Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Русская рулетка. Заметки на полях новейшей истории

ModernLib.Net / Политика / Соловьев Владимир Рудольфович / Русская рулетка. Заметки на полях новейшей истории - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 6)
Автор: Соловьев Владимир Рудольфович
Жанр: Политика

 

 


Журналистика мимикрировала. Вместо профессиональной оценки музыки печатают сплетни о жизни эстрадных звезд; оценка телевизионного продукта заменяется высказыванием собственных политических взглядов (причем знания предмета анализа нет вовсе); книжное обозрение зависит от того, кто с кем дружит и какое издательство Щедрее в проявлении своих чувств; ну а политическая журналистика давно стала просто битвой (здесь изгаляются в памфлетах и поют дифирамбы, ориентируясь на политические убеждения хозяев изданий).

Журналисты привыкли считать, что у них не только доступ к информации, но и что их мнение сакрально, только они могут донести весть и растолковать ее. Попрежнему царит мнение, что народу необходимо все разъяснить, причем в понятных и привычных форматах.

Абсолютно отсутствует понимание реальной жизни, зритель и читатель воспринимаются как объект манипуляции, но не как умный и грамотный активный гражданин, чье знание жизни и понимание ее уж никак не уступает знаниям и разумениям журналиста.

Ожидание зрителей значительно превосходит творческие возможности современных журналистов. Совершенно очевиден кризис, и он, естественно, связан не только с отсутствием талантливой молодежи, просто этой молодежи, сведущей в политике, неоткуда взяться. Большинство приходящих в журналистику никогда не были вовлечены в активную реальную жизнь. Настало время иных людей, которые не из агитаторско-комиссарского племени, как Доренко – Киселевы – Сванидзе – Леонтьевы, а из реальной жизни, во всем своем многообразии проистекающей за пределами тусовочной ванночки.

КРИЗИС ПРАВОЙ ИДЕИ

Довольно часто, когда заходит речь об оппозиции, интеллигентные люди спрашивают о возможном появлении правого лидера и, сделав многозначительное лицо, добавляют – объединенного, затем смущенно замолкают. Ответа не требуется, так как на самом деле никакого лидера правых нет и быть не может. Мало этого, пока непонятно, кто же такие эти правые, я имею в виду по их политическим воззрениям. Пока можно с уверенностью сказать, что правые – это точно не коммунисты, именно с этим утверждением и связано наивное и невозможное предложение об объединении СПС и «Яблока». Для любого, кто знаком с программой обеих партий, очевидно, что «Яблоку» уж точно не по дороге с СПС. Сторонники Явлинского по своей ориентации на политическом фланге скорее занимают левоцентристскую позицию. Но это ясно тем, кто читал программы, а таких не много, человек сто с натяжкой.

Кто такие правые? Вот уж забавный вопрос, ведь есть даже Союз правых сил, а вот ответа нет. А если задать еще более каверзный вопрос: чем программа правых отличается от программы "Единой России", – то вообще теряешь всякое представление об их различиях. Вот, например, Александр Жуков – он правый или единоросс? А Шойгу, а Хлопонин, а Кудрин с Грефом?

Окончательный крах правой идеи в первую очередь связан с избирательной кампанией в Думу. Проигравшие лидеры СПС раскололись и на президентские выборы вышли аморфной, злобной разрозненной массой.

Не случайно выбираю для анализа думские выборы, потому что уже за уши тащили СПС, еще чуть-чуть, и они бы уже походили на ослика. «Яблоку» тоже оказали посильную помощь: прямо перед выборами показали сюжет о встрече Явлинского с Путиным, посвященный традиционно яблочной теме, что-то о безопасности ядерных отходов.

После выборов некоторые из членов Комиссии по правам человека при президенте встречались с Путиным, речь зашла о прошедших выборах, говорили очень жестко и прямо. Цитирую Путина по памяти, так что могут быть неточности. Президент был очень расстроен и к теме выборов возвращался несколько раз, причем говорил в основном об СПС. Новая конфигурация Думы, при которой "Единая Россия" превращалась из центристской в правую партию, была непривычной.

Забавное высказывание Лужкова в точку: Дума похожа на жирную птицу с одним крылом, такие птицы не летают, а жаль.

Причину поражения СПС президент в первую очередь видел в полной потере связи с избирателями. Собственное участие в судьбе СПС он особо и не отрицал, говорил, что Чубайс согласовал с ним решение о замораживании тарифов на электроэнергию хотя бы до проведения выборов. Однако президент высказал сомнение в эффективности и чистоплотности такого хода, да и вообще в какой-то момент прекратил подбирать слова и в своей очень узнаваемой манере перехода, когда он отрубает рукой заготовленное от импровизации, делает вдох и как будто подается лазами в сторону собеседника: "И в прошлый-то раз я им Разрешил за себя зацепиться, так они еле-еле чуть ли не на брюхе проползли, однако выводов никаких не сделали, и вот печальный, но закономерный результат".

Спорить сложно, и РТР показывало лидеров СПС регулярно и доброжелательно, и денег потрачено на рекламу было немерено. В историю вошел ролик СПС с тремя лидерами, летящими в самолете, – как худший за всю историю телевизионной политической рекламы. После этого "гениального творения" граждане мудро и пророчески говорили: "О, гляди, СПС пролетело". Я не радуюсь поражению правых, по своим взглядам я гораздо ближе к ним, чем к комулибо, просто все произошедшее закономерно.

Трагедия российских молодых лидеров не уникальна и по своей природе связана с теми же проблемами, что и вщ журналистике. Отрыв от корней и полное отождествление себя с идеей. В православной традиции нет католического верования в непогрешимость папы и незыблемость и верность его булл, а у наших политиков есть стопроцентная! уверенность в том, что каждое изрекаемое ими слово на вес золота.

Российские правые – это скорее культурно-возрастное, чем политическое объединение людей. В действительности они никогда не были едины, исповедуя очень разные как морально-этические, так и политические взгляды, от крайнего либерализма Новодворской до абсолютного русофобного цинизма Коха.

Среди правых оказалось столько чиновников и олигархов, что никакой иллюзии об их симпатии к представителям малого и среднего бизнеса быть не может, поэтому вся их риторика на эту тему вызывала недоверие у тех, кому она была адресована.

Разумеется, такое отношение к правым было не всегда. Долгое время в обществе царили мифы и легенды о величии и фантастической эффективности Чубайса, о несгибаемой воле и мудрости Гайдара, о колоссальном обаянии Немцова.

В одном из мифов я убедился сам. Во время беседы с Гайдаром я спросил, с чем было связано назначение Евстафьева сразу после того, как он был пойман с коробкой из-под ксерокса, набитой деньгами, на работу в Фонд Гайпара. Егор Тимурович ответил:

– Меня об этом попросил Толя. Я удивился:

– А вы готовы выполнить любую просьбу Чубайса?

– Да, абсолютно верно.

Каждый из них заслуживает отдельного серьезного жизнеописания, романа. Борис Ефимович один из самых ярких и интересных политиков конца XX века. Я понимаю, что такая моя оценка вызовет неприятие у многих, но ведь это всего лишь мое частное мнение. Все происходившее с ним знаменательно. Золотая медаль по окончании школы, институт, кандидатская, политика, губернаторство. Сейчас как-то забыли, что Немцов не только по праву считался, но и реально был лучшим или уж точно одним из лучших губернаторов 90-х. Не случайно к нему любили приезжать и Тэтчер, и Михалков, и Ельцин, и Явлинский. Смелые, абсолютно новаторские идеи внедрялись быстро и эффективно, советы Григория Алексеевича, казалось, воплощались в жизнь и давали немедленные всходы, приватизировались магазинчики и велась реконструкция дорог, состоялись тендеры на закупки для администрации, налицо всенародная любовь. Позиции Немцова в Нижнем были незыблемы, и вдруг в одночасье все рассыпалось.

Скольжение вниз началось с переезда в Москву, причем Борис Ефимович прекрасно понимал, что, принимая предложение от Бориса Николаевича, озвученное его дочерью, он совершает ошибку, но, как это часто бывает, эмоции восторжествовали над разумом.

Немцов относился к президенту слишком хорошо, должно быть, он видел в нем фигуру отца и дорисовывал ему черты, Борису Николаевичу несвойственные.

Немцов видел в Ельцине человека, а не его должность, причем человека сильного, обаятельного. Он попался на крючок, как многие другие, и, как все, оказался использован даже не в политической игре, а скорее в какой-то сложной психоделической постановке, которой Ельцин подменял расчет. я уверен, что Ельцин последний из великой плеяды интуитивных политиков. Его можно сравнить с шахматистами-романтиками стиля Таля, которые темпом и наитием подмяли расчет. Шаги Ельцина не логичные, ими он завлекал тех, кого считал своими политическими конкурентами, на свою территорию, где вынуждал их делать одну ошибку; за другой, пока они не теряли всяческое представление о происходящем и ослабевали настолько, что зачастую сходили с политической арены. Ельцин предал всех, кто с ним начинал, регулярно обновляя команду, пока не окружил себя членами Семьи, стреножившими его по рукам и ногам и во многом лишившими его возможности сделать последний правильный шаг, подсунув в условиях цейтнота кандидатуру Путина. Это самый важный просчет Березовского, не разглядели, не успели, не дали возможности Ельцину присмотреться и подмять под себя Путина, не успели сломать и сделать послушным, превратив в колесико и винтик; общеолигархического дела.

Самым надежным методом первого гаранта было удушение в объятиях, приближение абсолютно разных людей – от Бурбулиса и Коржакова до Чубайса и Степашина, у которых он создавал иллюзию безоговорочного доверия. В какой-то момент каждый из них был настолько влюблен в Ельцина, что, не сомневаясь, отдал бы за него жизнь, в конечном итоге жизнь не потребовалась, достаточно было карьеры.

Кого только не называли в качестве преемника, но стоило названному поверить и не отнекиваться до потери пульса, как это делал Путин, у Ельцина закрадывалось подозрение, недоверие, и человека сжирали.

Немцов все понимал, но поддался уговорам, поверил, что стареющий президент нуждается в нем, дал себя уговорить.

Удивительно, что даже сильно подкосивший репутацию Немцова демарш с пересадкой чиновников на «Волги» не открыл ему глаза на Ельцина. Ведь именно Ельцин попросил Бориса Ефимовича выступить с этим, мягко говоря, недалеким заявлением, а потом оказался в тени, наблюдая, как все журналисты упражняются в остроумии на костях Немцова.

Пребывание Немцова в исполнительной власти оказалось недолгим, но поучительным.

Во-первых, он убедился в продажности псевдодемократической журналистики, которая по заказу то Березовского, то Гусинского прессовала правительство. Во-вторых, увидел работу олигархов в сложившейся уже к тому времени Семье, осознав, что все решения принимаются не в Белом доме и даже не в Кремле, а на дачах. Именно на даче произошло знакомство Бориса Ефимовича с Романом Абрамовичем. В поедании шашлыков на воздухе участвовали господа Волошин, Немцов, Юмашев, госпожа Дьяченко и прочие теневые вершители судеб, а какой-то парень все время суетился вокруг, то винца нальет, то закусочки поднесет, на вопрос, а это кто, дочь Ельцина ответила:

– А это Рома, он умеет дружить.

Как человеку умному, Немцову быстро стало понятно, что никаких шансов стать президентом у него нет. Исчезли также иллюзии, что в стране что-то можно изменить к лучшему, поскольку характер принимаемых решений отличался от заявленной и официальной структуры власти. Очень похожий путь разочарований прошли и многие другие правые политики, в частности Хакамада и Кириенко.

Собственно говоря, те, кого теперь называют правыми, появились на политической арене благодаря перестройке, причем, в отличие от своих левых коллег, которые узурпировали ностальгическую нишу, и Хакамада, и Немцов, и Кох, и Чубайс на первых порах оказались выгодоприобретателями от всех чубайсо-гайдаровских реформ.

Должно быть, поэтому общественное мнение по-прежнему их ассоциирует с властью, да и критика экономического курса всегда в их устах выглядит неубедительной.

Многие из правых искренне считают себя бизнесменами. В биографии большинства из них значатся довольно успешные проекты, хотя и связанные напрямую с близостью к власти. По своему характеру они мечутся между прагматиками и романтиками, им не хватает чиновничьего цинизма, чтобы выбирать победившую сторону и вливаться в ряды очередного пропрезидентского образования, хотя опыт 90-х и удерживает их от жесткой конфронтации с властью. Пуповиной они связаны с современным чиновничеством. Они тешат себя иллюзией о симпатиях к среднему классу, однако совсем не понимают его, считая малый и средний бизнес лишь промежуточным этапом развития олигархических структур.

Правые хорошо образованны, они стильные, сравнительно молодые люди, скорее прозападные, но опять же не в своих воззрениях, а по своему внешнему виду. Среди них модно рассуждать о протестантизме, и при этом, как часто случается с терминами в России, они имеют в виду прагматам.

Они не могут не быть героями СМИ, так как вышли из той же узкой прослойки детей ИТР, хорошо говорят и любят это делать, их трагедия в ином – разговоры заканчиваются пшиком.

Нет ни одного правого политика, который не потерпел бы тяжелейшего поражения. В отличие от левых правые были во власти, но добились трагического результата.

Они собственноручно выкорчевали основы демократического общества, создав олигархическую форму правления при византийской системе принятия решений.

Особенно болезненными для меня и моих друзей оказались разочарования в тех людях, с которыми я лично связывал большие надежды. Как это часто бывает, можно простить политические поражения, но вот что делать с личной нечистоплотностью? Здесь я даже не имею в виду узаконенное в их представлении о жизни разночтение официальных доходов и реальных затрат. Умиляет мелочность.

Когда группа писателей из демократического правительства была поймана на получении гонорара за бессмертный труд о приватизации в России, то в это верить даже не хотелось. Когда полетели головы друзей-коллег Чубайса, а он, мужественно отказавшись от одного из постов, все же нашел в себе силы остаться в правительстве, то возникло ощущение, что он просто пожертвовал всеми ради сохранения себя во власти.

Во время передачи «Процесс» я беседовал с господином Кохом, который позиционирует себя как бизнесмен, что облегчило мою задачу. Так вот, этот господин, легко и цинично раздающий суждения обо всем, вдруг превратился в сущего наивного агнца, когда речь пошла о соотношении тиража заказанной книги, ее продажной цены и суммы гонорара, выплаченной за нее. Моментально испарилась предпринимательская жилка и начались проблемы с памятью.

Я несколько раз после той встречи пересекался с Альфредом Рейнгольдовичем и даже как-то раз, во время работы на ТВС, предлагал его кандидатуру на роль директора канала. Позвонил ему, учитывая долги и проблемы с финансированием олигархического колхоза, считал разумным использовать механизм банкротства, который Кох воспринял как предложение кинуть своих друзей-олигархов, совладельцев канала. Я понял, что у этого господина ну очень свое представление о бизнесе, но есть четкое понимание о том, с кем надо дружить.

КРИМИНАЛЬНЫЙ РАЗРЕЗ ПЕРЕХОДНОЙ ЭКОНОМИКИ

Мощнейший удар по правым политикам нанес дефолт 1998 года. Сейчас очевидно, что в его основе лежало в первую очередь полнейшее неумение управлять народным хозяйством и феноменальный уровень воровства, который характеризовал всю финансово-экономическую систему России. Я нигде не слышал о связи дефолта с залоговой приватизацией, хотя она очевидна. Точнее, как залоговая приватизация, дефолт, так и нынешний структурный кризис в экономике проистекают из базовой проблемы класса российских чиновников-предпринимателей. Среди них не оказалось ни одного производственника, ни одного системно мыслящего экономиста со знанием реальной экономики, который бы мог повлиять на экономическую политику.

В основе всех преобразований лежал ген спекуляции, гигантские состояния добывались на игре в разнице цен и кредитных ставок, на возможности хапнуть куски госсобственности за счет близости к своим младореформаторам. юзже, когда отгремели все детские схемы финансовых пирамид, вылезла на поверхность чудовищная залоговая приватизация.

Я не думаю, что существует хоть один человеке России, не понимающий всю преступность этой затеи. Скорее, оценка ей дается иная – не надо трогать, а то опять будет передел, но тут уже будет действовать шариковщина. Oправдать несправедливость с помощью ее усугубления – это типичная рабская мысль, очень характерная для России, и все россияне готовы в нее верить благодаря историческому опыту.

У такого подхода есть свои разновидности: не надо трогать приватизацию, а то пострадают сотни тысяч граждан, принявших в ней участие. Этот посыл в данном случае неприменим, так как залоговых аукционов было не много, и речь в первую очередь идет именно о них. Ну и абсолютно гениальный резон: надо либо наказывать всех, либо никого, а иначе получается избирательное правосудие. Здесь, конечно, на ум приходит дело ЮКОСа и суд над Ходорковским со товарищи. Примечательная логика, если ее применить к криминальным преступлениям, то суд над Чикатило невозможен, пока все насильники не будут пойманы.

Мне гораздо ближе логика наказания всех, но, может быть, не сразу, а в каждом конкретном случае проводить расследование и суд.

Залоговые аукционы – образец аморальности, самые лакомые куски государственного пирога были розданы финансистам вторых выборов Ельцина с такой наглостью и лихостью, что теперь некоторыми это воспринимается как предпринимательская жилка. В чем жилка? В том, чтобы купить госсобственность на госденьги, которые временно оказались размещенными на счетах банка финансовой группы, покупавшей нефтяные месторождения? А может, в том, чтобы провести аукцион между компаниями, которые принадлежат партнерам Березовскому и Абрамовичу, и, используя административный ресурс, не пустить на аукцион реальных игроков, а позже кричать, что все по закону? Или, может, эта самая предпринимательская жилка кроется в том, чтобы приобретать за доллар тысячи или скупать на миллиардные дивиденды от абсолютно аморальной пелки игроков для своего английского футбольного клуба и рассуждать о священном праве частной собственности? Оправдать залоговые аукционы невозможно, именно борьба за их легитимизацию и передел и привела к существованию почти всех политических партий современной России.

Но, даже украв ресурс, спекулянты не могут заставить его работать. Чуть легче обстоит дело в сырьевых отраслях, где на сворованный кусок можно пригласить западных экспертов, которые за тебя все разжуют, ну а уже проплаченные средства массовой информации раструбят о тебе как об эффективном и прозрачном менеджере.

Забавно, что в войне мнений о Ходорковском совсем не звучат голоса предпринимателей, особенно тех, которые в то время находились поблизости, а уж им-то есть что рассказать. Почти у каждого олигарха есть свое маленькое и не очень кладбище из неугодных мэров и управленцев тех городов и предприятий, которые они захватывали. Вчерашние комсомольцы вежливо приезжали и вместе с бандитами заставляли мэров принимать векселями уплату местных налогов, да еще и на пустые компании. А возмущение с их стороны прерывали пулей. Они приходили в конторы нефтяников старой формации и выгоняли их, заставив переписать все на себя.

Современные олигархи абсолютно родом из спекулянтов и бандитов, и комсомольское прошлое им не мешало. Когда одно из месторождений по протекции Коржакова, что тоже, мягко говоря, вызывает нарекания, не досталось ЮКОСу, то Невзлин пришел к новому владельцу и сказал:

– Верни, а то ведь все равно отберем, теперь ведь Коржаков никто, а будешь сопротивляться – грохнем.

Так как беседу он вел с классово чуждым и очень матерым человеком, то ответ его не порадовал: – Ты, комсомолец гребаный, ты понимаешь, на кого пасть открываешь, сейчас отдам тебя в свой колбасный цех и буду год из тебя колбасу жрать.

Это довольно типичные деловые переговоры того времени.

Олигархов и примкнувших к ним чиновников (а среди них оказались почти все ныне ассоциирующие себя с правым флангом и многие партийные и хозяйственные деятели старой формации) объединяло одно общее дело – разграбление страны. Эти люди не могли платить налоги, сама идея им казалась смехотворной. Кому? Для чего? Нарушая закон в глобальном, зачем соблюдать его в мелочах. А как вам гениальное изобретение ЮКОСа – нефтесодержащая жидкость? Это что?

Молодые мальчики грабили бюджет и разоряли природу – по оценке многих экологических организаций и господина Митволя, вряд ли когда-либо еще в истории велась эксплуатация нефтяных месторождений столь варварским способом и с такими жуткими экологическими последствиями.

Но все это было далеко от Москвы и далеко от средств массовой информации.

Бандиты всех мастей не причинили такого ущерба России, как олигархи.

А сам термин олигархи в современную российскую политологию ввел Борис Ефимович Немцов.

Грабительские годы войн не приводили ни к обновлению основных фондов, ни к рестуктуризации экономики, ни к появлению новых производств. Наивные иностранцы пытались открыть здесь свои сборочные производства и быстро терпели фиаско, как Сименс в Зеленограде. Они не понимали, как можно работать при столь сумасшедшем налогообложении и полном чиновничьем беспределе. Ответ-то прост – работать нельзя, но грабить в доле можно.

Если сразу после перестройки желание купить подешевле, а продать подороже ограничивалось хоть каким-то страхом перед еще существовавшей правоохранительной машиной, а сделки искались, но не вынуждались, то теперь времена изменились.

Полное уничтожение органов правопорядка и в первую очередь КГБ, как классово чуждых репрессивных органов, лишило мошенников всяких сдерживающих препон.

Однако и развал КГБ не был ими заказан, а произошел из-за панического страха Ельцина, который, заняв должность секретаря областного комитета, уже проверялся именно этим ведомством. Выгоду же из всего безобразия извлекли именно злоумышленники всех мастей, и прежде всего казнокрады и мздоимцы.

Теперь можно было заставлять продающую сторону ипти на любые уступки, все методы были хороши, никакой закон не действовал. Любая попытка правоохранительных органов вмешаться могла быть пресечена звонками с самого высокого уровня, вплоть до Кремля. Очевидно, что дважды милиционерам объяснять не надо, и при издевательском финансировании они уже сами становятся участниками рынка, на своем уровне крышуя, продавливая и нарушая закон. Так что оборотни появились году так в 1992-м и с этого момента никуда и не уходили.

Выжить в этой обстановке малому и среднему бизнесу было невозможно, а так как, несмотря на все усилия олигархов, в стране по-прежнему существовало население, а часть из него бюджетники и им надо было кидать какую-то кость, то что-то в казну приходилось собирать. Со своих в полной мере им брать неловко, поэтому не воровской олигархический, а реальный бизнес трясли как липку, принимая такие законы, что выполнить их нельзя было никогда. Это и привело к удивительно медленному темпу роста малого и среднего бизнеса, зато при замечательных показателях крупного. Не дай бог вам было вырасти до заметного размера, как вам тут же объясняли ваше место и, используя либо бандитов, либо свою судебную систему, похищали ваше имущество. Очень просто – следите за рукой, вот у вас есть заводик, хоп-па – теперь его нет. И вот судебное решение из какого-нибудь города Пупска по иску гражданки Хрюкиной, о которой вы и слыхом не слыхивали, ах да, вот еще и подозрение есть, что вы этот, как вас там, – бандит, так что извольте проследовать в следственный изолятор, ведь другие меры пресечения у нас только на бумаге, счета вашей компании мы пока заморозим, следствие все-таки идет, ну а через полгода-год вас выпустят – либо разоренным, либо отписавшим все свое нужным людям.

Наш народ не дурак, все понимает быстро и ничему не Удивляется, всегда знает, что если компания выросла и ее не тронули, то ищи мужа-мэра или бандитов на заднем плане.

Эти компании все равно должны платить взятки, так как родственники родственниками, а понятия никто не отменял. Напомню, законы для лохов, то есть для нас с вами – граждан, они же – электорат. А понятия – для правильных пацанов, которые во всю эту муру не верят и знают как все устроено.

Все это не значит, что честных бизнесменов не существовало, они, конечно, были, и в немалом количестве, вот только понятия чести и законности стали кардинально расходиться и с 1996 года уже никак не смыкались. Но если прегрешения малых и средних состояли в их нежелании платить налоги, в годы расцвета идиотизма доходившие до 105 рублей со 100 рублей оборота, то преступления от гархов сводились к ограблению народа.

Обожаю рассуждения людей, никогда в жизни не зану мавшихся бизнесом, о том, что вся страна нарушала закс ны, потому что платили и получали зарплаты в конвертах, т есть вчерную. Вот уж заврались люди. В это время налоги рассчитывались, исходя из ряда факторов. Прежде всего надо было хоть как-то выполнять абсолютно популистски законы, которые наобещала Дума и которые могли оказать ся совершенно реальными только при честной выплате налогов олигархами. А кто же на такое согласится, ведь классово близкие коррумпированные чиновники не посмеют пойти против своих олигархов, которые как назначают эту свору через Администрацию президента Ельцина или напрямую через Таню, Валю, Борю, так и кормят ее.

Ведь именно тогда налоговая нагрузка в России на малые компании оказалась выше, чем на нефтянку. Конечно, в относительных, а не абсолютных значениях.

Именно поэтому налоги на бизнес воспринимались как дань и оброк на проигравший народ, платить его было преступно, ибо бюджет разворовывался в одночасье, и самым популярным высказыванием того времени было: "Заплатите налоги, а то эти мы уже разворовали".

Не помню, чтобы за все те годы о затратах бюджета хоть раз отчитались.

Да и перед кем, еще чего, мы же быдло, к тому же лишенное тогда голоса, так как все средства массовой информации у олигархов, и их интересы пока сходятся, а реального воздействия на политику у нас не было, да и сейчас нет.

Уже долгие годы меня мучают две мысли.

Первая. По конституции недра принадлежат народу, но это когда они в земле. Вот как только их выкачали, так уже какому-нибудь Абрамовичу со Швидлером, а где же экономический механизм реализации нашей собственности? Налоги и акцизы, конечно, имеют место и в других сферах бизнеса, для которых нет конституционной декларации, да и поступают в бюджет, который де-факто распределяется по принципу, не совпадающему с конституционным заявлением о народе.

Естественно, необходимо оплачивать и предпринимательскую жилку, и финансовые риски, и менеджерские услуги – только вот дивиденды от владения должны идти не губернатору Чукотки, а народу и не Англии, через олигархические траты, а России.

Вторая. Как можно говорить о роли народа в управлении государством и о демократии, если до сих пор не существует прописанной и работающей процедуры отзыва депутатов Госдумы и Мосгордумы. Лишь недавно наконец-то появилась возможность снимать губернаторов. Это так – вопрос наивный, ответ на поверхности. Место в Думе стоит денег, ребята же вложились в избирательную гонку или проплатили место в списке, будет не по понятиям не дать им отбиться, то есть вернуть вложенное да еще и чуть-чуть подняться, а тут взять и отозвать, нехорошо.

Реалии подтверждают мою мысль о законах и понятиях.

Продавались не только места в Думе, губернаторские кресла, но и чиновнические должности. Но здесь я, наверное, не прав, нузачемжетаклинейно, может быть, этобыли подарки ко дню рождения от друзей или расплата за оказанные услуги. Ведь можно же было, скажем, проявить себя на государственной службе. Да что-то мешает – цинизм.

Цинизм во всем. Во власти находятся люди, которые ельняшку на груди рвут, что они за частную собственность за бизнес, только вот стыдливо забывают назвать фамилии пятнадцати конкретных собственников.

Верхом цинизма для меня был поход во власть господина Потанина, который недолго был вице-премьером правительства.

Сопровождавшие его в поездку в Японию вернулись с круглыми глазами, еще никогда столь жестко не лоббировались интересы конкретной компании.

Логика спекуляции в стиле МММ была присуща и правительству, ничем иным объяснить игры с ГКО нельзя. Вся страна управлялась наперсточниками всех мастей. Они не умели создавать ничего, кроме схем по размыву, отмыву, отбору. Правила спекуляция во всех своих проявлениях.

До сих пор я не услышал ответов на элементарные вопросы, как случилось, что алюминиевая промышленность, нефтяная, цветная металлургия и многие другие, над созданием которых трудились поколения наших граждан, оказались собственностью абсолютно откровенных конкретных пацанов – от Измайловских до Черных? Это что же, благодаря их высочайшему интеллекту, что ли? И почему нас призывают с этим сейчас смириться?

Кризис 1998 года анекдотичен по поведению главных героев. Ельцин, дающий руку или что-то там еще на отсечение, что дефолта не будет, Кириенко, после всего случившегося умчавшийся на Большой Барьерный риф бороться со стрессом. Толпы людей, готовых разорвать всех вокруг, и куча подонков, ворующих деньги, оказывая услуги по вытаскиванию денег из банков за половину вклада. Никого так и не посадили, из этого кризиса и стабилизационного займа образовалось несколько крепких чиновничьих состояний, и все всем сошло с рук, и даже в обществе об этих гражданах говорят как о вполне приличных людях.

Ни в коей мере я не призываю во всем винить нынешних правых, просто необходимо четко осознавать их роль в формировании олигархического капитализма, который, в свою очередь, не имеет ничего общего ни с рыночными механизмами, ни с институтами демократии. Очень смешно наблюдать, как общественное мнение ну почти бесплатн(пытается нарисовать Ходорковского правым и демокра том. Вот уж не угадали. У олигархических состояний не; убеждений, есть интересы.

Кстати, о роли олигархов в дефолте известно немного, а ведь для большинства из них он был спасением. Очевидно что узнали эти граждане о решении правительства не из газет и не бросились в банки спасать свои сбережения.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7