Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Как достигнуть познаний высших миров

ModernLib.Net / Религия / Штайнер Рудольф / Как достигнуть познаний высших миров - Чтение (стр. 1)
Автор: Штайнер Рудольф
Жанр: Религия

 

 


Штайнер Рудольф
Как достигнуть познаний высших миров

      Рудольф Штайнер
      Как достигнуть познаний высших миров
      Содержание.
      Предисловие к третьему изданию.
      Предисловие к пятому изданию.
      Как достигнуть познаний высших миров.
      Предварительные условия
      Внутренний покой
      Ступени посвящения
      Подготовление
      Просветление
      Контроль мыслей и чувств
      Посвящение
      Практические указания
      Условия ученичества
      О некоторых условиях посвящения
      Изменения в жизни сновидений у ученика
      Достижения непрерывности сознания
      Расширение личности во время духовного ученичества
      Страж порога
      Жизнь и Смерть. Великий страж порога.
      Предисловие к третьему изданию.
      В этой книге выходят в свет мои исследования, которые первоначально были напечатаны отдельными статьями под заглавием: "Как достигнуть познаний высших миров?" Этот том составляет первую часть, следующий будет заключать продолжение. Появлению в новой форме этого труда о развитии человека, возводящем его к постижению сверхчувственных миров, необходимо предпослать несколько сопроводительных слов, которые и будут здесь сказаны. Заключающиеся в нем сообщения о душевном развитии человека имеют целью удовлетворить нескольким запросам. Прежде всего необходимо что-нибудь дать тем людям, которые чувствуют влечение к данным духовного исследования, и которые должны ставить себе вопрос: откуда же берут свое знание те, которые утверждают, что они могут давать ответы на высокие, загадочные вопросы жизни? Духовная наука дает на них ответы. Желающий наблюдать факты, приводящие к таким ответам, должен подняться к сверхчувственным познаниям. Он должен совершить тот путь, описание которого пытается дать эта книга. Но было бы заблуждением думать, что сообщения духовной науки не имеют никакой цены для тех, кто не склонен или не может сам идти этим путем. Для того, чтобы исследовать факты сверхчувственных миров, нужно обладать способностью вступать в эти миры. Но раз они исследованы и о них сообщается, то достаточное убеждение в истинности этих сообщений может приобрести себе и тот, кто сам их не воспринимает. Большая часть их может быть проверена просто путем действительно беспристрастного применения к ним здоровой способности суждения. Не нужно только допускать, чтобы всевозможные предрассудки, которых так много в человеческой жизни, нарушали это беспристрастие. Легко может случиться, например, что кто-нибудь найдет, будто то или другое, не мирится с признанными в настоящее время данными науки. На самом деле, нет ни одного научного данного, которое бы противоречило духовному исследованию. Но если обращаться с научными данными недостаточно всесторонне и беспристрастно, то легко может показаться, будто то или иное научное суждение несогласно с сообщениями о высших мирах. И мы найдем, что чем беспристрастнее мы сопоставим духовное ведение как раз с положительными достижениями наук, тем лучше скажется и их полное согласие. - Другая часть духовно-научных сообщений, конечно, более или менее ускользает от простого рассудочного суждения. Но кто поймет, что судьей над истиной может быть не только рассудок, но и здоровое чувство, тот без труда сможет найти правильное отношение также и к этой части. И там, где это чувство не позволяет себе увлекаться симпатией или антипатией к тому или иному мнению, но действительно непредвзято дает воздействовать на себя познаниям сверхчувственных миров, там оно сумеет произвести и соответствующее суждение. - Но существуют еще и другие пути к признанию истины этих познаний для лиц, которые не могут и не хотят вступить на путь к сверхчувственному миру. И эти люди могут почувствовать какую ценность для жизни имеют эти познания даже в том случае, когда они получают их только из сообщений духовных исследователей. Не каждый может сразу стать ясновидящим, но познания ясновидящих для каждого служат действительно здоровым жизненным питанием. Ибо каждый может применить их к жизни. И кто применит их, тот вскоре поймет, чем может стать во всех областях обогащенная ими жизнь, и чего она лишается, когда их исключают. Правильно примененные в жизни, познания сверхчувственных миров оказываются не беспочвенными, в высшем смысле практическими. Но если кто-нибудь не хочет сам вступить на путь высшего познания, то при некотором влечении к наблюдаемым на этом пути фактам, у него все-таки может возникнуть вопрос: как приходит к этим фактам ясновидящий? Эта книга должна дать интересующимся этим вопросам картину того, что необходимо бывает предпринять, дабы действительно познакомиться с сверхчувственным миром. Она должна описать путь в этот мир таким образом, чтобы и не идущий этим путем мог получить доверие к словам того, кто им шел. Ибо ознакомившись с тем, что делает для этого духовный исследователь, можно найти путь его правильным и сказать себе: описание пути в высшие миры производит на меня такое впечатление, что я могу понять, почему сообщаемые факты кажутся мне убедительными. И так, эта книга должна послужить тем, кто хочет укрепиться и утвердиться в своем чувстве и ощущении истины сверхчувственного мира. Но она хотела бы также предложить что-нибудь и тем, которые сами ищут пути к сверхчувственным познаниям. Лучше всего испытают истину изложенного здесь те, которые осуществят ее на самих себе. Кто приходит с таким намерением, тому полезно будет никогда не упускать из виду, что при описаниях душевного развития необходимо нечто большее, чем простое ознакомление с содержанием, как это обычно делается в других исследованиях. Необходимо интимно вжиться в это описание; необходимо сделать предпосылку, что понимание какой-нибудь вещи нужно почерпать не только из сказанного о ней самой, но и из много такого, что сообщается о совсем других вещах. Таким образом, человек получает представление, что существенное заключается не в одной истине, а в созвучии их всех. Всякий, кто хочет делать упражнения, должен подумать об этом очень серъезно. Можно правильно понять упражнение и правильно выполнять его, и все-таки оно может подействовать неправильно, если выполняющий не присоединит к нему еще другого упражнения, разрешающего односторонность первого в душевную гармонию. Кто вдумчиво прочтет эту книгу, так, что чтение станет для него как бы внутренним переживанием, тот не только ознакомится с ее содержанием, но и испытает в разных местах ее различные чувства; и благодаря этому он узнает, какой вес для душевного развития имеет та или иная подробность. Он найдет также, в какой форме следует именно ему стараться делать то или иное упражнение, сообразно его особой индивидуальности. Когда дело идет, как здесь, об описании таких процессов, которые должны быть пережиты, то всегда оказывается необходимым все снова и снова возвращаться к содержанию; ибо легко можно убедиться, что многое только тогда бывает понято удовлетворительно, когда мы испытали это на деле и заметили некоторые тонкости, которые прежде неизбежно ускользали.
      Однако, и такие читатели, которые не намерены сами идти очерченным путем, найдут в этой книге много пригодного для своей внутренней жизни; они найдут жизненные правила, указания, как разъясняется то или иное, что им казалось загадочным, и т.д.
      И многие, уже знакомые с тем или иным переживанием, благодаря своему жизненному опыту, и уже прошедшие в некотором отношении через посвящение жизни, найдут, может быть некоторое удовлетворение, встретив в общей связи объяснение того, что представало им раньше отрывочно и в таком виде, что им не удавалось, может быть, довести своего знания до степени удовлетворительного для них самих представления.
      Предисловие к пятому изданию.
      Для этого нового издания книги "Как достигнуть познаний высших миров" первоначальное изложение ее, написанное более десяти лет тому назад, было вновь переработано во всех частностях. Потребность в подобной переработке возникает естественно, когда дело идет о такого рода душевных переживаниях и душевных путях, как изложенные в этой книге. Ибо в сообщенном не может быть ни одной части, с которой душа сообщавшего не оставалась бы в тесной связи, и которая не заключала бы в себе что-нибудь такого, что еще до сих пор продолжает работать над этой душой. И, конечно, трудно ожидать, чтобы с этой душевной работой не соединялось стремление к достижению все большей ясности и отчетливости в написанном несколько лет тому назад изложении. Из этого стремления и возникло все то, что я постарался сделать для этой книги в ее новом издании. Хотя все существенные отделы книги, все главное осталось как было, но все же в ней сделаны значительные изменения. Во многих местах мне удалось сделать кое-что для более точной характеристики частностей. И это казалось мне важным. Если кто-нибудь захочет применить сообщенное в этой книге к своей собственной духовной жизни, то важно, чтобы он мог обозреть душевные пути, о которых идет речь, в возможно более точной характеристике. И это казалось мне важным. При описании внутренних духовных процессов гораздо легче могут возникать недоразумения, чем при описании фактов физического мира. Подвижность душевной жизни, необходимость никогда не терять из виду всего отличия этой жизни от жизни в физическом мире и многое другое, делает возможным возникновение таких недоразумений. В этом новом издании я обратил внимание на те места в книге, которые могут подать повод к таким недоразумениям, и при изложении я постарался помешать их возникновению.
      Когда я писап отдельные статьи, из которых составилась эта книга, о многом приходилось говорить иначе, чем в настоящее время, еще и по этой причине, что тогда мне необходимо было указывать на содержание всего, обнародованного мною за последние десять лет из области познания духовных миров, иначе, чем это можно сделать теперь, после этого обнародования. В моем "Тайноведении", в "Водительстве человека и человечества", в "Пути к самопознанию" и особенно в "Пороге духовного мира", а также в других моих сочинениях, описаны духовные процессы, на существование которых эта книга хотя и должна была намекать более десяти лет тому назад, однако в других выражениях, чем какие кажутся правильными теперь. О многом, еще не описанном в этой книге, я должен был сказать тогда, что оно может быть узнано только путем "устной передачи". В настоящее время обнародовано многое из того, что подразумевалось тогда под этими указаниями. И, может быть, как-раз эти указания были виною того, что у читателей не вполне была исключена возможность ошибочных мнений. В личных отношениях ищущего духовного ученичества к тому или другому учителю могли видеть нечто гораздо более существенное, чем следовало видеть. Я надеюсь, что мне удалось в этом новом издании, благодаря иному способу изложения некоторых частностей, более резко подчеркнуть, что для ищущего духовного ученичества, в современных условиях жизни, гораздо более важно совершено непосредственное отношение к объективному духовному миру, нежели к личности учителя. И в духовном ученичестве учитель все больше и больше будет занимать место только такого же помощника, какое занимает, сообразно новейшим воззрениям, наставник в любой другой отрасли знания. Я достаточно отметил, как мне кажется, что в духовном ученичестве авторитет учителя и вера в него не должны играть иной роли, чем во всякой другой области знания и жизни. Мне кажется чрезвычайно важным, чтобы судили все правильней именно об этом отношении духовного исследователя к людям, интересующимся результатами его исследования. Таким образом, я надеюсь, что исправил эту книгу там, где десять лет спустя мне удалось найти места, нуждавшиеся в исправлении.
      К этой первой части должна будет примкнуть вторая. Она принесет дальнейшие разъяснения о душевном строе, который приводит человека к переживанию высших миров.
      Новое издание книги было уже напечатано, когда началась великая война., которую переживает теперь человечество. Мне приходится писать эти предварительные замечания с душой, глубоко взволнованной роковым событием.
      Берлин, 7-го сентября 1914 года. Рудольф Штайнер.
      Как достигнуть познаний высших миров.
      Предварительные условия.
      В каждом человеке дремлют способности, при помощи которых он может приобрести познания о высших мирах. Мистик, гностик, теософ. говорит о мирах души и духа, столь же действительных для него как и тот мир, который можно видеть физическими глазами, осязать физическими руками. Его слушатель в каждое мгновение может сказать себе: то, о чем он говорит, я также смогу познать, если разовью в себе некоторые силы, которые теперь во мне дремлют. Речь может идти только о том, как начать, чтобы развить в себе эти способности. Наставление к этому могут дать только те, которые уже обладают в себе этими силами. С тех пор как существует род человеческий, всегда существовали и школы, где обладатели высших способностей давали наставления искавшим этих способностей. Такие школы называются сокровенными школами, а обучение, которое в них сообщают, называется тайноведческим или оккультным обучением. Такое название естественно возбуждает недоразумение. Слышащий его может склонится к мнению, что участвующие в этих школах хотят изобразить собой какой-то особенный привилегированный класс людей, самовольно скрывающий свое знание от ближних. Пожалуй, он может также подумать, что за этим знанием не скрывается вообще ничего значительного. Ибо если бы оно было истинным знанием, - так склонны бывают думать, - то из него незачем было бы делать никакой тайны: можно было бы сообщать его открыто и сделать его блага доступным для всех людей.
      Посвященные в природу тайного ведения нимало не удивляются тому, что непосвященные мыслят таким образом. В чем состоит тайна посвящения, может понять лишь тот, кто сам до известной степени испытал это посвящение в высшие тайны бытия. Но можно спросить: каким образом у непосвященного может вообще возникнуть при подобных условиях какой-нибудь человеческий интерес к так называемому тайному ведению? Как и зачем будет он искать чего-то, он природе чего все же не может составить себе никакого представления? Но уже в самой постановке вопроса лежит совершенно ошибочное представление о сущности тайного ведения. Ибо в действительности с тайноведением дело обстоит совсем не иначе, чем со всяким другим человеческим знанием. Для среднего человека это тайноведение является тайной совсем в том же смысле, в каком умение писать является тайной для того, кто ему не учился. И как научиться писать может всякий, кто изберет для этого правильный путь, так и учеником или даже учителем тайноведения может сделаться всякий, кто найдет для этого соответствующий путь. Только в одном отношении условия здесь будут другими, чем при внешнем знании или умении. Благодаря ли бедности или вообще культурным условиям, в которых он родился, человек может быть лишен возможности научиться писать; но для достижения знания и умения в высших мирах не существует никаких препятствий для того, кто серьезно ищет.
      Многие думают, что нужно отыскать где-нибудь учителей высшего ведения для того, чтобы получить от них разъяснения. Но здесь надо иметь в виду две вещи. Во-первых, серьезно стремящийся к высшему ведению не пожалеет никаких трудов и не побоится никаких препятствий, чтобы найти посвященного, могущего ввести его в высшие тайны мира. Но, с другой стороны, каждый может быть уверен и в том, что посвященный найдет его при всяких условиях, если в нем есть серьезное и достойное стремление к познанию. Ибо существует строгий закон среди всех посвященных, обязывающий их не закрывать ни одному человеку доступа к подобающему ему знанию. Но существует и другой, столь же строгий закон, утверждающий, что никому не может быть выдано ничего из тайного ведения, если он к нему не призван. И посвященный тем совершеннее, чем строже он соблюдает оба этих закона. Духовный союз, обнимающий всех посвященных, это не внешний союз, но оба упомянутые закона образуют прочные скрепы, связывающие всех входящих в состав этого союза. Ты можешь жить в тесной дружбе с каким-нибудь посвященным, и все же ты до тех пор будешь отделен от него, пока сам не станешь посвященным. Ты можешь в самом широком смысле слова пользоваться расположением и любовью посвященного, но свою тайну он доверит тебе только тогда, когда ты для нее будешь зрел. Ты можешь льстить ему или подвергать его пытке: ничто не заставит его выдать тебе что-нибудь из того, что, как он знает, не должно быть тебе выдано, ибо на этой ступени твоего развития ты еще не умеешь правильного приема для этой тайны.
      Пути, делающие человека зрелым для принятия тайны, предуказаны совершенно точно. Их направление неугасимыми, вечными буквами предначертано в духовных храмах, где посвященные хранят высшие тайны. В древние времена, протекавшие до нашей "истории", эти храмы были видимы также и внешне; теперь, когда наша жизнь стала столь мало духовной, их нет больше в мире, видимом для внешнего глаза. Но духовно они имеются всюду ; и каждый ищущий может их найти.
      Только в своей собственной душе может человек найти средства, открывающие для него уста посвященных. Он должен развить в себе до определенной высоты некоторые качества, и тогда могут достаться в удел ему высочайшие сокровища духа.
      Некоторое основное настроение души должно послужить началом. Тайно исследователь называет это основное настроение путем почитания, благоговения перед истиной и познанием. Только тот, кто обладает этим основным настроением, может сделаться учеником тайноведения. Человек, опытный в этой области, знает какие наклонности заметны уже в детстве у людей, становящихся позднее учениками тайноведения. Есть дети, которые со священным трепетом взирают к некоторым, почитаемым ими лицам. Они испытывают перед ними благоговение, не дающее возникнуть у них в глубочайших тайниках сердца даже какой-нибудь мысли о критике или противоречии. Такие дети вырастают в юношей и девушек, которые бывают рады, когда они могут взирать на что-нибудь, достойное преклонения. Из числа подобных человеческих характеров выходит много учеников тайноведения. Если ты когда-нибудь стоял перед дверью почитаемого тобою человека и испытывал при этом первом посещении священный трепет, прежде чем нажать на ручку двери и вступить в комнату, которая являлась для тебя "чистилищем", то это чувство, проявившееся в тебе в то время, может стать зерном для твоего дальнейшего тайного ученичества. Счастье для каждого человека, если он в юности несет в себе задатки подобных чувств. Не нужно только думать, что эти задатки служат началом подчинения или рабства. Детское почитание к людям становится впоследствии почитанием к истине и к познанию. Опыт учит, что те люди лучше всего умеют держать голову прямо, которые научились почитать там, где почитание уместно. А уместно оно везде, где оно возникает из глубины сердца.
      Если мы не разовьем в себе глубоко коренящегося чувства, что существует нечто высшее нас, то мы не найдем в себе также и силы развиваться вверх, к высшему. Посвященный только таким путем завоевал себе силу поднять голову к высотам познания, что низвел свое сердце в глубины благоговейного почитания. Подняться к высотам духа можно, только проходя через врата смирения. Настоящего знания ты можешь достигнуть только научившись уважать это знание. Человек, несомненно вправе открывать глаза навстречу свету; но он должен завоевать себе это право. В духовной жизни есть также законы, как и в материальной. Натри стеклянную палочку соответствующим веществом, и она наэлектризуется, то-есть она получит силу притягивать малые тела. Это соответствует закону природы. Кто хоть сколько-нибудь учился физике, знает это. И точно так же всякий, знакомый с основными началами тайноведения, знает, что каждое развиваемое в душе чувство истинного благоговения пробуждает силу, которая рано или поздно может подвинуть нас вперед в познании.
      Кто обладает по наклонности благоговейными чувствами, или кто имел счастье взрастить их в себе благодаря соответствующему воспитанию, тот принесет с собой много благоприятных условий, если он в дальнейшей жизни будет искать доступа к высшим познаниям. Кто не принесет с собой подобной подготовки, для того на первой же ступени пути познания возникнет много затруднений, если он не начнет путем самовоспитания настойчиво порождать в себе благоговейное настроение. В наше время особенно важно обратить на этот момент все внимание. Наша цивилизация гораздо больше склонна к критике, к суду и суждению, нежели к благоговению и самоотверженному преклонению. У нас даже дети гораздо больше критикуют, чем самоотверженно преклоняются. Но всякая критика, всякое осуждение настолько же разрушает душевные силы, насколько самоотверженное преклонение их разбивает. Этим мы не хотим ничего сказать против нашей цивилизации. Дело здесь идет вовсе не о том, чтобы критиковать, эту нашу цивилизацию. Именно критике, самосознательному суждению и словам: "все исследуйте и лучше сохраняйте", мы обязаны величием нашей культуры. Никогда человек не достиг бы ни науки, ни промышленности, ни средств сообщения, ни правовых отношений нашего времени, если бы он всюду не применял критики, если бы он не прилагал ко всему мерки своего суждения. Но выигранное нами таким образом во внешней культуре мы должны были оплатить соответствующим ущербом в высшем познании, в духовной жизни. Следует подчеркнуть, что в высшем познании дело идет о преклонении не перед людьми, а перед истиной и познанием.
      Но одно должен уяснить себе каждый: то, что человеку, совершенно погруженному в поверхностную цивилизацию наших дней, очень трудно проникнуть к познанию высших миров. Он может достигнуть этого только при настойчивой работе над собой. В те времена, когда условия материальной жизни были проще, был легче достижим и духовный подъем. Достойное преклонения и почитаемое священным больше выделялось тогда над прочими мирскими отношениями. В критическую эпоху идеалы понижаются. Другие чувства выступают на свет вместо преклонения, почитания и удивления. Наша эпоха все больше оттесняет назад эти чувства, так что повседневная жизнь лишь в очень незначительной степени приводит человека в соприкосновение с ними. Искатель высшего познания должен породить их в себе. Он должен сам вливать их в душу. Этого нельзя достигнуть путем изучения. Это можно сделать только путем жизни. Желающий стать учеником тайноведения должен поэтому настойчиво воспитывать в себе способность к благоговейному настроению. Он должен везде вокруг себя, в своих переживаниях, находить то, что может понудить его к удивлению, к почитанию. Если при встрече с человеком я осуждаю его слабости, я похищаю этим у себя высшую силу познания; но если я любовно стараюсь углубиться в его достоинства, я накапливаю эту силу. Ученик тайноведения должен постоянно помнить о необходимости следовать этому указанию. Опытные тайно-исследователи знают, какой силой они обязаны тому обстоятельству, что они постоянно во всем взирают на доброе и удерживаются от порицающего суждения. Но это не должно оставаться только внешним жизненным правилом. Это должно овладеть самой внутренней глубиной нашей души. От человека зависит совершенствовать самого себя и со временем совершенно изменить себя. Но это изменение должно произойти в самой внутренней глубине его, в жизни его мыслей. Недостаточно, чтобы я внешне в моем поведении проявлял уважение перед каким-нибудь существом. Я должен иметь это уважение в моих мыслях. Ученик должен начать с принятия благоговения в жизнь своих мыслей. Он должен в своем сознании остерегаться неуважительных мыслей, осуждающей критики. И он должен прямо-таки стремиться к воспитанию в себе благоговейных мыслей.
      Каждое мгновение, когда мы останавливаемся, чтобы заметить в своем сознании, сколько в нас таится отрицательных, осуждающих, критических суждений о мире и жизни, - каждое такое мгновение приближает нас к высшему познанию. И мы быстро поднимаемся вверх, если в эти мгновения мы наполняем наше сознание только такими мыслями, которые вызывают в нас удивление, почитание, преклонение перед миром и жизнью. Через это у человека открываются духовные очи. Он начинает видеть вокруг себя вещи, которых он раньше не мог видеть. Он начинает понимать, что раньше он видел только часть окружающего его мира. Стоящий перед ним человек являет ему теперь совсем другой образ, чем прежде. Благодаря этому жизненному правилу он, правда еще не будет в состоянии увидеть то, что описывается, например, как человеческая аура. Ибо для этого нужно еще более высокое обучение. Но он может подняться к этому высшему обучению, именно только пройдя предварительно через настойчивое приучение себя к благоговению. (Общий обзор "пути познания" можно найти в последней главе моей книги "Теософия, введение в сверхчувственное познание мира и человека". Здесь же будут указаны только некоторые частные стороны, имеющие практическое значение.)
      Бесшумно и незаметно для внешнего мира происходит вступление ученика на "путь познания". Возможно, что никто и не заметит в нем перемены. Он исполняет свои обязанности, как и прежде; он занимается своими делами как и до того. Изменение происходит только во внутренней стороне его души, скрытой для внешнего глаза. Сперва вся душевная жизнь человека озаряется основным настроением благоговения перед всем действительно достойным преклонения. В этом одном основном чувстве сосредотачивается вся его душевная жизнь. Как солнце оживляет своими лучами все живущее, так преклонение оживляет в ученике все ощущения души.
      Вначале человеку нелегко бывает поверить, что такие чувства, как преклонение, почитание и т.д., имеют какое бы то ни было отношение к познанию. Это происходит от того, что мы склонны представлять себе познание, как такую способность, которая не находится ни в какой связи со всем, что происходит помимо нее в душе. При этом забывают, что познает-то именно душа. А для души чувства являются тем же, чем для тела вещества, которые доставляют ему питание. Если телу вместо хлеба подают камень, то деятельность его прекращается. Подобное же происходит и с душой. Для нее преклонение, уважение, благоговение являются питательными веществами, делающие ее здоровой; сильной, прежде всего для деятельности познания. Презрение, антипатия, осуждение чего-нибудь достойного признания причиняют ослабление и умирание познавательной деятельности. Для оккультиста этот факт видим в ауре человека. Душа, усвоившая себе чувства преклонения и благоговения вызывает изменение в своей ауре. Некоторые духовные световые оттенки, которые можно обозначить, как желтовато- и коричневато-красные исчезают и заменяются синевато-красными. Но вместе с тем раскрывается и способность познания; она получает весть о фактах вокруг себя, о которых она прежде и не подозревала. Преклонение пробуждает в душе симпатическую силу, при помощи которой нами привлекаются свойства окружающих нас существ, остающихся иначе скрытыми (оккультными).
      Еще действеннее становится достигаемое путем благоговения, когда к нему присоединяется еше другого рода чувство. Оно состоит в том, что человек научается все меньше отдаваться впечатлениям внешнего мира и взамен того развивает подвижную внутреннюю жизнь. Человек, который гоняется за впечатлениями внешнего мира и постоянно ищет развлечений, не найдет пути к тайноведению. Не притуплять себя для внешнего мира должен духовный ученик; но богатая внутренняя жизнь должна сама сообщить ему направление, в котором ему следует отдаваться ее впечатлениям. Глубоко чувствующий и богато одаренный душевно человек, проходя по прекрасной горной местности, переживает иное, нежели человек, бедный чувством. Лишь переживаемое внутри дает нам ключ к красотам внешнего мира. Иной едет по морю, и лишь немногие внутренние переживания проходят через его душу; а другой ощущает при этом вечный язык мирового духа; ему раскрываются тайные загадки творения. Мы должны уметь обращаться с нашими чувствами и представлениями, если хотим развить богатое содержанием отношение к внешнему миру. Внешний мир во всех своих явлениях исполнен божественной славы; но божественное надо сперва пережить в своей душе, если хочешь найти его в окружающем. Ученику тайноведения предлагается создавать в своей жизни мгновения, когда в тишине и одиночестве он погружается в самого себя. Но не тому, что связано с его "я", должен он отдаваться в эти мгновения. Это имело бы результат как раз противоположный тому, что ставиться здесь целью. Напротив, в эти мгновения он должен в полной тишине вызывать в себе отзвук пережитого, того, что сказал ему внешний мир. Каждый цветок, каждое животное, каждый поступок откроет ему в эти мгновения тишины негаданные тайны. И через это он подготавливается встречать новые впечатления внешнего мира совсем другими глазами, чем прежде. Желающий только наслаждаться, сменой впечатлений притупляет свою способность познания. Кто после наслаждения заставляет само это наслаждение открывать ему нечто, тот развивает и воспитывает свою способность познания. Но он должен приучиться не к тому, чтобы научиться вызывать в себе один только отзвук этого наслаждения, а чтобы путем отказа от дальнейшего наслаждения перерабатывать его своей внутренней деятельностью. Здесь кроется очень опасный подводный камень. Вместо того, чтобы работать в самом себе, легко можно впасть в обратное и пожелать еще раз вполне исчерпать наслаждение. Не нужно умалять значения того обстоятельства, что здесь открываются для ученика необозримые источники заблуждения. Ибо он должен пройти сквозь толпу своих душевных искусителей. Все они хотят ожесточить его "я", замкнуть его в себе самом. А он должен раскрыть его для мира. Правда он должен искать наслаждения; ибо только через него подходит к нему внешний мир. Притупляя себя для наслаждения, он становится подобным растению, не могущему больше привлекать к себе из своего окружающего питательных веществ. Он сохраняет тогда какое-либо значение только для себя, и никакое - для мира. Как бы богато ни жил он тогда в себе, как бы ни развивал свое "я", - мир выключает его из себя. Для него он мертв. Ученик рассматривает наслаждение только как средство облагородить себя для мира. Наслаждение является для него вестником, поучающим его о мире; но после этого обучения через наслаждение он спешит дальше, к работе. Он учится не для того, чтобы накапливать изученное, как сокровище своего знания, но для того, чтобы отдавать его на служение миру.
      Это - основной закон во всяком тайноведении, и его нельзя преступить, если мы хотим достигнуть какой-нибудь цели. Каждый учитель тайноведения должен запечатлеть его своему ученику. Он гласит: Всякое познание, которого ты ищешь только для обогащения твоего знания, только для того, чтобы накопить в себе сокровища, отклоняет тебя от твоего пути, но всякое познание, которого ты ищешь с тем, чтобы совершить работу на служении делу облагораживания людей и развития мира, подвигает тебя вперед.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11