Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дикая полынь

ModernLib.Net / История / Цезарь Солодарь / Дикая полынь - Чтение (стр. 18)
Автор: Цезарь Солодарь
Жанр: История

 

 


      О ЧЕМ ЖЕ ВСЕ-ТАКИ ПИСАТЬ ПЬЕСУ?
      Снова и снова возвращается Дора Моисеевна к губительному, с ее точки зрения, "неевропеизму" бывших граждан социалистических стран, разочаровавшихся в Израиле. Все их беды, на взгляд госпожи Баркай, проистекают от упорного нежелания отвыкнуть от "льгот, льгот, льгот и еще раз льгот", к которым они привыкли.
      - В цивилизованном мире никто не платит гроши за квартиру, за отопление, за свет. Все платят большие деньги! А они, видите ли, привыкли к государственной поддержке. Надо отвыкать!.. Приезжают, хватают и то и се, а через несколько месяцев опомнятся и начинают плакать: "Ой, боже мой, нам столько позаписали в долговую книжечку, что мы за целый век не расплатимся!" Какая черная неблагодарность ведь, положа руку на сердце, не все записывается в книжечку, кое-что и в Израиле бесплатное... Например...
      Но, перескочив на другую тему, Дора Моисеевна примеров так и не приводит.
      (Должен признаться, я мог бы прийти ей на помощь и привести вполне конкретный пример того, что действительно "в Израиле бесплатное". Накануне мне показали объявление в израильской газете "Наша страна". Воспроизвожу его не только дословно, но выделяю прописными буквами все, что напечатано жирным шрифтом.
      "ОЧЕНЬ ВАЖНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ для олим из Советского Союза. Всем МУЖЧИНАМ, которые не проделали "брит милла" (ОБРЕЗАНИЕ) у себя или у своих сыновей (независимо от возраста), обратиться к нам. Операция проводится БЕСПЛАТНО. Мы обязуемся СОХРАНИТЬ ТАЙНУ. Пишите по адресу: Бней Брак, п.я. 1151".)
      Предельной точки кипения наш разговор с госпожой Баркай достиг, когда я по какому-то поводу упомянул свои нередкие поездки в братские социалистические страны. Пронзив меня взглядом, выражающим и соболезнование и иронию, израильская подданная спросила:
      - С вашей еврейской внешностью?
      - Представьте, не гримируюсь, - пытался я все обратить в шутку. Но хозяйка дома не унималась:
      - Вы, наверно, пешком там не ходите. И автобусом тоже, наверно, не пользуетесь... Или вас уже не трогают антисемитские клички по вашему адресу? В Венгрии, я знаю, это - обычное явление. И в Чехословакии. Слышала, что и Болгария не отстает...
      Возможно, мне следовало бы отчитать клеветницу. Или хотя бы напомнить ей, как в 1940 году сионистский эмиссар Роберт Мандлер в Праге, а в 1944 году уполномоченный сионистов Рудольф Кастнер в Будапеште, точно выполняя условия сделок, заключенных с нацистами, помогли гестаповцам "тихо и мирно" депортировать в газовые камеры десятки тысяч "простых" евреев, а за это плюс денежную мзду выторговали свободу каким-то сотням сионистских функционеров и финансовых тузов. И как болгарский народ в годы войны грудью стал на защиту двадцати двух тысяч евреев, обреченных цанковским правительством на отправку в гитлеровские концлагеря. И спас их!
      Но я не сказал этого госпоже Баркай. Тогда, в ее квартире, мне казалось унизительным для советского человека доказывать оголтелой сионистке, насколько глубоки присущие гражданам социалистических стран убеждения и чувства интернационализма. Она все равно не поверила бы, что ни в понятие "друг", ни в понятие "врат" люди, воспитанные социалистическим строем, не вкладывают никаких национальных признаков!
      В общем, довольно бурно протекал наш диалог с Дорой Моисеевной. Впрочем, не совсем диалог. Стоило ей забыть какую-нибудь дату или чье-нибудь имя, жену немедленно выручал немногословный муж Андрэ, обладатель памяти действительно изумительной, но весьма подчиненной идейным убеждениям супруги.
      Мы беседовали более трех часов. Мне полагалось бы сказать, что время протекло совсем незаметно. Не могу, однако, погрешить против правды. Хотя кубатура одной из девяти комнат первого этажа, где мы беседовали, довольно обширная, я вдруг ощутил себя в тесной, затхлой темнице, в каком-то логове, откуда надо немедленно вырваться. Нечем стало дышать.
      Не припадок ли у меня клаустрофобии? Не заболел ли я фатальной боязнью замкнутого пространства?
      Нет, вернувшись в гостиничный номер, я почувствовал себя настолько отлично, что тут же подробно записал поучительную беседу с супругами Баркай. Многое я здесь не привожу, ибо читателю, по моему глубокому убеждению, совершенно не требуется новых свидетельств того, насколько тесно современный сионизм переплетается с антисоветизмом.
      Такие свидетельства моя собеседница, в запале презрев укоризненные взгляды своего сдержанного супруга, предоставила мне с большой щедростью. А ведь она, как жительница голландской столицы, рассчитывает побывать в Советском Союзе. И намерена снова встретиться со мной. Вот почему не так уж трудно догадаться, что в одной из своих девяти комнат она многое недоговорила, очень многое. Каков же истинный масштаб закоренелых антисоветских убеждений сей рядовой, как неизменно подчеркивала Дора Моисеевна, сионистки!
      Да, чуть не позабыл! Ведь госпожа Баркай предложила мне действительно захватывающую тему для пьесы:
      - Напишите о Мише Ланском. Четырнадцатилетним подростком он из жалкого Гродно попал в ослепительную Америку. Контраст! А там Меер Ланский стал королем мафии. Королем! В Америке! Не думайте, я не считаю, что надо ему подражать. Но объективно восхищаться такой карьерой можно. Словом, постарайтесь написать эффектную пьесу, тогда самый скупой зритель - и тот не пожалеет денег на самый дорогой билет!
      Случись, попадется эта книга Доре Моисеевне, пусть узнает, что не увлекла меня она своей сенсационной темой. Все-таки меня, драматурга, взволновало как отправная точка для пьесы письмо девушки, опубликованное в тель-авивской газете "Наша страна". Опубликованное главным образом для того, чтобы сопроводить его разнузданно-клеветническим и оскорбительным комментарием журналиста А. Вайнштейна в адрес Советской страны. Вот это письмо:
      "Я ола-хадаша из СССР. Мне 20 лет.
      Я еврейка. Я люблю свою Родину - Советский Союз, а не какую-либо другую страну. Я живу здесь, в Израиле, но никогда, вы слышите, никогда не смогу назвать сионистское государство своей родиной. Приехала сюда я по принуждению родителей. Своего желания ехать сюда я никогда не изъявляла. И сейчас пишу вам, не называя своего имени, даже почерк не мой, а пишет маленькая девочка. Я это делаю, чтобы вы не узнали, кто пишет: я знаю, чем это пахнет для моих родителей. Я не могу открыто выразить свой протест только из страха перед преследованием моих родителей.
      О, с каким удовольствием я удрала бы отсюда в Союз! Израиль разбил мою жизнь. Отнял у меня университет, где я с большой охотой училась, отнял моих друзей, моих родственников, а самое главное Израиль отнял у меня любовь! Сейчас я 20-летняя женщина, не имеющая никого, кроме родителей, чьим желаниям не могу перечить. Я читаю вашу газету. То, что вы стараетесь дискредитировать Советский Союз, не обеспечит вам уважения. И ваши идиотские статьи о моей Родине претят мне и бесят меня. С большим негодованием многие олим читают вашу газету, но молчат. Каждый негодует - уж это-то я знаю, - но молчит.
      А мое терпение достигло предела, когда вы стали в своих статьях упоминать имя великого человека - Ленина. Все олим глубоко возмущены... У вас не хватает даже элементарной эрудиции, если вы пишете, что Ленин сносился с Социалистическим интернационалом в... 1929 году(!), в то время как миллионы людей знают дату смерти Ленина - 21 января 1924 года..."
      Запали мне в сердце слова девушки о том, что приехала она на чужбину, в Израиль, по принуждению родителей. По-настоящему взволновало меня это горькое признание. А год спустя в Лондоне узнал я о схожей судьбе другой девушки, учившейся в одном из медицинских институтов Белоруссии и также оставившей родину по принуждению родителей. Впрочем, на нее повлиял еще провокационный телефонный звонок сионистского подпевалы из тех, кто сам не торопится на "историческую родину", но других опутывает тенетами сионистской пропаганды. Прикинувшись студентом-белорусом, фарисей пригрозил девушке: "Слушай, убирайся вон из нашего института! И нечего тебе торчать в нашем городе. Чужая ты для нас, белорусов, понимаешь? В Израиле вашем поганом - вот где твое место, а у нас, в Белоруссии, мы тебе жить не дадим. И чем раньше ты уберешься, евреечка паршивая, тем..." Девушка не дослушала до конца всей этой гнуси. Положив трубку, она - неожиданно для родителей - покорно сказала им, что согласна поехать с ними.
      Оттолкнувшись от судьбы этой девушки, я написал и опубликовал в журнале "Театр" пьесу "Пелена". С полным правом предпослал ей такое короткое предисловие:
      "В этой пьесе - впервые за многие годы драматургической работы я не придумал ни одной судьбы, ни одной ситуации. В "Пелене" воспроизведены судьбы только тех бежавших из подвластного сионизму Израиля бывших советских граждан, с которыми я обстоятельно встречался за рубежом. И только те ситуации из их жизни, о которых они мне рассказали. Эти трагические исповеди подтверждены документами, а также вынужденными признаниями израильской прессы и сионистских функционеров. Приступая к работе, я заранее не планировал такого строго документального материала. Только прочитав написанное, я установил полную документальность "Пелены". Это дало мне право определить жанровую особенность пьесы несколько необычно, но вполне обоснованно: драма-быль".
      Да, быль, и только быль - так-то, малоуважаемая Дора Моисеевна! И я горжусь тем, что "Пелена" впервые получила сценическое воплощение на идиш в Биробиджане - там, откуда ни один человек не пожелал переселиться на "историческую родину". Это вызвало яростное неудовольствие международного сионизма, о чем мне прямо заявил в Лондоне редактор сионистского журнала "Ежеквартальное еврейское обозрение" Якоб Зоннтаг.
      В наглом комментарии к опубликованному тельавивской газетой письму упомянутый Вайнштейн, обращаясь к девушке, которая никогда не сможет назвать своей родиной чужое ей сионистское государство, приклеил ей ярлык антисемитки. Иначе и быть не могло.
      Да, весьма щедры на приклеивание антисемитских ярлычков сионисты в Израиле. Всех, кто посмел там выступать против аннексий и продемонстрировать свое стремление к подлинно справедливому миру на Ближнем Востоке, причислили к антисемитам. И писателя Абрама Наска, и художника Дана Кедара, и журналиста Ури Авнери. И, конечно же, члена Политбюро Коммунистической партии Израиля Бурштейна, заявившего в январе 1975 года на митинге левых сил в Тель-Авиве:
      "Мир должен знать, что существует и другой Израиль, а не только Израиль аннексий, экспансии и войны. Этот другой Израиль представлен в этом зале".
      К антисемитам причислены, впрочем, не только те, кто присутствовал в том зале на антимилитаристском митинге. Стоит любому израильтянину высказать сомнение в правильности захватнической политики своего правительства, как он уже "антисемит"! Такой скоростной метод пришивания ярлыков очень на руку карьеристам и стяжателям. Они давно усвоили, что клевета словно уголек: не обожжет, так хоть замарает. И "антисемита" в Израиле очень несложно выжить с доходной должности, на которую метишь сам.
      Но и в такой обстановке все больше и больше людей в Израиле открыто говорят, что не мир - страшная угроза государству, а война.
      РЯЖЕНЫЕ И ЗАГРИМИРОВАННЫЕ
      Тринадцать лет было Яше Цанцеру, когда гитлеровцы в луцком гетто умертвили его родителей. На глазах у сына.
      Нашлись люди, сумевшие под носом у фашистской охраны вывезти мальчика из гетто на подводе, груженной картофельной ботвой.
      Свобода? О нет, ведь Яша все еще находился на оккупированной врагами территории. Всюду его подстерегала смертельная опасность. Долго мальчик брел по лесам, полям, околицам. Брел ночами куда глаза глядят.
      И набрел в польском селе Любановке на словацкого крестьянина Нозефа Кунешека. Томительных два года укрывал Кунешек еврейского мальчика от гитлеровских ищеек. В этом ему помогали односельчанеполяки.
      После войны шофер Яков Цанцер навестил своего спасителя уже в свободной Словакии.
      Миновали годы. В Израиле, а затем в Бельгии, куда Цанцер бежал из сионистского "рая", воспоминания о мужественном словаке не оставляли его. Эти воспоминания вселяли в него надежду на то, что ему хоть кое-как удастся встать на ноги после рокового для семьи поступка переезда в Израиль. И не только Цанцер, но и жена и его гаденькие сыновья при любом случае с жаром рассказывали, как, рискуя жизнью собственных детей, словацкий крестьянин спас жизнь еврейскому мальчику.
      В Роттердаме Цанцера неожиданно навестил какой-то молодой незнакомец.
      - Забудьте легенду о благородном словаке, - со злобной насмешкой сказал он.
      - Какая легенда! Словак спас меня! И польские крестьяне помогли ему укрыть меня!
      - Словаки - антисемиты. И поляки - антисемиты. Вы забыли, к какому лагерю они принадлежат. Их социализма нам не надо. Хороший еврей не имеет права прославлять их гуманное отношение к нему.
      - Но так было!
      - Не было. С этой минуты, вы поняли? Не было!.. Надеюсь, больше мне убеждать вас не придется? Вы здесь ведь не тревожитесь за ваших детей, правда?
      Вопрос был задан с садистским хладнокровием, и у Цанцера защемило сердце от страшной тревоги за своих мальчиков.
      Услыхав от него в Брюсселе эту историю, я спросил:
      - А кто же был тот незнакомец?
      - Предупредить меня ему поручил "Союз сионистов-революционеров Бельгии".
      "Сионистов-революционеров"? Вероятно, это оговорка, подумал я. Цанцер разволновался и напутал.
      Нет, не напутал и не оговорился. Действительно, в Бельгии, существует такая организация. И ее члены старательно подчеркивают свое "социалистическое" направление. Новоявленные "революционеры" примкнули к программе, принятой на международном конгрессе студентов-сионистов в израильском городе Араде. В этом документе можно без труда распознать голос Бэра Борохова, давнего проповедника так называемого сионистского "социализма". И прежде всего, конечно, предательскую небылицу о "классовом мире" между еврейской буржуазией и еврейскими трудящимися.
      После конгресса слово "социализм" как из рога изобилия посыпалось из уст сионистских пропагандистов "левого" толка. Особенно щедра на социалистическую терминологию пропаганда, нацеленная на Советский Союз и другие страны социалистического содружества.
      Зачем же заядлым сионистам понадобилась такая маскировка сегодня?..
      Противникам социализма понятно, что обращаться к советскому народу с идеей возврата капиталистических порядков - дело ныне безнадежное. Вот они и рядятся в одежды радетелей "демократизации" социализма, его "исправления", его "улучшения". Подобными заботами они пытаются подорвать изнутри Советскую власть, ликвидировать завоевания социализма.
      Действительно, полистаешь газету "Ниве Исраэлитисе веекблаад" и многие другие издания сионистских организаций Бельгии и Голландии и диву даешься: трудно встретить термины "сионизм", "сионисты", "национализм". Зато обильно мелькают слова "социализм", "социализм с новым лицом", "социалистические круги Израиля", "демократия", "трудящиеся евреи" и даже "интернационализм".
      Не только пресса, но и сионистские активисты тоже проходят чуть ли не прямую аналогию между сионизмом и социализмом.
      Известная уже читателям госпожа Баркай твердила мне:
      - Сионизм - это движение, положа руку на сердце, социалистическое. Можете смело называть нас израильскими патриотами, но не забывайте добавлять: социалистическими.
      А миллионер Брахфельд, в беседе со мной часто заменявший слово "сионист" словами "трудящийся" или "патриот", развивал такой тезис:
      - Израиль был задуман как социалистическое государство, где национализируют максимум средств производства и до минимума ограничат частную собственность. Но непрерывные войны и колоссальный приток иностранных капиталовложений плюс наплыв международных фирм сломали задуманную модель и превратили еврейское государство в обычное демократическое государство по образу и подобию западноевропейских и американских. Вы называете такие государства капиталистическими, буржуазными. Что ж, капитал и буржуазия играют в Израиле главную роль, но дух там доминирует социалистический. Сегодняшний сионизм, я вас уверяю, очень и очень социалистичен.
      Сопоставьте эти рассуждения богача коммерсанта, исповедующего теорийку "всемирной еврейской нации на службе у ее исторической родины" и ратующего за обязательное переселение в Израиль со всего мира еврейской... бедноты, с высказываниями видного бельгийского общественного деятеля Рик Зиффера, президента прогрессивного Союза бывших участников Сопротивления еврейской национальности в Бельгии:
      - Давно известно: насколько интернационален пролетариат, настолько же космополитичен капитал. А его верное детище сионизм тоже исповедует космополитизм, без которого сионисты как без рук. Какой же ширмой они прикрывают свои космополитические устремления? Сказками о своем интернационализме. Они почувствовали, что в наши дни интернационализм - хорошая приманка, что за интернационализмом людям видятся очертания социализма. Вот и стали всякого рода "левые" сионисты трубить о своих интернациональных симпатиях. А по сути, они так же интернациональны, как, например, интернационален какой-нибудь крупный концерн, объединяющий промышленные фирмы Бельгии, Англии, США и еще нескольких государств. Крупнейшие моноплии и концерны мира, как известно, делят между собой сферы влияния. Своему верному слуге сионизму они тоже выделили немалую сферу влияния. И очень спокойно реагируют на сионистский шумок о его социалистических устремлениях. Они знают, как беззастенчиво под этот шумок делают свое дело сионистские "ультра".
      Приглядимся к практике западноевропейских сионистов и сразу же увидим, что ее "социалистическую" направленность верно оценил не Брахфельд, один из финансовых тузов бельгийского сионизма, а Зиффер, стойкий прогрессивный деятель. Не случайно именно на него немало клеветы излил Роже Катц, пробравшийся к руководству объединением евреев-партизан, а сам не имеющий никакого права носить гордое имя партизана. Роже Катцу трудно примириться с тем, что Зиффер и его товарищи выступают с разоблачением того, как и для чего международный сионизм сегодня подкрашивает свое шовинистическое обличье "социалистическим" гримом. Факты, грозные факты неумолимо смывают этот грим.
      В ФРГ тоже нашлись лидеры еврейского буржуазного национализма, объединившие свои организации Социалистическо-сионистский союз. Они даже поленились сочинить какую-либо захудалую "программку", хотя бы формально чуть-чуть не схожую с идеологией обыкновенного сионизма. Сойдет и без программы, решили они. Достаточно только названия, в котором звучит слово "социалистический". Уже одно это облегчит им работу. И объявили себя примкнувшими к Союзу радикальных сионистов, объединившему после упомянутого конгресса в Араде более семидесяти американских и канадских групп сионистов.
      Грубой, топорной сочли голландские сионисты такую работу своих западногерманских единомышленников. Смекнув, что откровенно шовинистические взгляды ортодоксальных, большей частью пожилых, сионистов и их призывы обособиться от "остального" мира отпугивают в наши дни молодежь, они поступили хитрее. Наиболее мобильные из них объявили себя "критическим" движением сионизма. И чтобы поразить всех смелым шагом, даже отмежевались от обветшалой "Иерусалимской программы". Затем выдвинули туманный лозунг сомнения в изоляционистской политике ортодоксального сионизма и стали шуметь о своем надежном интересе к борьбе вьетнамского народа, к социальному пробуждению Африки, забастовочному движению во всем мире. Ополчились против правой группировки "мизрахистов", придерживающихся программы израильской национально-религиозной партии. И даже выступили против старого руководства Нидерландского союза сионистов, заставив престарелого М. Телса уступить место председателя главного правления более молодому и "гибкому" С. Койену.
      И теперь в выступлениях нового председателя чаще слышится социалистическая терминология.
      Да, в красивых словах социалистического и интернационального оттенка недостатка нет. А что изменилось по существу?
      Ничего. По пословице: тех же щей, да пожиже лей!
      "ДВОЙНЫЕ" СТАНОВЯТСЯ "ТРОЙНЫМИ"
      Еще неистовей, нежели ортодоксальные, так называемые "критические" сионисты клевещут на государственный строй социалистических стран и не менее усердно отталкиваются в своей пропаганде от стародавнего, но столь живучего в еврейской буржуазно-националистической среде высказывания Герцля о том, что "все народы мира - это явные или скрытые антисемиты". Правда, "критические" сионисты несколько сузили герцлевский масштаб и, закрывая глаза на рост антисемитских акций, скажем, в США, включают в антисемитскую зону только государства социалистического содружества.
      Двое "критических" сионистов, по их словам, студентов, - юрист Михель Элькинд и его приятель, социолог, в амстердамском Доме Анны Франк вызвали меня на разговор. Начали они с утверждений, что в Советском Союзе дневник Анны не издан и имя ее никому не известно. А закончили восхвалением полнейшего "равноправия" евреев в США в противовес их "бесправию" в странах социализма.
      - Вы бывали в Америке? - спросил я неожиданных собеседников.
      - Я был, - отозвался Элькинд. - В позапрошлом году.
      - Город Буффало посетили?
      - К сожалению, не пришлось. Через Буффало, знаю, ездят на Ниагарский водопад, а мы Ниагару не осматривали.
      - А я осматривал. И возвращался с Ниагары через Буффало. Мы основательно проголодались, И продрогли, было это в феврале. Миссис Анна, гид нашей группы спортивных корреспондентов, утешала нас тем, что обед в одном из популярных отелей Буффало будет вкусным и сытным. Но когда она назвала отель, водитель автобуса растерянно взглянул на нее. Миссис Анна подошла к водителю. Озираясь на нас, они зашептались. После обеда мы стали подтрунивать над миссис Анной: о чем же она так таинственно шепталась с красивым водителем? Она смутилась и нехотя объяснила нам: "Я недавно работаю на этом маршруте и не знала, что в Буффало есть отели, не желающие... словом, не обслуживающие евреев. А надпись об этом на дверях отеля могла... словом, огорчить советских корреспондентов".
      - Единичный факт! - воскликнул будущий социолог.
      - Далеко не единичный. Не переведена ли на голландский язык книга американского публициста Стетсона Кеннеди, называется "Путеводитель по расистской Америке"?
      - Надоевшие песни о преследовании негров?
      - Не только негров. И не песни. Факты. Сотни фактов государственной и частной дискриминации евреев в штатах, городах, университетах, торговле, банках. Особенно это коснулось тех, кого вы именуете сефардами. Кстати, о песнях. Американские сефарды, как и другие смуглокожие, распевают горькую песенку с таким припевом: "Если ты белый - в порядке дело, со смуглой кожей - будь осторожен, но если ты черен, черен до пят, путь твой назад, лишь назад и назад!" А в Америке можно встретить и "черных до пят" евреев, например, в чикагской еврейско-негритянской общине. Правда, для американских сефардов имеется слабое утешение: в ряде городов и штатов, в некоторых учреждениях и институтах ограничения в правах распространяются и на белых евреев.
      - Ну, знаете, сравнивать американских евреев с американскими неграми, - насмешливо прервал меня Элькинд, - это уже демагогия! Да будет вам известно: среди американских евреев есть даже такие, которые активно защищают негров!
      - А к чему приводит подобная защита - красочно показал американский писатель С.X. Томпсон в рассказе "Унижение". Еврей, бежавший из гитлеровской Германии, на шестой год своего пребывания в США получает предметный урок расизма, направленного и против негров, и против евреев.
      Мои неожиданные оппоненты из породы "критических" сионистов подчеркнуто рассеянно выслушали короткое содержание рассказа Томпсона. Надеюсь. читатели ознакомятся с ним более внимательно.
      В кафе, где бежавшего от нацистов еврея знают и ценят, как постоянного посетителя, подгулявший "чистокровный" американец хочет вышвырнуть на улицу двух мулаток. Еврей убеждает разбушевавшегося молодчика оставить мулатом в покое. Тогда хулиган расистских воззрений, еще ранее обративший внимание на "подозрительно странный акцент чужака", тут же наносит ему ножом кровавую рану. А служащие кафе, ранее привечавшие еврея, не только не вступаются за него, но еще с многозначительной неприязнью советуют ему "не принимать никаких мер". И раненый под насмешливые взгляды присутствующих покидает кафе. Испытавший ужасы гитлеровского расизма, этот новоявленный американец с горечью сознает, что прослыть "покровителем черномазых" для еврея в Америке вдвойне опасно, что многие "чистокровные" американцы этого никогда не прощают "неполноценным".
      - Беллетристика!
      На этом восклицании представители "критического" сионизма предпочли прекратить нашу дискуссию.
      Жаль, тогда в Амстердаме я еще не мог проинформировать этих господ, как в США дискриминационные ограничения начинают чувствовать даже "сильные мира сего" еврейской национальности. Парадоксально, но факт!
      Уже возвратясь из Бенилюкса домой, я прочитал в "Знамени" интересный очерк С. Кондрашова "Свидание с Калифорнией". Оказывается, в Сан-Франциско самый закрытый клуб не "Банкирский", где годовой взнос составляет три тысячи долларов, что равно годовому доходу шестнадцати процентов сан-францисских семей. Нет, самый закрытый - это клуб "Саут Пасифик": туда не принимают евреев...
      О своих стычках с "критическими" сионистами рассказали мне еврейские выходцы из Польши, которых я встретил в припортовом районе Роттердама. Однажды к ним наведался некий Фальцман и важно заявил о своей близости к самому "левому" журналу "критических" сионистов. Журнал этот настолько, сказал он, социалистичен и интернационалистичен, что даже признает право палестинцев на свое государство, правда, вне захваченных Израилем земель. После такой увертюры Фальцман укорил лавочников в недостойной пропаганде: как, мол, смеют они распространять слухи, что в оккупированной нацистами Польше им спасли жизнь советские войска! Такое не должно, боже упаси, повторяться.
      Чтобы окончательно перевоспитать крамольников, представитель "критических" всучил каждому за семь гульденов журнал, где гвоздем номера была статья о "колонизированных" народах Советского Союза.
      - Мы боялись сказать Фальцману хотя бы одно слово, - говорит один из совладельцев магазинчика, громко именуемого "Висла". - Уж лучше его журнал за деньги, чем бесплатно пачки книжек под названием "Азбука сионизма - от "А" до "Я". Нам приказывали раздавать эти книжечки морякам с пароходов из социалистических стран. Мы умоляли: не давайте нам этих книжечек, моряки швыряют их нам в лицо. А сионистские уполномоченные топают на нас ногами: "Вы обязаны помочь нам. Советские моряки должны узнать, кто за настоящий социализм!"
      Кстати, моряки с нашего торгового теплохода "Кегостров" рассказывают, что книжечки под таким же названием им пытались всучивать и в американском порту Филадельфия. Морякам захотелось расспросить одного из распространителей сионистской азбуки о его идейных убеждениях. А он только развел руками:
      - Какой я сионист - я ведь не еврей. Я обыкновенный рассыльный и получаю за свою работу почасовую плату.
      Как видите, у своих заокеанских собратьев заимствуют методы работы голландские сионисты, ряженные и загримированные под социалистов. Мало им помогают, однако, чужие наряды и грим.
      Их, исповедующих сионистский вариант "социализма", не причислишь даже к "двойным". Эти, пожалуй, уже "тройные". Они, во-первых, пользуются правами граждан страны, где проживают. Они, во-вторых, рьяно выполняют обязанности израильских подданных. Они, в-третьих, старательно притворяются горячими приверженцами ненавистного им социализма.
      КОРНИ МАСКАРАДА
      Я рассказал бегло и далеко не обо всех хитрых методах "социалистической" мимикрии, спекулятивно используемых сионистами Западной Европы. Особенно грязные методы применяют отделы по работе с молодежью, имеющиеся в любой сколько-нибудь значительной сионистской организации. Хорошо сказала об этом Шендля Вольман, широко известная еврейским кругам Бенилюкса под своим партизанским именем Маги:
      - Сионистские руководители уже давно спекулируют на идеологической неграмотности рядовых сионистов. А за последнее время, особенно опасаясь дискуссий с идейными противниками, настолько замкнулись в своей скорлупе, что идейно их кадры катастрофически деградируют. Многим молодым сионистам их старшие наставники просто заморочили голову заманчивыми словами. И некоторые юноши и девушки из их организаций колотят себя кулаком в грудь: мы еврейские социалисты, мы сионистские интернационалисты! И еще обижаются, когда над такими клятвами смеются. Если о социализме им еще хоть кое-что разрешают говорить, то разговоры на интернациональные темы сионисты выжигают каленым железом. Стоит сионистам услышать, что в партизанских отрядах бельгийского Сопротивления советские бойцы сражались рядом с фламандцами, валлонами, евреями, как такие разговоры они объявляют антисемитскими! Словом, нетрудно понять, чего стоит их социалистический маскарад.
      Корни такого маскарада тянутся непосредственно из Израиля.
      Там уже давно тщатся выдать кибуцы за образец сельскохозяйственного кооперирования. На деле же эти объединения стали источником получения дешевой рабочей силы. Изведавший тяготы такого псевдокооператива Исаак Спивак рассказывает:
      - Попробует кто-нибудь из новоприбывших возмутиться отсутствием работы и сносного жилья, а ему тут же грозят: "Что, соскучился по социализму? Пошлем в кибуц, там тебя быстро обломают!" И угроза действует. Олим готовы на что угодно, только не на "перевоспитание" методами кибуцного "социализма".
      Разговоры о социализме по-израильски особенно возмущают израильских женщин. Их быт и семейные отношения отданы там во власть древних религиозных устоев, день ото дня все горше и больнее ощущают они свою закрепощенность в израильском обществе.
      Сейчас сионистки Голландии "отважились" поддержать робко нарастающую волну протеста против некоторых, особенно реакционных, законов о семье и браке, вроде полнейшей зависимости вдовы от брата покойного мужа, даже если брат - мальчуган. Женщины надеялись, что под флагом Международного года женщин им удастся осуществить свои требования. Однако пока не удалось добиться хотя бы малейшего облегчения варварского закрепощения израильских женщин.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38