Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Житие и подвизание иже во святых отца нашего Порфирия Газского

ModernLib.Net / Диакон Марк / Житие и подвизание иже во святых отца нашего Порфирия Газского - Чтение (стр. 1)
Автор: Диакон Марк
Жанр:

 

 


Марк Диакон
 
Житие и подвизание иже во святых отца нашего Порфирия Газского

Житие Порфирия Газского

 
      Житие Святого Порфирия, епископа Газского, принадлежит перу друга и ученика Святителя, диакона Марка, и представляет один из поучительнейших и любопытнейших памятников агиографической литературы. Перевод сделан нами по греческому подлиннику, изданному Мор. Гауптом в Трудах Королевской Академии Наук в Берлине, за 1874 г.; стр. 171-215.
      1. Хорошо зреть очами (ибо зримое делается достойным любви) подвиги святых мужей и их божественную ревность и желание, но вместе с тем приносят не малую пользу и повествования лиц точно знающих, проникающие в души слушателей. Зрение более верно, чем слух, но убедителен бывает и слух, если то, что говорится, исходит от лиц, достойных веры. Если бы повествование о полезном было не легкомысленно и если к истине не примешивалась бы ложь, то письменное изложение такового было бы излишним, так как истина, постоянно, по преемству передаваемая слуху последующих поколений, была бы достаточна для их назидания. Но так как время искажает, частью вследствие забвения, частью вследствие небрежения, то я по необходимости пришел [2] к настоящему писанию, для того, что бы, вследствие продолжительности времени, не впал в некое забвение сей святой муж – я говорю про преподобного Порфирия. Воспоминание об его подвизаниях есть целительное врачество для слушателей.
      2. Нелепо, что трагические поэты и другие подобные писатели тратят слова на смех и старушечьи басни, а мы пренебрегаем, предавая забвению, святыми и достопамятными мужами. И какому я, по справедливости, подвергнусь наказанию, если не предам письму жизнь сего боголюбивого мужа, жизнь, наставницу философии, того, кто ревновал по жизни небесной? Мы расскажем об его бранях и восстаниях не только против предводителей и защитников идолослужения, но и против целого народа, исполненного всякого безумия. Ибо он помнил слова блаженного апостола, который говорит: Приимите вся оружия Божия, да возможете противитися в день лют и вся содеявше стати. (Ефес. 6, 13). Облекшись в такое всеоружие, названный апостол выступил на подвиги; но и Порфирий, имевший таких и толиких противников и вступивший в подобное же состязание, получил и равную победу, и воздвиг посреди Газы трофей – основанную им святую Христову церковь. Доставила же ему победу не человеческая природа, но мысль, привлекающая божественную благодать: ибо быв теплейшим любителем Христа, он решился терпеть и делать все. Сколько вражеских нападений выдержал [3] таковой муж от своих противников, сколько перенес обманов и насмешек?
      3. Но так как не возможно рассказать о всехвальном муже всего, так как оно и много, и многим кажется невероятным, то я изложу немногое, что запомнил, так как большинство времени прожил с ним и наслаждался оною блаженною и изумительною душою, живущею с ангелами. Кто по справедливости не будет восхвалять восприявшего все виды добродетели? Но мы знаем, что ни одно слово не может достигнуть добродетели такого мужа; все же следует отважиться, полагаясь на его святые молитвы. Я напишу его похвалу не горделивым словом, ибо не красноречие обыкновенно украшает жизнь таких, но добродетельные дела возвеличивают самое изложение. Посему и я, полагаясь на святые молитвы названного преподобного мужа, приступаю к сему писанию, испрашивая чрез них у Господа Иисуса Христа благодать и помощь на то, чтобы иметь возможность рассказать по какому бы ни было предлогу о добродетели святого мужа; прошу и читателей этого писания верить в то, что говорится, так как я был зрителем добродетели мужа, живя и плавая и сострадая с ним до последнего дня здешней его жизни. Отсюда пусть будет начало моего повествования.
      4. Есть Палестинский город Газа 1, находящийся на границе Египта, город не неизвестный, но весьма [4] населенный и принадлежащий к видным городам. В это время в нем процветало безумие людей относительно (почитания) идолов.
      Архиерейство в нем принял восхваляемый нами Порфирий. Отечеством он имел – на небе Иерусалим (к нему он и был приписан), а на земле – Фессалонику 2, и род его был знатен. Им овладела божественная любовь оставить отечество и знаменитость рода и неисчислимое богатство, и посвятить себя монашеской жизни. Отплыв из Фессалоники, он прибыл в Египет и тотчас устремился в Скит, и немного дней спустя был удостоен честного образа. Пробыв там со святыми отцами пять лет, он был объят другою божественною любовью поклониться святым и досточтимым местам Божиим; побывав там и поклонившись, он ушел в пределы Иордана и поселился в пещере, пребыв в ней также пять лет в большом утеснении. Вследствие большой сухости и непостоянства (климата) этих мест, он впал в тяжкую болезнь, и видя себя в крайней опасности, по смотрению (Колосс. 1, 25), призывает одного из знакомых взять его в Иерусалим. Болезнь же была скирр в печени с постоянною весьма тонкою лихорадкою. Когда таковая болезнь усиливалась и беспрестанно колола его внутренности, и тело его изнурялось, он неопустительно каждый день обходил святые места, согнувшись, не будучи в состоянии выпрямиться во [5] весь рост, но опираясь на жезл. Случилось в это время, что и я отплыл из Азии ради поклонения честным местам, и прибыв туда, пробыл долгое время, питаясь от своего рукоделия – я обладал искусством каллиграфа. Видя преподобного постоянно приходящего во Святое Христово Воскресение и в другие молельни, я удивлялся, что при толикой телесной недуге он не перестает так себя терзать.
      5. В один день, встретив его на ступенях Мартириума, созданного блаженным царем Константином 3, при чем он не был в состоянии двинуть вперед ногу, я подбежал, и протянул ему руку, убеждал опереться на нее и подняться по ступеням. Он же не захотел, говоря: Не подобает мне, идущему испрашивать прощение грехов, опираться на чужие руки. Позволь, брате, Богу видеть труд мой, дабы, по неизреченному своему милосердию, помиловал и меня. Он ходил и слушал Божия словеса, внимая учителям, и всегда участвуя в таинственной трапезе, и затем возвращался в свое жилище. Было ясно, какую он вел жизнь. Свою болезнь он презирал на столько, что полагал, будто имеет ее в чужом теле: надежда на Бога освобождала его от нее.
      6. Одно его печалило и угрызало, что оставалось его имущество, а не было, по евангельскому слову, продано и роздано нищим (Матф. 19, 21). Виною этого [6] препятствия было то, что у него остались братья, бывшие еще в младенчестве, когда он оставил родину. Скорбя об этом, он просил меня, сделавшегося уже близким ему (я ему прислуживал по причине его немощи), отплыть в Фессалонику и произвести раздел с братьями; и дав записку с приказанием и препоручив меня Господу, отпустил, снабдив меня на расходы весьма небольшими деньгами: он не имел их в обилии. Тогда я, тотчас придя в Аскалон 4 и обретя корабль, отправился и через тринадцать дней благополучного плавания прибыл в Фессалонику; предъявив письменное приказание, я разделил имение с братьями его. Я продал им доставшиеся мне поместья за три тысячи золотых, одежду же и серебро взял с собою, а также и других тысячу четыреста золотых, и собрав все, через три месяца отплыл назад, прибыв в гавань Аскалонскую 5, через двенадцать дней. Там, наняв животных и нагрузив их, я пришел во святой град. Треблаженный, тотчас, как увидал меня, обнял с радостью и слезами (и радость может вызвать слезы), я же его не узнал: тело у него было весьма здоровое и лицо румяное. Я обращал взоры, часто смотря на него, он же уразумев и ласково улыбнувшись, сказал:
      7. «Не удивляйся, брат Марк, видя меня [7] здравым и крепким, но узнай причину здравия и тогда изумись неизреченному человеколюбию Христа, так как то, в чем отчаялись люди, им благоисправляется». Я же просил его рассказать мне причину выздоровления и то, каким образом он уничтожил болезнь. Он же ответил мне: «Назад тому сорок дней, когда я был в бдении святого Воскресения, объяла меня несказанная боль печени и, не вынося страданий, я, отойдя, прилег близ святого Краниева места и от большой боли пришел как бы в исступление и увидал Спасителя, пригвозденного на кресте и одного из разбойников, висящего с ним на другом кресте. Я начал кричать и говорить слова разбойника: «помяни мя Господи егда приидеши во царствии си» (Лук. 33, 42). И Спаситель, отвечая, сказал висевшему разбойнику: «сойди со креста и спаси сего лежащего, как и сам был спасен». И разбойник, сойдя со креста, обнял меня и облобызал, и протянув десницу, восставил меня, говоря: «приди к Спасителю». И тотчас я встал и прибежал к Нему и увидал, что Он сошел со креста и сказал мне: «возьми древо сие и храни». И взяв сие честное древо и подняв, я тотчас пришел в себя от исступления и с того часа прекратилась у меня боль и не видно даже места болезни».
      8. Я же, услышав это, изумился и прославил Бога, всегда оказывающего милосердие призывающим его. И с того времени еще более стал назидаться [8] мужем (я считал его во истину рабом Божиим) и, передав ему все, что принес, остался у него, прислуживая ему и наслаждаясь его духовными словесами. Воистину это был человек непорочный, кротчайший, сострадательный, имевший рассуждение в божественном писании и разрешавший, как никто другой, недоуменные в нем места (он не был непригоден и к внешнему учению), встречавший и заграждавший уста людям неверным и зловерным, нищелюбивый, сострадательный, имевший не далеко слезы, почитавший старцев, как отцов, юношей, как братьев, детей, как сыновей, имевший нрав кроткий и смиренный, не притворно, но истинно (ибо не было в нем коварства), смиренномудрый до того, что достиг конечного бесстрастия, негневливый, незлопамятный, не дозволявший солнцу зайти в гневе его (Ефес. 4, 26), умертвивший все страсти, кроме гнева, который питал к врагам веры.
      9. Взяв от меня деньги и другое, что я привез, и продав одежды и собрав множество серебра, остальные драгоценные сосуды он в короткое время роздал нуждающимся не только во Святом граде, но и в других городах и весях и монастырях, преимущественно бывшим в Египте: ибо бывшие там монастыри были весьма бедны. И для приходивших странников он был вторым Авраамом. Вследствие чего в кратчайшее время он роздал все свое имущество, так что сам нуждался в ежедневном [9] пропитании. И он посвятил себя ремеслу кожевника, моча и сшивая кожи, во всем подражал оному божественному апостолу, не хотевшему даром есть хлеб (II Сол. 3, 10); и хотя был в состоянии добывать себе пропитание другим рукоделием, однако желал во всем сделаться подражателем сказанного славного мужа, в бедах, и трудах и гонениях, в опасностях моря и в восстании язык (II Кор. 6, 4; 11, 26). И я приглашал его жить сообща со мною, (ибо у меня были и излишки от моих занятий), он же не соглашался, говоря: «мы ничего не внесли в мир и не можем вынести ничего» и еще говорил: «аще кто не делает, ниже да яст» (II Сол. 3, 10). Я же со дерзновением сказал ему: «Почему же, когда ты благоденствовал, ты не работал и не позволял работать и мне?» Он же мне отвечал: «То, над чем я прежде работал, было больше и многообразнее нынешней работы; ибо последняя кормит одного или другого, прежняя же кормила тьмы и не только питала оные толпы, но и доставляла духовную пищу душе моей». 10. При таких обстоятельствах епископ Святых мест Праилий 6, услышав об имени и подвизаниях преподобного Порфирия, призвал его и с большою [10] нуждою хиротонисал его в сан пресвитера и даже вверил ему хранение честного древа креста 7. Тогда мы узнали, что сбылось на нем то, что было в исступлении, когда он видел Господа на кресте и вместе с ним разбойника, и когда Господь сказал: возьми, храни мне сие древо. Блаженному Порфирию, когда он принял хиротонию, было около сорока пяти лет. Удостоенный этой чести, он не изменил прежних нравов, но пребыл в подвижническом угнетении, в посте и бдении. Пищею ему служил грязный хлеб и овощи, и то после захода солнца; в другие же святые дни он вкушал в шестом часу, употребляя и масло и сыр и моченые овощи; употреблял он один сосуд разбавленного вина ради немощи внутренностей. Такой образ жизни и такое правило он постоянно соблюдал во все время своей жизни. 11. Три года спустя после его хиротонии, случилось, что покинул жизнь епископ выше названного города Газы: это был Еней 8, епископствовавший очень короткое время. Перед Енеем же был Иринион 9, бывший и сам согражданином ангельских сил.
      Хвалы его невозможно описать мимоходом, но требовалось бы особое сочинение для описания жизни названного Ириниона, что я предоставляю другим [11] писателям, точно знакомым с его жизнью. И так, когда умер вышеназванный преподобный муж, бывшие тогда Христиане, немногие и число которых было легко определить, собравшись вместе с клиром, стали открыто совещаться, кому вручить епископство, но не пришли к соглашению, так как между ними произошел спор: одни хотели некоторых из клира, другие – из мирян. И, говоря правду, были некоторые и между клириками, украшенные святостью жизни. И когда произошло большое смущение и не приходили ни к чему, в конце концов решили вместе, чтобы пятеро из клириков и столько же из мирян наиболее известных, отправились к архиерею митрополиту 10 и просили у него в епископа того, кого откроет ему Дух Святой. 12. В то время архиерейство было вручено Иоанну 11, мужу испытанному и украшенному всяческой добродетелью. Когда жители Газы пришли к нему, то просили дать им иерея, который мог бы делом и словом противостоять идолопоклонникам.
      Услыхав это, он тотчас объявил пост и через три дня Господь открыл ему о блаженном Порфирие; он написал послание упомянутому преподобному Праилию епископу Иерусалимскому, чтобы тот прислал к нему блаженного Порфирия ради некоего вопроса из писания, который тот должен был разрешить; ибо блаженный был в состоянии разрешать от Духа Святого все, [12] казавшееся трудным в божественном Писании. Боголюбезный Праилий, уверовав в послание блаженного Иоанна, отпустил его, наказав не оставаться долее семи дней. 13. Блаженный Порфирий, услышав о содержании послания преподобнейшего Иоанна, сначала смутился, а затем сказал: да будет воля Господня. И призвав меня вечером, сказал мне: брат Марк, пойдем и поклонимся Святым местам и честному кресту.
      Должно пройти долгое время, пока мы поклонимся опять. Я же сказал: Для чего ты говоришь так, отче? Он же отвечал: В прошедшую ночь я видел Спасителя, говорившего мне так: Возврати залог, который я у тебя оставил, ибо я хочу сопрячь тебя с женою, хотя и не знатною, но добронравною; ты же возьми ее и укрась, дабы она забыла о прежней своей нищете; если она и не знатна, но мне не чужда и моя родная сестра. Ты же остерегайся, имея жену и заботясь о доме, собирать неправдою, или силою, или беззаконием, ибо прогневаешь меня и огорчишь ее; ибо и она отвращается от сих. Ты же имей только добрую готовность, и все будет даровано тебе, откуда не ожидаешь. Это объяснил мне Владыка Христос прошедшею ночью, и а боюсь, чтобы, желая искупить свои грехи, я не искупил бы грехов и многих других. Но невозможно противоречить Божией воле. 14. Сказав это, он отправился, и я с ним, и поклонившись Святым местам и честному кресту, [13] долго молившись и плакав, он положил в золотой ковчег честный и животворящий крест и заперев, вышел; пройдя к блаженному епископу Праилию, он передал ему ключи и приняв молитву, препорученный Богу, вышел. Придя домой, мы стали готовиться в путь: наняв трех животных и взяв напутствие, мы вышли; напутствием же было все, находившееся в дому. В пути нас было пятеро – сам блаженный, я, два погонщика и другой молодой прислужник по имени Вароха, которого блаженный не за долго обрел брошенным на улице в крайней опасности, увел с собою и истратив на него много, с помощью Божиею сделал его здоровым. С того времени тот остался у него, прислуживая вместе со мною. Случившееся с благочестным Варохой я расскажу впоследствии. Путешествуя этот день, на следующий мы пришли в Кесарию, и по всему городу распространилась весть о нашем приходе, ибо блаженный был известен, как нищелюбец. Мы отправились в тамошнюю странноприимницу. 15. Блаженный архиепископ Иоанн, услышав об этом, тотчас пришел к нам и обняв друг друга и помолившись, они немного посидели. И архиепископ сказал ему: «Встань, брат, Господа ради, и вкуси вместе со мною, дабы нам скорее встать на бдение Святого Воскресения». Мы пришли вечером в Субботу. Блаженный же Порфирий просил его подарить ему вечер ради трудности пути; он говорил, что [14] после первого сна он встанет на бдение. Когда же архиепископ не послушался, то блаженный, встав пошел с ним, взяв и меня (Вароху мы оставили в странноприимнице возле одежд), и по приглашению архиепископа мы поужинали. Долго беседовав о духовном и уснув немного, мы встали на бдение. 16. В эту ночь блаженный Иоанн посылает к жителям Газы, и говорит им: «будьте готовы к исходу: сегодня вы примете своего священника, мужа, которого указал Господь». И при наступлении утра, схватив блаженного, рукоположили его во епископа Газы. Он много плакал и не мог насытиться слезами, ибо говорил, что не достоин такой святыни. Утешенный с трудом жителями Газы и находившимися там Христианами, он успокоился. И совершив святую литургию Воскресения, мы опять возвратились вкусить вместе с архиепископом. 17. Он приказал нам отправляться как можно скорее, и пробыв там еще один день, мы отправились; мы переночевали в Диосполе 12 и, переночевав, поздно вечером пришли в Газу, после больших трудов и скорбей. Причина же скорби была следующая: близ Газы находятся веси при пути, которые причастны идолослужению. Жители их нарочно устлали весь путь тернием и палками, так что никто не мог и пройти, вылили на него навоз и накурили другими зловониями, так что мы задыхались от дурного [15] запаха и подвергались опасности лишиться зрения. С трудом спасшись, мы вступили в город около третьего часа ночи. Блаженный встретил это затруднение по демонскому наваждению; но он не оскорбел, ибо считал, что козни диавола происходят от того, что тот хотел отвратить праведного от вступления. 18. Мы отправились в епископию 13, выстроенную вышесказанным епископом Иринионом вместе со святою церковью, называемой Ириной. Говорят, что имя это носит она по двум причинам: жители Газы говорят, что когда город был взят Александром Македонским, то по какому то знамению, тут прекратилась война и оттого место было названо Ирини (т. е. мир); блаженный Иринион, найдя что это место почитается жителями Газы, построил на нем церковь. И оно доныне осталось под этим названием, по тому ли, что сказано выше, или по имени строителя. Туда мы отправились в построенную им маленькую епископию. 19. В этом году случилось бездожие, и все жители города приписывали это обстоятельство прибытию блаженного, говоря, что «возвещено нам Марной 14, что виновник бедствия для города есть Порфирий». И так как Бог продолжал не давать дождя в первый месяц, называемый у них Диос 15, и во второй, [16] называемый Епиллеос 16 все еще более были удручаемы. Идолопоклонники собрались в храме Марны, приносили много жертв и возносили много молитв ради этого. Они говорили, что Марна владыка дождей: говорят, что Марна есть Зевес. И когда они продолжали в течение семи дней петь гимны и выходить за город, на место, называемое местом молитвы, то, не достигнув ничего, в отчаянии вернулись к делам своим. При таких обстоятельствах, собравшиеся христиане, мужи, жены и дети, числом двести восемьдесят, молили преподобного Порфирия выйти вместе с ними на молитву и просить о ниспослании дождей, ибо был уже голод, в особенности же потому, что бездождие приписывали прибытию блаженного. 20. Преподобный послушался и, объявив пост, приказал, чтобы вечером все собрались во святую церковь для того, чтобы совершить там бдение; в течение целой ночи мы сотворили тридцать молитв с таким же количеством коленопреклонений, кроме пения и чтения. При наступлении утра, взяв изображение честного креста, при его преднесении, мы вышли с пением к древней церкви, находящейся на западе города, которую, как говорят, основал святейший и блаженнейший Асклипа 17 епископ, претерпевший многие гонения за православную веру, жизнь которого [17] и дела записаны в раю наслаждения. Придя в названную церковь, и там мы сотворили столько же молитв и, выйдя оттуда, отправились в мартирий 18 славного мученика Тимофея 19, где почивают и другие останки мученицы Маиуры и Феи исповедницы; и там совершив столько же молитв и коленопреклонений, мы вернулись в город, совершив три молитвы и три коленопреклонения. Очутившись близ города, мы нашли его запертым (был девятый час); идолопоклонники, желая рассеять народ, сделали это для того, чтобы мы не служили литии. Когда же мы оставались два часа перед воротами и никто не отпирал, то Бог, видя терпение народа, рыдания и несказанные слезы, в особенности преподобного мужа, милосердовав, как при великом Илие пророке, поднял ветер с юга, небо покрылось облаками и при закате солнца начались молния и гром, и пролился большой дождь, так что можно было думать, что это не капли, но град, ниспадающий с неба. Мы же от великой радости почти не чувствовали этого, ибо обнимали друг друга. 21. Некоторые из Еллинов, видя, коликие чудеса сотворил нам Бог, уверовав, открыли ворота и смешались с нами, восклицая: Христос единый [18] Бог, он единый победил. Они пришли с нами во святую церковь, откуда блаженный отпустил их с миром, запечатлев печатью Христа. Числом их было 127, из них 88 мужчин, 35 женщин, 14 детей, в числе которых пять дев. Мы же, совершив окончательное благодарение, разошлись каждый с радостью и миром восвояси. И толикий дождь пролился в эту ночь и на другой день, что все боялись, как бы не произошло обвала домов, потому что большинство их было из необожженного кирпича. Дождил же Господь наш Иисус Христос от восьмого дня месяца Авдунея до десятого. Авдуней у них есть месяц Январь по Римски; их месяцы предшествуют на пять дней Римским. В одиннадцатый мы справили день Богоявлений 20 Господа Иисуса Христа, с радостью воспевая и благодаря о всем, что содеяло нам его человеколюбие. В этот год присоединилось к стаду Христову, сверх 127, и еще 105. Идолопоклонники же не переставали строить козни блаженному и остальным христианам; ибо, когда им доставался архонт Еллин, они побуждали его или деньгами или безбожною своею религией обижать христиан, и от этого происходила сему блаженному необыкновенная скорбь, и он непрестанно ночью и днем молился человеколюбцу Богу, дабы он обратил их от заблуждения к своей истине. 22. Так как выше я упомянул о блаженном [19] Варохе, то расскажу о нем и остальное, Он обладал, как никто другой, ревностью о Боге и потому претерпел много зла от идолопоклонников. Раз, когда он ушел за церковным сбором 21 в одну весь недалеко от города (а тот, кто подлежал сбору, был идолопоклонник), когда стали требовать сбора, и тот хотел протянуть и отсрочить уплату, а богочестный Вароха не соглашался, произошел вследствие этого спор между ними, и нечестивый земледелец призвал нескольких подобных ему поселян, и они начали бить палками блаженного Вароху; затем, подняв его полумертвым, бросили вне веси в пустынное место, где он лежал безгласен и недвижим. На другой день, по человеколюбию Божию, проходил через это место диакон Корнилий с двумя другими христианами и, обретя боголюбивого Вароху и признав его, поднял и внес в город. 23. Когда же идолопоклонники увидели его несомого, то подумав, что он мертв, обратились в бешенство, полагая, что преступно вносить в город мертвеца, и стащив его с плеч несших, начали бить боголюбивого Корнилия диакона и двух христиан, и, привязав веревку к ноге блаженного Варохи, влекли его. В это время некоторые из братии известили об этом блаженного епископа, и он, [20] смутившись, призвал меня и трех других братий, находящихся у него, и сказал им: дерзайте братия, и бегите, теперь время мученичества. Когда же мы прибежали на место, где связали блаженного, сбежались толпы – и одни издевались над святейшим епископом, другие же, видя его терпение, что он при издевательстве не гневался, но, напротив, увещевал каждого не осквернять и не оскорблять подобострастного тела, перешли на нашу сторону и стали спорить друг с другом до ударов. Мы же, видя большое смятение, подняли боголюбивого Вароху и ушли во святую церковь. 24. Когда же увидели, что он еще дышит, то стали врачевать его, и об нем совершалось вечером и ночью усиленное моление, ибо собралась вся братия. А преподобный епископ не переставал плакать и молить Бога за него, ибо знал, каковую тот имел ревность о Боге. Когда же Бог увидел слезы преподобного священника и мольбы народа (его считали вторым Финеесом 22 против идолопоклонников), то ускорил милость свою к нему и в эту ночь открыл ему очи, и он начал говорить и просить дать ему пить. Я же, сидев возле него, тотчас побежал известить блаженного епископа и от великой радости позабыл дать ему пить: и со мною случилось то же, что с рабыней во время блаженного апостола Петра (Деян. 12, 14), когда, услыхав голос святого [21] Петра, от радости она не открыла ему дверей, но, оставив его, сперва известила бывших в доме; то же произошло и со мною. Блаженный епископ, услышав это, не был побежден душевным волнением, но оставался, пребывая в молитвах. Мы же, восхвалив его твердость и непоколебимость, оставили его и ушли, я и боголюбивый Корнилий диакон, сидевший вместе со мною при блаженном Варохе. Когда же преподобнейший епископ окончил молитвы и все последование, то, сев и сам вместе с нами, спросил богочестивого Вароху, как он сначала пострадал, и тот рассказал нам все. 25. Когда мы совещались о том, что следует делать, наступило утро и вот, защитник города 23 с двумя иринархами 24 и двумя знатными 25 Тимофеем и Епифанием и многими другими, придя, начали кричать и шуметь, говоря: Зачем внесли вы в город покойника, не смотря на то, что это запрещают отцовские законы? и при этом оскорбляли блаженного епископа. Мы же, услышав шум, вышли, и когда они увидели нас, то начали колотить меня и боголюбивого Корнилия диакона. Когда же мы стали призывать свидетелей из народа, то преподобнейший епископ [22] заградил нам уста, прося и увещевая их не гневаться столь безрассудно. Безбожные же, на сколько более их просили, на столько сильнее бесновались и оскорбляли преподобного мужа. И так как шум продолжался, то боголюбивый Вароха одушевился и наполнился ревностью о Боге: он встал, схватил палку и начал бить попавшихся и продолжал, гоня их до святилища Марны; возвратился с великою победою новый наш Сампсон, и сам поразив тысячу иноплеменников. С того времени идолопоклонники боялись его, не будучи в состоянии слышать его имя. Немного времени спустя я и боголюбивый Вароха были удостоены рукоположения во диаконы, я, будучи весьма недостоин, он же, прияв этот дар достойно и праведно. 26. Иже во святых отец наш Порфирий, видя беззакония, ежедневно совершаемые идолопоклонниками, решил послать меня в Византию просить царей об уничтожении идольских капищ: они еще действовали в Газе, в особенности так называемое святилище Марны. И составив послание в святейшему и преподобнейшему епископу Константинопольскому, слава и хвала которого упоминаются всеми, отправил меня: через двадцать дней мы прибыли, и я, отдав послание блаженному Иоанну 26, ознакомил его изустно со всем. Тот, услышав это, тотчас дал знать [23] Евтропию 27 кувикулярию 28, имевшему большую силу у царя Аркадия, и прочел ему послание блаженного епископа, попросив его помочь посланию; получив обещание, он ушел и сказал мне: будь покоен, чадо; я надеюсь на владыку Христа, потому что Он обыкновенно творит милость свою. Я же не переставал напоминать ему ежедневно, и он посылал и настаивал перед Евтропием. По истечении семи дней, был объявлен божественный указ, чтобы капища города Газы были заперты и не действовали, и это повеление было вручено некоему Иларию, сувадиуве магистриана 29. 27. Три дня спустя я отправился из Византии и через десять дней прибыл в город Газу, опередив Илария на семь дней. Я нашел преподобнейшего Порфирия нездоровым, но как только передал ему ответ блаженнейшего Иоанна архиепископа Константинопольского и прочел его, тот, обрадовавшись, выздоровел, освободившись от лихорадки. Он говорил, что получил болезнь вследствие большой скорби от идолопоклонников. Через семь дней прибыл названный Иларий вместе с двумя коментарисиями 30 консулов и большою помощью из Азота 31 и Аскалона и [24] всеми общественными властями. Тотчас он захватил трех знатных 32 и, получив от них удовлетворение, предъявил им царскую грамоту, повелевавшую, чтобы капища города Газы были заперты под опасением смерти первых этого города, и, свергнув в них всех идолов, запер их. Святилище же Марны он оставил тайком действовать, взяв за это весьма большие деньги. И идолопоклонники стали опять, по обыкновению, творить беззакония. 28. Случилось же, что произошло и другое чудо, распространившаяся молва о котором привела многих к познанию истины. Бог, будучи благоутробен, ведает под различными предлогами обращать род человеческий к своему умному свету.
      Случившееся было из таковых: некая жена из городской знати, по имени Элия, перед родами впала в великую опасность, а причиною опасности было следующее; плод у нее выходил не естественным образом, но принял обратное, неестественное положение и, так как одна рука была высунута, то остальное тело не имело возможности пройти; оно лежало поперек в утробе, и бабки не могли придать ему естественное положение. Приключившиеся жене муки были несказанны, так как боли толкали плод ежечасно; еще большую силу получили муки вследствие того, что за первым днем последовал второй, а также и третий, бывший еще более мучительным второго. Страдания [25] протянулись на семь дней, при чем болезнь постоянно усиливалась. И врачи желали сделать ей чревосечение, но увидев упадок сил ее, отказались от нее. Ее родители и муж Ирос, будучи почитателями демонов, ежедневно приносили за нее жертву, приводили заклинателей и знахарей, полагая что те помогут ей, но безуспешно. 29. У нее была верующая кормилица, которая, весьма скорбя, творила молитвы за нее в молитвенных домах. В один из дней, когда она со слезами молилась в церкви, около девятого часа вошел туда иже во святых Порфирий, и я вместе с ним, и увидел скорбящую старицу, которая со слезами молилась Богу; остановившись, он спросил ее о причине. Она же, увидев его, припала к его ногам, умоляя помолиться Христу за нее. Когда же святой узнал от жены повод, то прослезился и сам (он был чрезвычайно сострадателен) и сказал кормилице: «Я слышу об этом семействе, что оно покланяется идолам и с трудом может спастись; но все же Богу все возможно, и Он пользуется случаем для того, чтобы спасти погибающих». Пойди теперь и собери всех родных, родителей, мужа и скажи им: так как здесь есть превосходный врач, могущий ее вылечить, то, если он поможет ей избежать толикой опасности, что вы дадите ему?

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4