Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Пафнутий

ModernLib.Net / Детская проза / Хмелевская Иоанна / Пафнутий - Чтение (стр. 15)
Автор: Хмелевская Иоанна
Жанр: Детская проза

 

 


– Это все им Ремигий переводил? – не поверил Пафнутий. – Ведь он наверняка уже убежал на охоту.

– Кое-что Ремигий переводил, – призналась сова, – а кое-что я сама подслушала.

– Так ты тоже понимаешь человеческий язык? – удивились Марианна и Пафнутий.

– Я знаю много иностранных языков, – скромно призналась сова. – Такие уж мы, совы, мудрые.

– Замечательно! – радовалась Марианна. – В таком случае ты сможешь нам поточнее рассказать о планах людей. Что они собираются делать с рассветом?

– Ужасную вещь! – ответила сова. – На рассвете приедет много машин и привезет много людей. Среди них будут особые, такие, что специально занимаются поисками затерявшихся детей. Называют таких людей полицией и солдатами. Наедет их тьма-тьмущая, в наш лес они войдут длинной шеренгой, плечом к плечу, и станут прочесывать весь лес, заглядывая под каждый кустик, в каждую яму. Представляете, как обрадуется зверь, когда какой-нибудь солдат заглянет в его нору?

Марианна и Пафнутии просто потеряли дар речи, услышав такое. А сова продолжала нагнетать ужас:

– И еще они привезут с собой особых собак. Тоже, наверное, натасканных на поиски детей. И эти собаки должны будут учуять ребенка. Собаки в нашем лесу! А сейчас как раз повывелись птенцы, народились у многих зверей детеныши. Представляю, сколько нервов это будет стоить их родителям!

Марианна с трудом сбросила с себя оцепенелость.

– Нет, нет! – решительно заявила выдра. – Мы не допустим этого! Мы придумали, как избежать опасности. Пафнутий пойдет к лесничему…

– Лесничий – это хорошо! – одобрила сова.

– Пойдет к лесничему, – продолжала Марианна, – и приведет его к девочке.

Поскольку к этому времени вся рыба была уже съедена, Пафнутий тоже смог принять участие в беседе. А кроме того, ему в голову пришла новая идея. Что значит вкусно поесть!

– У меня новое предложение! – сказал он. – Пусть лесничий заберет девочку и отведет ее в свою избушку. А Чак потом именно в избушку приведет людей… Это еще и потому хорошо, что к избушке лесничего ведет от шоссе дорога, так что и для людей будет удобно, и для леса хорошо. Все эти… как ты сказала, сова?

– Полиция и солдаты! – важно повторила сова.

– Да, да, вот они пойдут по дороге и не затопчут нашего леса. И никакой солдат не станет заглядывать в нору.

– Замечательная идея! – радовалась Марианна. – Ты просто гениально придумал, Пафнутий!

– Что ж, совершенно с вами согласна и тоже надеюсь, что наш лес не пострадает от того, что в нем заблудилась маленькая девочка, – сказала сова. – Но вот что меня беспокоит… Из того, что выдумала мать этой девочки…

– Глупости она навыдумывала! – фыркнула выдра.

– Да нет, не только глупости. Одну вещь толковую придумала. Она правильно боится – ночью девочка может замерзнуть. Знаю, знаю, что скажете – лето, мол, летом никто не мерзнет. Но люди – особые создания, после жаркого дня ночь им может показаться холодной, а маленький ребенок уж обязательно ночью замерзнет.

– Так что же мы можем сделать? – пожал плечами Пафнутий.

– Согреть ребенка! – ответила сова. И помолчав, добавила: – Слышала я, как вы согревали лесничего, причем зимой. А сейчас это не будет так трудно. Пошли, Пафнутий. Я покажу тебе, где девочка.

Мудрая птица сова неслышно взмахнула крыльями и медленно полетела в темную глубину леса. Пафнутий вытер рот и поспешил следом, стараясь не потерять из виду плывущую над верхушками деревьев сову.


На рассвете выяснилось, что появились дополнительные сложности. Правда, девочке было тепло, так как всю ночь ее с одной стороны согревала Клементина, а с другой Пафнутий. Ну вот, и оказалось: бедный ребенок спит сладким сном, изо всей силы вцепившись ручонками в густую медвежью шерсть. В общем, Пафнутий оказался лишенным возможности не только двигаться, но и вообще пошевелиться.

– Так что же делать? – растерянно шептал он. – А ведь кому-то надо немедленно отправляться к лесничему, а второму кому-то – к Чаку. Разбудить ее?

– Ни в коем случае! – решительно возразила Клементина. – Ребенку надо спать как можно дольше. Если проснется, сразу же начнет опять плакать.

Сова, с трудом преодолевая сонливость, рассудительно произнесла со своей ветки:

– Плакать она так и так будет, нечего обольщаться. Раньше или позже, с Пафнутием или без – все равно эта девочка опять станет плакать. Так что – какая разница?

– И замерзнет, на рассвете людям холодно.

– А пусть на твое место ляжет Грация, – возразила сова.

– И есть захочет.

– Пусть питается земляникой, – упорствовала сова. – Ты не имеешь права медлить, Пафнутий! Каждая минута дорога. А мне пора, становится слишком светло, даже глазам больно. Придется вам обойтись как-нибудь без меня.

Тут вдруг рядом кто-то отчаянно громко зевнул. Обернувшись, присутствующие увидели Ремигия. Сова очень обрадовалась появлению лиса, решила, что теперь может улетать спокойно, что и сделала, бесшумно снявшись с ветки.

Пафнутий стал осторожно, потихоньку отодвигаться от девочки.

– Поторопись! – проворчал Ремигий. – Давно должен бы уже начать действовать.

Не так просто было разжать маленькие кулачки, вцепившиеся в медвежью шерсть. А день разгорался все ярче, пробуждались дневные звери и птицы. Вот и зяблик прилетел, сел над головой Пафнутия и зачирикал:

– Что происходит, что происходит? Вы тут лежите себе, а на шоссе уже появились машины. Привезли множество людей! Волки очень нервничают, ведь там поблизости их логово, а у них малыши. ЧЧЧЧто касается птиц – мы все проснулись, будем вам приносить оперативную информацию, только делайте же ччччто-нибудь!

– Не видишь – пытаюсь! – пропыхтел несчастный Пафнутий, осторожно разжимая

тоненькие пальчики. – Потише, пожалуйста, не разбудите ее, пусть еще поспит.

Но тут с оглушительным стрекотаньем прилетела сорока. Уж эта не умела вести себя тихо.

– Пафнутий, Пафнутий, что ты здесь сидишь? Твой друг Чак давно ждет тебя на лугу, а ты здесь сидишь и сидишь, сидишь и сидишь.

Как Пафнутий и боялся, громкое стрекотанье сороки разбудило девочку, она разжала ручонки и протерла кулачками глаза. Пафнутий немедленно воспользовался свободой и быстренько отодвинулся, а на его место тут же легла Грация.

Протерев глазки, девочка непонимающе уставилась на косуль, потом ласково погладила одну и другую.

– Доброе утро, Бэмби! – сказала она Грации. Повернулась в другую сторону и еще раз сказала:

– И тебе, Бэмби, тоже доброе утро. Повернулась в третью сторону, увидела

Пафнутия и огорчилась:

– Винни-Пух, ты уже уходишь? Останься. Ой, как же мне хочется есть!

Тут зашелестела трава и из нее вылезла Марианна с большой рыбиной во рту. Положив ее у ног Пафнутия, выдра сказала:

– Вот, подкрепись, и быстренько за дело. Птицы приносят тревожные вести. Людское нашествие начинается!

Пафнутий хотел было отказаться от завтрака в пользу девочки и даже сделал попытку подсунуть ей рыбину, но девочка не оценила самоотречения медведя, с отвращением оттолкнув угощение. Не долго думая, Пафнутий сам проглотил рыбу.

– Немедленно скройся с глаз девочки, иначе она не оставит тебя в покое! – зашипел на Пафнутия лис. – И рыбу мог бы съесть в кустах. Видя, как ты ее пожираешь, девчонка сделается еще голоднее!

Проглотив рыбу, Пафнутий открыл рот, чтобы высказать нечто важное, но его опередила быстрая выдра.

– Одновременно в две стороны ты не можешь идти! – гневно крикнула Марианна. – Ремигий должен помочь!

Тут девочка окончательно проснулась, вспомнила, что она заблудилась в лесу, и опять принялась плакать. На полянке создалась нервная обстановка. Обхватив ручонками Клементину, девочка громко плакала и звала маму.

– Не выношу шума! – нервно заявил Ремигий. – Помочь готов. Что, по-твоему, я должен делать?

– Ну зачем задавать глупые вопросы! – совсем рассердилась Марианна. – Не разорваться же Пафнутию на две половины! Он отправится к лесничему, а ты помчишься к Чаку.

– Спятила?! – ужаснулся Ремигий. – Я – к собаке?!

– Да, именно ты к собаке! И собака ничего плохого тебе не сделает. В отличие от некоторых лисов у нее есть мозги в голове, а кроме того, она знает, в чем дело. Уверена, вы с ней найдете в данном случае общий язык!

– Лис и пес найдут общий язык! – издевательски фыркнул Ремигий. – Где это видано?

Тут прилетел дятел с очередной тревожной вестью. Время идет, солнце вот-вот взойдет, люди выстраиваются в шеренгу и собираются двинуться в лес.

На полянке началась паника. Девочка громко рыдала, Марианна ссорилась с Ремигием. Перепуганная Грация умоляла мамочку позволить ей уйти, она не может вынести такого шума. Сорока стрекотала и подпрыгивала на ветке. Тут прибежала чрезвычайно взволнованная волчица и попыталась что-то сказать, но ее никто не слушал.

– Бэмби! – кричала девочка. – Винни-Пух! Мамочка! Где вы? Мне страшно, я хочу домой!

Нервы Ремигия не выдержали.

– Ладно! – рявкнул он. – Не могу больше! Предпочитаю иметь дело с целой сворой псов, чем с одним человеческим детенышем! С какой стороны они лезут в наш лес, эти люди?

– Давно толкую тебе об этом, а ты не слушаешь! – рассердился дятел. – Начинают с последней вырубки, там, где волчье логово!

Тут и волчице удалось пробиться сквозь всеобщий шум.

– Я потому и прибежала! – в отчаянии крикнула она. – Сделайте же что-нибудь, того и гляди они в наш дом полезут! Я за себя не ручаюсь, я непременно кого-нибудь из них укушу!

Пафнутий совсем растерялся. Девочка сидела на мягкой меховой подушке, прижавшись к Клементине, и плакала все сильнее.

Марианна подбежала к Пафнутию, не помня себя от ярости, и сильно толкнула его.

– А ну давай к лесничему! Скорее! К Чаку побежит Ремигий!

Не дожидаясь дальнейших понуканий, Пафнутий и Ремигий разбежались в разные стороны. Ремигий несся рыжей молнией, Пафнутий тоже бежал с самой большой скоростью, на которую только способен медведь.


Подбегая к лесной опушке, Ремигий затормозил, а потом и вовсе остановился и осторожно выглянул из-за куста. И сразу увидел на лугу огромного кудлатого пса белого цвета, который нетерпеливо бегал вдоль опушки, то и дело поглядывая в сторону леса.

Будь на месте лиса Пафнутий, он бы уже издали позвал Чака, во всяком случае, бесстрашно вышел бы на луг, как это уже неоднократно делал. Ремигий же не хотел рисковать. Дружбы с собаками он никогда не водил. Напротив, именно собаки мешали лису добывать самую лакомую пищу и много раз именно из-за них приходилось бедному лису возвращаться в лес из деревни не солоно хлебавши.

Поэтому Ремигий притаился за кустом и стал раздумывать, как же ему вступить в контакт вот с этим громадным лохматым псом.

А Чак все бегал и бегал вдоль опушки и вдруг уловил принесенный легким ветерком запах лиса. Чак остановился как вкопанный.

Ремигий прекрасно понял, из-за чего пес перестал бегать и вытянул нос в направлении того куста, за которым притаился лис. И еще понял – медлить нельзя, вот он, подходящий момент.

Высунув свою узкую морду из-за куста, лис громко крикнул:

– Эй, ты! Меня послал Пафнутий! И прежде чем гнаться за мной, сначала послушай!

Чак сделал несколько шагов к Ремигию.

– Но ведь ты лис? – подозрительно спросил он.

– Лис, ну и что? – бесстрашно отозвался Ремигий. – У Пафнутия не было под рукой более подходящего посланца, он побежал к лесничему. Вот и пришлось мне на время заключить с собаками перемирие. Что скажешь?

Чак знал о грозящей лесу опасности, поэтому взял себя в руки, пересилил желание немедленно наброситься на исконного врага и почти спокойно ответил:

– Хорошо, не буду цепляться к тебе за старое. Докладывай, что там у вас в лесу. Солнце уже взошло, надо спешить.

– Потому я и прибежал, – ответил Ремигий и весь высунулся из-за куста. – А в лесу у нас такое, что просто вынести невозможно. Ребенок орет, все ссорятся, волки нервничают, а люди лезут в лес. Мне велено проводить тебя к ним.

– Что ж, – с легкой запинкой согласился Чак. – Ситуация дурацкая, но придется мне бежать за тобой не как охотнику, а как вашему помощнику. Ну да чего не сделаешь ради Пафнутия.

– Давай сделаем так, – предложил хитрый лис. – Притворимся, что я убегаю, а ты меня преследуешь, и будет ситуация не дурацкая, а, наоборот, нормальная. Да и мне так привычней, откровенно говоря.

Чак с радостью согласился – не придется неволить свою натуру. К тому же он сразу сообразил, что в лесу ему, большому и кудлатому, не поймать более юркого лиса, хорошо знающего к тому же лесную дорогу со всеми ее удобными для него лазейками.

– Послушай, лис, только не переусердствуй, – предупредил Чак, – не то я и потерять тебя могу. Как тогда выйду к людям?

– И ты тоже, того… не переусердствуй, – крикнул в ответ Ремигий. – Не забывайся, ты не на настоящей охоте!

И махнув пушистым хвостом, лис метнулся в глубину леса. Оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, Чак бросился вдогонку.

Лис мчался так, словно за ним и в самом деле гналась свора охотничьих псов. А вдруг Чак впадет в раж и позабудет, с какой целью бежит за лисом? В свою очередь, Чак изо всех сил старался не отстать от Ремигия, боясь, что лис от страха попросту сбежит куда глаза глядят, а не приведет его к людям. И благодаря таким взаимным опасениям путь через большой и непроходимый лес оба преодолели за рекордно короткое время. Таких рекордов никто не ставил – ни до них, ни после них.

Оба снизили темп в тот момент, когда оказались по обе стороны целой группы сросшихся берез, выросших из одного ствола.

– Ты, слушай, кончай погоню! – с беспокойством вскричал Ремигий, обегая вокруг берез. – Уже недалеко! Опомнись, чего гонишься за мной как полоумный?

Чак не сумел сделать такой резкий поворот, как Ремигий, ни одна собака не умеет так круто менять направление бега. Он затормозил, упираясь лапами в землю, и только потом обежал березы с другой стороны.

– Да не бойся, я помню наш уговор! – крикнул он в ответ. – И не чую людей. Где они?

Описывая круги и держась на всякий случай на почтительном расстоянии от Чака, лис пояснил:

– Скоро почуешь. А сейчас мне еще велено показать тебе дорогу до избушки лесничего. Ну ты как, поостыл малость?

– Сейчас совсем успокоюсь, – пообещал Чак, тоже сделав для успокоения несколько кругов вокруг березок. Так они переговаривались, описывая круги, и уже невозможно было понять, кто за кем гоняется.

– Может, наконец, перестанете валять дурака? – неодобрительно заметил дятел, наблюдая сверху за такой бесполезной тратой времени. – Привет, Чак! Мы знакомы. Хватит, успокойся, наконец.

И в самом деле, оба, и лис и пес, как заведенные продолжали бег по кругу, и только вмешательство дятла помогло им остановиться. Чак перестал бегать и сел, тяжело дыша и высунув язык. Глядя на него, и Ремигий присел отдохнуть. В некотором отдалении.

– Привет! – ответил Чак дятлу. – В спешке я даже не спросил, почему вместо Пафнутия пришел вот он, – повел пес носом в сторону Ремигия. – А где лис, там не обойдется без осложнений.

– Зато мы с тобой выдержали неплохой темп, – насмешливо огрызнулся Ремигий. – Я же тебе сказал – с самого утра мы потеряли время из-за того, что девчонка вцепилась в Пафнутия и он не мог от нее отцепиться.

Чак возмутился.

– Ничего такого ты мне не рассказывал!

– Разве? – удивился Ремигий. – Может, и вправду не успел. А ведь собирался. Так вот, мы потеряли время, а тут птицы сообщили, что люди уже приехали, того и гляди попрут в лес. И Пафнутию надо было спешить к лесничему. А к нему никто, кроме него, пойти не может. Вот меня и послали к тебе, чтоб им…

– Позвольте заметить, что сейчас вы тоже теряете время, – сухо заметил дятел. – И люди уже вошли в лес. От волчьего логова находятся совсем близко. Нельзя терять ни минуты!

– Что ж, я готов! – вскочил с места Чак.


Войдя в лес длинной шеренгой, люди принялись энергично продвигаться вперед, осматривая каждый куст, каждую ямку. И вдруг на них выскочила большая белая собака. Оглушительно лая, она стала метаться перед ними, бегая

от одного края шеренги до другого и подгоняя крайних в шеренге к ее середине, ну точно так же, как это делает овчарка, собирая в кучу разбежавшихся овец. Старательно и методично облаивая крайних в шеренге, она заставляла их смещаться к середине до тех пор, пока до людей не дошло – их хотят собрать в одно место.

К этой акции подключились и остальные собаки, привлеченные людьми к поискам. Чаку удалось договориться с ними, и они тоже принялись лаять и нервничать, сгоняя людей в кучу, а то и тащили их, ухватив зубами за брюки. Дело в том, что Чак сообщил коллегам-псам о том, где находится девочка и он знает, как туда пройти. Надо только следовать за ним, а не болтаться попусту по всему лесу.

Полицейские собаки почти все знали Чака лично и не сомневались – ему можно верить. И каждая из них натянула поводок и потащила за собой своего проводника туда, куда их звал Чак.


Тем временем Пафнутий добрался до домика лесничего.

Лесничий всегда вставал очень рано. Он уже завтракал, когда вдруг разлаялись его собаки. Выглянув в окно, он увидел у калитки Пафнутия.

Пафнутия лесничий так любил, что сразу же поспешил к нему, даже не закончив завтракать, причем прихватил с собой несколько вкусных пряников. К его безграничному удивлению, медведь не накинулся на пряники, как это обычно

делал, а повел себя странно.

Пафнутий сразу, еще по дороге, решил – сделает так, как делал это Чак, когда хотел повести за собой людей. Вот он и не подошел к лесничему, даже не взглянул на вкусное угощение, а сразу же отошел на несколько шагов от калитки и направился в лес, оглядываясь, идет ли за ним лесничий. Оказалось – не идет. Пафнутий тоже остановился, потом сделал несколько шагов к лесничему. Тот непонимающе смотрел на медведя. Собаки продолжали старательно облаивать зверя, не решаясь приблизиться к нему.

– До чего же вы бестолковые! – рассердился Пафнутий на собак. – Ну сколько можно кричать ему, что я пришел, если он и без того видит меня! Скажите ему лучше, чтобы немедленно пошел со мной. Очень нужно!

– Это еще зачем? – удивился главный пес. Так удивился, что даже лаять перестал.

– У нас в лесу заблудился человеческий детеныш, – торопливо пояснил Пафнутий. – Маленькая голодная девочка. И очень испуганная. Надо, чтобы ваш хозяин пошел к ней.

Тут уж все собаки поняли – дело серьезное.

– Ладно, попробуем тебе помочь, – сказали они.

Перестали лаять, подбежали к лесничему и, легонько ухватив его зубами за полы куртки, потащили к Пафнутию. Лесничий до того удивился, что даже не сопротивлялся.

Пафнутий встал (с собаками он разговаривал сидя, воспользовался краткой передышкой, чтобы немного передохнуть) и, оглянувшись на лесничего, устремился в лес. Собаки отпустили хозяина и устремились следом за зверем. Медведь остановился и оглянулся. Собаки сделали то же самое. Лесничий наконец понял.

– Ладно, ладно, – не очень уверенно произнес он. – Понимаю, Пафнутий меня зовет, да только я сначала хотел закончить завтрак. Неужели такое срочное дело?

Собаки окружили хозяина, теперь уже на него оглушительно лая, потом отбежали к Пафнутию и оглянулись на лесничего. Тут уж у последнего не осталось никаких сомнений.

Тяжело вздохнув, он проговорил:

– Что ж, пойдемте. Только подождите минутку, схожу за ружьем.

Собаки тут же перевели Пафнутию слова лесничего, и Пафнутий опять присел на травку. Собаки легли рядом.

Скрывшись на минутку в домике, лесничий тут же снова появился с ружьем на плече. Встав, Пафнутий припустил легкой рысцой в глубь леса. За ним цепочкой побежали собаки, а за ними быстрым шагом следовал лесничий, ломая голову над тем, зачем это он понадобился медведю.

Звери по лесу бегают быстро, люди ходят медленно. Даже лесничие. Вот и теперь прошло немало времени, пока Пафнутий не привел лесничего к цели. А цель – заплаканная маленькая девочка в желтом платьице – увидев, что Винни-Пух привел-таки человека, вскрикнула от радости и, раскинув ручонки, бросилась к лесничему, уткнулась в его живот и громко-громко заплакала – на этот раз от счастья.

Лесничий сразу понял, в чем дело. Этот ребенок заблудился в лесу и медведь спас его.

Обнимая девочку, лесничий повернулся к Пафнутию, который остановился в некотором отдалении.

– Пафнутий, ты самый умный медведь в мире! – с чувством сказал лесничий. – Благодарю тебя от всего сердца. За мной мешок сладких коврижек с медом, ты заслужил награду!

Взяв девочку на руки, лесничий быстро направился домой. В его домике был телефон. И еще у лесничего была машина. Специальная, с электродвигателем, который не дымил и не производил шума. А девочка перестала плакать и защебетала, рассказывая о своих приключениях в лесу. Ох, какие замечательные звери тут живут, как они были добры к ней! Медвежонок Винни-Пух, правда, немного уже выросший, олененок Бэмби, Пятачок и все остальные.

Наблюдавшие за людьми звери, скрывшись в траве или кустах, очень радовались, что девочку наконец нашли. Но кое-что так и не поняли.

– Вот, пожалуйста! – недовольно произнесла Марианна. – Опять то же самое. Надавала свои имена и Пафнутию, и вам с Грацией, и детенышу кабана. Интересно, почему? Очень хочу знать! Пафнутий, обязательно постарайся это выяснить!

– Ах, моя дорогая! – возразила счастливая Клементина. – Какое это имеет значение? Пусть придумывает нам свои имена, главное, что человеческое дитя спасено и я теперь спокойна. Как я напереживалась из-за бедняжки!

Убегая, собаки перевели Пафнутию слова лесничего.

– Пафнутий, он сказал, ты – самый умный медведь в мире! И получишь за это целый мешок медовых коврижек.

– Когда получу? – вскинулся Пафнутий.

– Не знаем, не сказал, – ответили собаки. – Завтра, наверное. Угостишь нас? Мы тоже их очень любим. А пока прощай, нам надо спешить, а то пойдет еще не самой короткой дорогой. Привет!

А Чак, возглавивший поисковую экспедицию, узнал от птиц, что в его распоряжении много времени. Ведь привести людей к домику лесничего он должен уже после того, как лесничий возвратится с девочкой. Иначе как разъяснить этим недоразвитым созданиям, людям, зачем он их сюда привел? Глядишь, опять в лес полезут. Значит, надо сделать так, чтобы лесничий пришел в домик первым. Значит, надо тянуть время. Птицы скажут, когда можно вести людей туда. Пока же…

Посовещавшись с остальными собаками, Чак круто сменил направление и, придерживаясь опушки леса, повел людей по бездорожью и чащобе, так что им пришлось продираться сквозь колючий кустарник, спотыкаться на вырубках о пенечки и проваливаться в невидимые под травкой ямы. Собаки делали вид, что взяли след девочки, демонстративно, старательно тыкались носами в этот невидимый след и продолжали колесить по краю леса.

Но вот наконец прилетел дятел с сообщением: лесничий с девочкой на руках уже приближается к своему дому, можно пустить людей по прямой.

В десятый раз обежав коллег-собак, Чак сообщил им о смене курса, и вот люди с изумлением обнаружили вдруг, что собаки вывели их на какую-то удобную дорогу. Вдалеке показался домик лесничего. Собаки тянули туда.

Но тут послышался громкий лай с другой стороны. Полицейские и военные повернулись в ту сторону и не поверили своим глазам: из лесу на дорогу, в сопровождении собак, вышел лесничий, неся на руках девочку в желтом платьице.


Марианна была довольна.

– Встречу ребенка с его мамой я видела собственными глазами, – сказала выдра, вылезая на берег. – Но остального не знаю. А очень хочется знать!

– А что остальное? – заинтересовалась вездесущая куница, которая, конечно же, сидела уже на дереве, зная, что там, где Пафнутий, обязательно услышишь что-нибудь любопытное.

Марианна пояснила:

– Хочу знать, почему Пафнутия девочка называла каким-то Винни-Пухом. Почему Грацию обозвала Бэмби, а детеныша кабана Пятачком. Этого я не понимаю, а хотелось бы понять. Пафнутий, а ты понимаешь?

– Понимаю! – ухитрился вставить Пафнутий в перерыве между двумя рыбами.

Как всегда после трудного дела, он получил в у награду от Марианны целую кучу вкусной рыбы и вот теперь спешно подкреплялся. Неспешно не получалось, уж очень он был голоден. Не завтракал сегодня, не обедал, зато весь день провел в бегах. Проголодался по-страшному и вот только теперь мог спокойно поужинать. Впрочем, не очень-то спокойно.

Еще один непременный слушатель бесед Пафнутия с Марианной, старый барсук, уж на что спокойный и уравновешенный зверь, и тот попросил:

– А если знаешь – так говори! Все хотят знать.

О всех непонятных именах Пафнутий узнал от Чака. И поскольку присутствующие настойчиво домогались ответа, добрый медведь не остался равнодушным к просьбам общественности сделал попытку дать ответ:

– Ак э аал!

– Что? – удивился барсук. – Пафнутий, да ты никак человечьему языку обучился. Но мы-то не понимаем…

– И никакой это не человечий язык, – раздраженно пояснила Марианна. – Он всегда так говорит, когда пытается два дела сразу делать – есть и говорить. Сколько раз ему напоминала – говорить с набитым ртом нельзя, невоспитанно это.

Быстренько проглотив рыбу, Пафнутий с трудом удержался от следующей и пояснил нормально:

– Чак мне рассказал. Это названия зверей, ну имена, которые люди дали зверям в своих книгах.

– В чем? – не поняли слушатели.

– В книгах.

– А что такое книги, можешь объяснить?

– Не могу, – честно признался Пафнутий. – Чак мне объяснял, да я не совсем понял. Какие-то знаки, которые можно понимать. У людей это называется – читать. На это смотрят глазами и понимают.

– Что ж тут непонятного? – удивилась Клементина. – Ведь и мы все оставляем после себя какие-то знаки. И кабаны, и зайцы, и волки, и мы, косули. Это называется – следы. И кто смотрит на них, тоже многое понимает. Ты об этом, Пафнутий?

– Э аю, – ответил Пафнутий. – Ихы аие ааааааа…

– Ради Бога, дайте ему спокойно поесть! – разгневалась Марианна. – Видите же, все равно ничего не получается. Подождите немного. Уж как он меня нервирует, как нервирует!

– Так я думал, что он может и есть, и рассказывать, – оправдывался барсук. – Мог бы, скажем, проглотить рыбу и рассказать немного, потом опять проглотить и опять рассказать.

– И в самом деле, мог бы по кусочку рассказывать в перерывах между рыбинами, – поддержала барсука куница.

– Может, кто другой и мог бы, но не Пафнутий, – вздохнула Марианна. – Уж поверьте мне, я его хорошо знаю.

Заглотав половину имеющейся рыбы, Пафнутий почувствовал, что заморил червячка, над голодом возобладало чувство ответственности, и медведь попытался, в меру своих сил, удовлетворить любопытство друзей.

– Книжки – это не следы на земле, – пояснил он. – Они маленькие и люди держат их дома. И по книге не идут, как по следу, чтобы прочесть, что же произошло в лесу, а берут книгу в руки и по ней читают.

– И никуда ходить не надо? – не поверил барсук.

– Чак говорит – не надо. Но это еще не все. Оказывается, по этим книгам люди научились делать ки… ки…

– Ну вот, опять заикается! – возмутилась куница. А Марианна в ярости вскричала:

– Пафнутий, терпение мое кончается! Сейчас побросаю рыбу обратно в озеро!

– При чем тут рыба? – обиделся Пафнутий. – Просто я не могу вспомнить мудреное название. Люди изобрели ещё вещь, говорил Чак, называется ки… ки… О, кино называется! Но тут уж я ничего не понял, знаю лишь, сидят маленькие дети и смотрят это кино, и из него все узнают. Так вот, и в книгах, и в таком кино говорится о разных зверях. И все они как-то называются…

Тут терпение Пафнутия тоже иссякло, он потянулся к рыбе и снова набил полный рот.

Звери пока молчали, наверное, каждый переваривал потрясающую информацию о человеческих выдумках.

Первой заговорила куница.

– И у них звери называются… – сказала она. – Пафнутий, ну говори же, говори же дальше!

Пафнутий чуть было не стал говорить, да вовремя вспомнил, что рот забит рыбой, и воздержался. Культурно проглотил пишу и лишь потом ответил:

– Люди надавали зверям свои имена. И заблудившаяся девочка знала только эти имена. Чак собственными ушами слышал, как наша девочка рассказывала маме: она встретила в лесу всех знакомых зверюшек. В одной книжке говорилось о медведе по имени Винни-Пух, так вот, она и встретила в лесу этого Пуха, только он был больше, чем в ки… ки… чем в кино. А в другом кино она видела олененка, которого звали Бэмби, и в нашем лесу она встретила целых два Бэмби. Вы понимаете, это были Клементина с дочуркой Грацией. И еще в кино был поросенок, правда, беленький, но очень похожий на детеныша нашего кабана, так его звали Пятачок. И все эти звери в книгах и кино очень симпатичные, вот почему девочка совсем нас не испугалась.

Тут лапа Пафнутия сама собой потянулась к большой толстой рыбе, ухватила ее за хвост и затолкала в пасть. На какое-то время Пафнутий опять получил возможность спокойно поесть, звери принялись обмениваться впечатлениями, а в этом не обязательно было участвовать Пафнутию.

Марианна задумчиво произнесла:

– Значит, человеческий детеныш считал, что по лесу разгуливают зверюшки из его книг, и потому…

Пафнутий изо всех сил кивнул головой, подтверждая каждое слово Марианны, и добавил свое:

– Хехехала.

– Ну вот, опять! – расфыркалась куница.

– Хехехала, – повторил барсук. – Что бы это значило?

– Говорила я вам! – крикнула Марианна. – Дайте же ему спокойно доесть!


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21