Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Боевой флот (№2) - Контратака

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Дрейк Дэвид, Фосетт Билл / Контратака - Чтение (стр. 13)
Авторы: Дрейк Дэвид,
Фосетт Билл
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Боевой флот

 

 


Сейчас, задним числом, Квити засомневалась. А вдруг она ошиблась, и это все же был Лавер. А она собственноручно расправилась с остатками своей экспедиции?

Лихорадочно засуетившись, опять бросила оружие, а вместе с ним и пакет с припасами. Усталость давала о себе знать. Хорошо, что путь уже известен до мельчайших подробностей. Квити показалось, что она преодолела расстояние до взорванного корабля за считанные секунды.

Первое, что она увидела, — это часть тела некоего существа, смахивавшего на хорька-переростка, по-видимому, выкинутого взрывом из другого корабля.

Она не ошиблась. Это был халианин!

Очевидно, и на втором корабле агент неприятеля. И он не только провалил операцию, войдя в контакт с Халией, но и преподнес халианам на блюдечке корабль вместе с его бесценным передатчиком. Вот почему они смогли ответить на ее закодированное послание. Даже если бы ей удалось избавиться от приставаний Генри, сейчас бы ее ждал плен или смерть. Но она, Квити, не только достойно выпуталась из этого лихо закрученного сюжета, но и показала «свое» превосходство!

Единственная оставшаяся в живых из всей экспедиции! Что ж, теперь ей придется в одиночку поднять корабль и попытаться выполнить задачу другого корабля. Обезвредить вторую неприятельскую батарею.

Пусть так, Квити была квалифицированным пилотом и приблизительно знала координаты батареи. Она могла сделать это.

Могла ли? Сейчас их врасплох не застать. Гибель первой батареи, наверняка, поставила на уши остальных халиан. Любой корабль, который попытается сейчас приблизиться к уцелевшей батарее, будет мгновенно уничтожен.

Квити проанализировала ситуацию. Затем спустилась к своему кораблю, пробралась в кабину пилота и запустила двигатели. Задала координаты Включила пилот, выставив на приборах двухминутное запаздывание. Затем лихорадочно выпрыгнула из корабля и изо всех сил помчалась к горе.

Через две минуты корабль оторвался от земли. На какое-то мгновение завис в воздухе. Затем поднялся на предельно низкую высоту, развернулся и полетел прямо к батарее.

Квити вскарабкалась на холм. В этот момент раздался грохот. Вне сомнения, батарея взорвала ее корабль. Квити перевела дух.

По счастью, халиане могли предположить, что на этом все кончится. Наверняка, эти умники считают, что она заманила их в ловушку, разрушила корабль, а затем бросилась завершать дело на своем собственном. Ведь, в сущности, так она и собиралась сделать. Они могли послать команду прочесать заросли на поляне, но преследовать ее никто не станет, поскольку для всех она мертва. Так, во всяком случае, Квити надеялась.

Сейчас она оказалась совершенно одна, без корабля, брошенная на произвол судьбы на чужой планете. Что дальше?

Ответ она знала. Нужно завершить операцию. Она должна уничтожить другую батарею до того, как Флот проследует через этот район. В плазмомете оставался последний заряд.

Ответ ответом, но существовала маленькая трудность. Батарея находилась в ста пятидесяти километрах. И ей придется тащиться туда пешком.

Всю ночь до рассвета она спала, поскольку хорошо помнила, что лучше не тратить попусту силы, двигаясь вслепую. А затем закинула ношу на плечи и двинулась вперед. Она добралась до низины и вошла в заросли. Квити с трудом пробиралась сквозь буйную растительность, тугие переплетения колючек и заросли юкки. Она даже вынуждена была надеть туфли, чтобы предохранить ноги, но затем ей стало еще хуже, и она поняла, что не сможет продвигаться в этой путанице так быстро, как необходимо. В ее распоряжении было не больше недели на то, чтобы добраться до батареи и уничтожить ее последним плазменным зарядом. Это означало, что она должна проходить, по крайней мере, двадцать километров в день. На плоской равнине, с легким рюкзаком за спиной — это и то было бы крупным марш-броском. Здесь же, в этом диком лесу, сгибаясь под огромной тяжестью, — это была работенка не из легких. Пробраться сквозь эти спутанные, цепляющиеся, раздирающие на части джунгли было практически невозможно. Квити здоровая и сильная, но все же до супермена ей далеко.

Вдруг раздался гул. Самолет! Квити нырнула под нависающий зеленый полог. Вот и еще одна проблема: чем ближе она будет подходить к батарее, тем осторожнее следует себя вести. Вражеская охрана сейчас не дремлет. Квити остановилась, тяжело дыша. Нужно придумать что-то получше! Чтобы поддерживать силы, она должна много есть, но ее запасы слишком ограничены. Прежде чем избавляться от корабля, ей следовало бы вытащить весь сухой паек. Сколько же она наделала ошибок! Что же, придется теперь перейти на подножный корм — но ее ни о чем таком не инструктировали, поскольку подобный демарш не входил в планы командования.

Да и вообще все они там, наверху, обленились, протирая свои жирные задницы отнюдь не в полевых условиях! Непредвиденные положения и опасные ситуации возможны всегда; им бы следовало проинструктировать ее на предмет любой случайности. Вот если бы она отвечала за успех…

Квити пожала плечами. Что толку в подобных упреках? Эти шовинисты никогда бы не позволили женщине отвечать даже за самую малость. Но сейчас она здесь одна, и ей нужно сделать свое дело. Но как?!

Если она не успеет добраться до батареи, то как она сможет уничтожить врага? Квити замерла. Да ведь все, что нужно сделать — это установить прицел. То есть, либо подойти как можно ближе, либо найти удобную гору!

Вся беда в том, что гор здесь хватало. Квити могла бы вскарабкаться на самую высокую так, чтобы обозреть сверху более низкие вершины. Она накрыла первую батарею с самого низкого выступа горы, но наиболее удаленный край подходил гораздо лучше. Ее страшила необходимость тащить эту тяжесть вверх по крутому откосу. Добавочный вес ее собственного снаряжения еще ухудшал дело.

Но если расстояние по вертикали оказалось бы небольшим, то она смогла бы по пути создавать хранилища для припасов. А если поблизости есть родник или река, она сделает привал и попьет воды. И если здесь водятся съедобные фрукты или животные, то вообще не нужно тащить сухой паек. Добывать пропитание гораздо легче, чем тащить на себе. Хорошо бы протоптать временные тропки или по крайней мере запомнить дорогу так, чтобы не сунуться сослепу в какую-нибудь дыру.

Конечно, прибавится уйма работы, но, все-таки, это куда реальнее, чем топать сто пятьдесят километров. Квити почувствовала себя лучше. Сейчас можно осмотреться вокруг и немного подкрепиться.

После полудня Квити нашла свою гору. Она была не самой высокой, но все-таки выше большинства окрестных гор, и там был вполне удобный выступ с нужной стороны. Значит, нужно еще преодолеть заросли ежевики и путаницу лиан. Около базы наверняка есть родник, Квити вычислила его по едва заметной тропинке, протоптанной животными. Следовательно, вода пригодна для питья, кроме того, родником пользуются отнюдь не цивилизованные создания (она предположила, что халиане и их наемники достаточно цивилизованны). Вблизи росло дерево с незнакомыми плодами, наличие множества кожуры и семян, разбросанных вокруг, говорило о том, что плоды популярны среди животных, а значит, съедобны и не должны быть чересчур ядовитыми. Конечно, на чужой планете нельзя ничего определенно утверждать, но счет был в ее пользу. В любом случае предприятие рискованное, но попробовать стоит. Плод был сочный и спелый, Квити с удовольствием съела его, сохранив сухарь про запас, прямо как заправский путешественник.

На следующий день она подтащила плазмомет к своей базе у подножия горы, но не слишком близко к источнику. После всего случившегося она вовсе не горела желанием оповещать всех о своем присутствии. Затем вернулась к месту посадки корабля, потому что ей понадобилась веревка, которую Генри использовал для того, чтобы связать ее. Ведь она должна взгромоздить оружие на вершину горы. Кроме того, ей казалось, что чем меньше останется доказательств того, что случилось внизу, тем лучше.

Она сомневалась, что ей придется когда-либо снова воспользоваться булавкой, но ведь на свете есть и другие представительницы ее пола!

Ощутив знакомый запах, она поняла, что приближается к месту, где стоял корабль. Веревка валялась, как и прежде, рядом с телом Генри. Неподалеку распластался мертвый халианин. На них уже вовсю паслись мушки, похожие на насекомых ее родной планеты — обыкновенные повсеместно обитающие мушки, ничем не примечательные маленькие крылатые хищники. Подобрав веревку, Квити распутала ее, потом, обмотав руки, решила взглянуть на врага поближе. Однажды она видела чучело халианина на тренировке, но это был первый настоящий, с которым она столкнулась. Она удивилась, обнаружив, что он отнюдь не монстр, а выглядит, скорее, как вполне безобидный домашний зверек. Здесь валялась только задняя часть, голова и передние конечности оторвало при взрыве. Это было мохнатое существо с короткими ногами, ужасно похожее на крупного грызуна. Вокруг лодыжки обвивался металлический браслет.

Знак отличия? Или украшение? Могло ли это существо быть женского пола? Нежное, как женщина? Эта мысль внесла смятение в ее душу, и Квити повернула прочь. Она не испытывала угрызений совести из-за Генри, безжалостно убившего парней и пытавшегося изнасиловать ее, но то, что чужак мог оказаться женщиной, не давало ей покоя.

Какое-то время она раздумывала, что лучше: похоронить только человеческие тела, или всех. Трупы были единственным доказательством того, что она выжила. И это доказательство следовало уничтожить, если она хотела увеличить свои шансы. Но Квити все никак не решалась. Она отошла подальше, с наслаждением вдыхая свежий воздух. Нет, хватит тянуть, надо покончить с этим как можно быстрее.

Вдруг послышался какой-то шум. Нырнув в заросли, Квити замерла.

Это была группа каких-то созданий, и по-видимому, разумных. Сюда направлялся враг!

Квити вытащила лазерный пистолет. Если они ее обнаружат, придется стрелять.

Они прошли мимо, не заметив затаившуюся в кустах Квити. На коротких задних лапах неловко ковылял халианин, рядом с ним трусила парочка аборигенов — человекоподобные двуногие гуманоиды, покрытые перьями. Халианин в качестве одежды довольствовался своим мехом, но на аборигенах было что-то типа униформы. Оружие имелось только у халианина — это уравнивало силы.

Какое-то мгновение Квити боролась с искушением продырявить халианина лазером. Что может быть легче, чем прицельный выстрел из засады. Но она сдержалась, отчасти из-за неприязни к столь неспортивному бою, а отчасти из-за того, что решила не делать ничего, что могло бы выдать ее присутствие. Она убила бы только, если бы ее вынудили сделать это.

Компания вышла на поляну. Слышно было, как аборигены щебечут между собой. Очевидно, они нашли то, что искали — следы схватки. Похоже, это просто исследовательская партия.

Квити воспользовалась их замешательством и убралась подальше. Встреча успокоила ее. Судя по всему, врагу даже не приходило на ум, что кто-то из людей мог выжить. Ее уловка с кораблем-разведчиком удалась как нельзя лучше.

Она вернулась в свой лагерь у подножия горы. Съела еще несколько фруктов и принялась устраиваться на ночевку. Спать Квити, разумеется, собиралась на дереве. Во время своего похода она неукоснительно соблюдала главное правило — ночью ее ноги должны чувствовать себя максимально комфортно.

На следующий день она пустилась в путь. Квити карабкалась по краю утеса, захватив свои припасы и веревку. Хватаясь всеми четырьмя конечностями за скальные выступы, она перебиралась через трещины, пользуясь упавшими стволами как естественными мостиками. И не просто карабкалась. Она выискивала наилучшее место для следующего шага. Когда она сомневалась в правильности выбранного пути, то сползала вниз и пыталась найти другой. То, что было совершенно необязательно, будь она без тяжелой ноши, сейчас играло решающую роль. Квити отдала бы все на свете за баллончик с инсектицидом — ее преследовала туча мошкары.

Обнаружив удобное место для стоянки, она тщательно запоминала ориентиры. Затем сбросила рюкзак с припасами и спустилась вниз. С пистолетом Квити не расставалась ни на секунду.

Хватит с нее дамской беззащитности.

Внизу, у подножия, она наспех подкрепилась плодами, жадно напилась воды и свернулась клубочком на дереве. Надо беречь силы для следующего дня.

Так прошли три дня, и она надеялась завершить экспедицию за три последующих плюс еще день про запас» Всегда лучше иметь резерв на случай всякого рода неожиданностей. Утром она запихала плазмомет в упряжь и, осмотревшись, начала восхождение.

План был хорош. Начало тоже. Затем разошедшееся солнце и напряжение одолели, лишая сил. Квити истекала потом, жажда с каждым шагом становилась все нестерпимее, но воды не было — один источник остался внизу, а другой находился возле верхнего лагеря. Все, что она могла себе позволить, это недолгий отдых, несколько минут полной неподвижности и снова в путь.

Ствол весил немало и сам по себе. Но по мере продвижения вперед он наливался все большей тяжестью. Квити уже почти шаталась, с трудом удерживая равновесие, каждую секунду рискуя рухнуть вниз и похоронить такой чудесный план. Влажные от пота руки и ноги скользили, мышцы не выдерживали напряжения. Она ощущала себя муравьем, который пытается взгромоздить космический корабль на вертикальный утес.

А затем разразилась буря. Сначала это было облегчением — сверху хлынули потоки холодного воздуха. Но с каждой минутой ветер усиливался, словно задался целью сорвать Квити со склона и сбросить вниз. Потом небеса разверзлись, и тугие струи дождя забарабанили по скале. Мгновенно весь утес стал совсем скользким. Но Квити ползла вверх, прекрасно понимая, что у нее нет выбора.

Она добралась до своего лагеря гораздо позже, чем рассчитывала. Почти стемнело, и усталость пересилила голод. Заставив себя немного поесть, Квити забылась тяжелым сном. Проснувшись через час, она снова подкрепилась. Необходимо восстановить силы для завтрашнего дня.

Перед тем, как заснуть, Квити приняла решение Завтра она должна отыскать последнюю стоянку. А значит, можно оставить сумку здесь, поскольку ей незачем тревожиться о еде после того, как она сделает свой последний выстрел. Тащить с собой пищу — слишком большая роскошь. Налегке она сможет двигаться быстрее, и это сбережет силы.

Встав на рассвете и быстро перекусив, она заставила свое разбитое тело начать подъем по склону. Ее мужество угасало по мере того, как она все больше и больше вязла в этом деле. Прослеживалась явная тенденция к ухудшению — ни с того ни с сего на Квити вдруг свалилась глазная чесотка. Потом напал насморк, лишая последних сил. Аллергия!

И, вероятно, это еще не самое худшее. Тяжелые испытания и абсолютная незащищенность от капризов погоды сделали свое дело — наступил момент, когда Квити окончательно потеряла способность адаптироваться к окружающей среде. Поначалу это отразилось на ее дыхательной системе и глазах, как наиболее уязвимых местах. Но в дальнейшем все это будет неизбежно прогрессировать, и в конце концов завершится самым плачевным образом. Ах, если бы хоть немного передохнуть и прийти в себя, но останавливаться нельзя. Ей придется пройти свой путь до конца.

Скрежеща зубами, Квити карабкалась вверх. Неумолимый подъем все длился и длился. А ведь при ней сейчас не было плазмомета! Сама мысль об этом усиливала усталость — ну почему бы не сделать его пятикилограммовым, вместо его двадцати пяти!

Она давно уже карабкалась с закрытыми глазами, открывая их лишь на мгновение, чтобы взглянуть вперед, оценить ситуацию и продолжать карабкаться вслепую. Но проделывать тоже самое с дыханием она не могла. Можно, конечно, дышать исключительно через рот — но что делать с легкими? Выбора у Квити не было. Астма казалась ей сейчас сущей ерундой. Только бы втащить этот проклятый ствол наверх! А потом она справится со своими болячками. Астма? Да это же сущее блаженство. Особенно когда валяешься в кровати, а не карабкаешься вверх с неподъемной бандурой за спиной.

Завтра по графику последний день. Сегодня она должна найти удобное место. Если она не сможет установить плазмомет завтра, остается последний, резервный день. Если и этого не хватит…

Время перевалило за полдень, но никаких признаков вершины так и не появилось. Сейчас Квити карабкалась достаточно медленно, сберегая силы, пытаясь выбрать самый легкий маршрут. Но гора все так же молчаливо нависала над ней. Неужели она и сегодня не доберется до вершины?!

Но, может, этого и не нужно делать? Если обойти, выбраться на нужную сторону горы и подыскать место не на самой вершине, а чуть ниже… чтобы батарея оказалась на виду. Это позволило бы ей не доводить себя до полного изнеможения, пытаясь вскарабкаться выше, чем требуется. Ей бы следовало догадаться раньше. Очевидно, вместе с силами вытекли и последние мозги.

Почему же, в конце концов, она стояла столбом, как полная идиотка, когда Генри резал лазером ее парней? Ведь ей достаточно было сделать только одно движение.

Поразмыслив, она простила себя. Она реагировала, как любой человек на ее месте, ошеломленный внезапностью и ужасом происходящего. Мужчины думали, что Генри шутит. Если бы они осознали правду, то сами бы схватились за оружие, и один из них обязательно бы с ним покончил. Она была не хуже. Единственное их различие состояло в том, что парни — это цель номер один, поскольку они компетентные мужчины, а она, никому не нужная женщина. Если бы Генри ожидал от нее каких-то действий, он не медля перерезал бы ей горло. Так-то, именно презрение спасло ее — а возможно, и ее сексуальная привлекательность. Нежная, как женщина. Справедливый эпитет, надо признать.

Она нашла почти плоский выступ и обошла его кругом. Что за блаженство передвигаться по горизонтали, а не по вертикали!

Она наконец пришла. Гора здесь была меньше, так что она обошла ее гораздо быстрее, чем там, где располагалась база. Вскоре она уже рассматривала открывшуюся панораму.

Обзору мешал еще один пик. Его вершина возвышалась достаточно высоко, чтобы восхождение на него заняло у Квити последние два дня. Безнадежно.

Но ее гора не только выше, но и шире предыдущей. Может быть, она смогла бы заглянуть за нее, если пройдет чуть подальше? Квити двинулась дальше и обнаружила третью гору, перекрывавшую вторую, ее склон вырастал как раз там, где заканчивался склон второй, блокируя столь необходимый обзор. Проклятье! В остальных местах эти горки отстоят друг от друга на многие километры, и вот поди ж ты!

Но она сдержалась. Ее компас указывал, что подножие очень эффектного утеса между другими пиками находится на одной линии с батареей, и Квити возобновила восхождение. Каждые несколько футов она смаргивала слезы и вновь пыталась углядеть батарею халиан. Сколько же еще осталось?

Остановившись в третий раз, она засекла блик. С дикой надеждой преодолела еще несколько метров, отчаянно кося глазами и снова оглядываясь. Есть! Глазам Квити предстали очертания ствола огромной лазерной пушки! Как мило со стороны халиан, что они держат ее в такой чистоте! Косые лучи солнечного света отражались от поверхности орудия.

Усталость отступила. Квити опустила свой лазерный пистолет, пометив лучом нужное место, и начала спускаться. Ее не прельщало тащить лишний вес завтра. Следовало закончить все до темноты, но теперь она была уверена, что у нее получится. Она уничтожит эту батарею!

Поскользнувшись и едва удержав равновесие, Квити вдруг осознала всю трудность предстоящего этапа. Ее зрение было затуманено, а из носа с такой настойчивостью текло, что она давно уже перестала вытирать его. Ей все время приходилось помнить, где она находится, и не позволять себе расслабляться — ведь то, что она чего-то не видит, отнюдь не означает, что это что-то не способно ее убить! Ей приходилось проверять каждое свое движение, выделывая фигуры похлестче, чем на любой танцплощадке.

Она замешкалась, и темнота захватила ее до того, как она успела вернуться к плазмомету, но это уже едва ли имело значение, поскольку глаза и так почти ничего не видели. Она сбросила рюкзак, жадно глотнула воды, закусила сухарями и почти мгновенно провалилась в сон.

Рассвет застал ее врасплох. Квити израсходовала остатки своих припасов, а остальное выкинула из рюкзака. Она не вернется сюда до тех пор, пока не закончит операцию.

Последний день начался с того, что проклятое бревно весом вполовину ее собственного, казалось, уже тянуло на целых два. Так с двойным грузом Квити и стартовала. Она пошатнулась, и тут же, вместе с роем мошкары, на нее налетели сомнения. Как если бы каждая крошечная мушка была ожившим вопросом: сможет ли она сделать это?

— Да, я смогу! Я сделаю! — воскликнула она, утвердительно шмыгнув носом — и из него немедленно закапало. Будь у нее хоть капля лишней энергии, она бы непременно рассмеялась.

Упряжь привычно натирала спину и плечи. Квити напоминала себе вьючное животное. Этому немало способствовала крутизна подъема; собственный вес и неподъемная ноша довершали дело. И еще мокрые глаза и нос. Правда, капли теперь падали прямо на землю, а не на подбородок. Квити явно делала успехи.

Но силы таяли с каждым шагом. Она знала, что ее не хватит надолго. Тяжесть орудия разбивала на мелкие осколки ее стойкость.

Нужно что-то предпринять. Она так надеялась, что до этого не дойдет. Но выбора не было — ей придется задействовать последние резервы, уходившие на самовнушение. Это очень опасно. Разумеется, ее тело будет продолжать двигаться вперед, но сознание утонет в потоке бредовых наваждений.

Квити решилась, и в одно мгновение провалилась в какой-то полутранс. Теперь вес плазмомета сразу уменьшился до обычных размеров, и Квити прибавила ходу. Она чувствовала себя явно лучше, но понимала, что это всего лишь иллюзия. Ей не хотелось растрачивать эту резервную энергию — когда она иссякнет, с Квити будет покончено.

Она достигла уступа и двинулась по горизонтальной поверхности. Должно было бы полегчать, но этого не произошло. Ее мускулы приближались к точке абсолютной усталости, которую не мог преодолеть даже транс.

Затем послышались голоса, и Квити поняла, что сознание сломлено. Это было так, как если бы протеин, необходимый для мышц, вытекал из ее мозга, истощая рассудок. Она слушала — больше ничего не оставалось.

— Тебя свалила с ног наша маленькая шарада, а, милашка? Плохо, плохо! — Это был голос старшего офицера, того, кто отправил ее на это задание.

— Я всегда верил в тебя, моя сладость, но по правилам я должен дать тебе шанс, вот я и даю. Я посылаю тебя на то, что отдает дерьмом, если ты понимаешь, о чем я.

Беда в том, что голоса казались все более и более реальными по мере того, как силы ее покидали. Еще немного и она им поверит. И тогда она сделает то, о чем они ей нашептывают, сделает все что угодно. Ради дела она должна удержаться на том последнем клочке реальности, что еще у нее остался.

— И вот здесь это нежное, такое округлое и такое ласковое. Они рассказали о том, как и когда ее схватили. Все они пытались, конечно, но только один из них смог доказать.

Она еще не воспринимала этот голос. И это был хороший знак.

«И когда они приземлятся, все и произойдет. Означенный Шпион вытащит свой игрушечный пистолет и пустит его в дело. Среагирует ли она как истинный солдат или по-женски разнюнится? Увы, она не делает ни того, ни другого — она просто таращится на него. Тогда он убивает их, и они дергают своими подбородками, и из них выливается темно-красная, как соус, кровь. Понарошку. Предпринимает ли она что-нибудь? Нет. Она все еще пялится».

Квити огибала гору. Она еще отличала реальность от вымысла, но эта определенность все таяла и таяла. Миссия — просто проверка?

«Вот он дает ей еще один шанс, — продолжал шептать голос. — Он собирается изнасиловать ее. Столь откровенно, что она должна сразу смекнуть — настоящий шпион немедленно бы бросился оповещать своих хозяев…»

Квити скривилась. Она начинала улавливать. Что она делает здесь, волоча наверх эту дурацкую пушку, когда она провалила свое испытание в самом начале?

Нет! Эта кровь была настоящей! И эта попытка изнасилования тоже была настоящей! Она вынуждена была признать это, иначе…

«Радио, милашка, — подсказал голос. — Как ты объяснишь это? Почему он не вызвал их?».

Она не ответила. В тот самый момент, когда она начнет отвечать, она окажется крепко-накрепко запертой в призрачной реальности и никогда уже не сможет вынырнуть из нее. Вот и другая ловушка свихнувшегося сознания.

Квити достигла утеса между вершинами. Было далеко за полдень, казалось, день пролетел за одно мгновение, но она уже была близко, очень близко. Голос пытался вырвать ее из реальности и почти преуспел в этом, все больше отвлекая ее от этой ужасающей борьбы за каждый сантиметр горы.

Сейчас перед ней стояла самая трудная задача — преодолеть последний короткий участок пути. Ее руки и ноги налились свинцом, а голоса все громче продолжали терроризировать ее. Стоило ли продолжать? Почему он не передал по радио? Очевидно, агент был и на другом корабле и по крайней мере один халианин присоединился к нему. Ему следовало бы передать по радио — тогда была бы возможность захватить и другой корабль до того, как он насиловал ее…

Вот оно! Он сказал, что не увидел бы ее больше после того, как переспал с ней. Поэтому он и тянул с докладом, чтобы дать себе время заняться ею. Халиане не стали бы беспокоиться о его удовольствиях. Так что он сперва вынужден был позаботиться о себе. И это стоило ему жизни. Потом же, когда она бодро отрапортовала, они поняли, что произошло и попытались захватить ее. Халиане использовали переводчика, не знавшего ее прозвища. И он также проиграл свою партию.

А сейчас она здесь, она уже видит пятно, выжженное своим пистолетом. Она сбросила свою ношу. Точнее, медленно стянула краешком сознания, все еще следя за ускользающей реальностью. Нельзя свалиться без сил именно сейчас. Она передвинула ремень и установила ствол плазмомета. Последний блик заходящего солнца отразился от поверхности лазерной пушки, и Квити узнала свою цель.

«Конечно, ты понимаешь, что проиграла, — вкрадчиво вещал голос. — Мы не собираемся разбрасываться своими кораблями. И потом все уверены, что ты мертва».

Быть может, вскоре так и будет. У нее уже нет сил карабкаться вниз к своему снаряжению, оставшемуся на полпути внизу, по склону горы. Нет пищи, нет воды, а ее организм истощен до предела. Но Квити выиграла! Она выполнила свой долг. Правда, она также потеряла и свою жизнь, но это ей ясно уже давно. Лучше пожертвовать собой так, чем попусту взорвать свой корабль, а заодно и себя!

Она точно приладила плазмомет, проморгалась, на мгновение проясняя взгляд, и поймала пушку в перекрестье прицела.

— Ну же, как вы объясните это, «призраки!»— воскликнула она. А потом нажала кнопку.

Квити оставалась в сознании до тех пор, пока не увидела, как распускается огненный цветок. Прямое попадание! Потом она забылась.

«На-ка выпей, милашка, — говорил офицер, подталкивая свободно парящий тюбик к ее рту, — да помедленнее, не то задохнешься». И спустя мгновение: «О-о! Мне не следовало называть тебя так, ведь правда? Прошу прощения Квити».

— Зови как хочешь, все равно тебя нет, — пробормотала она. — Я может и мертва, но дело сделано. Теперь ты уже не сможешь навредить мне.

— Она бредит, сэр, — произнес другой голос; — Но скоро должна прийти в себя, все жизненные центры в порядке. Крепкая девочка.

Жидкость начала оказывать свое действие. Квити открыла глаза. Она лежала на корабельной койке, и старший офицер держал перед ней бутылочку, выдавливая содержимое ей в рот. Судя по всему, это была, по-видимому, ее последняя фантазия. Впрочем, она ей нравилась — слава Богу, не все «призраки» так уж плохи.

— Я не жду, что ты переваришь все прямо сейчас, Квити, — голос офицера. — Но я обязан рассказать тебе все сам, пока еще не ушел, поскольку здесь есть и моя вина.

Потягивая из бутылочки, Квити удовлетворенно слушала фантома, а сила потустороннего эликсира вливалась в нее. Она мечтала проспать весь день и даже больше. А потом прийти в себя. А сейчас это происходит гораздо быстрее, чем в ее мечтах. Впрочем, в иллюзорном мире все возможно.

— Это была проверка, но не такая, как ты воображала, — продолжал он. — Понимаешь, халиане смогли как-то повлиять на некоторых из наших и заставить их работать на себя. Мы не знаем, какой возбудитель они используют, это было как раз частью того, что мы хотели обнаружить. Мы даже не знали их агента. Но сузили круг до нескольких человек, полагая, что уж среди них-то точно есть шпион. Вот мы и запихали всех наших подозреваемых в одну экспедицию и…

Для привидений это уже слишком.

— Меня тоже подозревали? — требовательно спросила она.

Он кивнул.

— Не так уж много ваших во Флоте, мы не были абсолютно уверены в твоей полной лояльности, на тебя могли надавить или чем-нибудь соблазнить. Да и вообще, молодая привлекательная женщина в исключительно мужской компании — тут можно и вознегодовать.

Он еще и издевается! Квити замкнулась.

— За каждым из вас следили. Даже за Айвеном, единственным на вашем корабле, знавшим обо всем. Когда шпион — или шпионка — себя обнаружит, Айвен должен был активировать некоего жучка в своем кармане и лишить вас всех сознания до тех пор, пока не разоружит и не изолирует агента. Но когда все случилось…

— У него не было ни единого шанса, — закончила она. — Генри сразу же выстрелил. Айвен держал плазмомет, когда, — она остановилась. Ведь она объясняется с фантомом!

— Никто из вас не имел шанса, — согласился офицер. — Даже на втором корабле. За исключением одного из вас, ранившего шпиона, которого и сожрали прибывшие халиане. Эти твари не пользуются услугами тех; чья работа закончена и кто превращается для них в обузу.

— Проверка на вшивость? — переспросила она, уловив только сказанное ранее. — Ты все слышал?

— Мы слышали все — вплоть до твоего сообщения по радио, — подтвердил офицер. — Жучок сидел в радиорубке и был запрограммирован на сброс закодированного сообщения, когда включали радио. Так мы отследили весь твой великий поход до самого последнего момента. — Он улыбнулся: — Когда взорвалась вторая батарея, мы экстраполировали ситуацию и поторопились прийти за тобой. Теперь это стало безопасно, ты ведь понимаешь, у них не оставалось пушек. Ни одной. Попытайся мы раньше… — Он покачал головой.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22