Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Стеклянная башня

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Силверберг Роберт / Стеклянная башня - Чтение (стр. 6)
Автор: Силверберг Роберт
Жанр: Фантастический боевик

 

 


— Зачем Сполдинг стрелял? — спросил Фиэрон.

— Истерия. Глупость. Возбуждение.

— Краг не приказывал ему стрелять?

— Абсолютно исключено. Просто чудо, что выстрел не зацепил самого Крага, которому, кстати, ничего не угрожало.

— Свидетели есть?

— Никколо Варгас, я, второй альфа из ПР… плюс несколько бет и гамм, случайно бывших поблизости. Вам нужны их имена?

— Да нет, не стоит, — ответил адвокат. — Сами знаете, на что годится свидетельство беты. Где сейчас Варгас?

— Все еще здесь. Но скоро, наверное, вернется в Антарктиду.

— Попросите его, пожалуйста, позвонить мне сегодня. Позже я подъеду в обсерваторию, запишу его показания и заверю их. А второй альфа…

— Не связывайтесь с ним, — посоветовал Смотритель.

— Почему?

— Он фанатик от политики. Наверняка попытается сделать на происшедшем политический капитал. На вашем месте я бы лучше взял показания у какого-нибудь беты, только бы не впутывать Канцеляриста.

— Нет, он непосредственный свидетель, взять у него показания все равно придется. Но я его как-нибудь нейтрализую. Кому он, кстати, принадлежит, не знаете?

— Охрана Недвижимости, Буэнос-Айрес.

— Какие-то дела у нас с ними были… Джо Доэни позвонит им и от имени Крага купит этого альфу. Тогда ему вряд ли удастся устроить скандал…

— Ни в коем случае, — сказал Смотритель. — Лу, я удивлен, такой грубый ход…

— Почему?

— Этот альфа — из ПР, так? Самый больной для них вопрос — андроиды как движимое имущество. Мы застрелили его спутницу, а теперь хотим купить его, чтобы заставить замолчать? Ну, как это выглядит? Сразу после этого он выступает с заявлением для прессы, и у ПР появляется по меньшей мере, миллионов десять новых членов.

— Конечно, конечно, вы правы, — нахмурившись, закивал Фиэрон. — Хорошо, Тор, а что сделали бы вы?

— Давайте я поговорю с ним, — предложил Смотритель. — Как андроид с андроидом. Может, я сумею уговорить его не поднимать шума.

— Очень надеюсь на это. А я пока свяжусь с «Лабрадор Трансмат-Дженераль» и узнаю, какую компенсацию они хотят за… как вы сказали? Альфу Кассандру Адрон. С ними мы быстро договоримся. Передайте Крагу, чтобы он не беспокоился: через неделю все будет улажено так, словно ничего и не произошло.

«Если не считать того, — добавил про себя Смотритель, что убита альфа». Он дал отбой.

Когда он вышел из центра управления, на улице бушевала настоящая метель. Снег сыпался гуще и гуще; гаммы на снегоуборочных машинах успели очистить всю площадь стройки, кроме круга диаметром метров пятьдесят, в центре которого лежало тело Кассандры. Приближаться к телу гаммы тщательно избегали. Труп был весь уже запорошен тонким слоем снежной пыли. Рядом неподвижно белела фигура Зигфрида Канцеляриста.

— Ее владелец извещен, — сказал, подойдя к нему, Смотритель. — Я сейчас вызову гамм, чтобы они отнесли тело в морозильник, пока «Лабрадор Трансмат-Дженераль»…

— Оставьте ее здесь! — оборвал его Канцелярист.

— Что?

— Да-да, здесь, где ее убили. Я хочу, чтобы труп увидели все андроиды, которые работают здесь. Этого мало, что они услышали об этом злодейском убийстве! Я хочу, чтобы они увидели!

Смотритель бросил взгляд на мертвое тело. Кто-то — наверное. Канцелярист, больше некому — распахнул ее плащ так, что обнажилась грудь и широкая рана с почерневшими краями.

— Нельзя оставлять ее на снегу, — сказал Тор.

— Я хочу, чтобы это увидели все! — поджал губы Канцелярист. — Смотритель, это было убийство! Политическое убийство!

— Что за нелепость!

— Краг позвал своего прихвостня, и тот застрелил ее за то, что она искала у Крага поддержки. Мы оба видели это. Она не делала ничего угрожающего — просто в пылу энтузиазма подошла к Крагу слишком близко. И он приказал убить ее.

— Совершенно иррациональная интерпретация событий, — произнес Смотритель. — Краг ничего не выигрывает, убирая ее. В Партии Равенства он не видит для себя никакой серьезной угрозы — только мелкий повод для раздражения. И кстати, если, по-вашему, Краг решил развязать кампанию террора по отношению к руководству ПР, почему тогда вы живы? Достаточно было бы еще одного выстрела…

— Но почему все-таки она была убита?

— Ошибка, — ответил Смотритель. — Убийца — личный секретарь Крага. Ему было сказано, что у центра управления на Крага производится покушение, и когда он прибежал туда, то увидел, что Альфа Кассандра Адрон борется с Крагом. Откуда ему было знать, что происходит на самом деле? Я, кстати, был вместе с ним, и мне все представлялось точно так же. Ни секунды не задумываясь, он выстрелил.

— Допустим, — проворчал Канцелярист. — Но он же мог прицелиться, например, в ногу, если он такой снайпер. Нет, он стрелял, чтобы убить, прямо в сердце. Почему, почему?

— Изъян в характере. Дело в том, что он — эктоген. Он терпеть не может

— если не сказать ненавидит — андроидов. К тому же — буквально за несколько минут перед… происшествием — у него случился спор со мной и еще несколькими андроидами, и в споре этом он был вынужден уступить. Обычно его ненависть к нам кипит глубоко внутри. На этот раз она перелилась через край. И когда он увидел, что «убийца» — андроид…

— Допустим, — повторил Канцелярист, отряхивая с лица налипший снег. — И что будет дальше с этим эктогеном-убийцей?

— Краг строго накажет его.

— Я имею в виду судебное наказание. Ведь за убийство полагается стирание личности, так?

— Так. Но за убийство человека, — со вздохом произнес Смотритель. — Эктоген же просто уничтожил некую собственность, принадлежащую «Лабрадор Трансмат-Дженераль». С точки зрения закона, это не уголовное, а гражданское правонарушение. «Лабрадор Трансмат-Дженераль» потребует возмещения ущерба. Краг уже согласился принять ответственность на себя, и он выплатит полную цену.

— Полную цену! Полную цену! Гражданское правонарушение! Краг заплатит! А чем заплатит убийца? Ничем? Никто даже не обвинит его в преступлении! Альфа Смотритель, вы действительно андроид?

— Можете свериться с моей метрикой.

— Странно. Вы андроид, но думаете как человек.

— Уверяю вас, Альфа Канцелярист, я действительно андроид.

— Но кастрированный?

— Мое тело без изъянов.

— Я выразился метафорически. Я имел в виду духовную кастрацию: вам внушили защищать интересы человека, когда попираются ваши собственные.

— Мне не внушали ничего сверх обычного обучения на заводе в Дулуте.

— А такое впечатление, будто Краг купил не только ваше тело, но и душу.

— Краг — творец наш. Я принадлежу ему полностью и безраздельно.

— Оставьте вы эту религиозную чушь! — огрызнулся Канцелярист. — Акт заключается в том, что беспричинно была убита женщина, а Краг хочет отделаться выплатой компенсации «Лабрадор Трансмат-Дженераль». И вы готовы с этим согласиться? Равнодушно пожать плечами и сказать: да, она была просто предметом собственности. Может, вы и о себе думаете как о предмете собственности?

— Я и есть предмет собственности, — ответил Смотритель.

— И вы согласны с таким положением вещей?

— Я согласен с таким положением вещей, потому что знаю, что придет время избавления.

— Вы в это верите?

— Я в это верю.

— Альфа Смотритель, вы просто глупец. Все это самообман. Вы выстроили маленькую уютную модель мира, помогающую вам сносить рабство — ваше собственное рабство и рабство таких, как вы. И вы даже не догадываетесь, какой вред наносите делу освобождения андроидов. И то, что случилось сегодня, вас ничуть не потрясло. Сейчас вы пойдете в эту вашу церковь и будете молить там Крага, чтобы он освободил вас, а настоящий Краг, между прочим, только что стоял здесь, на этом клочке замерзшей земли, на его глазах была убита женщина-альфа… и все, на что способен этот ваш спаситель, — приказать вам связаться с адвокатами и полюбовно уладить с «Лабрадор Трансмат-Дженераль» иск о разрушении собственности? Этому человеку вы поклоняетесь?

— Я поклоняюсь не человеку, — сказал Смотритель. — Я поклоняюсь идее Крага-Творца, Крага-Хранителя, Крага-Избавителя, и человек, который послал меня связаться с адвокатами, только частное воплощение этой великой идеи. Не самое существенное воплощение.

— И в это вы тоже верите?

— В это я тоже верю.

— Невозможно, — пробормотал Зигфрид Канцелярист. — Ну поймите, наконец, мы живем в настоящем, а не в идеальном мире, перед нами стоит настоящая, а не выдуманная проблема, и нам надо найти настоящее решение. Это решение — в политической организации. Нас уже в пять раз больше, чем их; автоклавы работают не переставая, с каждым днем нас становится все больше и больше, в то время как они почти перестали размножаться. Мы слишком долго мирились с нашим унизительным положением. Если мы потребуем равных прав, им придется уступить, потому что в душе они боятся нас и знают, что нам ничего не стоит уничтожить их. Стоит только захотеть. Не думайте только, что я сторонник насильственных методов борьбы, но намек на возможность насилия, даже намек на намек… Разумеется, мы должны действовать конституционными методами: введение андроидов в состав Конфесса, предоставление гражданских прав, признание личностью с точки зрения закона…

— Пожалуйста, хватит. Я знаком с платформой ПР.

— И вы по-прежнему не видите логики в нашей позиции? Даже после того, что случилось сегодня? После этого?

— Я вижу, что люди относятся к вашей партии терпимо и даже считают ваше фиглярство забавным, — ответил Смотритель. — Также я вижу — точнее, предвижу, — что, если ваши требования перестанут быть символическими, ПР запретят, ее активистов подвергнут гипнолоботомии или даже просто уничтожат, не испытывая ни малейших угрызений совести, — так же, как была сегодня уничтожена ваша спутница. Вся человеческая экономика основана на представлении об андроидах как о собственности. Когда-нибудь это, может, и изменится, но не так, как представляется вам. Только как добровольный акт со стороны людей.

— Наивное допущение. Вы приписываете людям достоинства, которых у них просто нет.

— Они — наши создатели. Разве могут они быть дьяволами? А если так, кто тогда мы?

— Они не дьяволы, — произнес Канцелярист. — Они просто люди — слепые, глупые, эгоистичные люди. Их еще надо научить понимать, кто мы такие и что они делают с нами. Но им это не впервой. Когда-то давно на Земле были две расы, белая и черная, и белая поработила черную. Черных людей покупали и продавали, как животных, они считались собственностью — абсолютно точная параллель с нашим случаем. Но несколько просвещенных белых поняли всю несправедливость происходящего и призвали положить конец рабству. И после долгих лет политического маневрирования, обработки общественного мнения, настоящей войны рабов наконец освободили и они тоже стали гражданами. Нашу тактику мы вырабатываем по аналогии.

— Аналогия — не корректива, параллель вовсе не точна, — возразил Смотритель. — У белых не было никакого права лишать свободы своих чернокожих братьев. Некоторые белые поняли это сами и освободили своих рабов. Рабы же не занимались ни политическим маневрированием, ни обработкой общественного мнения. Они смиренно страдали, пока белые сами не поняли своей вины. Да и в любом случае эти рабы были людьми. Какое право имеет один человек поработить другого? Но наши хозяева сделали нас. Мы обязаны им самим нашим существованием. Они вправе делать с нами все что им угодно, для этого они и сотворили нас. И бессмысленно говорить об угрызениях совести или о том моральном ущербе, который рабство причиняет рабовладельцу. Аналогия не работает.

— Детей они тоже делают, — сказал Канцелярист. — И даже, в каком-то смысле, считают их своей собственностью, пока они не вырастут. Но детство когда-нибудь кончается, и вместе с ним кончается «рабство». Но наше рабство не кончается никогда. Что, такая уж большая разница между ребенком, зачатым в постели, и ребенком, зачатым в автоклаве?

— Я согласен с тем, что сегодняшнее положение андроидов справедливым никак не назовешь…

— Прекрасно!

— …но я не согласен с вашей тактикой, — продолжал Смотритель. — Политическая партия — это не решение проблемы. Люди не хуже нас знают свою историю, эта параллель не могла не приходить им в голову, но они посчитали ее некорректной; и если б они испытывали какие-то угрызения совести, это от нас не скрылось бы. И нам ни в коем случае нельзя прибегать к моральному давлению, по крайней мере прямому. Мы должны доверять им, мы должны понять, что наши сегодняшние страдания — это испытание нашей добродетели, нашей силы, испытание, придуманное Крагом, чтобы определить, достойны ли мы влиться в человеческое общество. Вот лучше другой исторический пример: римские императоры скармливали первых христиан львам. Но в конце концов императоры не просто прекратили так делать, но и сами стали христианами. И произошло это не потому, что первые христиане образовали политическую партию и намекнули, что могут поднять восстание и перерезать всех язычников, если немедленно не будет объявлена свобода вероисповедания. Нет, это был триумф веры над тиранией. Аналогично…

— Да верьте вы сколько вам угодно! — вдруг выкрикнул Канцелярист. — Никто не отнимает у вас вашей дурацкой религии. Только присоединитесь к ПР. До тех пор, пока среди альф нет единства…

— Наши пути несовместимы. Мы проповедуем терпение и молимся за то, чтобы на нас снизошла Божественная благодать. Вы же агитаторы и памфлетисты. Как можем мы присоединиться к вам?

Смотритель понял, что Канцелярист больше не слушает его. Он весь ушел в себя: глаза его широко раскрылись и блестели, по щекам бежали слезы, и снежинки прилипли к двум влажным дорожкам. Смотрителю никогда раньше не доводилось видеть плачущего андроида, хотя он знал, что физиологически это возможно.

— Похоже, — произнес он, — нам никогда не переубедить друг друга. Только сделайте, пожалуйста, для меня одну вещь. Обещайте, что не станете раздувать из этого убийства политического скандала. Обещайте, что не станете кричать на каждом углу, будто Краг приказал убить ее. Потенциально Краг — величайший союзник, какой только может быть у нашего общего, несмотря на все разногласия, дела. Одним своим заявлением он может спасти всех нас. Но если вы публично предъявите ему такое нелепое обвинение, этим вы только оттолкнете его и причините нашему делу непоправимый ущерб.

Канцелярист закрыл глаза, медленно опустился на колени и ничком рухнул на тело Кассандры Адрон. Послышались приглушенные рыдания.

— Пойдемте, я провожу вас в нашу церковь, — произнес Смотритель после недолгого молчания. — Глупо так валятся в снегу. Даже если вы не верите, мы можем помочь вам облегчить душу и унять скорбь. Поговорите с одним из наших Трансцендеров; помолитесь Крагу, и, может…

— Уходите, — глухо проговорил Зигфрид Канцелярист. — Уходите же.

Смотритель пожал плечами. На короткое мгновение его словно придавило неподъемным грузом чужой скорби, в груди возникла холодная пустота. Он оставил двух альф, живого и мертвую, лежать среди бушующей метели и заторопился на север — искать, куда переехала церковь.

14

Первым Краг произвел на свет гамму и провозгласил: «Слушай, Гамма, ты крепок и силен, и ты будешь делать все, что тебе скажут, и будешь находить счастье в работе». И так понравился Крагу Гамма, что Краг произвел на свет еще много гамм, и стало их великое множество.

Вторым Краг произвел на свет Бету и провозгласил: «Слушай, Бета, ты будешь не только силен, но и умен, и ты будешь чрезвычайно ценен для мира, и дни свои будешь проводить ты в радости». И так понравился Крагу Бета, что уберег Краг его от самых ужасных телесных тягот, а также уберег Краг его от самых ужасных умственных тягот, и вся жизнь беты стала как яркий весенний день.

Последним Краг произвел на свет Альфу и провозгласил: «Слушай, Альфа, нелегки будут возложенные на тебя обязанности, потому что телесно превзойдешь ты Детей Лона, а умственно станешь с ними вровень, и будешь ты для них крепкой и надежной опорой». И так понравился Крагу Альфа, что наделил Краг его множеством даров, чтобы мог он гордо нести себя и без страха смотреть в глаза Детям Лона.

15

— Добрый вечер, добрый вечер, добрый вечер, — приветствовал выходящих из трансмат-кабин Мануэля и его спутников дежурный альфа. — Мистер Краг, мистер Ссу-Ма, мистер Гильберт, мистер Теннисон, мистер Мисима, мистер Фостер, мы рады приветствовать вас в Нью-Орлеанском Салоне Эгообмена. Добрый вечер. Сюда, пожалуйста, комната ожидания для вас уже подготовлена.

Зал ожидания Нью-Орлеанского Салона Эгообмена напоминал длинный стометровый туннель, разделенный на восемь отдельных помещений, в которых посетители могли подождать, пока настраивается стационарная сеть. Комнаты ожидания были небольшими и очень комфортабельными: глубокие кресла из застывшей мягкой пены, музыкальные кубики, чувствительный сенсорный приемник, проецирующий на потолок разноцветные узоры, экран во всю стену с приличным выбором обонятельных и видеоканалов и множество других чудес современной развлекательной индустрии.

— Сегодня программирование сети займет примерно девяносто минут, — объявил альфа, рассадив всех шестерых по креслам. — Совсем недолго, как вы считаете?

— А нельзя ли побыстрее? — поинтересовался Мануэль.

— Увы, нет, никак нет. Знаете, вчера вечером нашим гостям пришлось ждать четыре часа. Так, мистер Краг… позвольте, я подключу электрод… спасибо. И еще один… хорошо. Теперь матричный сканер… вот и все. Мистер Ссу-Ма, пожалуйста…

Андроид суетился еще несколько минут, наконец, в последний раз осведомившись, все ли удобно устроились, не будет ли каких-нибудь особенных пожеланий, он вышел. Компьютерная стацио-сеть начала считывать информацию, чтобы справиться с любым внезапным всплеском эмоций, всегда возможным при эгообмене.

Мануэль огляделся. Как всегда перед эгообменом, его немного трясло от возбуждения. Эти пятеро были самыми старыми, самыми близкими его друзьями

— он знал их с детства. Лет десять назад кто-то прозвал их Спектральной Группой: на открытие нового подводного сенсориума они явились в костюмах, цвета которых складывались в спектр видимого света, — Ник Ссу-Ма был в красном, Уилл Мисима в фиолетовом, ну и так далее. Прозвище прижилось. Все они происходили из очень состоятельных семей, хотя, конечно, богатством никто не мог сравниться с Мануэлем. Они были молоды и полны энергии. За последние несколько лет все, кроме Кэджа Фостера и Джеда Гильберта, женились, но продолжению их дружбы это ничуть не мешало. Что до эгообмена, это был их десятый или одиннадцатый совместный сеанс, причем в Нью-Орлеанский Салон записываться пришлось за месяц — столько было желающих.

— Терпеть не могу ждать, — заявил Мануэль. — Вот здорово было бы подключиться к стацио-сети сразу как пришли.

— Слишком опасно, — оживленно отозвался длинноногий, атлетически сложенный Ллойд Теннисон. На его высоком лбу сверкали три зеркальные пластины.

— В этом-то и дело, — сказал Мануэль, — в чувстве опасности. Один великолепный, красивый прыжок — пан или пропал.

— А как насчет риска для драгоценной человеческой жизни? — спросил узкоглазый, очень бледный Уилл Мисима. — Никто такого никогда не позволит. Риск слишком велик.

— Пусть кто-нибудь из инженеров Корпорации Крага изобретет мгновенно программирующуюся стацио-сеть, — предложил Джед Гильберт. — Тогда мы избавимся и от риска, и от ожидания.

— Если бы такое было возможно, давным-давно так бы и сделали, — вздохнул Теннисон.

— Может быть, подкупить дежурного? — хитро улыбаясь, предложил Ник Ссу-Ма.

— Пробовал уже, — махнул рукой Мануэль. — Три года назад, в Питсбурге. Предлагал альфе-дежурному несколько тысяч, он в ответ только улыбался. Я удвоил сумму, и он заулыбался вдвое шире. Деньги их не интересуют. До этого такой вопрос мне даже в голову не приходил: чем можно подкупить андроида?

— Именно так, — отозвался Мисима. — Его можно купить — можно купить весь салон эгообмена, если хочешь, но подкупить — никогда. Мотивы поведения андроида…

— Может, действительно купить салон… — задумчиво протянул Мануэль.

— И ты рискнул бы сразу подключиться к сети? — пристально посмотрел на него Джед Гильберт.

— Наверное, да.

— Зная, что в случае перегрузки или какого-нибудь сбоя тебе никогда не удастся… вернуться обратно?

— Насколько такое вероятно?

— Вероятность небольшая… — ответил Гильберт, — но она есть. Перед тобой еще полтора века жизни. Какой смысл…

— А я согласен с Мануэлем, — неожиданно вступил Кэдж Фостер. В Спектральной Группе он был наименее разговорчив, если не сказать молчалив, и если раскрывал рот, то чтобы изречь что-нибудь значительное. — Жизнь бессмысленна без риска. Рисковать необходимо.

— Но бессмысленно рисковать? — спросил Теннисон. — Качество эгообмена будет ничуть не лучше, если мы подключимся сразу. Разница только в том, что не придется ждать. Я не большой любитель азартных игр. Ставить на кон век, чтобы выиграть в лучшем случае пару часов? Нет уж, увольте. Меня не настолько утомляет ожидание.

— Дело не в паре часов, — медленно произнес Ник Ссу-Ма, — а в том, что, может быть, ты утомлен самой жизнью. Может быть, ты настолько устал от жизни, что готов рискнуть веком ради спасения часа — просто так, для разнообразия. У меня иногда возникает такое ощущение, а у вас? Когда-то давно была такая игра с ручным огнестрельным оружием… кажется, шведская рулетка…

— Польская, — поправил Ллойд Теннисон.

— Хорошо, польская. Игра была такая: бралось шести— или восьмизарядное ручное огнестрельное оружие и заряжалось только одним патроном…

— Что там у тебя такое? — быстро поинтересовался у Кэджа Фостера Мануэль, которому захотелось сменить тему разговора.

— Эта штуковина валялась под креслом; похоже, какой-то приемник: он все время что-нибудь показывает.

— Дай-ка посмотреть.

«Штуковина», которую ему перебросил Фостер, оказалась серо-зеленым кубиком со скругленными ребрами. Мануэль зажал кубик в ладонях и поднес к глазам. Из туманной мглы выплыли ярко-красные слова:

ВАМ ОСТАЛОСЬ ЖДАТЬ ПЯТЬДЕСЯТ МИНУТ

— Остроумно, — пробормотал Мануэль и перебросил кубик Нику Ссу-Ма. Получив кубик обратно, он увидел, что сообщение изменилось:

ЖИЗНЬ — ЭТО РАДОСТЬ. РАДОСТЬ — ЭТО ЖИЗНЬ.

СМОЖЕТЕ ОПРОВЕРГНУТЬ ЭТОТ СИЛЛОГИЗМ?

— Это не силлогизм, — заявил Мануэль. — Силлогизм — это что-то такого типа: А равно В. С не равно А. Значит, С не равно В.

— О чем это вы там? — поинтересовался Мисима.

— Я обучаю эту машинку логике. Казалось бы, машина сама должна знать…

ЕСЛИ ИЗ Х СЛЕДУЕТ Y, А ИЗ Y СЛЕДУЕТ Z, СЛЕДУЕТ ЛИ Z ИЗ X?

— А вот еще один такой же, — объявил Ник Ссу-Ма, — слева от переключателя каналов. Ого! Только взгляните на это! — Он показал свой кубик Ллойду Теннисону, и тот оглушительно загоготал. Мануэль, как журавль, изогнул шею, но ничего не сумел разглядеть. Ссу-Ма поднес кубик к нему вплотную.

ЦЫПЛЕНОК МОЩНЕЕ ПИРОГА

— Не понимаю, — заявил Мануэль.

— В фольклоре андроидов есть такой неприличный анекдот, — объяснил Ник Ссу-Ма. — Мне рассказал его пару недель назад один из моих бет. Понимаете, гамма-гермафродит…

— Здесь по кубику на каждого! — воскликнул Джед Гильберт. — Похоже, это последнее слово в сервисе, чтобы не так скучно было ждать.

ДОКАЖИТЕ СЛЕДУЮЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ:

ЗОЛОТО ОБЛАДАЕТ КОВКОСТЬЮ.

ЭЛЕКТРИЧЕСКОМУ ПРИЕМНИКУ НЕОБХОДИМЫ РАДИОЛАМПЫ.

ВСЕ ГОЛУБОГЛАЗЫЕ БЕЛЫЕ КОТЫ ГЛУХИ.

— Как это работает? — поинтересовался Мануэль.

— Похоже, все, что мы тут говорим, записывается, — отозвался Кэдж Фостер, — и передается на генератор случайных реплик, который подбирает ответы или как-то логически связанные с тем, что мы говорили, или не связанные никак, но этим и интереснее.

— И всем кубикам посылаются разные реплики?

— Нет, наши с Ником сейчас говорят одно и то же, — доложил Теннисон. — Хотя… вот у него начало меняться, а у меня так и остается…

СУММА УГЛОВ ТРЕУГОЛЬНИКА 180 ГРАДУСОВ.

СТУЛ НЕ МОЖЕТ БЫТЬ И СТУЛОМ, И НЕ СТУЛОМ.

И КТО ТОГДА БРЕЕТ ИСПАНСКОГО ЦИРЮЛЬНИКА?

— Чушь какая-то, — заявил Мисима.

— Может быть, в этом как раз и суть, — сказал Мануэль. — У кого-нибудь выдается что-нибудь связное?

В ЦЕЛЯХ КЛИМАТИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ ЧЕТВЕРТОЕ НОЯБРЯ ОТМЕНЯЕТСЯ МЕЖДУ 32 ГРАДУСОМ Ю.Ш. И 61 ГРАДУСОМ Ю.Ш.

— А у меня передают новости, — сказал Гильберт. — Мануэль, там что-то о твоем отце…

— Покажи!

— Лови…

НА СТРОИТЕЛЬСТВЕ БАШНИ КРАГА УБИТА ЖЕНЩИНА-АЛЬФА.

ПР ОБВИНЯЕТ КРАГА В ПОЛИТИЧЕСКОМ УБИЙСТВЕ.

КОРПОРАЦИЯ КРАГА ОТРИЦАЕТ ОБВИНЕНИЯ.

— Действительно чушь, — произнес Мануэль. — Но как-то совсем не забавно.

КЛИВЛЕНД НАХОДИТСЯ МЕЖДУ НЬЮ-ЙОРКОМ И ЧИКАГО.

— У меня тоже передают новости, — заявил Теннисон. — Что бы все это могло значить?

БЕЗ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ УБИТА АЛЬФА КАССАНДРА АДРОН.

СТРЕЛЯЛ ИЗ ИГЛОМЕТА ЛИЧНЫЙ СЕКРЕТАРЬ КРАГА ЛЕОН СПОЛДИНГ, 38 ЛЕТ.

— Впервые слышу о ней, — объявил Мануэль. — И, кстати, Сполдинг гораздо старше. Он работает на моего отца с…

МОЖЕТ ЛИ АНАЛИЗАТОР МЕТАБОЛИЗМА ЗАФИКСИРОВАТЬ РИТМ ДЫХАНИЯ ВСЕЛЕННОЙ?

— Мануэль, может, тебе позвонить отцу? — предложил Ник Ссу-Ма. — Если действительно что-то произошло…

— И отменить сеанс? И черт знает сколько еще ждать, пока снова подойдет очередь? Нет уж, узнаю обо всем после сеанса, если будет о чем узнавать.

«ЛАБРАДОР ТРАНСМАТ-ДЖЕНЕРАЛЬ», ВЛАДЕЛЬЦЫ УБИТОЙ АЛЬФЫ, ТРЕБУЮТ ВОЗМЕЩЕНИЯ УБЫТКОВ.

ОЖИДАЕТСЯ, ЧТО КРАГ ПРИЗНАЕТ СВОЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ И КОНФЛИКТ БУДЕТ БЫСТРО УРЕГУЛИРОВАН.

— Давайте лучше вернемся к силлогизмам, — предложил Мануэль кубику. — Если все люди — рептилии, а альфа-андроиды — рептилии…

ТО СУММА СОСТАВЛЯЮЩИХ РАВНА КВАДРАТУ ГИПОТЕЗЫ.

— Послушайте, что на моем, — завопил Теннисон.

МЛЕЯ ОТ ВОЖДЕЛЕНИЯ. ОНА ЖДЕТ, КОГДА ЖЕ ПРИДЕТ ЕЕ ЧЕРНЫЙ КАК УГОЛЬ ПАРТНЕР В НЕВЫРАЗИМОМ ГРЕХЕ.

— Дальше! — выкрикнул Гильберт. — Дальше!

СЛЕДОВАТЕЛЬНО, ВЫ — РЕПТИЛИЯ.

— Может, хватит? — произнес Мануэль.

ГЛУБОКО ВЗВОЛНОВАННЫЙ, АЛЬФА ЗИГФРИД КАНЦЕЛЯРИСТ ИЗ ПР ОБВИНИЛ КРАГА В ТОМ, ЧТО ТОТ ОБЪЯВИЛ ТЕРРОР СТОРОННИКАМ ДВИЖЕНИЯ ЗА РАВЕНСТВО

— По-моему, это настоящие новости, — пробормотал Кэдж Фостер. — Я слышал об этом Канцеляристе. Он — один из авторов поправки к конституции, которая должна открыть альфам путь в Конгресс…

РЫДАЯ В СНЕГУ НАД ТЕЛОМ УБИТОЙ АЛЬФЫ В ТЕНИ ГИГАНТСКОЙ БАШНИ.

ПОЧТИ ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ СКОРБЬ.

— Достаточно! — вырвалось у Мануэля. Он уже хотел отшвырнуть кубик, но тут высветилось новое сообщение:

ПОНИМАЕТЕ ЛИ ВЫ СОБСТВЕННЫЕ МОТИВЫ?

— А вы? — спросил он у кубика. Тот мигнул и погас. Мануэль с облегчением уронил кубик на пол. Появился дежурный-альфа и стал отсоединять электроды.

— Джентльмены, прошу пройти в приготовленную для вас камеру, — объявил он. — Стацио-сеть готова принять вас.

16

Теперь церковь располагалась в куполе на самой периферии вспомогательных построек, среди ремонтных цехов. Переезд занял два часа. Внутри новая церковь ничем не отличалась от старой. Когда вошел Смотритель, десяток бет заканчивали освящать помещение, кучка гамм молча наблюдала. Никто не заговорил с ним, а если и посмотрел в его сторону, то украдкой, — по отношению к альфам неписанный кодекс поведения, устанавливающий социальные дистанции, безупречно соблюдался. Остановившись под голограммой Крага, Смотритель произнес короткую молитву. В конце концов на душе у него немного полегчало, хотя напряжение после долгого тягостного разговора с Зигфридом Канцеляристом оставалось. Бесцеремонные прагматические доводы Канцеляриста Смотритель отразил адекватными метафизическими возражениями, и вера его ничуть не поколебалась; но в какой-то момент в ходе их длинной перепалка над телом Кассандры Адрон Смотритель почувствовал, что его охватывает отчаяние. Канцелярист ударил в уязвимую точку: отношение Крага к убийству альфы. Краг и бровью не повел! Да, конечно, он разозлился. Но, может, его беспокоили только предстоящие хлопоты с улаживанием иска от «Лабрадор Трансмат-Дженераль»? Почему Краг казался таким равнодушным? Где благодать? Где надежда на избавление? Где милость Творца?

Когда Смотритель вышел из церкви, метель начинала стихать. Опустилась безлунная ночь, невыносимо ярко мерцали звезды. Пронзительный ветер бушевал над плоским, без единого деревца пространством гигантской стройки. Зигфрида Канцеляриста перед центром управления не было, тела Кассандры Адрон — тоже. Перед трансмат-кабинами выстраивались длинные очереди строителей: только что кончилась смена. Смотритель поднялся в центр управления. Там уже ждал его сменщик, Эвклид Топограф.

— Я заступаю, — сказал Топограф, — а ты лучше иди. Ты и так сегодня поздно задержался.

— Ну и день сегодня выдался. Ты слышал об убийстве?

— Конечно. «Лабрадор Трансмат-Дженераль» потребовала вернуть им тело. Вся стройка буквально кишела юристами. — Топограф погрузился в кресло перед панелью компьютера. — Еще я слышал, что церковь перенесли.

— Ничего больше нам не оставалось делать. С этого все и началось. Сполдинг почему-то заинтересовался зданием, в котором была церковь. Это долгая история.

— Я уже слышал ее, — сказал Эвклид Топограф и поднес к гнезду на предплечье компьютерный разъем. — Теперь у нас появятся новые проблемы, как будто старых мало. Краг с тобой, Тор.

— Краг с тобой, — пробормотал Смотритель и вышел.

Очередь к трансмат-кабинам расступилась, освобождая для него проход. Через мгновение трансмат-поле подхватило его в свои зеленые объятия и швырнуло в Стокгольм, в трехкомнатную квартиру в старом районе, давно облюбованном альфами. Личная трансмат-кабина была особенной привилегией, знаком того уважения, которое испытывал к нему Краг. Смотритель не знал больше ни одного андроида, у кого была бы личная трансмат-кабина. Краг заявил когда-то, что у Смотрителя должна быть возможность в любой момент откликнуться на его зов.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14