Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Майджстраль (№3) - Престарелый рок

ModernLib.Net / Научная фантастика / Уильямс Уолтер Джон / Престарелый рок - Чтение (стр. 9)
Автор: Уильямс Уолтер Джон
Жанр: Научная фантастика
Серия: Майджстраль

 

 


— Нет, конечно.

— В чем тогда проблема?

— Похоже, Майджстраль стал жертвой заговора.

Джозеф Боб снова поднял оружие.

— Ну, я-то не заговорщик.

— Разумеется. Но если выяснится, что он стал орудием заговорщиков, ничего хорошего нас не ждет.

Джозеф Боб кивнул.

— Тут ты прав, — сказал он. — Но ничего хорошего нам не светит, если я позволю людям себя обкрадывать. — Он сделал еще один выпад, после чего объявил: — Если выяснится, что действительно существовал заговор, я вызову на поединок инспираторов за то, что они имели наглость использовать меня в осуществлении своих замыслов. — Он по-мальчишески улыбнулся. — Уж я об этом позабочусь.

Продолжая улыбаться, он снова принялся за тренировку, издавая время от времени вопль ненависти, рекомендуемый лучшими инструкторами.

Младший вздохнул.

— Ладно, — сказал он. — Если ты так уверен.

— Конечно, уверен, — отозвался Джозеф Боб, на миг отступил и снова пошел в атаку. — Йа-а-а-а-а! — завопил он.

Младший прервал контакт и ушел в соседнюю комнату, где его ждала герцогиня Боннская. Для того чтобы вести переговоры на нейтральной территории, они сняли комнату в «Ки-Вест», преживописнейшем местечке: абажуры из пальмового ворса, рыбацкие сети, свисавшие с потолка, пепельница в форме морской звезды.

— Боюсь, не вышло, — вздохнул Младший.

Роберта пожала плечами.

— Попытка — не пытка, — сказала она.

— Аргумент был убедительный. Меня бы убедил. Но Джей Би сейчас в слишком хорошем настроении, чтобы обращать внимание на наши уловки. — Он сел рядом с Робертой и пошарил по карманам в поисках пачки сигарет. — Он радуется запоздалому открытию своего бойцовского духа, — угрюмо добавил Младший. — Этот дух хранится в доме, напичканном оружием, и это естественно, да еще подогрет знакомыми с детства историями о подвигах наших предков… Рано или поздно воинственный дух должен был проснуться. Мне ужасно жаль, что это испортило вашу помолвку.

— Если это помолвка, — так же печально отозвалась Роберта.

Младший нашел-таки сигареты и в недоумении уставился на них, словно гадая, зачем искал.

— Можно сигаретку? — спросила Роберта. — Привыкать не стоит, но порой так хочется.

Младший протянул пачку и стал искать зажигалку, но Роберта протянула свою. Некоторое время они молча курили.

— Он удрал к Николь, — нарушила тишину Роберта. — Наверно, это естественно — она его старая подруга, и все такое прочее, — но лучше бы он удрал ко мне.

Младший, как мог, постарался ее утешить:

— Но ведь он не мог, ведь не мог же? Мы с вами заняты его делами.

Роберта встала с плетеного стула.

— Мы уже все организовали, верно? — спросила она и пошла к двери. — Попробую немного поспать.

— Думаете, сумеете заснуть? — удивленно спросил Младший. — Я-то точно и задремать не смогу.

Роберта немного помедлила у двери.

— Да, — сказала она, — пожалуй, вы правы.

— Недалеко отсюда — круглосуточное бистро, — сообщил Младший. — Может, выпьем кофе с пирожными?

— О… — Роберта склонила голову и задумалась. — Пожалуй, я и правда схожу с вами. Кофе выпью, а есть не хочу совершенно.

Младший погасил сигарету в пепельнице — морской звезде и встал, но на полпути к двери остановился.

— Вы не против, — проговорил он, — если я задам вам вопрос?

— Задавайте.

— Не устроил ли я убийство собственного брата, даже не поняв этого?

Роберта улыбнулась и погладила его руку.

— Вы все сделали очень хорошо, — сказала она.

— О… — На лице Младшего застыло удивление. — Ну… тогда ладно.



Майджстраль ушел из гостиницы, сказав охранникам, что хочет некоторое время побыть в одиночестве, и нисколько не сомневался, что они сильно порадовались, увидев его удаляющуюся спину. Добравшись до Техаса, он обошел поместье князя по периметру, затем посадил машину, включил механизмы костюма-невидимки и на бесшумной воздушной подушке помчался к усадьбе.

План у него был самый простой. Он хотел повредить парализатор «жуткого посоха» князя так, чтобы тот напрочь вышел из строя, а потом обработать конец, увенчанный лезвиями, с помощью резонансного кольца — шедевра воровской технической мысли, предназначенного для обработки окон с защитными решетками. Кольцо это вертелось в нужном месте, определяя частоту резонанса, способную разрушить металл. Потом на металл воздействовали частотой, необходимой для разрыва кристаллической связи молекул. Решетка постепенно рассыпалась.

Майджстраль задумал несколько нарушить прочность металла на «жутком посохе» князя ближе к концу, оборудованному лезвиями. Тогда, как только Джей Би попытается во время дуэли пустить в ход лезвия, «посох» выйдет из строя. Майджстраль искренне надеялся, что все решат, будто древнее вооружение пострадало от коррозии, а может быть, подумают, что Дрейк в конце концов куда сильнее, чем кажется.

После такого разоружения Джозефа Боба Майджстраль собирался драться либо до победного конца, либо до тех пор, пока секунданты не решат, что пора заканчивать поединок. В любом случае честь обиженного была бы удовлетворена, а от нового поединка Майджстраль бы совершенно непреклонно отказался.

Дрейк проник в дом Джозефа Боба без особого труда и направился в тренировочный зал, где хозяин скорее всего тренировался с «жутким посохом». Но тут никаких «посохов» не оказалось. Он отправился в кабинет, посмотреть, не висит ли «посох» на стене вместе с другим оружием, его и там его не было.

Он долетел до княжеских покоев. У двери спальни Майджстраль включил датчики. Они показали, что не улавливают звука дыхания, а инфракрасный сканер не регистрировал за дверью объекта с температурой человеческого тела.

Майджстраль нажал ручку и вошел. В комнате никто не спал. И кровать была не разобрана. И никакого тебе «жуткого посоха». У Дрейка вспотели виски. «Нет, — подумал он, — князь просто решил свою последнюю ночь провести с княгиней. А где комната Арлетт?»

В комнате Арлетт тоже оказалось пусто. В горле у Майджстраля пересохло. Он полетел по коридору, нажимая на ручки и открывая двери. Никого.

Сердце Майджстраля сковал страх. Он вытер лоб и принялся лихорадочно гадать, куда могло подеваться семейство Джозефа Боба. Куда-нибудь поближе к месту дуэли, наверное «Ки Вест», или Майами, или даже Гавана. Они могли находиться на том же самом курорте, что они с Николь!

Но самое главное — он не знал, какими владениями в Карибском море располагают князь или Младший, и, более того, даже не представлял, как об этом справиться.

«А что, если, — подумал он, — впрыгнуть во флайер и смыться как ни в чем не бывало? Пожить на свои сбережения, а может, явиться в Новопуританский монастырь и объявить, что познал Господа?»

Но тогда конец. Друзья отвернуться от него. Женитьба на ком-нибудь вроде Роберты или Николь ему заказана — они будут разбегаться в отвращении при одном только звуке его имени. Не порхать ему тогда в высшем свете, собирая дань и зарабатывая очки. Имперская Спортивная Комиссия ликвидирует его лицензию, а посему арестовать его станет гораздо легче. А если когда-нибудь понадобятся деньги, придется таиться, путешествовать инкогнито, взламывать сейфы и грабить склады исключительно ради денег, и он станет очень, очень доступным для полиции.

И все это из-за того, что он не хочет, чтобы его убили. «Справедливо ли?» — хотелось знать Майджстралю.

Но вот от чего у него и вправду кровь стыла в жилах, так это от мысли о том, что он может потерять Романа. У слуги имелись собственные принципы. Он был предан тем идеалам, которые укладывались в изготовленный им список: семья, честь и благородство. Сам Майджстраль в эти понятия не верил, и если бы попрал все святыни слуги одним неловким движением, можно было бы не сомневаться — Роман бы ушел от него.

А как он мог выжить без Романа? Тот был его опорой, его якорем, единственным верным существом в его непростой жизни.

Десятки раз Роман спасал Майджстралю жизнь. Уйдет слуга — и на Майджстрале можно ставить крест.

А уж если ему суждено умереть, то дуэль ничем не хуже всех остальных способов.

И все равно должен быть выход! Майджстраль отчаянно искал его.

«Так, — думал он, — я здесь, в доме Джозефа Боба. У меня полно прибамбасов, с помощью которых я могу войти в программы его компьютеров и найти там информацию о семейных владениях. Еще есть возможность разыскать „жуткий посох“.

Надо было чем-то заняться. Все равно часы его сочтены.



— Роберта?

— Да?

— Пора забирать наших дуэлянтов.

— Тебе куда лететь?

— Всего лишь в Ки-Ларго. Мой брат — в поместье лорда Пони. Джей Би хотел поупражняться с «посохом» так, чтобы его никто не отвлекал. Только домашние знают, где он.

— Мне тоже не придется далеко лететь.

— В Гавану, верно?

— Верно.

— Чудесное место. Если все сложится хорошо, сможете там провести медовый месяц.

Молчание.

— Я сказал бестактность?

Вздох.

— Не думаю. Но я еще подумаю об этом, если хочешь.



«Обречен, обречен, обречен».

Звенело в голове Майджстраля, когда он стоял, завернувшись в плащ, на берегу моря.

«Обречен, обречен, обречен».

Он нашел список всех владений Джозефа Боба в Карибском бассейне. Он облетел все эти владения, и его отчаяние всякий раз усиливалось, когда он обнаруживал, что ни в одном из них нет ни Джозефа Боба, ни «жуткого посоха».

«Обречен, обречен, обречен».

В конце концов поиски ничего не дали. Ему оставалось только вернуться в Гавану, забрать свой «посох» и отправиться на остров Сухой Черепахи, чтобы умереть, как подобает джентльмену.

«Обречен, обречен, обречен».

Он переминался с ноги на ногу на песке и смотрел на темное предрассветное море в надежде, что на горизонте мелькнет парус тех, кто плывет сюда, чтобы спасти его — контрабандисты, пираты, генерал-полковник Вандергильт — кто угодно.

«Обречен, обречен, обречен».

Вернувшись в Гавану, он решил, что в поединке ему может и повезти, и попросил Романа потренировать его в обращении с «жутким посохом». Вышло нечто ужасное. Изготовленный из прочнейшей стали «посох» оказался невероятно тяжелым: каждое движение длилось целую вечность и вынуждало Майджстраля всякий раз переводить дух. Треклятое сплетение лезвий было удручающе острым. Один раз Майджстраль по ошибке применил парализатор и сбил себя с ног сам.

На боевой пыл рассчитывать не приходилось. А единственная возможность изменить исход поединка пропала.

«Обречен, обречен, обречен».

— Дрейк? Пора. — Роберта легонько коснулась его плеча. — Нужно тебя причесать.

Майджстраль смотрела на море, а Роберта стянула его волосы на затылке и перевязала их ленточкой. Потом он пошел следом за ней к месту дуэли. Сбросил плащ. Подошел Роман и подал ему «посох».

— Помните, — сказал Роман, — надо попасть в него. Бейте слева и справа.

Майджстраль не понял ни слова.

— Да, — отозвался он. — Спасибо.

— И не забывайте о Вопле Ненависти.

Майджстраль кивнул.

Роберта сжала его руку, прикоснулась влажными губами к щеке.

— Возвращайся ко мне, — прошептала она.

«Обречен, обречен, обречен».

Джозеф Боб уверенно шагнул к Майджстралю. Восходящее солнце поблескивало на его прекрасных светлых волосах. Он был совершенно спокоен и «жуткий посох» держал легко и непринужденно. Выглядел он так, словно предстояла игра в карты.

«Обречен, обречен, обречен».

Именно в это мгновение в душе Майджстраля шевельнулся протест. Как этот человек смеет улыбаться! Как он смеет чувствовать себя уверенно, словно он донельзя рад здесь находиться! Этот человек — дурак набитый! Марионетка в руках легиона заговорщиков!

— Приготовьтесь! — голос Младшего сорвался.

Поединки с «жуткими посохами» начинались по правилам с того, что противники вставали вплотную друг к другу, сжав «посохи» обеими руками и скрестив их, так что ни один из соперников не мог сразу применить парализатор. Майджстраль собрался с силами и толкнул свой «посох» вперед, но сразу почувствовал солидный вес Джозефа Боба.

Джозеф Боб, довольно заворчав, навалился на Майджстраля. Он был крупнее и сильнее, и руки у него были длиннее, и все преимущества были на его стороне. Дрейк чувствовал, что Джозеф Боб пригибает его к земле, пытаясь впечатать в песок, тем самым лишив возможности отступить. Майджстраль уже устал.

— Начинайте на счет «три» — прокричал Младший. — Один…

Краешком глаза Майджстраль заметил информационные сферы, искрящиеся на солнце. Это позорнейшее фиаско записывалось, чтобы затем власти убедились, что все было по-честному.

«По-честному». От этой мысли кровь бросилась Майджстралю в голову. Что же честного в том, чтобы позволять этому здоровенному и сильнющему буйволу превращать в кусок мяса более слабого, но более умного человека?

— Два!

Джозеф Боб — идиот, дурак набитый! Как он смеет быть таким самонадеянным!

— Три!

Протест и возмущение вырвались из груди Майджстраля диким воплем:

— Йя-а-а-а-а-а-а!

11

Майджстраль открыл глаза и сонно моргая, уставился в потолок. Зевнул. Потянулся. Сел. Спустил на пол босые ноги и коснулся пальцами густого ворса ковра.

Он посмотрел на свои руки. Костяшки покраснели, распухли и немного побаливали. Он несколько раз согнул и разогнул пальцы рук и ног.

Из смежной со спальней комнаты доносились голоса. Майджстраль добрел до двери, открыл ее и вошел в гостиную.

Роберта, Николь и Куусинен смотрели видеозапись и болтали. На столах стояли стаканы, бутылки и грязная посуда. Похоже, они смотрели пленку в двадцатый раз, но она им все еще не наскучила.

— Знаете, — сказала Роберта, — пожалуй, я впервые увидела, как один человек в буквальном смысле взбирается на другого.

На экране Джозеф Боб и Майджстраль смотрели друг на друга, выставив перед собой «жуткие посохи». Младший начал отсчет. И не успел Джозеф Боб пошевелиться, как Майджстраль завопил, выбил из рук князя «посох», отшвырнул в сторону собственное оружие и бросился на противника.

— Умно, — прокомментировал Куусинен. — Так заехать его высочеству по разбитому носу.

Майджстраль ничего этого не помнил. Ему казалось, будто на экране не он, а Лоуренс играет его роль в придуманном сюжете. Он верил, что угодил головой в нос Джозефа Боба по чистой случайности, но поклясться в этом не мог.

Князь пошатнулся, а Майджстраль карабкался по нему, словно белка по дереву. Дрейк кусался, бил, душил Джозефа Боба и при этом все время оглушительно визжал. Князь упал навзничь. Майджстраль оказался сверху и, продолжая вопить, уселся на грудь князя и принялся вколачивать голову противника в песок. Роберта и Младший бросились к нему и оттащили прочь от жертвы.

— Настоящий Вопль Ненависти, доложу я вам, — заметила Роберта.

— Дрейк выглядит как настоящий зверь. — Николь не сводила широко открытых глаз с экрана. Несмотря на давнее знакомство, Майджстраль явно предстал перед ней с неожиданной стороны.

— Не пора ли кормить зверей, раз уж мы в зоопарке? — поинтересовался Майджстраль.

Все удивленно обернулись. Николь густо покраснела.

Беззвучные появления были неотъемлемой частью профессии Майджстраля.

— Как спалось? — спросила Роберта.

— Я спал сном праведника.

Он уселся рядом с Робертой на пуфик, и она взяла его за руку.

— Мы говорили о тебе, — сообщила она, — и сделали кое-какие выводы.

Дрейк высвободил руку и подумал о том, что только что видел на экране. Он не переставал себе удивляться. А ведь несколько лет назад он твердо решил, что совершенно не способен встретиться лицом к лицу с физической опасностью. Однако видеозапись неопровержимо доказывала, что он недооценивал себя.

Если бы только он мог вспомнить. Но он совершенно ничегошеньки не помнил с того самого мгновения, как Младший крикнул: «Три!», до того мига, как Роберта и Младший оттащили его от распростертого на песке неподвижного тела Джозефа Боба.

Николь повернулась к Куусинену:

— Мистер Куусинен, я думаю, лучше всех перескажет тебе наш разговор.

— А не могли бы вы сначала заказать обед? Умираю с голоду.

Он не ел несколько дней подряд. Ему все время мешали.

Майджстраль налил себе шампанского из полупустой бутылки, которая оказалась в серебряном ведерке поблизости.

Куусинен нахмурился, поудобнее уселся в кресле и начал рассказ.

— Без сомнения, вы стали жертвой заговора, — сказал он. — Мы можем ликвидировать сколько угодно подозреваемых, но не имеем понятия о том, кто стоит за всем этим и каковы мотивы этого человека.

Похоже, целью заговора являются провокации, дабы те, у кого вы гостите на Земле вызвали вас на дуэли. Первая попытка в доме князя Техасского оказалась удачной…

Догадка зародилась где-то в подсознании Майджстраля.

— Не первая, — неожиданно заявил он. — Когда я гостил у лорда Гюйге, Кончита Спэрроу заметила, как кто-то кружил у моего окна в костюме-невидимке. Злоумышленник удрал, и я все время подозревал какого-нибудь полицейского шпика, а теперь получается, что то мог быть заговорщик.

Куусинен кивнул:

— Эти сведения несколько меняют выстроенную схему. Ваши враги хорошо организованы. Пожалуй, сначала нам следует прикинуть их знания и возможности.

Он поднял и загнул палец.

— Во-первых, они знают о программе ваших перемещений и все продумали заранее. — Он загнул второй палец. — Во-вторых, в их команду входит взломщик высокого класса — Роман рассказал нам, что он снабдил вашу комнату в Подводном дворце надежнейшей системой безопасности, и вору менее профессиональному не удалось бы преодолеть ее незамеченным. Кроме того, чтобы похитить резной камень из коллекции князя Хунака, также требуется мастерство.

— Поэтому Младший исключается, — вставила Роберта. — Уилл, пожалуй, мог бы украсть и подбросить в вентиляцию револьвер, но и близко не был около Подводного дворца, а в прошлом за ним не замечено никаких воровских талантов.

Майджстраль хмуро уставился в бокал с шампанским.

— Я грешным делом заподозрил Дрекслера.

— Роман сообщил нам, — возразил Куусинен, — что они с Дрекслером обедали в столовой для обслуги, когда вы наткнулись на вора.

— О-о.

Раздался негромкий звонок, и трое слуг в форме, сделавшей бы честь адмиралам флота, внесли обед Майджстраля и убрали грязную посуду. Пока они находились в комнате, все разговоры стихли. Никогда нельзя быть уверенным, что кто-то из прислуги не подкуплен средствами массовой информации. Как только официанты откланялись, Майджстраль набросился на еду. Его любимое блюдо — морской лев по-провансальски, овощное ассорти с приправой и маленькие зажаренные головки хронха.

Куусинен хмуро уставился на свою руку с загнутыми пальцами, явно расстроенный тем, что его повествование прервали. Он снова перебирал в уме все предыдущие замечания, а потом, собравшись с мыслями, возобновил рассказ.

— В-третьих, — он загнул еще один палец, — похоже, что заговорщиков обуревает непроходящая, всепоглощающая и с виду беспочвенная ненависть к вам, мистер Майджстраль. Знаете ли вы кого-нибудь, кто бы вас так люто ненавидел?

Дрейк растерялся.

— Не могу никого припомнить, — пробормотал он. — Конечно, я крал у людей вещи, но тем не менее…

— А я все-таки думаю, — вмешалась Николь, — а что, если две кражи не связаны между собой? Возможно, первая была задумана по вполне реальной причине — Младшим, например в меркантильных интересах. А вторую спровоцировало твое недоразумение с Джозефом Бобом, и кто-то захотел обернуть это в свою пользу.

— Кто? — спросил Куусинен.

— Может быть, Элис Мэндерли? — отозвалась Николь. — Она-то точно профессиональная взломщица и могла, на мой взгляд, пробраться в комнаты Майджстраля…

— Но зачем ей это? — возразила Роберта. — Какой у нее мог быть план?

— Кто знает? Дрейк помешал этому. Может быть, она хотела украсть весь набор резных камней, а один из них подложила под кровать Дрейка, чтобы свалить всю вину на него.

Куусинен урезонил Николь взглядом:

— По-моему, вы сказали, что Элис была на церемонии князя Хунака, и поэтому не могла пробраться в комнату мистера Майджстраля.

Николь помрачнела:

— О, я ведь и правда так сказала. Я забыла.

Майджстраль постарался вспомнить торжество.

— Я бы не стал ее сбрасывать со счетов, — промолвил он. — Да, она присутствовала во время ритуала, но стояла в задних рядах, далеко от всех остальных. А мужа рядом с ней не было.

— Вы верите, что ее муж способен украсть камни? — спросил Куусинен.

— Думаю, Кенни без нее даже шнурков не завяжет, — ответил Майджстраль. — Но Элис могла подбросить мне камень, покуда Кении находился на церемонии, нацепив на себя голографическое изображение Элис. Это отвлекающий маневр, азы фокусничества. И то, что Элис стояла поодаль и ни с кем не разговаривала, может служить подтверждением моего предположения.

— Обычная тактика взломщиков, чтобы обманывать людей, — добавила Николь. — Дрейк все время так делал.

— И до сих пор делаю.

— Дам приказ нашим ищейкам поглубже копнуть под Элис Мэндерли, — пообещала Николь — И под ее муженька.

— Можно еще раз просмотреть список первоклассных взломщиков Земли, — добавил Майджстраль. — Немногим из них удалось бы протащить в мою комнату резной камень майя и при этом не попасться ни в одну из моих ловушек.

— Кроме того, мы проверяем всех, кто присутствовал на вечеринке у князя Хунака.

— Да, кстати, о вечеринке, — вспомнил Майджстраль. — Что за птица этот Мило?

— Капитан Мило Хэй, — без запинки отозвался Куусинен. — Любовник майора Рут Зонг и имитатор Элвиса.

— У него я ничего не крал, — ответил Майджстраль. — Он участник заговора или нет?

Присутствующие обменялись взглядами.

— Этого мы не знаем, — признался Куусинен.

— Он назвал меня подонком и «крысолюбом», — сказал Майджстраль. — От него я второй раз за день услышал о крысах. Первый раз — от Кенни Чанга в связи с «Актом о безопасности и подстрекательстве». Что же значит «крыса» и почему любить ее так плохо?

Компания снова нервно переглянулась.

— Крыса, — проговорил Куусинен, — грязное земное животное, повсеместно считающееся символом разрушения. На основании отдаленного сходства некоторые организации в Созвездии стали так называть хозалихов.

В полуприкрытых глазах Майджстраля вспыхнуло отвращение.

— Наверняка это они проводят «прочеловеческую» агитацию, — буркнул он, старательно выделив кавычки.

— Именно, — подтвердил Куусинен. — И не случайно те же самые люди громче всех кричат о необходимости принятия «Акта о безопасности и подстрекательстве», который ограничит права инопланетян на военной и гражданской службе, а остальные при этом будут подвергаться избирательному и крайне агрессивному наблюдению.

Роберта печально усмехнулась:

— А наблюдение, очевидно, находится в руках нашей подружки генерал-полковника Вандергильт.

Куусинен кивнул.

Майджстраль повертел на пальце перстень.

— А капитан Хэй — еще один столп Службы безопасности Созвездия? Что за форма на нем?

— На самом деле капитан Хэй не из рядов армии Созвездия, — объяснил Куусинен. — Он — член «Человеческой гвардии» — полувоенного формирования, созданного для защиты Созвездия от предполагаемых врагов — как иноземных, так и внутренних.

Майджстраль кивнул:

— Стало быть капитан Хэй — Мило — относится ко мне, как к личному врагу.

— Поскольку связей между ним и вашим семейством не прослеживается, мы подозреваем, что его агрессивное отношение к вам вызвано идеологией.

— И спиртными напитками, — добавила Николь.

Майджстраль скрипнул зубами. Ему и раньше доводилось сталкиваться с фанатиками. На Пеленге они называли себя «сливками человечества». Он относился к таким, как к тяжелому, непрерывному испытанию.

Правда, на Пеленге он из них вытряс уйму денег, поэтому не мог считать встречу с ними совсем уж неудачной.

Майджстраль глянул в свою тарелку. А он и не заметил, как все съел!

Видимо, он начал страдать от приступов амнезии.

А ему хотелось еще поесть. Поэтому он опять заказал такой же обед.

— Я действительно должен драться с этим Мило? — спросил Майджстраль. — Мне кажется, что удар топором по башке в темной аллее — это куда больше в его духе, чем честный поединок.

— С тех пор как он вызвал тебя, от него ни слуху ни духу, — заметила Николь. — И от его секундантов тоже. Может быть, он протрезвел и решил не высовываться, присмирел. — Николь довольно улыбнулась.

— Либо, — добавила она, — охранники князя Хунака до сих пор укрощают его.

— Майор Зонг изо всех сил старалась выгородить своего дружка, — сказал Майджстраль. — Она тоже на службе в «Человеческой гвардии»?

— Нет, — ответил Куусинен. — Вот она-то и в самом деле — офицер Флота Созвездия, только сейчас в продолжительном отпуске из-за участия в Мемфисском конкурсе. Кстати, ее дед, адмирал Зонг, ныне покойный, был героем битвы при Неервиндене.

Один из знаменитейших героев, насколько знал Майджстраль, за всю продолжительную историю Созвездия. Эта битва принесла человечеству первую ощутимую победу во время Мятежа.

— Казалось бы, имея такого известного деда, она должна бы отличать истинное благородство от фальшивого, — заметил Майджстраль.

— Она — имитатор Элвиса, — сказала Николь, пожав плечами. — И, возможно, плохо разбирается в жизни.

Разговор о Мило и майоре Зонг вернул Майджстраля к раздумьям о собственном выживании.

— А что слышно от князя Хунака? — поинтересовался он.

— Ничего, — ответила Николь. — Хотя это и неудивительно. Он столько вчера нахлебался, что протрезвеет намного позже, чем капитан Хэй.

— Возьми меня в секунданты на предстоящие поединки, — попросила Роберта. — Теперь я приобрела опыт, к тому же я хочу осуществить с твоими противниками некий замысел.

— То есть? — спросил Майджстраль.

— У меня ко всем свой подход. Хунака я попробую убедить — все те аргументы, что не возымели действия на Джозефа Боба, могут запросто сработать с человеком, который не столь тщеславен. Я просто предоставлю ему доказательства существования заговора и попрошу отсрочить поединок до тех пор, покуда мы не выясним, кто его инспирирует. Может быть, он внемлет голосу разума, хотя окончательно отговорить его сразу не получится.

Майджстраль немного занервничал.

— Хорошо, — выдавил он. — А как ты намерена обойтись с Мило?

Роберта спокойно посмотрела на него.

— Я хочу напугать его до смерти, — заявила она как ни в чем не бывало. — Для этого ты должен разрешить мне передать видеозапись поединка с Джозефом Бобом средствам массовой информации. Мило запросто может передумать, если увидит это.

Майджстраль осклабился:

— Ты хочешь сказать — когда увидит мою звериную натуру?

— Вот именно.

— И потом, — добавила Николь, — целая армия репортеров сшивается вокруг гостиницы. Ни дать ни взять военный лагерь. Нам надо откупиться от них чем-то, если мы хотим действовать, и я подумываю о проведении твоей пресс-конференции — пожалуйста, постарайся выказать все свое благородство и ум.

— Попробую выжать из себя всю оставшуюся цивильность.

— Как только мы нейтрализуем часть журналистов, мы сможем приступить к осуществлению нашего плана.

Брови Майджстраля подпрыгнули.

— Нашего плана?

— Точно, — подтвердила Роберта. — Поскольку пока мы не знаем, кого винить в твоих бедах, надо ловить «на живца». Сейчас ты окружен стеной Службы безопасности Диадемы, и вряд ли кому-то удастся сквозь нее проникнуть.

Сердце Майджстраля преисполнилось благодарностью.

— Но если ты выйдешь за стену, — добавила Николь, улыбнувшись, — заговорщики могут нанести новый удар, а нам только этого и надо.

По спине Майджстраля побежали мурашки.

— Чего-чего нам надо? — спросил он.

— Нам надо, чтобы они попробовали снова спровоцировать тебя, — сказала Роберта. — А когда они появятся, мы будем наготове.

— Будем? — усомнился Майджстраль.

— О, да. Мы их схватим, заставим признаться и снимем тебя с крючка. Нет ничего проще.

Майджстраль же чувствовал, что все окажется куда сложнее.

Он перевел взгляд с Роберты на Николь и снова посмотрел на Роберту.

«Сразить наповал», — подумал он. Магическое заклинание выражало все, что с ним творилось.

Заговорщики, кем бы они ни были, пытались сразить его наповал, намереваясь либо убить, либо отправить за решетку.

Роберта хотела сразить его наповал, задумав женить на себе.

Примерно тем же самым занималась и Николь.

Теперь они вдвоем собирались снова поставить его под удар.

И у Майджстраля появилось странное, пугающее чувство, что ему не останется ничего другого, как покориться.

12

Встреча с прессой прошла довольно неплохо, на взгляд Майджстраля. Информационные сферы поблескивали в лучах солнца над головами. Внутренний дворик гостиницы был до отказа набит репортерами. Большая часть вопросов касалась их поединка с Джозефом Бобом — его «стратегии» победы, его «чувств», испытываемых в ходе схватки. Поскольку первой у него и в помине не было, а о втором он попросту не помнил, он был волен выдумывать все что угодно, лишь бы только выглядеть достаточно благородно.

— Поскольку наша ссора произошла в результате недоразумения, — сказал Майджстраль, — я не собирался убивать Джозефа Боба, поэтому и перешел к кулачному бою.

— Мои эмоции, — пояснил он, — так смешались, что мне трудно выделить что-то определенное. — Затем он позволил журналистам высказать собственные предположения по поводу тех чувств, которые им владели, и выбрал наиболее симпатичные:

— Победа любой ценой?

— Да.

— Забота о жизни Джозефа Боба?

— Естественно.

— Страх?

— Ну, — проговорил он, смеясь, — конечно.

И репортеры смеялись вместе с ним.

Один улыбающийся молодой человек махнул рукой.

— А вы слышали о желании Лоуренса выступить в качестве вашего секунданта в следующих двух поединках?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15