец, привязанный к гранате, и когда сорокакилограммовая железяка коснулась плотного ила на дне, у него в руках осталась половина пятнадцатиметрового участка веревки.
      – Нормально. Глубина – метров семь. Теперь не менее аккуратно отходим, чтобы веревку не запутать...
      – Хочешь остаться на этой стороне? – шепотом спросил Кудесник, когда они вернулись на твердую почву.
      – Конечно. Они попрутся туда, на тот берег, где будет костер. А подойдут отсюда. Соответственно, пока то-се, паника, мы уйдем им в тыл.
      – Логично, – согласился летчик. – А сработает?
      – Должно. Такого никто не ожидает... Ладно, сиди здесь, – указал Влад на маленький овражек. – А я сбегаю на тот берег, костерок запалю.
      Хворост он заранее полил соляркой из фляжки. Экономно, израсходовав четверть запаса, остальное приберег на потом. При должной смекалке из солярки получается неплохой аналог напалма. Конечно, если знать, с чем смешивать горючую жидкость.
      Бросив для верности в кучу хвороста два бумажных шарика с вазелином и марганцовкой, Рокотов тем же путем вернулся обратно и залег рядом с Коннором в овражке, держа конец натянутой по поверхности болота веревки. От края топи их отделяла полоса сухой земли шириной метров тридцать.
      “Должно хватить, – подумал биолог, – не зацепит... А потом уйдем на запад, по дну этой ложбинки... Только бы веревку не забыть смотать”.
      Потянулись минуты ожидания.
      – Как думаешь, где сейчас полицейские? – еле слышно поинтересовался летчик.
      – А черт их знает. В двух милях от нас, скорей всего, – Рокотов перевернулся на спину. – Через часок будут, как костер разгорится. Пройдут во-он там, по той роще.
      – Сколько их всего?
      – Сложный вопрос... Человек сорок-пятьдесят, думаю. Но могу и ошибиться. Видели мы с тобой около двадцати. Еще где-то десяток в засаде, плюс снайперы, наблюдатели. Они, сволочи, хитрые, их на зачерствевшем гамбургере не проведешь... В прямом бою у нас шансов нет, остается только ловить и давить поодиночке. Они люди опытные, стало быть, по шаблону действуют, а мы – как Бог на душу положит. На том и сыграем, – Владислав снова перевернулся на живот. – Я считаю, что нам жизненно необходимо этих козлов как следует напугать. Есть у меня парочка задумок... Может, и получится их отсюда выжить. Если потери будут слишком большими, могут струхнуть... Смотри, а костерок-то наш занялся!
      В сотне метров от них весело запылал хворост. Сухие ветки, собранные в кучу сразу за опушкой реденькой рощицы, виднелись издалека и служили поисковой команде неприятеля прекрасным ориентиром. Однако стволы деревьев все же не позволяли разглядеть, есть ли кто рядом с огнем. Для этого необходимо было пересечь болотце и приблизиться вплотную. На что и рассчитывал биолог.
      – Хорошо горит, – согласился Коннор. – А не погаснет раньше времени?
      – Нет. Я туда несколько деревяшек потолще запихнул, так что часа на два пламени хватит. А за это время они точно подтянутся.
      – Радиста бы взять, – мечтательно протянул Джесс.
      – Возьмем, – кивнул Рокотов. – Но не сейчас... Конечно, славно было бы воспользоваться паникой и прихватить “Морзе”, но, боюсь, для такой операции у нас с тобой силенок не хватит. Радист вряд ли пойдет в авангарде. Скорее всего, он сидит в основном лагере. Нам придется выманить куда-нибудь их основные силы и попытаться за это время уничтожить базу. Но сначала ее еще надо найти. А это задача не из легких.
      – Второй раз на костер они не пойдут.
      – Естественно, не идиоты же.
      – Тогда надо заставить их устроить массовое прочесывание местности, – предложил Кудесник, постепенно вживающийся в роль диверсанта и вспоминающий все слышанное им о действиях “зеленых беретов”. – Может, мне сыграть роль беглеца? Разработаем маршрут, я их отвлеку, а ты в это время попытаешься захватить рацию...
      – Меня беспокоят снайперы, – серьезно возразил Влад. – Ночью-то на них плевать, даже если у них приборы ночного видения. Все равно на дистанциях дальше двухсот метров палить сложновато. А вот днем они тебя снимут в пять секунд. Нет, пока нам разделяться нельзя. Днем будем прятаться, а к вечеру выходить на охоту. Сейчас у нас основная цель даже не рация, а их долбаньй проводник. Молодой такой юноша, худощавый, я его ., хорошо разглядел. Без него они на порядок боеспособность утратят.
      – Среди тех, кого я видел, такого не было, – после короткого размышления сообщил Коннор.
      – Я его тоже лишь раз видел. В общем, если заметишь худощавого и молоденького, дай знать. Его надо снять издалека, не приближаясь.
      Джесс вдруг напрягся.
      – Смотри...
      На опушку метрах в сорока от них выскользнули несколько расплывчатых фигур и остановились на краю болота.
      – Черт, – прошептал Владислав, – как быстро! Десяти минут не прошло. Где ж они были-то?
      – В полумиле, не дальше, – подсчитал Коннор. – Может, засекли, когда мы с тобой на болоте возились?
      – Тогда следи за тылом. Если что, дерни за Руку...
      – Понял...
      Пилот развернулся, устроился на противоположном краю овражка и направил ствол “смит-вессона” в сторону леска.
      Фигуры разошлись цепью и опять остановились. Из чащи вышел еще один небольшой отряд, рассредоточился по опушке. Ближайший к Роко-тову полицейский оказался в каком-то десятке метров от него. Влад затаил дыхание и передвинул автомат, взяв солдата на мушку.
      Тем временем полицейские нарубили прямых ветвей и по команде, отданной взмахом руки того, кто шел в авангарде, двинулись через топь, нащупывая путь палками. Трое оставшихся на берегу отошли в сторону и залегли за толстым стволом поваленной сосны.
      Когда цепь добралась до середины болота, Владислав потянул за веревку. Та сначала не поддавалась, но затем вдруг дернулась и провисла. Чека выскочила из гранаты, химический взрыватель загорелся, и через шесть секунд (в это время Влад скоренько сматывал веревку) произошел взрыв.
      Вся поверхность болота вздыбилась горбом, пленка зловонной жижи лопнула, и в мгновение ока пространство в радиусе сотни метров превратилось в огромную пылающую газовую горелку. Перенасыщенная сероводородом жидкость, получившая десятки кубических метров чистого окислителя из разорванного гранатой баллона, детонировала почище любой бомбы.
      Все пятнадцать солдат на болоте погибли на месте. За сотые доли секунды их тела обгорели до костей, температура в пятьсот градусов обуглила даже скелеты.
      Пылающая воронка втянула в себя окружающий воздух, и с чудовищным хлопком пламя погасло, израсходовав свободный кислород. То, что было болотом, превратилось в серую равнину, запорошенную пеплом.
      Трое полицейских, опрометчиво устроивших засаду за сосной на берегу, не избежали той же участи – огонь вытянул из их легких воздух, а ударная волна прокатила толстенный ствол по лежащим телам.
      Оператор за дисплеем компьютера от неожиданности чуть не уронил чашку кофе.
      – Двойной термальный импульс! – крикнул он на весь зал, и головы коллег враз повернулись к нему. От центрального пульта в его сторону бросился старший смены.
      Эти три слова в Агентстве Национальной Безопасности входили в первую десятку самых ужасных, произнесение которых могло означать начало ядерной войны. Двойные термальные импульсы обычно характерны для атомных взрывов.
      – Где?! – офицер чуть ли не вплотную ткнулся лицом в экран.
      – В квадрате два-семь, – оператор щелкнул “мышью” и вернул картинку.
      – Мощность?
      – Сейчас, сейчас... По таблице и зоне поражения – около ста тонн.
      – Не может быть! – истерически крикнул офицер. – Там есть чья-нибудь авиация?
      – Нет. За секунду до взрыва, по крайней мере, не было... Судя по температурной шкале, взрыв наземный, – оператор лихорадочно стучал по клавиатуре, выводя на экран все новые и новые данные
      и сверяя их с колонками цифр. Наконец он откинулся в кресле и промакнул пот со лба. – Это объемный взрыв. Аналог боеголовки “WK-62”.
      Офицер с шумом выдохнул воздух. Объемные взрывы действительно имели тепловые характеристики, которые регистрировались спутниками как двойные термальные импульсы. И, не разобравшись, их можно было спутать с пятном от ядерного взрыва.
      На экране компьютера ширилось переливающееся, почти идеально круглое пятно, а зона термического поражения захватывала огромную область, значительно превосходящую реальный радиус действия бомбы. Но с высоты сотен километров эти различия практически не просчитывались, обработка информации начиналась только в наземных центрах.
      – “Птичка” была?
      – Нет. Источник наземный. Похоже на фугас.
      – Объект?
      – В зоне поражения. Насколько близко, смогу сказать чуть позже... Сейчас там пока слишком высокая температура.
      – Выясните – доложить немедленно, – приказал офицер и бегом направился к телефону.
      Ситуация с поисками капитана ВВС США Кон-нора резко изменилась, в нее вмешался неизвестный фактор. Старший смены спешил уведомить об этом координационный центр военной разведки.
 

* * *

 
      Тряхнуло так, что и Владислава, и Коннора подбросило на метр вверх.
      Грохнувшись о землю, они скатились на дно овражка и сжались в комок. Сверху посыпалась земля, воздух резко, с ревом колыхнулся в сторону болотца.
      Все стихло так же быстро, как и началось. Жутко воняло гарью. После ярчайшей вспышки, осветившей лес и холмы на несколько километров вокруг, глаза почти ничего не видели.
      Оба затрясли головой.
      “Как говорят электрики – дернуло от души! Ну ты даун! Благодари Бога, что живы остались... Сколько ж там сероводорода было? Ужас! Чудо, что до нас не докатилось...”
      – Ты как? – Рокотов потряс Коннора за плечо.
      – Ничего... Что это было?
      – То, что ты нюхал полчаса назад. Как по-английски сказать, не знаю. В общем, газ из болота.
      – Я думал, слабее будет...
      – Я тоже. Ну, в нашем деле лучше перебрать, чем недобрать. Этот природный “пук” они надолго запомнят...
      Коннор пошарил руками вокруг себя.
      – Пистолет выронил.
      – Он подо мной, – успокоил Влад, – я прямо на него свалился. Чуть ребро не сломал. Ладно, не задерживаемся, скоро сюда вся шайка соберется. Посмотреть, что случилось... Закрой на полминуты глаза, после яркого света помогает...
      Зрение понемногу возвращалось.
      Рокотов выглянул из овражка.
      “Вам с хрустящей корочкой или без? – перед ним расстилалась озаряемая безразличной Луной серая равнина, где черными островками торчали кочки с выжженной травой. – Кранты поисковикам. Человек пятнадцать-двадцать угробили зараз. Отлично! Считай, половину отряда. Долго они не оправятся... Так, сматываем веревку. Она нам еще ой как пригодится. Жаль только, Джессу не смогли оружие посерьезнее пистолета добыть. Ну ладно, это дело будущего...”
      – Готов?
      – Готов, – Кудесник окончательно пришел в себя. – Куда?
      – Вперед по ложбинке, там поглядим...
      Спустя час они были в трех километрах от бывшего болота, куда подтянулся остаток отряда специальной полиции.
      В бессильной ярости майор выпустил в лес полную ленту из пулемета.
      Услышав дробь очередей, Владислав язвительно улыбнулся – у солдат явно не все в порядке с нервами. И прибавил шагу.

Глава 15
ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ

      Когда утреннее солнце осветило вершину горы Владислав высунулся из-за камня и быстро осмотрел склоны.
      За ночь они с Коннором прошагали пятнадцать километров, взобрались на хребет, окружающий долину, и заняли удобное положение на вершине. С высоты почти в километр вся местность была как на ладони.
      Через видоискатель Влад посмотрел на бывшее болотце, превращенное взрывом в пологое углубление, заваленное комьями грязи. Никакого движения вокруг него не бь1ло – видимо, солдаты ушли еще ночью, так и не поняв, что произошло. Термический удар сжег все возможные следы пребывания летчика и биолога, превратил лесок в непролазный бурелом, а воздушный поток, рванувшийся к эпицентру взрыва, засыпал болото и местность в радиусе ста метров прошлогодними листьями, сухими ветвями и песком. Проводник отряда оказался не у дел.
      Джесс подполз поближе и дернул Рокотова за рукав.
      – Что-нибудь видишь?
      – Пока нет. На, сам посмотри. Пилот приник к окуляру.
      – Куда они подевались?
      – А мне откуда знать? – Влад отобрал у американца видоискатель, сорвал лист подорожника и закрепил его над линзой комочком сковырнутой с ближайшей сосны смолы. – Держи, теперь бликовать не будет.
      Кудесник снова стал изучать долину. Спустя десять минут ему это занятие надоело. Пространство под ними было пустынным, полицейские будто испарились. С хребта лес и небольшое озерцо на юго-востоке просматривались прекрасно, но противник исчез. Нигде не поднимался дымок от костра, не передвигались цепочки фигур, не сверкало стекло бинокля или оптического прицела.
      – Может, ушли? – предположил летчик.
      – Ага, жди. Затаились где-то. Решили сменить тактику и действовать из засады.
      – Но так нас можно неделями искать, если и мы куда-нибудь спрячемся, – возразил Коннор. – Просторы тут вон какие.
      – Верно. Я опасаюсь, что они готовят какую-то гадость, чтобы нас выманить. Например, подожгут лес.
      – Ну и что? Мы-то наверху.
      – Спускаться-то нам так или иначе придется... С той стороны не слезть, я проверял. Длины веревки не хватит. Так что путь у нас отсюда один:
      обратно в долину... Правда, мы можем пройти направо километра три и налево столько же. В принципе, тут склоны пологие, спуститься почти повсюду можно. Но если полезем в дневное время, то на фоне горы будем отличными мишенями...
      – Тогда зачем ты сюда забирался? – не понял американец.
      – А я действую как бы против здравого смысла. Они уверены, что мы будем скрываться либо в шахтах, либо в чаще. И выбираем момент, чтобы покинуть эти места... То есть – они обязательно поставят посты там, там и там, – Владислав указал рукой на восток и север. – Соответственно, растратят силы. Hа каждой такой пост надо минимум по пять человек. Вот и считая.
      – Ага. Пятнадцать в минусе, быстро им сюда не добраться, – сообразил Коннор. – Остается человек двадцать.
      – Может, и меньше. На болоте мы положили около двадцати. Так что теперь у них дефицит личного состава.
      – А сколько снайперов? – задумался Джесс.
      – Два-три.
      – Тогда гляди, – летчик подполз, выглянул из-за валуна. – Где наиболее разумно разместить секреты? Я бы поставил одного снайпера с нашей стороны, например, во-он у той вершины, другого – на утесе слева, а третьего посадил бы на горочку возле основных входов в шахты.
      – Согласен, – кивнул Рокотов.
      – И еще. Отряду нужна вода. Поэтому основной лагерь они разобьют недалеко от озера, это естественно. Может быть, не у самой воды, но и не дальше нескольких сот ярдов. Так что мы примерно знаем их местоположение.
      Владислав помассировал виски.
      – Извини, плохо соображаю... Не высыпаюсь... Да, пожалуй, ты прав. И не “пожалуй”, а на сто процентов... И что ты предлагаешь?
      Американец с гордостью улыбнулся. Наконец он перестал быть обузой.
      – Двигаемся по хребту налево. Рано или поздно выйдем к снайперской точке. В секрете максимум трое, так что мы их уделаем... Нападения сзади они вряд ли ожидают, все их внимание должно быть сосредоточено на долине. В два ствола мы их положим за секунду.
      – А шум?
      Джесс умолк и почесал щеку, на которой уже обозначилась рыжеватая щетина.
      – Об этом я как-то не подумал... Если прижать пистолет к телу, то шума не будет. Но нет гарантии, что мы сможем подобраться так близко...
      Рокотов покопался в карманах, извлек упаковку презервативов и продемонстрировал Коннору.
      – Вот решение.
      Американец посмотрел на русского с опасливым выражением, никак не соответствующим серьезности момента. Более того, Коннор рефлекторно отодвинулся от Владислава.
      Тот вскрыл упаковку и вытащил розовую усатую резинку.
      – Славненько, – биолог поднял глаза и встретил напряженный взгляд Кудесника. – Что с тобой?
      – В каком смысле?..
      Влад посмотрел на зажатый в руке презерватив, потом на пилота, потом снова на резиновое изделие “номер два”... и согнулся от хохота.
      – Ты что... подумал... – сквозь приступы смеха выдавил он, – что я... с тобой... – Рокотов вытер слезы и немного успокоился. – Эта штука совсем не для этого...
      Новый приступ веселья не дал ему закончить фразу.
      Спустя полминуты Владислав успокоился.
      – Ну ты даешь! Запомни, Джесси, я – не гомик, никогда им не был и даже ни одного знакомого “голубого” у меня нет. Так что в этом смысле я абсолютно безопасен.
      – Ну, это твое личное дело, – примирительно заявил Коннор, – “голубые” такие же люди, и я не испытываю к ним антипатии... Просто я подумал...
      – Что мы с тобой тут сольемся в экстазе?! – опять заржал Рокотов. – Брось ты эту фигню! Кондомы существуют не только для того, чтобы предотвращать демографические взрывы и от СПИДа обезопаситься. Учись, студент...
      Биолог надул презерватив, ловко нацепил его на ствол “вальтера” и место соединения обмазал сосновой смолой. Теперь дуло заканчивалось надутой колбаской, конец которой украшали усики.
      – Самое сексуальное оружие в мире. Жаль что одноразовое, – Влад потряс пистолетом. – При выстреле раздается хлопок, как от лопнувшего воздушного шарика. К сожалению, такую пушку можно носить только в руке. Ни в карман, ни в кобуру не поместится.
      Летчик восхищенно посмотрел на модернизированный пистолет.
      – Круто! А сработает?
      – Обязательно. Согласно законам Гей-Люссака и Бойля-Мариотта... Кстати, о Гей-Люссаке ничего дурного не думай, – биолог опять развеселился. – Ну, ты меня уморил...
      – Бывает, – развел руками американец, – извини... У нас в Штатах сейчас столько педиков, что иногда уже переклинивает. Их даже в армию берут.
      – Серьезно? – удивился Влад. – И как они там?
      – Не знаю, – Коннор передернул плечами. – К нам пока ни одного не попадало. А в пехоте, знаю, есть...
      – Ив элитных частях, типа “людей-лягушек”?
      – Не-ет, исключено. Ни у “тюленей”, ни у “зеленых беретов” этих ребят нет. Хотя, конечно, педики и орут про дискриминацию, но спецназ пока держится.
      – Это хорошо. А то не очень приятно, если сюда за тобой прилетят напомаженные манерные “спасатели”, – Рокотов снова хмыкнул. – Ладно, давай попробуем пройти до той вершинки, а там посмотрим. Таблеточку не хочешь? – Он расстегнул клапан аптечки и достал пузырек с фенамином.
      – Это что?
      – Так, – Владислав протянул ему лекарство на ладони. – Только не подумай, что я наркоман. Объясняю: это медицинский препарат, позволяющий долгое время не спать и быть бодрым. Основной компонент наркотик, но я знаю дозировку, чтоб здоровье не повредить... В нашем положении без допинга не обойтись, мы уже почти двое суток на ногах.
      – Это не очень опасно?
      – Если не злоупотреблять.
      – Давай, – махнул рукой американец. – Я тоже хреново себя чувствую...
      – Золотой ты мужик, Джесс, – Рокотов сморщил нос. – Можешь смело ехать в Россию. Не пропадешь... Надо – значит, надо! По-нашему.
      Коннор широко улыбнулся.
 

* * *

 
      Блок “А” с двумя зажатыми ракетами в треснувших вдоль своей длины шахтах продолжал крутиться вокруг оси. С каждым витком траектория обломков снижалась, некоторые уже стали нагреваться от трения в верхних слоях стратосферы. От них отваливались мелкие куски обшивки, но сами боеголовки пока были не повреждены.
      Плавное снижение не должно было сказаться на ракетах. Рассчитанные на попадание в атмосферу практически под прямым углом, реактивные снаряды выдерживали температуры на порядок выше, чем при падении спутника на землю. Керамические пластины, защищавшие термоядерные заряды, были рассчитаны на пять тысяч градусов.
      Хуже дело обстояло с твердотопливными ускорителями. Разработанные для мгновенного разгона боеголовок, двигатели от нагревания могли взорваться и повредить “изделия”. Потому автономные компьютеры ракет приняли решение отстрелить ставшие потенциально опасными ускорители, уже подававшие в центральные схемы сигналы о перегреве внешних оболочек.
      В пиропатроны экстренного сброса разгонных блоков поступил кислород , и криотронные взрыватели сожгли свои вольфрамовые нити. Порошок сдетонировал, и двигатели оторвались от боеголовок вместе с обшивкой “Радуги”, всееще удерживавшей ракеты в плену смятой оболочки. Заряды, освободившись от ненужных ступеней, немного сблизились и пошли на следующий виток, почти параллельно 42-му градусу северной широты.
      Один за одним обломки КН-710 входили в плоскость вращения коммерческих и военных спутников. Но вероятность столкновения в околоземном пространстве столь мала, что большинство из них не приближались к другим объектам ближе чем на сто километров.
      Американец оказался совершенно прав. Они прошли каких-то полтора километра и в полусотне метров под собой увидели двух расположившихся меж камней стрелков. Снайперы лежали совсем рядом, искусно замаскировавшись в росших по склонам горы кривых кустиках.
      Без доступа кислорода взрыв в безвоздушном пространстве невозможен.
 

* * *

 
      – Да, – летчик почесал затылок. – С пятидесяти ярдов из пистолета прицельно не попадешь... Можно гранатой.
      – Во-первых, у меня одна осталась, и, во-вторых, слишком шумно. Не пойдет. Я хочу одного взять живым.
      – Для допроса? – оживился Джесс.
      – Не только. Есть у меня идейка, как этих сволочей до смерти перепугать. Кудесник нахмурился.
      – Ты не будешь его пытать? Влад криво усмехнулся.
      – Не буду... Я, видишь ли, пытать не умею и, скорее всего, не смогу. Поугрожать – да, это сколько угодно, даже скальпелем перед глазами поиграю. А вот вырывать ногти или что-то подобное еще сотворить – вряд ли... Так что постараемся обойтись без традиционных пыток. Если, конечно, удастся взять живым хотя бы одного...
      – Может, внимание отвлечем, швырнем камень куда-нибудь в сторону?
      – Не поможет, – покачал головой Рокотов. – Примитивно. Они на такие фокусы не покупаются. Лучше придумаем, как незаметно спуститься...
      Коннор подполз к краю обрыва и внимательно посмотрел вниз.
      – Ну что?
      Летчик покрутил головой и вернулся.
      – Под ними – отвесная стена. Следовательно, пришли они сюда другим путем, вдоль склона. Смотри: слева от них рощица, а дальше – пологий откос. Если подобраться оттуда, то мы выйдем им точно в тыл.
      – Давай попробуем. Мы для них пока в “мертвой зоне”...
      Место для спуска избрали за иссеченным ветрами и временем утесом в двух сотнях метрах от снайперов. Влад обвязался веревкой и лег за овальный камень, исполняющий роль страховочного ворота. Джесс резко спустился на площадку в десяти метрах от хребта.
      Веревка дважды дернулась в руках Рокотова, и тот подобрался к краю. Коннор, подняв голову, жестами показал, что все в порядке.
      Биолог тщательно проверил узел, поскольку предстояло спускаться самостоятельно, и аккуратно сполз вниз. Освободив один конец, он стянул веревку и снова смотал ее. Летчик с двумя пистолетами, стволы которых украшали натянутые презервативы, контролировал окружающую обстановку.
      – Теперь можно добраться до рощи, – шепнул Кудесник.
      – Хорошо, давай пушку, – согласился Влад и получил один из “секс-пистолетов”. – Только не стреляй сразу, я попробую одного выключить руками.
      – А сможешь? – засомневался Коннор.
      – Вот об этом не волнуйся. Есть опыт. И прецеденты уже бывали...
      Американец молча кивнул.
      Ненад Кротович с досадой отшвырнул график дежурств, оперся локтями о стол и положил голову на ладони. Идиотизм начальства злил все больше и больше.
      Мало было установить жесточайший пропускной режим, из-за которого курьерам с материалами приходилось ждать по несколько часов, прежде чем их пустят внутрь здания, так теперь еще и это: график посменной работы всех без исключения сотрудников предполагал сутки через трое дежурить на рабочих местах, дабы правительство, ежели у него возникнет такая блажь, могло обратиться к нации с тем или иным заявлением. Причем в график были включены не только персонал служб новостей, который и так не покидал телецентра, но и все технические работники.
      У Ненада дома без воды и света сидели жена, теща и двое сыновей, а он должен тупо торчать в своей монтажной. Пользы от его сидения в здании никакой, поскольку он лишь монтировал передачи и в подготовке прямого эфира не участвовал. Плоды его труда появлялись на экране не раньше чем через сутки после завершения работы.
      Тем не менее он тоже дежурил.
      Кротович налил себе очередную чашку кофе. Хоть кофе еще не стал в дефиците, в отличие от минеральной воды и сигарет.
      Из головы не шел разговор с Мирьяной. После просмотра пленки он видел ее всего один раз – столкнулся в коридоре на восьмом этаже, куда он приходил за получкой. Журналистка выглядела уставшей, погруженной в свои мысли. Коротко поздоровалась и побежала вниз.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19