Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дестроер (№57) - Свидание со смертью

ModernLib.Net / Боевики / Мерфи Уоррен, Сэпир Ричард / Свидание со смертью - Чтение (стр. 8)
Авторы: Мерфи Уоррен,
Сэпир Ричард
Жанр: Боевики
Серия: Дестроер

 

 


— Квантрил и Бауэр? А вы что, знаете, где они?

Внезапно спасенного словно подменили, и теперь вместо испуганного, растерянного человека, чувствующего, что его ожидает ужасная смерть, перед Римо предстал самодовольный, скользкий тип, который был не прочь поторговаться.

— Возможно, — уклончиво сказал он.

— Что?! — крикнул Римо так громко, что у него сорвался голос.

— Мы можем это обсудить, — ответил человек.

Ноги его неожиданно перестали дергаться.

Уолли Доннер повел их по бесчисленным петляющим улочкам и остановился перед ничем не примечательным домом. Войдя внутрь, он открыл дверь небольшой, но со вкусом обставленной квартиры.

— Садитесь, — пригласил он, сияя улыбкой.

— Нет, спасибо. Чего вы хотите?

— Пожалуй что яхту, — мечтательно произнес Доннер. — Виллу на Ривьере. Ванную, отделанную черным мрамором. Возможно, скромную квартирку в Париже.

— Мы что же, пришли на викторину «Что, где, когда»?

— А разве вас не интересует, где находятся Бауэр и Квантрил?

Римо смерил его взглядом.

— А откуда вам это известно?

Доннер закурил.

— Они были в доме, по которому вы спускались вниз. Пришили парня в одной из квартир, чтобы полюбоваться, как вы будете гореть. Я слышал, как они это обсуждали, просто стоял под дверью. Так я, кстати, узнал, и куда они направляются. Могу рассказать и вам — за соответствующую плату, конечно.

— Но я только что спас вам жизнь! — взорвался Римо.

— Верно. И я это очень ценю. Но ведь должен же я чем-то зарабатывать на жизнь? — И он выразительно пожал плечами.

— Сломай ему локоть, — посоветовал Чиун.

— Тогда я вообще ничего не скажу, и они найдут на вас управу.

Римо вздохнул. Конечно, этого неблагодарного типа легко можно было заставить заговорить, но ему было жарко, он был весь в копоти, и у него совсем не было настроения ломать кому бы то ни было локти, даже во имя святой цели. Сунув руку в карман, он извлек оттуда пачку банкнот.

— Хорошо. Сколько вы хотите?

— Миллион долларов, — не моргнув глазом, ответил Доннер.

— Здесь восемьсот. Хотите берите, хотите — нет.

Минуту поколебавшись, Доннер выхватил деньги у него из рук.

— Может, на это построите себе ванную из бетонных блоков, — сказал Чиун.

— Вот, совсем другое дело, — проговорил Доннер, пересчитывая деньги. — Похоже, вы умеете держать слово.

— Так и есть, — согласился Римо.

— Тогда поклянитесь, что не убьете меня.

— Чтобы вернуть деньги? Клянусь.

— Вы оба мне это обещаете?

— Оба, — великодушно подтвердил Римо.

Доннер подошел ближе к двери.

— Хорошо, слушайте. Они отправились в город под названием Байерсвилль, что в трехстах милях к югу отсюда. Это город-призрак.

— А вы сами бывали там?

— Нет, читал про него в одном журнале. В пятидесятые там снимали дешевые вестерны, а сейчас город принадлежит Квантрилу. Он делает там свои видеофильмы для «Свидания с мечтой».

Доннер открыл дверь и собрался уходить.

— Секундочку! — остановил его Римо. — Любопытства ради: откуда вы знаете Квантрила?

— Просто работал с ним, — улыбнулся Доннер. — Возил нелегальных иммигрантов через мексиканскую границу.

Римо почувствовал, как кровь прихлынула к лицу.

— Женщин?

— Ага, их самых.

Одарив их еще одной ослепительной улыбкой, Доннер исчез, закрыв за собой дверь.

Римо стиснул зубы: только что перед ними находился убийца, повинный в смерти трехсот человек, а он вынужден был его отпустить.

Глава шестнадцатая

Фары выхватили из темноты полинялый указатель. «Байерсвилль, — гласили облезлые, выцветшие буквы. — Смотри, как мы растем». Несмотря на оптимистический лозунг, единственной растительностью здесь были сорняки да высокая трава на обочинах изрытого колеями проселка.

Они миновали ухабистый подъем, и, сияющий в лунном свете, перед ними предстал город. Здесь было всего четыре квартала, включая церковь, банк, салун и несколько магазинов. На отдалении Байерсвилль выглядел как сказочный городок старого запада. Только подъехав ближе, можно было заметить, что здесь стоят всего лишь обветшалые постройки с фальшивым фасадом, лишенные какого-либо биения жизни.

Проезжая мимо этих видавших виды сооружений, Римо никак не мог вспомнить, что же они ему напоминают. И вдруг он понял: это же декорации из фильмов, которые показывали в приюте Святой Терезы.

В детском доме, где Римо рос, самой большой радостью были фильмы, которые привозили раз в месяц из ближайшего городка. Сгорая от нетерпения, дети собирались в цокольном этаже и ждали, пока сестра Мэри-Агнес зарядит допотопный проектор.

Фильмы предоставлял бесплатно владелец местного кинотеатра, поэтому трудно было ожидать, чтобы они были самыми последними или лучшими произведениями Голливуда. Кроме того, перед демонстрацией они должны были пройти через строгое жюри в лице сестры Бригитты, рядом с которой цензурное ведомство США могло показаться сборищем распутников и сутенеров. Так что чаще всего дети смотрели старомодные вестерны с героями по имени Верная Рука и Черная Душа. Верная Рука носил белую шляпу. Черная душа — черную. Сюжет был весьма незамысловат: добро борется со злом, все просто и ясно. И в конце, после упорной борьбы, неизменно побеждает добро. Какое-то время в юности Римо искренне верил, что в жизни есть только белое и черное, а между ними — пустота.

Вьетнам и работа в полиции Ньюарка заставили его расстаться с этой иллюзией, и все же Римо ощутил какой-то детский восторг, проезжая по безмолвному городку. Вот салун, где Рад Райдер вступил в перестрелку с контрабандистами и уложил всех до одного, а вот — через улицу, напротив, — конюшня, где Джон Уейн прыгнул в седло скакуна прямо с сеновала на втором этаже. Байерсвилль действительно оказался городом призраком, молчаливым, как смерть, населенным лишь тенями прежних героев.

И все же тут были люди. Реальные и к тому же очень опасные.

Римо остановился возле заколоченного отеля «Империал».

— Мы вполне можем начать и отсюда, — сказал он.

Но едва его нога коснулась пыльной мостовой, как вокруг вспыхнул яркий, ослепительный свет. Взрыва не произошло — лишь послышалось прорезавшее тишину шипение, словно в стакан наливали газировку. Город и окрестности все, казалось, исчезло в сильном свете прожекторов.

И вдруг, так же внезапно, как и зажегся, свет погас. Воцарилась кромешная тьма.

— Добро пожаловать в Байерсвилль, — раздался голос с крыши близлежащего дома, и Римо узнал Дика Бауэра. — Не ожидал вас здесь встретить, но, увидев подъезжающую машину, сразу предположил, что это вы. Решили нанести нам визит? Полагаю, он будет весьма краткосрочным.

Раздался смех.

Ты уже однажды застал меня врасплох, подумал Римо. Больше такого не повторится.

— Скажи что-нибудь еще, — произнес он вслух.

Майор еще громче засмеялся своим резким, неприятным смехом.

— Если честно, я даже рад, что ты здесь. Теперь я смогу закончить начатое. Конечно, в том случае, если ты не привез с собой кого-нибудь, кого можно было бы выставить в качестве живого щита, когда начнется стрельба. Ведь это в твоем стиле, Уильямс.

— Не надо... — начал было Чиун, но гнев Римо был сильнее доводов рассудка, и он прыгнул на голос.

Но стоило ему оторваться от земли, как его равновесие нарушил обрушившийся на него шквал музыки. Зазвучал марш, включенный на полную мощность динамиков, так что ударные и барабаны отдавались в голове, как взрывная волна.

Римо вспрыгнул на крышу, но, потеряв равновесие, тут же скатился вниз, ударившись о мостовую. Грохот марша заглушил все прочие звуки. Он не мог разглядеть Бауэра в неожиданно наступившей темноте, а теперь к тому же и не слышал его. Римо попытался уловить звук шагов, но это было невозможно: все поглотил звон цимбал и высокий, пронзительный звук целой дюжины духовых.

Римо заставил себя расслабиться, и через несколько секунд глаза его привыкли к темноте. Он увидел машину и безлюдные дома. Чиун исчез.

Римо отправился на поиски старика, но внезапно плечо его пронзила острая боль; мгновение спустя он услышал свист пули.

— Бауэр, — прошипел он. Ненависть к этому человеку вспыхнула в нем с новой силой.

Не смей! — приказал он себе. Не смей больше реагировать на него! Былое прошло и быльем поросло. Вспомни, кто ты теперь. Теперь — вот единственное, что имеет значение, и больше ничего!

Дотронувшись до плеча, он ощутил под рукой кровь. Вторая пуля угодила в автомобиль и отлетела с металлическим звуком. Судя по всему, она прошла всего в нескольких дюймах от его головы. Он сделал кувырок, отчаянно пытаясь рассмотреть фигуру Бауэра на одной из крыш.

И вдруг до него дошло, что он может сложить здесь голову. Чушь какая-то — стоять здесь и слушать военный марш, подумал он и поморщился от боли: в рану начал проникать воздух. Почему Бауэр сразу его не прикончил? Этот самодовольный ублюдок решил поиграть с Римо, наслаждаясь смертоносными результатами своего труда. Впрочем, Римо сам должен был понять, что, начав игру, Бауэр пойдет до конца. Вспомнилась проволока и трупы на ней.

— Забудь! — сказал Римо вслух, будто словами можно было заглушить страх. — Имеет значение только данная минута! Данная минута — и все!

Вскочив на ноги, понесся по улице, едва касаясь земли, стараясь держаться ближе к постройкам. Нет, голыми руками его не возьмешь!

Внезапно музыка стихла. Римо тряхнул головой, пытаясь остановить звон в ушах. В отдалении послышался скрип доски под тяжелым ботинком.

Римо прижался к стене. На доме висела вывеска «Универмаг», и Бауэр находился там, внутри. Шаги зазвучали сначала в одной стороне, затем в другой, словно их владелец что-то искал, и наконец направились к выходу.

Римо был начеку. Живи настоящим! — в очередной раз приказал он себе.

Двери-распашонки едва дрогнули, как Римо уже бросился вперед, выбив оружие у Бауэра из рук.

Бауэр без колебаний нанес удар — прямо в раненое плечо. Римо вскрикнул и отшатнулся назад, но Бауэр был тут как тут, изо всех сил ударив Римо в пах. Пока Римо корчился от боли, Бауэр поднял свой кольт и не спеша подошел к поверженному врагу.

— Знаешь, что я сейчас сделаю? — ласково спросил он. Губы его искривились в злобной ухмылке. — Сейчас я тебя подстрелю. Не убью, Уильямс, нет, а просто проделаю в тебе несколько вентиляционных отверстий. — Глаза его блестели. — А потом натяну проволоку. — Он произнес слово «проволока» нараспев, растягивая его до тех пор, пока оно не вызвало в памяти Римо самые кошмарные картины. — Помнишь проволоку, Уильямс? — Он отступил на шаг и взвел курок.

Сейчас... Сейчас... или никогда.

— Помню, — еле слышно выдавил Римо.

Раздался выстрел, но пуля просвистела мимо. Зато уже в следующий момент лицо Бауэра исказилось от удивления — это словно взявшаяся ниоткуда нога с треском впечатала его в столб, который раскололся и рухнул под его тяжестью.

Еще мгновение — и Римо выволок Бауэра на улицу, а потом, повалив на мостовую, впился руками в его тонкую, жилистую шею.

— Не надо! — прохрипел Бауэр — Это не...

— Где Квантрил?

Изо рта у Бауэра потекла слюна.

— В салуне. — Его выпученные глаза выжидательно смотрели на Римо, но тот не ослабил хватку. — Давай по-честному, — в голосе его звучала мольба. — Вспомни...

— Я помню, — тихо произнес Римо. — В этом-то вся беда. — Его пальцы сомкнулись.

— Чиун! — шепотом позвал Римо. Ответа не последовало.

Оставив труп Бауэра лежать на мостовой, он направился к салуну. Оттуда доносилось бренчание пианолы и шум голосов. Внутри горели разноцветные лампочки. На какое-то время Римо замешкался в дверях — ему показалось, что помещение забито людьми: пышнотелые девицы с высокими прическами и юбками до щиколоток, из-под которых выглядывали высокие ботинки на пуговицах, танцевали с бородатыми рослыми мужчинами в старомодных костюмах. Но он тут же понял, что это лишь изображение, спроецированное на стены салуна. Внутри не было ни души, за исключением одинокой фигуры, сидевшей на заднем плане за столиком возле лестницы.

— Квантрил? — спросил Римо, подойдя к мужчине.

Тот учтиво кивнул.

— Просто не предполагал, что вас так далеко занесет, — сказал он. — Вы в своем роде уникальный человек.

— Где Чиун?

— О, это ваш азиатский друг? С ним все в порядке.

— Я не спрашиваю, как он поживает. Меня интересует, где он.

Квантрил не обратил никакого внимания на его слова и вместо ответа обвел рукой зал.

— Как вам мой город, мистер Уильямс?

— Я предпочел бы какое-нибудь другое место.

— Этот салун — одна из самых популярных съемочных площадок фирмы «Свидание с мечтой».

— "Свидание с мечтой" уже в прошлом, Квантрил!

— Чепуха.

— Проблема только с парой сотен девиц, которых вы против их воли держали в заточении.

Квантрил покачал головой, словно добрый папаша, беседующий с неразумным ребенком.

— Я не имею к этому ни малейшего отношения. Это все затея Дика Бауэра. Полагаю, он уже мертв?

— Вы абсолютно правы.

— Отлично. Вы избавили меня от головной боли.

— Вы заминировали собственное здание.

— Это вы так говорите. А со стороны все выглядело так, будто вы с вашим пожилым другом ворвались внутрь, убили троих охранников, потом подожгли верхний этаж, уничтожив тем самым мой архив. Он был в компьютере — Квантрил громко расхохотался. — Если полиция кого-то и разыскивает по этому делу, то только вас.

Римо шумно вздохнул. Квантрил принадлежал именно к той породе преступников, с которыми призвана бороться КЮРЕ. Закон ничего не сможет с ним поделать, а вот Римо может. Но сперва надо разыскать Чиуна.

— А как насчет парня, который навел на ваш след? Вы-то думали, он погиб. Полагаете, он будет молчать?

— Уолли Доннер? Не смешите меня! Да у него такое криминальное досье, на сто человек хватит. Маньяк-убийца. Стоит ему только объявиться, как его тут же упекут в психушку.

— Так это был Уолли Доннер! — Римо просиял. Теперь он наконец знает имя, но все же не мешает немного поблефовать. Он пожал плечами. — Что ж, похоже вас действительно не арестуют.

— Спасибо и на этом.

— Потому что прежде я вас убью.

— Не так скоро, — улыбаясь, ответил Квантрил. — Есть одно важное обстоятельство. Я знаете ли с годами стал увлекаться всякого рода взрывными устройствами. Так, от нечего делать. А здесь я их испытываю. — Римо весь подобрался. — Я начинил весь Байерсвилль взрывчаткой, так что он взлетит на воздух, — Квантрил посмотрел на часы, — через шестьдесят секунд.

— Сомневаюсь, — сказал Римо. — Вы не похожи на самоубийцу.

— А я и не собираюсь умирать — это нарушило бы мои планы на будущее. Вы лишь на какое-то время смешали мне карты, но не в силах заставить меня отказаться от игры.

Римо чувствовал, как его внутренний таймер отсчитывает секунды.

— Где Чиун? — осведомился он.

— Я верну вам его. А взамен попрошу лишь дать мне фору.

— Но как же насчет взрывного устройства?

— Я обезврежу его, как только вы скажете «да».

Римо задумался.

— Вы лжете, — произнес он.

— Одиннадцать секунд, мистер Уильямс. Десять. Девять. Восемь...

Римо больше не мог рисковать.

— Да.

— Мудрое решение, — одобрил Квантрил.

Потом достал из кармана ключ, вставил в замочную скважину под лестницей и повернул. Танцующие исчезли со стен, бренчание пианолы оборвалось. А Квантрил взлетел вверх по ступеням.

— Где же ваше обещание? — крикнул ему Римо.

— Смотрите! — отозвался Квантрил из темноты.

На задней стене отошла панель, и взору Римо предстал престарелый азиат, привязанный к стулу и с кляпом во рту.

— Чиун!

Откуда-то сверху донесся звук вертолетного винта. Кореец в бешенстве вскочил со стула, легко порвав путы.

— Идиот! Ты позволил ему уйти!

— Он собирался взорвать город и тебя вместе с ним, — объяснил Римо.

Чиун бросил на него возмущенный взгляд.

— Ты оказался еще глупее, чем я ожидал, — крикнул он, бросаясь к лестнице. — Неужели ты думаешь, что какая-то жалкая веревка способна удержать Мастера Синанджу?

— Но все выглядело именно так, — оправдывался Римо, следуя за ним.

— Идиот! Я просто позволил этому надушенному дураку связать меня, чтобы он остановил свою адскую музыку. Нам надо спешить. Римо, скорее!

— Мы все равно не сможем догнать вертолет, Чиун. Надо будет выследить и поймать этого Квантрила...

— Где, интересно? В раю? В аду?

— Что ты хочешь сказать?

Чиун вздохнул.

— Подобно всем преступникам, он испытывал потребность похвастаться, и пока он меня связывал, я слушал его болтовню. Хотел узнать, есть ли у него сообщники. Когда ты пришел сюда, взрывное устройство не было подключено.

Лестница привела их к люку. Выбравшись на крышу, Римо оставил дверцу открытой.

— Значит, Квантрил лгал мне! — воскликнул он.

Вертолет Квантрила начал медленно подниматься с крыши.

— Да. Он подключил его, когда исчезло изображение со стен.

— Изображение?.. О Боже!..

Римо бросился к вертолету, ухватившись рукою за полозья.

— Прыгай, Чиун! — заорал он, увлекаемый прочь от земли. — Прыгай!

Сделав сальто, Римо подпрыгнул и вышиб боковой люк. С Майлса Квантрила тут же слетел весь лоск, когда Римо стащил его с сиденья пилота и высунул в открытый люк.

— Вы не смеете! — закричал он. — Я Майлс Квантрил! Это варварство!

— Работа есть работа, дорогуша, — ответил Римо, отпуская его.

Квантрил попал точно в открытый люк на крыше салуна. Римо спрыгнул вслед за ним, угодив на задворки единственной улицы Байерсвилля, прямо в заросли травы рядом с Чиуном.

Оставленный вертолет слегка клюнул носом, мотор заглох. Через несколько секунд он с грохотом рухнул на землю и взорвался, выбросив вверх столб пламени.

— Если там действительно подложена мина, то сейчас рванет, — сказал Римо. — Лучше нам убраться подальше отсюда.

И оба кинулись со всех ног в сторону отдаленных холмов, но успели добежать лишь до потрепанного дорожного указателя, с названием «Байерсвилль», как раздался взрыв.

Казалось, земля разверзлась с нечеловеческим грохотом, и все постройки обезлюдевшего городка взлетели на воздух, эффектно, как в фильме студии «Текниколор».

Римо наблюдал, как столь родные сердцу декорации рушатся и исчезают в море огня, и душа его болела сильнее, чем рана на плече.

Все это никогда не существовало на самом деле, уговаривал он себя. Рэд Райдер и Джон Уэйн — всего лишь киногерои, а их приключения — просто безопасное времяпрепровождение для одиноких детей их приюта. Но какая-то часть его души все еще любила героев, выезжавших в добрые старые времена на единственную, пыльную улицу городка на своих великолепных скакунах и наводивших порядок, и эта ее часть испытывала боль.

— Пошли, — пробормотал он, чувствуя себя очень старым.

В Байерсвилле было больше не на что смотреть. Он знал, что, когда утихнет пожар, на его месте не останется ничего, кроме обуглившихся досок и камней, да, исчезнувших, но восхитительных призраков прошлого.

Глава семнадцатая

Уолли Доннер, пошатываясь, вышел из бара, прислонился к машине и тут же свалился в канаву. Голова шла кругом, в животе крутило от бутылки виски, выпитой в этом вонючем баре в Мехико-Сити, где он провел последние пять часов. Во рту словно кошки ночевали, в висках ритмично пульсировала боль, будто в голове играл небольшой диксиленд.

Но хуже всего было то, что диксиленд исполнял мексиканскую мелодию. И без того тошно слышать на каждом шагу в этом Богом забытом месте бренчание гитар и треск маракасов, так теперь его подвел собственный желудок.

Скрежеща зубами, Доннер тыльной стороной ладони вытер остатки рвоты с губ. Он ненавидел мексиканскую музыку. И мексиканскую пищу. Он ненавидел сомбреро и сандалии, сделанные из отслуживших свой век автомобильных покрышек. Но больше всего он ненавидел Мексику, хотя именно там ему предстояло провести последующие несколько лет, если он хотел избежать длительного срока в федеральной тюрьме.

— Иди назад, в гостиницу, — приказал он себе. С этим оркестром в башке думать было невыносимо трудно. Он глубоко вздохнул и, шатаясь, вышел на улицу. Его сверкающий новенький пикап стоял на противоположной стороне.

Доннер был уже на подходе к машине, как вдруг из-за угла вылетел старенький «форд» и бросил Доннера под колеса проезжавших машин. В последнее мгновение перед смертью Доннер увидел на крыле крошечную Деву Марию с маленькими флажочками по бокам.

— Мексика! — заорал он.

И внезапно диксиленд в его голове смолк.

* * *

Римо, Чиун и Харолд В. Смит сидели при свечах за столиком одного из лучших ресторанов Санта-Фе.

— Мы здесь под именем Хоссенфеккер, — предупредил Харолд Смит.

— А-а. Очень хорошо, император. Это гораздо менее распространенное имя, чем Смит.

Смит разложил перед собой бумаги и начал их перебирать.

— Это девичья фамилия моей матери, — пробормотал он. — Как бы то ни было, у меня есть информация, которая вас интересует. — Он откашлялся. — Уолли, известный также под именем Хосе, Доннер, недавно скончался в Мехико-Сити.

— Что? — переспросил Римо, не веря своим ушам.

— Дорожно-транспортное происшествие. Несчастный случай. У него был найден пистолет, пули которого оказались идентичными тем, что были обнаружены в трупах на плато. Вы оба неплохо поработали!

— Несчастный случай?..

— Ничего-ничего, — поспешно вмешался Чиун, толкая Римо под столом ногой. — Когда удача сама идет тебе в руки, не отталкивай ее, — добавил он по-корейски.

— Простите? — переспросил Смит.

— Просто несварение желудка, о император, — сладко улыбнулся Чиун.

— О! Итак, еще вы просили выяснить про некого Сэмюэля П. Уолфши...

— Продолжайте, — попросил Римо.

Смит скорчил гримасу.

— Не уверен, что это именно тот, кто вам нужен. Информация по нему очень скудная. По моим данным, он никогда нигде не работал.

— Это он.

Чиун, весь внимание, даже слегка подался вперед.

— Да-да. Расскажите же, что сталось с нашим юным храбрецом.

На сей раз Римо стукнул Чиуна ногой.

— На самом деле мы его совсем не знаем. Он нас не видел. Вы же знаете, мы не оставляем свидетелей.

— Надеюсь, что так, — сказал Смит. — Ну, похоже судьба улыбнулась мистеру Уолфши.

— Это великолепно! — воскликнул Римо.

Смит шмякнул бумаги на стол.

— Но ведь он всего лишь случайный свидетель, не так ли? Он заявил полиции, что прибыл в монастырь после того, как все было кончено, и был ранен случайно, когда пытался поднять брошенный кем-то автомат.

— Все верно, — подтвердил Римо. — Именно так все и было.

Смит кинул на него подозрительный взгляд.

— Тогда почему же вы так им интересуетесь?

— Я видел в газете его портрет, — поспешно произнес Римо. — И подумал, может, он мой родственник. Очень похож.

Глаза Смита сузились, но он промолчал.

— Очень хорошо, — наконец проговорил он. — Оправившись от ранения, он женился в Лас-Вегасе на девушке по имени Консуэла Мадера. Судя по всему, через два дня после свадьбы он занял у швейцара казино двадцать пять центов, опустил в игральный автомат и получил примерно один миллион девятьсот тысяч долларов.

Римо побледнел.

— Что?

— Сейчас он прорабатывает вопрос об открытии банка в какой-нибудь индейской резервации "Сберегательный и заемный банк «Кантон». — Смит сложил бумаги и аккуратно сжег их в пепельнице. — Что-нибудь еще?

— Черт меня побери! — только и вымолвил Римо.

Вдруг Чиун начал задыхаться, конвульсивно откинулся на спинку стула и схватился за сердце.

Римо так и подскочил.

— Что с тобой, Чиун?!

— Это она! — старец указал дрожащим пальцем на вход, где появилась немолодая блондинка в меховой шубе. — Мона Мадригал! — Он вскочил, — Благодарю тебя, о добрейший и благодарнейший император! — Чиун отвесил глубокий поклон.

Смит взглянул на него поверх очков.

— Э... не стоит благодарности, — пробормотал он.

Когда Чиун со всех ног бросился к дородной даме, Смит обратился к Римо:

— Кто такая эта Мона Мадригал?

— Женщина, которую, по мнению Чиуна, вы даровали ему.

В экстазе Чиун поклонился артистке. Их встреча была предначертана судьбой, и она произошла.

— Это я! — звонким голосом провозгласил он.

— Прочь с дороги, коротышка! — отозвалась Мона хорошо поставленным сочным голосом.

Чиун огляделся вокруг. Кто бы он ни был, этот коротышка, но он явно поспешно ретировался.

— Чиун, Мастер Синанджу, приносит вам в дар свое восхищение!

— Что за шутки! — Она замахала руками у Чиуна над головой. — Эй, Уолт! Уолт!

К ней со всех ног бросился метрдотель.

— Да, мадам?

Она кивнула в сторону Чиуна.

— Сделайте мне одолжение, наподдайте как следует этому недоумку.

Господин в смокинге посмотрел на Чиуна.

— Сэр, вас, должно быть, ждут за вашим столиком.

— Ничего страшного, подождут, — вежливо ответил Чиун. — Мисс Мадригал, я каждый день созерцаю вашу внешность в сериале «Пока Земля вертится».

Она рассмеялась скрипучим смехом.

— Что? В этом дерьме? Да в этой киношке мне даже сиську не дают показать. Они чуть не погубили мне карьеру.

Чиун отступил на шаг, открыв от изумления рот.

— Я... я...

— Расступись, народ, — сказала она, отодвигая его локтем.

Престарелый азиат долго не мог двинуться с места, его седины обвисли, словно растаявший сахарный рожок. Затем, глубоко вздохнув, вернулся к своему столику.

Римо стало жаль старика.

— Папочка, мне так неловко.

— Меня постигло разочарование, — пожал плечами Чиун, — но мир бывает таким глупым.

— Вот это характер!

Римо похлопал его по спине.

— Тем не менее я должен немедленно написать письмо Моне Мадригал.

— После того, что произошло? Но зачем?

— Естественно, чтобы сообщить ей, что в ее родном городе живет пошлая, грубая женщина, которая пытается ей подражать.

— Что?!

Чиун наклонился над столом и прошептал:

— Эта женщина наверняка состоит на службе у какой-нибудь враждебной державы, намеревающейся поколебать мое спокойствие и испортить мне настроение.

Несколько мгновений Римо, часто моргая, смотрел на него.

— Наверняка, — произнес он наконец.

— Возможно, это заговор. Возможно, сам император должен заняться этим делом.

Харолд Смит поперхнулся водой.

— Э-э... да. Я посмотрю, что можно сделать.

Старец удовлетворенно улыбнулся, взял чашку и отхлебнул чаю.

— Как приятно иметь дело с разумными людьми, — заключил он.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8