Современная электронная библиотека ModernLib.Net

По прозвищу Ворон (№3) - Двойник

ModernLib.Net / Боевики / Горшков Валерий Сергеевич / Двойник - Чтение (стр. 11)
Автор: Горшков Валерий Сергеевич
Жанр: Боевики
Серия: По прозвищу Ворон

 

 


Закончив самопроверку физического состояния, Ворон тут же приступил к анализу последних оставшихся в памяти событий.

Пустынный парк, крики о помощи, темный силуэт насильника и еще один – лежащей на мокрой траве девушки, неожиданно брошенный нож… Два выстрела вдогонку, глухой стук падающего навзничь тела… Тут он ее узнал… Ира Сосновская… Подумать только – второй раз… Но сейчас-то она сопротивлялась насильнику вовсю… Хотела вызвать «скорую»… Так привязалась, что пришлось пугнуть пистолетом… Убежала… Потом он сел в машину, позвонил по мобильнику Али и поехал очень быстро, зная, что в обычную больницу ему никак нельзя…

А дальше – провал в памяти, резкий и глубокий, без каких-либо обрывков воспоминаний.

Что же на самом деле случилось? Может, все-таки добрался, уже на автопилоте, и Али поместил его в какую-нибудь маленькую частную клинику, которых сейчас развелось в Питере великое множество?! Теоретически вполне возможно, но…

Не верилось. Ворон не мог сказать точно, почему сразу же так подумал, но интуиция, еще ни разу не подводившая его, говорила совершенно другое. Он не спасся сам, это его спасли!

А если дело обстояло именно так, то, учитывая серьезность ранения, шансов на освобождение у него нет. Пациент, находящийся без сознания, с ножом в животе – событие на все сто криминальное, а значит, доблестные эскулапы в милицию уже сообщили. Со всеми вытекающими для него последствиями. Оружие, из которого он убил насильника, и чек от Сосновского наверняка нашли…

Но вполне возможно, что переданные ему бизнесменом в качестве гонорара полмиллиона баксов испарились сразу же, как только оказались в руках у сведущего в подобных заграничных бумажках человека. В крайнем случае можно будет отвертеться-в том, чтобы иметь кучу денег, состава преступления нет, сейчас не те времена. Тем более чек чистый, не краденый!

«Беретта» зарегистрирована на имя Орлова А. А., частного детектива из Москвы, лицензия тоже имеется, так что с этой стороны проблем не возникает.

Здесь легенда крепкая, основательная, сработанная на совесть.

Так что получается вполне логичная картинка – гость северной столицы, занимающийся приватным расследованием, спас несчастную беспомощную девчонку от насильника, был ранен и предпринял вполне законные меры самообороны.

Дальше…

Опер Молодцов

– Никогда не трахал таких малолеток, подсудное это дело… Ладно, пусть приезжает. – Вообще-то Олег предпочитал женщин с опытом, но сегодня решил сделать исключение…

* * *

Все шло как по маслу.

К приезду Молодцова парилка была прогрета, столик в маленьком, но уютном каминном зале, пропахшем приятным дымком сгорающих сосновых полешек, ломился от разных закусок. Рядом с аппетитными салатами запотевшей хрустальной башенкой возвышалась бутылка отечественной водки «Смирновъ» и тарелка с бутербродами с красной и черной икрой.

Скинув по-быстрому одежду, опер, по обыкновению, положил на кожаный диван в зале табельный «Макаров» и прикрыл его сверху полотенцем. Обмотавшись чистой простынкой и рванув подряд две стопки мягкой, как пух, водяры. Молодцов наскоро бросил в рот дольку нарезанного ананаса и засел в сауну, в экстазе растянувшись на самом полке. Проторчал там минут семь, а потом, покрякивая от удовольствия и исходя градом пота, пулей выскочил из парилки и с криками плюхнулся в чистый ледяной бассейн.

Вернувшись за стол, довольно потер ладони, передернул плечами и принялся жадно хавать, периодически подливая себе в рюмку любимой водки и опрокидывая ее одним лихим залпом.

– Олег, там, кажись, бабу твою привезли, – хитро подмигнув, сообщил заглянувший в каминный зал толстопузый, с залысинами банщик в желтом спортивном костюме. – Вести?

– Нехай идет, Данила! Поглядим, яка гарна дивчина нам через хвилину отдаваться будэ! – коверкая известные ему украинские слова, призывно махнул рукой опер. – Веди!

– Счас, – бросил, странновато улыбаясь, мужик и исчез за лакированной дверью с витражами.

Молодцов, проглотив очередной бутерброд, откинулся на спинку дивана и, сложив руки перед грудью, с любопытством уставился на дверь, из-за которой должна была появиться малолетняя азиатская шлюшка.

А потом изображение перед глазами Молодцова вдруг покачнулось, размазалось, и все цветные краски разом стекли вниз, уступив место пульсирующей, вязкой и бездонной темноте.

Уронив голову набок, Олег почти мгновенно уснул, едва подействовало сильнодействующее снотворное-таблетка, во время его отсутствия подброшенная банщиком в бутылку с водкой по приказу Скелета.

Мент уже не видел и не чувствовал, как вместо обещанной китаянки из-за двери с витражом появились двое угрюмого вида стриженых бугаев в кожаных куртках.

Подхватив Молодцова за руки, бугаи выволокли его из бани, словно чурку закинули в багажник джипа, прикрыли сверху куском брезента и, прихватив всю одежду и табельный милицейский ствол, увезли далеко от Большой Монетной, к самой окраине погруженного в темноту ЦПКиО, где в устье Невы размещался питерский яхт-клуб.

Там, сидя в серебристом «ягуаре» на берегу реки, не спеша затягиваясь сигаретой и задумчиво глядя через распахнутую дверь тачки на сверкающую в отблесках далеких серебряных огней черную воду, ссученного опера Молодцова уже ждал старый знакомый.

Ворон

Получается вполне логичная картинка, рассуждал Ворон, – гость северной столицы спас беспомощную девчонку от насильника.

Дальше…

Парика, усов и бороды на нем сейчас не было. Выходит, обнаружили.

Но здесь у них тоже нет зацепки, если, по старой ментовской привычке, не начнут внаглую раскручивать на все «глухари», где благополучно исчезнувшие преступники имели сходную физиономию. Закон же не запрещает творить со своей внешностью и телом все, что душе заблагорассудится, начиная от покраски волос в семь цветов радуги одновременно, что регулярно практикуют дебильные панки, вплоть до сложнейшей процедуры перемены пола.

Опять-таки прикрытие лицензированного частного детектива дает некоторые отмазки. К примеру, слежка за блудливой супругой заказчика, рванувшей из первопрестольной к любовнику в город на Неве, и тому подобная лабуда. Вполне убедительная версия…

Но вот руки, а точнее, нанесенная на них бесцветная паста для сокрытия возможных отпечатков, без которой он. Ворон, вообще никогда не выходил на Дело, действительно может на всем поставить жирную точку!

…Еще в самом начале своей новой жизни, когда для всех посторонних погиб, превратившись в обугленную головешку, майор Северов и некоторое время спустя появился киллер по прозвищу Ворон, Сергей всерьез задумался о необходимости сокрытия отпечатков.

Консультации с пластическим хирургом дали однозначный ответ – ликвидировать рисунок на кончиках пальцев можно лишь путем пересадки на них кожи с других участков тела. Операция сложная, и нет никакой гарантии, что после ее завершения (плюс реабилитационный период, который растянется на добрых полгода) руки будут выглядеть как раньше, не привлекая случайного внимания неестественностью цвета на кончиках пальцев, шрамами и прочими неизбежными последствиями хирургического вмешательства.

Не говоря уж про вполне вероятную – о чем особо предупреждал хирург – потерю чувствительности трансплантированных участков.

Но даже при благоприятном исходе такой вариант, в случае непредвиденных контактов с органами правопорядка, автоматически вызывал подозрение – не так часто встречаются люди с умышленно сведенными узорами на коже. Значит, рыло в пуху…

То же самое относится и к химическим способам ликвидации узоров, а попросту – выжиганию их раствором кислоты. Слабый ожог заживет, и линии полностью восстановятся, сильный же может вызвать все схожие с вышеназванными последствия.

Так что оба варианта не подходили, надо было искать нечто иное. Не ходить же, честное слово, постоянно в перчатках!

И тогда Сергей вспомнил о спецсредстве, состоящем на вооружении секретных служб. Только оно гарантировало максимальную простоту применения и всякое отсутствие внешних проявлений неестественности. Поэтому при выходе через посредников на нужных людей для покупки этого средства Ворон денег не жалел.

Зато теперь у него в запасе почти сотня неприметных тюбиков «крема для рук „Ромашка“, которых, при регулярном использовании, хватит больше чем на четыре года…

Приподняв свободную от капельницы руку и согнув ее в локте. Ворон внимательно оглядел кисть руки и потер большой и указательный пальцы, словно показывал кому-то жест под названием «мани-мани». Состав, смываемый простым сочетанием теплой воды и уксуса, по-прежнему был на коже. Да и как его заметить, если не искать специально?

Но это все – лишь предположения о возможном развитии ситуации. Реальный расклад дела будет ясен только спустя некоторое время, когда между пациентом, врачами и милицией не останется никаких недосказанностей, никаких «белых пятен», когда они откроют все свои карты! Сейчас же остается только ждать.

Или… есть еще один способ разом решить все возникшие проблемы?!

Алтаец

Сидя в серебристом «ягуаре» на берегу реки, ссученного опера Молодцова уже ждал старый знакомый.

Заметив сверкнувшие за деревьями огни быстро приближающегося к поляне джипа. Алтаец щелчком выбросил за окно окурок, вышел из машины и, су-1 нув руки в карманы длинного кожаного плаща, стал ждать, пока «мере» с боевиками не притормозит рядом с ним. За Алтайцем стоял крепкий и жилистый, с впалыми от давней любви к марихуане щеками Скелет.

Из джипа, хлопнув дверьми, выпрыгнули два амбала – ближайшие сподручные Скелета, бывшие борцы-классики. Клоп и Жиган, один из которых, встретившись взглядом с авторитетом, молча кивнул. Другой же, открыв багажник, резким движением выволок из него, как мешок с картошкой, завернутого в брезент мента и грубо сбросил на сырую траву.

Ударившись головой о землю. Молодцов пошевелился, чуть слышно застонал и снова затих.

Промасленный брезент наполовину сполз, обнажив нижнюю половину его голого тела. Обмотанная вокруг бедер простыня, служившая оперу единственной одеждой, осталась где-то в бане. Видимо, сползла во время транспортировки бесчувственного тела волоком.

– Когда эта сука оклемается? – спросил Алтаец, обращаясь к стоявшему позади него Скелету.

– Снотворное действует эффективно, но недолго, – буркнул «зам», делая одному из быков знак рукой. – Если его не трогать, то минут через двадцать-тридцать. Но можно и прямо сейчас…

– Желательно, – кивнул Алтаец, наблюдая, как Жиган, вытащив из кармана маленький красный баллончик, отдаленно похожий на дешевые немецкие слезоточилки, нажал на распылитель и брызнул Молодцову в лицо чем-то мгновенно отрезвляющим.

Немного погодя боевик пинком проверил чувствительность мента к боли. Если заскулит, значит, оклемался.

– Встать, потрох легавый! Иначе зашибу на хер, тут же! Ну?!

Получив очередной удар носком кроссовки в ухо, Молодцов отчаянно взвыл и обхватил голову руками.

Затравленно глядя на обступивших его грозных, определенно настроенных самым серьезным образом мужиков, чья принадлежность к братве была понятна с первого взгляда, Молодцов впервые в жизни испытал парализующий ужас. Он хотел что-то сказать, но лишь беспомощно шлепал посиневшими от холода губами и тихо мычал.

– Все, пиздец тебе, козел! – скрипнув зубами, прорычал братан.

– Уймись, Жиган, не гони. – Положив руку на плечо громиле, Скелет остановил распалившегося, скорого на расправу бывшего борца, рожа которого побагровела от прилившей к щекам крови. – Алтаец, я думаю, можно начинать…

Капитан Логинов

Проверить паспортные и прочие данные этого Орлова следует прямо сегодня, решил капитан.

Ответ на посланный Костей в столицу запрос по поводу лицензии на частную детективную деятельность, выданной г-ну Орлову Александру Александровичу, пришел по факсу уже спустя полтора часа, полностью подтвердив подлинность документа.

Прилагалась и дополнительная информация о личности сыщика, как то: адрес, номер сотового и домашнего телефонов, фотография и краткий экскурс в его славное армейское прошлое, где были почти братские в те времена Йемен, Ангола и формальная должность военного консультанта.

Едва оторвав медленно выползший факс от аппарата и сличив не особенно четкое фото с лицом находящегося в Озерковой больнице мужчины, усталый и заспанный Логинов, прикончивший только что очередную порцию крепкого кофе, понял, что туман рассеялся.

В документах, хранящихся в столичном ГУВД, была точно такая же фотография, как и на найденной в тайнике разбитой «восьмерки» лицензии. Сыщик действительно оказался сыщиком, и это, честно говоря, несколько разочаровало капитана, на которого грим, фальшивая «ботва» и особенно обработанные спецсоставом руки незнакомца произвели сильное впечатление.

В какой-то момент в глубинах его сознания даже мелькнула мысль – а не Ворон ли это собственной персоной? – но теперь все зыбкие предположения и догадки можно было отбросить. Да и вряд ли такой профессионал, как Ворон, стал бы легально жить не под видом тишайшего серенького обывателя, а под хорошо известной в узких московских кругах фигурой шустрого и пронырливого частного детектива Орлова, про которого компетентные органы знали буквально все и в случае необходимости могли мгновенно взять в оборот, едва заподозрив в откровенно криминальных делах и тем более – в заказных убийствах.

Нестыковочка выходит! Лицензированный сыщик никогда не станет заниматься ликвидациями, а профессиональный киллер – получать лицензию на право следить за неверными супругами и за весьма умеренное вознаграждение выводить на чистую воду всякого рода мелкий сброд. Облом-с, господа!

Прочитав и осмыслив факс. Костя немедленно связался с генералом и доложил ему первые результаты проверки личности. О гриме и невидимых «перчатках» детектива Логинов сообщил сразу же после приезда в управление.

– Чего-то похожего я и ожидал, – немного помолчав, сказал Корнач. – Но в любом случае у милиции еще остались темы, на которые она была бы не прочь побеседовать с этим бесстрашным Сан Санычем. Боевая граната, чек на огромную сумму, заделанная под броневик Джеймса Бонда машина, материальный ущерб, причиненный киоску, да и по поводу застреленного в парке скота придется давать подробные объяснения под протокол. Скучать он в больнице не будет, однозначно, да и лицензии может лишиться за такие фокусы. Ты еще не передумал заниматься им. Костя? Есть дела поважнее…

Логинов понял, что это приказ. Обжалованию не подлежащий.

– Хотелось бы все-таки снять отпечатки пальцев…

– Между прочим, если выяснится, что убитый им Яблонский на самом деле тот самый ублюдок, которого разыскивают уже третий год и из-за которого едва не подвели под «вышку» невиновного мужика, я лично пожму руку этому парню, – серьезно заметил генерал, которого дело сексуального маньяка тоже коснулось – если не напрямую, то через одного из бывших сослуживцев по Афганистану, ставшего впоследствии священником отцом Павлом. Одной из зверски убитых маньяком женщин была жена этого священника, в тот момент уже носившая под сердцем их еще не родившегося ребенка. – И, думаю, тогда у него не будет никаких проблем с законом, хотя возместить материальный ущерб азерам за разгромленный машиной киоск все-таки придется. Здесь я уже бессилен – другие правила, другая юрисдикция. Но гражданин Орлов у нас мужик, как известно, богатый, почти миллионер, так что расстаться с пятью-десятью тысячами баксов сможет безболезненно.

– Значит, чек все-таки возвращаем? – уточнил Костя.

– А разве есть основания считать эти деньги принадлежащими кому-то другому?! – весомо парировал Корнач. – Банковский документ на предъявителя, взят под опись у гражданина Орлова, значит, его и есть. Или в твою умную голову уже поползли всякие нехорошие мысли насчет внезапного обогащения, а, капитан?! – дружески подначил он.

– Надеюсь, это шутка, товарищ генерал? – почти обиделся Костя.

– Ну, разумеется, разумеется… – примирительно сказал Корнач.

– Тогда, если не возражаете, последний вопрос. Сколько потребуется времени, чтобы проверить причастность… м-м… напавшего на Сосновскую подонка к изнасилованиям и убийствам всех трех женщин? В таких делах, как… анализ спермы и прочее, я не силен.

– Учитывая особую важность дела, думаю, через три дня будут окончательные результаты. Материал по прошлым эпизодам собран внушительный, остается только сравнить. К тому времени, кстати, ты уже прогонишь отпечатки Орлова по нашей картотеке. У тебя все?

– Пока все. До свидания. – Логинов положил трубку и тут же перезвонил уже час дожидающемуся в лаборатории криминалисту Славе Черных. – Давай собирайся, я сейчас к тебе зайду.

Через пять минут капитан и эксперт уже ехали в милицейской «Волге» в больницу.

Ворон

Впрочем, пришло в голову Сергею, есть один способ разом решить все возникшие проблемы.

Побег! Это было первое, о чем подумал Ворон, скрупулезно взвесив все шансы благополучно выпутаться из положения и придя к неутешительному выводу, что теоретически они ничтожны, а практически вообще равны абсолютному нулю! Похожая на правду и даже подкрепленная документами легенда о частном детективе из Москвы – всего лишь самоуспокоение перед неизбежным провалом. Если он будет просто лежать, как чурка, под капельницей и ждать своей участи, то ему уже ничего не светит.

Значит, надо искать способ выбраться отсюда, и побыстрее. Пожалуй, такой вариант может и сработать – ведь ни врачи, ни менты не ждут подобных сюрпризов от недавно прооперированного больного, едва не склеившего ласты всего несколько часов назад…

Или ждут? И возле двери в палату, в коридоре, как делается в случаях с подстреленными на разборках бандитами, уже выставлена вооруженная охрана? Если это так, значит, кое-какие догадки насчет личности подрезанного пациента у сыскарей все-таки есть. Тогда – хуже. Но в любом случае факт присутствия плечистых пареньков за дверью нужно немедленно проверить…

Ворон чуть приподнялся на локтях, мгновенно ощутив сильное головокружение и острую боль в левой стороне живота, и, напрягшись всем телом, более внимательно огляделся по сторонам.

Кнопка вызова персонала, находящаяся на подставке рядом с кроватью, его не интересовала. Надо, чтобы первыми отреагировали эти. А значит, есть только один способ привлечь их внимание.

Приподняв руку. Ворон изо всех сил толкнул стоящую рядом с кроватью металлическую подставку, на матовой поверхности которой лежали рядками какие-то блестящие инструменты и стояла закрытая резиновой пробкой высокая стеклянная банка с прозрачной жидкостью внутри и наклеенной на бок полоской лейкопластыря, где красовалась нацарапанная авторучкой надпись по-латыни. Что это за раствор и тем более для чего применялся, Ворон не знал, что, впрочем, было совершенно не важно. Главное, все стеклянные сосуды одинаково бьются, производя при этом оглушительный грохот. Так же, кстати, как и падающие на пол подставки.

…Покачнувшись, она рухнула вместе с содержимым на выложенный голубым кафелем пол палаты, и от получившегося резонанса вздрогнули, гулко задребезжав, оконные стекла.

Как и предполагал Ворон, незамедлительно принявший прежнее горизонтальное положение и прикрывший глаза, такой шум разбудит даже мертвецки пьяного санитара в морге, не то что навязанную ему персональную охрану.

Дверь палаты спустя две секунды резко распахнулась, и в проем, с автоматом наизготовку и ошалелой физиономией, вломился высокий, коротко стриженный на манер американской морской пехоты амбал в камуфляже с нашивками ОМОНа и квадратным, раздвоенным подбородком. За спиной у него, словно брат-близнец, уже маячил второй «пастух» с точно таким же оружием, в котором с первого взгляда узнавался АКСУ.

То, что и требовалось доказать!

Плотно прикрыв веки. Ворон притворился, что спит, до сих пор находясь под воздействием наркоза.

– Какого хрена?! – осмотрев валяющуюся на полу подставку и лежащие в расползающейся во все стороны луже осколки стекла и инструменты, выругался омоновец. – Леха, зови врача, мать твою! – Тяжелые, торопливые шаги пересекли палату и остановились возле кровати.

Ворон ощутил, как ему в лицо пахнуло табаком, смешанным с запахом мятной жевательной резинки и дешевым одеколоном. Охранник, нагнувшись, внимательно разглядывал его лицо, которое было совершенно неподвижно.

Видимо, окончательно убедившись, что оберегаемый им пациент не причастен к упавшей хреновине, омоновец выпрямился, промычал что-то недовольно и направился назад к распахнутой двери, со стороны которой уже слышались торопливые шаги сразу нескольких человек…

«Значит, все-таки охраняют, – с холодным негодованием подумал Ворон, прислушиваясь к приближающимся голосам. – Ничего, гады, я еще что-нибудь придумаю… Рано ставить точку!»

Алтаец

Скелет остановил распалившегося бывшего борца. – Алтаец, – сказал он, можно начинать…

Бронский некоторое время молча рассматривал дрожащего, как последняя тварь, опера, когда-то обозвавшего его «поднявшейся шестеркой», потом сухо сказал:

– Поднимись на ноги, больше никто не станет тебя бить. Даю пять секунд, потом разряжаю в башку всю обойму. – Правая рука Алтайца появилась из кармана плаща вместе с зажатым в ней пистолетом. Ствол смотрел точно в голову Молодцова.

– Я… я ничего вам не сделал… За что, мужики?! – Наконец к Олегу вернулся дар речи, и он смог, шевеля непослушными губами, более-менее разборчиво выдавить из себя несколько слов.

Опер, не спуская вылезающих из орбит глаз с направленного на него пистолета, плавно двигавшегося вслед за ним вверх, приподнялся сначала на колени, а потом, пошатываясь, встал во весь рост, стыдливо прикрыв сжавшийся в гармошку член подрагивающими руками.

– Узнаешь меня? – спросил Алтаец, подойдя вплотную к униженному и испуганному менту и заглядывая ему в лицо. – Мы встречались с тобой месяцев десять назад. Ну?! – Он стоял так близко от Молодцова, что тот ощущал кожей его горячее, чуть участившееся дыхание.

– Не… нет… – наконец осторожно покачал головой старлей. – Кажется… мы не знакомы…

– Ошибаешься, гнида! – хрипло крикнул Алтаец, ткнув сжатой в кулак левой рукой в грудь опера, отчего тот покачнулся и едва устоял на ногах. – Напряги свою поганую память, мент! Я предупреждал тебя, что, как только окажусь на свободе… Помнишь, выродок, как ты меня назвал в комнате для допросов СИЗО, прекрасно зная, что я, прикованный браслетами к привинченному к полу стулу, ни за что не смогу встать и разбить твою ухмыляющуюся довольную рожу! Помнишь, дерьмо?!

Молодцов напряженно вглядывался в стоящего напротив мужчину. Мысли его, сумбурные, бессвязные, были похожи на рой растревоженных пчел. Олег хорошо помнил, что единственным человеком, кого примерно год назад он допрашивал в следственном изоляторе, ломая на «мокруху» и тем самым исполняя распоряжение подполковника Зекуна, был известный бандитский авторитет Степан Бронский по кличке Алтаец. Потом он с удивлением узнал, что Алтаец при помощи подельников, в упор расстрелявших четверых сотрудников милиции, сбежал прямо из здания суда во время первого заседания… Переполох, что и говорить, поднялся нешуточный!

Беглец же словно сквозь землю провалился и, согласно официальной информации, до сих пор находится на свободе. Значит…

Ворон и Логинов

Покачнувшись, подставка рухнула на пол палаты, и от получившегося резонанса вздрогнули, гулко задребезжав, оконные стекла…

Едва свернув в ответвление от главного больничного коридора, заканчивающееся знакомой уже дверью с надписью «Посторонним вход воспрещен!», сопровождаемый криминалистом Логинов услышал какой-то громкий шум, словно упало что-то тяжелое. А потом до него донесся приглушенный расстоянием резкий мужской голос, вне всяких сомнений, имеющий отношение к происшедшему.

Машинально прибавив шагу и в конце концов перейдя на легкий бег. Костя буквально ворвался в отделение, сразу за дверью нос к носу столкнувшись с одним из охраняющих палату с Орловым бойцов ОМОНа.

– Что случилось? – поняв по мигом изменившемуся выражению лица, что парень его узнал, торопливо спросил капитан.

– Да ничего страшного, просто в палате у этого недорезанного вдруг опрокинулась подставка с инструментами и пузырьками, – пожав плечами, сообщил милиционер. – Надо предупредить медсестру, чтобы убрала с пола лужу и осколки…

– Сама, значит, навернулась?! А пациент? – удивленно приподняв брови и бросив любопытный взгляд через плечо парня в сторону приоткрытой двери в дальнем конце короткого коридора, недоверчиво уточнил Костя.

– Вроде спит, я не доктор, – ухмыльнулся, оправдываясь, омоновец. – Не ломать же ему пальцы, чтобы проверить! Сейчас эскулапы заявятся и пробьют поляну…

– Ладно, иди зови.

Отстранив рукой сержанта, пошедшего за неизвестно где шляющимся медперсоналом, Логинов в сопровождении Черных прошел по бордовой ковровой дорожке до конца коридора и заглянул в палату.

Там, рядом с кроватью неподвижно лежащего с закрытыми глазами пациента, стоял, в некоторой растерянности разглядывая последствия маленького погрома и покачивая автоматом, опущенным вниз стволом, второй спецназовец.

Молча протянув громиле руку. Костя дождался крепкого ответного пожатия и, взглянув на стоящего рядом светловолосого мужчину средних лет с чемоданчиком в руке, сказал:

– Мой коллега на несколько минут составит вам компанию, а я пока попробую пообщаться с пациентом. Когда прибегут местные деятели в голубых халатах, скажите, чтобы не беспокоили и ждали снаружи. Понадобятся – я позову… Это все. Выполняйте.

– Есть, тащ капитан, – буркнул омоновец и, повесив автомат на плечо, вслед за молча вернувшимся в коридор экспертом вышел из палаты, осторожно прикрыв за собой дверь.

Логинов отыскал глазами замеченный им при первом посещении реанимации стоящий рядом с окном стул и, пододвинув его к кровати, сел.

Некоторое время внимательно наблюдал за неподвижным лицом сыщика, а потом вздохнул, тихо рассмеялся и спокойным, лишенным всякого давления и превосходства голосом сказал:

– Я по достоинству оценил ваш хитрый прием, имеющий целью выяснение некоторых деталей, но, кажется, самое время заканчивать этот спектакль.

Откройте глаза. Сан Саныч, и давайте поговорим. И, пожалуйста, не надо продолжать притворяться, будто вы до сих пор спите. Надеюсь, такому профессионалу не надо объяснять, как можно отличить действительно спящего человека от того, который лишь делает вид, что находится в забытьи. Ну, во-первых, уж не обессудьте, но у вас слегка дергаются веки… А во-вторых, вы совсем забыли про прибор, расположенный аккурат справа от кровати. Его датчики до сих пор прикреплены к вашей груди под рубашкой и измеряют частоту пульса, судя по показаниям на экране – в данный момент весьма и весьма далекую от той, какая бывает у спящего человека. По-прежнему будем играть в кошки-мышки или все-таки поговорим?

Логинов блефовал. Он ничего не понимал в расположенных рядом с кроватью медицинских приборах и их показаниях, но был уверен, что довольно тяжелая на вид металлическая подставка не могла упасть сама собой, вдруг, ни с того ни с сего. Конечно, если в этой отдельной палате Озерковой больницы не завелся свой собственный проказник барабашка, решив от скуки пошалить и сотворить явление, известное в псевдонаучном мире как пол-тергейст.

Однако Костя с детства рос прагматиком и к тому же, несмотря на моду последних лет, являлся убежденным атеистом, так что ни о загадочных явлениях, ни о невесть откуда взявшейся бесовской силе у него и мыслей не возникало.

– Сан Саныч, вы меня удивляете, право слово! – покачал головой капитан. – Ведете себя так, словно вас, едва придете в сознание, собираются немедленно казнить на Дворцовой площади за убитого в парке сексуально озабоченного подонка. Тогда как на самом деле все обстоит с точностью до наоборот…

Наступила минутная пауза.

Затем веки Ворона дрогнули, он медленно открыл глаза и посмотрел на сидящего рядом с кроватью молодого мужчину в модном пиджаке и черной рубашке с расстегнутым воротом. Губы его медленно растянулись в сдержанной, но чуть торжествующей улыбке…

Алтаец

– Помнишь, выродок, как ты меня назвал в комнате для допросов в СИЗО?! – хрипло крикнул незнакомец.

Молодцов хорошо помнил, что единственным человеком, кого он допрашивал с год назад в СИЗО, был Степан Бронский по кличке Алтаец. Значит…

Но ведь стоящий перед Олегом мужик совершенно не похож на Алтайца!

Более-менее совпадали рост и телосложение, но все остальное, начиная от цвета волос и заканчивая чертами почему-то гладкого, как у ребенка или у женщины, но вместе с тем необыкновенно мужественного скуластого лица, было совершенно другим.

К тому же с такого малого расстояния Молодцов мог хорошо разглядеть незнакомца, чтобы понять, что гримом здесь и не пахнет. В общем, было от чего получить кондрашку.

– Повторяю еще раз, специально для тупорогих мусоров! – устав ждать, процедил сквозь зубы авторитет. – Я тебе никого не напоминаю?! Хотя бы приблизительно?!

– Нет… – с огромным усилием воли, словно такой ответ мог мгновенно стоить ему жизни, едва слышно прошептал старлей и подавленно опустил голову.

– А зря! – неожиданно оттаяв, рассмеялся, взглядом ища поддержки у стоящих вокруг братков, Алтаец.

Все трое коротко ухмыльнулись. Если не считать красавицу Лану, то Скелет и двое его боевиков были единственными на всем свете, кто знал о проведенной чухонским хирургом пластической операции.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18