Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Песчаные войны (№1) - Последний рыцарь

ModernLib.Net / Космическая фантастика / Ингрид Чарльз / Последний рыцарь - Чтение (стр. 2)
Автор: Ингрид Чарльз
Жанр: Космическая фантастика
Серия: Песчаные войны

 

 


Камень просвистел в воздухе и ударил Джека в плечо. От боли и неожиданности он вскрикнул и, оглянувшись, увидел стаю сумчатых крыс, затаившихся среди желтых, тяжело пахнущих цветов. Они стояли на задних лапах и пристально смотрели на него.

– Черт знает что такое! – выругался Джек и отошел от грядки. Крысиная банда осторожно двинулась к хмелю.

– Это для вас, парни! – усмехнулся Джек. – Но имейте в виду, если вы сейчас это сожрете, вам ничего не останется на зиму!

Вожак оскалился и зашипел. Джек отступил к глиссеру. Конечно, он мог бы справиться не с одним таким зверем, но целая банда этих сумчатых и клыкастых… нет, извините, целая банда могла его как следует потрепать. Увидев, что Шторм отходит к глиссеру, вожак успокоился, опустился на четвереньки, неожиданно подскочил к Джеку и бросил к его ногам сверкающий зеленый камень.

Тот усмехнулся и подобрал кусок прозрачного минерала:

– Так и договоримся! Я возьму его на память, как знак благодарности за эти посевы-хмеля! – сказал он и сел в глиссер. Ему нужно было лететь по своим делам в отдаленный район Атаракта.

– Надо же, какие странные крысы! – подумал Шторм и еще раз посмотрел на зеленый камень.

* * *

Во втором часу ночи Джек неожиданно проснулся. Сердце стучало часто-часто. Кажется, ему опять приснился какой-то кошмар. Шторм поднялся с кровати, подошел к компьютеру и включил его. Что-то было не так. Только не с ним, а с самой планетой. Джек очень хорошо это чувствовал.

Из микрофона послышались душераздирающие крики и выстрелы. Кажется, Кэрон был в осаде. Война шла везде.

Джек бросился к двери и выглянул наружу. Над шахтами высоко в небе поднималось огромное красное зарево. Оно расползалось над равниной, над леском на горизонте и поймой зеленой тенистой реки, пожирая все новые и новые участки богатого плодородного края. Казалось, что вся планета была охвачена огнем.

Тонкий звенящий воздух наполнился грохотом приближающихся космических кораблей. Судя по звуку они двигались в эту сторону. Джек Шторм подошел к компьютеру и на минуту задумался. Ему нужно было срочно передать сигналы тревоги по всем каналам связи.

Нет, кажется, это было бесполезно. Монотонный гул кораблей висел в воздухе совсем близко. Этот звук обладал физической, почти осязаемой тяжестью. Он наваливался на пологие, поросшие рыжей щетинистой травкой холмы – и вжимал их в землю, на коряжистые замшелые деревья в ложбинах у ручьев – и валил их в траву, на крепкие, привыкшие к постоянной работе человеческие плечи… но нет – такой тяжести не могло выдержать ни одно человеческое существо.

Все было кончено. Вряд ли на планете остался хоть один живой человек, который смог бы принять его сообщение. Джек прекратил передачу и быстро надел бронекостюм. Кажется, это было его единственное спасение. Он сделал это вовремя: едва успел защелкнуться шлем, как потолок с грохотом обрушился и Шторм оказался в самой середине огненного пекла.

Джек бросился к глиссеру и быстро поднял его в воздух. Раскаленный ветер швырял машину из стороны в сторону, но лететь, слава Богу, было недалеко. Джек приземлился на поляне у Звездных ворот и в последний раз взглянул на бушующее небо Кэрона. Над ним проходила армада огромных космических кораблей. Щиты тепловой изоляции на них еще были раскалены. Опознавательных знаков на космических лайнерах не было. Шторм собрал последние силы и прыгнул за экран Звездных ворот.

ГЛАВА 3

В любом учебном заведении найдется зануда, плюющий на извечную просьбу инструктора:

– Вопросов не задавать!

Это правило действует так же постоянно, как и закон всемирного притяжения. Если вы даже не хотите знать никаких ответов, этот чудак все равно доконает вас своими бесконечными вопросами.

– А что, если катапульта испортится и мы сойдем с орбиты?

Кто-то на галерке шепнет с язвительной ухмылкой:

– А что, если ты засунешь в шлем свою задницу? Что тогда будет происходить с твоей головой?

Сержант-инструктор не обратит на это никакого внимания. Он посмотрит презрительно и сдержанно и прервет чудака на полуслове:

– Я же уже сказал вам: вопросов не задавать! Вам это совершенно не нужно знать.

– Да? Ну а что, если… – будет настаивать на своем зануда.

– Я имею в виду совсем другое. Ведь в скафандре есть воздух, он герметичен. Там есть и связь. Наверное, можно продержаться какое-то время, пока тебя не подберут? А если учесть, что в обычном космическом снаряжении…

– Вам этого совсем не надо знать, – повторит сержант.

Но отвязаться от такого чудака совсем не просто. Он не заткнется, пока не получит ответа на свои дурацкие вопросы. В крайнем случае его вполне сможет успокоить наряд вне очереди. Джек усмехнулся. Кажется, во время той лекции зануда получил наряд на кухню.

Шторм открыл глаза и посмотрел сквозь тонкое стекло скафандра. Вокруг него светились бесконечные звездные миры. Сколько времени он уже вот так кувыркался в космосе?

– Сейчас я знаю ответ на этот вопрос, сержант. Ответ не очень утешительный. Скафандр, конечно, выдержит многое, но вряд ли рыцарь, находящийся в нем, сумеет дотянуть до той минуты, когда его подберут.

Джеку не хотелось знать, сколько ему осталось жить. Сама мысль о будущем сейчас казалась ужасной. Он не мог дрейфовать в открытом пространстве вечно. Правда, в зоне обзора маячила какая-то маленькая планета. Вероятно, через несколько месяцев ее поле тяготения захватит его в свои мощные объятия. Но что толку размышлять об этом? Ведь к тому времени он уже будет мертв…

Джек вспомнил о своей рации и прикинул: а может быть, ему стоит включить ее на постоянную передачу сигнала SOS? Конечно, эта мера была заведомо бесполезной, и все же для передачи сигнала не требовалось много энергии. Он вздохнул и включил передатчик. Что ему помогало так долго оставаться в трезвом уме? Наверное, ярость.

– Сержант, а если милосцы добрались до моего бронекостюма и внедрили туда своих паразитов? Это значит, что я их сейчас высиживаю, точно так же, как высиживает курица своих цыплят. Но ведь рано или поздно эти паразиты проглотят меня. Сержант, я ведь погибну, а из моих доспехов вылезет огромнейший ящер-берсеркер!

– Нет-нет, вам этого знать не надо.

– Почему же не надо, сержант? А что, если все это – правда? Ведь если это случится, то от меня ничего не останется!

– Я же сказал: вопросов не задавать!

– Но… сержант… Я чувствую, что кто-то щекочет мой затылок!

– Если кто-то щекочет твой затылок – наряд вне очереди. Если у тебя есть еще какие-то вопросы, так спроси у своего командира, почему он послал тебя умирать на Милос.

– Но я не хочу это знать, сержант. – сам себе устало ответил Джек и тут же возмутился безвольною ложью ответа:

– Нет, Джек, нет, дружок, ты должен это знать. И ты постараешься сейчас выжить, чтобы потом получить кое у кого ответы на собственные вопросы. Тебя заставили замолчать. И ты молчал – сначала семнадцать лет криогенного сна, потом – два года реабилитации в психиатрическом центре. Но нельзя же молчать всю жизнь! Нет, Джек, нет, ты должен узнать ответы на эти вопросы. Ведь кроме тебя на Милосе никто не выжил. И еще, кстати, если ты жив, спроси, что случилось с планетой Кэрон?

Его голос эхом отдавался внутри скафандра. Временами Шторму казалось, что его слова гулкой волной, разносятся по всей вселенной. Пока у него было много сил. Больше, чем можно было предположить. Ведь он должен был выжить. Сколько времени Джек вот так вот разговаривал сам с собой? Сколько времени на его вопросы отвечали только холодные молчаливые звезды?

Он осторожно вынул руку из жесткого металлического рукава и вытер со лба пот. Терморегуляция работала как всегда плохо. Шторм ухмыльнулся и проверил, все ли в порядке с передатчиком. Может быть, ему все же повезет и его хоть кто-то услышит? Было бы здорово, если бы его услышали. Ему ведь так важно было жить!

Перед ним маячила голубая планета. Ах, если бы у него в запасе имелось хотя бы несколько месяцев! Но скафандр, не был рассчитан на такой срок. Впрочем, даже если бы каким-то чудом он сумел приблизиться к планете, где была гарантия того, что она обитаема и на ней хоть кто-то готов оказать ему помощь?

– Хоть кто-нибудь в этой огромной, заселенной мириадами разумных существ вселенной, откликнись и приди на помощь!

Джек вздохнул, помолчал немного, а потом решил продолжить бесконечный диалог с самим собой.

На корабле «Монреаль» готовились к подавлению восстания.

Помощник капитана Табс был занят изучением обстановки в околопланетном пространстве. Пока все шло по плану. И вдруг на экране компьютера он заметил какой-то странный предмет.

– Что за черт! – крикнул Табс и махнул рукой, подзывая к себе своего коллегу Шорта.

– Что случилось?

– Посмотри-ка повнимательнее, может быть это мина?

– Да, я уже приметил эту штуку и сначала подумал то же самое. Но сейчас я очень сомневаюсь. – Шорт нахмурился и пристально посмотрел на экран.

Шорт был редкостно, можно сказать, классически некрасив. Вряд ли нашлась бы на свете хоть одна женщина, отважившаяся посмотреть на него дважды. Он сморщил свой нос, напоминающий огромную деревянную лопату для чистки снега:

– Э, да это же, кажется, скафандр!

– Может быть, это кто-то из бунтовщиков? Вполне разумно было бы предположить, что его выбросили навстречу нам с какой-то определенной целью?

– Может быть, и так. От них ведь всего можно ожидать.

Шорт заулыбался. Он предвкушал хорошую драку. На борту «Монреаля» уже давно поговаривали о том, что он мечтает получить боевое ранение и за этот счет сделать бесплатную пластическую операцию. Табс подозревал, что Шорту приносит удовольствие шокировать своим видом окружающих.

– Ну вот что. Пойду-ка я и доложу об этом капитану.

Табс смотрел на экран с огромным удовольствием.

– Вот это да! – наконец-таки воскликнул он, когда изображение стало более резким. – Ты приглядисъ-ка получше, ведь это не скафандр, это целый бронекостюм!

* * *

Капитан «Монреаля» внимательно наблюдал за манипуляциями автоматической руки. Она захватила бронекостюм, беспомощно болтающийся в космосе, и втянула его в чрево корабля. Ворота закрылись. Бронекостюм лежал абсолютно неподвижно, не подавая никаких признаков жизни. Капитан Марсиано озадаченно почесал затылок. Он еще никогда не видел такой брони! Этот скафандр был древним, вероятнее всего, элитным. Он мерцал, как жемчужина, в темном помещении ангара.

– Такая красивая устрица, что ее даже жалко вскрывать! – проворчал капитан себе под нос.

– А может, принести резаки? – нетерпеливо рявкнул Табс.

– Ни в коем случае. Он ведь может быть вооружен. – Марсиано подошел ближе и осторожно тронул ногой тонкую броню. Судя по всему, хозяин этого бронекостюма был высоким человеком.

– Ну и что же мы будем с ним делать? – озадаченно спросил Шорт.

– Пока – оставим в покое, а там будет видно. – Марсиано повернулся к

двери.

– Стойте! – вдруг подпрыгнул Табс и схватил капитана за руку. – Он шевелится, капитан, ей-богу шевелится!

Марсиано медленно повернулся. Все выглядело точно так же, как и минуту назад. Во всяком случае, он не заметил никаких изменений в положении бронекостюма. Табс выхватил фонарь из пояса с инструментами и осветил лицевое стекло шлема. Стекло было зеркальным, и им так и не удалось рассмотреть хоть что —нибудь.

– Парни, да вы на взводе! Я понимаю, ведь скоро будет драка! Мне это нравится. Это как раз то, что надо, чтобы успешно подавить бунт. Скоро мы будем у цели. А теперь – по местам.

Марсиано повернулся и еще раз посмотрел на бронекостюм.

– Это невероятно, – сказал он сам себе. – А впрочем, если там и есть кто

–нибудь, то он, либо мертв, либо давно свихнулся.

Хриплый надтреснутый голос привел их в замешательство:

– Я хочу пить!

Три человека, находящиеся в ангаре, замерли. Табс первым очухался и хотел повернуться, но его ноги подкосились и он упал на пол. Шорт кашлянул и помог ему подняться:

– Прекрати, ты слышишь, ну прекрати же. Это совсем не привидение. Там кто-то есть. Капитан, разрешите оказать нашему гостю первую помощь?

– Давай! – Марсиано облизал губы и стал смотреть, как приземистый урод приближался к бронекостюму. Что-то щелкнуло. Шлем открылся и откинулся назад. Из бронекостюма показалась русоволосая голова.

Капитан молча наблюдал, как их найденыш допивает вот уже второй стакан воды.

– Хорошо. А теперь оставьте нас одних, – махнул он рукой Табсу и Шорту. Марсиано опустился в кресло и посмотрел прямо в голубые глаза совсем еще молодого парня. – Расскажи мне, что ты там делал?

– Что делал? Умирал. Ну и, естественно, читал молитвы. – Гость вытер губы, и Марсиано заметил, что на правой руке у него нет мизинца. Тот был аккуратно срезан, у самого основания.

– Тебя что, сбросили с корабля? Ты хоть что-нибудь знаешь о планете Вашингтон-два?

Человек повернулся и взглянул на боковой экран с изображением приближающейся планеты.

– Это ее так зовут?

Они молча посмотрели друг на друга. Марсиано крякнул и потер подбородок.

Что-то в этом парне ему было непонятно. Да, собственно говоря, хотя бы это: откуда у него взялся бронекостюм? Ведь он никак не мог ему принадлежать!

– Ну и долго ты проболтался в космосе?

– Позвольте мне заглянуть в ваш бортовой журнал, и я постараюсь ответить на все вопросы. Капитан, поймите меня правильно. Я совсем не хочу играть с вами в кошки-мышки. Я уже успел рассмотреть ваше оружие. Насколько понимаю, вы ведь и сами не собираетесь со мной откровенничать?

Марсиано стукнул пальцем по спинке кресла:

– Я не имею права давать никакой информации о планете Вашингтон-два.

– Эта планета меня не интересует.

– Хорошо, в таком случае идем.

Табс очень удивился, когда их найденыш в сопровождении капитана появился в его рабочей комнате:

– Капитан?.. Я надеюсь, у вас все в порядке? —дрогнувшем голосом спросил он.

– Послушайте, Табс, – усмехнулся капитан, —Шторм хочет посмотреть бортовой журнал новостей. Выведите его на экран, если вам нетрудно.

– Да, сэр.

Агентство межпланетных новостей публиковало снимки опасных преступников и кое-какие незначительные новости из разных концов Доминиона. Ага! А вот и то, что искал Шторм. Потрясающая новость о том, что планета Кэрон сожжена сорок восемь часов назад. Все уцелевшие эвакуированы.

Голос Шторма напряженно зазвенел:

– Вот вам и ответ, капитан. Я прибыл как раз оттуда. Всего сорок восемь часов назад я был на Кэроне.

– Ты – с Кэрона? Погоди, погоди… – Марсиано посмотрел на Джека с явным недоумением. – Но это ведь абсолютно невозможно! Да к тому же эта планета была открыта всего несколько лет назад. Что тебя туда занесло?

Джек усмехнулся:

– Я был там рейнджером. А когда мы были атакованы, надел свой бронекостюм и шагнул за экран Звездных ворот. Вот… таким образом я и оказался здесь…

Марсиано с раздражением присвистнул:

– Послушай, но ведь никто просто так не уничтожает планет…

– Это точно. – кивнул Шторм. – В этом надо будет обязательно разобраться.

Ладно, вы меня высадите на какой-нибудь ближней планете, а уж дальше я буду добираться сам.

Табс кашлянул, но ничего не сказал, увидев строгий взгляд капитана.

– Это будет не так просто. – Марсиано замялся. – Все дело в том, что мы как раз собирались «выйти из строя».

Теперь настала пора удивляться Джеку:

– Как это – «собирались выйти из строя»? Что это значит?

– Мы – специальная команда для подавления бунтов.

Марсиано крякнул и пригласил Шторма прийти в свою каюту. Он уселся в кресло и, показав Джеку на маленький стульчик у потертого полукруглого стола, достал с полки симпатичную зеленую бутылку. Джек с интересом смотрел на этикетку:

– Насколько я понимаю, это отличное виски.

– Не худое. Ты знаешь, танталосы гордятся своими винокурнями. Вот там-то я и припас эту бутылочку для особого случая.

Шторм с наслаждением сделал глоток чистого янтарного напитка.

– Это виски у нас пьют исключительно при заключении сделок, – вкрадчиво сказал Марсиано, и хотя ему очень хотелось казаться невозмутимым, предательская краска выступила на щеках.

– Так. И чего же вы от меня хотите? – прямо спросил Джек.

– А как ты думаешь, чего я от тебя хочу? Наверное, мне необходим твой бронекостюм, а также твое умение управлять им. Конечно, при том единственном условии, что эти доспехи твои.

– Ну, с этим-то все в порядке, они мои. Но ведь я давно уже в отставке!

– Я тоже, – усмехнулся капитан. – А вот сейчас подрабатываю в одной частной фирме. Все дело в том, что Вашингтон-два захватили бунтовщики. Космопорт блокирован. Мне хорошо заплатили и приказали навести здесь порядок. Мои хозяева не хотят ждать, пока этот вопрос урегулирует Доминион.

– Так… и вы решили устроить там небольшую свалку?

– Совершенно верно. Нам предложили развлечься.

– Подождите, Но если космопорт блокирован, как вы собираетесь проводить высадку? Они ведь заметят вас и расстреляют еще в небе! —Шторм недоуменно пожал плечами.

– Ну, это исключено! – Марсиано сделал глоток из стакана. Виски обожгло горло. Он усмехнулся. – Я разработал хороший план.

Джек поудобнее устроился в кресле:

– А могу ли я выслушать его, но при этом не брать на себя никаких обязательств?

– Да, конечно, – кивнул калитан. – Ты ведь все равно у нас в руках, и никуда не денешься, если мы тебя не выбросим туда, где нашли. Но если ты согласишься помочь нам, я думаю, ты сможешь получить ответы на кое-какие свои вопросы.

Шторм безмятежно посмотрел на Марсиано:

– А с чего вы взяли, что я буду задавать вопросы?

Марсиано усмехнулся:

– А разве может быть иначе? Под твоими ногами взорвали планету, а ты не хочешь знать, почему? А может быть, ты не собираешься никого наказывать за то, что там натворили? Нет, братец! Я знаю, какую подготовку проходят рыцари. Все правильно, я не понимаю, откуда у тебя бронекостюм, но я знаю, что у тебя есть кое-какие убеждения, и то, что случилось с Кэроном, не может оставить тебя равнодушным. Да, кстати, а что, если это были корабли траков? Или все-таки Доминиона?

– А что, если я действительно этим заинтересуюсь? – засмеялся Джек.

– Тогда ты получишь ответы на свои вопросы. Ну как, договорились? – Марсиано облегченно вздохнул. —А теперь слушай. Нам известно, что бунтовщики захватили космопорт, но они не умеют им управлять. Таким образом, через три часа сработает согнал аварийной тревоги.

Марсиано взял бутылку и наполнил пустые бокалы.

– Что за тревога? – решил уточнить Шторм.

– На «Монреале» произойдет утечка радиации, и нам будет жарко. Слышишь, нам будет очень жарко. Им придется освободить парковочные площадки, надеть костюмы с противорадиационной защитой и вести работы по нашему спасению, как и записано в законе об аварийных ситуациях. Как ты понимаешь, большинство из них вообще не имеют никакого понятия о том, что они будут делать.

– Хорошо. А что произойдет потом?

– Потом? Мы выйдем из корабля и сразу же начнем вести огонь на поражение.

Большинство бунтовщиков собралось именно здесь, в космопорте. Прошло уже больше месяца с той поры, как они блокировали все грузовые перевозки.

Шторм устало улыбнулся:

– Ну, а кто выйдет первым и пустит в бунтовщиков веер лазерного огня, догадаться нетрудно.

– Сможешь? – обрадованно спросил Марсиано. – Ведь ты отлично экипирован.

Ну, а оплата – в валюте Доминиона. Договорились?

Джек вздохнул. Что же, это было как раз то, чему его учили. Он кивнул и поднял бокал: хорошо, договорились.

* * *

У Марсиано подобралась отличная команда. Бронекостюм был уже заряжен, и Джек приступил к герметизации.

«Монреаль» стал «падать», оставляя за собой огромное радиоактивное облако. Похоже, что в своем деле Марсиано был виртуозом. Он очень ловко маневрировал кораблем, изображая аварию. Уровень радиоактивности был в общем-то безопасен для людей, но вполне достаточен для того, чтобы в космопорте сработал сигнал тревоги.

Джек поежился. Ему опять показалось, что внутри его бронекостюма поселился кто-то живой. Неужели милосский берсеркер? Он глубоко вздохнул и решил, что подумает об этом когда-нибудь еще, потом настроил приемник на частоту «Монреаля». В наушниках послышался голос Марсиано. Он орал вашингтонцам, что ему совершенно наплевать на то, что космопорт закрыт. На его корабле неполадки, и если они не подготовят аварийную площадку, он размажется в центре города.

– Вы меня слышите? Подготовьте спасательную команду на случай пожара, «скорую помощь» и койки в ближайшем госпитале для приема облученных членов экипажа. – Марсиано хорошо знал свою работу!

Расчет был верен. Упрашивать дважды капитану не пришлось. Он перевел корабль на автопилот и вынул свой лазерный винчестер. Команда встретила Марсиано в коридоре у главного люка.

– Запомните, наше преимущество – во внезапности нападения, – командным голосом сказал капитан. —Мы должны деморализовать их в первую же минуту, ясно?

Команда согласно тряхнула головами.

При посадке корабль немного швырнуло в сторону, но, кажется, все обошлось: через секунду послышался лязг открываемого люка.

Шторм вышел первым и нырнул в непроглядную муть антирадиационной пены. Он вынырнул из этой пены, как неведомое чудовище из морских вод и сразу же пустил в ход оружие. Повстанцы были ошеломлены.

…Марсиано рассчитал верно – в течение восьми минут был подавлен самый большой за всю историю Доминиона бунт.

ГЛАВА 4

Джек забыл предупредить экипаж о том, что хочет немного поспать. Когда Табс пришел его будить, он чуть не убил непрошеного гостя. Не разобравшись спросонья, в чем дело, он вскочил и прижал Табса к стене, здорово притиснув локтем его горло. Табс побледнел и захрипел, пытаясь схватить раскрытым ртом глоток воздуха. Что он делает? Шторм очнулся и отпустил непрошеного гостя.

–Ды что, рехнулся, Шторм? – откашлялся Табс и потер рукой покрасневшую шею. – Ты же чуть не придушил меня!

– Прости – улыбнулся Джек. – Я кое-что перепутал спросонья.

Кажется, Марсиано был прав: их найденыш представлял из себя настоящую фабрику смерти.

– А что тебе, собственно, нужно? – дружелюбным голосом спросил обладатель бронекостюма.

– Меня послал за тобой капитан. Он сказал, что ты изъявил желание посмотреть на Мальтен. Если хочешь, иди смотри – мы как раз сейчас к нему подлетаем. Да, а еще есть новости о Кэроне. На планете погибло двадцать восемь тысяч человек, а кто будет отвечать за это – до сих пор неизвестно.

От этих слов Шторм окончательно проснулся.

– Я сейчас приду. – кивнул он Табсу. Тот помялся у двери и ушел, отметив про себя, насколько резко изменилось настроение их пассажира.

В космосе Шторм освоился довольно-таки быстро. Видимо, это было одним из даров, которые предложило ему его молодое тело: ведь оно было младше его мозга чуть ли не на двадцать лет. После того, как Джек показал свои способности при подавлении бунта, команда «Монреаля» старалась держаться от него подальше. Они никогда до этого не видели бронекостюма в действии.

Шторм никогда не был на Мальтене. Это была одна из главных планет Триадского трона, славящаяся своим богатством и высоко развитыми технологиями. На Мальтене находилась резиденция императора Пеписа. Конечно, управлять в одиночку огромной галактической империей не сумел бы ни один человек. Навести порядок на континенте – и то не простая задача, а что уж говорить о планете или о целой группе планет? Шторм слышал, что для простого народа император абсолютно не доступен из-за огромной армии чиновников, окружавших его. Они завладели банковской и информационной системами на Мальтене, а значит – завладели всем.

Джек понимал, что с «Монреалем» ему здорово повезло: команда Марсиано выходила на высокий правительственный уровень. Эти ребята не просто занимались сбором информации. Они действовали и побеждали. Конечно, под особым наблюдением. Такую удачу упускать было нельзя.

Джек вошел в рубку управления.

– Ну как, выспался? – с улыбкой спросил капитан.

Джек чуть не рассмеялся, увидев дрожащего Табса, но вовремя сдержал себя и вежливо ответил:

– Да, спасибо. Мне сказали, что мы приближаемся к Мальтену.

– Точно! – кивнул капитан. – Табс, выведи на экран все последние новости!

– Хорошо, сэр. – толстые пальцы Табса быстро запрыгали по клавиатуре.

Джек едва сумел сдержать гнев, увидев перед собой бесстыдную стряпню журналистов. Информация о гибели Кэрона была втиснута между сообщениями о выборах, премиях, угрозах профсоюзов и налоговых льготах. Для расследования катастрофы, которая произошла на планете, была образована комиссия. Шторм чертыхнулся и сжал кулаки.

Марсиано цинично захохотал:

– Вот так! Пройдут годы, прежде чем они что-нибудь раскопают. Табс, сними для Джека копию этого сообщения!

Табсу было не по себе. Ему очень не нравилось, как капитан ведет себя по отношению к чужаку. Да и правда ведь, с какой стати он принимал его на борту «Монреаля» как короля? Вероятно, Шорт все-таки был прав, он говорил, что Марсиано знает что-то такое, о чем пока неизвестно им. Их прошедший через огонь, воду и медные трубы капитан превозносил этого парня как героя. У Табса было такое ощущение, что его предали. Да, конечно своей работой на Вашингтон-два Шторм хорошо зарекомендовал себя. Ну и что из этого? А сколько до этого было у них всяких «Вашингтонов»!

Джек посмотрел на электронную карту и, указав пальцем на странный объект, двигающийся по самому краю экрана, спросил:

– Что это такое?

– Опознай, Табс! – небрежно приказал командир.

– Это боевой корабль, капитан.

– Наш?

– Нет, сэр. Это корабль траков.

Джек напрягся и застыл в какой-то неестественной позе.

Марсиано взглянул на него и спокойно объяснил:

– Может быть, ты и не знаешь, но им разрешено патрулировать Внешний коридор. Это один из пунктов договора.

* * *

Капитан был очень заинтересован. Он упорно пытался выспросить у Шторма хоть что-то. Делал он это исподтишка, стараясь не вызвать никаких подозрений, но пока у Джека хватало сообразительности: он либо отвечал уклончиво и невнятно, либо вообще молчал. Но при появлении траков он сдержаться не мог.

– Старые предрассудки живут долго. – Шторм усмехнулся и взглянул на свое отражение в черном экране: широкие скулы, гладкая загорелая кожа, молодое, почти мальчишеское лицо. Да нет, вряд ли кто-нибудь, глядя на него, сможет подумать, что он сражался с траками. – Мой отец всю жизнь ненавидел этих жуков, – на всякий случай добавил он, чтобы отвести малейшие подозрения.

– Многие из наших парней воевали. – тихо сказал Марсиано. – Они пытались удержать эти чудовища у Внешних границ. А теперь бюрократы решили, что все надо уладить мирно. Я никак не могу к этому привыкнуть. Так что, я думаю, парень, что твой отец был прав. – Oн посмотрел на Табса, кашлянул и добавил: —Хорошо, выключай. Я хочу выпить. Надеюсь, ты составишь мне компанию?

Табс сжался и замер: это предложение в очередной раз было сделано не ему, а Шторму.

* * *

День и ночь на корабле чередовались искусственно. Наверное, именно поэтому Шторм не мог определенно сказать, отдохнул он или нет. Он расслабился и откинулся на спинку кресла.

Марсиано вытащил из бара бутылку танталосского виски и разлил его по пластмассовым бокалам. Джек посмотрел на капитана. Марсиано вдохнул аромат крепкого напитка, сделал большой глоток и крякнул от удовольствия.

Джек понимал, что он смотрит на капитана слишком пристально. Он отвел глаза в сторону и попытался угадать, о чем будет спрашивать его патрон. Но Марсиано спрашивать не стал. Он откинулся на спинку кресла и начал неторопливый рассказ:

– Когда-то меня вышибли из пехоты. – Голос его заметно потеплел не то от нахлынувших воспоминаний, не то от изрядной порции виски. – Мне оставалось совсем немного послужить, и я должен был стать элитным рыцарем. Но я потерял все. Потерял из-за своего происхождения. Я ведь был в то время застенчивым деревенским парнем, вот психиатры и посчитали, что из меня вряд ли получится настоящий робот-убийца. Впервые я увидел бронекостюмы на торжественном параде. Мне тогда было семнадцать лет. Боже мой, какой восторг они вызвали во мне! Их корпуса сияли, как жемчуг, под лучами только что проснувшегося весеннего солнца, – он с горечью улыбнулся. – А потом я узнал, что рыцари живут по какому-то особому кодексу, и именно из-за этого кодекса меня вышибли из пехоты… Это случилось еще до падения Рерига и до той трагедии, которая произошла на Милосе. Если бы тогда я знал то, что знаю сейчас, я не был бы таким несча-стным ребенком. Мне пришлось бы воевать, и я скорее всего был бы убит. А так… врачи спасли меня от самой ужасной из всех войн, проигранных человечеством. – Марсиано замолчал, повертел в руке бокал с солнечной жидкостью и сделал глоток.

Шторм неторопливо попивал свое виски и с удовольствием ощущал тепло, разливающееся по всему телу. Все было понятно. Марсиано затеял этот разговор для того, чтобы вызвать его на взаимную откровенность. Джек лихорадочно соображал, что он должен сказать в ответ. Рассказать правду он не мог. Зачем подвергать опасности и себя, и этих, ни в чем в сущности не повинных людей? Он был единственным рыцарем, оставшимся в живых после Милоса. А эту трагедию почему —то держали в особой тайне. Официального мнения нельзя было опровергнуть: с Милоса не вернулся никто. Наверное, поэтому без лишнего шума из реанимации его перевели в госпиталь, а потом – в реабилитационный центр. Все бронекостюмы, найденные на корабле, были уничтожены. Только его личные доспехи медсестре как-то удалось сохранить. Так что широкой публике совсем не стоило знать, кто он и откуда. Марсиано снова заговорил:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13