Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Львиный престол (Полуночная гроза - 2)

ModernLib.Net / Локнит Олаф Бьорн / Львиный престол (Полуночная гроза - 2) - Чтение (стр. 17)
Автор: Локнит Олаф Бьорн
Жанр:

 

 


      Две зернышка выскользнули из своего убежища под драгоценным камнем и канули в темный винный омут. У аргосского резкий вкус и отчетливый миндальный запах, они заглушат даже самый слабый посторонний привкус.
      Шаги в коридоре. Приближаются. Голоса - женский и мужской. Злоумышленнику, сделавшему свое черное дело, настало время исчезать. Я еще успела встряхнуть кувшин, чтобы зернышки как следует растворились, а потом тенью метнулась за ковер.
      Вошли. Оживленно о чем-то говорят, смеются. Конан (как же мне до конца смириться с мыслью, что это не он, а нечто иное, не принадлежащее к нашему миру?) закрывает дверь, но не запирает на засов. Конечно, чего ему опасаться в собственном замке? Сквозь толстый слой войлока до меня неразборчиво доносится щебет разгуливающей по комнате Эви. Как-то неприятно пребывать в должности соглядатая, но я изредка заглядываю в щель. Пока ничего особенного не происходит. Ага, вот Эви подходит к столу, берет кувшин... Эй, не собирается же она сама попробовать аргосского с моими весьма своеобразными добавками?
      Нет, Эвисанда остается верна своим привычкам. Она наполняет серебряную чашу, подозрительно принюхивается (я замираю и перестаю дышать), затем недоуменно пожимает плечами и проходит мимо моего убежища. Мне видна только часть кровати, но, судя по всему, король то ли сидит, то ли лежит на ней. Я жду, отсчитывая мгновения.
      Голос Эви. Слегка встревоженный. Отчетливый стук упавшего на пол и покатившегося предмета. Приглушенный вскрик. Эвисанда взвизгивает. Кажется, пришла пора высунуться и посмотреть, как подействовало на подменыша средство мудрейшего ибн Джубайра, изготовленное не в меру любознательной графиней Эрде.
      Я неслышно вхожу в комнату. Эви стоит ко мне спиной, прижав руки ко рту и едва различимо поскуливает. Через ее плечо я вижу распростертое на кровати тело короля. Странно, как в такие моменты начинаешь обращать внимание на мелочи. Стиснутая в кулак рука, которая судорожно сжимается и разжимается. Широко открытые и, кажется, ничего не видящие глаза. Хрип, пузырьки грязно-белой пены на синеющих губах.
      Что же я наделала?..
      Эвисанда пятится. Я не успеваю отступить, и она натыкается прямо на меня. Оборачивается. Белое лицо с пустыми глазами.
      - Все хорошо, Эви, - говорю я. - Успокойся, это не то, что ты думаешь. С королем на самом деле ничего не случилось...
      Эвисанда визжит. Так пронзительно, что у меня на миг закладывает уши. Затем набрасывается на меня, но теперь я уже успеваю шарахнуться в сторону и перехватить ее руки. Эви отчаянно вырывается и голосит:
      - Это ты! Это ты сделала! Мерзавка! Гадюка стигийская!
      Ну, это уже совсем незаслуженно...
      Мне наконец удается прижать Эви к стене и заглянуть ей в глаза. Проходит миг, другой, Эвисанда перестает кричать и дергаться, обмякает и медленно сползает вниз. Головная боль мне обеспечена, но теперь госпожа Аттиос не будет мешаться под ногами. Она безмятежно проспит до самого утра и будет считать все случившееся всего лишь кошмаром.
      Теперь нужно поставить на место засов. Он нетяжелый, латунный, обвитый для крепости полосой кованного железа. После некоторых мучений мне удается опустить его и вложить в скобы. Чтобы открыть дверь, ее придется вышибать тараном.
      К кровати я подошла с некоторым смятением в душе. Конечно, я знала, что это никакой не Конан, но все равно было жутко. Я убила Киммерийца. Пускай не его самого, а созданное неведомо кем подобие, но все-таки мне удалось совершить то, чего не могли добиться множество умелых воинов, колдунов и прочих врагов Конана. А сегодня, в ночь на двенадцатый день первой зимней луны, Ринга Эрде отравила короля Аквилонии. Жуть берет от таких слов...
      Неподвижная фигура на кровати шевельнулась. Я шарахнулась назад и врезалась в показавшуюся очень твердой стену. До чего ж я глупа - это всего лишь посмертные судороги. Может быть это существо могущественно, однако никто в мире живых не в состоянии выкарабкаться после употребления смертоносного зелья ибн Джубайра.
      Человек рывком повернул голову. Расширенные зрачки уставились на меня. Я вжалась в стену, вцепившись в рукоять висевшего на поясе Шото. Почему-то стало очень трудно дышать, а руки противно тряслись.
      У настоящего Конана светло-синие глаза. Когда он злился или задумывался, они светлели, приобретая сероватый льдистый оттенок. У существа, что неотрывно смотрело на меня, глаза были зеленые. Яркого зеленого цвета, схожего с весенней листвой. Кажется, они даже слегка мерцали, переливаясь. Я с трудом отвела взгляд и увидела еще кое-что интересное. Вытянутая поверх шкур рука, только что судорожно вцепившаяся последним усилием в мягкую шерсть, теперь разжалась и начала медленно двигаться.
      Я сглотнула. Осторожно сделала крошечный шажок по направлению к потайной двери. Потом еще один. Существо сжало и опять разжало пальцы, с каждым разом проделывая это все увереннее. Немного повернуло голову, чтобы отыскать меня и посмотреть, чем я занимаюсь.
      - Я найду тебя, - прозвучало в моей и без того гудевшей голове. Голос был мне незнаком - высокий и чуточку скрипучий. - Я разыщу тебя, маленькая дрянь, где бы ты не спряталась. Ты ответишь за совершенное.
      Этого я не выдержала. Сорвалась с места, влетела в потайной коридор, пронеслась по нему, выскочила в соседней комнате и только тут сообразила вернуться, чтобы запереть дверь. Дважды отмычка выскальзывала у меня из рук и мне чудилось, что я слышу шорох за дверью - существо приближалось, чтобы прикончить меня.
      - Уноси ноги, - сказала я самой себе. Звук собственного голоса, как ни странно, подействовал ободряюще. Что ж, придется признать, что план Мораддина не удался. Сколько еще времени понадобится двойнику, чтобы окончательно придти в себя, снять с дверей засов и позвать стражу? Колокол? Меньше? Будем рассчитывать на худшее - полколокола. Беги, Ринга, беги как можно быстрее. Иначе это дело станет последним делом в твоей жизни. И, что самое плохое, немедленная смерть тебе наверняка не грозит...
      В голове уже начинали стучать незримые молоточки, но я смогла проскочить мимо стражников. Завернула за угол, остановилась и прислушалась. Пока тихо. Куда бежать? Ясно, что вниз, но пытаться уйти через главные выходы - безнадежно. Там слишком много стражи. Значит, попытаемся добраться до дверей, ведущих к реке и прилегающему к ней саду. Перелезть через дворцовую стену не составит труда, главное - покинуть замок.
      Сориентировавшись и прикинув, как мне быть, я прыжками помчалась по едва освещенному коридору. Поворот, маленькая лестница, еще поворот... Вздернуть бы архитектора, спланировавшего такое количество мелких переходов и коридоров. Удача пока была со мной - я бежала через недавно отремонтированную, а потому еще пустовавшую часть дворца. Соответственно, и стражи здесь почти не было. Зато краской воняло - хоть нос затыкай!..
      Лестница побольше, двое караульных на ступеньках. Они, конечно, не дремали на посту (хотя один как раз зевал), но я появилась слишком внезапно. Убивать мне их было совершенно ни к чему, использовать Дар тоже. Я обошлась собственными скромными силами - прыгнула, сбила одного с ног, тоже упала, перекатилась, заодно сделав подножку замешкавшемуся второму. Они остались лежать непонятной грудой слабо дергающихся переплетенных конечностей, а я побежала дальше.
      Вот она - моя цель. Широкая деревянная лестница, завершающаяся во внутренних дворах первого этажа. Я спугнула кого-то из прибиравшихся слуг, вихрем пронесясь мимо. Пока я опережала моего неизвестного врага, сохраняя за собой преимущество неожиданности. Главное, чтобы у выхода торчало не более трех стражников.
      Не повезло. В неярком свете висящего рядом с дверьми факела виднелись целых четыре фигуры в черной форме. Разумеется, они меня заметили - трудно не обратить внимания на лихо скачущего через две ступеньки человека. С четырьмя хорошо выученными гвардейцами, каждый из которых выше меня на две головы и сильнее уж не знаю во сколько раз, мне при всем желании не справиться. Придется играть не по правилам.
      Первой моей жертвой оказался страж справа, вдруг шарахнувшийся в сторону и принявшийся яростно отбиваться от чего-то невидимого. Его сосед не успел вовремя отскочить и попал под удар, предназначенный для призрачной напасти. Об этих двоих я больше могла не беспокоиться.
      Третий как-то неуверенно огляделся по сторонам и сделал вялую попытку достать меня с трудом вытащенным из ножен клинком. Я небрежно отмахнулась, простейшим финтом выбив у него меч, а он, кажется, даже не заметил потери оружия. Его внезапно заинтересовали ровно обтесанные камни стен, и он принялся тщательно выстукивать их. Понятия не имею, что он там надеялся обнаружить.
      Зато четвертый не двинулся с места. Похоже, на этого служаку, привыкшего беспрекословно исполнять приказы, насылаемые мной мороки совершенно не действовали. У него имелось четкое распоряжение - никого ночью без особого разрешения не выпускать из дворца, и он видел несущуюся на него подозрительную личность, которую следовало задержать. Места для других мыслей в его голове просто не оставалось.
      Больше всего я опасалась, как бы, привлеченное звоном оружия и топотом посреди ночи, сюда не примчалось подкрепление. Но пока на лестнице никто не появлялся, и мы без помех могли испытывать боевые умения противника.
      Мне пришлось тяжко. Во-первых, гвардеец был вооружен традиционным широким и тяжелым, хотя и коротковатым эстоком Черных Драконов, которым при удачном стечении обстоятельств можно было переломить моего более легкого Шото напополам. Во-вторых, я постоянно косилась по сторонам, отчего делала ошибки и не успевала следить за перемещениями стражника. Он едва не загнал меня в угол, потом мне пришлось прыгнуть через перила - иначе бы я точно лишилась изрядной части головы - и я еле успела откатиться в сторону, потому что гвардеец сиганул следом за мной.
      И все же я его подловила. На давнюю, как мир, уловку под названием "Ой, меня задели! Сейчас упаду!" Страж дворца купился на мои жалобные всхлипывания и, опустив меч, приблизился на слишком опасное расстояние. Пожалеть об этом он не успел, зато мои штаны и сапоги оказались залиты кровью.
      Не хотела я его убивать. Честное слово, не хотела. Я вообще стараюсь в своем ремесле избегать убийств. Только какое теперь этому стражнику дело до моих признаний?
      У убитого на поясе болталась тяжелая связка ключей. После лихорадочных поисков я обнаружила тот, которым отпиралась входная дверь, и благополучно выскочила наружу - сначала во внутренний двор, затем через приоткрытую калитку - в сад. Под ногами шелестели опавшие листья, с реки долетал холодный ветер. Откуда-то донеслись размеренные удары колокола - я бежала по дорожкам сада и считала их. Двенадцать. Полночь. И, как и положено, разнообразная нечисть выбирается из потайных укрытий и принимается за свои темные дела. Я, в сущности, тоже могу считаться нечистью, но мне сегодня не повезло.
      Впереди возникло нечто более темное, нежели ветви окрестных деревьев, и круто уходящее вверх. Дворцовая стена. Массивные гранитные плиты с таким количеством трещин и выступов, что взобраться наверх - пара пустяков, даже если у вас под рукой не окажется веревки и крючьев.
      Вскоре я уже сидела верхом на гребне стены и смотрела на возвышавшийся в отдалении дворец. Редкие огоньки в окнах и вроде бы никакой суматохи. Неужели подменыш до сих пор пребывает взаперти? Или здраво сообразил, что приказ ловить меня в замке безнадежно запоздал?
      Не придя ни к какому определенному выводу, я спрыгнула по другую сторону стены. Прислушалась, осмотрелась. Кажется, я находилась где-то у полуденной части дворца, и, если пройти вдоль набережной, можно попасть на Новый мост. Оттуда до Обители Мудрости рукой подать.
      В завершение этого невероятно долгого и беспокойного дня мне посчастливилось - по набережной неторопливо тащился запоздалый наемный экипаж. После краткого торга скучавший на козлах возница согласился за полсестерция отвезти меня в Логиум, я забралась внутрь, упала на протертое задами многочисленных ездоков бархатное сидение и, кажется, благополучно задремала. Сквозь сон до меня долетало шарканье копыт по булыжникам мостовой и плеск речных волн. Потом шум воды сменился отдаленными громкими голосами и экипаж остановился. Прибыли. Ворота Логиума. Остается разыскать Мораддина и сообщить, что замысел провалился, а дело может оказаться куда сложнее, чем ему кажется.
      Глава восьмая
      ВЕЛЛАН, ВТОРОЙ РАССКАЗ
      Тарантия, столица Аквилонии.
      Ночь с 11 на 12 день первой зимней луны 1288 г.
      "...Король Конан остался в одиночестве. Все, даже самые верные его сподвижники, делившие с ним тяготы войны против Нумедидеса, были твердо убеждены, что правитель благополучно вернулся из Пограничья и ныне пребывает во дворце, занимаясь трудами на благо государства. Настоящий король, чье время правления исчислялось всего лишь семью лунами, еще не успел обзавестись широким кругом преданных ему людей, а потому был вынужден действовать самостоятельно. Впрочем, ему было к этому не привыкать - именно так он прожил все годы, предшествовавшие его восхождению на трон, и привык к тому, что в любом деле можно полагаться только на себя. Для начала король Аквилонии решил разыскать своих спутников, затерявшихся в многолюдной Тарантии. Однако непредсказуемая судьба распорядилась иначе. Вместо друзей он наткнулся на врага - тайно прибывшего в Аквилонию короля Кофа.
      Мнения современников о Страбонусе, правителе блистательного Хоршемиша, разнятся также, как небо и земля. Однако большинство историков сходится в том, что это был человек умный, жестокий и умеющий из всего, даже из собственных поражений, извлечь выгоду для себя или своей страны. Так он поступил и в этом случае, столкнувшись лицом к лицу со своим давним противником..."
      Из "Синей или Незаконной Хроники" Аквилонского королевства
      - Kуда исчезли эти недоумки? - огорчался Конан, расхаживая по комнате от одной стены к другой. С главной площади Обители доносился бой колокола восемь ударов. Это значит, что вот-вот наступит закат, в городе зажгут фонари, а спустя еще два колокола обыватели лягут спать. Единственными оживленными местами в Тарантии останутся кабаки, притоны, дома терпимости и, разумеется, Логиум. Ваганты обычно полную ночь гуляют. - Демон с ним, с Мораддином - сам полез в западню, а теперь наверняка застрял во дворце! Но где Тотлант с Эйвиндом? Я ведь им четко приказал - из Обители Мудрости носа не высовывать!
      Я отлично понимал чувства киммерийца. Наша компания разбрелась в разные стороны и, что характерно, никто наверняка не знал, где находятся остальные. После неудачной попытки освободить Халька из Железной башни и несколько опрометчивого (на мой взгляд) решения Мораддина отправиться во дворец и все выяснить самому, мы с Конаном (а точнее - Конан со мной. Я был в обличье "королевской собаки", то есть волка) вернулись в Логиум, в дом для вагантов.
      Мало того, что Тотлант с Эйвиндом бесследно исчезли, так еще неведомо куда испарился наш гостеприимный хозяин, месьор Робер Ди Монтобье. Его комнаты были заперты, а вечно пьяный сторож ничего не видел.
      У Конана моментально возникло подозрение, что Робер повел стигийца и Эйвинда либо в город, либо в амфитеатр, к фиглярам. Ну, или на худой конец, в кабак.
      Ох уж эти мне тарантийские кабаки! "Цивилизованные" аквилонцы не имеют даже самого малейшего представления о том, что такое настоящий хороший трактир. Как вспомню "Танцующую лошадь" в Брийте, тоска накатывает. У господина Барли Бютта и мясо сочнее, и овощи острее пахнут, да и подает хозяин брийтской "Лошади" на стол не виноградную кислятину, гордо именуемую "белым пуантенским", а приличествующее всякому нормальному человеку пиво. Понять не могу, отчего в Аквилонии пиво считают варварским напитком и заменяют его дурными винами. Впрочем, это я так, к слову...
      Денек сегодня выдался хлопотливый. Вначале отправились к городской тюрьме, надеясь с помощью настоящего короля свести на нет усилия монарха фальшивого по поимке "злодеев короны". И ведь получилось бы! Конана стражники признали, хотя и подивились на некоторое несообразие - варвар "забыл" о собственных приказах и к тому же теперь бородку носит, чего прежде за ним не водилось. В Железной башне выяснилось, что Халька еще под утро увели во дворец и наши усилия пропали даром. Конан сделал вид, будто что-то перепутал, распрощался с лейтенантом стражи и мы быстренько покинули двор тюрьмы.
      Больше всего меня удручало то, что мне приходилось ходить по городу во второй своей ипостаси - волчьей. Эти мерзавцы даже разорились на ошейник с поводком. Вот поставьте себя на мое место. Было бы вам приятно исполнять роль домашней собачки? Ошейник трет, за поводок дергают... Какая-то горожанка, умилившись моей светлой пушистой шубой, проворковала: "Ой, какой песик!" и бесстрашно почесала за ухом. Мораддин посмеиваясь, еще заметил госпоже: "Не бойтесь, собака не кусается".
      Это я-то не кусаюсь?
      Когда мы пришли в трактир, а Конан с Мораддином начали обсуждать дальнейшие планы, уважаемому Веллану Бритунийцу (замечу, капитану королевской гвардии Пограничья) пришлось лежать под столом на грязной соломе. И грызть великодушно брошенную Конаном кость. А также гонять блох. Пакостным кусачим тварям было наплевать на то, что я не собака и не волк, а разумное существо, кое в чем даже превосходящее человека. Мне тогда подумалось, что рано или поздно придется Конану отмстить за такие издевательства над старым другом.
      Но более всего мне испортил настроение случай у ворот Логиума. Мы с Конаном домой возвращались. Некая почтенная дородная дама выбиралась из завешенных бархатом носилок, которые тащили шестеро здоровенных чернокожих слуг. Наверное, госпожа прибыла в Логиум навестить возлюбленное чадо, обучающееся в этом вертепе какой-нибудь там астрономии или схоластике. Конан расплачивался со стражником Логиума за вход, и это время из-под балдахина носилок выскочила маленькая, до отвращения чистенькая, с розовым бантиком на шее, собачонка и устремилась прямиком ко мне.
      Нет, не подумайте, она и не подумала меня облаивать. Во-первых, это была сучка. Во-вторых, она находилась в том интересном состоянии, когда... Ну, вы понимаете. И гнусную малявку за скудоумием ничуть не смутило то, что я был крупнее раз в пять и вообще не относился к породе собак.
      Конан со смеху помирал. А я стоял, как последний дурак, поджав хвост, и, скаля зубы, пытался отогнать настырное животное. В общем, оборотнем хорошо быть в лесу или среди своих - таких же оборотней. Племени Карающей Длани в городах делать нечего. По крайней мере, в облике волка.
      Я почувствовал себя нормально, только поднявшись в наши комнаты и быстро превратившись обратно в человека. Конан, разумеется, продолжал трястись от смеха. И говорил всякие гадости, наподобие: "Чего ж ты такой случай упустил?.."
      Ну, я и высказал варвару все, что думаю. Конан, впрочем, не обиделся. Его тотчас занял другой вопрос - куда подевались все остальные?
      Мы ждем Тотланта, Эйвинда, а заодно с ними и Мораддина (или какую-нибудь депешу от него) уже четыре колокола. Почти стемнело. Конан злится, я тоже начинаю тревожиться. Наконец, заскрипели рассохшиеся ступени лестницы, ведущей на второй этаж. Шел один человек, это я точно понял.
      Киммериец выглянул в коридор.
      - Робер, задери тебя Сет! - рявкнул Конан, узнав вечернего визитера. Ты не знаешь, где наши приятели? Шемит и высокий рыжеволосый парень?
      - Не знаю, - судорожно выдохнул вечный вагант. - И никто не знает. К великому счастью для нас всех.
      Конан поймал изрядно пьяного месьора Робера за рукав и втащил в нашу комнату.
      - А ну, объясни! - потребовал король. - Что-то я не понял твои последние слова.
      - Здорово было, - размашисто кивнул наш хозяин, тряхнув темными вьющимися волосами. - Они драку устроили. С королевскими гвардейцами.
      - Что? - переспросил я и непроизвольно опустился в кресло. Ноги перестали меня держать после эдакого сообщения.
      - А ваш шемит, - голосом запойного пьяницы продолжил Ди Монтобье, вовсе и не шемит! А самый настоящий волшебник! Он начал молниями швыряться! Или, вернее, огненными шариками... Первый раз в жизни такое видел. А потом они всех раскидали, забрали коротышку-немедийца и сбежали. Большая облава в центре города была. Не переживайте, их не поймали...
      Облава? Подождите-ка, помнится, когда мы были с Конаном в городе, я отметил про себя необычное оживление на улицах. То и дело проезжали отряды конной стражи, бегали туда-обратно воины городской охраны в малиновой одежде... Что ж такого натворил Тотлант? И при чем тут Мораддин?
      - Рассказывай по порядку! - рявкнул Конан прямо в лицо Робера и для острастки встряхнул его за грудки. - В точности! Ты что, все видел?
      - Своими глазами, - уверенно подтвердил вагант. - В общем, было так...
      И он рассказал. Честно признаться, у меня волосы дыбом встали едва я уяснил, что именно произошло на улице Гвардейцев. Конан после речей вечного ваганта, между прочим, тоже выглядел несколько ошарашенным.
      Сводилась история Робера вот к чему.
      ...Ехали себе по улице благородные дворяне, служащие в королевской гвардии. А с ними почему-то был граф Мораддин. А в это время Робер, Эйвинд и Тотлант покупали медовые плюшки у лоточника. Все тихо и спокойно. И вдруг проклятый шемит (который вовсе не шемит) делает страшное лицо, вытягивает вперед руки и начинает пуляться в лошадей синенькими молниями. Тотчас телега с сеном загорелась. Господа гвардейцы, естественно, перепугались. Потом немедийский недомерок ка-ак схватит меч! Как пойдет всех крушить налево и направо! Кровь так и хлещет! Убитых не меньше десятка! А может быть, даже трех десятков! Народ вокруг бегает, кричит, панике предается. Вот как плохо, вот как страшно!..
      - А потом они убежали, а я в таверну пошел, - сказал господин Ди Монтобье в завершение своей проникновенной речи. - Однако точно знаю, что их не поймали. Я у военных на улицах спрашивал: изловили, мол, злодеев, или нет? Гвардейцы меня пиками отогнали и злились. Значит, твои, о король, сподвижники на свободе.
      - Сподвижники, - горько вздохнул Конан. - Идиоты они, а не сподвижники. Встречу Тотланта - лично рыло начищу. Вот этим кулаком, киммериец выставил перед собой сжатую в кулак ладонь. - Велл, собирайся!
      - Куда? - переполошился я. - На ночь глядя? Ты что, хочешь их спасать идти? Где мы их найдем?
      - Не суетись, - мрачно сказал Конан. - В Тарантии есть десяток местечек, где укроют кого угодно, лишь бы деньги были заплачены. Я еще по старым временам об этих заведениях помню. Прежде всего надо заглянуть в дом мамаши Куродье...
      - Куда? - изумленно переспросил я. - Мы собираемся идти в бордель? Я, конечно, ничуть не против, но, на мой взгляд, это слегка невовремя.
      - К мамаше слетаются все городские сплетни, причем самые свежие, пояснил Конан, натягивая куртку. Дворянский синий костюм, одолженный у Робера, он сбросил, переодевшись в обычное невзрачное дорожное платье. - Ее дом, разумеется, не самый благопристойный, но самый богатый новостями... Робер, катись спать, ты сегодня перебрал. Двери в наши комнаты я оставлю открытыми - вдруг Тотлант с остальными вернутся.
      Конан вытолкал пьяного и ничего не понимающего Ди Монтобье в коридор, кликнул меня и едва не кубарем скатился по лестнице вниз.
      - Веллан! - услышал я его возглас. - Бегом! Где ты копаешься?
      Да, хорошо начался вечер. Хвала Иштар, я не забыл прихватить с собой оружие. Люди говорят, что в Тарантии по ночам лучше ходить при мече.
      Надеюсь, мы действительно идем только лишь за сплетнями и не впутаемся в какую-нибудь дурацкую историю по вине взбудораженного и разозленного Конана. Однако не верится мне, что наступающая ночь будет тихой да спокойной...
      * * *
      Вечерняя Тарантия по-своему привлекательна. В центральных кварталах города, на мостах через Хорот и вокруг Обители Мудрости особые служители городской управы зажигают масляные фонари с цветными стеклами, некоторые горожане украшают свои дома факелами, а корабли, стоящие в гавани столицы (это вниз по течению в четверти лиги от дворца) и вовсе похожи на расцвеченные огоньками праздничные "весенние деревья". В Пограничье и Бритунии в день весеннего равноденствия есть традиция ставить посреди поселка срубленную ель или молодую сосенку, украшать ее дарами земли и фонариками, а к вечеру закатывать большой праздник. С песнями, танцами и выпивкой.
      Конан уверенно вел меня через город, обходя наиболее оживленные улицы. Тамошние лавки не закрывались до полуночи, богатые тарантийцы устраивали в своих домах приемы, а городская стража усиленно надзирала за порядком. То есть в центре города, возле дворца-замка, даже после заката было слишком людно. Но и кварталы победнее тоже не казались вымершими.
      Мы шагали к полуночной окраине города. Дома в этом районе были старинными, низкими и обшарпанными. Катили возы припозднившихся золотарей, из дверей какого-то захудалого трактира выкидывали отказавшегося платить пьянчугу, а тот шумно возмущался. Из раскрытых окон дома, который, судя по вывеске, принадлежал купцу бронзовой гильдии, изливался возмущенный женский крик, сопровождаемый звоном бьющейся посуды и редкими оправданиями хозяина. Последнего, как видно, уличали в супружеской неверности.
      Кого-то били, оттеснив в темный угол между двумя домами. Били увлеченно, с душой и старанием. Поленом по голове. Побиваемый тихо стонал, а неизвестные злодеи яростно повторяли что-то насчет неуплаченного вовремя долга.
      Несколько раз я обратил внимание на смутные тени, маячившие под арками домов. Загадочные люди были завернуты в темные или серовато-коричневые плащи, а руки с подозрительным спокойствием держали за пазухой.
      - Уличные грабители, - недовольно поморщившись, бросил мне Конан. Возле дворца и дорогих кварталов их почти повывела стража, а здесь... Не беспокойся, на нас никто не нападет. Во-первых, нас двое, во-вторых, мы вооружены и трезвы. Эти стервятники чаще всего обирают пьяных. Вернусь в замок - попеняю начальнику городской стражи.
      Меня всегда радовал оптимизм Конана. Последние слова он сказал с такой уверенностью, что я не усомнился: скоро король действительно вернется на свое место.
      Заведение мамаши Куродье называлось пышно: "Остров вечного блаженства". Как и положено по городскому уставу, над входом висели вычурные кованые фонари с красными стеклами. Привратник, встречавший у дверей посетителей, однако, был слегка пьян, нечесан и краснонос.
      - Месьоры! - воззвал он, едва увидев нас. - А вы зашли бы? У нас сегодня особенный день! Мамаша празднует день рождения! Всем посетителям скидка, постоянные бесплатно!
      - Какая жалость, - огорчился Конан и хитро посмотрел на меня. - Я перестал быть постоянным клиентом госпожи Куродье года два назад, еще когда служил Нумедидесу.
      Киммериец отстранил привратника, походя бросил ему монетку (целый золотой солид, между прочим) и, как обычно, пинком растворив дверь, вошел. Я маячил у него за плечом.
      Так себе заведение. Не слишком богатое, однако и не слишком бедное. В приемной зале, находившейся сразу за входом, стояла немного потертая, но все еще неплохая мебель, обтянутая синим бархатом. Стены были того же цвета, но посветлее - мамаша наверняка не поскупилась на голубоватый узорчатый штоф для обивки. Бронзовые светильники, подсвечники... И среди всего этого благолепия - не меньше двадцати совершенно хмельных посетителей и почти такое же количество девок в прозрачных нарядах. А некоторые и вовсе без одежд.
      - Чего изволите, господа? - к нам моментально подскочил молодой служка с отвратительно льстивой и честной физиономией отъявленного мошенника. - Не беспокойтесь, все устроим в лучшем виде! Вам отдельные комнаты или... - он хитро усмехнулся, - будете со всеми вместе?
      - Мамаша сегодня здесь? - мрачно осведомился Конан, не забывая, однако, бросать взгляд на веселящихся красоток. У меня от шума уши закладывало. - Отведи.
      - Госпожа Куродье занята, - насупился служка. - У нее гости.
      - Я тоже гость, - хмыкнул варвар и как бы невзначай взял парня за шею сзади и чуток сжал пальцы. Тот пискнул. - Куда идти?
      - Господин... - прохрипел служка. - Мне ничего не говорили... А мамаша на втором этаже, в своей гостиной.
      - Вспомнил, - кивнул Конан и отпустил железную хватку. - Веллан, пойдем.
      Надо полагать, замашки Конана не вызвали особого удивления у прислуги. Никто не побежал за вышибалой, никто не возмутился. А если говорить честно - ни один человек, кроме привратника и озабоченно потиравшего помятую шею служки, и не заметил нашего появления. Конан невозмутимо прошел направо в коридор, свернул на лестницу и вскоре мы оказались у двустворчатых дверей.
      - Говорить буду я, - Конан серьезно взглянул на меня и ободряюще хлопнул по плечу. - Ты все равно здесь никого не знаешь.
      На этот раз варвар открыл дверь по-людски. То есть за ручку. Мы вошли и...
      - Ой, - только и сказал я.
      Никогда не видел такой вызывающей пошлой роскоши. Гостиная хозяйки заведения представляла собой большую квадратную комнату, слегка вытянутую в длину. Одна парча, золото и малахит. Причем обивка стен (золотая с зеленым шитьем парча) никак не сочеталась с мебелью (выложенный изумрудным малахитом стол, такие же кресла с оранжевой обивкой и жуткие витые светильники по углам). Невыносимо смердело благовониями - едкий дым исторгался из многочисленных курильниц.
      За круглым столом сидело восемь человек. Почти у каждого за спиной воздвигался телохранитель. Эти красавцы отличались удивительно тупыми мордами и сверх всякой меры раздутой мускулатурой. Даже Конан, уж на что большой, выглядел по сравнению с ними недомерком, а уж обо мне и говорить нечего. Однако надо видеть разницу - кто как выглядит и кто что умеет...
      А вот господа, сидевшие за серебряными столовыми приборами, были не слишком приметны. Пожилые, седоватые мужчины, некоторые со шрамами на лицах, другие просто напоминали ушедших на покой канцеляристов или писцов. Голову даю на отсечение - у мамаши собрались самые знаменитые и удачливые воры этого квартала, содержащие собственные шайки.
      Телохранители седых старцев повернулись к нам. В их глазах не читалось никакой мысли. Будто у цепных собак. Конан оставался невозмутим.
      - Привет, мамаша! - киммериец обратился к сухощавой высокой женщине, сидевшей прямо напротив. По виду ей было лет шестьдесят, но лицо хранило следы былой божественной красоты. - Узнаешь?

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30