Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Как достигнуть познаний высших миров

ModernLib.Net / Религия / Штайнер Рудольф / Как достигнуть познаний высших миров - Чтение (стр. 10)
Автор: Штайнер Рудольф
Жанр: Религия

 

 


Третье бедственное последствие бывает в том случае, когда пересиливает мышление. Тогда развивается враждебная жизни, замкнутая в себе созерцательность. В глазах таких людей мир имеет значение лишь в той мере, в какой он доставляет им материал для удовлетворения их безгранично возросшей жажды мудрости. Никакая мысль не побуждает их к действию или к чувству. Они выступают во всем, как безучастные, холодные натуры. Они избегают всякого соприкосновения с вещами повседневной действительности, как чего-то вызывающего в них отвращение или, по крайней мере, потерявшего для них всякое значение.
      Таковы три ложных направления на которые может вступить духовный ученик: деспотизм, расплывчатая чувствительность и холодное, бессердечное стремление к мудрости. Для внешнего наблюдения - а также и для материалистической школьной медицины - образ такого ученика, вступившего на неправильный путь, немногим отличается, особенно по степени, от сумасшедшего или, по крайней мере, тяжелого "нервнобольного". - Отсюда ясно, какое большое значение должно предавать духовное обучение тому, чтобы три основных душевных силы прошли у человека сперва через гармоническое развитие, после которого они уже могут быть освобождены от присущей им связи и подчинены пробужденному высшему сознанию. - Ибо если бы была допущена какая-нибудь ошибка и одна из основных сил получила безудержное развитие, тогда рождение высшей души проявится неправильно. Необузданная сила заполнит тогда всю личность человека; и надолго придется оставить всякую мысль о том, чтобы снова все пришло в равновесие. Какая-нибудь черта характера, представляющаяся совершенно невинной, пока человек не проходит духовного ученичества - будет ли он с натурой с преобладанием воли, чувства или мышления, - усиливается у духовного ученика в таком размере, что перед этой чертой может совершенно исчезнуть необходимый для жизни момент общечеловеческого. - Однако, действительно серьезной опасностью это становится лишь тогда, когда ученик достигает способности сохранять во время бодрствования то, что было пережито его сознанием во время сна. Пока дело ограничивается одним просветлением некоторых промежутков сна, до тех пор чувственная жизнь, управляемая мировыми законами, продолжает действовать во время бодрствования восстанавливающим образом на нарушенное равновесие души. Поэтому так необходимо, чтобы бодрственная жизнь духовного ученика во всех отношениях была правильной и оздоровительной. Чем больше он отвечает всем требованиям, которые внешний мир предъявляет к здоровому, сильному строению тела, души и духа, тем лучше для него. И напротив, если бы повседневная бодрственная жизнь действовала на него чрезмерно волнующим или изнуряющим образом и если бы к происходящим внутри его великим переменам присоединились еще какие-нибудь разрушительные или тормозящие влияния внешней жизни, то это было бы для него пагубным. Он должен искать всего, что отвечает его силам и способностям и вводит его в спокойную жизнь, в гармонии с окружающей его средой. И он должен избегать всего, что приносит ущерб этой гармонии и вносит в его жизнь беспокойство и торопливость. При этом дело идет не столько о том, чтобы внешне отделаться от этого беспокойства и торопливости, как о том, чтобы охранить свое настроение, свои намерения и мысли, а также и телесное здоровье от постоянных колебаний вследствие этих неблагоприятных условий. - Все это дается человеку во время его духовного ученичества не так легко, как прежде. Ибо высшие переживания начинают теперь вторгаться в его жизнь и действуют непрерывно на все его бытие. Если в этих высших переживаниях что-нибудь не в порядке, то его неизбежно будут подстерегать всякие неправильности, готовые при каждой случайности столкнуть его с правильного пути. Поэтому духовный ученик не должен упускать из виду никакого случая, могущего обеспечить ему постоянное господство над всем его существом; он никогда не должен терять присутствия духа или способности спокойно обозревать все встречающиеся ему жизненные положения. Впрочем, настоящее духовное обучение, в сущности, само собой создает в нем все эти свойства. И во время этого обучения человек знакомится с опасностями только тогда, когда им одновременно уже бывает достигнута полная сила, чтобы в нужное мгновение устранить их со своего пути.
      Страж порога.
      Важными событиями при восхождении в высшие миры являются встречи со "Стражем порога". Существуют не один, а в сущности, два "Стража порога" - "Малый" и "Великий". С первым человек встречается тогда, когда связующие нити между волей, мышлением и чувством внутри более тонких тел (астрального и эфирного) начинают ослабевать, как это было показано в предыдущей главе. Перед "Великим" же "Стражем порога" человек предстает, когда расторжение связей распространяется и на части физического тела ( прежде всего - на головной мозг).
      "Малый Страж порога" есть самостоятельное существо. Его нет для человека, пока последний не достиг соответствующей ступени развития. Здесь могут быть отмечены лишь некоторые из его наиболее существенных особенностей.
      Прежде всего попытаемся представить в повествовательной форме встречу духовного ученика со "Стражем порога". Только благодаря этой встрече ученик узнает, что мышление, чувство и воля освободились у него от своей, им прирожденной связи.
      Перед учеником стоит несомненно ужасное, призрачное существо. Ему необходимо все присутствие духа и все доверие к правильности своего пути познания, которое он, впрочем, мог постепенно приобрести заранее, во время своего ученичества.
      "Страж" возвещает о своем значении приблизительно в следующих словах: "До сих пор над тобой господствовали силы, остававшиеся невидимыми для тебя. Благодаря им во время прежних жизней каждое из твоих добрых дел получало свою награду, и каждый из твоих дурных поступков влек за собой свои худые последствия. Благодаря их влиянию из твоих жизненных опытов и из твоих мыслей созидался твой характер. Они обуславливали твою судьбу. Они определяли меру радости и страдания, назначенную тебе в каждом твоем воплощении, сообразно твоему поведению в прежних воплощениях. Они господствовали над тобой в качестве всеобъемлющего закона кармы. Отныне эти силы отчасти освободят тебя от своего водительства. И тебе должно будет самому производить часть той работы, которую они выполняли над тобой. - Тебя постигал прежде тот или иной тяжелый удар судьбы. Ты не знал: почему? Это было последствием пагубного поступка в одной из твоих предыдущих жизней. Ты встречал счастье и радость и принимал их. Они также были последствием прежних поступков. В твоем характере у тебя есть прекрасные черты, но есть и некрасивые пятна. И то и другое создано тобой самим, благодаря твоим переживаниям и мыслям. До сих пор ты не знал их; тебе были открыты только последствия. Но кармические силы, они видели все твои прежние жизненные деяния, твои сокровенные мысли и чувства. И по ним они определяли, каким тебе быть и как жить теперь.
      Но теперь для тебя самого должны быть открыты все добрые и все худые стороны прошедших жизней. До сих пор они были вотканы в твое собственное существо, они были в тебе, и ты не мог их видеть, как ты не можешь видеть физически своего собственного мозга. Теперь они высвобождаются из тебя, они выступают наружу из твоей личности. Они принимают самостоятельный образ, который ты можешь видеть, как ты видишь камни и растения внешнего мира. И вот я сам - то существо, которое соткало себе тело из твоих благородных и твоих худых дел. Мой призрачный образ соткан их счетной книги твоей собственной жизни. Невидимо носил ты меня до сих пор в себе самом. И то, что это было так, было благом для тебя. Ибо поэтому мудрость твоей скрытой от тебя судьбы продолжала доселе работать в тебе над погашением темных пятен в моем образе. Ныне же, когда я выступил из тебя, от тебя отошла и эта сокровенная мудрость. Впредь она уже не будет больше заботиться о тебе. Она передаст всю работу в твои собственные руки. Мне надлежит стать совершенным в самом себе, прекрасным существом, или же - погибнуть. И если бы совершилось последнее, я увлек бы за собой и тебя вниз, в темный, погибший мир. - Дабы воспрепятствовать этому, твоя собственная мудрость должна быть теперь настолько велика, чтобы взять на себя задачу той, отступившей от тебя, сокровенной мудрости. - После того, как ты переступишь мой порог, я ни на одно мгновение не отойду от тебя, оставаясь видимым для тебя образом. И если впредь ты сделаешь или помыслишь неправое, ты тотчас же узнаешь и свою вину по отвратительному, демоническому искажению на этом моем образе. И только когда ты исправишь всю свою прошедшую неправду и очистишь себя так, что дальнейшее зло для тебя совершенно невозможным, тогда мое существо превратится в сияющую красоту. И тогда я снова смогу соединиться с тобой в единое существо для блага твоей дальнейшей деятельности.
      Но мой порог построен из всех ощущений страха, какие еще есть в тебе, из всей твоей боязни перед решимостью взять на себя полную ответственность за все свои дела и помышления. Пока у тебя еще остается какой-либо страх перед самостоятельным управлением своей судьбой, до тех пор этот порог еще не достроен во всех своих частях. А пока в нем недостает еще хотя бы одного единственного камня, до тех пор ты будешь принужден роковым образом останавливаться перед ним или спотыкаться о него. Не пытайся переступить через этот порог, пока ты не чувствуешь совершенно свободным от страха и готовым к высочайшей ответственности.
      До сих пор я выступал из твоей собственной личности, только когда смерть отзывала тебя из твоей земной жизни. Но и тогда мой образ оставался закрытым для тебя. Только силы судьбы господствовавшие над тобой, видели меня и могли по моему виду, в промежутки между смертью и новым рождением развивать в тебе силы и способности, дабы в новой земной жизни ты мог работать над красотой моего образа на благо твоего дальнейшего развития. И сам я был тем, чье несовершенство неизменно принуждало силы судьбы все снова и снова приводить тебя к новым воплощениям на земле. Когда ты умирал, я являлся перед тобой; и из-за меня руководители кармы назначали тебе новое рождение. И только бессознательно преобразив меня таким образом, благодаря постоянно возобновляющимся жизням, до полного совершенства, ты освободился бы от владык смерти, и совершенно соединился бы со мной, и в единении со мной перешел бы в бессмертие.
      Вот я стою ныне перед тобой, видимый, как я всегда стоял возле тебя, невидимый, в час твоей смерти. Переступив через мой порог, ты вступишь в царства, в которые прежде ты вступал после физической смерти. Ты вступишь в них с полным знанием и отныне, продолжая внешне видимо странствовать по земле, ты будешь в то же время странствовать и в царстве смерти, или - что то же самое - в царстве вечной жизни. Воистину я также и ангел смерти; но в то же время я податель никогда не иссякающей высшей жизни. Благодаря мне ты умрешь при жизни, дабы пережить возрождение к неуничтожимому бытию.
      Царство, в которое ты отныне вступаешь, познакомит тебя с существами сверхчувственного порядка. Блаженство будет твоим уделом в этом царстве. Но первым твоим знакомством в этом мире суждено быть мне самому, мне, который есть твое собственное создание. Раньше я жил твоей жизнью; но теперь я пробужден тобой к собственному бытию и стою перед тобою, как видимое мерило твоих будущих поступков, быть может - и как твой постоянный упрек. Ты мог создать меня; но вместе с тем ты взял на себя обязанность и пересоздать меня".
      Указанное здесь в повествовательной форме следует представлять себе не как что-то символическое, а как в высшей степени действительное переживание духовного ученика. (Из вышесказанного ясно, что описанный "Страж порога", это астральный образ, который открывается пробуждающемуся высшему зрению духовного ученика. К этой сверхчувственной встрече и ведет тайноведение. Приемы низшей магии приводят к тому, чтобы сделать "Стража порога" видимым и для чувственного зрения. Это достигается образованием облака из какого-нибудь тонкого вещества, например, из курения, составленного из нескольких веществ в определенном смешении; своей развитой силой маг бывает тогда в состоянии воздействовать на облако курения, придавая ему определенную форму и оживляя вещество его еще непогашенной кармой человека. - Кто достаточно подготовлен для более высокого видения, тот уже не нуждается в подобном чувственном созерцании; надо заметить, что если бы перед глазами человека без достаточной подготовки, выступила его еще не погашенная карма, в виде чувственно-живого существа, то он подвергся бы опасности впасть в худые заблуждения. В книге Бульвеза "Занони" дано романтическое изображение такого "Стража порога".)
      Страж должен предостеречь его, чтобы он не шел дальше, если не чувствует в себе силы удовлетворять требованиям, заключенным в этом обращении. Как ни ужасен образ стража, он лишь результат прошлой жизни самого ученика, лишь его собственный характер, пробужденный к самостоятельной жизни вне его. И это пробуждение происходит благодаря распадению связи между волей, мышлением и чувством. Уже одно то, что человек впервые чувствует себя творцом духовного существа, представляет собой переживание, имеющее глубочайший смысл. - Теперь подготовка ученика быть направлена на то, чтобы без всякого страха выдержать ужасное зрелище и в момент встречи почувствовать свою силу действительно настолько возросшей, чтобы мочь совершенно сознательно взять на себя преобразование "Стража".
      Последствием счастливо перенесенной встречи со "Стражем порога" является то, что ближайшую затем физическую смерть духовный ученик переносит совсем иначе, как совершенно иное событие, чем все его прежние смерти. Он сознательно переживает умирание и сбрасывает физическое тело, как скидывают изношенное или, может быть внезапно разорвавшееся и ставшим потому негодным платье. Тогда эта его физическая смерть является, так сказать, чем-то значительным только для других, которые живут вместе с ним и в своих восприятиях еще всецело ограничены чувственным миром. Для них ученик "умирает". Но для него самого не происходит вокруг него никакой значительной перемены. Весь сверхъестественный мир, в который он вступил, стоял перед ним таким и после смерти и тот же самый мир будет стоять перед ним и после смерти. - Но "Страж порога" связан еще и с другим. Человек принадлежит к семье, народу, расе; его деятельность в этом мире зависит от его принадлежности к таким совокупным группам. В связи с этим стоит также его личный характер. И сознательная деятельность отдельных людей представляет собой еще далеко не все, с чем приходится считаться, имея дело с семьей, племенем, народом, расой. Существует семейная, народная и т.д. судьба, как существует семейный, расовый и т.д. характер. Для человека, ограниченного восприятиями чувств, эти вещи остаются общими понятиями и материалистический мыслитель, связанный своими предрассудками, свысока бросает на тайноведа презрительный взгляд, узнав, что для него характер какой-нибудь семьи или народа, судьба племени или расы отвечают действительным существам в такой же мере, как характер и судьба отдельного человека отвечает действительной личности. Ибо тайновед знакомится с высшими мирами, в состав которых отдельные личности входят совершенно так же, как руки, ноги и голова составляют члены отдельного человека. И в жизни семьи, народа или расы, кроме отдельных людей действуют также и вполне действительные души семей и народов, духи рас; более того, отдельные люди, в известном смысле, суть только исполнительные органы этих семейных душ, духов, рас и т.д.. С полной истиной можно сказать, что душа народа пользуется, например, каким-нибудь отдельным, принадлежащим ее народу человеком для выполнения определенных задач. Душа народа не спускается до чувственной действительности. Она пребывает в высших мирах. И чтобы действовать в физически-чувственном мире, она пользуется физическими органами отдельного человека. В высшем смысле это происходит совершенно также, как архитектор, для выполнения деталей здания пользуется рабочими. - В самом истинном смысле слова, каждый человек получает свою работу от души семьи, народа или расы. Но чувственный человек отнюдь не посвящается в высший план своей работы. Он работает бессознательно над целями души народа, расы и т.д.. С момента встречи со "Стражем порога" ученик должен не только узнать свои собственные личные задачи, он обязан сознательно работать над задачами своего народа и своей расы. Всякое расширение его кругозора возлагает на него непременно и более обширные обязанности. - При этом действительный процесс заключается в том, что к своему более тонкому душевному телу ученик присоединяет еще новое тело. Он облекается еще в одно одеяние. До сих пор он проходит через мир в оболочках, облекавших его личность, а о том, что он должен был делать для своего сообщества, для своего народа, для своей расы и т.д., об этом заботились духи, которые пользовались его личностью. - Дальнейшее разоблачение, совершаемое ему "Стражем порога" состоит теперь в том, что отныне эти духи отнимают у него свою помощь. Он принужден совершенно выступить из всякого сообщества. И он совсем застыл бы в самом себе, в своей отдельности, он пошел бы навстречу гибели, если бы отныне он сам не приобрел бы для себя тех сил, которые присущи духам народов и рас. Хотя многие скажут: "О, я совершенно освободился от всех родовых и расовых связей; я хочу быть только "человеком" и ничем иным, как "только человеком"". Но им надо ответить: "Кто же привел тебя к этой свободе? Разве не твоя семья поставила тебя в мире в то положение, которое ты в нем теперь занимаешь? Разве не твое племя, твой народ, твоя раса сделали тебя тем, что ты есть? Они воспитали тебя; и если ты поднялся над всеми предрассудками и стал одним их светоносцев и благодетелей для своего племени или даже для своей расы, то этим ты обязан их воспитанию. И даже когда ты говоришь о себе, что ты "только человек", то и этим - тем, что ты стал таковым, - ты обязан духам "твоих сообществ". - Но только духовный ученик действительно узнает, что значит быть совсем оставленным духами народа, племени или расы. Только он узнает на себе самом, как мало значения имеет такое воспитание для той жизни, которая ему предстоит. Ибо все, что было ему приютом, совершенно уничтожается, благодаря разрыву между волей, мышлением и чувством. Он оглядывается теперь назад, на результат своего прежнего воспитания, как мы взглянули бы на дом, рассыпавшийся на отдельные кирпичи, который теперь предстоит снова выстроить по новому плану. И это опять нечто большее, чем простой символ, когда говорят: После того, как "Страж порога" высказал свои первые требования, на том месте, где он стоит, поднимается вихрь, который гасит все духовные светочи, освещавшие дотоле путь жизни. И полная тьма расстилается перед учеником. Она нарушается только сиянием, излучаемым самим "Стражем порога". И из тьмы звучат его дальнейшие увещевания: "Не переступай моего порога, пока тебе не стало ясным, что отныне ты сам будешь освещать тьму перед собой; и не делай ни одного шага дальше, пока ты не приобрел уверенности, что у тебя достаточно горючего вещества в твоей собственной лампаде. В будущем ты будешь лишен лампад твоих вождей, которые светили тебе дотоле". После этих слов ученик должен обернуться и направить свой взор назад. Теперь "Страж порога" сдергивает завесу, скрывавшую до тех пор глубокие тайны жизни. Духи племени, народа и расы предстают тогда в их полной деятельности; и ученик видит с одинаковой ясностью как то, что он до сих пор был руководим, так, с другой стороны и то, что отныне он будет лишен этого руководства. Это - второе предостережение, переживаемое человеком на пороге, благодаря его Стражу.
      Без подготовки, конечно, никто не мог бы выдержать описанного здесь зрелища; но высшее обучение, которое вообще создает для человека возможность приблизиться к порогу, делает его в то же время способным в нужное мгновение найти и необходимую силу. Более того, это обучение может быть столь гармоничным, что вступление в новую жизнь теряет для ученика весь свой смущающий или бурный характер. Тогда переживание на пороге сопровождается для него предчувствием того блаженства, которое составит основной тон его вновь пробужденной жизни. Ощущение новой свободы перевесит все остальные чувства; и с этим ощущением его новые обязанности и новая ответственность покажутся ему чем-то таким, что человеку надлежит принять на себя на одной из ступеней жизни.
      Жизнь и смерть. Великий страж порога.
      Выше было сказано, как важна для человека эта встреча с так называемым Малым Стражем "порога" тем, что он узнает в последнем сверхчувственное существо, порожденное до некоторой степени им самим. Тело этого существа составлено из остававшихся невидимыми для него последствий его собственных деяний, чувств и мыслей. Но эти невидимые силы причинами его судьбы и его характера. Отныне человеку становится ясным, каким образом он сам в прошлом заложил основания для своего настоящего. Благодаря этому собственное существо его является до некоторой степени разоблаченным перед ним. В нем есть, например, определенные наклонности и привычки; теперь он может уяснить себе, почему он их имеет. Его постигли какие-нибудь удары судьбы; теперь он знает, откуда они взялись. Он узнает, почему он любит одно и ненавидит другое, почему то или иное доставляет ему счастье или несчастье. Видимая жизнь становится ему понятной через познание невидимых причин. Таким же образом раскрываются перед его взором и существенные, жизненные факты: болезнь и здоровье, смерть и рождение. Он замечает, что еще до своего рождения он сам создал те причины, которые неизбежно должны были снова ввести его в жизнь. Он знает в себе отныне существо, которое было создано в этом видимом мире, но создано несовершенным и которое в этом же видимом мире может быть доведено до своего совершенства. Ибо ни в каком другом мире не предоставляется возможности работать над завершением этого существа. И далее он видит, что даже смерть не может навсегда разлучить его с этим миром. Ибо он принужден сказать себе: "Некогда я пришел в впервые в этот мир, ибо я был тогда существом, нуждавшимся в жизни в этом мире, чтобы приобрести себе такие свойства, которых оно не могло бы приобрести ни в каком другом мире. И я до тех пор должен быть связан с этим миром, пока не разовью в себе всего, что может быть приобретено в нем. И я смогу некогда стать годным работником в ином мире только тем, что я усвою себе в чувственно-видимом мире все необходимые для этого способности". - К важнейшим переживаниям посвященного относится то, что он научается понимать и ценить чувственно-видимую природу в ее истинном значении лучше, чем он мог это делать до своего ученичества. Это познание и дается ему через его прозрение в сверхчувственный мир. У кого еще нет этого прозрения и кто полон поэтому, может быть, только предчувствием бесконечно большой ценности сверхчувственных областей, с тем легко может случиться, что он будет слишком низко ценить чувственный мир. Но кому знакомо это прозрение тот знает, что без переживаний в видимой действительности он оказался бы совсем бессильным в невидимой. Чтобы жить в последней, ему необходимо иметь способности и орудия для этой жизни. Но приобрести их он может только в видимой. Он должен уметь видеть духовно, если хочет, чтобы невидимый мир открылся для его сознания. Но эта способность видения в "высшем мире" вырабатывается постепенно, благодаря переживаниям в "низшем". Так же невозможно родиться в духовном мире с духовными глазами, не развив их предварительно в чувственном, как невозможно младенцу родиться с физическими глазами, если они не образовались в чреве матери.
      С этой точки зрения понятно, и то, почему "порог" сверхчувственного мира охраняется "Стражем". Человеку ни в коем случае не может быть дозволено настоящее прозрение в эти области, пока он не приобрел для этого необходимых способностей. Поэтому в момент смерти всякий раз, как человек вступает в иной мир еще не готовым к работе в нем, на переживания этого мира набрасывается покров. Он увидит их только тогда, когда вполне созреет для этого.
      Когда духовный ученик вступает в сверхчувственный мир, жизнь получит для него совсем новый смысл; он увидит в чувственном мире почву для прорастания высшего. И в известном смысле этот "высший" мир представится ему недостаточным без "низшего". Для него откроются две перспективы. Одна - в прошлое, другая - в будущее. Он смотрит в прошлое, когда еще не было этого чувственного мира. Ибо он давно освободился от предрассудка, будто сверхчувственный мир развился из чувственного. Он знает, что сверхчувственное было прежде и что из него развилось все чувственное. Он видит, что он сам, прежде чем впервые пришел в этот чувственный мир, принадлежал сначала к сверхчувственному. Но этот прежний сверхчувственный мир нуждался в прохождении через чувственный. Его дальнейшее развитие было бы невозможно без этого прохождения. Сверхчувственный мир может дальше продолжать свое развитие, только когда внутри чувственного царства развились существа с соответствующими способностями. И существа эти - люди. Таким образом, люди, как они живут сейчас, вышли из несовершенной ступени духовного бытия и уже в пределах последней приводятся к тому совершенству, которое сделает их затем пригодными для дальнейшей работы над высшим миром. - И здесь открывается перспектива в будущее. Она указывает на высшую ступень сверхчувственного мира. В нем зреют плоды, взращенные в чувственном мире. Последний, как таковой, будет побежден; но результаты его войдут в состав высшего.
      Это даст нам вместе с тем и ключ к пониманию болезни и смерти в чувственном мире. Смерть есть не что иное, как выражение того, что прежний сверхчувственный мир пришел к такой точке, от которой он не может сам собой развиваться дальше. Для него сделалась бы неизбежной общая смерть, если бы он не получил нового притока жизни. Так эта новая жизнь стала борьбой против общей смерти. Из остатков умирающего, застывающего в самом себе мира расцвели зачатки нового. Вот почему мы имеем в мире умирание и жизнь. И медленно одно переходит в другое. Отмирающие части старого мира еще продолжают цепляться за зачатки новой жизни, которые из них же и вышли. Он несет на себе как свою оболочку, то, что сохранилось от прежнего, древнего мира; и внутри этой оболочки образуется зачаток существа, которому суждено жить в будущем. Таким образом, он двойственное существо, одновременно - смертное и бессмертное. Смертное находится в своем конечном, а бессмертное - в своем начальном состоянии. Но лишь внутри этого двойственного мира, находящего свое выражение в физически чувственном, усваивает он себе способности, необходимые, чтобы привести мир к бессмертию. И даже его задача в том, чтобы из самого смертного извлечь плоды для бессмертного. Взирая, таким образом на свое существо, каким он сам построил его в прошлом, он принужден сказать себе: я ношу в себе элементы отмирающего мира. Они работают во мне и лишь постепенно я могу сломить их власть при помощи вновь оживающих бессмертных сил. Так от смерти к жизни идет путь человека. Если бы в своей смертный час он мог в полном сознании говорить с собою, он должен был бы сказать себе: "Умирающее было моим учителем. То, что я умираю, есть последствие всего прошлого с которым я тесно связан. Но поле смертного взрастило во мне зачатки к бессмертному. Их я уношу с собою в иной мир. Если бы все сводилось только к прошлому, то я вообще никогда не мог бы родиться. Жизнь прошлого закончена с рождением. Новым зачатком жизнь в чувственном мире отвоевана у всеобщей смерти. Время между рождением и смертью есть лишь выражение того, как много новая жизнь смогла отвоевать у отмирающего прошлого. И болезнь есть только продолжающееся действие отмирающих частей этого прошлого".
      Из всего этого получается ответ на вопрос: почему человек лишь постепенно, из заблуждения и несовершенства, прорабатывается к истине и добру. Его поступки, чувства и мысли находятся сначала под властью преходящего и отмирающего. Из преходящего образованы его чувственно-физические органы. Поэтому сами эти органы и все что первоначально побуждает их к деятельности, обречено на прехождение. Не инстинкты, влечения, страсти и т.д., и принадлежащие к ним органы представляют собой непреходящее, но непреходящим становится лишь то, что является результатом деятельности этих органов. Только выработав сначала из преходящего все, что из него следует выработать, человек сможет сбросить с себя ту основу, из которой он вырос, и которая находит свое выражение в физически-чувственном мире.
      Таким образом "Страж порога" представляет собой подобие человека в его двойственной природе, смешанной из преходящего и непреходящего. И на нем можно ясно видеть, чего еще недостает для достижения того светлого образа, который сможет вновь обитать в чистом, духовном мире. Степень опутанности человека физически-чувственной природой становится для него наглядной благодаря "Стражу порога". Эта опутанность выражается прежде всего в наличности инстинктов, влечений, вожделений, эгоистических желаний, во всех видах своекорыстия и т.д. Затем она выражается в принадлежности к расе, народу и т.д. Ибо народы и расы суть только различные ступени развития на пути к чистому человечеству. Раса или народ стоит тем выше, чем совершеннее их представители выражают собой чистый, идеальный тип человечества, чем больше они проработались от физически-преходящего к сверхчувственно-непреходящему. Поэтому развитие человека путем перевоплощений во все более высокостоящие народные и расовые формы есть процесс освобождения. В конце человек должен явиться в своем гармоническом совершенстве. - Подобным же образом совершенствованием является также и прохождение через все более чистые формы нравственных и религиозных воззрений. Ибо, например, всякая нравственная ступень все еще содержит в себе стремление к преходящему наряду с идеалистическими зародышами будущего.
      Но в описанном "Страже порога" надо видеть лишь результат протекших перемен. Из зародышей будущего в нем содержится только то, что было воткано в него в эти протекшие времена. Но человеку надлежит принести с собой в будущий сверхчувственный мир все, что он может извлечь из чувственного мира. Если бы он захотел принести с собой только то, что было воткано в его двойник из прошлых времен, то он исполнил бы свою земную задачу лишь отчасти. Поэтому к "Малому Стражу порога", по истечении некоторого времени, присоединяется еще "Великий". Представим опять в повествовательной форме то, что происходит при встрече с этим вторым "Стражем порога".

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11