Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Вселенная Наследия

ModernLib.Net / Шеффилд Чарльз / Вселенная Наследия - Чтение (стр. 55)
Автор: Шеффилд Чарльз
Жанр:

 

 


      – Я была здесь с исследовательской экспедицией два года назад. Сначала мы хорошенько осмотрели все снаружи при помощи ультрафиолетовых лазеров. Мы измерили Пирамиду в центре Стражника. Она стала меньше: всего восемьдесят восемь километров в основании вместо девяноста. Как всегда, поверхность не являлась препятствием для излучения. И мы попытались запустить зонд. Когда он соприкоснулся с поверхностью, радиальная составляющая его импульса изменила знак на противоположный. При встрече с поверхностью зонд летел со скоростью всего восемь метров в секунду, но бортовые приборы зарегистрировали резкое нарастание ускорения до 180 "g". Людей на борту не было, в противном случае их непременно бы убило.
      – Как и хайменоптов. – Каллик присвистнула, чтобы перевести все в шутку. – Вы считаете нас очень выносливыми, но всему есть предел, 180 "g" при скорости восемь метров в секунду. Считая поверхность упругой, глубина проникновения составила бы несколько сантиметров, после чего корабль отскочил бы в обратном направлении.
      – Все правильно. В прошлый раз так и случилось. – Дари знала о математических способностях Каллик, однако скорость вычислений всегда ее поражала. – Глубина проникновения не зависит от скорости. Это одна из тех особенностей, в которых я хотела бы на этот раз разобраться. Я уверена, что Квинтус Блум не прав, но в случае его правоты можно ожидать изменений в Стражнике.
      – Уважаемая профессор Лэнг, – почтительно донеслось из кресла пилота, находившегося справа от Дари. – Если такие изменения служат решающим доводом, тогда нужно признать, что теория Квинтуса Блума верна.
      При плоском и тонком, как крышка канализационного люка, туловище количество конечностей у Жжмерлии было таким же, как и у Каллик. Их хватало, чтобы одновременно управлять кораблем и работать за дисплеями. Новую картинку он вывел прямо перед Дари.
      – Поскольку вы упомянули ультрафиолетовые лазеры, я позволил себе применить тот же самый инструмент, пока вы беседовали. Вот картинка, полученная из недр Стражника. Я вижу множество объектов: сфер, цилиндров и конусов. Но, мое почтение, – лотфианин повернул свои бледно-лимонные глаза на коротких стебельках в сторону Дари, – я не вижу ничего, хотя бы отдаленно напоминающего Пирамиду.
      Стражник висел в пространстве прямо по курсу корабля. Не веря своим ушам. Дари прильнула к экрану. Пирамида просто обязана там быть. Она самый интересный объект внутри Стражника, и именно ее некоторые исследователи считают главным хранилищем знаний Строителей. Дари точно знала ее положение относительно других объектов внутреннего пространства Стражника. Она должна находиться…
      – Она исчезла. Квинтус Блум допускал такую возможность.
      – Более того. – Жжмерлия был как всегда вежлив. – В то время как вы с Каллик занимались серьезными делами, я позволил себе приблизить наш корабль к поверхности барьера. Естественно, очень медленно, так, чтобы мы не ударились, а корабль не получил повреждений при отталкивании.
      – Тебе не стоило беспокоиться. У всех кораблей в системе Стражника предусмотрена встроенная защита в случае предельного сближения с отталкивающей поверхностью.
      – Очень мудро. – Жжмерлия кивнул. – Но, видно, наш случай исключительный, и мы сейчас находимся, судя по показаниям внутренней навигационной системы, на два километра глубже пограничной поверхности. Мы внутри Стражника.
      Внутри Стражника! Как часто Дари мечтала туда попасть! Но теперь эта новость доставила ей мало удовольствия: она послужила очередным подтверждением правоты Квинтуса Блума. Возможно, они смогут беспрепятственно подойти к самому центру и изучить объекты, за которыми люди наблюдали давно, но за всю историю изучения Стражника не могли прикоснуться.
      Что же дальше? Вернуться на Врата Стражника как побитая собачонка, встать на колени перед Квинтусом Блумом и согласиться, что все действительно меняется, а его теория глобальнее, нежели ее собственная? (За исключением того, черт бы ее побрал, что она ее ни в грош не ставит.)
      – И нам посчастливилось попасть сюда, чтобы убедиться во всем своими глазами. – Жжмерлия заговорил снова, обращаясь скорее к хайменоптке, чем к Дари. – Ты абсолютно права, Каллик, и хорошо, что мы не задавали вопросов. Он понимал это, когда попросил нас разыскать профессора Лэнг и сопровождать ее, куда бы она ни направилась. Он знал, что нам предстоят открытия, о которых следует сообщить по возвращении.
      Мысли Дари окончательно смешались. Почему-то она ожидала услышать нечто подобное.
      – Ты хочешь сказать, что Квинтус Блум велел сопровождать меня?
      – Конечно, нет. – Каллик щелкнула, как бы выражая недовольство собой. – Наверное, я непонятно вам все объяснила, но мы никогда не встречались с Квинтусом Блумом. Жжмерлия говорит о капитане Хансе Ребке. Он связался с нами и сказал, что мы должны защищать вас и доставить в целости и сохранности на Врата Стражника.
      – Черт бы его побрал. Ну и нахальство.
      – В самом деле? – Жжмерлия вежливо наклонил головку и показал передней конечностью на панель управления. – Вы хотите продвинуться дальше? Или мы сейчас же возвращаемся на Врата Стражника?
      – Нет! Я не собираюсь возвращаться на эту планету, чтобы этот человек… эти люди… смеялись надо мной, когда я приползу назад. Давай прямо на… на…
      Жжмерлия выпучил глаза.
      – Мое почтение, но куда? Я не могу лететь, пока не узнаю конечный пункт назначения.
      Дари откинулась в кресле и закрыла глаза руками. Совершенно ясно, что надо предпринять дальше. Она проделала быстрое и короткое путешествие к Стражнику, надеясь каким-то образом раздобыть здесь необходимую ей информацию. Но затея провалилась. Даже если бы со Стражником не произошло никаких изменений, у Квинтуса Блума всегда оставался козырь – его собственный артефакт, и их спор не сдвинется с мертвой точки, пока Дари не отправится туда и не изучит его лично.
      – Составь последовательность Бозе-переходов, которая доставит нас в окрестности Мира Джерома. – Дари вздохнула и отняла от лица ладони. Сейчас не время путешествовать вслепую. – Мы должны добраться до Лабиринта.

9

      В лучах ослепительного утреннего солнца Врат Стражнику, посреди буйных зарослей цветов, источавших чувственный и хмельной аромат, стоял Луис Ненда. Он глубоко втянул воздух, с отвращением поморщился и сплюнул на землю.
      Угораздило же его застрять в этом дурацком мире! Теперь, чтобы выбраться отсюда, придется иметь дело с одним из самых малоприятных ему людей. Ненда с Атвар Ххсиал обмозговали создавшуюся ситуацию, но другого выхода так и не нашли. Ханс Ребка наверняка знает, куда отправилась Дари Лэнг, но по каким-то причинам скрывает это от них. Итак, Ненде предстояло выжать из него эту информацию.
      Как бы он хотел оказаться сейчас в каком-нибудь порядочном мире типа Кареллы, где все проблемы решаются нормальным путем. Тогда он получил бы от Ребки все, что нужно, очень быстро, врезав ему как следует.
      Но что толку в праздных мечтах! Ненда пошел прямо по клумбе, оставляя за собой цепочку следов, пока не добрался до входа в бунгало, где и остановился, соображая, куда лучше постучать. Вместо дверей в стене зиял открытый проем. Он фыркнул. Дом словно напрашивался, чтобы его ограбили. И он постучал прямо по стене.
      Тишина.
      Ненда прошел внутрь через гостиную, следуя запаху, возбуждавшему его гораздо сильнее, чем аромат цветов снаружи. Он еще не завтракал.
      В чистой, компактной и автоматизированной кухне Ребки не было. Там находился кто-то другой.
      Не тот дом! Ненда уже собирался пробормотать извинения и скрыться, но вдруг узнал в находившемся в кухне человеке ту самую высокую, элегантную женщину, которую он встретил, впервые появившись в Институте. Она сидела в белом платье, открытом сверху почти до самой талии, а снизу укороченном настолько, что Ненде и в голову не могло прийти, будто женщина, выставившая свои ноги напоказ до такой степени, может считать себя одетой.
      – Извините, – произнес он. – Я, наверное, ошибся. Я думал, Ханс Ребка остановился здесь.
      – Да, остановился. Но уже уехал.
      Совершенно очевидно, что она узнала его, но сам он, хоть убей, не помнил ее имени. Он огляделся, как будто имя могло быть написано на одной из стен.
      – А вам известно, где он сейчас?
      – Возможно. Меня зовут Гленна Омар, о чем вы, как видно, уже забыли. У вас такой вид, будто вы тоже хотите сбежать отсюда. Все вы одинаковы. Не кажется ли вам, что мужчины, способные лишь поцеловать и убежать, заслуживают лишь ненависти? Надеюсь, вы не из таких. Садитесь, угощайтесь.
      Она плавным жестом указала на стол, где стояла большая тарелка с дымящимися булочками и чашка чего-то горячего, весьма похожего на чай.
      Такова была цена информации. Луис сдался. Он сел напротив Гленны. Если узнает Атвар Ххсиал, – ни за что не поверит, но он хотя бы извлечет из всего этого пользу в виде завтрака.
      Она откинулась назад и вздохнула:
      – Ну, вот так-то оно лучше. А теперь мы можем познакомиться поближе. Хотя вас я уже немного знаю. Когда вы произнесли вчера: "Луис Ненда", я никак не могла вспомнить, где раньше слышала это имя.
      Луис не отвечал. Во-первых, у него был набит рот. С другой стороны, опыт подсказывал, что нельзя ждать ничего хорошего от людей, которые знают, как вас зовут.
      – А потом вспомнила. – Гленна подалась вперед, чтобы лучше продемонстрировать декольте. – Я работаю здесь, в Институте, специалистом по информационным системам и видела ваше имя в списке людей, которые сопровождали профессора Лэнг в одном из ее путешествий. Она кое-что о вас рассказывала. Вы находите ее привлекательной?
      – А? – Луис разрывался между едой и грудью Гленны, поэтому внезапная перемена темы разговора застала его врасплох.
      – Я спрашиваю, вы находите Дари Лэнг привлекательной?
      Жаль, что здесь нет Атвар Ххсиал – она сумела бы найти способ заставить Гленну отвечать на нужные ей вопросы. Луис же влип, как мальчишка. Он покачал головой.
      – Отнюдь.
      – Прекрасно. Но, знаете, мне кажется, она действительно обожает мужчин с других планет. – Гленна сильнее подалась вперед. – И это понятно. Все вы, уроженцы других миров, весьма загадочные персоны, да и такой нудной работкой, вроде моей, не занимаетесь, поэтому и не похожи на книжных червей. Вроде меня.
      Она выгнула брови, как бы приглашая возразить. Теперь Луис понял, на что неприкрыто намекает сидящая перед ним особа, и это помогло ему собраться. Она из породы коллекционеров. Такие встречались ему раньше. Хитрость заключалась в том, чтобы выудить из нее нужную информацию, не оставив собственную голову или другие важные части тела в качестве трофеев над ее кроватью.
      Он пристально взглянул ей в глаза.
      – Думаю, Ханс Ребка действительно нравится Дари. Он повидал сотни разных планет.
      – Очень может быть. – Гленна улыбалась, как кошка, наевшаяся сметаны. – А сама-то она ему нравится? Я бы не сказала, чтобы очень, и тому есть подтверждение. Отношения обречены, когда к ним стремится только одна сторона. Влечение должно быть взаимным. Согласны?
      – Ваша взяла. Значит, Ханс послал ее, да? И правильно сделал. Держу цари, она взбесилась.
      – Чуть не грохнулась на месте. Сказала, что покидает и его, и Врата Стражника, а потом вылетела пулей. Но я-то знаю: ей: нравятся мужчины с других планет. А вы, между прочим, совсем ничего. Не могу удержаться, чтобы не спросить: Дари когда-нибудь заигрывала с вами?
      – Пожалуй, нет. Но некоторые вообразили, что нечто подобное имело место.
      – И могу спорить, они были правы. – Гленна повернула голову так, чтобы одарить Луиса косым, застенчивым взглядом. – Вы очень привлекательны. Это на вас написано.
      "Правильно. А еще я на фут ниже и на фут шире тебя, к тому же весь в шрамах и волосах, и запеленут в одежды так туго, что при всем желании мне и за полчаса из них не выбраться. Какой еще, к черту, несуразности надо, чтобы выбить из тебя эту дурь?" Луис попытался выжать улыбку, из которой в конечном счете получился отвратительный оскал.
      – Не стоит так терзать мужчину, мэм, особенно с утра. Это жестоко. Знаете, у меня ведь есть дела.
      – У меня тоже. Зовите меня просто Гленной. Что вы делаете сегодня вечером?
      – Ничего особенного. Мне показалось, что у вас с Хансом Ребкой…
      – Пожалуйста! – Изящная ручка плавным жестом перечеркнула всякую возможность подобной мысли. – Мы просто друзья.
      "Ты хотела сказать – твоя коллекция уже пополнилась".
      – Рад слышать.
      – Да к тому же он собрался куда-то за пределы системы. – Гленна состроила недовольную гримаску и, коснувшись предплечья Луиса, провела ладонью по его руке. – Так может сегодня вечером?
      – Может быть. – Взяв ее руку в свою, Ненда тожественно поклялся себе отвалить с этой планеты еще до захода солнца. – А сейчас мне нужно поговорить с Хансом Ребкой. Куда он ушел?
      – В техническую лабораторию. Чинить мозги какому-то дурацкому вживленному компьютеру, устроившему себе короткое замыкание на обеде у профессора Мерады. – Теперь, добившись своего, Гленна старалась быть особенно великодушной. – Я могу показать дорогу туда – это там, наверху, на холме.
      Луис уже спешил к выходу. До вечера оставалось не так уж много времени. Лаборатория, видимо, находится в пяти минутах ходьбы отсюда, а если бегом – и того меньше.
      Он было подумал, что уже обрел свободу, но Гленна вновь придержала его и развернула лицом к себе. Ее голубые глаза широко распахнулись.
      – Я вспомнила еще кое-что в рапорте Дари Лэнг. Она сообщила про ваше наращение. – Гленна, вздрогнув, закусила нижнюю губку. – Это так очаровательно. В любом случае мне интересно узнать, что скрывается у вас под одеждой. Пообещайте мне, что покажете.
 
      Свое намерение припустить бегом Луис не только не оставил, но тут же осуществил и оказался возле технической лаборатории две минуты спустя. Он вошел внутрь и неожиданно оказался свидетелем действа, напоминавшего страшное и отвратительное преступление.
      Тело Ввккталли сидело в металлическом кресле, туго обмотанное лентами. Череп был горизонтально расколот прямо над ушами, вследствие чего черепная крышка болталась теперь у него перед глазами на лоскутке кожи.
      За креслом стоял Ханс Ребка. В руках он держал предмет, напоминавший лопатку для колки льда, но с гораздо более тонким острием. Наклонявшись, он вонзил его в серый овоид обнаженного мозга компьютера.
      Ненда прошел вперед и встал за спиной у Ребки.
      – Что случилось? Слетел с катушек?
      Ребка, не поднимая головы, продолжал вводить зонд.
      – Вроде того. Два дня назад на обеде он зациклился. Я поговорил с ребятами с Миранды, и они мне объяснили, что произошло общее логическое замыкание. Заодно рассказали, как осуществить холодный запуск.
      – А связывать зачем?
      – Для защиты. Они сказали, что во время загрузки возможна кратковременная неадекватность поступков. Нам не нужно, чтобы он ходил сквозь стены.
      Ребка отыскал наконец нужную точку и сделал последний укол. Тело в кресле дернулось. Ребка подхватил болтающуюся крышку черепа, повернул ее и установил в нормальное положение. Замки защелкнулись, образовав, аккуратный герметичный шов, который скрыли волосы.
      – Надо дать около тридцати секунд на загрузку памяти, тогда увидим, получилось что-нибудь или нет. – Ребка выпрямился во весь рост и пристально посмотрел на Ненду. – Чего тебе надо? Вчера я рассказал все, что знаю.
      Ненда тоже выпрямился, но все равно они с Ребкой были на полголовы ниже любого обитателя Врат Стражника. Он внутренне напрягся. Если б они были собаками, то в этот момент они бы уже рычали друг на друга, оскалив клыки и вздыбив шерсть. Рано или поздно они на самом деле сцепятся. Ненда знал, что Ребка желает этого не менее страстно, чем он сам. Но сегодня надо сдержаться.
      Прежде чем начать говорить, Ненда глубоко вздохнул.
      – Слышал, ты отбываешь с Врат Стражника.
      – Ничего странного. Я вольная птица.
      – Если ты летишь вслед за Дари Лэнг, я хочу предложить тебе сделку. Возьми нас с собой. У нас есть информация, которая наверняка ее обрадует, а нас интересует ее мнение по этому поводу.
      – Кто это "мы"?
      – Я и Атвар Ххсиал.
      – Мне бы следовало догадаться. Пара отъявленных мошенников, все еще пытающихся вернуть себе Каллик и Жжмерлию. Оставь, Ненда. – Ребка сделал шаг вперед. – Они вам больше не рабы.
      Сегодня нельзя драться. Но похоже, без драки все-таки не обойтись.
      – Ты плохой врун, Ханс Ребка. – Ненда чувствовал, как раздуваются его ноздри. – Вчера ты говорил, что не знаешь местонахождение ни того, ни другого.
      – А я и не знаю. Неужели ты еще не уяснил это своими куриными мозгами? Не знаю я где Дари Лэнг, Каллик или Жжмерлия. Теперь, наконец, ясно? – Ребка хмурил брови, но на лице его скорее угадывалось огорчение, нежели злоба. – Какого черта ни один из них мне не позвонил?
      – Дари?
      – Нет. Она меня люто ненавидит и не позвонила бы, даже если б я попросил.
      – Прекрасно. То есть паршиво, потому что нам надо найти ее.
      – Я имел в виду Каллик или Жжмерлию.
      – Ты сказал, чтобы они позвонили?
      – Нет. Я просил их найти Дари и сопровождать ее, но звонить я им не поручал.
      – Тогда ты еще глупее, чем я думал. А они все еще не избавились от холопских привычек слепо повиноваться приказу. Постой-ка. – Глаза Ненды округлились. До него наконец дошел смысл последней фразы Ребки. – Так это ты велел им отправиться? Ты приказал моей рабыне и рабу-переводчику Атвар Ххсиал отправиться за Дари Лэнг?
      Еще несколько секунд, и в ход пойдут кулаки, зубы и ноги. Мужчины незаметно для себя двигались к открытому месту, принимая на ходу боксерскую стойку. Внезапно из глубины лаборатории раздался оглушительный чих.
      За ним последовали стон, покашливание и громкая отрыжка. Ввккталли корчился в кресле, пытаясь выбраться из пут, и непонимающе озирался вокруг.
      – Куда делся обеденный стол? И где все люди?
      Ребка поспешил к нему.
      – С тобой все в порядке?
      – Конечно. Но где я?
      – В лаборатории. Мне пришлось осуществить холодный запуск. Что из последних событий ты помнишь?
      – Я сидел за обеденным столом, слушая Квинтуса Блума и Дари Лэнг. Тут профессор Лэнг начала комментировать логические несоответствия в утверждениях Блума, будто Строители являются путешественниками во времени, то есть людьми из будущего. Что влечет за собой…
      – Ты хочешь, чтоб из него опять винтики посыпались! – Ненда прыгнул вперед и встряхнул вживленный компьютер, прервав его на полуслове.
      – Господи, ты прав. – Ребка схватил Ввкк за руку. – Прекрати немедленно. Выброси все мысли насчет путешествий во времени, пока с Миранды не сообщат, почему твоя программа зациклилась.
      – Но если Строители действительно из будущего…
      – Сейчас же прекрати! Думай о чем нибудь другом. Думай о… Господи, да о чем же? Ненда, помоги. Ввкк, поговорим о космическом путешествии. Расскажи Ненде, что мы с тобой собирались сделать, покинув Врата Стражника.
      – Мы планировали отправиться на Парадокс, который капитан Ребка знает очень хорошо потому, что несколько лет назад работал там. Мы попытаемся попасть внутрь, используя некоторые мои особенности, несмотря на то, что, как вам вероятно известно, до сих пор никому не удавалось благополучно проникнуть туда и выйти обратно. Артефакт, известный под названием Парадокс, подразумевает, что Строители…
      – Ни слова о Строителях! Расскажи про Дари Лэнг. Ответь, Ввкк, известно ли мне, куда отправилась Дари. Ненда думает, что я скрываю это от него.
      – Он действительно не знает. – Ввккталли повернулся к Луису Ненде. – Мы с ним обсуждали этот вопрос, но в итоге ничего положительного не достигли. Почти наверняка Дари Лэнг исследует один из артефактов. После нашей последней беседы с капитаном Ребкой я попытался вычислить вероятность, на какой из артефактов могла отправиться Дари Лэнг. Результаты можно расположить в следующей последовательности в порядке уменьшения вероятности: Свертка Торвила – 0.0045; Мантикор – 0.0037; Рейнхард – 0.0035; Слон – 0.0030; Кокон – 0.0026; Линза – 0.0024; Пуповина – 0.0024; Мадьяр – 0.0022; Парадокс – 0.0021; Рог – 0.0019…
      Пока Ввккталли с монотонностью автомата выдавал информацию, Ненда свирепо смотрел на Ханса Ребку.
      – Не можешь его заткнуть? Ему осталось еще тысяча двести с лишним.
      – К чему беспокоиться? Это убережет его от аварии. – Ребка ответил не менее свирепым взглядом. – Все еще хочешь начать?
      – С огромным удовольствием. Но, к сожалению, прямо сейчас я не могу позволить себе такую роскошь. – Ненда отступил на четыре шага, чтобы его нельзя было так просто достать. – Мне нужно разыскать Дари Лэнг, а ты не говоришь, где она. Поэтому придется выяснить самому. А от возни с тобой проку мало. Я ухожу.
      В дверях он обернулся для последнего выпада.
      – Приятного путешествия на Парадокс тебе и твоему придурковатому товарищу. Кто знает, не встречу ли там я вас обоих. Но надеюсь, что нет.
      Ребка не замедлил огрызнуться:
      – Пошел ты…
      – Фамбезу – 0.0015, – в тон ему произнес Ввккталли.
      – Сам пошел, – проревел Луис Ненда.

10

      Всего лишь год назад Дари Лэнг была тихим кабинетным работником Института артефактов. Никогда в жизни не покидала она Врата Стражника. Высшим смыслом ее существования было очередное издание "Каталога". Но затем последовало путешествие в систему Добеллии, за которым последовала ее странная одиссея. Тектон, Жемчужина, Ясность, Дженизия, Свертка Торвила и, наконец, возвращение домой.
      И все это меньше чем за год; поэтому теперь Дари, считавшей себя бывалой путешественницей по отдаленнейшим закоулкам рукава, с трудом верилось, что тот тихий кабинетный работник когда-то существовал.
      Но время от времени она получала прямые доказательства того, что ее новый опыт слишком скороспел – и весьма ограничен.
      Дари изучила конфигурацию Бозе-сети и вычертила последовательность перебросок, которые должны были доставить их корабль "Миозотис" от Стражника до Лабиринта, с заходом в Мир Джерома. Это заняло много часов кропотливого труда, но результатом она была довольна. Каллик ненароком увидела, как она переписывала файл в базу данных, откуда запускалась последовательность команд.
      – Мое почтение, – и маленькая хайменоптка кивнула. – Это, случайно, не первый ваш опыт по использованию Бозе-сети?
      – Пользоваться мне доводилось и раньше, но возможность составить собственную последовательность перебросок мне действительно представилась впервые.
      Каллик внимательно изучала файл. Дари ждала, надеясь услышать похвалу. Вместо этого Каллик пошипела, посвистела и произнесла:
      – Прошу прощения. Но позволено ли мне будет произвести оценку энергетических затрат при входе в некоторые узлы?
      – Конечно.
      Каллик скопировала файл и вернулась к своему терминалу, предназначенному для существа с восемью многопалыми конечностями. Через несколько минут она без единого комментария перекинула другой файл на терминал Дари. Та сразу же увидела, что он содержит совершенно иной путь через Бозе-сеть. Она взглянула на время переброски. Оно оказалось почти в два раза меньше, чем у нее. Тогда она обратилась к расходу энергии: всего лишь четверть от вычисленного ею.
      – Каллик, как тебе это удалось?
      Хайменоптка наклонила головку.
      – Мое почтение, профессор Лэнг, но развитый интеллект даже вашего уровня не может заменить скромный практический опыт. Когда я служила господину Ненде, мне приходилось неоднократно работать с Бозе-сетью.
      Бывшая рабыня Луиса Ненды не могла себе позволить прямого указания представительнице человеческого рода на ее невежество. Дари попыталась перенести возникшее чувство злости с самой себя на Ненду, но вместо этого вдруг обнаружила, что волнуется за него. Где он? Жив или нет?
      Она сдалась. Место ее собственного плана занял план Каллик, и она приготовилась его осуществить.
      Путешествие по Бозе-сети является странной смесью досветовых и сверхсветовых участков. Это, в свою очередь, требовало наличия как Бозе-двигателя, так и стандартного двигателя, которые должны использоваться последовательно, иногда с интервалами, иногда с предварительным набором мощности.
      Дари обдумывала первый прыжок, нерешительно положив руки на клавиатуру. Ее размышление о том, где лучше осуществить первый переход в досветовой режим внезапно прервала возня Жжмерлии, заглядывающего ей чрез плечо. Стебельки глаз лотфианина вытянулись на всю длину в разные стороны таким образом, что он мог смотреть одновременно на клавиатуру и на дисплеи.
      – Мое почтение. – Жжмерлия распустил вокруг Дари свои похожие на палки конечности. Клавиши под ними так и защелкали, мелькая столь быстро, что уследить за ними не было никакой возможности. Когда через несколько секунд все кончилось. Дари увидела, что "Миозотису" задана последовательность команд для каждого шага их путешествия от Стражника до Лабиринта.
      На сей раз она не стала спрашивать Жжмерлию, как ему это удалось. Ей вовсе не улыбалось снова услышать беспощадное объяснение, что данная работа вовсе не требует особого таланта, а всего лишь немного опыта. Вместо этого она возвратилась в свою каюту, досадуя, что чувствует себя лишней на своем собственном корабле.
      Когда она со своими навыками еще раз сядет в лужу? Этого Дари не знала, но внутренний голос продолжал напоминать ей, что во всех предыдущих прыжках в неизвестное (типа грядущего исследования Лабиринта, как сказал тот же голос) ее опорой были искусство и многолетний опыт Ханса Ребки.
      Вполне возможно, что ее злокозненное решение оставить Врата Стражника не сказав ему ни слова, было не слишком разумным. Однако это его вина. Нечего было заводить шашни с Гленной Омар.
      (Интересно бы выслушать его мнение на сей счет! Внутренний голос сегодня слишком разговорчив. Ты ведь знаешь, как относятся к сексу в примитивных мирах Круга Фемуса. Ты и сама говорила много раз, что все тамошние жители словно помешались на сексе. Для них случайная связь – простое и необременительное событие, словно обед с кем-нибудь вдвоем. А с другой стороны, насколько виноват Ханс в том, что поддался соблазну? Тебе ведь известно, что Гленна не задумываясь отдается любому с двумя руками и с двумя ногами при условии, что он прилетел с другой планеты.)
      На третий день путешествия злость сменилась раскаянием. Она подошла к Жжмерлии, сидевшему в кресле пилота.
      – Ты можешь установить сверхсветовую связь с Вратами Стражника?
      – Конечно. Но это дорогое удовольствие, потому что потребуется подключение трех Бозе-узлов.
      – Ерунда. Я хочу поговорить с Хансом Ребкой.
      – Очень хорошо, – но вместо того, чтобы немедленно броситься исполнять команду, Жжмерлия заколебался.
      – Чего тебе не хватает? – Дари слишком долго общалась с ним, чтобы не понимать: подобная пауза означает неуверенность.
      – Когда вы свяжетесь с капитаном Ребкой, мы с Каллик будем вам очень признательны, если вы зададите ему наш вопрос.
      – Разумеется.
      – Спросите его, пожалуйста, зачем он поручил нам поехать за вами в космопорт и сопровождать вас в этом путешествии. Мы обсуждали это между собой, но так и не нашли ответа. А когда мы не уверены, что правильно исполняем приказания, нам неудобно.
      – Хорошо. – Размышления Дари относительно Ханса Ребки приобретали все более мирный характер, но сейчас, когда ее вдруг осенило, что он приставил к ней соглядатаев, вернулась былая злость. Он наверняка считает ее слишком глупой и наивной, чтобы самой позаботиться о себе. – Не сомневайтесь, я обязательно спрошу. Включайте связь!
      Когда Жжмерлия наконец подал знак, что она может говорить. Дари взглянула на экран со странной смесью волнения, раздражения и трепета в сердце. Но все это оказалось напрасным. Перед ней на экране возникло лицо почти незнакомого ей человека – институтского оператора связи, с которым прежде ей доводилось говорить всего несколько раз.
      – Соедините меня с Хансом Ребкой.
      Голова на экране кивнула.
      – Я знаю, кто вам нужен. Но мы не можем этого сделать, поэтому ваш звонок переадресовали мне.
      – С ним что-то случилось? – Дари вдруг ужасно испугалась.
      – Насколько нам известно – ничего особенного. Он покинул Институт сегодня утром.
      – Он не сказал, куда направляется?
      – Лично меня он не информировал, но вживленный компьютер Ввккталли отбыл с ним. Талли передал, что они собираются исследовать артефакт под названием Парадокс. С вами все в порядке? – Оператор увидел выражение лица Дари. – Может, соединить вас с кем-нибудь еще?
 
      С исчезновением Ханса Ребки все стало проще.
      Никто иной, как Ханс неоднократно повторял Дари: "Люди твердят о жизни как об игре. Но даже если она действительно – игра, то вовсе не похожа на карточную. В жизни нельзя сбросить карты, если они тебе не нравятся, в надежде, что сдадут другие. Ты играешь теми картами, которые у тебя на руках, и изо всех сил стараешься выиграть именно ими".
      О ставках Ханс не говорил, но в его ситуациях зачастую это была его собственная жизнь и жизни тех, кто находился с ним рядом. Какие ставки были на этот раз. Дари не знала. В любом случае – ее авторитет и репутация. А сверх того может быть все что угодно, начиная с будущего Института артефактов и кончая будущим рукава.
      Действительно, ставки высоки, даже если она не могла в них до конца поверить.
      Ситуация, в которой оказалась Дари, была попроще: только она сама, со всеми ее плюсами и минусами, и двое чужаков. Несомненно, очень умных, но все равно – чужаков, настолько привыкших раболепствовать, что теперь крайне трудно заставить их проявить инициативу.
      Кроме того, существовала одна вещь, ценность которой Дари до сих пор не могла определить. Она взяла с собой полную копию файла, касающегося Лабиринта, преподнесенного в дар Институту Квинтусом Блумом. В нем содержались все его последние труды, как аналитические, так и теоретические, и Дари, конечно же, изучит их. Но гораздо большую ценность представляли практические сведения: точная хронология открытия и исследования нового артефакта, результаты всех физических замеров и все изображения, полученные как внутри, так и снаружи Лабиринта.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67