Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездные войны - Star Wars: X-Wing VII. Ставка Соло

ModernLib.Net / Оллстон Аарон / Star Wars: X-Wing VII. Ставка Соло - Чтение (стр. 10)
Автор: Оллстон Аарон
Жанр:
Серия: Звездные войны

 

 


      – Сегодня в шесть ноль-ноль все тви'лекки на борту «Мон Ремонды» были сняты с несения службы. И по-моему, Зсинж добивается именно этого.
      Все посмотрели на Дню Пассик.
      – Хочет избавиться от наших тви'лекков? - удивился Келл.
      Ведж покачал головой, но не ответил. Вместо него заговорил Корран Хорн.
      – Тви'лекки нежданно-негаданно стали существами второго сорта. Ходят слухи, что на очереди готалы.
      – В армии их не так уж и много, да и в Новой Республике они не играют большой роли. Рилот вообще независимая планета. В правительстве и администрации тви'лекков и готалов - считанные единицы, - сказала Лара Нотсиль. - Я хочу сказать, что терять их, конечно, жалко… но флот от этого летать не перестанет.
      – Вся Республика после этого перестанет летать, - отрезал Антиллес - Сейчас пострадали народы, составляющие один процент от населения Республики. Но прецедент создан. В глазах тви'лекков и готалов люди стали злодеями. С точки зрения людей злодеями следует как раз считать тви'лекков и готалов. Что, если завтра на их месте окажутся народы, которые входили в Альянс с самого начала?
      Мин наблюдал, как переглядываются растерявшиеся пилоты. Идея им не пришлась по вкусу. Он собрался с духом и осмелился высказаться: - До попыток убить вас, сэр, генерала Соло и доктора Гаст у нас не было причин думать, что за нападениями стоит военачальник.
      То ли его слова вызвали мертвую тишину, то ли тот факт, что Мин вообще открыл рот, но все уставились на Дойноса. Мин почувствовал, что стул слишком жесткий, спинка чересчур неудобная, и покраснел не в силах вымолвить и полслова.
      – Ты прав, - одобрительно сказал Ведж. - Это мог быть имперский проект, привет от преступного мира или заговор тви'лекков. Но Зсинж попытался убрать нас, прикрываясь несуществующим заговором.
      – И это плохо, - Мин с трудом сглотнул комок в горле. - Правительство мы этой теорией не убедим.
      – Почему?
      Мин отметил, что командир не рассердился, а скорее принял вызов.
      – А кто будет убеждать? Акбар? Он доверял тви'-лекку, который чуть его не убил. Мон Мотма? Она ранена и не может исполнять свои обязанности. Принцесса Органа? Улетела по дипломатическим делам и вернется нескоро. Хэн Соло? Ему придется бросить эскадру и боевое задание, едва ли это одобрят в правительстве. Вы, сэр? - Мину очень не хотелось говорить слова, которые он собирался произносить. - Сэр, вы же верили Тал'ди-ре, а он…
      – Верно, - повторил Антиллес, и Мин был очень благодарен командиру, что тот позволил ему не договаривать фразу. - Но это и есть ответ на твой вопрос. Чтобы убедить правительство, нам всем придется на время стать гениями.
      – Голосую начать с Элассара, - быстро сказала Лара. - Ему дольше всех до финиша.
      Деваронец отчаянно замотал головой.
      – Нет-нет! Сдаюсь на милость!
      – Какого рода гениями? - уточнил педантичный Навара.
      – Пророками. Надо предсказать следующий шаг Зсинжа. Если сумеем, нам поверят, тогда мы убедим власти, что имеем дело с ним, не с мифическим заговором против человечества, - коммандер обвел взглядом пилотов. - В ином случае месяцев через шесть, самое большее, через стандартный год, Новая Республика расколется. На одной стороне будут люди, на другой - все остальные. А Зсинж победным маршем пройдет по нашим трупам.
      – У меня есть одно соображение, - хрюкнул га-морреанец. - Теория о том, как я вписываюсь в планы военачальника.
      – Излагай.
      – Нам известно, что какое-то время назад Зсинж пытался создать гениев из не-людей, раньше не отличавшихся высоким уровнем умственного развития. Вопрос: зачем? Обдумайте его в свете последних событий, сэр.
      – Очевидно, - спас онемевшего Антиллеса Тикхо Селчу, - чтобы засылать своих агентов туда, где от окружения они отличались бы лишь сообразительностью.
      – Совершенно верно, - Хрюк преувеличенно экспансивно кивнул несколько раз. - Но это лишь часть уравнения. Чем должен обладать подобный агент в первую очередь? Что важнее всего?
      – Верность, - печально ответила Лара Нотсиль.
      Мин внимательно посмотрел на нее. Девушка заметила его внезапный интерес и мотнула головой, демонстрируя, что ее кратковременная грусть ничего не значит.
      – Правильно! - обрадовался Хрюк. - Но я не испытываю чувства преданности к военачальнику Зсинжу.
      Меня не обрабатывали с детства, как поступают с кадетами в офицерских школах. Почему? Был ли я просто лабораторным животным? Должны ли были меня уничтожить после завершения экспериментов? Навара Вен кивнул: - Скорее всего.
      – Теперь задумаемся. Зсинж не стал бы запускать проект усиления деятельности головного мозга, не заручившись верностью со стороны объектов эксперимента. Что, если он нашел способ внедрять преданность, так сказать, насильно?
      – Промывка мозгов… - еле слышно пробормотал Тикхо Селчу.
      Ведж положил ему ладонь на плечо.
      В наступившей паузе голос алдераанца прозвучал на всю кают-компанию. Мин оглянулся: капитан был бледен. Никто не удивился. Что такое промывка мозгов, Селчу испытал на себе, пообщавшись с Йсанне Исард.
      – Так ты считаешь, - Тикхо быстро взял себя в руки, - что Зсинж обрабатывал убийц?
      – Именно, - подтвердил Хрюк. - Но сделал это каким-то новым способом. Тви'лекк, который напал на адмирала Акбара, действовал как загипнотизированный. Но он отсутствовал не больше стандартной недели. Время возможное, но недостаточное для обработки. Кто может сказать, сколько не видели Тал'диру с тех пор, как он присоединился к Разбойному эскадрону? Самая длительная его отлучка.
      На скамье, занятой Антиллесом и Селчу, произошел короткий обмен мнениями. Шушукаться начальство предпочло шепотом, потом Тикхо сказал: - День, не больше. Различные поручения на Корусканте.
      – Один день, - Хрюк встал и принялся расхаживать по пятачку перед голографическим проектором. - Предположим, что Тал'дира не заговорщик, а жертва. Следовательно, процесс обработки длился не дольше стандартных суток. Но тогда на теле объекта должны были остаться следы. Уколы. Нарушение химического состава крови вследствие применения наркотических препаратов. Неврологическая дезориентация…
      – К несчастью, - оборвал перечень Ведж, - мы не можем отдать тело Тал'диры патологоанатомам. С Туа-лином та же история. Правда, можно запросить у Акбара разрешение на эксгумацию Йарта Эйана и Толокая. И тех двух готалов…
      – Если бы доктор Гаст была жива! - вздохнул гаморреанец. - Мне не жаль ее, я не испытываю чувства потери. Должен признаться, что узнал о ее гибели с облегчением, но в ретроспективе я хотел бы обладать ее знаниями.
      Ведж переглянулся с Наварой.
      – Придется обойтись без них, - подытожил Антиллес. - Ладно, а теперь давайте выясним, такие ли мы хорошие провидцы, как и пилоты.
 

***

 
      Вдоль «Мон Ремонды» плыл корабль, больше всего напоминающий летающую тарелку для супа. Небольшая рубка по кореллианскому обычаю была прилеплена к правому боку, чтобы лишить пилота возможности видеть, что происходит слева от корабля.
      С точки зрения Веджа, залатанная колымага была почти точной копией «Тысячелетнего сокола», разве что антенны поменьше размером. Следом за потрепанным фрахтовиком летел эль-челнок, имея на борту Мин Дойноса, Коррана Хорна и старшего механика При зрачной эскадрильи Куббера. Если не считать МЗ, разу меется. Все трое (дроид исключается) были родом с Ко-реллии и недавно посетили родные пенаты, где можно было быстро и дешево раздобыть транспортник сред ней грузоподъемности Ит-1300.
      – В жизни не видел корыта уродливее, - буркну, Хэн Соло.
      Капитан Онома, который стоял рядом с ним, попы тался наморщить лоб, чтобы человеческими способами выразить недоумение. Для надежности каламари еще раз посмотрел в иллюминатор.
      – По-моему, грузовик очень похож на «Сокол», -. вежливо заметил капитан.
      – В жизни не видел телеги, меньше всего похожей на «Сокол», - упорствовал Хэн. - Если размалевать скифф, он и то больше будет напоминать мою птичку.
      Он испустил горестный вздох.
      – Лады, назначим Чуй ответственным за маскировку, и может быть, это корыто на пару минут одурачит Зсинжа. Что наши кореллиане отдали за это убожество?
      – ДИ - перехватчик с гипердрайвом.
      Соло поперхнулся от возмушения.
      – Ведж, ты транжира! Ты - позор для всей нашей планеты! Обменять боевую машину на груду металлолома…
      – На возможность избавиться от военачальника Зсинжа, - поправил его Антиллес. - Почуй разницу.
      Хэн чуть-чуть успокоился.
      – Тогда ладно… Скорости «Сокола» этой таратайке не набрать. Даже Чуй за несколько лет работы не сумеет привести его потроха…
      Он замолчал. В состояние хлама, добавил про себя Ведж. Вслух он сказал: - И не надо.
      – То есть?
      – Если мы сделаем второй «Сокол», план провалится. С треском.
      – То есть?!
      – Его не поймают.
      – Ну и что?!!
      – А что тогда мы будем делать с детонаторами, которыми его жаждет нашпиговать этот кошмар механиков Таинер?
      – Найдем применение. А что?
      – А то, что настоящий «Сокол» нельзя набить взрывчаткой по крышку трюма.
      Хэн пожал плечами.
      – Вообще-то можно, только зачем?
      – Но раз на «Соколе» нет взрывчатки, ему незачем таранить «звездный разрушитель» суперкласса. А этот кусок металла ты едва ли будешь оплакивать.
      – Буду. Но не его, а себя. Жить-то хочется.
      – Специально для такого случая придуманы спасательные капсулы. Ты не знал?
      – Ага… - Соло еще раз с ненавистью глянул на ко-реллианский грузовик ИТ1300, который завис рядом с «Мон Ремондой». - Лады. Закрыть ангар «грек-1» для всех, кроме персонала со спецдопуском, и отвести туда эту летающую помойку. За работу.
 

***

 
      Вдоль «Железного кулака» плыл корабль, словно вынырнувший из ночного кошмара, он представлял собой гигантское помятое яйцо в три километра длиной, для надежности обмотанное тысячами километров троса. На каркас были навешены двигатели и гондола ходовой рубки. Нарекли чудовище «Второй смертью».
      – В жизни не видел корыта уродливее! - восторгался Зсинж, лучась от радости. - Мелвар, я бы расцеловал вас за проделанную работу, но, боюсь, подчиненные не так поймут!
      Генерал счел за лучшее с достоинством склонить голову.
      – Мы заминировали его, основные заряды размещены в двигателях и рубке. Их достаточно, чтобы уничтожить улики, спектакль получится убедительный. К несчастью, скорость оставляет желать лучшего. Ни за «Железным кулаком», ни за любым другим кораблем вашего флота этому ящеру не угнаться.
      – Жаль. Но вы сделали все, что в ваших силах. Каким образом предполагается эвакуировать экипаж?
      – И нос, и корма оборудованы посадочными ботами класса «часовой». Экипаж сумеет не только эвакуироваться, но и прорваться сквозь вероятный заслон противника, - Мелвар еле слышно вздохнул. - - Экипаж не обязательно ставить в известность, что если они не успеют активировать гипердрайв до того, как к ним приблизятся корабли противника, боты тоже взорвутся. Никаких пленных, никаких разболтанных секретов.
      – Вы, как всегда, неподражаемы, генерал! Поставьте ваше творение в строй, подальше от других. Я так рад, Мелвар, я так рад! - Зсинж улыбнулся.
      Он надеялся, что ему никогда не придется воспользоваться невероятной конструкцией, которая только что заработала его одобрение и похвалу, потому что это означало бы провал. Означало бы, что его разбили в пух и прах, и он нуждается в убежище, чтобы зализать раны и восстановить силы. Но военачальник любил, чтобы пути к отступлению всегда были открыты.
      – А что у нас с «Ночным плащом»?
      – Работает… в основном, Хотите провести демонстрацию?
      – Прошу вас. Мелвар достал комлинк.
      – Генерал Мелвар - «Второй смерти», активируйте «Ночной плащ».
      – Есть активировать «Ночной плащ», сэр, - донеслось из крохотного динамика. - Выпускаем сателлиты.
      Мятый овоид окружили светляки, четыре со стороны кормы, четыре с носа. Огоньки принялись описывать круги, очерчивая яркие следы, а потом вдруг исчезли. Вместе с ними исчезла и пародия на корабль.
      – «Ночной плащ» задействован, - пискнул комлинк.
      Там, где только что висел нелепый макет, из звездного неба вырезали кусок и заменили его чернотой. Сплошное черное пространство. Даже самые яркие звезды не могли пробиться сквозь маскировку.
      Военачальник радостно всплеснул руками.
      – Сенсорные данные на «Вторую смерть». Офицер-гравиакустик изучил показания приборов.
      Когда он поднял голову, на лице его читалось изумление.
      – Ничего, сэр. Мы не получаем ответа даже от активных сенсоров. Аномалия, сэр.
      – Отлично! - теперь Зсинж готов был расцеловать гравиакустика. - Великолепно!
      По краям черного пятна замерцали тусклые звезды, вспыхнули с новой силой. Перед «Железным кулаком» вновь повис кошмарный корабль.
      Мелвар нахмурился.
      – «Вторая смерть», я вне отдавал приказа на завершение эксперимента!
      – Прошу прощения, сэр. Обвал системы. Она ненадежная.
      – Хорошо, подбирайте сателлиты и возвращайтесь к работе. Пока не будет стопроцентной надежности, задание не выполнено. Конец связи, - генерал сунул комлинк в карман и повернулся к начальству. - Мне очень жаль, сэр.
      – Не корите себя, - Зсинж отмахнулся. - Прекрасная демонстрация! Время еще есть, инженеры успеют все наладить. Если нет…
      Он улыбнулся.
 

***

 
      В кают-компании «Мон Ремонды» установили два самодельных трона и усадили на них Уэса Йансона и Кроху Эквеша, Вперед вышел Мордашка.
      – О величайшие! - торжественно возопил Гарик. - Примите же эти короны за то, что претерпели немыслимые страдания и получали увечья во имя спасения остальных!
      Ему протянули венцы, вплетенные из туалетной бумаги, и Мордашка возложил их на головы пилотов.
      – За то, что перенесли лечение без нытья, искупались в бакте, не проронив ни единой слезинки, и вылезли из нее, не клянча мороженого и конфет, примите эти скипетры!
      В качестве оных выступили дюбели, украшенные лентами и кисточками.
      Затем Гарик отступил в сторону, чтобы Проныры и Призраки смогли всласть осыпать героев дня самодельными конфетти. Йансон смешно заморгал, прикрывая глаза ладонью.
      – В последний раз - буркнул он. - Повторяю, в последний раз я пожаловался Мордашке, что эскадрилья не всегда в полной мере выражает должную благодарность.
      – Согласны мы, - проурчал Кроха. - Все правители так страдают?
      – Только те, у кого Лоран премьер-министром.
      – А теперь, - обрадованно заголосил Мордашка, - оба короля должны сразиться друг с другом, пока один из них не умрет! Проигравшего выбросим в шлюз.
      – Эй! - Уэс встал, играя бицепсом, и вытряхнул из шевелюры конфетти. - Попробуй еше раз.
      – Проигравшего выбросим в шлюз, - покорно повторил Гарик.
      – Еше раз.
      – Мы купим тебе выпивку.
      – Вот теперь правильно.
      Церемония окончилась, и Иансон атаковал стойку бара. Шалла отошла в сторонку и устроилась рядом с Хрюком.
      – Можно вопрос?
      – Да.
      – Ты как-то сказал, что обрадовался, когда умерла доктор Гаст. Что тебе сразу стало легче. Почему?
      Гаморреанец ответил не сразу. Шалле стало любопытно, почему он молчит; по привычке всесторонне обдумывает вопрос или дебатирует сам с собой, отвечать или послать любопытную собеседницу куда подальше. В конце концов Хрюк сказал: - С меня сняли давление. Больше не надо принимать решение.
      – Не понимаю.
      – Насколько мне известно, я - единственный в своем роде. С сородичами я не лажу, я заставляю их нервничать, а меня раздражают их взбалмошность, жестокость и скудоумие. Следовательно, я никогда не сумею отыскать себе подругугаморреанку. Раньше я постоянно спрашивал себя, не создала ли доктор Гаст такую, как я. И не сумею ли я убедить ее создать. Хотя все равно подобный союз был бы полон горечи и печали. Если я правильно все понимаю, меня стерилизовали. Я не могу передать способности потомкам, не могу вырастить детей, похожих на меня, с моими эмоциональными и ментальными характеристиками.
      Хрюк разглядывал на свет бокал с чарбианским бренди.
      – И в этом смысле я одинок, - продолжил он. - И всегда останусь таковым. Существование доктора Гаст заставляло меня питать несбыточную надежду. Теперь Гаст мертва. Я перестану отвлекаться на мелочи.
      – Прости меня, - Шалла в порыве нежности погладила гаморреанца по широком могучему плечу. - Но ты ошибаешься.
      – В чем?
      – Ты - это не просто кости и плоть. Есть еще кое-что, чего не передать через гены. Ты можешь научить своей отваге и обязательности, своему пониманию жизни и желанию думать. И какая разница, будут ли у тебя родные дети или приемные? Кровные узы - не самое главное. Мне хочется верить, что мои слова хоть немного утешат тебя.
      Хрюк залпом допил бренди, облизнулся и растянул пасть в почти человеческой улыбке.
      – Немного утешают, - сказал он.
      – Хочешь потанцевать?
      – Хочешь, чтобы тебе оттоптали все ноги?
      – Я проворная.
      – Что ж, рискуешь ты, а не я. Гаморреанец поднялся, помог Шалле встать.
      На пустом пространстве, откуда сдвинули всю мебель, уже танцевали две пары. Центр заняли Мордашка и Диа, ближе к краю Мин Дойнос уламывал Лару.
      – На самом деле они не вместе, - обронила тви'лекка, прижимаясь к партнеру.
      Гарик оглянулся.
      – С чего ты взяла?
      – Она напряжена, всегда держит небольшую дистанцию. Делает вид, будто ей весело, и все время отодвигается от Мина. Все время.
      – О, а ты не плохо усвоила правила этой игры. Но ты пропустила мгновение, когда Лара предоставила Мину возможность ее поцеловать. Обдуманно выстроенное приглашение.
      – А вот и нет! Ничего она ему не предоставляла.
      – А вот и да!
      Лоран с превосходством улыбнулся.
      – Когда это?
      – Секунду назад. Заметила, как она потупилась, потом вскинула ресницы и этак затейливо повела рукой?
      – Я поняла так, что она что-то описывает. Она же говорила при этом.
      – Она действительно что-то объясняла Мину, но это не главное. Забавно, помоему, она не всегда осознает, что делает. Это же…
      Мордашка запнулся, сбившись с ритма, опять глянул на вторую пару.
      – Теперь что?
      – Она сделала жест обольщения, принятый на Корусканте.
      – Не знаю, о чем ты.
      – Это как язык цветов. Ну знаешь, на кое-каких планетах особое значение имеет, какой цветок даришь, как составляешь букет, количество цветов, раскраска, бутоны или распустившиеся… всякое такое.
      Диа кивнула.
      – Я знаю, что у людей есть такой обычай. Еще один способ не понять друг друга и причина для убийства.
      – Занятная трактовка… ну все равно, жест обольщения из того же разряда. Конкретно этот был принят среди курсантов военных училищ на Корусканте, выходцев из богатых и знатных семей. Еще до Империи, но и в ней язык жестов тоже был в ходу. Просто все бывшие имперцы, которые перешли на сторону Альянса, как правило, не имеют предков-аристократов. Короче, Ларин жест означает: «я приму поцелуй». Мин просто не умеет читать эти знаки.
      – А ты-то что всполошился? - рассмеялась Диа.
      – Видишь ли, сама того не желая, Лара протрубила на весь свет, что родилась на Корусканте. Когда она думает о постороннем, когда расстроена, она не следит за собой. И тогда она двигается как столичный житель. Знаешь, что-то вроде «не дотрагивайся до меня».
      Тви'лекка кивнула. Мордашка задумался.
      – А еще она слишком много знает о Корусканте. Довольно необычно для того, кто проработал там всего несколько недель, правда? А еще тот случай в музее Галактики?
      – Какой еще случай?
      – Старик, который принял Лару за… как он ее назвал?
      – Эдаллия Монотиер. Гарик искренне изумился.
      – Как это ты запомнила?
      – Профессиональная тайна. Рабыням-танцовщицам положено запоминать имена клиентов. Обознаешься - выпорют. Или хуже.
      – Прости, - в качестве извинений Мордашка покрепче обнял подругу. - Вечно я напоминаю тебе о прошлом.
      – Ты не виноват, - шепнула ему на ухо Диа. - Похоже, я сама не могу забыть. Порой я говорю другим то, что напоминает им о том, кем я была, хотя только мне и нужно помнить об этом, Тви'лекка вздохнула, как будто хотела вместе с воздухом спустить хоть немного грусти, - Так как же ты поступишь с Ларой? Спросишь, откуда ей известны жесты обольщения?
      Гарик мотнул головой, потерся щекой о шеку Дни.
      – Запрошу информацию у нашей разведки.
      – Но не сейчас, - сказала тви'лекка.
      – Не сейчас.
 

***

 
      Верный решению не присутствовать на вечеринках Призрачной эскадрильи Ведж поднимался по трапу ко-реллианского грузовоза, спрятанного в ангаре «грек-1». Изнутри фрахтовика доносились ритмичные удары и злобное рычание Чубакки. Странно, но на жалобы вуки никто не огрызался. Это было неправильно.
      Хэн Соло отыскался в рубке. Генерал в полном одиночестве сидел за пультом, водрузив на него длинные ноги. Ведж уселся в кресло второго пилота.
      – Я думал, ты веселишься, - сказал Хэн.
      Он не повернул головы, продолжал разглядывать что-то за лобовым иллюминатором. Ведж отследил его взгляд. Пол ангара с разбросанными инструментами, тележки ремонтников, прямоугольник огней, обозначающий открытый створ палубы. За ним - звезды, приглушенные прожекторами в ангаре.
      – Заскочил туда на пару минут, - признался Антил-лес. - Но не стал задерживаться, а то детишки начинают нервно дергаться и ходить в подгузники.
      Хэн выдавил кислую усмешку.
      – Знаю, о чем ты. Я тоже когда-то был «своим парнем». А теперь я вхожу, и все умолкают. Даже если говорят о погоде. Когда я согласился взять этот фрахт, малой, меня не предупредили, что я стану чужаком.
      – Может, старшему офицеру положено стоять чуть-чуть в стороне? - философски предположил Ведж. - Он же тот, у которого «свои парни» не могут поддерживать дисциплину.
      – Специалист выискался.
      Беседу прервал раздраженный оглушительный вой и неистовые удары чем-то тяжелым по металлу.
      – Чем это он?
      – Не знаю.
      Шум стих, последовала невероятно минная и выразительная тирада Чубакки.
      – Он ненавидит эту телегу почти так же, как я.
      – А почему ты ненавидишь ее больше?
      – Потому что, несмотря на весь мой треп, это корыто так похоже на «Сокол», что меня замучила ностальгия.
      – По «Соколу» или по принцессе?
      Хэн потер лицо руками.
      – Ага…
      – Никогда не понимал, зачем ты оставил ей «Сокола». На «Мон Ремонде» полно места…
      – Да так.., не знаю я! - Соло вновь уставился на тусклые звезды. - У меня больше нет ничего, только «Тысячелетний сокол». Наверное, я оставил его Лейе, чтобы она знала…
      – Что ты отдал ей самое дорогое?
      – Вроде как. А еще, чтобы «Сокол» напоминал ей обо мне.
      – Как будто она может тебя забыть!
      – Порой я думаю, что может, - Хэн долго молчал, а когда заговорил вновь, его сдавленный голос был едва слышен. - Я ей не пара, и когда-нибудь Лейя это поймет. Когда ее нет рядом, я все время думаю: «А вдруг этот день наступил? А вдруг сегодня она все поймет и заживет собственной жизнью?» - Ты порешь чушь.
      – Нет, не порю. У нее - цель в жизни, разные великие планы. Без нее в Республике ничего не происходит. А я - никто. Бывший имперский дезертир, контрабандист с сомнительным прошлым, перекати-поле с изрядной долей шарма. И когда-нибудь Лейе приестся мое обаяние, а больше мне и предложить-то нечего.
      – Ну вот что! - решительно заявил пригорюнившемуся соотечественнику Антиллес, - Сам я не могу, потому что ты старше по званию и вообще мой командир. Но сейчас я позову Чубакку, перескажу ему весь твой бред слово в слово, а затем он поколотит тебя до полусмерти гаечным ключом. Возможно, вышибет дурь из твоей упрямой башки, и ты поймешь, насколько ты ошибаешься.
      Хэн сумел почти по-настоящему улыбнуться.
      – Может, я потому и вызвался на охоту за Зсин-жем? - продолжил он. - Я-то думал, все дело в том, как я чувствовал себя, когда услышал о его бомбардировках. О том, как он нападает на беззащитные планеты. Как-то я вообразил себя ребенком, который выскакивает на улицу и видит, как турболазерные пушки сжигают мир, который он называл своим домом.
      Хэн посмотрел на друга, понял, что сболтнул лишнего, протянул руку и крепко сжал плечо Веджа, Антиллес очнулся.
      – Но на самом деле это мой способ сказать Лейе: «Эй, смотри, вот он я, я умею играть в твои игры». Но месяцы идут, я устал и схожу с ума. И начинаю думать, что хочу оставить Зсинжа в покое, бросить все дела и чтобы все было так, как раньше. И если Лейя об этом узнаёт, она будет меня стыдиться.
      – Обычные человеческие эмоции, - Ведж вдруг просиял улыбкой. - У меня есть план, чтобы все было так как раньше. В три этапа.
      Хэн заинтересовался. Впервые за то время, как Ведж поднялся на борт фрахтовика, отставной контрабандист надолго задержал на нем взгляд.
      – Это как?
      – Этап первый, - Ведж активировал пульт, вызвал кого-то по интеркому; Соло полез выяснять, но его оттолкнули. - ИТ-1300 - мостику, говорит коммандер Антиллес. Погасите все огни в ангаре «грек-1», пожалуйста, Через пару секунд стало темно. Жалобно заскулил Чубакка, - Включая сигнальную подсветку створа.
      Исчез и четкий прямоугольник. Звездный пожар вспыхнул с новой силой. Ведж молчал, дожидаясь, когда до Хэна дойдет смысл. Так они и сидели в относительной темноте и тишине, примолк даже Чубакка, а перед ними сияли звезды - яркие, немигающие, идеальные.
      Первым молчание нарушил Соло.
      – Здорово… - выдохнул он. - И часто ты вот так вот сидишь, малой?
      – Случается.
      – Пожалуй, надо взять на заметку. Каким будет второй этап?
      – Ну, ты не единственный на «Мон Ремонде», кому не помешает блаженная безответственность. Словом, я организовываю мятеж и принимаю командование кораблем.
      Хэн расхохотался.
      – Ведж Антиллес, бунтовщик! Я обязан это видеть.
      – Зови своего вуки и увидишь.
 

***

 
      Мин и Лара вошли в офицерский кафтерий и остолбенели. Такого им в самом страшном сне не приснилось бы.
      Столики, которые обычно расставлялись аккуратными рядами, стояли как попало. Народа в помещении набралось не слишком много, но если обычно все разбредались по углам, то сейчас сгрудились вокруг трех столов. Гвалт стоял невообразимый.
      Мин и Лара опасливо приблизились к ближайшей точке кипения страстей. В эпицентре молодые люди обнаружили Чубакку, который скалил зубы, рычал и метал хищные взгляды, обуреваемый низменными инстинктами, а еше генерала Соло с невероятно довольным лицом и взъерошенного сверх обычного своего собственного командира, деловито пересчитывающего кредитки. Карты раскрыли только что, и у Антиллеса вышел полный сабакк.
      – Прошу прошения, сэр, - неуверенно произнес Мин Дойнос. - Не хотелось вас отвлекать…
      Антиллес поднял голову.
      – Как ты меня назвал? Мин растерялся.
      – Э-э… сэр?
      – Не сэркай мне, сосунок. Кто я, по-твоему, такой?
      Мин оглянулся на спутницу, Лара была озадачена не меньше.
      – Коммандер Ведж Антиллес, вооруженные силы Ноной Республики… нет?
      Ведж энергично замотал головой, темная челка упала ему на глаза.
      – Не-а! Я только похож на него. Если бы я был Ан-тиллесом, у меня на униформе были бы соответствующие знаки различия, разве не так?
      Верно, ни лычек, ни планок, ни нашивки с именем. Собственно, форменка вообще висела на спинке стула, рукава сорочки были закатаны, ворот распахнут. Кстати, генерал Соло пребывал в подобном состоянии.
      – Это что? - строго поинтересовался Ведж.
      – Где? - растерялся Мин.
      – Вот это что еще такое? Лейтенантские лычки?
      – Э-э… ну да.
      – Снимай, - потребовал Антиллес.
      – Снимай, - эхом откликнулся генерал Соло.
      – Снимай-снимай-снимай!
      Мин ошалело переводил взгляд с генерала на ком-мандера и обратно. Потом содрал с воротника цветные квадратики. Лара уже сделала то же самое.
      Антиллес заметно успокоился.
      – Так-то лучше, - сказал он. - Подожди,. а где твой астродроид?
      Мин открыл рот, закрыл, беззвучно пожевал губами.
      – Не думаю, что у меня есть для вас удовлетворительный ответ, сэр… нет, не сэр. Кем бы вы ни были.
      – Это уж точно, - Ведж распихивал деньги по карманам, те не помещались. - Астродроиды, мальчик мой, краеугольный камень и основа вооруженных сил. Самые неутомимые трудяги Галактики в отличие от вас, обормотов. Им необходим отдых и развлечения. Ты против?
      – Я? Э-э… я… нет.
      – Вон отсюда и без астродроидов не сметь показываться мне на глаза, - Ведж собрал карты, перетасовал колоду. - Еще один круг. Кто участвует, господа?
 

***

 
      Весть распространилась быстро, и когда Мордашка Лоран пошел в кафтерий, впереди него торжественно катился Пшик. Помещение заполнилось наполовину, полным ходом шла игра, шумно было по-прежнему. Обслуживающий персонал, разносящий напитки, обменивался с офицерами всех мастей совершенно неуставными репликами, и хотя народ можно было кое-как распознать по униформе, знаков различия ни на ком не было.
      Чубакка приветственно махнул Гарику длинной лапой. Мордашка протолкался к столику.
      На миг оторвавшись от игры, Ведж придирчиво оглядел подчиненного.
      – А вот и тот, кто смутно напоминает мне капитана Лорана! - возвестил кореллианин. - Но он без лычек и в компании астродроида. Пусть идет с миром.
      – Благодарю вас, с-сэ… тот, кто похож на комманде-ра Антиллеса.
      – Быстро схватывает, - одобрительно заметил Ведж. - Далеко пойдет. Одну секундочку. Пшик, будь любезен, нас жажда замучила.
      Астродроид сдвинул крышку небольшого резервуара, и в воздух взлетела бутылка, сверкая каплями сконденсированной влаги. Антиллес ловко поймал ее свободной рукой и поставил на стол.
      – Спасибо. Пшик. Спасибо, тот кто похож на Мордашку. Теперь, детишки, бегите гулять. Чуй, одну карту, будь добр.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26