Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сирены жаждут любви

ModernLib.Net / Короткие любовные романы / Торп Кей / Сирены жаждут любви - Чтение (стр. 2)
Автор: Торп Кей
Жанр: Короткие любовные романы

 

 


– Можно мне будет за это время видеться с Софией? – спросила Зоя и увидела, как он скривил губы.

– Оставим в покое тему девушек, которых держат под замком, не вижу никакого смысла, чтобы разлучать вас. Но вы останетесь здесь, на вилле. Я скажу Яннису, что он сегодня не нужен.

– Я сама водила машину, – призналась Зоя. – У меня есть права и опыт вождения при правостороннем движении.

– Вы ездили по Афинам?

– Да, иногда.

Он с любопытством взглянул на нее.

– Вы не считаете, что там слишком опасное движение?

– Не опаснее, чем в центре Лондона, – она пыталась как-то загладить свою оплошность. – Поверьте, я никогда не села бы за руль, если бы не была в себе уверена. Меня нисколько не смущает дорожное хамство разных «тяни-толкай» мужского рода. Таких много и в Англии.

– Можно сделать общий вывод, – услышала она насмешливый ответ, – что вы вообще ничего не боитесь. Но вам следует принять к сведению, что и другой человек тоже может быть не менее самоуверенным, – он склонил голову. – Теперь можете идти.

«Пусть считает, что последнее слово осталось за ним», – гневно думала Зоя, возвращаясь к себе. Она чувствовала, что Алексис не отступится от своего решения.

Глава вторая

Как только Зоя вышла из кабинета, в дверях ближайшего салони показалась София. Сейчас на ней было расклешенное нарядное платье из чистого хлопка, волосы черным потоком струились по плечам, девушка походила на сказочную принцессу.

– Как долго ты была у Алексиса, – сказала она. – Я здесь старалась хоть краешком уха услышать, что он хотел тебе сказать.

– Никакой надежды, – призналась Зоя. – Завтра приедет твоя сестра и заберет меня с собой в Англию. Но мне не хочется отказываться от пасхальных каникул, раз я сюда попала. Сниму комнату в гостинице и поживу пару недель.

– Сейчас трудно снять ее, – предупредила София. – Сезон – все занято.

– И все-таки попытаюсь, – Зоя понизила голос. – Боюсь, с Плакой ничего не получится, но у нас с тобой есть еще два денька. Воспользуемся ими.

С молчаливого согласия они больше не говорили о предстоящей разлуке. Как и во всех греческих домах, обедали поздно. Сидя по разные стороны стола, во главе которого восседал Алексис, обе девушки не испытывали ни малейшего желания переговариваться между собой, как делали раньше. Пришлось самому Алексису начать беседу, не обращая внимания на их односложные реплики.

В простых брюках и темно-бежевой рубашке он выглядел очень привлекательно, Зоя вынуждена была это признать. Она только никак не могла взять в толк, почему он на тридцать пятом году жизни все еще не женат? Должен же – хотя бы ради того, чтобы продолжить род Теодору, – позаботиться о женитьбе и семейной жизни. Найти подходящую кандидатуру для этой цели нетрудно: он может выбирать из целого сонма женщин. Ведь любовь, как он сказал, не такое уж необходимое условие.

Подали горячие, но не обжигающие, как это принято в Греции, запеченные на вертеле с помидорами и луком ломтики меч-рыбы. Это типичное для Греции блюдо было таким необыкновенно вкусным, что Зоя не посчитала себя вправе судить о кухне, которая была выше всех похвал.

– Вам не нравится ксифия? – мягко спросил Алексис, глядя, как Зоя ковыряется в тарелке. – Может быть, попробуете что-нибудь еще?

– Что вы, это просто изумительно, – заверила его Зоя. – Просто мне не хочется есть.

– К долматес вы тоже почти не притронулись, – заметил он. – Неважно себя чувствуете?

Она взглянула на него долгим и спокойным взглядом, неожиданно нашедшим отклик в темных глазах.

– Потеря работы не способствует хорошему аппетиту, кирие.

– Правда, – согласился он. – Точно так же не поднимает настроения сознание того, что вашим мнением пренебрегли, пока вас не было дома, – он помолчал, не выдавая своих чувств. – Теперь я знаю, что вы вели себя порядочно, вас не в чем упрекнуть.

Зоя уставилась на него, поняв, что и София уловила новую интонацию в голосе, устремив на брата полный надежды взгляд.

– Вы говорите это так, словно передумали избавляться от меня, – сказала она вопрошающе.

Он едва улыбнулся.

– Я решил, скажем так, дать вам испытательный срок.

– Алексис! – радости Софии не было предела и она этого не скрывала. – Спасибо! Ты не представляешь, что это значит для меня!

– Это значит только то, что мисс Сирстон может пока остаться, – возразил он, – а не то, что твоя жизнь сразу же коренным образом изменится, – он снова перевел взгляд на Зою, которая все еще не могла прийти в себя от такого крутого поворота событий. – Я бы хотел иметь гарантии, что вы никуда не поедете и ничего не станете предпринимать, не поставив меня предварительно в известность.

Она ответила всем своим существом:

– Конечно. Само собой разумеется.

– Так ли? – он насмешливо склонил голову. – Вот уж не думал, что послушание является одной из ваших добродетелей.

Зоя старалась оставаться предельно любезной.

– Если вы, кирие, способны на уступки, то я тоже.

– Можете обращаться ко мне просто по имени, – сказал он, еще больше удивив ее. – Лишние формальности утомляют.

«Зря говорится, что со шкуры леопарда не смыть черных пятен», – подумала Зоя растерянно. Перед ней был совершенно другой человек, чем тот, с которым она впервые встретилась несколько часов назад. С губ ушла прежняя жесткая линия, рот стал более чувственным, и от этого наблюдения по спине у Зои прошла дрожь. Этот мужчина был не такой, как все остальные, с которыми ей приходилось до этого сталкиваться.

– Как быть с кирией Таунсенд? – спросила она.

– Я перезвонил ей и сказал, что никакой надобности в срочном приезде нет.

– Вот, наверное, Криста удивилась? – сказала София. Широкие плечи приподнялись.

– Она скорее радуется тому, что ее происки достигли цели, несмотря ни на что, – и прибавил, обращаясь к Зое: – Оказалось, она высокого мнения о вас.

– Если бы это было не так, – тут же парировала та, – она бы не остановила на мне свой выбор. Она так же, как и вы, близко принимает к сердцу все, что касается благополучия Софии.

– Я счастлива как никогда! – заявила девушка, неожиданно бросив на брата укоризненный взгляд. – Теперь, когда рядом настоящий друг, мне не придется так скучать, как это всегда бывает, если тебя нет дома.

– Я пока никуда не собираюсь уезжать, – сказал Алексис. – После Пасхи возьмем яхту и отправимся на острова к родственникам. Идет?

– О да! – она сияла. – Я так давно их не видела. Зоя тоже, конечно, поедет?

– Конечно, – черные глаза с непонятным выражением заглянули в глаза зеленые. – Вы любите море?

– Очень, – искренне созналась Зоя. – Но я никудышный матрос.

– «Гестия» – не обычная, а моторная яхта, она берет на борт команду из восьми человек, – обстоятельно разъяснил Алексис.

– Мы там будем только втроем? – спросила София, так вертевшая по сторонам головой, что улыбка на лице была почти незаметна.

– Естественно, будут и другие. Мы ведь займем только три каюты.

«Какой же величины эта яхта?» – поразилась Зоя. Безусловно, круиз по морю с заходом на острова – вещь прекрасная, но она предпочла бы что-нибудь попроще. В качестве платной компаньонки Софии ей трудно будет чувствовать себя ровней другим приглашенным.

«Вот еще мостик на пути, который нужно перейти, – строго одернула она себя. – Главное – я здесь остаюсь».

Сладким сном показалась тиропита, поданная на десерт. Это было одно из полюбившихся Зое лакомств – смесь сырной массы, молока и взбитых в пену белков, запеченная на тесте. Под конец на столе появились крошечные чашечки с крепким и густым кофе, который, как она уже знала, не имел никакого отношения к кофе по-турецки.

Алексис с Софией положили себе столько сахару, что она невольно содрогнулась. «Это все равно, что пить сахарный сироп», – подумала Зоя. Ей пришлось потратить несколько дней на то, чтобы убедить прислугу, что ей действительно больше нравится простой скето – без сахара. Экономка Артемида, которая поступила на службу в дом Николаса Теодору, когда тот был еще мальчиком, заявила: нужно обязательно нарастить мясо на костях, тогда не будет отбоя от настоящих мужчин, предпочитающих пухленьких, и до сих пор все еще не теряла надежды, что Зоя наберет недостающие, на ее взгляд, килограммы.

У греков трапеза может длиться бесконечно. Дома Алексис не отступил от этой традиции, не выказывая ни малейшего намека на то, что обед подошел к концу. София сказала, что, когда по вечерам станет теплее, обед будут накрывать прямо на террасе, где они сегодня завтракали. Зоя жаждала, чтобы это наступило поскорее. Угощение под звездным небом – мечта всякого, кто родился и вырос там, где климат не позволяет подобную вольность.

Было уже около одиннадцати вечера, когда они наконец встали из-за стола. Алексис отправился по каким-то своим делам, пожелав всем спокойной ночи и оставив Зою в состоянии полной отрешенности. Она объясняла свое самочувствие реакцией на события минувшего дня. Ведь удар следовал за ударом.

В перемене участи была какая-то тайна. Ей казалось, что поступок совсем не в духе Алексиса. Однако трудно было судить окончательно, она его слишком плохо знает. Зоя скорее назвала бы это поведение вообще не свойственным мужскому характеру. Из всего – вывод: первое впечатление не всегда верное.

Она легла около полуночи, но никак не могла уснуть. Ей обещан лишь испытательный срок. Это уступка. Алексис может и передумать. Он уже пошел ей навстречу, позволив здесь остаться; она сделает все возможное, чтобы оправдать доверие. Вместе с тем у нее нет намерений прикидываться кротким и послушным созданием.

В конце концов, решив, что не сможет заснуть, она встала, натянула брюки и тонкий свитер. Сад вокруг дома был подходящим местом для длительной и спокойной прогулки. Лучше выйти на свежий воздух и хоть чем-нибудь занять себя, чем лежать в ожидании сна. Полная луна светила ярче, чем обычно. Еще на полчаса захотелось продлить очарование.

Она вышла из виллы через одну из комнат, которые вели на широкую каменную террасу. Благоухание растений, высаженных в высоких каменных урнах, примешивалось к тонкому запаху эвкалипта, которым был напоен воздух. Было холоднее, чем днем, но не зябко. Зоя поняла, что может провести здесь всю ночь.

Накинув шерстяную кофту, она пошла по тропинке между зарослями кустов гибискуса. В отдалении белела часовня, свод которой покоился на статуях древних греческих богов. По внутреннему периметру располагались каменные сиденья. Она остановилась, увидев, что там кто-то есть.

Алексис также услыхал ее шаги и уже смотрел на нее. Отступать в заросли было поздно, и она пошла ему навстречу, стараясь ступать как можно тише.

– Простите, – сказала она. – Я не хотела нарушать ваш покой. Просто не могла заснуть и подумала, что лучше прогуляться.

– Ничего, – ответил он. – Я тоже вышел подышать свежим воздухом перед сном. Можем теперь прогуляться вместе.

Это было неожиданно и сейчас не входило в планы Зои. Присутствие Алексиса Теодору смущало ее, она никак не могла справиться с неловкостью. От него исходила волна такой мощной мужественности, что у Зои свело мышцы живота и она почувствовала какую-то глубинную тупую внутреннюю боль, названия которой не нашла. Перспектива остаться с ним наедине в ночной тиши сняла всякую сонливость; она никогда еще не чувствовала себя такой бодрствующей, как сейчас.

Он молча шел рядом по дорожкам, посыпанным гравием, углубляясь в дикие заросли сада. В туфлях без каблуков Зоя едва доставала до его подбородка. Тень от его массивных плеч только подчеркивала контраст с ее хрупкой фигурой.

С южной стороны на небе не было видно звезд, там светилось рыжее зарево центральной части Афин. Внизу, на островах, не стояло марево от выхлопных газов, звезды сияли алмазами на темно-синем бархате неба.

В мечтах она уже побывала на Кикладах – так назывались острова, потому что они были расположены вокруг священного Делоса – колыбели Аполлона. В самом начале мая, когда они отправятся в путешествие, туристический сезон там только начнется.

– Еще раз должна поблагодарить вас за то, что вы позволили мне остаться, – сдержанно сказала Зоя. – Не сочтите это за навязчивость, но почему все-таки вы переменили решение?

Он пожал плечами и сказал безразличным голосом:

– Возможно, понял, что София уже не ребенок и имеет собственные желания. В последнее время все труднее выполнить волю отца.

Зоя украдкой окинула взглядом строгий профиль.

– Ему бы не понравилось мое присутствие?

– Нет, – Алексис говорил без колебания. – Он не любил Англию.

– Из-за того, что англичанин увез с собой его дочь?

– Эта неприязнь у него была и раньше. Однажды его надула одна нечистоплотная английская компания, это был тяжелый удар. После того случая он уже не доверял никому из ваших соотечественников.

– Как можно судить обо всем народе по действиям какой-то кучки людей? – возразила Зоя. – Это фанатизм!

– Называйте это как угодно. Но таковы были его чувства.

– А вы? Тоже, наверное, не доверяете в делах англичанам?

– Не больше, чем людям других национальностей, включая и свою собственную. В бизнесе полное доверие невозможно.

– Но это же цинично. По закону вероятности всегда и везде есть порядочные люди, – и намеренно прибавила: – Например, вы сами. Вряд ли занимаетесь темными делишками, нося фамилию Теодору?

– Я не делаю этого специально, просто выходит само собой. Вот вы сказали, что у меня много служащих, способных вести дела в мое отсутствие. А как можно быть уверенным, что они все – честные люди?

– Можно же проверить, – уверенно настаивала Зоя. – У вас все под контролем!

Его тихий смех отозвался в глубине ее сердца.

– Как вы обо всем легко судите, слишком легко. Вы ведь мало обо мне знаете.

– Но я знаю вашу репутацию, – сказала она. – Если бы в ваших делах было что-то не так, отец никогда бы не позволил мне приехать сюда. Вы еще сравнительно молоды, но уже один из крупнейших европейских промышленников и заслуживаете всяческих похвал, – она внезапно замолчала, осознав, что он опять отнесет ее к разряду подлиз. – Скажите, пожалуйста, то, что вы не позволяете Софии вести независимый образ жизни, вызвано только желанием выполнить отцовскую волю, или вы сами убеждены в том, что женщина вообще должна во всем подчиняться мужчине?

Он взглянул на нее искоса, вопросительно подняв брови.

– Вас это в чем-то лично задевает?

– Безусловно, – тут у нее особых сомнений не было. – При возможности женщина, как и мужчина, способна самостоятельно заботиться о себе. Я вижу, что в деревнях, куда еще не проник туризм, продолжают придерживаться традиций, однако в городах, особенно в Афинах, произошли серьезные перемены. Девушки устраиваются на работу. Покидают родительский дом и живут так, как хотят.

– Наверное, вам это только кажется, – голос Алексиса звучал чуть язвительно. – Не обольщайтесь: большинство наших женщин хорошо знают свои обязанности и относятся к мужской половине семьи с должным уважением и почтением. Долг брата – стоять на страже добродетели сестры, защищая от любого искушения и соблазна. Многие мужчины считают, что в жены нельзя взять ту, которая уже принадлежала другому.

– Это из первобытной эпохи, – заявила Зоя. – Было бы хорошо, чтобы такой закон распространялся и на мужчину!

– Это невозможно, – последовал быстрый ответ. – У мужчин свои потребности.

– Но, хотите верьте, хотите нет, у женщин такие потребности тоже есть. Почему они обязаны следовать правилам, которые не существуют для мужчин?

Наступила довольно длинная пауза, прежде чем он спокойно сказал: – Если я правильно понял, вы этих правил не соблюдаете?

У нее сперло дыхание. Собственно, она ничего не имела против такого толкования своих слов, но у него не было права так прямо ставить вопрос.

– Моя личная жизнь – мое личное дело, – высокопарно заявила Зоя.

– Но не в данный момент, – он остановился, загородив ей дорогу. Глаза горели черными углями. – Если хотите сохранить за собой это место, то обязаны отвечать.

Зоя нерешительно смотрела на него, понимая, что попалась на крючок. Сама по себе мысль о вторжении постороннего в ее внутренний мир уже была неприятна, но и прямой отказ от ответа на его вопрос приведет только к тому, что он будет продолжать настаивать. Единственно возможным выходом был только компромисс.

– Я не хотела бы отвечать на подобный вопрос, потому что считаю: у вас нет права спрашивать меня в лоб о таких вещах, – сказала она, взяв себя в руки. – Ведь я высказала только предположение, что женщина не обязана сохранять девственность до вступления в брак, если мужчина располагает неограниченной свободой удовлетворять свои желания где угодно и когда угодно.

– В наше время, если он будет так действовать, то весьма рискует, – последовал холодный ответ. – Ни один мужчина не позволит себе такое безрассудство, – он вглядывался в ее лицо, сам оставаясь в тени.

– Вы очень упрямы.

– Только в том случае, когда на меня давят, – парировала она. – Вы наняли меня, кирие, на службу, но не купили мое тело и душу.

– Естественно, – он помолчал, потом добавил: – Можете обращаться ко мне просто по имени. Разве вам трудно произнести мое имя – Алексис?

– Трудно привыкнуть к этому, – согласилась Зоя. – Ведь прежде всего я – ваша служащая.

– Но на особом положении, – взгляд его был невозмутим, улыбка почти незаметна. – Да вы вся дрожите. Нам пора возвращаться в дом.

«Если меня и трясет, – подумала Зоя, – то не от холода». За все это время он ни разу не дотронулся до нее; несмотря на это, она переживала настоящий шквал эмоций. Такой мужчина, как Алексис Теодору, при любых обстоятельствах никого не мог оставить равнодушным.

– Одно я хотела бы еще узнать, – сказала Зоя. – Кто будет мне платить начиная с сегодняшнего дня?

– Я, – ответил он. – Права Кристы перешли ко мне. Кстати, я считаю, что сумма, которую она вам назначила, явно недостаточна. Поэтому ваше содержание будет увеличено втрое.

– Не нужно, это лишнее, – запротестовала она. – Мне вполне хватает того, что мне назначено. Кроме всего, я здесь веду такой образ жизни, который не могут себе позволить и вполне обеспеченные люди.

Алексис негромко рассмеялся.

– Впервые встречаю человека, который отказывается от прибавки к жалованью!

– Я не отказываюсь, а только сказала, что это лишнее.

– Здесь я решаю, что лишнее, а что нет, – это прозвучало весомо. – Ну как, теперь уснете?

В этом Зоя сильно сомневалась. Вовсе не потому, что тело и разум были напряжены до крайнего предела. Враждебность, которую она испытывала к этому мужчине, была лишь формой защиты от его неоспоримого обаяния. Зрелость, истинная мужественность, аура власти – все это создавало вокруг него сильнейшее магнетическое поле. Вряд ли она была первой женщиной, которая так недолго сопротивлялась его чарам.

Должно быть, она что-то пробормотала или кивнула в знак согласия со своими мыслями, не отдавая себе в этом отчета, но он взял ее под руку и повел назад по тропинке. Его прикосновение было легким, ей же оно казалось обжигающим сквозь рукав свитера. Он тут же это почувствовал, сунул обе руки в карманы брюк. Они зашагали рядом к дому; загадочная улыбка, блуждавшая на его лице, как показалось Зое, говорила лишь о том, насколько смешной для него была такая ее реакция. Конечно, она должна была показаться ему очень смешной.

Он проводил ее до дверей комнаты и, прощаясь, негромко прибавил:

– Калиништа.

Зоя немного постояла, прижавшись спиной к толстым деревянным дверям, чтобы хоть как-то усмирить разбушевавшиеся нервы, потом включила свет. Вот какую власть над ней взяли обстоятельства! Именно они. Сама Зоя никогда бы даже представить себе не могла ничего подобного. Как говорится, у Алексиса Теодору была не ее группа крови.

* * *

В течение нескольких следующих дней Зоя постоянно вспоминала о случившемся. Алексис почти все время проводил в городских конторах компании, но всегда возвращался к обеду домой. Его присутствие будоражило Зою, напоминая о проблемах, которых она предпочла бы не иметь вовсе. Неизвестно, догадывался ли он? Если это и так, то виду не подавал; что ж, тем лучше. Зоя была на особом положении в доме, жила на правах члена семьи, но тем не менее оставалась прислугой. Спасибо, что ее вообще иногда замечают.

– Как хорошо, что с нами нет Леды Казанцы, – однажды вечером удовлетворенно заметила София, как только Алексис ушел, сославшись на неотложные дела. – Она воображает, что он должен только ей одной уделять все внимание. Плохо то, что, когда они поженятся, она будет здесь постоянно.

Обе сидели в уединении, коротая время перед сном на лоджии, расположенной в углу каменной террасы. «Если бы она только знала!» – подумала Зоя, отчаянно пытаясь заглушить внезапную острую боль в груди. Ничего особенного, что в тридцать четыре года у Алексиса уже есть на примете невеста. Странно то, что он не спешит жениться.

– А какая она? – неожиданно вырвалось у Зои.

– Леда? – София задумалась. – Конечно, она очень красивая, из прекрасной семьи. Но мне не слишком нравится. Впрочем, я ей тоже.

– Главное, что Алексис считает ее отличной партией. Ответ последовал со вздохом:

– Да, – вдруг девушка встрепенулась, вспомнила: – Мы забыли рассказать Алексису о наших завтрашних планах.

Зоя едва не застонала. Пусть присутствие Алексиса сковывает ее, но все равно никак нельзя было забывать об обязанности ставить его в известность обо всех задумках. Теперь обе оказались в неловком, затруднительном положении. Как могло случиться, что они обе вовремя не опомнились?

– По-моему, он прошел в кабинет, – решительно сказала Зоя, уже собравшись с духом. – Прямо сейчас к нему и пойду.

– Он не любит, когда ему мешают, – смущенно предупредила София. – Может, лучше утром…

– Вдруг он уедет до того, как мы встанем; так уже не раз бывало, – резонно напомнила Зоя. – Чтобы попасть в Афины до того, как на Акрополь ринутся толпы, мы должны выехать не позже половины восьмого. Иначе застрянем в утренней пробке, – и немного неуверенно спросила девушку: – А тебе самой хочется побывать там? Может, просто делаешь мне приятное? Я ведь там все видела.

София улыбнулась.

– Сама хочу, конечно. Я уже давно там не была. Зоя тоже улыбнулась ей.

– Тогда жди, я быстро.

Дверь в кабинет была плотно прикрыта. Она осторожно постучала, из-за двери раздался привычный отрывистый ответ.

Алексис говорил по телефону. Знаком пригласил ее войти, увидев, что она в нерешительности замерла на пороге, быстро закончил разговор на греческом языке – смысла сказанного Зоя не разобрала, добавил в конце «калиништа» и положил трубку.

– Простите, я вас прервала, – начала Зоя. – Не знала, что вы говорите по телефону…

– Я уже заканчивал, – ответил он. – Ничего страшного, – изучающе и немного странно посмотрел на нее. – Хотите о чем-то спросить?

– Дело в том, что мы с Софией хотели бы целый день провести в Афинах, если это, конечно, удобно…

Едва заметная улыбка на его лице была насмешливой.

– А если нет?

Зоя замерла, руки опустились.

– Что ж, не поедем, и все. Есть серьезная причина для отказа?

– Ничего в голову не приходит, – последовал совершенно спокойный ответ. – Мне просто хотелось посмотреть на вашу реакцию, – он не дал ей возразить. – Хотите посетить Плаку?

– Нет, только Акрополь и Агору. Мы даже успеем управиться до завтрака.

– Когда-нибудь там бывали?

– Несколько раз, – призналась Зоя. – Но все равно еще хочется. А София просто мечтает о поездке! Нужно только отправиться пораньше, чтобы опередить туристов.

– Мысль хорошая, – признал он. – Вообще мы можем вместе поехать в город, а потом после обеда я вас оттуда заберу. Попозже отправимся в Плаку, куда вы обе так рветесь. Лучше, если вы появитесь там в моем сопровождении, – он насмешливо выгнул бровь и взглянул на Зою. – Удивлены?

– Да, – призналась она. – Я не рассчитывала на столь быстрое согласие.

– Жаждали встать в оппозицию. Вы, англичане, ни о чем другом не думаете, это у вас в крови. Извините, что лишил вас удовольствия конфронтации. И еще: вы вовсе не обязаны всякий раз спрашивать моего согласия, если это касается обычных дел. Хотя, естественно, необходимо ставить меня в известность о чем-то из ряда вон выходящем.

– Почему вы так переменились? – ошеломленно спросила Зоя. – Всего несколько дней назад собирались вышвырнуть меня вон.

Его губы дрогнули.

– Ни один грек и в мыслях не позволит себе ничего подобного по отношению к женщине, даже если она того и заслуживает. Я только хотел присмотреться к вам, ведь поручаю вашей опеке свою сестру. Она мне слишком дорога.

– Я… вам признательна, – только и пролепетала Зоя. Теперь ветер подул совсем в другую сторону. Она смогла лишь прибавить: – Я собиралась взять машину, чтобы у нас не было сложностей с транспортом.

– Но они возникнут с парковкой. От Агоры можно пешком дойти до Акрополя, а потом найдете такси и поедете, куда пожелаете. В Афинах всегда полно машин, к чему еще одна? Безусловно, все расходы будут вам компенсированы.

Что могла сказать малышка Зоя против таких здравых суждений, кроме как согласиться с ними. Теперь, нужно честно признаться, она радуется предстоящему посещению Плаки. Она уже смирилась с тем, что Алексис притягивает ее, но чтобы вот так предвкушать счастье от возможности побыть вместе – это уже слишком!

Глава третья

Рано утром на завтрак подали только кофе и кулурия – круглое печенье. Зоя осталась довольна: она вообще мало ела, а по утрам аппетит отсутствовал из-за поздних обедов.

Алексис вышел к столу в темно-синем, безукоризненного кроя деловом костюме, сидевшем на нем как влитой. Бесспорно, Зоя никак не соответствовала ему своим скромным ситцевым платьем, скорее удобным, чем элегантным. София тоже была одета просто, но далеко не так дешево; она сияла, как утренняя заря. Глаза горели в предвкушении поездки.

В гараже «Мимозы» всегда стояло не менее пяти машин – от приземистого «Порше» до «Мерседеса», который обычно водил Яннис, один из самых расторопных слуг. Зоя уже знала, что все домашние обязанности строго распределены между прислугой. Каждый беспрекословно и точно выполнял все, что требовалось. В доме постоянно жила только Артемида. Остальные слуги были приходящими.

Алексис выбрал «Ренджровер». Зоя уже опробовала этот автомобиль, за рулем которого возникало особое чувство комфорта и полной безопасности, что она относила на счет его внушительных размеров и высокого кузова, хотя вряд ли Алексис выбрал эту марку по тем же соображениям. София пожелала сесть на заднее сиденье. Волей-неволей Зое пришлось занять место рядом с Алексисом, севшим за руль.

Небо было безоблачным, хотя кое-где в отдалении уже начинала клубиться легкая дымка. Они ехали вдоль окаймленных деревьями улочек Кифиссии, ведущих вниз к шоссе на Афины. Алексис молчал. «Весь в делах», – рассудила Зоя.

Проносились окрестные пейзажи, перед глазами возникло округлое плато Акрополя, гордо вознесшегося в центре города, увенчанного многовековой славой; вот – одетые хвойными лесами известковые холмы Ликабеттуса, названного так, потому что когда-то по нему бродили стаи волков, а позади – безбрежный лазурный простор Саронийского залива.

Городские магистрали уже были запружены автомобилями, шум нарастал. Для многих греков, сидевших за рулем, не существовало никаких ограничений скорости, они мчались, нарушая дистанцию безопасности, полагаясь лишь на спасительные четки, покачивавшиеся на задних стеклах. У Алексиса таких четок не было, но он гнал так же лихо и доставил их в Афины всего за полчаса. Распорядился, чтобы ждали его в половине четвертого у здания парламента в кварта ле Синтагма: нужно будет вернуться домой и переодеться перед поездкой в Плаку.

Услышав это, Зоя успокоилась. Не хотелось целый день, да еще и вечер быть в одном и том же наряде.

На крутой, выложенной мраморными плитами дороге, ведущей к величественной арке Пропилеи, уже появились такие же ранние пташки, но их было немного; вокруг царили тишина и покой. Реставрационные леса ничуть не портили вечную красоту Парфенона, не могли скрыть прозрачную плотность его колонн, вознесенных ввысь.

Зоя знала, что при постройке статуи и рельефы храма были ярко раскрашены, а внутренние перекрытия покрыты золотом. Сейчас от прежнего многоцветия ничего не осталось – лишь голый мрамор, который, постарев, из белоснежного стал бледно-золотистым. Великое счастье подойти к храму поближе. Издали не так видны отметины времени – трещины и повреждения.

Она решила, что самое время беспрепятственно обойти все залы музея и спокойно задержаться перед статуей Критского мальчика, не толкаясь, вволю полюбоваться безукоризненно плавными линиями прекрасного тела. Зоя могла так простоять все утро, но вряд ли это пришлось бы по вкусу Софии.

Выйдя на свежий воздух и глядя вниз на раскинувшийся город, она подумала, что такой дивный вид никогда не может надоесть. Современные архитектурные сооружения из кирпича и железобетона никак не нарушали потрясающую целостность всей застройки города. Повсюду витал дух истории. Подумать только, вон с того холма, что напротив Акрополя, святой апостол Павел проповедовал новое вероучение.

– Уже появились туристические группы, – поделилась наблюдениями София, разглядывая внизу дорогу, ведущую прямо к Одеону Аттических Иродов. – Может быть, лучше уйти, пока не так много людей?

Зоя не возражала. Все равно, когда станет людно, испортится все впечатление. Похоже, Парфенон, простоявший почти две с половиной тысячи лет, скоро обратится в руины.

– Так ты действительно собиралась в Агору? – спросила она на обратном пути. – Наверное, была там тысячу раз?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10