Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Высокий Холлек - Хрустальный грифон

ModernLib.Net / Нортон Андрэ / Хрустальный грифон - Чтение (стр. 10)
Автор: Нортон Андрэ
Жанр:
Серия: Высокий Холлек

 

 


      — Один из Древних, госпожа? Но они давно ушли.
      Может, это обманщик? Почему ты так уверена в нем?
      Он сам сказал тебе об этом?
      — Речи были излишни. Ты тоже все поймешь, когда у видишь его. Он не похож ни на одного из людей.
      Я была раздражена словами Керована, а особенно его тоном. Видимо, он принимал меня за глупую девчонку, которую легко обмануть. А с тех пор, как стала предводительницей своего отряда, намного поумнела, обрела уверенность в себе и могла сама принимать решения. Мне не хотелось возвращаться в прежнее бесправное положение домохозяйки.
      — Значит, он вернется?
      — Лорд Янтарь уехал на разведку несколько дней назад, — коротко ответила я. — Да, он вернется.
      — Отлично, — кивнул мой жених. — Но среди Древних есть и друзья, и недруги. Некоторые относятся к нам по-дружески, другие не обращают на нас внимания, пока мы не лезем в их тайны, а третьи несут нам только зло.
      — Это я знаю. Но Янтарь может заставить светиться твой подарок, как он светился, когда спасал меня от врагов.
      — Мой подарок?
      Не ослышалась ли я? Действительно ли в его тоне было удивление? Но нет, я отогнала от себя подозрения. Нельзя же так реагировать на любое его слово, как будто мы враги. Мы ведь товарищи на всю жизнь. Нам теперь всегда нужно идти вместе.
      Керован тоже улыбался.
      — Да, конечно, мой подарок… Значит, он помогает тебе, дорогая?
      — И еще как! — моя рука легла на грудь, где покоился хрустальный Грифон. — Мой лорд, это действительно сокровище Древних?
      Он наклонился через стол, разделяющий нас. В его глазах сияла какая-то алчность, хотя на лице не отражалось никаких эмоций.
      — Ты права! И раз он тебе так хорошо служит, я рад вдвойне. Дай мне еще раз взглянуть на него.
      Я потянула за цепочку и вытащила шар с Грифоном. Но что-то мешало мне опустить талисман на его ладонь.
      — Я не расстаюсь с ним ни днем, ни ночью. Ты вернешь его мне, лорд? — я старалась выглядеть беззаботной, хотя тяжелое беспокойство овладело мной.
      — Конечно. — Керован, в свою очередь, не сделал ни малейшей попытки показать мой портрет.
      — Почему ты не выполнил мою просьбу, которую я передала вместе с подарком? — продолжала настаивать. Мое беспокойство росло, хотя я не понимала, почему. Пока я не заметила ничего подозрительного. Но какая-то зловещая тень пролегла между нами, и она тревожила меня. Я хотела спрятать талисман, как будто боялась его лишиться.
      — Сейчас такое время, что нельзя доверять никому, — спокойно сказал Керован. Он рассматривал шар в моих руках явно с большим интересом, нежели мое лицо.
      — Прощаю тебя, лорд. — Я старалась говорить легкомысленным тоном, каким говорили глупые девушки со своими поклонниками. — А теперь мне нужно вернуться к своим обязанностям. Твои люди могут лечь отдохнуть, хотя у нас нет мягких постелей.
      — Спать в безопасности — самое большое, чего можно желать сейчас. — Он поднялся вместе со мной. — Где ты нас разместишь?
      — В западной башне, — ответила я и с облегчением вздохнула — он не требовал, чтобы я по обычаю разделила с ним ложе. Но что это со мною? Ведь жених вежлив и обходителен!
      Керован похвалил нашу предусмотрительность в заготовке пищи для путешествия и приказал своим людям взять на себя обязанности часовых, чтобы мы все могли работать в поле.
      Он не настаивал, чтобы я все время проводила в его обществе, и я за это была ему благодарна. Но я по-прежнему не могла отделаться от ощущения тревоги. Жених был ласков со мной, говорил почтительно. Но на душе у меня становилось все беспокойней: я была испугана тем, что рано или поздно мне придется лечь с ним в постель.
      Иногда Керован ездил в горы на разведку. Тогда я не виделась с ним целыми днями. Порою я обращала внимание, как он беседует с Унгильдой. Причем Керован обращался к ней с такой же почтительностью, как и ко мне или к леди Ислоге.
      Я не верила, что он сам ищет встреч с Унгильдой; скорее, это была ее инициатива. Она смотрела на Керована с жадностью. Мне казалось, что я все понимаю: ее муж мертв, перед ней нет иного будущего, кроме унылой жизни в монастыре. А у меня, ее злейшего недруга, есть жених, который приехал, чтобы служить мне. Унгильда вполне могла нарушить наши отношения с Керованом. Однако мне не верилось, чтобы это жалкое создание вторглось в мою жизнь таким образом. Я не старалась прекратить эти беседы, они не беспокоили меня.
      Как-то Керован вернулся из разведки раньше обычного. Я находилась в поле — каждая пара рук была на счету. Один из мальчиков занозил ногу. Я привела его в крепость, чтобы промыть и перевязать ранку.
      Слезы ребенка высохли, боль утихла, и он убежал к матери, оставив меня собирать в сумку разложенные лекарства. И тут в комнату вошел мой лорд.
      — Дорогая, дай, пожалуйста, мой подарок. Возможно, потребуется его помощь. Я немного знаком со старым знанием, и сейчас он мне очень нужен. Эта вещь обладает Силой и при умелом использовании превратится в смертельное оружие. Если получится, то наш путь в Норсдейл будет легкой прогулкой.
      Моя рука легла на грудь. Очень не хотелось выполнять такую просьбу, однако отговорки я придумать не могла. Я неохотно достала шар, но долго держала его в руке. Керован улыбнулся мне, словно желая подбодрить упрямого ребенка.
      Наконец со вздохом я отдала ему талисман. Ой подошел к окну и поднес шар к глазам, как бы разговаривая с Грифоном без слов.
      И в этот момент я услышала голос.
      — Счастье этому дому!
      Я не видела того, кто говорит, но сразу бросилась на улицу.
      — Лорд Янтарь! — я не понимала чувств, которые пробудились во мне при звуках этого голоса.
      Все беспокойства и тревоги, не отпускавшие меня столько времени, исчезли. Сама безопасность стояла передо мной на ногах с копытами и смотрела на меня золотыми глазами.
      — Ты пришел! — я протянула ему руки, но он не был человеком, и я не осмелилась завершить свой жест.
      — Кто там, дорогая моя? — голос Керована нарушил чудесное ощущение свободы и покоя. Теперь мне нужно было подыскивать другие слова.
      — Лорд Янтарь, ты слышишь? Приехал мой жених. Он узнал о наших бедах и поспешил на помощь.
      В отчаянии я отступила назад, как будто лишилась что-то бесконечно дорогого. Я не смотрела на жениха, я видела только эти золотые глаза.
      — Лорд, это мой жених, Керован, наследник Ульмсдейла.
      Лицо Янтаря было замкнуто, непроницаемо.
      — Лорд Керован? — повторил он, как будто переспрашивая. А затем добавил, произнося слова так, словно всаживал меч в кого-то:
      — Это не правда!
      Рука Керована поднялась. Шар, зажатый в ней, вспыхнул, и луч света ударил в глаза лорда Янтаря.
      Тот поднял руку и, пошатнувшись, сделал шаг назад.
      На кисти его руки я увидела другую вспышку, и голубой туман пеленой окутал моего друга.
      Я вскрикнула и бросилась на Керована, стараясь вырвать талисман из его руки. Но он отшвырнул меня, и в его лице я увидела то, что превратило мое беспокойство в страх.
      Керован крепко схватил меня и поволок к двери.
      Лорд Янтарь, закрыв глаза рукой, стоял на коленях и вертел головой так, будто хотел по слуху обнаружить, где мы. Он ослеп!
      Я билась в руках Керована, стараясь вырваться.
      — Нет! Отпусти меня!
      Лорд Янтарь бросился к нам. Я видела, как Керован поднял тяжелый кованый сапог и с силой наступил на руку Древнего. Но Янтарь другой рукой схватил Керована повыше колен и повалил на пол.
      — Джойсана, беги! — крикнул он.
      Я была свободна…
      — Нет! — я выхватила нож, нож Торосса, и бросилась на борющихся мужчин, схватила Керована за волосы и, запрокинув ему голову, приложила лезвие к горлу. — Лежи спокойно, лорд, — приказала я. Он понял, что я готова на все, и повиновался.
      Не сводя с него глаз, я промолвила:
      — Лорд Янтарь, я держу нож у его горла. Можешь отпустить…
      Он поверил мне и откатился в сторону.
      — Ты сказал, — продолжала я, — что это не лорд Керован. Почему?
      Мой заступник поднялся на ноги, закрывая глаза рукой.
      — Керован мертв, госпожа. — Голос его был тих. — Попал в ловушку, устроенную Роджером возле крепости Ульрика, его отца. Этот Роджер обладает Могуществом Древних, тех, что шли по Темным Путям.
      О, теперь мне многое стало ясно!
      — Мертв? И этот наглец осмелился присвоить имя моего жениха, чтобы обмануть меня?!
      Теперь заговорил Роджер:
      — Открой нам свое имя…
      Лорд Янтарь ответил ему:
      — Ты сам знаешь, что мы не называем своих имен людям.
      — Людям?..
      — Лорд Керован! — я была так удивлена этим голосом, что отпрянула от Роджера, — Что ты…
      Один из его воинов стоял в дверях.
      Я быстро заговорила:
      — Лорду Керовану ничего не нужно. А что касается этого подлеца, забирайте его и уходите!
      Вошел второй воин, прицелившись из лука в лорда Янтаря. На лице его было кровожадное выражение, как будто ему доставляло удовольствие приносить смерть.
      — Схватить ее, лорд? — спросил первый.
      Лорд Янтарь двинулся к нему с голыми руками.
      А воин был вооружен мечом.
      Роджер откатился от меня.
      — Пусть остается здесь. Теперь она мне не нужна.
      — А что с этим, лорд? Добить?
      — Нет. Предоставим его судьбе.
      Я думала, что он прикажет убить лорда Янтаря, если, конечно, Древнего вообще можно убить.
      — Мы уезжаем, — добавил Роджер. — Я получил то, что хотел. — Он спрятал шар в карман камзола.
      Это побудило меня к действию.
      — Нет! Нет! — я бросилась к нему. — Отдай талисман!
      Он ударил меня по голове, и я не успела уклониться. Сильная боль пронзила тело, и я погрузилась в черноту.
      Я очнулась, лежа на своей постели. В комнате царил полумрак. Но я разглядела лорда Янтаря, сидевшего рядом. Моя рука лежала в его руке. Повязка закрывала его глаза.
      — Лорд…
      Он сразу повернул ко мне голову.
      — Джойсана!
      — Он взял.., он увез подарок моего жениха.., шар с Грифоном! — страшное воспоминание выплыло из черноты памяти.
      Лорд Янтарь нежно привлек меня к себе, и я заплакала, как не плакала с тех пор, как на нашу землю обрушились горе и несчастье. Я всхлипывала и бормотала:
      — Ты сказал правду? Это не Керован?
      — Правду. Керован погиб в ловушке возле Ульмсдейла. Роджер был женихом сестры Керована.
      — И я никогда не увижу своего суженого… — печально сказала я. — Но его подарок!.. — Гнев придал мне силы. — Клянусь Девятью Словами Мина, руки подлеца не осквернят сокровище! Ведь он использовал талисман как оружие. Лорд, Роджер сжег им тебе глаза! Только твое Могущество спасло тебя. Браслет.. — Я положила свои пальцы на его руку чуть повыше браслета. — Лорд, — продолжала я. — Говорят, что твой народ весьма искусен в медицине. Если у тебя самого нет такого таланта, может, отнести тебя к Древним? Ведь ты из-за меня получил это ужасное увечье. У меня перед тобой кровный долг…
      Но он отверг это сразу.
      — Нет. Между мной и Роджером всегда существовала вражда. Где бы мы ни встретились, он все равно попытался бы убить меня.
      — Я немного умею врачевать, — сказала я. — И Налда тоже. — Но я понимала, как мало мы смыслим, и страх закрался ко мне в душу. — Зрение вернется к тебе!.. О, мой лорд! Зачем он приходил? У меня больше нет ни богатства, ни земель. Ничего, кроме того, что он забрал. Ты знаешь об этом Грифоне? Его послал мне в подарок жених. Неужели Роджер пошел на такой риск, только чтобы заполучить его?
      — Это не сокровище Ульмсдейла, Керован сам нашел его. Но хрустальный шар несет в себе Могущество, а у Роджера достаточно знаний, чтобы использовать его. Оставить талисман в руках подлеца, значит…
      Я поняла, что он имеет в виду, еще до того, как лорд Янтарь облек свои мысли в слова. Оставить такое оружие в руках Темных просто нельзя. Но Роджер… Он ведь уехал с двумя воинами, да и уже доказал, что может использовать Могущество Грифона…
      — Лорд, что нам делать, как вернуть талисман? — вырвалось у меня. Я доверилась этому человеку (человеку ли?) целиком, без оглядки.
      — Пока, — голос его был совсем тихим, — пока в наших силах очень не многое. Возможно, Рудо и Ангарл сумеют проследить их путь. Но мы не можем пуститься в погоню.., пока…
      Снова я поняла его мысли. Он, должно быть, надеялся, что зрение вернется к нему. Или хотел использовать свою Силу для излечения. В нашем путешествии он будет командовать, а не подчиняться. Я понимала, что это не только моя битва, но и его. Хотя Грифон попал в руки Роджера по моей глупости.
      У меня ужасно болела голова, и Налда принесла мне настой трав. Я подозревала, что это заставит меня уснуть, и хотела отказаться, но лорд Янтарь присоединился к уговорам Налды, и я не смогла противиться.
      Затем Налда сказала, что приготовила специальную мазь для глаз. Лорд Янтарь позволил ей сделать перевязку, хотя я видела, что в целительные свойства этой мази он не верит. Налда увела лорда Янтаря с собой.
      Я уже засыпала, когда ко мне пришла Унгильда.
      Она встала над моей постелью и смотрела на меня так, будто за эти несколько часов у меня изменилось лицо.
      — Значит, твой жених мертв, Джойсана, — сказала она. Я уловила удовлетворение в ее голосе.
      — Да, мертв.
      Я ничего не чувствовала. В течение восьми лет Керован был для меня только именем. Как можно горевать по звуку? Зато я ощущала жгучую ненависть к обманщику. А мой жених… Да, он умер. Но он никогда и не жил для меня.
      — Ты не плачешь! — Унгильда смотрела на меня с той же злобой, что и раньше.
      — Как я могу плакать по тому, кого никогда не знала? — спросила я.
      Она пожала плечами:
      — Каждый должен горевать.
      Мы больше не были связаны родственными узами — с тех пор, как кровавая война обрушилась на нашу землю. Если бы я жила в Иткрипте, я бы, конечно, выполнила все формальные церемонии траура, как требовалось традициями. Мне было жаль, что из-за предательства погиб хороший человек. Но больше я ничего не могла сделать для него.
      Унгильда достала из кармана какой-то мешочек.
      Я уловила аромат трав и поняла, что это букет, который кладут под подушку тем, у кого болит голова.
      — Это мешочек моей матери. Сегодня он ей не нужен, — грубо сказала Унгильда, будучи уверена, что я откажусь.
      Я изумилась, но не слишком. Теперь мы в одинаковом положении. Унгильда больше не считала меня счастливицей. Я поблагодарила ее и позволила положить мешочек под подушку.
      Запах трав сделал свое дело. Вскоре я уже не могла держать глаза открытыми. Помню еще, как Унгильда пошла к двери, а затем.., я, должно быть, провалилась в сон.

КЕРОВАН

      — Налда? — спросил я и повернул голову, хотя ничего не мог видеть.
      — Да, лорд, — ответила она. Я немногословно поблагодарил ее за заботы. Она не старалась относиться ко мне, как к беспомощному калеке. Напротив, вселяла в меня уверенность в успех лечения.
      — Госпожа Джойсана?
      — Спит, мой лорд. Тяжелых повреждений нет.
      Удар был сильным, но кости целы, так что ничего страшного.
      — Люди уже приехали?
      — Когда они появятся, то сразу придут к тебе.
      Поешь немного. Человек должен быть сыт, чтобы сохранить свои силы. Открой рот…
      Она кормила меня с ложечки, как ребенка. Не мог же я отказать ей?
      Однако во мне зрел гнев: я нахожусь в таком беспомощном состоянии, что не могу ничего сделать сам и мне нужна нянька!
      Налда отвела меня к постели, я лег, но сон не шел.
      Я будто ждал, что меня призовут к оружию, хотя отдавал себе отчет, что, вероятно, мне уже никогда не суждено принять бой.
      Я думал о Джойсане, о ее стремлений вернуть хрустальный шар. Она права, талисман нужно забрать у Роджера во что бы то ни стало. Он не погиб во время бури. Может, спаслись и остальные? Хлаймер, леди Тефана, Лисана…
      Я поднял руку, пощупал повязку — еще влажная. Я был уверен, что все это бесполезно.
      Роджер… Если он пришел за Грифоном, значит, он узнал о нем от Ривала или от Яго. Узнал, что я послал его Джойсане. Зачем ему нужен талисман?
      Мне так мало известно о Древних, а сейчас это очень важно.
      Моя рука лежала на лбу, тыльной стороной кисти к повязке. Сколько времени прошло так, я не знаю, но вдруг я почувствовал: что-то изменилось.
      Браслет! Джойсана сказала, что он отразил луч хрустального шара. А значит… Я вскочил, сорвал повязку. Может, инстинкт, а может, затерянная память руководила мною, когда я поднес браслет сначала к левому глазу, затем к правому, прижимая его к смеженным векам.
      Я опустил руку и открыл глаза.
      Темнота! Я чуть не закричал от отчаяния. А потом… Свет! Совсем слабый, но свет! И тут я понял, что нахожусь в темной комнате и вижу сияние, еле пробивающееся сквозь щель под дверью. Я быстро вышел на улицу.
      Ночь. Да, обыкновенная ночь. И нисколько не темнее, чем всегда.
      Затем я поднял голову. Звезды! Звезды сверкали так ярко, так ободряюще…
      Джойсана! Мне хотелось поделиться с ней моей радостью.
      Дверь ее комнаты была закрыта. Налда сказала, что дала Джойсане снотворное, и теперь девушка будет до утра спать. Но даже если я и не мог сообщить ей о чуде, то должен хотя бы взглянуть на это дорогое мне лицо,. Из-за двери пробивался слабый свет.
      Наверное, она оставила гореть свечу.
      Я вошел, стараясь не стучать копытами, затаив дыхание.
      Постель была пуста. Легкий плащ, которым Джойсана укрывалась, был откинут в сторону.
      В углублении на подушке что-то темнело. Я наклонился и увидел мешочек, набитый травами, от которого исходил сильный запах. Среди травы прощупывалось что-то твердое.
      Я ахнул, и мешочек упал на пол. Вокруг моего браслета появилось голубое сияние, как будто туман окутал его. Объяснении не требовалось. Рядом Темное зло!
      Я подцепил мешочек кончиком кинжала и бросил его на каменный стол, поближе к свету. Затем распорол его и выпотрошил, обнаружив предмет размером с монету. Он был черный, пронизанный красными жилками… Впрочем, нет, не жилками. Красные линии образовывали буквы — почти как на моем браслете.
      Эта вещь обладала Могуществом. Но Темным Могуществом. Любой, прикоснувшийся к ней…
      Джойсана! Как это зло попало в ее комнату? Меня охватил страх, я позвал Налду, которая, вероятно, была где-нибудь рядом. Мой голос громким эхом прокатился по дому. Я снова крикнул и услышал ответ.
      — Лорд, — в дверях стояла Налда. — Что…
      Я указал на постель.
      — Где госпожа?
      Налда вскрикнула, бросилась вперед. На ее лице отразилось изумление.
      — Но.., где она может быть, лорд? Джойсана спала, я дала ей снотворное. Могу поклясться тремя клятвами Гунноры, что она не должна была проснуться до утра…
      — Ты оставляла это в постели? — стараясь не обнаруживать свой страх, я кончиком кинжала показал на распоротый мешочек и его содержимое.
      Она наклонилась, принюхалась.
      — Лорд, такой мешочек мы собрали для леди Ислоги, когда ей было плохо и следовало удержать ее в постели. Это хорошие травы, клянусь!
      — Ты положила сюда и это? — кончик кинжала указывал на дьявольский предмет.
      Налда снова наклонилась. Когда ее глаза встретились с моими, она была перепугана.
      — Лорд, я не знаю, что это, но в этой вещи таится зло! — и вдруг:
      — Лорд.., твои глаза.., ты прозрел?
      Я отодвинул ее в сторону. Только что неописуемая радость переполняла меня и весь мир, теперь же моим сердцем овладела страшная тревога за судьбу Джойсаны. Неужели она стала пленницей Темных сил?
      — Да, прозрел, — коротко ответил я. — Однако леди спала рядом с этим, и теперь она исчезла. Не знаю, что с ней произошло, но мы должны найти ее.
      И как можно быстрее!
      Поднятые по тревоге люди обыскали всю крепость сверху донизу. Так как мост был поднят на ночь, то добраться до берега Джойсана не могла, но и в крепости прятаться было негде — мы обыскали все.
      Озеро! Я стоял на мосту, глядя в воду, от которой отражался свет факела. Роджер — только он мог совершить это.
      Но его здесь не было, когда Джойсану укладывали спать. Значит, ему кто-то помогал. И этого человека нужно найти, узнать от него всю правду.
      Я собрал всех — мужчин, женщин, детей — во дворе и положил на камень перед собой тот дьявольский предмет — оружие, нацеленное на мою леди. Гнев почти схлынул, теперь я был хладнокровен и полностью владел собой. Но внутри я горел жаждой мести — кровавой мести тем, кто похитил Джойсану.
      Страшной мести, какой еще не видели Долины.
      — Леди была похищена из-за предательства. — Я говорил медленно, так, чтобы каждый из них мог понять, даже самый маленький. — Пока она спала, кто-то подложил ей это в постель. Теперь ее нет; возможно, она мертва. — Я приступал к тому, что узнал когда-то от Ривала. — Тот, кто касался этой вещи, наложил на себя пятно, которое ничем нельзя смыть. Поэтому каждый из вас сейчас вытянет руки и…
      Послышался шум среди женщин. Налда схватила ту, что стояла возле нее. Девушка визжала и старалась вырваться.
      Леди Унгильда. Этого нужно было ожидать.
      Я заговорил с Налдой:
      — Веди ее. Тебе нужна помощь?
      — Нет, конечно. — Сильная женщина легко поволокла Унгильду к крепости.
      Я заговорил с остальными:
      — Заклинаю вас, не касайтесь этой вещи!
      Люди не ушли со двора, но никто не последовал за мной и Налдой. Мы удалились в комнату Джойсаны.
      Я вставил факел в стенное отверстие, чтобы было светлее. Налда заломила руки Унгильды за спину. Думаю, редкий мужчина смог бы вырваться от нее.
      Схватив пленницу за подбородок, я принудил ее смотреть мне в глаза.
      — Это сделала ты! — я не спрашивал, а утверждал.
      Она завыла, как безумная.
      —  — Кто научил тебя? Роджер?
      Она снова завыла, и тут Налда весьма невежливо с ней обошлась.
      — Говори! — прошипела она в ухо Унгильде.
      Девушка громко сглотнула.
      — Ее жених.., сказал, что этот талисман воссоединит их…
      Я поверил ей — только Роджер был способен на подобное коварство. Хотя вряд ли Унгильда действовала из добрых побуждений.
      — Ты послала ее на смерть. Твои руки в крови. С таким же успехом ты могла убить ее ножом.
      — Нет! — закричала Унгильда. — Она не мертва, не мертва! Она ушла…
      — В озеро, — угрюмо закончил я за нее.
      — Да, но она поплыла, я видела, я говорю правду!
      Снова я поверил ей, и лед треснул в моей душе.
      Если Джойсана добралась до берега, если она под действием заклинания.., есть еще шанс спасти ее.
      — Плыть нужно очень далеко.
      — Она выбралась на берег. Я видела! — Унгильда в ужасе кричала, словно что-то в выражении моего лица сводило ее с ума.
      Я повернулся к двери.
      — Инсфар, Ангарл! — я вызвал этих двоих, потому что они были хорошими следопытами. — Идите на берег и ищите следы того, кто выбрался из воды.
      Они тотчас ушли.
      — Вот и все, — обратился я к Налде. — ;Если Джойсана околдована…
      — Она околдована, — простонала Налда. — Лорд, верни ее, спаси!
      — Я сделаю, что в моих силах, — сказал я так, как будто произносил клятву перед своим родом. — Я последую за ней, а вы останетесь здесь. В крепости вы будете в безопасности, по крайней мере, некоторое время.
      — Лорд, не думай о нас. Думай только о нашей леди.
      С нами ничего не случится. А.., а что делать с этой? — она указала на Унгильду, которая громко всхлипывала.
      Я пожал плечами. После допроса я потерял к ней интерес.
      — Присматривайте за ней. Унгильда связалась с Темными Силами и служит им. Зло может снова прийти через нее.
      — Мы глаз с нее не спустим! — голос Налды прозвучал так, что Унгильда вздрогнула.
      Я вышел во двор, подцепил дьявольскую монету кончиком кинжала и выкинул в воду у разрушенного моста. Я боялся закапывать ее в землю: неизвестно, что она могла еще натворить.
      Было позднее утро, когда я, взяв запасы провизии, тронулся в путь. Унгильда не соврала — пловец вылез на берег, цепляясь за тростник, и пошел дальше, оставляя хорошо заметный след. Отсюда я начал поиски своей леди.
      Какое тут замешано колдовство, не знаю, но все, несомненно, произошло против воли Джойсаны. Я дошел до края долины. Тут она, очевидно, встретилась с группой всадников. Джойсану поджидали Роджер и его люди.
      Их было четверо, и все хорошо вооружены. Я мог только идти за ними и надеяться на счастливую случайность.
      След вел на северо-запад. Роджер наверняка хочет вернуться в свою крепость. Он приехал в Ульмсдейл, чтобы получить Могущество. Возможно, и получил его вместе с Грифоном.
      Всадники отдыхали редко, и я, несмотря на все усилия, был еще далеко позади. На второй день к ним, вероятно, присоединились еще три воина с запасными лошадьми, так что они теперь могли менять лошадей, а верная Хику уже совсем выдохлась.
      На третий день начались леса, где я провел детство и юность.
      Те, кого я преследовал, теперь могли направляться только в одно место — в Пустыню. Конечно! Они ведь занимались Темным колдовством. Но зачем им Джойсана? Причинить мне горе? Вряд ли Роджер думал об этом. Для него я уже не был опасен, он вывел меня из игры, когда завладел Грифоном.
      Я ехал и размышлял, строя все новые и новые гипотезы, но ни одна из них не была удовлетворительной.
      На пятое утро я добрался до границы с Пустыней, совсем недалеко от того места, где начиналась дорога, ведущая к голой скале. Следы шли именно в том направлении!
      Опять я ехал по древним плитам дороги. Я уже был здесь, но словно в незапамятные времена! И даже вовсе не я, а какой-то другой Керован… Как мне хотелось сейчас, чтобы Ривал был рядом! Он так много знал, хотя и был не из Древних. Но увы, я одинок, а мои враги наверняка знали больше, чем Ривал.
      Вечером я остановился на отдых возле дороги.
      Вокруг высились каменные утесы, на которых были вырезаны письмена. Мне показалось, что они напоминают те, что написаны у меня на браслете. Порою меня охватывало странное возбуждение: будто я вот-вот прочту их. Но письмена оставались такими же загадочными, как и раньше.
      Меня не покидало ощущение слежки, само по себе не опасное. Вскоре я доехал до загадочного лика. Но еще прежде — наткнулся на следы тех, за кем гнался.
      На камне перед ликом стоял сосуд, возле него — две кадильницы. В сосуде еще сохранилась маслянистая жидкость, а кадильницы совсем недавно горели.
      Все это было сделано из черного камня или не известного мне металла. Однако я не стал трогать руками загадочные предметы неведомого культа — вокруг браслета на моей кисти появилось предупредительное голубое сияние. Но не мог я и оставить все это как есть. Нашел большой камень и разбил сосуд и кадильницы. По ущелью пронесся пронзительный звук.
      Можно было подумать, что вещи живые.
      Когда я добрался до звезды, которая привела в такой восторг Ривала, то не заметил никаких следов поклонения. Напротив, увидел, что всадники старались проехать по самой обочине дороги, как можно дальше от звезды. Они, вероятно, очень боялись ее. Я остановился, чтобы рассмотреть звезду, однако так и не понял, что в ней внушило ужас Роджеру и его товарищам.
      Впереди высилась каменная стена. Дальше ехать было некуда. Путешествие мое подходило к концу, а план еще не созрел. Оставалось только гордо двинуться навстречу неизбежному. Поэтому я спешился и сказал лошади:
      — Хику, дружище, ты хорошо служила мне. Теперь можешь возвращаться к хозяину.
      Я снял сбрую и бросил ее на дорогу. Я был уверен, что впереди смерть. Что ж, я сам ее выбрал. Сам решил, что должен убить леди и погибнуть сам. Если Джойсане суждена смерть, то пусть она примет ее от моей руки, свободная от грозящего зла.
      Пальцы нащупали браслет. Эта вещь обладала Могуществом, но я не умел пользоваться им. Однако, положив руку на браслет и глядя на звезду, я старался узнать, как противостоять Темным Силам.
      И тут мне вспомнились слова Нивора: «Ты должен искать и должен найти, тогда наследство будет твоим. Узнать, кто ты такой, ты должен сам».
      Слова ободрения? Или пророчества? Ривал говорил, что если произнести имя, то оно освободит некие силы. Но я не знал никаких имен. Я был всего лишь человек — со смешанной кровью, но человек…
      И тут мне показалось, что я что-то громко произнес помимо своей воли. Мой голос гулко прокатился меж утесов.
      Я положил руку на звезду и начал молиться, но не вслух. Если здесь заключена какая-то сила, пусть она перейдет в меня, даже ценой моей смерти. Мне нужно иметь силу, чтобы освободить свою леди, чтобы убить Роджера, который хочет завладеть страной и погрузить ее в пучины зла. Пусть.., сила.., наполнит… меня…
      Во мне вдруг что-то шевельнулось — медленно, с трудом, как будто открылась давно запертая дверь.
      И из этой двери подул ветер. Он принес запутанный клубок смутных воспоминаний. Воспоминания вихрились, и я выхватывал из памяти странные лица, незнакомые места, загадочные строения… Я все пытался вспомнить, кто же я и зачем стою здесь, своей волей, как солнцем, хотел рассеять эту тьму.
      И я узнал! Тени исчезли, но оставили знание. Неведомо, смогу ли я победить тех, за кем гонюсь, все выяснится в последнем сражении. Время пришло.
      Я быстро зашагал вперед. Какой-то звук нарушил тишину. Пение! Оно накатывалось на меня, будто морские волны на берег. Я повернул и увидел своих врагов.
      Однако они были так заняты, что не заметили меня.
      На земле была нарисована звезда, вписанная в круг. Круг был начертан кровью, дымящейся кровью. В стороне лежал мертвый воин. Поза его говорила о том, что он весьма неохотно расстался со своей кровью.
      От лучей звезды к небу поднимались столбы маслянистого черного дыма, который смешивался с дымом от крови. У каждого луча стоял человек. Четверо смотрели внутрь круга, а пятый уставился в стену невидящими глазами.
      Хлаймер, Роджер, Лисана, госпожа Тефана и, лицом к стене, моя Джойсана. Четверо пели, а она стояла, как пленник, только что прошедший через ужасные кошмары. Руки ее были прижаты к груди, пальцы стискивали талисман с Грифоном.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11