Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Многоярусный мир (№2) - Врата мироздания

ModernLib.Net / Эпическая фантастика / Фармер Филип Хосе / Врата мироздания - Чтение (стр. 2)
Автор: Фармер Филип Хосе
Жанр: Эпическая фантастика
Серия: Многоярусный мир

 

 


Теорион пошел прочь, широко расставляя ноги. Когда он достиг края острова, он повернулся и выкрикнул непристойности и оскорбления в адрес Вольфа. Вольф поднял лучемет, хотя намеревался только попугать Теориона. Чудовище пронзительно закричало и прыгнуло как гигантская лягушка в воду, причем его перепончатые ноги тащились позади него. Он погрузился в воду и больше не появлялся. Вольф поинтересовался у Валы, как долго тот мог оставаться под водой.

— Не знаю. Возможно, полчаса. Но сомневаюсь, что он будет сдерживать дыхание. Вероятно он в одной из пещер, которые имеются в корнях и кавернах, образующих основание острова.

Потом она сказала, что они должны идти, чтобы встретиться с другими. Пока они шли через Фрондовый лес, она объяснила ему физические факты этого мира, насколько сама их знала.

— Ты наверно уже заметил, как близок горизонт. Эта планета имеет в диаметре около 2170 миль (приблизительно столько, сколько и земная луна — подумал про себя Вольф). Сила притяжения резко падает при подъеме над атмосферой, как бы растекаясь, размазываясь в окружающую Вселенную. Все остальные планеты этой галактики имеют подобное поле.

Вольф не интересовался этим. Властелины могли делать с полями и притяжением то, о чем земляне и не мечтали.

— Эта планета полностью покрыта водой…

— А как насчет острова? — спросил он.

— Он плавает. Источник его происхождения — растение, которое растет на дне моря. Когда оно выросло наполовину, его пузыри начали наполняться газом, вырабатываемым бактериями. Оно оторвалось от корней и всплыло на поверхность. Там оно выпустило корни, или полоски, которые встречаются с полосками другого вида. Очевидно в таких растениях встречаются твердые массы. Верхняя часть растения отмирает, в то время как нижняя продолжает расти. Гниющая верхняя часть образует почву. Птицы добавляют почву своими экскрементами. Они перелетают к новым островам, перенося в полете зерна. Те вырастают во фронды, которые ты видишь, и другую растительность. — Она указала на группу растений похожих на бамбук.

Он спросил:

— Откуда взялись эти камни?

За бамбуком виднелось несколько беловатых валунов, примерно двенадцати футов в диаметре.

— Газопузырчатые растения, которые образуют остров, являются только одним из возможно нескольких тысяч видов. Есть вид, который прикрепляется к скалам морского дна и выносит их на поверхность, когда становится достаточно плавучим. Местные жители приносят их и помещают на островах, если они не слишком большие. Белые валуны чем-то привлекают птиц гаржу, жители убивают их или приручают.

— А как насчет питьевой воды?

— Это океан свежей воды.

Вольф, глядя через просвет зарослей пурпурных с желтыми полосами фрондов и отягощенных ягодами кустов вышиной до пояса, увидел как на горизонте появилась огромная черная арка, через минуту она стала окружностью, поднимающейся над горизонтом.

— Это луна, — сказала Вала. — Здесь все изменено. Солнца нет, свет исходит от неба. Поэтому луна обозначает ночь, или отсутствие света. Это бледный вид ночи, но все же лучше, чем никакой. Позднее ты увидишь планету Аппирмадзум. Она находится в центре этой вселенной, а вокруг нее вращается пять второстепенных планет. Ты увидишь их тоже, все черные и погруженные в небо как наша луна.

Вольф спросил, как она узнала так много о мире Уризена. Она сказала, что эти сведения ей дал, хотя и без желания, Теорион. Он узнал многое, пока был пленником Уризена. Он не хотел расставаться с этой информацией, так как был злым и эгоистичным. Но когда кузены, братья и сестры поймали его, то заставили его заговорить.

— Большинство шрамов заживает, — сказала она и засмеялась.

Вольф хотел знать не было ли в конце концов у Теориона хорошей причины для желания убить их. И он хотел знать насколько правдива история об их отношениях. Ему придется поговорить когда-нибудь с Теорионом, конечно на безопасном расстоянии.

Вала замолчала и схватила Вольфа за руку. Он начал отталкивать ее думая, что она пытается выкинуть какой-нибудь трюк. Но она с тревогой смотрела вверх, как и Ринтрах.

Глава 3

Фронды высотой в шестьдесят футов скрывали какой-то предмет в небе. Теперь он увидел массу шириной по крайней мере четверть мили, пятидесяти футов толщины и почти милю длины, плывущую в пятидесяти футах над островом. Она дрейфовала с ветром, который дул из неизвестной стороны света. В этом мире без солнца север, юг, восток и запад ничего не значили.

— Что это? — спросил он.

— Это остров, который плавает в воздухе. Поспешим, мы должны добраться до деревни, пока не началась атака.

Вольф отправился за ними. Время от времени он поглядывал вверх через заросли фрондов на аэронес. Он спускался довольно быстро на противоположный конец острова. Вольф догнал Валу и спросил ее, как управляется этот небоплаватель. Она ответила, что его жители применяют клапаны в гигантских пузырях, чтобы выпускать водород. Эта процедура требует усилий почти всех жителей, так как каждый пузырь и клапан управляются вручную. Во время спуска им всем приходится заниматься управлением.

— Как они ведут его?

— Пузыри имеют выходные отверстия; когда абуталы хотят чтобы остров летел в определенном направлении, они выпускают газ из пузырей на противоположной стороне. Они не получают сильных толчков, так как в своем деле очень искусны. Но даже при этом им приходится бороться с ветром и они не всегда эффективно маневрируют. Нас они уже дважды атаковали и оба раза не сумели сесть на остров. Они бросают морские якоря — большие камни на концах канатов — чтобы медленно спускаться. Первые разы атакующие опускались близко к острову, вместо того чтобы повиснуть как раз над островом, и им пришлось довольствоваться атакой с моря. Они потерпели неудачу.

Она покачала головой и добавила.

— О нет! Это должно быть, Илмавиры. Да поможет нам Лос.

Сперва Вольф подумал, что полсотни летательных аппаратов, выпущенных из аэронеса, были маленькими самолетами. Когда же они, кружась против ветра, спустились к земле, он увидел, что это планеры. Крылья длиной в пятьдесят футов были сделаны из какого-то блестящего металла и украшены на концах зубцами. Под каждым крылом был нарисован краской глаз с перекрещенными над ним шпагами, фюзеляж был не покрыт, корпус и его оснастка, элероны и рули были покрашены в пурпурный цвет. Пилот сидел в плетеной корзине как раз впереди развернутых крыльев. Нос судна был закруглен и имел длинный рог, выступающий вперед на расстояние около двадцати футов.

Как рог нарвала, подумал Вольф. Как он узнал позднее, рога были взяты у гигантских рыб.

Планер прошел над ними до тропинки, на которой приземлился. Вольф бросил взгляд на пилота. Его рыжие волосы торчали по крайней мере на фут в высоту, они блестели от какого-то фиксатора. Лицо его было выкрашено, как у краснокожего индейца, красными и зелеными кругами, и черные полосы спускались по его шее к плечам.

— Деревня находится примерно в полумиле отсюда, — заметила Вала. — На самом конце острова.

Вольфа заинтересовало, почему она так обеспокоена. Почему Властелина беспокоило то, что случится с другими. Она объяснила, что, если Илмавир совершит успешную вылазку, они убьют всех женщин на острове. Потом они оставят несколько лишних своих людей, как в колонии.

Остров не был совершенно плоским. Там и тут были возвышенности, образованные неровно выросшими пузырями. Вольф взобрался на вершину одной из них и посмотрел поверх фрондов. Абута спустилась теперь уже до пятидесяти футов, медленно снижаясь и направляясь прямо к деревне. Это была группа, насчитывающая около сотни похожих на ульи хижин, построенных из фронды. Стена высотой в двадцать футов окружала деревню. Дома выглядели так, как будто были построены из камней, бамбука, фрондов и каких-то скучно серых столбов, которые могли быть костями гигантских морских животных.

За стеной располагались мужчины и женщины, а несколько групп находились снаружи на открытой местности. Они были вооружены копьями и луками со стрелами.

За деревней были доки, построенные из обычного бамбука. Вдоль них на берегу были лодки различных размеров.

Дно летающего острова было густым сплетением толстых кореньев. Однако в нем были отверстия и из нескольких таких отверстий выбрасывались большие камни на канатах, сплетенных из каких-то растений. Камни-якоря, вырезанные в форме дисков, были белыми, похожими на гипс. Они тащились с моря и волоклись по острову, ударяясь о землю, некоторые якоря попадали под лодки.

Другие якоря падали ударяясь о стены деревни. Они натыкались на сплетение материалов образующих стены из высоких столбов. Они ударялись о голубую без травы землю и задевали хижины. Те рушились под ударами камней. В то же самое время из отверстий стреляли из луков, метали копья и бросали горящие факелы на людей, находящихся внизу, некоторые островитяне были сбиты с ног, хижины начинали гореть. Горящие факелы взрывались и от них поднимался густой черный дым.

Однако защитники не были обеспокоены. Из большого центрального дома вышли мужчины и женщины со странными приспособлениями. Они подожгли их и выпустили вверх и те быстро достигли нижней части острова небоплавателей, коснулись сплетения ветвей и загорелись там, потом они неожиданно взорвались и разнесли огонь по окружающим их корням.

Крыша одной из хижин поднялась и повернулась на одну сторону, как крышка люка. Стены аккуратно разошлись во внешние стороны, падая на землю, и хижина приняла вид распустившегося цветка. В центре ее оказалась катапульта, гигантский лук со стрелой, сделанной из рогов существа, которое издает гудение, словно планер.

К стреле было прикреплено несколько горящих пузырей. Лук отпустили и горящая стрела взвилась вверх и вонзилась в нижнюю часть острова небоплавателей.

Команда катапульты снова начала натягивать тетиву.

Из отверстия небесного острова выпал мужчина, за ним последовало еще десять. Они спускались как на парашютах. Их спуск тормозили пучки пузырей, прикрепленные ремнями вокруг плеч и груди. Стрела пронзила первого абутала как раз в тот момент, когда тот коснулся земли, а потом были проколоты еще трое из десяти, опускавшихся следом.

Оставшиеся в живых приземлились невредимыми вблизи катапульты. Они отстегнули ремни и пузыри рванулись вверх. К этому времени их уже окружили. Десантники сражались весьма ожесточенно, один добрался до катапульты, но был сражен двумя копьями.

Летающий остров, подгоняемый ветром, начал проходить над деревней. Начали падать новые камни на канатах и несколько из них попало в сплетение стен не разрушив их. Потом веревка упала на фронды, и огромная петля охватила деревья.

Затормозив, небесный путешественник повернулся так, чтобы его большая часть нависла над этой частью острова. К тому времени все планеры приземлились, хотя и не все успешно. Из-за густой растительности им пришлось спускаться на фронды. Некоторые перевернулись, некоторые разбились о фронды. Часть проскользнула между фрондами и разбилась вдребезги о плотные густые кусты.

Но оттуда, где стоял Вольф, было видно по крайней мере двадцать невредимых пилотов, которые теперь ускользали в джунгли. Там должны были быть и другие.

Он услышал как его позвали по имени. Это вернулась Вала и стояла у подножия холма.

— Что ты собираешься делать? — сердито спросила она. — Тебе нужно стать на чью-то сторону, Джадавин, хочешь ли ты этого или нет. Абуталы убьют тебя.

— Возможно ты права, — сказал он, спустившись с холма. — Я хотел получить представление о том, что происходит. Не хочется слепо вмешиваться в это дело, не зная где кто находится и как идет бой.

— Ты всегда осторожен и хитер, Джадавин, — сказала она. — Но это хорошо, это показывает, что ты не дурак, о чем я знаю. Поверь мне, ты нуждаешься во мне, так же как я в тебе. Ты не можешь сделать все один.

Он последовал за ней и вскоре они наткнулись на Ринтраха, который припал к земле под фрондой. Он сделал им знак, чтобы они соблюдали тишину. Когда они приблизились, Вольф посмотрел туда, куда указывал Ринтрах. Не более чем в двадцати футах от них стояли пять воинов-абуталов. Слева от них из кустов поднимался хвост разбитого планера. У них были маленькие круглые щиты из кости, метательные костяные копья были с бамбуковыми древками, а некоторые имели луки со стрелами. Луки короткие и сильно изогнутые, были сделаны из какого-то рогоподобного материала и состояли из двух частей, которые соединялись в центральной впадине рогов.

Воины были слишком далеко от них, чтобы можно было подслушать их разговор.

— Какова дальность действия твоего лучемета? — спросила Вала.

— Он убивает до пятидесяти футов, — сказал он. — Третья степень ожога — следующие двадцать футов, а после этого вторая степень ожога, дальше легкий ожог и совсем ничего.

— Теперь твой шанс. Нападай на них. Ты сможешь убить всех пятерых одним движением, прежде чем они поймут, что происходит.

Вольф вздохнул. Настанет ли время, когда не нужно будет ждать наставлений Валы? Прежде он давно бы убил их и продолжал бы действовать совместно с Валой и Ринтрахом. Но он не был больше Джадавином, он был Робертом Вольфом. Вала не поймет этого, она примет его колебания за слабость. Он не хотел убивать, но сомневался в том, что существует другой способ защиты, заставить абуталов прекратить нападение. Вала знала островитян и, возможно, говорила ему правду. Поэтому, нравится ему это или нет, придется ему встать на их сторону.

Позади них раздался пронзительный крик. Вольф перекатился через себя и привстал, увидев еще троих воинов-абуталов примерно в сорока футах от него. Они вышли из-за фронды и целились в них, подняв свои метательные копья.

Вольф повернулся кругом, чтобы встать лицом к трем абуталам, и нажал на пластинку на нижней стороне трехфутового ствола. Ослепительно белый луч, толщиной с палец, прошел через животы всех троих. Растительность между ними и позади них задымилась. Все трое упали вперед, роняя из рук копья и скользя по траве лицом.

Вольф поднялся на одно колено и повернулся лицом к пятерым. Два стрелка прицелились в него. Вольф сбил их первыми, потом троих остальных. Он полз, оглядываясь кругом и разыскивая других, которых могли привлечь крики.

Но слышен был только ветер, дующий на фрондах, затихающие крики и приглушенные звуки битвы в деревне.

Запах горелой плоти вызывал в нем отвращение. Он поднялся и перевернул три трупа, а потом и те пять, что лежали в стороне. Он не думал, что они еще живы, но хотел удостовериться. Каждый из них был перерезан лучом почти пополам. Кожа вдоль глубоких ран подгорела под лучом. Крови было мало, так как луч сжег их легкие и все внутренности. Их кишки сократились и выпустили содержимое.

Вала смотрела на лучемет. Она была очень любопытна, но знала, что напрасно просить Вольфа дать ей оружие в руки.

— У тебя две ступени регулировки, — сказала она. — Что же он может сделать на полной мощности?

— Он способен разрезать десятифунтовую плиту из стали, — ответил он. Но заряд иссякнет через 60 секунд. На половинной мощности он может работать в течение десяти минут, пока не понадобится перезарядка.

Она посмотрела на его карманы, и он улыбнулся. Он вовсе не собирался говорить ей сколько в карманах у него зарядов.

— Что случилось с вашим оружием, — спросил он.

Вала издала проклятие и сказала:

— Его украли, пока мы спали. Я не знаю, сделал ли это Уризен или хитрый Теорион.

Вольф пошел по направлению к месту битвы, двое других последовали следом за ним. Остров над ними бросил на них бледную тень, которая скоро станет гуще когда приносящая ночь луна покроет эту часть планеты. Алмавиры, мужчины и женщины, продолжали спускаться с летающего острова из отверстия на дне его. Другие поддерживаемые пучками пузырей, тушили пожар на его днище. Они пользовались странными предметами, которые при сжатии испускали струи воды.

— Они живые, кроткие существа, — сказала Вала. — Амфибии. Они путешествуют по суше, выбрасывая струи воды, передвигаясь толчками.

Вольф переключил лучемет на полную мощность. Всякий раз, когда они проходили мимо каната, прикрученного к дереву или каменному якорю, он перерезал канат. Трижды они наталкивались на абуталов и он переключал свой лучемет на полмощности. К тому времени, когда он оказался в нескольких ярдах от деревни, то перерезал сорок канатов и убил двадцать мужчин и женщин.

— Счастье для нас, что ты прибыл вовремя, — сказала Вала. — Думаю что мы не смогли бы справиться с ними, если бы ты не пришел.

Вольф вздрогнул. Он извлек заряд лучемета и сунул в ствол другой маленький цилиндрик. У него осталось еще шесть цилиндриков, и если дело будет так дальше продолжаться, то скоро он останется без них. Но делать нечего, сберечь их было невозможно.

Деревня была окружена со стороны суши абуталами, их было примерно девяносто человек. Очевидно те, которые оставались в деревне, были заняты тушением пожаров, однако им больше не нужно было беспокоиться об атаке сверху непосредственно. На остров илмавиров подействовало то, что было обрезано очень много канатов. Он скользнул по ветру на четверть мили и только из-за сотни других веревок и якорей, которыми они пользовались, еще держался за поверхность острова.

Вольф срезал лучеметом группу офицеров, стоявших на вершине единственного ближайшего к деревне холма.

Вскоре абуталы стали понимать, что происходит. Половина оставила осаду, чтобы окружить холм. Местность ощетинилась копьями и стрелами. Властелины были в зоне поражения концентрированного залпа стрел, но они находились под защитой группы из четырех каменных идолов на холме.

Вала сказала:

— Теперь они перешли к обороне. Если они не поняли этого пока, то скоро узнают. И это будет хорошо для нас. Возможно…

Она молчала некоторое время, пока Вольф расправлялся с тремя мужчинами бежавшими по впадине на холме. Потом он сказал:

— Что возможно?

— Наш любимый отец оставил для нас здесь весточку. Он сообщил нам кое-что из того, что нам нужно сделать, чтобы найти «врата», которые ведут к нему. Их нет на этом острове. Он сообщил, что есть пара ворот на другом острове, но где именно не указал. Нам нужно будет самим найти их, поэтому я думаю…

Послышался рев абуталов и передовые отряды бросились на холм. Стрелки создали прикрытие залпом из по крайней мере тридцати луков. Вала и Ринтрах укрылись за идолом, как им велел Вольф. Как бы сильно он не желал, он не мог не расходовать заряды и был вынужден сделать это.

Он переключил лучемет на полную мощность и выстрелил по головам первых рядов. От растительности и от тел поднимался дым, когда он описывал круг ослепительно белым лучом. Стрелкам пришлось обнаружить себя, чтобы обеспечить прицельность стрельбы, и поэтому большинство упало сраженными.

Стрелы засвистели вокруг Вольфа, отскакивая от каменных идолов. Одна ударила его в плечо, другая рикошетом от камня пролетела между его ног. Потом стрел больше не было. Абуталы во вторых рядах, увидев перед собой сморщенные тела и почуяв запах горелого мяса, дрогнули. Вольф начал направлять луч на них, и они бросились в джунгли.

— Что ты думаешь? — спросил он Валу.

— Мы можем искать тысячи лет, используя этот остров как корабль, и не найти острова, на котором находятся врата. Возможно такова и была цель нашего отца. Он будет наслаждаться, видя бесполезные наши поиски, наслаждаясь нашим отчаянием, и разногласиями и убийствами, которые возникнут между нами за столь долгий срок. Но если бы мы были на абуте, который даст нам возможность не только передвигаться быстрее, но и видеть гораздо больше с высоты…

— Прекрасная мысль! — сказал Вольф. — А как уговорить абуталов позволить нам сопровождать их? И какая гарантия того, что они не набросятся на нас при первой же возможности?

— Ты совсем забыл о своей младшей сестре. Как мог ты, единственный из всех, кто любил меня, не помнить какой убедительной я могу быть?

Она встала и закричала в сторону безлюдных на первый взгляд джунглей. Некоторое время ответа не было. Она повторила. Вскоре из-за фронды вышел офицер. Это был высокий, хорошо сложенный человек, старше тридцати лет, красивый, несмотря на круги наведенные у него на лице. Кроме черных полос вниз по шее и плечам, он был украшен нарисованной на груди морской птицей. Это был инфтара. Он служил знаком командира планерных войск. Позади него стояла его жена, одетая в короткую юбку из птичьих перьев красного и синего цвета, ее рыжие волосы были закручены, лицо выкрашено красными и белыми ромбами, вокруг шеи висело ожерелье из костей пальцев, поперек груди был нарисован инфтара и вокруг пупка три концентрических окружности малинового, черного и желтого цветов. По обычаю абуталов, она сопровождала мужа в бою. Если он умирал, ее долгом было атаковать его убийц, пока она не убьет их или не погибнет сама.

Оба приблизились к холму, пока Вольф не приказал им остановиться. Вала начала говорить и мужчина заулыбался. Его жена однако внимательно наблюдала за Валой во время этого разговора.

Глава 4

Лугарн, офицер капитулировал только тогда, когда были согласованы определенные условия. Отказался он покинуть остров пока не получит по крайней мере то, что намеревался захватить Илмавир, начиная атаку. Вала не колебалась и обещала ему, что военными трофеями будут домашняя птица и животные (морские крысы и молодые тюлени) защитников. Кроме того, абуталы могут изуродовать трупы своих врагов и снять с них скальпы.

Островитяне плавучего острова, который назывался Фринкан, возражали, когда услышали эти условия. Тогда Вольф сказал их вождям, что если они не примут условия — война будет продолжаться. И он, Вольф, не станет на их сторону. Конечно они ответили, что сделают так, как он хочет. Абуталы отняли у жителей деревни все, что сочли ценным и нужным.

Другие Властелины — Лувах, Энион, Аристон, Тармас, Паламброн — были в деревне, когда началась атака. Они очень удивились, увидев Вольфа, и не могли скрыть зависти к его лучемету. Только Лувах оказался рад видеть его. Лувах, самый низкорослый из всех, имел песочного цвета волосы и красивые черты лица, за исключением широкого и пухлого рта. Его глаза были темно-голубыми, по переносице бежали дорожки веснушек. Он обнял Вольфа и крепко сжал и даже чуть не всплакнул. Вольф разрешил ему обнять себя, потому что верил — Лувах не воспользуется возможностью заколоть его. Когда они были детьми, то крепко дружили, имели много общего, будучи оба фантазерами, склонными другим позволять думать и делать, что те хотят. Фактически Лувах никогда не принимал участия в смертельных играх Властелинов, пытавшихся лишить других собственности или убить.

— Как нашему отцу удалось выманить тебя из твоего мира? Ты был там счастлив и в безопасности, — сказал Вольф.

Лувах криво усмехнулся и сказал:

— Я мог бы спросить тебя о том же. Возможно он проделал тот же трюк и с тобой, как и со мной. Он прислал посыльного — сверкающую Гексакулум, она поведала, что послана тобой. Ты хотел, чтобы я навестил тебя, потому что ты страдаешь от одиночества и хочешь повидать своего единственного родственника, не жаждущего твоей гибели. Поэтому я, приняв, как я думал, необходимые предосторожности покинул свою планету. Я вошел, как считал, в твои ворота и очутился на этом острове.

Вольф покачал головой и заметил:

— Ты всегда был слишком стремительным, брат, слишком опрометчивым. И все же я преисполнен уважения к тебе, как к человеку, пренебрегшему собственной безопасностью, чтобы навестить меня. Только…

— Только мне следовало бы быть осмотрительным и увериться, что посыльный прибыл действительно от тебя. В другое время я так бы и сделал. Но в тот момент, когда появилась Гексакулум, мои мысли были полны тобой, я скучал по тебе. Даже мы, Властелины, имеем слабости, ты же знаешь.

Вольф некоторое время молчал, наблюдая, как ликующие Илмавиры волокут домашнюю птицу, животных, награбленные ожерелья и кольца из морских нефритов. Потом произнес:

— Мы безусловно в отчаянном положении. И наибольшую опасность представляет отец. Но почти равная смертельная угроза нависла и над теми, кто стал нашими союзниками. Данное ими слово, не оставляет обязанности присматривать за ними. Я предлагаю тебе взаимную поддержку, мы будем спать и бодрствовать поочередно.

Лувах вновь усмехнулся:

— Однако во сне ты не забудешь держать один глаз приоткрытым, чтобы следить за мной, а, брат?

Вольф нахмурился и Лувах поспешно продолжал:

— Не сердись, Джадавин. Нам с тобой удалось прожить так долго лишь потому, что мы не утрачиваем взаимного доверия, причем поступали так с самыми благими намерениями. Подумать только, ведь было время, когда все мы, двоюродные братья и сестры, жили, учились и играли вместе, благословенные невинностью взаимной любви. Теперь же мы словно злые волки, готовые перегрызть друг другу глотки. А почему, спрашивается? Я скажу тебе. Потому что Властелины сумасшедшие. Они считают себя богами, тогда как в действительности они самые обыкновенные люди, не лучше вот этих дикарей. Только нам посчастливилось быть наследниками могущественной науки и техники, достижениями которых мы пользуемся, не понимая их законов. Подобно злым детям мы забавляемся игрушками, способными создавать и разрушать целые миры. Великие и мудрые люди, придумавшие эти «игрушки», давно почили, знание их обратилось в прах и лишь технология, унаследованная у космических государств, продолжает существовать, используемая для утех и насыщения алчности.

— Мне все это хорошо известно, брат, — согласился Вольф, — возможно даже лучше чем тебе, поскольку было время, когда я сам наслаждался эгоизмом и пороками. Мне многое пришлось пережить, когда-нибудь я расскажу тебе — и собственный горький опыт пробудил во мне человеческую сущность, которую, надеюсь, ты сможешь оценить.

Илмавиры спустили с абуты огромные лестницы, увлекаемые вниз тяжелым грузом. Награбленное добро привязали к направляющим веревкам и подняли к отверстиям в донной части острова. Так же подняли и те планеры, которые еще можно было починить. Вольф расположился в упряжке, прикрепленной к паре пузырей; двигаясь вверх, он держал лучемет наготове, поскольку отдавал себе отчет, что находится во власти абуталов, и те вполне были воодушевлены успехом. Но как ни странно, никто не проявил враждебности. Он прошел через отверстие, две ухмыляющиеся женщины подхватили его. Они оттащили его в сторону и сняли упряжь.

Затем отнесли и бросили пузыри в самом дальнем углу.

Когда подняли всех Властелинов, Лугарн со своей женой Ситаз отвели своих союзников в верхнюю часть острова. Ступени, изготовленные из весьма тонкого и легкого материала, но очень прочные, представляли собой уплотненную оболочку газовых пузырей. На абуте, где газ считался жизненно важным, все делалось как можно более легким. Это повлияло даже на разговорный язык, как заметил потом Вольф. В целом их речь отличалась от основного запаса предков незначительно, но фонетический строй претерпел некоторые изменения. Кроме того, появились новые слова, уточняющие понятия связанные с весом, формой, гибкостью, размерами, вертикальным и горизонтальным направлением движения.

Лестничный колодец представлял собой цилиндр, вырезанный в сплетении корней. Поднявшись по нему, Вольф очутился в своего рода амфитеатре. Полом просторного помещения служили широкие полосы оболочек пузырей, а покатые стены и потолок были огромными пузырями, связанными корнями. На обширной палубе находилось только одно общественное здание с крышей, покрытой тростником, а также длинная скрытая со всех сторон постройка, предназначенная для увеселений. В доме имелись плоские камни, на которых каждая семья готовила пищу. В проходах копошилась домашняя птица, бегали морские крысы, а в дюймовой глубины пруду играли стокилограммовые тюлени, которых разводили на мясо. Ситаз, жена вождя, отвела новоприбывших в предназначенное для них помещение. Комнаты в виде небольших кабинок были вырезаны в корнях, а полом и стенами служили все те же оболочки пузырей. Двери заменяли вырезанные в полу отверстия, куда поднимались с помощью складных лестниц. Свет проникал через единственный иллюминатор: для освещения также использовались лампы, заправленные рыбьим жиром. Места едва хватало, чтобы сделать два шага в сторону и два шага в другую. В качестве кроватей использовались ниши в стенах, по форме напоминающие гроты, заправленные матрасами из перьев, набитых в рыбью кожу. Большая часть дневной и ночной деятельности проходила на «Главной палубе». Уединиться было негде, кроме капитанского мостика.

Вольф ожидал, что абуталы тотчас же отплывут, подняв якоря. Однако Лугарн сказал, что им придется некоторое время подождать. Во-первых острову необходима большая высота, чтобы лететь над открытым морем. А бактериям, вырабатывающим газ в пузырях потребуется, даже при усиленной подкормке, самое меньшее два дня, чтобы наполнить пузыри, иначе полет будет небезопасным.

Во-вторых, при сражении абуталы понесли огромные потери, людей явно не хватало чтобы эффективно управлять островом, поэтому Лугарн предложил последовать древнему обычаю и пополнить команду вербовкой фринканов. Убедившись, что гости благополучно разместились, Лугарн вернулся на поверхность. Вольф с любопытством последовал за ним. Вала также настояла на своем участии, хотя служило ли ее желание удовлетворению прихоти или она собиралась не спускать с него глаз — это Вольф не знал. Возможно это решение было продиктовано и тем и другим. Лугарн объяснил вождю фринканов, что от него требуется. Вождь удрученно махнул рукой, давая понять, что ему все равно. Лугарн собрал выживших и огласил свое предложение. К удивлению Вольфа многие пожелали стать добровольцами. Вала сказала, что эти два народа были заклятыми врагами, но сейчас фринканы ослаблены и кроме того, молодежь привлекла романтика жизни на летающем острове.

Лугарн осмотрел добровольцев и выбрал тех, кто проявил себя во время битвы. В первую очередь он старался брать женщин, особенно с детьми. Последовала церемония ритуальной пытки, заключавшаяся в прижигании паха кандидата или кандидатки. Обычно захваченного противника пытали до смерти, если он не проявил должной стойкости и смелости. Потом его могли принять в племя.

При крайней необходимости, как в данном случае, пытали символически.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10