Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Женщина-цунами - Жена #5

ModernLib.Net / Детективы / Луганцева Татьяна / Жена #5 - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 3)
Автор: Луганцева Татьяна
Жанр: Детективы
Серия: Женщина-цунами

 

 


      – Давай под холодную воду, – суетилась Яна, намачивая край махрового полотенца и прикладывая к его голове.
      – Ты бы хоть оделась, – буркнул Максим.
      – А ты не разглядывай меня! – фыркнула она в ответ, но завернулась в самое большое полотенце, добавив: – Не я к тебе ворвалась, и ночью покоя нет. Ну спасибо Изольде Игоревне, подсуропила! Как только сюда попала, так и началось! Неприветливо встретил меня этот домик, плохая у него аура.
      – Что же твоя подруга ауру не почистит, раз уж прикидывается магом?
      – А это ты у нее и спрашивай, а меня в покое оставь, – быстро отреагировала Яна.
      – Со слов следователя я понял, что у тебя и раньше все время что-то начиналось, раз тебя уже знают.
      – Больно умный! Вот я тебе мозги-то немного и укоротила.
      – Спасибо большое, дорогая.
      – А где твой нож? Или что ты там нес, чтобы меня убить или покалечить? – спросила Яна у Максима в лоб.
      – Какой нож?! Ты с ума сошла? Я шел с фонариком. Хотел тебе позвонить или постучать, а у тебя дверь открыта нараспашку, я даже немного за тебя испугался в свете последних событий. Зашел, везде сквозняк и темень. Ты спишь, наклонился, чтобы проверить, все ли в порядке? А потом – искры из глаз!
      – Да, это означало, что со мной все в порядке, – самодовольно заявила Яна.
      – Кто-то говорил о любви к животным, – оторвал полотенце ото лба Максим.
      – Кто? – спросила Яна, честно глядя на него.
      Максим выдержал паузу.
      – Я? – догадалась Яна. – Я не помню, когда я тебе успела сообщить о своей любви к животным, но отрицать не буду... Я люблю животных: лошадей, коров, собак... – Яна замерла, почувствовав какой-то легкий дискомфорт, который увеличивался у нее в душе как снежный ком.
      – Вот и я о том же, – вздохнул Максим. – Вышел вечером на балкон покурить, слышу, кто-то плачет. Прислушался, не плачет, а скулит... Бедная собачка Томми на мансарде... Вот я и подумал, что это ты над ним издеваешься? Вроде въехала сюда с одной лишь благородной целью ухаживать за псиной, а сама почему-то закрыла его на мансарде.
      За время его речи вся кровь, что содержалась в организме Яны, хлынула ей в голову. Она с ужасом поняла, что ни разу за весь вечер даже не вспомнила о Томми, а была занята мыслями исключительно о своей персоне, и даже катаклизм ее не оправдывает.
      – Что? – поинтересовался Максим, заметив перемены в ее лице. – Не вспомнила даже?
      Яна вместо ответа рванула из ванной на кухню и вверх по лестнице, ведущей на мансарду. Она перепрыгивала сразу через две ступеньки, а щеколду с двери чуть не сорвала. Чуть ли не голая, в одном полотенце и белье Яна вылетела под стеклянную крышу мансарды. Несмотря на то что был конец мая, ночью на улице было очень даже прохладно. В народе в таких случаях говорили, что-то там цветет – не то сирень, не то черемуха, но какое это могло иметь отношение к городу Москве, где уже давно ничего не цветет?
      – Томми! Томми! Хорошая собачка! Ты где? Мама вернулась! Иди сюда! – засуетилась Яна, свистя и осматривая все вокруг. От ее взгляда не ускользнуло, что здесь было очень красиво. Такой интересной планировки последнего этажа Яна еще не видела. Потолок и стены были сплошь из стеклопакетов под дерево. Создавалось впечатление полного открытого пространства, и ночной вид центра Москвы стоил того, чтобы его увидеть. Светящиеся огнями дома выглядели инопланетными кораблями, а улицы с оживленным даже ночью движением напоминали волшебные реки, перетекающие одна в другую. При этом на мансарде была хорошая звукоизоляция и сохранялась тишина. Чтобы большая площадь не создавала ощущения пустоты, по всему периметру стеклянных стен стояли живые зеленые растения в горшках. Посередине крыши располагался бассейн с прозрачно-чистой изумрудной водой, а вокруг него стояли белые пластмассовые шезлонги и скамейки, словно на средиземноморском курорте.
      – Красота! – невольно вырвалось у Яны.
      – Это наше место отдыха, – пояснил пришедший за ней Максим.
      – Что значит – наше? – спросила Яна.
      – Всех жильцов дома. Кто живет сразу под мансардой, имеет свой собственный вход, а остальные – общий.
      – Здорово, – как завороженная смотрела Яна на бассейн. Она плохо плавала и не очень любила моря и океаны, но зато имела какую-то необъяснимую тягу к бассейнам различной конфигурации.
      – Эту площадь хотели разбить еще на квартиры и продать их, а мы – все жильцы – на равных долях выкупили этот кусочек неба и сделали себе здесь такую общую зону отдыха. Теперь платим зарплату специальному человеку, чистящему и следящему за бассейном, – с гордостью пояснял Максим.
      – Да, бассейн на крыше в центре Москвы – это круто! – согласилась Яна, встрепенувшись. – Ну, вот! Мы опять отвлеклись! Где же Томми?
      Они вдвоем принялись искать маленького терьера, заглядывая под каждый куст и скамейку. Собаки нигде не было. Яна впала просто в истерику.
      – Что же делать? Где Томми? Мне же его доверили, и чем я отплатила за доверие? Что, если он утонул?
      – В бассейне его нет, – быстро откликнулся Максим.
      – А если он упал с крыши? – продолжала нервничать Яна, и на этот раз Максим промолчал, потому что такое теоретически было вполне возможно, хотя он в это и не верил.
      – Где он, Макс?! – в отчаянье выкрикнула Цветкова, дрожавшая от холода и нервного возбуждения.
      – Я не знаю, – честно ответил Максим, – я точно слышал его лай. Куда собака делась, ума не приложу! Он такой маленький... Но здесь его точно нет!
      – Все! Я больше не могу! Я побежала искать Томми! – прокричала Яна и бросилась назад в свою квартиру, вернее, квартиру Изольды Игоревны, предположив, что они могли не заметить, как собачка забежала домой. Все с тем же Максимом в джинсах и чистой голубого цвета футболке, не очень гармонирующей с его красной шишкой на голове, Яна обыскала всю квартиру Изольды Игоревны, но собаку так и не нашла.
      – Может, скотинка где-то прячется? – с надеждой в голосе спросила Яна. – Может, он специально надо мной издевается?
      – Конечно, можно предположить в собаке такие умственные возможности, но я так не думаю. Томми нет ни на его месте, ни у его мисок с водой и кормом, – вполне здравомысляще ответил Максим.
      Он видел, что Яна переживает вполне искренне, и решил ее подбодрить:
      – Ладно, утро вечера мудренее, ложись спать, а утром еще раз поищем.
      – Нет, я буду искать сейчас, – упрямо заявила Яна и, скинув полотенце, натянула свой длинный трикотажный джемпер ярко-малинового цвета, который мог вполне сойти за мини-платье.
      Максим обреченно вздохнул. Он не мог оставить женщину одну в ночи и в печали. Они вместе обошли все этажи и закоулки дома, заглядывая и в техническое помещение, и в подвал, где располагалась прачечная, бильярдная. Отсек подземного гаража был опечатан. Собаку они не нашли, и Яна сдалась.
      – Ладно, пошли спать, завтра еще по квартирам пройдусь.
      – Умное решение, – согласился Максим.
      – Ну и видок у тебя, – отметила Яна, невольно любуясь проделанной работой в виде шишки на лбу.
      – Ты уже второму мужчине в этом доме набиваешь шишку. У тебя хобби такое? – лукаво спросил Максим.
      – Ладно язвить! Ты вот что! Известный писатель! Принеси мне пару своих рукотворных рукописей... я имею в виду книг. Хочется иметь представление о твоем творчестве, – попросила Яна, чтобы хоть как-то отвлечься.
      – А ты читаешь любовные романы? – спросил Максим Ведьмакин.
      – Честно? Нет.
      – Тогда тебе может не понравиться моя писанина, – несколько смущенно отметил Максим.
      – Тебе что? Жалко?
      – Конечно, принесу, – сдался он, проводя Яну до квартиры номер двенадцать.
      Яна махнула ему рукой и вошла в жилище Изольды Игоревны, которое уже не казалось ей чужим, хотя что она тут собиралась делать без собаки, она ума не могла приложить.
 
      Теперь она по-новому отнеслась к помещению и поняла, что ремонт, сделанный здесь Изольдой Игоревной, очень современно организовывал пространство, и уже по-другому оформление интерьера Яна и не представляла себе. Она устало прошла в спальню и ухнула лицом вниз на кровать в форме морской звезды. Сердце ее стучало слишком часто, мысли в голове проносились слишком быстро, а уши прислушивались, не раздастся ли по ламинатному полу стук маленьких лапок? Неизвестность не оставила ни одного шанса, чтобы заснуть. Яна села на кровати и приняла единственно правильное решение пойти искупаться в бассейне. Во-первых, она лелеяла мысль, что, возможно, Томми все-таки прячется на мансарде, и боялась думать, что он может свалиться в бассейн и ему никто не поможет. Во-вторых, увидев это великолепие с прозрачной водой на крыше, она вообще думать ни о чем больше не могла, да и, в-третьих, заснуть тоже не имела возможности. Яна решительным шагом направилась к лестнице, ведущей наверх, и снова оказалась на мансарде.
      «Какие несознательные жильцы... Никого... Имеют такой шикарный бассейн и не пользуются. Да я бы не вылезала отсюда... хотя тоже бы, наверное, надоело».
      – Томми, Томми! Глупая собака! Ну где же ты?! – Еще раз осмотрела все Яна и скинула свое малиновое платье.
      Она спустилась по ступенькам в воду и проплыла от бортика до бортика несколько раз, испытав истинное блаженство, и наконец замерла, не выходя из воды. Все происходящее внизу, бурная ночная жизнь Москвы, казалось ей чем-то нереальным и потусторонним. Это действительно был оазис, островок совсем другой жизни, тишины и покоя, гармонии. Яна, наверное, пребывала бы на высшей точке блаженства, если бы не исчезновение несносной псины. Ее влажного лица коснулось легкое дуновение, Яна открыла глаза и обомлела. Если бы она не держалась руками за бортик, то точно бы ушла под воду. На мансарду со стороны, противоположной той, откуда появилась она, вошел высокий худой парень, отбрасывающий на пол длинную тень.
      Он был достаточно молод, красив, у него были длинные шелковистые каштановые волосы, словно из рекламы шампуня, и какие-то грустные, большие, отрешенные глаза. Все бы было ничего, если бы не одна пикантная подробность: парень был абсолютно голым.
      «Еще один купающийся... вот ведь е-мое... Он, наверное, всегда ходит ночью сюда, а тут я. Но, с другой стороны, нечего разгуливать в таком виде по лестнице, совсем уже», – подумала Яна, наблюдая, как парень прошел мимо нее, открыл одну пластиковую створку окна и вылез за пределы стеклянного ограждения.
      «Что он делает?» – с ужасом подумала Яна.
      Парень между тем медленно двинулся по узкому краю вдоль стеклянной конструкции.
      «Да он – сумасшедший! Экстремал хренов! Сейчас свалится, а я буду виноватой!» – мелькнула мысль у Яны, и она вылезла из бассейна, мгновенно покрываясь гусиной кожей. Она приблизилась к приоткрытому окошку и тихонько позвала, выглядывая наружу:
      – Эй, парень! Слышишь меня? Ты чего? Немедленно вернись!
      Молодой человек не обращал на нее никакого внимания и продолжал свой путь. Его длинные волосы доходили ему почти до поясницы и красиво шевелились от небольшого ветерка на улице. Яну оскорбило его молчание.
      «Словно я – таракан какой-то», – она почувствовала, как внутри нее закипает волна негодования.
      – Эй, парень! Ты что думаешь себе?! Я что, не женщина для тебя?! Почему такое неуважение? Как ты смеешь ходить голым и еще делать вид, что меня не видишь? Немедленно возвращайся, мать твою! Будешь проделывать эти фокусы без меня!
      Яна вылезла вслед за ним и пошла за странным парнем, балансируя между жизнью и смертью.
      – Думаешь, я так не могу?! Да раз плюнуть! Сейчас я тебя догоню, и тебе не поздоровится! – пообещала она, пытаясь внушить себе, что огоньки внизу – не окна домов и фары машин, а всего лишь светлячки. И идет она не по узкому парапету, рискуя ежесекундно сорваться вниз, а по полю со светлячками в траве.
      Она поняла, что сделала, как всегда, что-то не то, когда прошла несколько шагов и поняла, что развернуться не сможет. Ее шатало от каждого дуновения ветра, а ноги дрожали с каждой секундой все интенсивнее. Глаза с ужасом улавливали любое движение внизу, и голова кружилась все больше и больше. Яна могла сорваться в любую секунду, и осознание этой правды очень пугало ее.
      – Эй, – позвала она, – слышишь, псих!! Помоги мне! Я сейчас сорвусь! Что ты замер, как истукан?! Сам делай что хочешь, я больше и пальцем не пошевелю, только помоги мне вернуться! Я больше и слова не скажу! Мне реально страшно! Ну что ты молчишь?! Помоги мне! Я сейчас разобьюсь, какого черта я за тобой полезла?! – сокрушалась Яна, положение которой усугублялось еще тем, что она была раздета и только что вылезла из прохладной воды, поэтому сильно замерзла. От холода, сковавшего ее мышцы, она абсолютно не чувствовала ног, и поэтому также могла сорваться вниз.
      Ее поражала реакция парня. Он стоял как вкопанный, не реагируя ни на один из раздражителей извне.
      – Ты ненормальный?! Хочешь покончить жизнь самоубийством? Валяй! Но я-то не хочу! Помоги сначала мне, а затем делай что хочешь! – все это было лишь гласом вопиющего в пустоте.
      Она с ужасом смотрела на широкую спину, изо всех сил пытаясь приблизиться. Порыв ветра откинул его волосы в сторону, и Яне предстала огромная татуировка какого-то то ли змея, то ли дракона по всему позвоночнику. Она на секунду потеряла равновесие и схватила его за плечо с диким криком: «Караул!» Парень вздрогнул, вернее, по его телу прошла судорога, он резко развернулся и посмотрел на Яну совсем ничего не понимающими глазами.
      – Ты кто?
      – Дед Пихто! – огрызнулась Яна.
      Внезапно парень посмотрел вниз и закричал как резаный:
      – Где я? А! Там так высоко! Что это?!
      Он резко развернулся и схватился за Яну холодными и влажными руками. Его огромные глаза со зрачком во всю радужную оболочку были последним, что Яна увидела, прежде чем они вместе сорвались с крыши и полетели вниз.
      «Так все нелепо...» – все же успела мелькнуть мысль.

Глава 4

      Есть сновидения, которые могут довести человека до учащенного сердцебиения, холодного пота и резкого пробуждения от ужаса. Такие сны бывают у каждого человека. Тогда хочется убежать и спрятаться от чего-то или кого-то злого, и человек в этой борьбе побеждает или проигрывает с переменным успехом. Так и случилось с Яной на этот раз. Какая-то огромная, черная, липкая масса пыталась поглотить ее с головой. Она судорожно глотнула воздуха и открыла глаза.
      Сознание в таких случаях возвращается не сразу, поэтому Яне потребовалось секунд тридцать, чтобы понять, что перед ней сидит Максим с внимательными глазами и легкой улыбкой на лице и держит ее за руку. Яна до конца боялась вспомнить то, что с ней произошло накануне, нутром чуя, что случилось что-то ужасное, и спросила:
      – Скажи, где я? – ее радовало уже то, что она легко вспомнила, кто перед ней находится, хотя этот человек даже не был ее хорошим знакомым.
      – Ты меня узнала? – обрадовался Максим.
      – А что? – несколько напряглась Яна. – Не должна была? Растеряла мозги?
      – Да нет, ничего... значит, ты в себе.
      – А я всегда в себе... такая у меня особенность организма, хоть Лебедев и не верит, что я вообще бываю когда-нибудь в себе. Где я? – повторила вопрос Яна.
      – Где и была, в своей квартире, то есть не в своей, а в квартире Изольды Игоревны, которая попросила тебя присмотреть за милым пекинесиком, то есть терьером, хотя для меня это один черт...
      – А... – наморщила лоб Яна. – А почему мне так больно?
      – Где? – испугался Максим, и Яну искренне тронуло его участие.
      – Как-то еще не поняла, вернее сказать, везде! – ответила Яна.
      – А ты помнишь, как ты оказалась на крыше дома? – осторожно спросил Максим Юрьевич Ведьмакин, явно нервничая.
      Яна задумалась, вспоминая и заодно концентрируясь на том, что же у нее все же болит. Как-то это все же напрягало ее.
      – Ты знаешь, помню, хотя вспоминать, конечно, не хотелось. Главное, что я помню, как я сорвалась с крыши, и рядом кто-то был и тоже упал, явно не манекен, а живой человек, парень, но очень и очень странненький: это я тоже точно помню, – поморгала глазами Яна.
      – Этот парень вполне реальный, – почему-то со вздохом ответил Максим, – зовут его Рустем, фамилия его Шаломенцев, ему двадцать восемь лет, и он жилец этого дома.
      – Сколько полезной информации сразу! Очень хорошо, значит, я не совсем еще сошла с ума. А то эти длинные волосы, какие-то драконы на спине – я думала, что мне это все приснилось. Все, что происходило, было очень необычно и не очень реально. Он молчал, он был голый, он ходил по грани, не реагировал на меня, а вот я на кой... полезла за ним! Вспомню – вздрогну! Постой! Максим! Мы же упали вниз! Я не умерла? Я же не умерла, раз разговариваю с тобой?! Ты же ведь не отправился в эту ночь на тот свет, чтобы мы с тобой там встретились? – разволновалась Яна.
      – Нет, нет, ты совершенно и абсолютно жива, – успокоил ее Максим.
      – Слава богу! – вздохнула Яна.
      – Вот Бог вам действительно помог, – согласился Максим, с тревогой рассматривая ее лицо.
      – А этот... как его: Рустем жив? – забеспокоилась Яна.
      – Жив, что с ним будет-то! – с некоторым раздражением в голосе ответил Максим и прокашлялся: – Я поясню...
      – Да уж, пожалуйста, – попросила Яна.
      – По отдельности вы разбились бы, а вот вместе спаслись, – сказал он, а Яна задумалась, не обманывают ли ее насчет того, что она не повредилась. Потому что она не совсем понимала, что он говорит. Точнее, не понимала ровным счетом ничего.
      – Я поясню, – тут же сказал Максим.
      – Да уж поясни...
      – Сцепившись вместе, вы полетели вниз, и тут произошло чудо, по-другому это не назовешь. Ваши длинные волосы перепутались в воздухе и зацепились за балку балкона.
      – Е-мое, – потрогала свою голову Яна, – я все поняла! У меня жутко болит голова! То есть волосы и как это... скальп! – даже обрадовалась Яна, что нашла объяснение своим болям неясной этиологии.
      – Е-то, может, и твое, – по-писательски изысканно ответил Максим, сразу было видно, что человек в ладах с грамматикой, – а вот, извините, как это называется, по-вашему, по-медицински? Энурез случился у одной женщины.
      – Что случилось? – переспросила Яна, отвлекаясь от своих мыслей.
      – Энурез! Неконтролируемое мочеиспускание, – охотно пояснил Максим. – Когда она услышала сначала дикий крик, а потом стук на балконе.
      – Кто «она»? – не поняла Яна.
      – Домработница того, с кем ты направилась в полет. Вы и прицепились к его же парапету, – охотно пояснил Максим.
      – Волосами?! – с ужасом спросила Яна. – И больше ничем? То есть я хочу уточнить...
      – Можешь не продолжать, я же уже сказал, что только волосами. От боли, наверное, и потеряли сознание, так и висели... хорошо еще, что под ногами оказался тент, натянутый на одном из балконов, он тоже обеспечил вам спасение, на одних-то волосах вы вряд ли бы продержались: не Мюнхгаузены все-таки. Домработница, выйдя на балкон, услышав непонятные звуки, чуть дара речи не лишилась, когда заметила своего хозяина абсолютно голым, а рядом неизвестную девушку, мокрую и в нижнем белье. Что называется, шок – это по-нашему! Женщина смогла сдержаться, чтобы не упасть в обморок, и вызвала подмогу, то есть меня и... прости, охранника Семена.
      – Боже мой! Еще и он меня созерцал в таком виде!
      – Не только созерцал, но и здорово помог мне. Пока я разматывал ваши волосы, Семен удерживал вас на весу. Сорваться вниз вы могли в любую минуту, а вызывать пожарных с батутами было некогда. Была опасность, что Семен разожмет руку, в которой болталась ты, но он сдержался. Прости меня, но пришлось отрезать несколько прядей у тебя и у Рустема тоже. Он, в отличие от тебя, не потерял сознания, держался сам и держал тебя, чем здорово помог тебе.
      – Ага! Помог! Если бы не этот идиот... Зачем он выперся на крышу в голом виде?!
      – А ты зачем полезла за ним? – вопросом на вопрос ответил Максим.
      – Как зачем?! Спасать! – ответила Яна.
      – Тоже мне – спасательница! Да он всю жизнь там ходит! И никогда не падал, пока тебя не встретил.
      – Так я еще и виновата, что с меня чуть скальп не слетел? – искренне удивилась Яна.
      – Рустем – лунатик, а ты разбудила его и испугала, он не ожидал увидеть себя в таком виде на крыше, сразу же потерял сознание, вот вы и свалились. Но если ты считаешь, что он виноват или что он тебя столкнул, то не вопрос... я сейчас же вызову милицию.
      – Вот этого не надо! – сразу же испугалась Яна.
      Воображение сразу же услужливо представило ей лицо следователя Лебедева, который занесет в свой протокол еще один позорный факт ее биографии. Висеть рядом с голым мужиком на балконе... ужас! У Яны даже голова на время перестала болеть.
      Она тут же погладила себя по волосам, словно приклеивая оторванный скальп, и вздохнула.
      – Вот и хорошо! Рустем тоже не хочет привлекать милицию, – вздохнул в ответ Максим.
      – Еще бы он хотел! Да ему лечиться надо! Ходит голый, видите ли, чуть не угробил меня! А ты чему улыбаешься? Милиция только что отъехала от вашего милого домика вместе с пожарными, а теперь бы ее вызвать вместе с медиками, а для этого психа – психиатра!
      – Вы обо мне? – раздался приятный баритон.
      Яна с Максимом синхронно повернули головы в сторону говорящего и увидели худого черноволосого парня, то есть Рустема. Выглядел он значительно лучше, чем когда Яна видела его в последний раз, хотя бы из-за того, что был одет, правда, одежда тоже была странноватая. Широкие черные брюки и черная трикотажная кофта, вся в каких-то красных иероглифах. Волосы собраны в некую кучку на затылке.
      – Сеньор Якимаси, – сощурила глаза Яна, – как вы себя чувствуете?
      – Врач сказал, что у нас обоих скальп прирастет обратно к голове, если мы не будем его больше смещать. Нельзя мыться, причесывать волосы, шевелить бровями и стоять на голове, – ответил парень вполне серьезным тоном.
      Яна снова схватилась руками за голову, а Максим прыснул со смеха.
      – Яна, он шутит!
      – Мою «зубную фею» зовут Яна? – спросил Рустем.
      – Ах, мы еще и шутники! – всплеснула руками Яна, поднимаясь с кровати, чувствуя легкое головокружение. – Откуда же это мы взялись такие экстранеординарные?
      – Блондинки знают такие слова?
      – То блондинки, а я – так просто поседела после таких полетов, – ответила Яна, с вызовом смотря в его дерзкие глаза.
      – Прости, что напугал, – улыбнулся Рустем, причем сразу же поразил Яну самой красивой и располагающей улыбкой на свете, которая не была ни слащавой, ни наглой.
      – Так это еще кто кого, – несколько смутилась она.
      – Ладно, ребята, брейк! – попытался остановить их перепалку Максим, обращаясь к Яне. – Может, чего-то принести?
      – Мартини со льдом, – ответила Яна, и он испарился, оставив их наедине.
      Яна с Рустемом снова схлестнулись взглядами. Почему-то она всей кожей и всеми нервами и чувствами сразу поняла, что перед ней очень сильный противник. Сильный психологически. У парня были очень умные глаза, смелый взгляд, как она сразу отметила, и мощнейшая аура.
      – Живу я здесь, – сразу пояснил Рустем, – в квартире номер пятнадцать.
      – Что-то я не видела тебя среди спасенных пожарными людей, когда всех выводили из дома, – сказала Яна.
      – А я и не выходил, – пожал плечами Рустем.
      В глазах Яны возник немой вопрос, она даже вспомнила в окне мелькнувший силуэт.
      – Я вообще не выхожу из дома, – ответил Рустем, – вот уже пять лет. Не спрашивай, почему, долгая история.
      – А по крыше гуляешь?
      – Не каждую ночь, но говорят, что часто, – улыбнулся Рустем, – и по этому и по многим другим поводам я посещал специалиста, то есть он посещал меня.
      – Психотерапевт? Психиатр то есть? Ты серьезно?
      – А как же! Не одна ты испугалась моего голого вида, пришлось проконсультироваться, – спокойно признался он.
      – И что? – тут же заинтересовалась она.
      – Таблетки, гипноз... и еще много разной фигни. Ничего не помогло, так что я продолжаю свои ночные путешествия, но ты первая и единственная, кто полез за мной вслед.
      – Почему ты решил, что мне вздумалось спасать тебя? Может, я тоже ненормальная? Увидела голого мужика и рванула в бой! – с вызовом в голосе сказала Яна.
      – А ты тоже шутница!
      – Ага! Юморесса, юморица, юмортесса, – кивнула Яна.
      – Почему-то я всегда думал, что со мной когда-то должно такое произойти.
      – Что?
      – Такая вот бредовая история. Но я зашел все-таки для того, чтобы сказать, что мне было бы не все равно, если бы из-за меня разбился человек. Извини.
      – Ладно, проехали! – хлопнула его по плечу Яна, отчего парень отшатнулся, как укушенный.
      – Чего ты дергаешься? – удивилась она.
      – Нервный я, – пояснил парень, покрываясь липким потом.
      «И правда, какой-то странный...» – мелькнула мысль, но виду Яна не подала. Теперь-то она уже видела, что находится в квартире Изольды Игоревны, и ее даже уложили на кровать в спальне хозяйки, что успокаивало.
      – Врач нас действительно осмотрел, – подал голос Рустем, хитро улыбаясь, – Макс за тебя сильно переживал.
      – Какой врач? – не поняла Яна.
      – Осмотрел, сделал тебе успокаивающий, вернее снотворный, укол и уехал, но обещал еще вернуться, словно Карлсон.
      – Как долго я спала? – спросила Яна.
      – Часов шесть, – предположил Рустем, распахивая шторы и впуская в комнату яркий дневной свет. – Уже день, а свой полет мы совершили глубокой ночью.
      Яна присвистнула, смотря на его красивый силуэт на фоне света.
      – То-то я чувствую, что мне хреново. Я всего лишь переспала.
      – С кем?
      – Это не смешно! Совсем в другом смысле! – фыркнула Яна.
      Она развернулась к Рустему и заметила, что он переместился в более темную часть комнаты, словно боясь солнечного света. Она также отметила, что он очень, если не сказать мертвецки, бледен.
      – Ну, господин загадка, и чего ради вы пять лет не выходите из дома?
      – Только дома чувствую себя в безопасности, – ответил Рустем.
      – Мистер «улитка»? – Яна подняла над собой руки, сложенные треугольником и крикнула: – Я в домике!
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2, 3