Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Хроники XXXIII миров (№10) - Бог гномов

ModernLib.Net / Научная фантастика / Иванов Борис / Бог гномов - Чтение (стр. 14)
Автор: Иванов Борис
Жанры: Научная фантастика,
Детективная фантастика,
Космическая фантастика
Серия: Хроники XXXIII миров

 

 


— Лучше уж будь птичкой на проводе, — грустно улыбнулась Энни. — Или солнечным зайчиком. Это очень на тебя похоже. Вот ты есть, и вот тебя и нет… На всякий случай не буду нарушать правил игры — место моей встречи ты сможешь вычислить сам. После самой встречи я дам текстовку на твой «ящик». Провожать меня не надо. До встречи, Агент!

Она поднялась из-за стола и направилась к выходу. Ким задержался на минутку, задумчиво созерцая головной убор,

По-прежнему и продолжавший украшать столик перед ним. Хозяин явно позабыл его, убыв куда-то второпях.

Агент, не отрываясь от этого зрелища, достал трубку мобильника, набрал номер господина директора и после обычного утреннего приветствия поинтересовался:

— Я хотел бы знать, господин директор, — ваши люди продолжают сидеть на хвосте у мисс Чанг?

— Если вы имеете в виду вашу только что закончившуюся встречу, то я о ней знаю, — без особой приветливости в голосе ответил ему Ноксмур. — Кстати, вы выбрали удачное место для встречи. Кафе, в котором столуются копы, хорошо защищено от прослушки.

— Не сомневаюсь, — вздохнул Ким. — У меня будет к вам просьба. Пусть ваши люди в течение этих суток информируют меня о местонахождении уважаемой мисс. Лучше, если они будут делать это каждые десять минут.

— Вы считаете, что ее стоит держать под постоянным контролем? — уточнил господин Ноксмур. — Это, кстати, дорогое удовольствие. Ваша просьба связана с…?

— Связана, — заверил его Ким. — И пусть ваши люди не приближаются к мисс. Это чревато. Остальное — не телефонный разговор.

Ноксмур кислым голосом обещал ему выполнить просьбу и дал отбой. Ким снова глянул на досаждавшую ему шляпу и вдруг вспомнил, кем мог быть этот хозяин, и даже чуть было не присвистнул от удивления. Потом Агент поступил странно — осторожно подхватил загадочную шляпу, как мог замаскировал ее под полой куртки и с невинным видом покинул гостеприимные пределы «Друга желудка».


— До проклятого Чоппера невозможно дозвониться, — с Досадой процедил Чарли и бросил трубку на стол. — Получил бабки и нажрался как свинья! Это точно!

Разумеется, Чарли не пришло в голову, что трубка Чоппера валяется в кабине брошенного у обочины «коронадо», а ее хозяин находится уже невдалеке от «Антикварной лавки».

— Если через час ты мне его не достанешь, живого или мертвого, — строго предупредил партнера Макс, — то выдумывай сам, куда девать покойничка. Он уже скоро завоняет почище твоих носков…

Угроза такого несчастья была поистине страшной, и Чарли принялся снова барабанить по клавиатуре трубки. Это его занятие было прервано дребезжанием звонка-талисмана.

— Кого там черт несет? — злобно покосился в сторону торгового зала Макс.

Черт нес, судя по звукам, исходившим из динамика дверного коммуникатора, не кого иного, как самого Чоппера. Чарли возблагодарил Пречистую деву и поторопился распахнуть перед столь вовремя появившимся подельником входную дверь.

И тут же понял, что Богородицу благодарил слишком рано.

В дверь, оттерев в сторону Чоппера и уложив носом в пол самого Чарли, вломилась неполная дюжина увешанных оружием мордоворотов. За ними, вытирая руки гигиенической салфеткой, в лавку вошел огорченно морщащийся Обух в сопровождении верного Мартина. Следом еще пара мордоворотов вела двух псов, один только вид которых внушал неподдельный ужас любому живому существу. Например, человеку не робкого десятка вроде Макса. На свою беду, того угораздило выйти в зал следом за своем партнером.

— Ты ненароком не наложил в штаны? — спросил его Обух, окидывая взглядом лавку. — Да нет… Не та вонь…

Он отодвинул в сторону окаменевшего от страха Макса и заглянул в подсобку. Некоторое время Хозяин боев без особого удивления рассматривал останки злосчастного Свистуна, потом обратил сочувственный взгляд на Макса. Чарли, тративший остаток сил на попытки вжаться в каменный пол лавки, вообще не удостоился решительно ничьего внимания.

Люди Обуха, не тратя времени попусту, потрошили шкафы и ящики кассы и сваливали все мало-мальски ценное в поставленный посреди комнаты мешок. Те, кому не хватило работы, затаскивали в лавку с улицы — из машины, на которой прибыли — объемистые канистры, источающие запах керосина.

— У вас, я вижу проблемы, ребята? — ласково осведомился Обух у исходящего холодным потом Макса и кивнул на покойника. — Что-то не поделили с парнем?

— М-мы, не х-хотели… — выдавил из себя Макс. Теперь настала его очередь заикаться. Было совершенно неясно, что он имеет в виду — умерщвление Свистуна или налет на букмекерскую контору.

— В другой раз я бы дал вам пару хороших советов, как избавляться от таких вот издержек производства, — все тем же сочувственным тоном продолжил Обух. — Какая-то пара канистр простенького раствора — и эта куча дерьма без проблем уйдет в канализацию. Но сейчас у нас получается совсем другой разговор… Вам, ребята, как больше нравится — поговорить с Джерри и Таузером, — кивнул он в сторону страховидных псов, — или просто сразу выложить все ваши заначки? Все равно они вам больше не пригодятся.

Макс покосился на собак, вдохнул запах керосина, которым, уже не торопясь, но и не теряя времени даром, поливали внутренность лавки люди Обуха, и быстро, глотая слова, затараторил:

— Я… М-мы можем найти для вас б-большие деньги… М-мил ионы… Т-только…

— Это откуда? — без особого интереса осведомился Обух. — Вы, часом, не клад отыскали, друзья?

— Эт-тот привез т-такую штучку, за которую отвалят м-ного, — пояснил Макс и подбородком указал на останки Свистуна.

— И где штучка эта? — поинтересовался вновь Обух. — И как ее зовут?

— Ш-штучку забрал М-мессер, — выпалил Макс. — Он и г-грохнул п-парня… Мы тебя с ним сведем… С Мессером.. И с п-покупателем — тоже… У того — д-деньги…

— Деньги — за что? — проявил наконец Хозяин боев признаки интереса к предложению Макса.

— З-за Бога гномов, — выдавил из себя Макс.

Глава 7

ПРОВОДНИК

Да, «дорожники» сдержали свое слово и за считаные минуты «вычислили» угнанный у какого-то растяпы «коронадо». Для осмотра машины отправился патруль, и в ожидании новостей команда Ван-Аахена разбилась на части. Левой отправился прислеживать за уже знакомым ему логовом Хозяина боев, а Полек был командирован за шляпой комиссара, забытой в кафе. Сам комиссар, на пару с капитаном, коротали время в готовой к срочному выезду тачке. Лейтенант вернулся скоро, обескураженный, но полный оптимизма.

— Память у меня стала ни к черту! — вздохнул комиссар, огорченно приглаживая свою изрядно поседевшую шевелюру. — Я был уверен, что оставил свою шляпу в этом… как его… в «Друге аппендикса».

— Желудка, — улыбнулся в ответ лейтенант Янковски. — Желудка, комиссар, а не аппендикса и не прямой кишки… Но я готов вам поклясться, что ее там уже не было, когда я забежал туда. Как ни странно, никто на нее не обратил внимания. Сомневаюсь, что кто-нибудь э-э…

«Что кто-нибудь мог позариться на подобное добро», — чуть было не брякнул он, но вовремя спохватился и вслух выдал:

— В общем, я сомневаюсь, что кому-нибудь пригодится головной убор того фасона и того размера, что так нравится вам… Разве что — кому-то из ваших тайных поклонников. Не удивлюсь, если таковые имеются. И собирают реликвии, быть, готовятся увековечить ваш образ. Ну, знаете, Вам, в Метрополии, существуют даже музеи известных детективов. Мемориальная квартира Шерлока Холмса, например… где-то в Лондоне, кажется. А Мегре даже поставлен бронзовый памятник. В каком-то другом городе…

— Так то литературные герои, — усмехнулся Роше. — Живые сыскари таких почестей не удостаиваются. Поклонники, способные «свистнуть» головной убор у своего кумира, в природе встречаются разве что в окружении звезд эстрады, — назидательно произнес комиссар. — Мои же шляпы пропадают, я думаю, по иным причинам. Одна из них, разумеется, — банальный склероз. Ладно, я ее признаю, эту причину. Скрепя сердце, но таки признаю. Однако это не все объясняет. Ведь не теряю же я постоянно свои бумажники, служебные документы, как бы мне ни хотелось от них избавиться, портфели или даже очки… А вот шляп я потерял, пожалуй, больше, чем сподобился получить нагоняев от всех министров и верховных комиссаров, сколько их там на моей памяти сменилось на родной Прерии. Тут, господин лейтенант, требуется совсем другое объяснение.

— И вы его нашли? — живо поинтересовался капитан Ван-Аахен, до того не участвовавший в разговоре.

Роше сокрушенно покачал головой.

— Я просто понял… — грустно произнес он, машинально разыскивая по карманам плаща свое курево. — Понял, что эта чертовщина — не что иное, как проявление какого-то Фундаментального закона природы. Иррационального, как и все фундаментальные основы бытия. Его, так сказать, основные императивы…

— Иррациональные… — озадаченно произнес Полек, подражая акценту Левона, — им-пэ-ра-тывы…

— Ну вот, к примеру, — объяснил свою мысль комиссар, — нет смысла искать объяснения тому, что действие Равно противодействию, а сила притяжения убывает пропорционально квадрату расстояния между телами. А не, скажем, кубу… Это не удивляет никого, кроме окончательно спятивших физиков,

— М-да… — согласился с ним капитан.

— Вот точно так же, — продолжал Роше, — не стоит удивляться тому, что шляпы у комиссара Жана Роше пропадают где-то раз в два года. Это просто такое же проявление необъяснимой связи событий, как закон всемирного тяготения, открытый Ньютоном. Только одна из этих зависимостей распространяется на малое число материальных тел, а другая — на все тела во Вселенной. Поэтому-то сэр Исаак со своими яблоками известен всему свету, а комиссар Жан с его шляпами — только узкому кругу своих друзей и знакомых…

Ван-Аахен подозрительно покосился на Роше и сделал про себя умозаключение, что способность шутить, сохраняя при этом совершенно серьезный вид, встречается порой у людей, от которых просто никогда не приходится ожидать этого. Например, у комиссаров криминальной полиции. А ведь их профессия располагает к философским шуткам…

Сигнал вызова прервал его философские размышления. Прозвучал он снова в кармане плаща Роше, и тот поспешно достал из него свой мобильник.

— Это Левой, — сообщил он, послушав с минуту чириканье, доносившееся из трубки. — Там дело как будто сдвинулось с мертвой точки. По крайней мере, у него две новости — хорошая и плохая.

— Начните с плохой, — отозвался рыжий капитан стандартным ответом на стандартную шутку.

— «Дорожники» обнаружили, что наш «коронадо» пуст, как гнилой орех, — вздохнул комиссар. — По их мнению, в салоне кара присутствуют следы борьбы и даже как будто кровь… Они нашли там еще трубку и завезут ее нам. Может быть, в памяти телефона найдутся полезные номера…

Эти слова он сопроводил довольно кислой улыбкой.

— Теперь — хорошую новость, пожалуйста, — терпеливо попросил капитан.

Роше оживился.

— В хозяйстве нашего друга Ларсена сначала было оживление, — объяснил он. — К нему нагрянула целая орава подручных. А затем вся эта орава с Обухом во главе ломанула в город на паре джипов. Явно предстоит какая-то катавасия. Левой сел им на хвост.

— Трогаем! — скомандовал капитан Полеку.


Энни закончила письмо и перечитала его. Что и говорить, впечатление оно производило преглупое. По крайней мере, на нее саму. Если что-нибудь приключится с ней, то в веках память о ней останется как память об идиотке… Идиотке, которая сама потащилась в ловушку, зная о том, что ей там неминуемо прищемят нос. Это как минимум. Но что поделать, если лучше умереть как идиотке, чем струсить и не разгадать загадку, за которой кроется тайна… А ведь у Мира Ваганты действительно есть своя тайна. И хранят эту тайну — гномы… Будет забавно, если после того, как все будут ждать от Энни репортажей, скучных, как бухгалтерские отчеты, она откроет в этом скучном Мире целую цивилизацию разумных существ. Ну не сама, конечно, в одиночку, откроет ее, а просто соприкоснется с этой Тайной. Этого — будет вполне достаточно, чтобы насолить всем тем, кто не ждал от нее уже ничего интересного.

Энни сунула письмо в конверт, а конверт — в порт пневмопочты.

«Интересно, — подумала она, — смогут ли гномы стереть и это письмо как магнитную запись голоса Майка после того, как он продиктовал мне их послание? В конце концов Письмо уйдет с планеты. А в космосе гномы вроде не властны над событиями…»

Энни заглянула в зеркало и, как обычно это бывало с ней перед каким-нибудь мало-мальски ответственным делом, осталась недовольна своим внешним видом. Но она не была любительницей откладывать дела ради забот о внешнем благообразии. Прихватив сумочку с обычным набором «всего необходимого» для штатной корреспондентки «ГН», выходящей из дому, проверив, на месте ли ее универсальный регистратор и старые добрые блокнот и электрокарандаш, Энни заперла за собой дверь корпункта.

По дороге она не особенно таилась, но не особо и старалась броситься кому-нибудь в глаза. Вместо редакционной «тойоты» она по Сети арендовала неприметный «фольксваген-малышку», но честно зарегистрировала его на свое имя — на случай предстоящего разбирательства. Увертливый кар послушно следовал маршрутом, введенным в его автопилот, и в нужное время оказался в нужном месте — у набережной Холодной реки, пересекающей Старый Форт посередине и делящей его на Восточный Форт и Западные Укрепления. От набережной убегали вверх, в старую часть города, пустынные, засаженные шеренгами успевших состариться деревьев, улицы и улочки. Они были безлюдны и словно пропитаны ночными тенями. Даже в светлое время дня в них царил вечерний полумрак.

На одной из таких улочек и притаился выглядевший заброшенным монастырь последователей какого-то из многочисленных путаных религиозных учений, расплодившихся в период Второй Звездной Экспансии. Собственно, где-то в его псевдоготическом зале и должна была произойти встреча Энни с Теми, кто Живет в Стенах.

Энни припарковала свою «малышку» в совсем уж узком проулке сбоку от монастыря и окинула внимательным взглядом округу. Конечно, никакой слежки заметить невооруженным глазом было попросту невозможно. Но она обязательно должна была быть, эта слежка. Если на это не хватало времени и денег у ведомства полковника Хоффа, то уж Ким должен был найти и время, и средства для такой благой цели. Чтобы преодолеть последние десятки метров до места встречи, корреспондентке «ГН» пришлось отыскать в монастырской стене почти незаметную дверцу и справиться с ее потайным замком. Двор монастыря, узкий, словно коридор, был порядком замусорен и заброшен. В то, что здесь обитают живые люди — и не просто обитают, но и выполняют какие-то головоломные функции — поверить было трудно. Ворота, ведущие внутрь заброшенного дома, были заперты намертво и заколочены тяжелыми досками. Нужная Энни дверь скрывалась в нише, которая меньше всего походила на вход в облупленное здание монастыря. Энни не без труда отыскала ржавый дверной молоток и постучала в дверь условным стуком. Странно было видеть, как неторопливо, без единого звука отодвинулась в глубь дома дверь, закрывавшая узкий вход в один из приделов молельного зала.

Зал этот был так же пуст, как двор монастыря, но гораздо более чист и совсем не захламлен ни строительным мусором, ни ломаной мебелью, как того ожидала Энни. Здесь было даже относительно светло. Запыленные витражи и стеклянный мозаичный потолок пропускали достаточно света, чтобы наполнить это небольшое в общем-то свободное пространство вокруг теплым, насыщенным светом.

Энни окинула взглядом витражи, мозаичные панно на алтарных стенах и наборный гранитный пол под ногами. Оценила и сработанные из темной полированной древесины скамьи для молящихся, и алтарь. Все это наводило на мысль о каком-то провинциальном музее, хорошо ухоженном и никому не нужном. Она осторожно оглянулась, чтобы проверить, что находится у нее за спиной.

Вообще-то именно туда ей следовало обратить свой взор с самого начала, с запозданием сообразила Энни. Прямо позади нее, погруженный в густую тень, в позе смиренного ожидания стоял высокий, худой, словно скелет, и благообразно лысый человек.

— Здравствуйте, мисс, — сухо, недостаточно приветливо сказал он. — Пройдемте…

Он жестом пригласил Энни следовать за ним и, держась сбоку от нее, словно готовился подхватить гостью за локоток, повел ее в глубь зала. Зал был невелик и оправдывал свой статус не столько размерами, сколько своим торжественным и выдержанным в строгом, скромном вкусе убранством.

Энни, поневоле искоса, рассматривала встретившего ее типа, пытаясь прикинуть его роль и его намерения. Тип был тщательно одет во все темное, не бросающееся в глаза: вельветовые брюки, легкие мокасины темной кожи, свитер без рисунка и куртку из плотной ткани. Лицо у него было крупное, костистое, и украшали его серые, водянистые, слегка навыкате глаза. Присмотревшись, Энни сообразила, что тип был не лыс, а наголо брит, к тому же, насколько позволяли судить его цвет бровей и ресниц, исключительно светловолос.

— Теперь сюда, — произнес тип, сдвигая в сторону массивное на вид панно, украшавшее задник алтаря.

За панно этим шел пологими ступеньками спуск в помещение, размерами не превышавшее кабинет на двоих в каком-нибудь приличном ресторане. Комнатушку, как и весь храм, украшала стенная мозаика. Свет скрытых светильников придавал ей даже определенный уют, который портил легкий запах подвальной сырости, витавший в воздухе. Большую часть комнатушки занимали тяжелый, видимо сработанный из дуба стол и такие же явно специально для этого храма изготовленные кресла, обшитые темного тиснения кожей.

— Присаживайтесь, — с прежней сухой предупредительностью предложил Энни тип. — Нам стоит побеседовать, прежде чем вы отправитесь в свое странствие…

Он подождал, пока Энни устроится на сиденье, и сам опустился в оставшееся свободным кресло.

— Мне предстоит странствовать? — слегка удивленно спросила миниатюрная китаянка, в огромном кресле она стала казаться совсем маленьким ребенком. — Меня не предупредили об этом. К странствиям ведь нужно подготовиться.

Бритый альбинос усмехнулся:

— Когда Судьбе угодно отправлять нас в странствия, она редко дает нам время на подготовку. И мы всегда бываем не готовы к тому странствию, которое принимаем за жизнь, к нравам и законам тех земель, в которые приводит нас

Или путь…

— Вы — философ, сударь, — с немного насмешливой старомодной чопорностью польстила собеседнику Энни. — С вашего позволения, я как-нибудь процитирую этот ваш афоризм в подходящем… м-м… контексте. Кстати, как зовут вас? Негоже цитировать человека, оставив его безымянным.

— Это не мой афоризм, — усмехнулся тип. — Это из «Книги подсказок». Советую почитать это сочинение. Его, правда, нет в Сети, но, думаю, ваш друг даст вам его на пару деньков. У него эта книга есть.

— У моего друга? — снова удивилась Энни. — Вы знаете моих здешних друзей? Кто-то из них собирает книги восточных мудростей? Кого из них вы имеете в виду?

— Всегда полезно перед тем как довериться человеку навести о нем справки, — заметил бритый тип. — Что до вашего друга, то, если я не ошибаюсь, его зовут Ким Яснов. По крайней мере, я именно его имел в виду. Он любит восточную мудрость. Хотя и не удосужился как следует выучить китайский. Но это простительно тому, кто наполовину кореец, а наполовину славянин. К тому же Родольфо Рей — не восточный философ. Это я про автора книги, — уточнил он.

— Вы немного запутали меня, — вздохнула Энни. — Но, так или иначе, я вам благодарна. За то, что вы намерены Довериться мне. Уж и не знаю, смогу ли я оправдать ваши надежды. В тех краях, странствовать в которых вы мне любезно предлагаете…

— Значит, вы заранее согласны на странствия. Раз уж считаете мое предложение любезным, — улыбнулся ее собеседник. Но улыбка его была невеселой. — От вас, мисс, Не потребуется особо героических усилий, чтобы оправдать те надежды, о которых зашла речь. Пожалуй, от вашего Друга потребуются гораздо большие усилия…

— От Кима? — снова удивленно подняла бровь Энни, — слушайте, кто же вы такой? И как, в конце концов, зовут вас?

— Я — Проводник, — ответил альбинос. — Называйте меня, скажем, Мерлин.


Кима одолевало желание разорваться по крайней мере на две части. Беспокойство за судьбу Энни боролось в его душе со взятой на себя — согласно условиям контракта — обязанностью проводить расследование в интересах «Торгового дома братьев Гимли», а это заставило его перед необходимостью встретиться с уймой людей и в первую очередь с теми из них, кто был посвящен в тайны гномьего племени, затаившегося где-то в скальной тверди Ваганты.

Директор Ноксмур выполнял свое обещание и каждые десять минут трубка Кима выдавала ему текстовку с очередным сообщением о перемещениях спецкора «Гэлакси ньюс» Энни Чанг. Последнюю, сообщавшую о том, что объект наблюдения скрылся в стенах монастыря пресвятого Айзека, Агент получил, подруливая к выполненному в японском стиле особнячку в пригороде Старого Форта.

Второй из Посвященных, с которым Агент успел повидаться этим утром, был персонажем, явно пришедшим из совершенно другого спектакля, чем полковник Стриклэнд. Директор орбитальной клиники, выдающийся психоневролог, академик и профессор Исии Ватанабе видом более походил на пожилого садовника, озабоченного только лишь состоянием усердно возделываемого им садика. Представить его облаченным в мундир или заседающим в одном кабинете с носителями орденских планок и погон, украшенных генеральскими звездами, мог бы только человек, наделенный богатой фантазией.

И в этот раз Киму суждено было быть принятым вне стен жилища или рабочего кабинета Посвященного в тайны Ваганты. Господин Ватанабе принял его как раз в том самом садике, который так гармонировал с его внешним обликом-

— Вам очень повезло, господин Яснов, — улыбнулся низкорослый японец, пожимая руку Агенту. — Через пару дней ему уже пришлось бы отправляться на Стационарную орбиту. Отпуск заканчивается, и моя клиника срочно требует твоего присутствия на рабочем месте. А мне — признаюсь положа руку на сердце, с каждым годом все труднее оторваться от этого моего кусочка здешней «земной» жизни. Вы ведь знаете, должно быть, что я — уроженец Метрополии. Правда, Ваганта — это не мать-Земля, но здесь я душой практически возвращаюсь в родные места… Впрочем, я уже отнял у вас слишком много времени своей сентиментальной болтовней. А ведь вы нашли меня не для того, чтобы высушивать мои излияния?

— Жаль, что мы с вами не имеем времени поговорить на отвлеченные темы, — почти искренне вздохнул Ким. — Мне кажется, что мы были бы не очень докучливыми собеседниками. Но сегодня я для вас — всего лишь Агент на Контракте, ведущий оплаченное расследование. И вы, доктор, для меня, простите, — просто источник сведений о психологии и… мм… философии контакта людей и гномов…

— Ну что же, — понимающе улыбнулся ему доктор Исии. — Не будем терять этого прекрасного летнего времени. Ваши вопросы, господин Агент? Я готов ответить на те из них, на которые смогу.

Ким решил, что вопросы Посвященным лучше всего задавать прямо в лоб.

— Гномы способны на воровство? — спросил он. — На мщения? Дело в том, — добавил он, видя, что повергнутый его вопросом в размышления доктор Ватанабе не торопится с ответом, — что, с одной стороны, у меня появились подобные подозрения, а с другой — трудно представить себе, что какая-то из наших, состоящих из обычного вещества Ценностей может пригодиться для существ совершенно иной природы… Я хотел бы достичь хоть какой-то ясности в этом вопросе.

Академик меж тем собрался наконец с мыслями и, мягко улыбаясь, пояснил Агенту смысл его заблуждений.

— Видите ли… От нас, представителей рода человеческого им не нужны наши материальные ценности, будь то золото или бриллианты… Им нужна от нас только помощь. А чтобы платить за такую помощь, как раз и имеет смысл добывать разные предметы, имеющие ценность именно для нас, людей.

Ким понимающе кивнул. Ему это объяснение уже давно пришло в голову. Но такому объяснению по-прежнему не хватало конкретности.

— И… о какой же помощи идет речь? — продолжил он свои вопросы. — Чем, кроме информации, люди могут поделиться с гномьим племенем?

— И информацией — тоже… — кивнул доктор Исии. — А еще — дезинформацией.

Ким изобразил на лице совершенно искреннее недоумение.

— Да-да, — отозвался на это доктор. — Гномы заинтересованы — пожалуй, больше, чем в чем-либо другом, — в том, чтобы люди никоим образом не вмешивались в их дела. Самое лучшее для них было бы наше полное незнание об их существовании. Но эта возможность ими уже упущена. Значит, им необходимо, чтобы сохранилось то наше сосуществование, которое сложилось на сегодняшний день.

— Тогда зачем нужны эти их странные игры с детьми? — озадачился Ким. — И. если я не ошибаюсь, их странная дружба с теми, кого на Ваганте считают магами?

— А, так вы в курсе этих взаимоотношений гномов с людьми? — не столько спросил, сколько просто признал осведомленность Агента Ватанабе. — Так вот, все дело в том, что вступать в контакты с людьми гномам пришлось не только для того, чтобы дурачить их насчет собственного существования, а чтобы именно люди помогли им обжить этот Мир.

— Они пришли сюда с какой-то другой планеты? Или даже — из другой Вселенной? — предположил Ким, с досадой начиная понимать, почему его именно рекомендовали для участия в этом расследовании.

Сработала репутация, притаившаяся в засекреченных досье, — репутация Агента, которому выпало пообщаться с нежитью из иных Вселенных.

— Самая близкая версия о появлении гномов в этих краях выглядит несколько иначе. — Считается, что их создала какая-то предыдущая цивилизация — как специазированных работников, которые должны были выполнять работы в толще скал, проникать чуть ли не до ядра планеты… Ну а затем… Мнения насчет того, как эти создания получили полную самостоятельность, расходятся. Скорее всего, это — результат неудачной попытки освоить кедра Ваганты. Тем, кто их впервые забросил сюда, чем-то не подошла эта планета, и гномов просто оставили здесь — управляться со своей судьбой как смогут. Впрочем, есть и другие версии на этот счет.

— Значит… — попробовал Ким вернуть разговор в более близкое к интересам расследования русло, — гномы используют свои контакты с детьми и магами для того, чтобы как-то благоустроиться на Ваганте и предохранить свой мирок от людского вмешательства. Какие это могут быть… мм… услуги и какая помощь, которые гномы готовы оплачивать так щедро?

— Щедро, вы говорите? — улыбнулся Ватанабе. — Это только в сказках гномы осыпают своих избранников несметными драгоценностями или открывают им места, где скрыты клады, таящие целые состояния. На деле речь идет о том, что подпадает под категорию мелких хищений. А иногда они даже не сами добывают награды для своих помощников, а просто помогают им обогатиться или прославиться. Это типичный случай их контактов с магами. Все так называемые магические единоборства — их еще именуют запретными боями — часто протекают при незримом участии гномов. А уж свои награды и свою славу маги-победители получают из рук самых обыкновенных людей, спонсоров этих запрещенных игрищ… Этот бизнес, к сожалению, получил в этом благословенном Мире слишком уж большое Распространение. Как видите, гномы достаточно хорошо маскируют свое вмешательство в жизнь людей. Да и сами Маги не заинтересованы подрывать репутацию Ваганты как надежного Мира для вложений в него свободных капиталов.

— Так чем же все-таки дети и маги помогают гномам? — задал Ким тот самый вопрос, на который почти никакие файлы в его зашифрованном диске не давали путного ответа.

— Дети вырастают во взрослых, которые сознательно и главное, подсознательно противятся любым исследованиям направленным на обнаружение гномов. Тем же заняты и маги. Но помимо этого гномам нужно кое-что еще. Не думайте, что нам легко было до этого дознаться. Ведь мы никогда не получаем прямых ответов на наши вопросы. А часто просто натыкаемся на открытую враждебность здешнего коренного населения. Рассчитывать приходится только на пришельцев со стороны. Таких, как мы сами, — Посвященных, которые родились и повзрослели в других Мирах. Но… Но кое до чего мы таки дознались. Например, мы знаем теперь, что гномам требуются определенные вещества и изделия, которые они не могут изготовить сами. Они не могут преодолевать преграды, состоящие из некоторых типов твердых веществ. И уж совсем не способны без специальных устройств преодолевать границы между твердой средой своего существования и обычной атмосферой. Мы знаем, что кое-кто из людей в подпольных мастерских и лабораториях выполняет такие заказы гномов. Ну и, кроме того. они постоянно собирают сведения о жизни людей. Их избранники для этого — им основательная подмога. Почти во всех сказках о гномах фигурируют разные магические предметы. Их надо добыть, найти, вызволить откуда-нибудь… Или, например, выкупить у мастера или злого волшебника и всегда в конечном счете — принести и отдать эту добычу гномам.

— Как я понял, — подвел Ким первый итог услышанному, — существует целый ряд условий, ограничений, которые они добровольно соблюдают или соблюдали до недавнего времени. Ну, например, грабеж банков, на которых держится вся местная экономика, это — «табу». Не подскажете вы мне, что могло заставить гномов это «табу» нарушить?

— Хм… — Доктор озадаченно воззрился на Агента. — На кой шаг гномы могли решиться только в одном случае.

Только если для них сделалось необходимым… может быть даже жизненно необходимым какое-то очень крупное приобретение…

— Вы можете предположить, что это за приобретение? — спросил Ким. — В ваших архивах зафиксированы хоть какие-нибудь подобные случаи? Случаи, когда гномы платили кому-то огромные деньги?

— Подобные случаи достоверно не зафиксированы в наших записях, — покачал головой Ватанабе. — Но вот что до предположения, то, по крайней мере, одно я могу вам подарить. Каждый, кому здесь приходилось слышать сказки о гномах, хорошо знает легенду о том, как у гномов украли их Бога. И о том, что они обещали невероятно огромную награду тому из людей, кто им этого Бога вернет.


Хозяин боев сделал рукой неопределенный жест, и понимавший его с полуслова Мартин молниеносно скрылся за дверью и тут же появился обратно, сжимая в руках поднос с высоким стаканом, наполненным подогретым молоком. Термос с этим любимым успокоительным шефа сопровождал его во всех, даже самых неожиданных поездках.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29