Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Драконы Новой эры (№3) - Предвестие Вихря

ModernLib.Net / Фэнтези / Рейб Джейн / Предвестие Вихря - Чтение (стр. 3)
Автор: Рейб Джейн
Жанр: Фэнтези
Серия: Драконы Новой эры

 

 


Молодая поросль всего за несколько лег стала могучими деревьями. Эти гиганты возвышались над землей на сотни футов и казались вековыми деревьями, хотя им было от силы десять лет. Земля, даже холмы, прежде густо поросшие травой, быстро покрылась папоротниками, сарсапарелем и пальметтами.

Мир перед глазами Ферил продолжал меняться. Глубокие водоемы превратились в грязные болота, река обмельчала, ее дно поросло водорослями, на берегах появились крокодилы. Залив Нового моря, который когда-то был кристально голубым и ласкал взгляд, стал серо-зеленым и мутным, а позже и вовсе потемнел, покрывшись слоем мха. Со дна к водной поверхности залива тянулись растения, выстилая наверху целый ковер.

Восточное побережье Нового моря исчезло, будто никогда не существовало, вместо него распростерлось огромное болото, чем-то привлекшее Ферил. Ее сознание уплывало все дальше от тела, она пьянела от чувства сопричастности к происходящему. «Я ненадолго», – уговаривала себя эльфийка.

Над заболоченным заливом кружили облака мелких мушек, из воды выползали змеи. Сначала они были небольшими, но, удаляясь, увеличивались в размерах. Белые цапли, журавли, фламинго, скользящие по водной глади, были намного крупнее и красивее, чем Ферил могла себе представить. Жабы и черепахи скапливались на берегу, поедая насекомых, и росли на глазах. Магия черной драконицы, бывшая в то же время магией этой земли, растила и лелеяла их и одновременно – Ферил. Болото убаюкивало ее, как ребенка успокаивают материнские руки.

– Болото могло бы быть мне домом, – услышала она собственный голос. – Прекрасное болото… болото… – Ферил все труднее было подбирать слова. – Лишь ненадолго.

Дышать становилось тяжелее. Грудь что-то сжимало. Чувства смешались, но это не волновало эльфийку, она сливалась с лесом, небом, болотом.

– Ферил! – ворвался в ее прекрасный мир крик, – Ферил!

Ворчун бросился на змею, которая спустилась с дерева и кольцами обвила эльфийку. Полулюдоед ругал себя за глухоту, за то, что, не слыша происходящего, недодумался вернуться и посмотреть, за уверенность в том, что Ферил в безопасности. Он оставил ее, увлекшись поисками следов оленя, но Дикий, рыча, заставил Ворчуна повернуть назад.

Эльфийка даже не пыталась сопротивляться и спокойно лежала в объятиях змеи, хвост которой уже обвивал ее шею, когда Ворчун бросился к Ферил и его сильные руки начали разматывать страшный клубок. Хвост был таким толстым, что его трудно было обхватить. Змея, состоящая из одних мускулов, была сильнее полулюдоеда и не оставляла намерения убить эльфийку.

Дикий рычал, время от времени впиваясь зубами в тело змеи, но она была так велика, что волк не мог серьезно ее ранить.

Ворчун выхватил кофель-нагель и стал вспарывать кожу змеи по направлению к голове, туда, где продолжал атаковать Дикий. Змея подняла голову и обнажила зубы. Воспользовавшись моментом, Ворчун глубоко вонзил кофель-нагель между глазами твари. Он бил снова и снова, не слыша шипения змеи, рычания волка и треска лопнувшего гигантского черепа. Лишенный слуха, он раз за разом погружал свое оружие уже в мертвое тело змеи.

Наконец Ворчун отбросил кофель-нагель и, упав на колени, принялся распутывать Ферил, молясь, чтобы все обошлось.

– Ферил быть все хорошо. Пожалуйста, – глухо всхлипывал он. – Ферил быть живая.

Его труды увенчались успехом – эльфийка открыла глаза. Полулюдоед легко поднял ее на руки и понес прочь от убитой змеи.

– Ферил есть все хорошо, – повторял он. – Ферил есть все хорошо.

Эльфийка внимательно посмотрела Ворчуну в лицо, на его нахмуренные брови. Мысли прояснялись. Она поняла, что вернулась в мир, в котором лишилась Золотой Луны и Шаон, в мир, погибающий из-за Дамона Грозного Волка. Ферил наклонила голову и посмотрела вниз, на землю.

– Я в порядке, Ворчун, – сказала она, зная, что он ее не услышит.

Полулюдоед отпустил ее, поддерживая за руку, пока не убедился, что она может стоять сама. Волк терся о ноги эльфийки мокрым носом, приободряя и придавая ей мужества. Ферил вновь посмотрела наверх и, встретив обеспокоенный взгляд Ворчуна, большим пальцем указала на себя и улыбнулась. Этот жест означал, что все отлично. Но это было неправдой – грудь жгло, ребра ломило, а чувство удовлетворенности и спокойствия, испытанное в этом месте раньше, покинуло ее.

Ворчун указал на мешок, лежавший рядом с мертвой змеей.

– Нашел обед, – сказал он. – Мясо. Фрукты. Змея. Сегодня больше нет охоты. Нет больше разговоров со змеями.

Ферил кивнула и позволила полулюдоеду отвести ее обратно к товарищам.


Джаспер разочарованно смотрел на добычу, принесенную друзьями. Однако, распробовав, он обнаружил, что мясо змеи мягче мяса ящерицы, а фрукты приятны на вкус. Он съел более чем достаточно, чтобы набить желудок, а потом уселся на землю, прислонившись спиной к дереву, и стал смотреть на заходящее солнце.

Риг слушал рассказ Ферил о болоте, о том, как она видела его рождение, и ежеминутно задавал вопросы. Ферил описывала свое приключение, а Ворчун бурно жестикулировал, изображая схватку со змеей. Фиона тем временем обрабатывала змеиную кожу, из которой могли бы получиться превосходные ремни.

Гном, не замечая оживленного разговора товарищей, копался в кожаном мешочке. Он достал большую застежку для ремня, которую Риг нашел в грязи, и приколол ее к ручке скипетра. Потом Джаспер взмахнул Кулаком Э'ли в полумраке южного вечера, наслаждаясь сверканием драгоценных камней, и почувствовал в пальцах приятное покалывание.

Глава 4

Украденные мысли

– Кулак Э'ли, – прошептала Аша.

Она ходила взад-вперед по залу мимо запертой двери в библиотеку. Наконец она остановилась перед картиной, висящей на стене, и тяжело вздохнула. На полотне, написанном ею много лет назад, была изображена ивовая роща, под деревьями сидел Палин с маленьким Алином на коленях. Аша пальцами коснулась завитков масляной краски – прошлась вдоль ствола дерева к лицу мужа.

Такие деревья росли на острове эрдов и в лесу Квалинести, хотя, по правде говоря, деревья владыки Бериллинтранокс были крупнее. Аша видела их, когда была в плену у эльфов, пока Палин, Ферил и Джаспер разыскивали Кулак Э'ли. Сейчас Ферил и Джаспер, наверное, в похожем месте, в лесу, где властвует черная драконица…

Она закрыла глаза и снова попыталась вспомнить. Квалинести. Лес. Кулак Э'ли.

Вспомнить.


Аша видела, как Палин уходит, как лес скрывает его, Ферил, Джаспера. Мир перед глазами стал зеленым, и она почувствовала себя одиноко и растерянно. Происходящее немного пугало. Какое-то время она слышала лишь свое взволнованное сердце. Потом к его биению присоединилось мягкое шуршание листьев на легком ветру.

Птицы на ивах снова запели. До нее доносилось шуршание енотов, бурундуков, белок. Аша прислонилась к толстому стволу высокого дерева и постаралась расслабиться под звуки тропического леса. При других обстоятельствах или если бы муж был рядом, она могла бы наслаждаться окружающей красотой или хотя бы спокойно наблюдать происходящее вокруг. Но теперь Аша чувствовала себя неловко, будто грубо, без приглашения вторглась в эльфийский лес, и невольно вздрагивала от любого треска.

Она глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, и, упрекая себя в излишней нервозности, тихо помолилась Богам, чтобы муж был жив, здоров и невредимым вернулся к ней, и чтобы нашел древний скипетр, чтобы она сама не пострадала, чтобы эльфы поняли, что она и Палин действительно те, кем представились.

Аша не была так уверена в благополучном исходе дела, как пыталась показать, уговаривая товарищей оставить у эльфов именно ее. Она сомневалась, что Палин сможет найти артефакт за несколько недель, отведенных для этого эльфами, как сомневалась в том, что скипетр вообще существует, полагая, что он мог быть лишь вымыслом старого ученого.

И все же Аша чувствовала, что эльфы, остановившие их и не поверившие, что ее муж действительно один из самых могущественных магов Кринна Палин Маджере, остаются где-то поблизости.

Когда остальные исчезли в лесу, квалинестийцы оставили ее наедине с собственными мыслями, но Аша продолжала ощущать, как их взгляды впиваются ей в спину. Она представила себе эльфийские луки и стрелы, которые могли в нее полететь в любую минуту, и делала все возможное, чтобы выглядеть сдержанной и спокойной, пытаясь не дать эльфам повода думать, что ее удалось испугать. Она сдерживала дрожь в пальцах, смотрела прямо перед собой и не шелохнулась, услышав позади себя чей-то голос:

– Аша.

Ее имя прозвучало, как дуновение ветра. Голос принадлежал эльфийке, предводительнице квалинестийцев.

– Аша Маджере, так ты себя называешь.

В голосе звучали насмешливые нотки.

– Настоящая Аша Маджере не стала бы вторгаться в наш лес.

Неожиданно эльфийка вышла из тени и двинулась к женщине. Кусты неподалеку шевельнулись, выдавая спрятавшихся в них лучников.

– Кто ты? – спокойно спросила Аша.

– Твоя хозяйка.

– Как тебя зовут?

– Имена дают некоторую власть, Аша Маджере. Я не дам тебе возможности получить надо мной власть. Придумай для меня имя, если тебе это так нужно. Людям необходимо ко всему и ко всем приклеивать таблички с названием.

Аша вздохнула:

– Тогда я просто не буду к тебе обращаться. Я буду считать тебя своей хозяйкой, как ты желаешь, ничего более. Никаких близких отношений, даже намека на дружбу. Это, как мне кажется, тоже дает некую силу.

Эльфийка улыбнулась:

– А ты смелая, Аша Маджере, кем бы ты в действительности ни являлась. Я награжу тебя за это. Ты осталась у нас, пока твой дорогой муж отправился за своей смертью. Ты глупа, женщина. Ведь он, скорее всего, не вернется, и мне придется решать, что с тобой делать. С нами ты остаться не можешь. Так что же мне с тобой делать? Может, оставить тебя для дракона?

– Палин отыщет скипетр и вернется, – ответила Аша, глядя прямо перед собой. – Он тот, за кого себя выдает, и я та, за кого себя выдаю. Палин Маджере найдет то, что ищет.

– Кулак Э'ли, – уточнила эльфийка. – Если он не Палин Маджере, но сумеет отыскать Кулак Э’ли, мы отнимем у него его находку.

– «Так вот почему вы отпустили его, – подумала Аша. – Хотели, чтобы он добыл для вас скипетр».

– Он Палин, – повторила она вслух. – И ему удастся.

Рядом с высоким широколистым папоротником мелькнуло чье-то лицо с чуть оттопыренным острым ухом. Аша довольно подумала, что эльфы не такие уж и незаметные. Потом она взглядом скользнула по луку со стрелами. Возможно, эльф хотел, чтобы его увидели, таким образом пригрозив ей.

– Ему удастся? – повторяла эльфийка как попугай. – Вряд ли.

Она подошла к Аше еще на несколько шагов, повернула голову, чтобы взглянуть ей в лицо, впиваясь зелеными глазами в золотые глаза.

– Десятки моих людей пытались подступиться к старому замку, где находится скипетр. Как смогут трое – гном. Диковатый Эльф и человек – победить там, где потерпели поражение десятки.

– Палин, он…

– Что? Другой? Могущественный? Если он действительно Палин, то он самый могущественный маг на Кринне, так, по крайней мере, говорят. Но у Палила была бы целая свита, как я думаю, и он не стал бы самостоятельно рыскать в этом лесу. Так кто же он? И кто ты? – Квалинестийка смотрела на нее не мигая, завораживая. Аша не могла отвести глаз.

– Он и есть Палин! Он самый могущественный из всех магов Кринна, это именно так.

– Значит, твой Палин чародей? Весь этот лес пропитан магией. Да и у меня есть чародейская сила, Аша Маджере, и ты ее узнаешь. Моя магия расскажет мне, кто ты на самом деле и что твои друзья ищут в моем лесу. Твои мысли не скроют правды.

Аша почувствовала, как некая сила настойчиво проникает в ее сознание и пытается управлять им. Она потрясла головой, чтобы прогнать это чувство, но оно не ослабевало. Напротив, голова начала болеть, а все тело – покалывать. Женщина была не в силах отвести взгляд. Луч света соединял ее глаза с глазами эльфийки.

Квалинестийка тихо усмехнулась.

– Скажи мне, Аша Маджере, если ты та, за кого себя выдаешь, расскажи мне о Бездне, где Палин победил Хаос. Тогда ты должна знать всю правду. Настоящая Аша была там.

Аша пошевелила головой, но боль только усилилась.

– Мы были в Бездне, я и Палин. Там были драконы. И Хаос. – Покалывание в ее теле превратилось в настоящую боль, перед глазами встали события прошлого: Аша увидела пещеру в Бездне, почувствовала жару и запах смерти. – Война…

– Лишь часть этой войны, женщина. Бездна была лишь ее частью. Эльфы сражались и умирали на всем Ансалоне во время этой войны. Впрочем, как и кендеры, гномы, многие другие. Злые драконы умирали, но и добрые умирали тоже. Большинство добрых, говорят. В битве участвовало больше добрых, чем злых. Ни один из драконов или рыцарей не выжил во время битве в Бездне. – Эльфийка на мгновение умолкла. – Даже Рейстлин Маджере, – закончила она. – Говорят, никто не выжил, кроме Аши и Палина Маджере.

– Из-за Хаоса в Бездне было столько смертей. Он был огромным, гигантом, он убивал драконов и растаптывал армии.

– Так называемый Отец Всего и Ничего? – Голос квалинестийки теперь звучал мягче, даже с нотками сочувствия. – Но почему ты не погибла в Бездне, Аша?

– Я не знаю, что меня спасло. Я готовилась умереть. Не знаю, как мы выжили среди смерти. Может быть, помогли драконы. Не знаю…

– Война с Хаосом нарушила баланс сил по всему Ансалону. Драконы-повелители, правящие миром в настоящее время, не стали бы столь могущественными, я полагаю, если бы были живы добрые драконы, погибшие во время битвы в Бездне, или хотя бы некоторые из них, чтобы сдерживать неуемную жажду власти. Войны Драконов могло и не быть. Бериллинтранокс не стала бы такой нахальной. В этом лесу раньше жили бронзовые драконы, а еще медные. Они сражались на этой войне и погибли. Без них некому было охранять лес, ничто не могло остановить Берилл.

Эльфийка заговорила громче. Ее резкий и ожесточенный голос было слышно далеко вокруг.

– Я точно не знаю, почему зеленая драконица обосновалась на нашей земле, изменила природу, поработила моих людей, забивала нас, будто скот. Мужчин убивала на глазах у их семей, детей похищала и распоряжалась ими по своему усмотрению. Не знаю, почему Берилл начала уничтожать эльфов, используя магию их крови для создания помощников. Да меня и не волнует почему, больше не волнует. Но меня беспокоит, что она все еще здесь, и каждый вечер я и мои люди не знаем, встретим ли новый рассвет.

– Палин как-то помог твоим людям, – сказала Аша. – Он помог спасти всех Квалинести. Если бы не он, еще многие, многие эльфы стали бы добычей Берилл. Он рисковал своей жизнью в Бездне, рисковал ради всего Кринна. Он и сейчас рискует. Ты же должна хоть немного верить. Теперь, когда ты узнала что-то из моих мыслей, ты должна верить…

Эльфийка подошла так близко, что Аша могла уловить ее дыхание, сладкое, как мелкий дождик, ласкающий весенние листья.

– Я верю, что он Палин, как и верю, что ты его жена, Аша. Легенды складывают о твоем муже. Но я знаю о тебе так мало. Ты для меня незнакомка. Так кто же ты? Как ты оказалась с Палином Маджере? Почему ты выжила в Бездне? – Зрачки квалинестийки расширились, словно пытаясь поглотить всю память Аши.

Картины прошлого вновь встали перед глазами женщины. Стены Бездны, лес Квалинести растаяли, исчезли сосны и огромные пестрые березы, ивы, дубы. Под ногами Аши и квалинестийки рассыпался песок, ледяное голубое море отступило на сотни миль.

– Дома, – прошептала Аша. На некотором расстоянии, за рядами ив и берез она заметила небольшую хижину. – Нет! – Она попыталась прогнать этот мираж. Остров эрдов, который исчез с лица Кринна, долго скрывал их существование от остального мира. – Тайное место, тебе нельзя о нем знать.

– Это о нашем лесе тебе не следует знать, а раз уж вы пришли к нам, то и мы имеем право, – ответила эльфийка. – Думай, Аша, думай. Покажи мне больше.

Аша была вынуждена, словно сторонний наблюдатель, смотреть на свою жизнь как на открытую книгу. Эрды занимались повседневными делами. В памяти Алю они не были одеты в одежды, скрывавшие их от постороннего глаза, а предстали во всей своей безупречной красоте.

– Так значит, ты дочь эрда. – Эльфийка заметила, что взгляд Аши остановился на одном из жителей, высоком мужчине, вырастившем ее, Протекторе. – Очень красивая по человеческим меркам, обычная по меркам острова. Несчастный, скромный ребенок.

– Нет, – сказала. Аша с грустью и сожалением в голосе. – Я не дочь эрда.

– Как же ты оказалась среди них?

Аша печально покачала головой:

– Я не знаю. Правда, не знаю. Рейстлин…

Эльфийка приподняла брови:

– Продолжай.

– Рейстлин сказал, что я там родилась. Мои родители там умерли. Он, правда, не сказал, как они там очутились, сошли ли они с корабля или… Это не имеет значения. Рейстлин сказал, что эрды приняли меня к себе.

– Откуда были твои родители?

Аша поджала губы:

– Мне об этом ничего не сказали, но они обо мне очень хорошо заботились.

– Так и есть, – говорила эльфийка, вглядываясь в картины далекого прошлого, – У них с тобой есть нечто общее, возможно потому, что вы прожили столько лет вместе на этом тайном острове.

– Во мне нет ничего особенного.

– Ты можешь этого и не осознавать. Что-то, о чем ни Рейстлин, ни эрды тебе не говорили. Я чувствую это, Аша Маджере. Твои глаза, твои волосы, твоя кажущаяся юность. В тебе действительно есть нечто особенное, неповторимое. Продолжай…

Аша отчаянно боролась с силой, заставлявшей ее показывать свое прошлое, но это сражение было проиграно. Через мгновение они уже наблюдали за юной Ашей, живущей среди народа эрдов. Они следили за тем, как она училась у них, становилась старше, но при этом всегда отличалась от людей, принявших ее.

– И они предложили тебе уехать, – категорично заметила эльфийка.

Эрды настояли на том, чтобы Протектор привел юную особу с золотыми глазами к лодке, стоящей у берега. И пожелал ей доброго пути. Лодка одиноко пересекла большую воду. Аше дали с собой лишь сумку, единственную вещь, которая могла напомнить о годах, проведенных на острове.

Через день на горизонте показался Палантас. Аша с сумкой через плечо поднялась на набережную, жадно впитывая краски и звуки города людей. Эти первые яркие впечатления ворвались в ее жизнь подобно сильному ветру, сбивая с ног. Сквозь туман увиденного Аша заметила, что и эльфийка поражена. Ее лицо выражало любопытство и волнение.

Незаметно пролетели недели, и дорожки Аши и Палина пересеклись. Аше довелось пережить этот момент снова. Сердце забилось чаще, лицо раскраснелось. Ее переполняли эмоции, надежды – тайные чувства, которыми она не хотела делиться с квалинестийкой. Аша вспомнила все полуправды, которые рассказывала Палину в первое время, и то, что было потом, вспомнила Тассельхофа Непоседу и его уверенность, что она дочь Рейстлина, – из-за ее золотых глаз. Она не пыталась его переубедить, решила: пусть кендер думает то, что ему хочется.

Аша позволяла новым друзьям думать то, что им хотелось, до тех пор, пока они не приняли ее за свою и не помогли избежать одиночества.

Прошло еще некоторое время, она увидела себя, Рейстлина и Палина на сожженной пустоши. Все они сожалели о том, что Аша не открыла правду, что дядя юного Маджере не ее отец. У Аши был шанс раскрыть свои чувства, узнать, отвечает ли Палин ей взаимностью. Она боялась, что больше никогда его не увидит, что он умрет и столько недосказанного останется между ними.

Палина посылали в Бездну, где в то время бушевала война. Юный Маджере через мгновение оказался бы в другом измерении с помощью заклинания. Их глаза встретились, возможно, в последний раз. И вот она уже отправляется в путешествие вместе с Рейстлином.

Мир проносился перед глазами Аши и эльфийки, словно акварели. Появились горные вершины, пещеры, воздух сразу стал сухим, хотя Аша еще помнила, что находится к лесу Квалинести, окруженная деревьями, а воздух влажен и сладок. Но память воссоздавала ощущение жары и запах серы пещер Бездны. Эльфийка также переживала то, что происходило давным-давно. Она впивалась глазами в то, что видела, посредством магии извлекая из потаенных уголков сознания Аши новые и новые картины.

На их лица падали тени драконов, летающих над головой. Аша с квалинестийкой наблюдали за ними с земли. На многих из них были наездники – Рыцари Соламнии и Рыцари Такхизис. Аше показалось, что где-то в небе она заметила Стила Светлого Меча, кузена Палина.

В воздухе витал дух сражения, крики людей эхом отдавались от стен пещер. Кругом царили кровь и смерть, лежали раненые драконы и раздавленные Хаосом люди. И был сам Хаос, чьи внушительные размеры не описать словами.

Эльфийку увиденное заворожило, лишило дара речи. Сквозь слезы Аша заметила Таса, такого молодого, полного жизни, сражающегося позади Отца Всего и Ничего, увидела половинки Серой Драгоценности в своих руках, которые ей доверили еще до начала боя.

«Нужно взять каплю крови Хаоса и поместить ее на эти половинки», – вспоминала Аша то, что говорил ей Дуган Красный Молот. Первая попытка совершить обряд не удалась. Тас приготовился ее повторить.

Палин открыл древнюю книгу. Рейстлин говорил племяннику, что эта книга обладает большой силой, что заклинания в ней написаны одним из величайших магов-полководцев Кринна.

В то время Аша всего этого не понимала. Ее бросили в этот мир, забрав из дома, защищенного от всех бед, где война была лишь словом, а драконы – только в сказках.

Однако она верила словам Дугана о силе, заложенной в половинки Серой Драгоценности, и полностью доверяла Палину Маджере, к которому испытывала нечто большее, чем просто дружеские чувства. Через минуту Аша уже молилась.

Она увидела, как губы Палина шевелятся, камень, вправленный в навершие его посоха в виде драконьей лапы, засветился нестерпимо ярким светом, который Палин вызвал специально, чтобы ослепить Хаоса.

В какой-то момент заклинание мага перестало действовать, и Хаос убил одного из драконов. Дракон, падая с огромной высоты, задел хвостом Палина и свалил его на каменный пол. Тот потерял сознание.

Аша смотрела во все глаза и не пропустила тот радостный момент, когда Тасу удалось вонзить кинжал в ногу Хаоса. Лезвие легко прошло сквозь одежду, срезав небольшой кусочек кожи. По кинжалу потекла кровь, и Аша уже была наготове с половинками волшебного камня, чтобы совершить обряд. Им нужна была лишь одна небольшая капля. И она упала на половинку Серой Драгоценности. Аша накрыла ее другой.

Они с Палином выжили. Но как? Ощущение двух камней, крепко сжатых в ладонях, исчезло, ее снова обступил лес зеленой владыки, рядом стояла эльфийка.

– Прости, что заставила тебя пережить все это снова, – тихо сказала она. – Так мы решили вопросы, на которые ты не знала ответов.

Аша почувствовала, как сила, контролировавшая ее мозг, ослабевает. Головная боль прошла. Женщина часто заморгала – она долго смотрела в глаза квалинестийки не мигая, и у нее устали глаза. Поглядев по сторонам, Аша обнаружила, что больше десятка эльфов вышли из укрытия и внимательно смотрят на нее. Она испугалась, подумав, что они тоже видели всю ее жизнь у эрдов, ужасы, перенесенные в Бездне, и теперь посвящены в ее самые сокровенные мысли.

– Бездна, – прошептала Аша. – Столько смертей.

– Все еще много смертей, – сказала квалинестийка с грустью. – Бериллинтранокс поработила многих наших соплеменников. С каждым годом число эльфов сокращается. Нам понадобятся века, чтобы восстановить былую мощь, стать такими же сильными, как наши далекие предки. Может, мы уже никогда не станем народом, о котором написано в легендах.

– Но если Палин найдет скипетр…

– Если, – резко прервала ее эльфийка. – Палин ищет этот артефакт, скипетр… Кулак Э’ли. – Она замолчала и внимательно посмотрела на Ашу. – Твоя память рассказала мне, что вы не уверены в его местонахождении и в том, обладает ли он реальной силой.

Аша прищурилась, пытаясь понять, не продолжает ли квалинестийка читать ее мысли.

– Не важно, что я думаю. Главное, Палин уверен.

– Да, скипетр существует. Он называется Кулаком Э'ли. В древности он принадлежал самому Сильваносу. Говорят, он богато украсил скипетр драгоценными камнями и вложил в него волшебную силу. Возможно, будь у нас Кулак, мы смогли бы как-то противостоять драконам. Однако до сегодняшнего дня приспешникам драконов удавалось не подпускать нас близко к этому сокровищу.

– Если Палин добудет скипетр, вы не сможете его отнять! – Аша впервые повысила голос на свою хозяйку. – Нам нужен…

– Я не отниму его, если он его добудет. Я буду счастлива, если Кулак в ваших руках защитит мой народ от жителей Башни. Кто знает, какие ужасы нас ожидают, если артефакт окажется здесь. Но ты должна обещать… – глаза эльфийки запылали, и Аша почувствовала непреодолимую слабость. Уставший мозг не был способен себя защитить, и квалинестийка беспрепятственно продолжала ставить магические опыты. – Если скипетр не будет использован в соответствии с планами твоего мужа, ты сделаешь все, что в твоих силах, Аша Маджере, чтобы сохранить его в целости и сохранности и вернуть его нам. Ты рискнешь своей жизнью ради этого скипетра – Кулака Э’ли, если понадобится. Ты рискнешь своей душой, потому что скипетр для Кринна ценнее тебя. Ты понимаешь?

– Я рискну жизнью, – шептала Аша. – Сохраню его. Обещаю. – Она помолчала, а затем спросила: – Сильванос… Для чего он держал этот скипетр?

– Я расскажу, Аша Маджере. Я расскажу тебе все.

Эльфийка улыбнулась и заговорила. Аша старалась вспомнить ее слова, но они были заперты в укромном уголке ее памяти. Они…

– Ты рассказывала о том, как вы путешествовали, прежде чем оказаться в этом лесу, – сказала квалинестийка.

Аша схватилась за голову, которую вдруг пронзила острая боль.

– Да, – отвечала она, будто ее загнали в угол. – Мы приплыли сюда на корабле.

– Как назывался корабль?

– «Наковальня Флинта». Так его называл Джаспер, потому что отдал за корабль драгоценный камень своего дяди Флинта.

– Дядя Флинт?

– Флинт Огненный Горн. Один из Героев Войны Копья.

– Гном, воспетый в легендах, – кивнула эльфийка. – Что-то случилось, Аша?

– Кажется, я что-то забыла. Может, о скипетре. Возможно, я что-то хотела сказать. Может…

– Должно быть, это не важно.

– Думаю, да.


– Аша! – Блистер подергала ее за рукав, чтобы вывести из задумчивости. – Тебе лучше войти. Темный Чародей нашел Дамона. Конечно же, с моей помощью.

Аша улыбнулась кендерше.

– Все в порядке, – сказала она мягко. – Не терпится посмотреть.

В центре круглого стола из красного дерева стоял большой хрустальный сосуд с розовой водой. Дюжины толстых свечей освещали строгие лица магов, которые вглядывались в блеск у поверхности воды.

Палин сидел рядом с Темным Чародеем, загадочной фигурой, облаченной в серый плащ. Хотя оба Маджере были знакомы с ним несколько лет, узнали о нем или о ней не много. Плащ был настолько просторным, а голос таким мягким и ровным, что нельзя было с точностью сказать, принадлежит он мужчине или женщине. Они знали лишь одно: Темный Чародей вышел к ним из Пустоши. Никто не обладал большими магическими способностями, чем он, да и никто из магов не осмелился бы участвовать в Последнем Тайном Совещании, где вырабатывался план выступления против Берилл.

Напротив мага сидел Хозяин Башни, который, как сказал Палин Аше по секрету, не был ни мужчиной, ни женщиной. Он явился воплощением Высшей Магии, высвободившейся на руинах Палантаса, павшего много лет назад. Хозяин и Башня Вайрет были одним целым.

Среди них был Алин. Аша посмотрела на сына. В последнее время он часто общался с золотым драконом Восходом Солнца, стараясь научиться у него магии. Дракон тоже был где-то в Башне, беспрепятственно бродя в облике мальчика. Он отличался бесконечным любопытством. Алин не виделся с женой и детьми месяцами, даже не разговаривал с ними, и, казалось, в ближайшем будущем ничего не изменится. Магия завладела всеми его мыслями. Она интересовала его еще больше, чем Палина. Это напомнило Аше Рейстлина.

Гилтанас стоял у стены, обнимая по-эльфийски изящными руками плечи эльфийки из рода Каганести. Это была Сильвара, серебряная драконица, подруга Гилтанаса. Они встретились несколько десятилетий назад и полюбили друг друга. В облике эльфийки Сильвара смотрелась потрясающе, но Аша знала, что это лишь маска.

Большинство присутствующих окутывали тайны и полуправды, как и саму Ашу. Эльфийка в лесу Квалинести подметила это очень точно. Откуда она? Куда, в конечном счете, они с Палином направлялись?

– Аша! Хватит мечтать! – Блистер потянула ее ближе к хрустальному сосуду.

Женщина вгляделась в мерцающие расплывчатые тени. По воде пошла рябь, и Аша внезапно поняла, что это завитки волос Дамона. Потом появилось его бледное, измученное и напряженное лицо.

– Им понадобилась моя помощь, потому что я знакома с ним дольше всех, – не умолкала кендерша. – Ну, хорошо, дольше, чем наши общие знакомые. Я знала его еще до Золотой Луны. Темный Чародей задавал мне самые разные вопросы о Дамоне. Даже о шрамах на руках, я их видела. О цвете глаз, манере говорить, походке, обо всем. Им действительно нужна была моя помощь в его поисках.

Вода замерцала зеленым, на изображении появилась листва, обрамляя вспотевшее от напряжения лицо Дамона. С него на землю капала дождевая вода, смешиваясь с дорожной грязью. Он ловко перепрыгивал через лужи и полусгнившие пни.

– Он на болоте, – пояснял Палин. – Быстро движется в том же направлении, что и Риг с остальными, опережая их. Они практически следуют за ним по той же тропе, хотя и не знают этого.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18