Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Улей Хеллстрома

ModernLib.Net / Херберт Фрэнк / Улей Хеллстрома - Чтение (стр. 19)
Автор: Херберт Фрэнк
Жанр:

 

 


      Мостик вошел в короткий узкий туннель на другой стороне реки, освещаемый желтым светом длинной цилиндрической лампы. В конце туннеля была закрытая дверь, в центре которой на уровне талии помещалось ручное колесо. Над ним горела зеленая буква «А» со стилизованным символом сбоку, который показался ему частью тела какого-то насекомого, сегментированного и закругленного, но без головы.
      Держа оружие наготове, Джанверт попытался повернуть колесо левой рукой в левую сторону. Секунду оно сопротивлялось его усилиям, потом свободно повернулось до резкой остановки. Он нажал на колесо, и дверь подалась со слабым вздохом, а потом он почувствовал дуновение слабого ветерка, и в смутном розоватом свете Джанверт увидел тянувшийся за дверью еще один туннель, который едва ли был шире самой двери. Свет исходил из небольших плоских дисков на потолке. Туннель слегка поднимался.
      Джанверт вошел в него, закрыл дверь таким же, как снаружи, колесом, после чего начал подъем.

56

      Отчет Службы Безопасности Улья 7-А:
      «Работник, подходящий под описание Джанверта, был замечен на сорок восьмом уровне возле турбинной станции номер шесть. Хотя из этого следует, что беглец направляется вниз, а не вверх, и этот факт сейчас проверяется. Работники, обнаружившие его, говорят, что они приняли его за ведущего специалиста из-за его длинных волос и парализатора в руках. Это соответствует нашим данным, но все же кажется необычным его отказ от немедленной попытки прорваться на поверхность».

      Когда, по мнению Джанверта, он поднялся уже футов на триста, продвигаясь по узкому туннелю, он остановился передохнуть. Туннель делал резкий поворот приблизительно через каждую тысячу шагов, и по его оценке уклон составлял три процента. Джанверт предположил, что этот туннель входит в систему вентиляции, но до сих пор он еще не видел ни одного отвода, и что-то в неподвижности, царящей здесь, изредка попадавшихся налетах пыли говорило о том, что им уже давно не пользовались. Может, это аварийный выход? Пока Джанверт не позволял себе надеяться на это: туннель просто вел его вверх.
      Вскоре он возобновил подъем и пять поворотов спустя подошел к другой двери с ручным колесом. Остановившись, Джанверт поглядел на дверь. Что же ждет его с другой стороны? Должен ли он открывать ее? У Джанверта было оружие. И именно оно послужило окончательным доводом для принятия решения. Он покрутил колесо, потом надавил плечом на дверь и рывком открыл. Волна воздуха ударила ему в лицо.
      Джанверт вышел из туннеля на узкую, огороженную перилами платформу, расположенную на половине высоты огромной круглой комнаты с куполообразным потолком. Она простиралась от него в ярком бело-голубом свете по меньшей мере ярдов на двести. Пол, слегка изогнутый к центру, казался живым – так много мужчин и женщин совокуплялись там.
      Джанверт смотрел на них в немом удивлении.
      Комната была наполнена стонами и звуками соударявшихся друг о друга тел. Пары разъединялись, находили новых партнеров и потом просто продолжали заниматься своей удивительной сексуальной деятельностью.
      Совокупление!
      И тут ему припомнилось поразительное сообщение Перуджи о ночи, проведенной им с Фэнси. Она так и назвала это: совокупление. Пожалуй, лишь это слово точно подходило для описания удивительной сцены. Однако никакого возбуждения он не испытывал. Его даже подташнивало. Здесь стоял особый запах – жуткая смесь пота и чего-то липкого, что напоминало ему о слюне, и все это накладывалось на изначальную вонь всего этого муравейника. Он заметил, что пол был сырым и как будто упругим. Голубовато-серого цвета, он поблескивал в нескольких местах, не занятых корчащимися парами. В просветах двигающихся тел Джанверт заметил широкий круг более темного материала, оказавшийся дренажным стоком… с решеткой, Господи! – на нескольких телах были ее отметины.
      Что может быть более эффективным?
      Все еще в состоянии легкого потрясения Джанверт попятился назад, в туннель, закрыл дверь и продолжил подъем. Но в памяти его запечатлелась эта дикая картина. И вряд ли когда-нибудь ему удастся забыть ее. Впрочем, все равно никто не поверит. Чтобы поверить, нужно видеть.
      Он понимал, что находится на грани срыва. Так вот что они называли «сексуальным конгрессом».
      Джанверт предполагал, что, спустись он вниз, в эту комнату, и присоединись к этой оргии, то никто бы этого не обратил внимания на его появление – просто еще один мужчина-воспроизводитель.
      Джанверт прошел еще две двери с ручными колесами, прежде чем к нему вернулось прежнее спокойствие. Он с отвращением смотрел на каждую дверь, пытаясь представить себе, что же он обнаружит по ту сторону. Это был проклятый Богом людской улей! Он неожиданно остановился, замерев от полноты всего того, что несла эта мысль.
      Улей.
      Он посмотрел на смутно освещенные стены туннеля, ощущая слабое гудение машин, запахи, все признаки жизни, кишащей вокруг него.
      УЛЕЙ!
      Джанверт сделал три глубоких, нервных вздоха, прежде чем продолжил подъем. Они живут здесь по образу и подобию насекомых. Как же живут насекомые? Они делают то, что не захочет делать ни один человек – и что ни один человек не сможет сделать. У них есть трутни, рабочие – и матка – они едят, чтобы жить. Они едят то, что отторгнет человеческий желудок, если прежде человеческое сознание не сделает это. Для насекомых совокупление – это просто… совокупление. И чем больше он думал об этом, тем стройнее выстраивалась вся картина. Никакой это не секретный правительственный проект! Нет – это ужас, отвращение, нечто, что необходимо сжечь!

57

      Отчет Службы Безопасности Улья 16-А: Джанверт.
      «Тело специалиста по турбинам, убитого парализатором, было найдено неподалеку от центра первичного водного потока. Нет сомнений, что это работа Джанверта. У всех входов и заграждений всех турбин удвоена охрана, хотя ни один человек не может пройти живым энергетическую установку. Более вероятно, что он проник в старые входные туннели, переоборудованные в аварийную систему вентиляции.
      Там и сосредоточен его поиск».

      Джанверт остановился у следующей двери, прижался к ней ухом. Он слышал слабое, ритмическое постукивание с той стороны – какая-то машина, предположил он. Этот стук сопровождало странное шипение. Он повернул колесо, с щелчком открыл дверь и заглянул внутрь. Комната оказалась намного меньших размеров, чем предыдущие, однако все равно была огромной. Низкий потолок, и сразу за входной дверью следовала еще одна. При смутном алом свете, идущем от цилиндрических ламп на потолке, можно было разглядеть невысокие стеллажи, на каждом располагалось переплетенье в виде колонн прозрачных стеклянных трубочек, пульсировавших жидкостями ярких цветов, и это на секунду отвлекло его от того, что находилось между этими колоннами.
      Он не мигая смотрел на эти предметы, не желая верить своим глазам. На каждой лавке лежало то, что выглядело как обрубок человеческого тела – от колен до талии. Одни обрубки принадлежали мужчинам, другие – женщинам. Среди последних было несколько с выпирающими животами, словно от беременности. Дальше колен и талии ничего не было – только эти трубочки с пульсирующими жидкостями. Неужели то, что он видит, не обман зрения?
      Джанверт вошел в комнату, коснулся ближайшего мужского обрубка. Плоть была еще теплой! Он отдернул руку, чувствуя, как тошнота охватывает все внутри. Он отступил обратно к двери в туннель, не в силах отвести глаза от этой картины – пяти живых обрубков человеческих тел. Это действительно не было обманом зрения!
      Его внимание привлекло какое-то шевеление в противоположном углу комнаты. Он увидел людей, прохаживающихся между стеллажами – наклоняющихся, рассматривающих эти обрубки, изучающих трубочки. Какая-то пародия на врачей, совершающих обход больных. Джанверт выскользнул обратно в туннель, прежде чем его успели заметить, закрыл дверь и постоял там, прижавшись лбом к ее гладкой холодной поверхности.
      Это были воспроизводящие части человеческой плоти. В его воображении представлялся улей, поддерживающих жизнь в этих чудовищных обрубках для целей воспроизводства. По спине побежали мурашки от одной только мысли, что его тело подвергнется такому унижению. Спина, шея и плечи дрожали, колени отказывались держать его тело. Обрубки для воспроизводства!
      Откуда-то снизу донесся какой-то глухой стук, и он почувствовал изменение давления воздуха в туннеле. Слышны были шлепанье босых ног по полу туннеля.
      «Они преследуют меня!»
      Подгоняемый страхом, он открыл дверь, прошел внутрь и закрыл дверь за собой. Теперь медицинская процессия заметила его, но едва только в глазах людей в белых халатах мелькнул проблеск удивления, как они начали падать, сраженные парализатором. Джанверт пронесся сквозь эту кошмарную комнату как пуля, стараясь не смотреть ни на один из обрубков. Из арочного прохода он попал в огромную галерею, где было множество людей. Страх все еще гнал его вперед, и Джанверт бросился влево и стал проталкиваться сквозь эту толпу людей, помогая себе плечами и нисколько не беспокоясь о смятении и любопытстве, которые, очевидно, пробуждали его действия. За собой он оставлял взбаламученный след, немые выкрики и один странный женский голос, обратившийся к нему:
      – Эй, послушайте! Эй, послушайте!
      У первого же лифта Джанверт оттолкнул плечом в сторону от проема какого-то мужчину, прыгнул в кабину и посмотрел вниз на охваченные некоторым недоумением и тревогой лица, пока они не скрылись из поля зрения.
      Рядом с ним в кабине находились еще две женщины и мужчина. Одна из женщин очень походила на Фэнси, но выглядела чуть старше, тогда как более молодая, блондинка, относилась к типу, который он почти не встречал в глубинах Хелльстромовского улья. Мужчина, полностью лишенный волос, с узким лисьим лицом и настороженными яркими глазами, напоминал Джанверту Мерривейла. Все трое выказывали явное любопытство, и мужчина, наклонившись к нему, втянул носом воздух. То, что он учуял, похоже, удивило его, потому что он повторил свое действие.
      Охваченный паникой Джанверт направил на него захваченное оружие и провел лучом по женщинам. Они с глухим стуком повалились на пол, как раз напротив следующего этажа. Одна женщина с полными грудями и круглым, ничего не выражающим лицом намеревалась войти, но Джанверт пнул ее ногой в живот, и она повалилась на стоявших за ней людей. Следующий этаж кабина прошла без происшествий, потом еще один… и еще. Он выпрыгнул на четвертом, в толпу людей, проскочил ее и ворвался в небольшой туннель, привлекший его внимание, потому что здесь никого не было. Двое мужчин, которых он сбил с ног, поднялись и пустились было за ним в погоню, однако Джанверт срезал их лучом, побежал и свернул за угол влево, потом был еще один поворот, и вот он снова в главной галерее, а лифт, из которого он выскочил, по меньшей мере в ста ярдах от него, и, как он видел, там сейчас царило настоящее столпотворение.
      Джанверт свернул к правой стороне туннеля, держа оружие перед собой, чтобы его не было видно сзади. Он заставил себя перейти на спокойный шаг, пытаясь утихомирить дыхание и внимательно прислушиваясь, нет ли погони. Суматоха прекратилась, но Джанверт не слышал шагов преследователей и вскоре рискнул пересечь туннель и идти по левой стороне. При первой же возможности он свернул направо в другой туннель, поменьше, который круто поднимался вверх. Через сто шагов его пересекал еще один большой туннель с лифтом прямо посередине. Он без происшествий миновал идущих ему навстречу людей и шагнул в первую же поднимавшуюся кабину. Скорость ее, едва только он вошел, резко возросла. Джанверт огляделся, чтобы посмотреть, не мог ли он входя просмотреть оператора, но никого не увидел. Мимо проносились этажи, один за другим. После девятого у Джанверта мелькнула тревожная мысль, а не могли ли люди Хелльстрома на расстоянии управлять этим лифтом и, таким образом, поймать его в ловушку. Слишком рискованно выскакивать из него на такой скорости.
      С нарастающей паникой Джанверт подошел к выходному отверстию в поисках кнопок управления, но ничего не было. В этот момент кабина оказалась как раз напротив проема нового этажа и замедлила скорость. Он выпрыгнул из нее и чуть было не столкнулся с двумя мужчинами, толкавших длинную тележку, нагруженную желтым материалом, похожим на ткань. Они улыбнулись и махнули рукой, произведя пальцами тот же самый сложный знак, что и седовласый мужчина у реки. Джанверт печально улыбнулся в ответ, пожал плечами, и эти двое, удовлетворившись этим, продолжили толкать тележку дальше вниз по туннелю.
      Джанверт свернул вправо и увидел, что туннель вскоре заканчивается широкой и ярко освещенной аркой, за которой было огромное помещение. Она было заставлено машинами, между которыми деловито сновали люди. Джанверту показалось, что лучше не сворачивать здесь, он продолжил свой путь дальше и вошел в широкую с низкими потолками комнату, заполненную механизмами. Он узнал токарный станок, штамповочный пресс (потолок над ним был разобран для размещения его верхней части), несколько сверлильных прессов, над которыми согнулись мужчины и женщины, так поглощенные своей работой, что не обращали на него никакого внимания. Здесь ощущался запах масла и едкий горячий метала. Это помещение можно было принять за обычный машинный зал, если бы не обнаженность этих людей. В проходах между станками двигались тележки с ящиками, наполненными какими-то неизвестными ему металлическими предметами.
      Джанверт с деловитым видом направился прямо через комнату, надеясь найти выход у противоположной стены. Он заметил что теперь люди по-иному реагируют на него, и спросил себя, почему. Вот одна женщина и в самом деле оставила свой токарный станок и, подойдя к нему, потянула носом у его локтя. Джанверт попытался было как обычно пожать плечами и, поглядев вниз, увидел пот, заблестевший на коже. «Господи, неужели пот-то и привлек ее внимание?»
      У противоположного конца комнаты, как оказалось, открытой двери не было, и он уже начал опасаться, что пойман в ловушку, когда увидел ручное колесо в стене – таким же он открывал двери в туннеле. Дверь обозначалась только едва заметной линией в стене, но открылась наружу, когда он повернул колесо. Он деловито прошел через проем, потом закрыл дверь за собой. Туннель уходил вверх по правую сторону от него. Он прислушался, пытаясь определить, нет ли еще кого в туннеле, но ничего не расслышал и начал подъем.
      Спина и ноги Джанверта ныли от усталости, и он спросил себя, сколько еще мучений придется вытерпеть ему. В желудке возникла болезненная пустота, рот и горло пересохли. Но отчаяние двигало Джанвертом, и он знал, что будет продолжать идти вверх, пока не останется хоть капля сил. Он должен выбраться из этого чудовищного места.

58

      Из «Руководства по Улью»:
      «Химические препараты, способные вызывать предсказуемые реакции отдельных особей животного происхождения, должны быть разнообразными и в допустимом диапазоне оттенков – бесчисленными. Так называемое рациональное сознание диких людей не является непреодолимым препятствием подобному процессу освобождения, но должно просто рассматриваться как порог, который следует перешагнуть. И как только сознание будет в достаточной степени подавлено, препарат можно вводить. Отсюда, из этой зоны, которая, как некогда считалось, была зоной инстинктов, мы, люди Улья, черпаем нашу величайшую силу единения».

      Хелльстром стоял в помещении командного поста под табличкой со знаком Улья, которую можно было перевести так: «Все использовать – ничего не терять». Было три часа ночи, и его уже давно оставило желание, что ему удастся хотя бы немного поспать этой ночью. Сейчас он молил о каком угодно отдыхе.
      – Взгляните на изменение давления воздуха, – отметил наблюдатель за его спиной. – Он снова проник в систему аварийной вентиляции. Как это ему удалось? Быстро! Сигнал тревоги. Где находится ближайшая группа захвата?
      – Почему бы на заблокировать эту систему, уровень за уровнем, или по крайней мере каждый второй? – с какой-то покорностью спросил Хелльстром.
      – У нас еле достает сил для охраны десяти уровней системы, – ответил мужской голос слева.
      Хелльстром оглядел в смутном зеленоватом свете помещение, пытаясь рассмотреть говорившего. Не Эд ли это? Может, он уже вернулся с проверки патрулей?
      Черт бы побрал этого Джанверта! Со всей его дьявольской изобретательностью! Он оставляет за собой мертвых и покалеченных работников, возбуждение и нарастание беспорядков, суматоху, да еще и по пятам его преследуют охранники. Все это взбудоражило Улей. Потребуются годы, чтобы избавиться от всех последствий этой ночи. Джанверт, конечно, охвачен страхом, и химические ингредиенты его страха распространились по Улью. Все больше и больше работников замечают этот едва уловимый сигнал, исходящий от человека, который в соответствии с другими химическими отметинами, является одним из них, и их страхи распространяются дальше, подобно кругам на воде. И если только Джанверта скоро не поймают, кризис не за горами.
      Ошибкой было не усилить охрану во время приведения Джанверта в обычное состояние.
      «Моей ошибкой», – подумал с горечью Хелльстром.
      Химическая основа братства, оказывается, действительно палкой о двух концах. Она может ударить любым концом. Охрана была убаюкана его беспомощностью. Разве когда-либо ранее работник нападал на своих единокровных братьев?
      Хелльстром прислушался к голосам наблюдателей на постах, координирующих новый поворот в погоне. Он ощутил охотничий азарт в их голосах. Как будто у них не было особого желания поскорее поймать Джанверта.
      Хелльстром вздохнул и распорядился:
      – Доставьте сюда захваченную женщину.
      Голос из темноты ответил:
      – Она все еще без сознания.
      «Точно, это Эд», – решил про себя Хелльстром, а вслух произнес:
      – Так приведите ее в чувство и доставьте сюда!

59

      Табличка над входом в комнату с главным чаном:
      «Высшая справедливость в том, что после смерти мы отдаем свои тела, что плоть наших бренных тел не теряется и служит высшей силе, воплощенной в нашем улье».

      На восьмом повороте своего подъема Джанверт позволил себе сделать небольшую остановку, чтобы передохнуть, и прислонился лбом к двери. Даже сквозь шевелюру он ощущал ее холод, тупо глядя на голые ноги. «О Господи, до чего же жарко в туннеле! И вонь стала уж совсем нетерпимой!» Джанверт вдруг почувствовал, что, не дав себе хотя бы малюсенького отдыха, он свалится через пару шагов. Сердце гулко стучало, грудь ныла от боли, пот ручьями стекал по телу. Он подумал, не рискнуть ли вернуться обратно в главный туннель и поискать лифт. Прижавшись ухом к двери, Джанверт прислушался, но не расслышал ничего. И это обеспокоило его. Может, там его уже ожидают?
      Только слабые звуки работающих механизмов и ощущаемой повсюду человеческой активности доходили до него. Однако за дверью и эти звуки были до странности приглушены. Он снова прижался ухом к двери, но не услышал ничего, что можно было рассматривать в качестве непосредственной угрозы.
      Однако Джанверт найдет людей, этих диковинных жителей Хелльстромовского улья. Сколько же их? Десять тысяч? Никто из них не учитывался в переписи населения. Все это место несло на себе отпечаток каких-то тайных целей, самым коренным образом отличающихся от всего того, что он знал. Эти люди живут по правилам, отрицающим все, во что верило общество извне. Есть ли у них бог? Джанверт вспомнил Хелльстрома, возносившего молитву. Притворство! Самое настоящее притворство!
      Проклятый омерзительный улей!

60

      Последние слова Тровы Хелльстром:
      «Поражение Чужаков предопределено их высокомерием. Они бросают вызов силам, более могущественным, чем они сами.
      Мы, жители Улья – истинное творение разума. Мы дожидаемся своего часа, как это умеют делать насекомые. Мы подчиняемся логике, которую, возможно, ни один дикий Чужак не в состоянии понять, потому что насекомые учат нас, что истинный победитель в гонке за выживание – тот, кто последним приходит к финишу».

      Джанверту показалось, что он прождал пять минут, прежде чем страх взял вверх над усталостью. Он так как следует и не отдохнул, но надо было идти дальше. Теперь Джанверт дышал спокойнее, но ноги еще не отошли и ныли; да еще резкая боль в боку пронзила его, когда он глубоко вздохнул, а в ступни как будто вонзили ножи – последствие бега босым. Джанверт понимал, что тело не сможет долго терпеть эту пытку, в конце концов откажет ему повиноваться. Ему нужно выйти отсюда и поискать лифт. Он выпрямился, собираясь открыть дверь, когда краем левого глазом увидел какое-то движение ниже по туннелю. Преследователи появились из-за угла, но оружие не было поднято, и они среагировали с небольшим опозданием, которое спасло жизнь Джанверту. Его парализатор находился в левой руке, когда он крутил колесо дверного механизма, и ему нужно было просто нажать на кнопку, что рефлекторно и сделала его рука. Когда знакомое гудение наполнило туннель, фигуры внизу рухнули как подкошенные.
      Падая, один из преследователей поднял пистолет и произвел один выстрел, угодивший в легкую арматуру ниже Джанверта, но осколок задел его щеку. Левой рукой он рефлекторно коснулся раны, вытащил блестящий осколок с пятном крови на нем.
      Джанверт не мог знать, действует ли его оружие сквозь стены, но паника, сильнее которой ему еще не доводилось испытывать в своей жизни, руководила его дальнейшими действиями. Он поднял оружие, нажал на кнопку и веером провел по двери, прежде чем открыть ее.
      Шесть тел грудой валялись за дверью, после того как он ее открыл, и один из них сжимал в руке автоматический пистолет 45-го калибра с инкрустированной рукоятью. Джанверт взял его из вялых пальцев, войдя в комнату. Потом огляделся. Комната оказалось длинным узким бараком с тремя ярусами коек вдоль стен. Единственными ее обитателями сейчас были шесть мужчин на полу – все обнаженные, за исключением одного лысые, и все дышали. «Значит, оружие только оглушает людей, когда перед ним твердое препятствие, уменьшающее его убийственную силу», – решил Джанверт. Теперь в каждой руке у него было оружие, и одно из них было успокаивающе знакомым.

61

      Перевод «Мудрости Диких», сделанный в Улье:
      «Вымирание вида начинается с высокомерной веры в то, что каждая личность обладает менталитетом, присущим лишь одному этому существу, – эго, индивидуальностью, духом, характером, душой или разумом – и в то, что это независимые инкарнации каким-то образом обладают свободой».

      – Теперь у него есть пистолет, – сказал Хелльстром. – Здорово! Просто здорово! Он что, супермен? Менее часа назад он был в центральной бридинг-секции. Я считал, что он у нас в руках, а теперь… теперь мне сообщают, что он вырубил две группы захвата восемью уровнями выше!
      Хелльстром сидел почти в центре арки, сразу за спиной наблюдателя. Стул, который он занимал, был его единственной уступкой все возрастающей усталости, требующей отдыха его телу. Он был на ногах уже больше двадцати шести часов, и часы показывали, что уже пошел пятый час ночи.
      – Какие будут приказания? – спросил наблюдатель, сидевший перед ним.
      Хелльстром, не мигая, смотрел на наблюдателя, чей силуэт смутно вырисовывался на фоне сияющего экрана. «Мои приказания?»
      – С чего вы взяли, что они могут измениться? – требовательно спросил Хелльстром. – Вы должны схватить его!
      – Он все еще нужен вам живым?
      – Больше, чем когда-либо! Если он действительно так живуч, то необходимо, чтобы его кровь смешалась с нашей.
      – Он, по всей видимости, сейчас находится снова в главном туннеле, – предположил наблюдатель.
      – Конечно! Прикажите группам захвата обратить внимание на лифты. Он совершил крутой подъем. И должен устать. Направьте все группы захвата на верхние уровни и рассредоточьте их у лифтов. Пусть проверяют каждую кабину и вырубают всех подозрительных. Я знаю… – Хелльстром, когда наблюдатель повернулся с тревогой на лице, поднял успокаивающе руку. – Но ничего не поделаешь.
      – Но наши собственные…
      – Лучше мы, чем он. Посмотри только, что он уже натворил. Он, очевидно, включил парализатор на полную мощность и не знает об этом. Он убил работников, близко подобравшихся к нему. Меня переполняет та же ярость, что и всех вас, но мы не должны забывать, что он в панике и не ведает, что делает.
      – Но ему известно достаточно, чтобы ускользать из наших рук! – пробормотал кто-то за спиной Хелльстрома.
      Хелльстром не обратил внимания на это проявление несогласия и спросил:
      – Где же пленница? Я ведь еще почти час назад приказал доставить ее сюда.
      – Ее нужно было привести в себя, Нильс. Она уже по пути сюда.
      – Ладно, скажи, чтобы поторопились.

62

      Из «Руководства по Улью»:
      «Одна из составляющих нашей силы лежит в признании многообразия, достигаемого нами путем уникального перенятия социального поведения насекомых, эволюционировавших в противостоянии с дикими Чужаками.
      Познав этот урок, имея такой пример перед глазами, мы – впервые в долгой истории жизни на этой планете – сами строим свое будущее».

      Джанверт стоял за спинами двух мужчин и двух женщин в поднимающемся вверх лифте. Квартет выказал явные признаки нервозности при его входе. Наверное, подумал он, из-за пораненной щеки. Властный взмах руки с револьвером, однако, успокоил их, но у него осталось странное чувство, что именно этот жест, а не пистолет подействовал на них. Чтобы проверить это, Джанверт убрал пистолет под правую руку, когда один из мужчин повернулся, и махнул ладонью в его сторону. Эффект был тот же, как если бы он сказал: «Отвернись и оставь меня в покое!» Мужчина повернулся, сделал пальцами знак остальным, и с этого момента они не обращали на Джанверта никакого внимания.
      Джанверт понял теперь принцип действия лифтов. Стоять надо у задней стенки поднимавшейся вверх кабины. Шаг вперед к выходу вызывает замедление ее движения у выхода на очередной уровень. Около выхода находится критическая зона, снабженная невидимым сенсорным датчиком, управляющим движением кабины.
      Вскоре одна из женщин бросила на него взгляд, кивнула в сторону выхода из кабины, когда они проходили глухую серую стену. «Последняя остановка?»
      – подумал Джанверт. Остальные цепочкой двинулись к выходу. Джанверт приготовился присоединиться к ним, подняв левой рукой захваченный парализатор. Вверху показался выход. Лифт замедлил ход, и он увидел голые ноги и два парализатора, направленные в сторону кабины.
      Джанверт нажал на кнопку собственного оружия, веером провел им в сторону выхода по мере увеличения проема выхода, задевая при этом и тех, кто был с ним в лифте. Перепрыгнув через тела, ведя гудящим оружием направо и налево, сея вокруг смерть, он побежал по туннелю вправо, наступая где на холодный пол, где на еще теплые тела убитых им людей.
      На бегу Джанверт услышал хруст позади себя и обернулся, не снижая скорости. Один из пассажиров в лифте упал головой наружу, поднимающейся вверх кабиной ему отрезало голову, и она покатилась по полу туннеля, оставляя кровавый след.
      Джанверт отвернулся, поймав себя на мысли, что не испытывает никаких эмоций. Вообще никаких. Житель этого улья уже умер, убитый изобретенным здесь оружием Не важно, что произошло с телом после этого. Совсем не важно!
      Продолжая периодически нажимать на кнопку, что вызывало знакомое гудение, Джанверт бежал по туннелю, расчищая себе дорогу. Он завернул за угол и увидел еще одну группу охранников у другого лифта. Они рухнули вниз, когда он направил на них луч, но впереди по туннелю к нему бежал новый отряд, и Джанверт слышал гудение, издаваемое их оружием. Он, очевидно; пока был вне зоны поражения. Подняв пистолет, он разрядил обойму в этих людей, нырнул в первую же идущую вверх кабину и через два этажа выпрыгнул в другой туннель, который не охранялся.
      Джанверт ушел в сторону от торопливо пересекавших этот туннель людей, вошел в еще один, круто поднимавшийся вверх, уйдя из него в первую же попавшуюся дверь, и оказался в гидропоническом саду, где было множество сборщиков урожая. Он узнал помидоры и швырнул пистолет с пустой обоймой в одного работника, побежавшего в его сторону и выказывавшего недовольство его вторжением. Джанверт побежал, водя трофейным оружием впереди себя и по сторонам. Помидоры со шлепками падали на пол из сумок работников, и их красный сок брызгал ему на ноги. В груди Джанверта полыхало пламя, пересохшее горло нестерпимо болело, а тело отказывало подчиняться.
      У дальней стены он заметил несколько небольших проемов на высоте груди, а, приблизившись, разглядел поток всасываемой продукции, корзины, ящики. Он узнал фрукты – темно-зеленые огурцы, стручковый горох…
      «Грузовой лифт!»
      Сгорбившись, Джанверт остановился и внимательно посмотрел на стену. На всем ее протяжении не было ни единой двери – только эти проемы, в которые входила, уносясь вверх, продукция сада. На конвейере крепились плоские полки, некоторые из них проходили мимо него пустые, на других были контейнеры. Проемы были квадратными со стороной фута в три, и двигающиеся полки казались слишком большими. Может, ему забраться на одну из них? Они поднимались вверх с пугающей скоростью. Но сзади из туннеля уже доносился какой-то все увеличивающийся шум. У него что, есть выбор? Ведь повернуть назад он не может.
      Из последних сил Джанверт поднялся на несколько ступенек и стал ждать пустой полки. Когда она появилась, он нырнул в проем и перевернулся, не выпуская оружия из рук. В то мгновение, когда он прыгнул, лента конвейера замедлила движение, и Джанверт жестко упал на полку, прогнувшуюся под ним, но успел сгруппироваться и смог удержаться. Его левое плечо терлось о заднюю стенку, когда лента увеличила скорость, и он, не успев отдернуть его, содрал часть кожи. Потом Джанверт огляделся.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21