Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Конан храбрый

ModernLib.Net / Грин Роланд / Конан храбрый - Чтение (стр. 7)
Автор: Грин Роланд
Жанр:

 

 


      "Они бы не посмели!" Если бы ее глаза были луками, половина толпы упало бы замертво, пронзенные стрелами.
      "Каря , люди в ужасе способны на все, если это позволит им уйти от страха." Это было частью мудрости Иврама. Сейчас настал удобный случай для нее.
      Другая заботливая душа принесла таз горячей воды и мочалку. Бора вымыл себя до некоторого подобия чистоты и оделся. Толпа все окружала его, многие глазели разинув рот будто это бог сошел на землю.
      Злость заострила его голос.
      "Неужели нет неотложных дел? Если нет, мы должны принести воды из Зимнего дома, если нашего источника не достаточно. Несомненно они поделятся если мы попросим. Если мы не будем стоять разинув рты, пока птицы не совьют себе на них рты!"
      Бора засомневался, не сказал ли он слишком много. Кто он такой, в шестнжадцать лет, чтобы приказывать мужчинам, которые годились ему в дедушки?
      Но ему ответили согласными кивками и послышались голоса, готовых отправиться с посланием в другую деревню. Он отказался решать, кто пойдет. Он подобрал полотенце, намочил в реке, затем развернулся и обмотал вокруг руки.
      "Я тнесу это Ивраму," прокрачал он, подняв руку. "Демоны оказались слишком слабы, чтобы навредить мне, так что бояться нечего. Нам необходимо во многом разобраться и Иврам поможет."
      Бора надеялся, что это так. Священник , как говорили , знал много древних загадочных преданий, сам не будучи колдуном. Но возможно Иврам не сможет ответить на самые безотлагательные вопросы.
      Как близко демоны? Послать людей на разведку - значит убить их. Ждать , когда они сами придут в удобный для них момент, - глупо. Что еще можно сделать? Бора не знал, Иврам мог помочь ему скрыть нерешительность.
      Кроме того,ж Иврам и Мариам были единственными в деревне, кторым Бора мог показать свой страх.
      С наступлением вечера Конан счел безопасным оставить горы и войти в следующий город. Он считал более безопасным сократить путь в гарнизон форта Жеман, но это значило передвигаться по ночам. К тому же , Десса и Массоуф были на пределе своих сил.
      "Они могли бы идти дальше, не проводи они столько времени в ссорах," Сказал Конан Раине. "Я не собираюсь перегибать эту молодую леди через мое колено, но я молю Массоуфа сделать это и побыстрее. Для благополучия всех нас, не только его!"
      "Я сильно сомневаюсь, чтобы он нашел в себе силы селать это," Сказала Раина. "Он не похож на мужчину, который не вполне уверен, хочет ли он осуществления своих стремлений."
      "Если он не знает, что хочет, тогда он и Десса хорошо поладят," прорычал Конан. "Я даже заплачу за свадьбу, если у них не осталось родствеников. Все что угодно, только освободите меня от обязанности везти эти особы в горы!"
      Нисколь не тронутая мнением Конана, пара воссоединенных любовников продолжала ссору, когда компания вошла в Харук. Они молчали, пока Конан искал комнаты в постоялом дворе с крепкими стенами, черной дверью и хорошим вином. Ссора вспыхнула опять, когда Иллиана объявила, что им придется разделить комнату.
      "Я согласна!" просто сказала Десса.
      "Я не дотронусь до тебя, Десса," произнес сокрушенно Массоуф. "Не бойся!"
      "Бояться! Тебя? Настоящего мужчину я бы побоялась, но-"
      Испепеляющие взгляды Раины, Иллианы и Конана заставили ее замолчать, но не достаточно быстро. Вспышка ярости скользнула по лицу Массоуфа. Его голос дрожал. "Я не достаточно мужчина для тебя? А кто ты, Десса? Ты нашла сердце проститутки в-"
      Пощечина Дессы разукрасила бы Массоуфа, не встань между ними Конан. Он зажал ее рот одной рукой , а другой открыл дверь в ее комнату. Затем взялся за воротник позаимствованной у него туники, покачал Дессу вперед и назад несколько раз и нежно опустил не кровать.
      "Массоуф," сказал Конан с изысканной вежливостью. "Не смогли бы вы зайти в комнату? Или вы предпочитаете съимитировать птичку?"
      Массоуф с проклятьями зашел. Конан бросил им немного багажа, захлопнул дверь и закрыл ее снаружи.
      "Пожалуйста," сказала Иллиана, протягивая кружку вина. Конан осушил ее не отрывая от нее рта.
      "Благослови тебя бог," сказал он , вытирая губы, едва не бросив фразу, что она знает запросы мужчин. Подобные шутки явно задевали очень глубокие старые раны. Ему не стоило тыкать в шрамы и болячки.
      "Не думаю, что им предстоит мирная ночь," сказала Раина. "Но у меня будет." И она обняла Конана.
      "Если ты хочешь мира, Раина, тебе придется немного подождать."
      "О, я так надеюсь. Долгое, долгое время." Ее попытка съимитировать молящуюся молодую девушку было настолько нелепо, что даже Иллиана взорвалась смехом.
      "Если ты настолько горяча", сказал Конан, "тогда давай посмотрим, что здесь подают на обед. Ни человек, ни лошадь не будут работать на голодный желудок!"
      Часть одиннадцатая
      Где-то рядом кричала женщина. Приятно запутавшийся в Раине, Конан с трудом смог перенести часть своих внимания на звук. И даже тогда он решил, что это спор Дессы и Массоуфа разазился наконец-то потасовкой. По мнению Конана, Десса вполне могла обойтись без помощи людей, которые к тому же држат гораздо более важные вещи в руках
      Вопль нарастал. Раина напряглась, но не в порыве страсти. Уставилась на дверь.
      "Женщина-!" выругался Циммериец.
      "Нет. Это Иллиана. Ей больно или она чувствует приближение опастости."
      Раина выпрыгнула из постели и метнулась к двери, задержавшись на мгновение подхватить кинжал и саблю. В таком же виде за ней последовал Конан.
      Перед дверью в комнату Иллианы стояли Десса и Массоуф. Десса также как и Конан и Раина раздетая, жтолько без оружия. Массоуф обмотал пояс одеялом. Когда Конан риблизился крики прекратились.
      "Что же вы стоити!" вскрикнул Конан.
      "Мы пытались открыть дверь, но она заперта снутри и возможно заколдована." Сказал спокойно Массоуф,ж хотя его глаза бегали сверху вниз по Раине.
      Слава богам, парень не совсем потерял рассудок от Дессы, чтобы не замечать других женщин!
      Из-за двери вновь раздались стоны, но на этот раз сдавленные.
      "Освободите мне пространство!" прорычал Конан. "И Массоуф- найди хозяина, если он еще не зовет караул!"
      Конан отошел насколько позволял зал и ринулся вперед как горная лавина. Засов , рассчитанный на простого смертного, а не на такого крепыша, как Циммериец, хрустнул как ветка, двери с шумом распахнулись.
      Конан влетел в комнату, чуть не споткнувшись о стоявшую на коленях у изголовья кровати Иллиану. Она вцепилась в одеяло, запихав его конец в рот.
      На ее левой руке горел изумрудным светом волшебный Камень, слепя глаза Конана. Больше на ней ничего не было.
      "Не трожь ее!" вскрикнула Раина.
      "Ей надо помочь!"
      "Ты только причинишь ей еще большую боль, если дотронешься сейчас!"
      Конан заколебался , разрываемый желанием помочь явно страдающему человеку и доверием к советам Раины. Иллиана разрешила проблему, упав в обморок. Пламя Драгоценности потухло.
      Раина опустилась на колени перед хозяйкой, прислушиваясь к дыханию и биению сердца. Конан встал для охраны у двери, а Десса подошла к постели и начала изготавливать импровизированную одежду.
      "А ты не так и глупа, девочка," неохотно допустила Раина.
      "Вы думаете, знатная особа могла бы житькак я жила?"
      "Нет," сказал Конан, хрипло смеясь. Если Десса мечтает стать королевой таверны, лучше послать ее к Пиле. В Аграпуре любой друг Пилы имел мало врагов. Если этот друг женщина, то она получала прекрасную возможность начать свою карьеру в тавернах.
      В этот момент вернулся Массоуф. За ним то ли следовали , то ли гнались хозяин и двое крепких слуг. Конан показал им клинок и они остановились, а Массоуф исчез в комнате.
      "Что за шум?" проревел хозяин. Он молча оценил импровизированные одежды каждого и отсутствие таковой у Иллианы. "Вы должны знать, что у меня порядочный тихий дом . Если вы хотите женщину-"
      "О, пошел к свом женщинам сам!" прорычал Конан. "Если ты конечно еще достаточно мужчина. Моей госпоже приснились кошмары. Она вдова , и ее муж принял страшную смерть."
      Владелец дома смягчился. Он отвернулся , когда Иллиана начала бормотать: "Трансформированные. Нет надежды - остановить их - далеко. Попробуй - ослабить - власть над ними. Попробуй - все (нечто непонятное) обречены - "
      "Ведьма!" закричал один из слуг и скатился по лестнице. За ним сбежал второй. Раина побежала к госпоже, потеряв в спешке свою накидку. Хозяин застыл с открытым ртом то ли от вида Раины, то ли ведьмы.
      "Стража!" на последнем издыхании прокричал он. "Я позову стражу. Если она не придет, я подниму город. В моем доме не будет ведьм. Не будет, именем всех богов-"
      "Иди поднимай и посмотрим насколько от этого тебе станет лучше!" прокричала Раина. Ее сабля едва не срезала хозяйский нос. Он отступил назад к лесенке и покатился бы по ней задом не схвати его Конан вовремя.
      "Послушай, мой безмозглый друг," сказал Циммериец. Он с удовольствием отправил бы его вслед за своимислугами, но оставался мизерный шанс сохранить мир. "Моя госпожа действительно владеет магией. Это правда. Кроме того она чувствует чужие заклятья. Те , что ее ввели в такое состояние, - древние и дьявольские. Оставь ее в покое и возможно, она сможет защитить тебя!"
      Мужчина нахмурился, но паника частично оставила его лицо. Когда Конан отпустил его , он медленно спустился по лестнице, а не побежал.
      "Я мог выиграть для нас время, а мог и нет," сказал Конан. "Эти глупые слуги приведут сюда город прежде, чем ты сможешь заклятьем вскипятить горшок супа!"
      "Я должна сделать то, что я могу," сказала Иллиана покачав головой. "Ужас в походе. И я должна сделать все, что в моих силах, чтобы ему помешать."
      "Если он не близко-" начал Конан.
      "Это не важно," Произнесла Иллиана, поднимаясь с королевской величественностью. "Когда я сбежала от Еремиуса, я поклялась бороться с ним при любой возможности. Сейчас я имею больше, чем просто возможность, если вы дадите мне время, ты и Раина."
      Она явно приняла свое решение. И Раина будет стоять, драться и, если надо, умрет, независимо от помощи Конана. Это решило дело.
      "Как ты хочешь," сказал Конан. "Занимайся своими делами, а мы с Раиной пока соберем все, что нельзя оставить. Десса и Массоуф , вам нет необходимостиидти с нами. Я не думаю, что они обвинят вас_"
      "До произошедшего наверно так," сказала Десса. "Но как ты сказал прошлой ночью - теперь уже слишком поздно. Меня обвинят, заслуживаю я того или нет." Она озорно улыбнулась и показала Конану язык.
      Мягкий ночной ветер доносил до Еремиуса зловоние, рычание, шаркающую поступь Трансформированных. Обостренный магией слух подсказывал ему, что они уже приблизились к деревенским часовым.
      Этим часовым недолго осталось жить. Несомненно они не умрут тихо, но это мало что значило. На деле, их смерть должна вызвать панику в деревне. В достаточной степени, и Еремиусу вряд ли придется
      Крик лошади пронзил ночь. Трансформированные победно взвыли. Раздался наполненный ужасом человеческий вопль.
      "Демоны! Демоны! Демоны напали! Исчезни, исчезни - яаааааааа!" Когти и зубы вырвали из человека жизнь.
      Еремиус недовольно нахмурился. Неужели селяне додумались посдить своих часовых на лошадей? Или Трансформированные наткнулись на человека, разъезжающего по совершенно иному делу? Еще раз, Еремиусу следовало бы поклясться охранять девственность Иллианы, чтобы использовать услуги хорошего боевого капитана!"
      По крайней мере, он не нуждался в капитанских советах, чтобы понять, что деревня была слишком рано предупреждена. У селян больше времени сбежать. Трансформированные смогут их преследовать, только пока они находятся в пределах влияния Еремиуса.
      Деревня, обращенная в паническое бегство, пошлет мощное послание вероятным союзникам. Деревня, обращенная в щебень и трупы, пошлет еще более мощный.
      Еремиус поднял посох. Сейчас Драгоценность горела из его наконечника, прикрепленная серебряным кольцом и тщательно заплетенным пучком волос Иллианы. Еремиус несколько раз убедился, что Камень не привязан к кольцу. Он давно знал заклятье удаляющее Камень из кольца и возвращающее его обратно, но сегодня вечером первый раз он удалял его для серьезной работы.
      Еремиус начал произносить заклинание, взывая ко всем древним колдунам Атлантиды, которых он знал. Это был длинный список. Затем он перешел к перечню всех богов и демонов Атлантиды, одинаково обширному.
      В один прекрасный день он узнает , кто сделал или нашел Драгоценности, и что ему помогло. Возможно , это рпоизойдет до того, как он достанет второй Камень. Сейчас колдун знал , что подобное заклинание крайне истощает его и может сделать заклятье неопределенным - или гораздо более мощным.
      "Чиар, Эспорн, Бокер - "
      Снова и снова. При этом Еремиус выбрасывал посох то направо , то налево. Воздух по его бокам засветился изумрудным светом.
      Заклятье Глаз Махга могло поработить дюжину человек даже при обычной мощи. Оно могло держать деревню в таком неподвижном состоянии, как лежат камни ее хижин, пока не придет Трансформированные.
      "Бокер, Идас, Гецасс, Яргулф - "
      Яргулф не был с Атлантиды, но он занимал определенное место в истории Драгоценностей. История, не легенда , называет его первым главой Ванира, обладающим Драгоценностями. Много кровавых легенд рассказывают , что с ним случилось, когда Драгоценности наполнили его мечтами о могуществе, которым не уел управлять.
      История и легенда одинаково иное будут расказывать о Еремиусе.
      Слева и справа мерцающие зеленые сферы начали принимать очертания необъятных глаз.
      Бора увидел появляющиеся глаза , когда он бежал от дома Иврама. Когда он достиг начала спуска, глаза , казалось, уставились прямо на него.
      Ноги перестали ему подчиняться и захотели повернуться и убежать. Это было так просто - гораздо проще, чем спускаться в обреченную деревню, когда вслед за глазами набросятся демоны.
      Но - что скажут о нем люди? Что он сам о себе при этом будет думать?
      Бора никогда не знал столько правды о мужестве. Малая его часть - это свобода от страха. Другая - владение страхом. Большая часть боязнь чужих языков больше, чем любая угроза. И остальное - желание спать спокойно всю оставшуюся жизнь.
      Если он спустится у него не будет ночей.
      Бора спустился по четырем ступенькам, вырубленным Иврамом в скале в начале дороги. Когда его ноги ударялись о голую землю, глаза казалось следовали за ним. Более того они приближались.
      Он не сбежал, так как был загипнотизирован не бежать! Подобно змее гипнотизирующей птицу, глаза вели его, беспомощную жертву, вниз к тому, что его ожидало у подножия холма.
      Позади него глухо застучали по ступенькам шаги. Едкий порошок обволок его. Он разъедал нос и рот словно перец. Лицо Боры перекосило, он захлопал руками перед лицом, из глаз хлынули слезы, и он чихнул.
      "Продолжай чихать, Бора," донесся голос Иврама. "Если надо еще -"
      Бора в бессилии не мог говорить. Он продолжал чихать до тех пор , пока не начал бояться, что его нос оторвется и покатится вниз по склону. Слезы водопадом лились из его глаз, что он не помнит со времен серти его дедушки.
      Наконец он восстановил свое дыхание. Он обнаружил, что может снова управлять ногами, чувствами, волей
      "Какое заклятье ты применил ко мне?" закричал он. Крик вызвал еще один приступ кашля.
      "Заклятье в Порошке Заяна," мягко сказал Иврам. "Заклятье Глаз Хахра действует только на неготовленных, несорпотивляющихся людей. Оно легко разрушается Порошком. Человек однажды освобожденный от влияния этого заклятья , приобретает к нему иммунитет-"
      "Я очень тебе признателен," сказал Бора. "И даже больше." В самых худших своих ночных кошмарах, он не мог предположить, что деревне придется вступить в бой с врагом , располагающим такими силами. "А мы успеем помочь всей деревне?" Он заспешил вниз, боясь, что стремление сбежать возникнет вновь, если он задержится.
      "Порошка достаточно. Я делал его с тех пор, когда ты рассказал мне о демонах."
      "Тогда дай мне его!"
      "Терпение, молодой Бора-"
      "О, демонам только этого и надо! Отец, Малиновые Ключи умариют! Неужели твоя Митра не можот тебе это сказать-!"
      "Бора, никогда не теряй терпения. Многие в деревне спали или отвернули глаза , когда появились Глаза, поэтому заклятье на них не подействовало.
      "К тому же, я собираюсь спуститься в деревню вместе с тобой. Мы вместе разбросаем Порошок-"
      "Иврам!" завыла Мариам, как ошпаренная кошка. "Ты слишком стар, чтобы умереть в борьбе с демонами-!"
      "Жизнь или смерть в руках Митры, дорогая. Никто не слишком стар , чтобы возвращать долги. Малиновые Ключи давали нам пристанище много лет. Мы должны им нечто."
      "Но не твою жизнь?"
      "Даже ее."
      Бора услышал , как судорожно глотнула Мариам. "Я должна знать лучше, чем спорить с тобой. Кажется я потеряла силы, чтобы понимать мужчин."
      "Совсем не так. У тебя будет много лет, чтобы испытать ее на мне. А сейчас, лучше загрузи мулов. Возьми дорожный крест, но не абудь вычистить одежду в спешке."
      Теперь Бора услышал лишь слабый вздох. "Иврам, я сбегала и в большей спешке места, которые я была счастлива оставить. Я собралась сразу, как только нас предупредил Бора."
      "Благослови тебя Митра, Мариам."
      Последовало красноречивое молчание. Бора заторопился вниз, уже достаточно наслушавшись прощальных слов.
      Иврам догнал его на полпути вниз. Первый раз Бора смог рассмотреть его ясно. Он держал посох в правой руке, меч свисал с его пояса. За плечами висел мешок итз хорошо выделанной кожи с изображением Митры, набранным из полудрагоценных камней.
      "В этом мешке достаточно порошка, чтобы освободить целую деревню, если у нас будет время," сказал Иврам. "Если тот, кто произносил это заклятье думает, что у него все время мира-"
      "Я однажды слышал от Якоуба, что "если" - слово, которое нельзя употреблятьна войне," сказал Бора.
      "Здесь Якоуб прав," произнес священник. "Если это не война, только боги знают, что это такое." Он ускорил шаг. Боре пришлось собраться , чтобы не отстать.
      Заклятье Глаз Хахра отняло у Еремиуса все силы и внимание. Оставшись без руководства, Трансформированные кружились не далеко от деревни, ссорясь из-запоследних кусков лошади и его наездника.
      До того, как ссоры превратятся в кровавые , Господин должен взять их под контроль. Человеческие стражи уже сосредоточились за деревней, чтобы отрезать отступление всех , на кого не подействовали Глаза. Еремиус послал твердое предупреждение, не заходить в деревню.
      Если зайдете, вы будете отданы на милость Трансформированных, а вы знаете сколько ее у них.
      Как только он закончил это послание, он услышал, как взвыл в гневе или от боли один из Трансформированных. Его голова заполнилась всем, что чувствовало создание - боль в глазу от удара камня. Нет , града камней, будто бросала группа воинов.
      Гнев, сравнимый с гневом пострадавшего, пронзил Еремиуса. Не может остаться в деревне столько много людей так свободных от влияния Глаз, чтобы они смогли бросить дротик или камень! Он шире раскрыл свой разум и чувства.
      То , что он услышал, дало ему первый намек, которого ему вполне хватило. Улицы алиновых Ключей заполонили люди, убегающие от Трансформированных или стоящих и неистово чихающих.
      Кто среди этих несчастных селян мог знать древний секрет Порошка Заяна? Кто? Он чуть не прокричал это слово вслух в хмурое небо.
      Это мало что значило. Ясно, что вторгшийся в долину несколько дней назад не просто сбежал. Он предупредил изготовителя Порошка. Малиновые Ключи неожиданно оказались защищенными.
      Это так же мало , что значило. Если они думают, что смогут противостоять Господину даже одного Камня, это их последняя ошибка.
      Еремиус пробежался мысленно среди селян, подсчитывая связанных Глазами. Их оказалось достаточно, и он мог сеять хаос, посылая в их головы другие заклятья.
      Незамечаемые Еремиусом, сосредоточенным на вычислительными операциях, пряди волос Иллианы, привязывающие Камень к посоху начали извиваться, затем загорелись рубиновым огнем.
      Часть двенадцатая
      Из-под двери , ведущей в комнату Иллианы, просачивался изумрудный сияние. Свет не грел, но Конану не мог избавиться от ощущения, будто он стоит спиной к раскаленной печи.
      Однако это лучше, чем смотреть эту магию собственными глазами. Он отказался бы делать это, даже если бы Иллиана и Раина не предупредили , что это зрелище не для глаз непривыкших к колдовству.
      "Если ты считаешь, что это подвергает сомнению твое мужество-" начала Иллиана.
      "Ты не сомневаешься в моем мужестве. Ты сомневаешься в том, что я величайший глупец в Туране. Иди и делай все , что в твоих силах со своей магией. Я же сделаю все, что в моих силах, чтобы никто не смог проткнуть саблю через твою-" Конан изобразил жест, который заставил Иллиану покраснеть.
      Загрохотала дверь. Конан осторожно отошел от нее. Хозяин протопал, тяжело пыхтя, вверх по лестнице.
      "Твоя колдунья собралась вдобавок сжечь мой дом?" промычал он. Казалось , он готов к любому ответу.
      "Я не знаю," ответила Раина. Она уже оделась в тунику и брюки. Глаза хозяина говорили, что он не считает этот наряд лучше предыдущего.
      "Заклятье подействовало?"
      "Этого я тоже не знаю."
      "Митра и Эрлик пошли нас! Ты что-нибудь знаешь вообще о происходящем здесь?"
      "Так много, как и ты."
      "Или так же мало," добавил Конан.
      Хозяин казалось хотел всех уничтожить взглядом, в том числе и себя. Его руки вцепились в остатки волос. Лысина и лицо блестели от пота.
      "Прекрасно, Зато я знаю, что сюда движется толпа, чтобы сжеть дом, если это не успеет сделать колдунья!"
      Конан и Десса разом выругались. Даже десса отпустила несколько грубых штучек в адрес некоторых представителей человеческого рода.
      "Если бы ваши слуги имели мужество вшей, никто бы не узнал о нашей работе пока она не будет выполнена," бросила Раина. "А сейчас, я буду проклята, если позволю напрасно работать моей госпоже."
      Ее рука ринулась к сабле, но Конан не дал ее обнажить его. "Не зачем калечить этого человека. Он просто предупредил нас."
      "Это нас не спасет, если толпа соберется прежде, чем мы сможем бежать," ответила женщина.
      "Это так, но наш друг сожет нам помочь. "Я сильно сомневаюсь, что в этом доме нет потайных убежищь или ходов. Сдерживайте толпу снаружи, пока Иллиана не закончит, а потом позвольте нам ими воспользоваться и мы сделаем так, что они будут считать вас нашим пленником.Если они будут думать, что мы вас запугали-"
      "Так это и есть правда!" выпалил мужчина. "Я не знаю, почему я делаю это. Действительно не знаю."
      "Либо ты слишком храбр, чтобы выдать своих гостей, либо слишком труслив, чтобы хотеть иметь перерезанное горло," сказала Раина. "Меня мало это волнует. А теперь иди вниз и занимайся своим делом, пока мы не закончим свои!"
      "Да, и не забудь послать наверх немного пищи," добавил Конан. "Холодное мясо, хлеб, сыр - набор странника."
      "Я сделаю все, что можно," сказал хозяин , пожав плечами. "Если стряпуха еще не сбежала!"
      Из дома расдался неистовый плач ребенка. Бора толкнул дверь, он была заперта.
      "Ко мне! Закар, попробуй своим топором!"
      Деревенский лесоруб был одним из первых, кого Бора освободил от заклятья. Его голова вновь стала ясной , а тело повиноваться. Он подбежал, размахивая топором с такой яростью, будто собирался разнести вместе дверь и дом.
      Несколько ударов отворили дверь. Бора и Закар вбежали внутрь. Кричала маленькая девочка, обезумевшая не от боли , а от страха. Выбегая вместе с девочкой, Бора заметил корзину с хлебом и копченым мясом, так же брошенную панически бежавшей семьей.
      "Забери ее, Закар. Боги только знают где мы будем есть в следующий раз."
      "Скорее всего уже не в этом мире," ответил Закар, положив топор на плечо. "Но я туда отправлюсь не один из-за того , что мой друг будет кушать первым. Я не боюсь встретиться с любым демоном. Никакой демон не причинит много врда с раскроенным черепом!"
      Боре оставалось только надеяться, что Закар прав. Что-то, стоящее за спинами демонов , удерживало их от деревни, давая селянам отсрочку. Большая часть селян уже освободилась от заклятья и убегала на запад. Далеко ли они смогут убежать, прежде чем демоны снова будут выпущены на свободу? Бора знал, как быстро они бегают.
      Снаружи Бора поискал взглядом кого-нибуть , способного позаботиться о ребенке. Те , что остались управлялись скорее страхом, чем магией, а от этого Порошок не избавлял.
      Наконец, появились две девушки чуть младше Кари, ведущие под руки старика. "Сюда," закричал нераздумывая Бора. Когда девочку передавали, она начала снова хныкать, но Бора не обратил на это внимания.
      "Твой дом не далеко," сказал Закар. "Мы могли бы слетать туда и обратно, что никто не успеет заметить нашего отсутствия."
      "Иврам сказал, что он сразу снимет с них заклятье." Только на мгновение в Боре родственные чувства заслонили ответственность за деревню. "Того, что он сделает будет достаточно."
      "Боги удерживают меня от - Что именем Митры это такое?"
      На дальнем конце улицы, где деревня переходила в фруктовый сад, танцевало облако пыли. Вне пыли скакала скрюченная фигура, кошмарная карикатура на человека. В зеленом свете мерцали ее толстые конечности.
      Одна из этих рук схватила ветку, толщиной с руку Боры, и отломала ее как хворостинку. Второй сук вооружил другую руку демона. Рахмахивая обеими дубинками, чудовище бросилось галопом на людей.
      Закар встретил его на середине дороги. Одна дубинка взлетела в воздух, разрубленная посередине топором. Вторая обрушилась на ребра Закара, когда его топор опустился демону голову.
      Опустился и отскочил. Но не без эффекта - демон зашатался, потекла кровь. Она не убила , но и не спасла Закара. Когтистая лапа распорола ему живот. Он едва смог вскрикнуть перед тем, как на его горле оказались клыки демона.
      Демон отбросил умирающего лесоруба и поискал свежую добычу. На мгновение Бора был готов продать всю свою семью за заклятье невидимости.
      Тяжелые шаги глухо застучали позади него. Облаченная в мантию рука бросила маленькую глиняную бутылочку вниз по улице. Она опустилась у ног демона, разбрасывая и распыляя Порошок Заяна.
      "Не знаю будет ли действовать он против заклятья создавшего эти создания," пробормотал Иврам. "Хорошая пара каблуков возможно сработает лучше."
      "Но - должен быть - "
      "Только боги могут помочь им сейчас," сказал Иврам. " Твои родственники в безопасности. Ты нужн деревне живым, а не мертвым!"
      "Как хотите," сказал Бора. Он услышал в своем голосе те же ноты, что слышались в голосе священника. Они оба старались говорить как можно меньше, чтобы клацаньем зубов не выдать страха. Жемон опустился на колени, принюхиваясь к Порошку, а они развернулись и бросились бежать на другой конец деревни.
      Пряди волос Иллианы с острым свистом разорвались и Драгоценность свалилась с головки посоха Еремиуса.
      Никогда еще за годы своего колдовства Еремиус не произносил заклятье так быстро. Невидимая рука подхватила Драгоценность на полпути до земли и опустила его плавно , как перо.
      Чтобы успокоить свое сердце и дыхание, Еремиус внушал себе, что Камень не разбился бы при падении с такой высоты. Это мало помогло, так как сердце и легкие знали, что это ложь. Он едва умудрился избежать несчастья и поражения.
      Он потянулся к Камню, чтобы снова привязать его к посоху своими собственными волосами, но вдруг его пальцы словно уперлись в невидимую стеклянную стену на расстоянии ширины человеческой руки. Он попробовал посохом - с тем же результатом.
      Пока он придумывал свой следующий ответный ход против заклятья Иллианы, его посох неожиданно вырвался из рук. Не успел он попытаться поймать посох, как он упал на Камень, пронзил его и вошел в землю под Камнем!
      Еремиус стоял разинув рот в изумлении, вдруг земля с грохотом взорвалась. Вырвался поток пыли и щебенки. Посох превратился вчасть этого гейзера камней и почвы. Еремиус бросился за посохом , поймал его в воздухе и торопливо попятился от Камня.
      Камень казалось растворился в луже изумрудного света, текущее словно некая вязкая жидкость в невидимый кубок. Неприятный тонкий вой раздражал уши. Еремиус съежился будто ему в ухо попало насекомое.
      Затем он вздохнул, отступил назад и начал проверять исправность своего орудия. Когда оно успешно прошло несколько испытаний к нему начала возвращаться уверенность.
      Даже с одним посохом он мог достаточно хорошо командовать Трансформированными, чтобы уничтожить Малиновые Ключи. Он не мог управлять своим Камнем, так как Иллиана связала его и свой Камни заклятьем внутреннего противостояния. Она так же не могла командовать своим Камнем и имела не больше мощи против Еремиуса, чем он имел против нее.
      Неужели это ничего не значило для нее? Неужели она искала путь уничтожить его Камень даже ценой собственного? Раньше казалось, что она мечтает о владычестве, как и он. Была ли она готова оставить высшую власть за умеренную плату? Стать известной как разрушитель Драгоценностей Курага мало , что даст, по сравнению с тем, что может дать обладание обеими!
      Достаточно. Трансформированные ожидали его команды. Еремиус сосредоточился и начал воссоздавать изображение деревни в голове.
      Дверь в комнату Иллианы заскрипела и слетела со своих петель. Конан и РАина едва успели отскочить назад. Раина почти столкнула хозяина с лестницы по которой он толькочто поднялся.
      Хозяин взглянул на обломки двери, затем перевел взгляд на потолок и передал корзину Раине.
      "Только хлеб и сыр. Повара не только сбежали, но и утащили с собой все мясо!" Хозяин сел тяжело на пол и обнял руками голову.
      В дверях появилась Иллиана и рухнула в вовремя подставленные руки Конана. Через мгновение она глубоко вздохнула , опустилась на колени и сорвала с корзины покрывало. Нисколько не смущаясь отсутствием одежды, она с волчьим аппетитом принялась поглощать еду.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14