Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дорога (№3) - Железный замок

ModernLib.Net / Фэнтези / Больных Александр / Железный замок - Чтение (стр. 10)
Автор: Больных Александр
Жанр: Фэнтези
Серия: Дорога

 

 


— Не знаю, — спокойно ответила Рюби. — Возможно, колдовство рассеется само, ведь Лост мертв. Возможно, оно пропадет после уничтожения Железного Замка, а возможно, и нет…

Снова прозвучал тот же издевательский хохот. Ториль невольно прижалась к Дъярву, ища защиты. Северянин настороженно оглядывался, готовый отразить нападение. На сей раз предчувствие его не подвело. Послышались тяжелые шаги, треск ломающихся деревьев.

— Если бы мы сейчас находились в тропическом лесу, я сказала бы, что нам следует поостеречься приближающегося стада слонов, — Ториль лихорадочно облизнула пересохшие губы.

— Для слонов здесь малоподходящее место, — меланхолично и серьезно отозвался Дъярв. — Зато сам лес кажется мне… странным. Я отчетливо вижу следы злых сил. Вы невнимательны, если не заметили их.

Действительно, лес заметно переменился. В основном вокруг по-прежнему стояли приземистые темно-зеленые ели, под снеговым покровом казавшиеся почти черными. Изредка попадались корявые почернелые березы. Но сейчас к ним примешались диковинные хвойные деревья, не ель, не сосна, а что-то невообразимое.

— Странный лес и странные шаги, — рассеянно закончил Дъярв.

— Может, это опять тот медведь? — вспомнила недавнее происшествие Ториль.

Ответить никто не успел. Поразительно легко, с негромким треском деревья-коротышки разлетелись в стороны, и появилось чудовище. Хани, полагавший, что уж теперь, после многих странствий и самых неожиданных приключений и боев с порождениями мрака, его не испугать ничем, невольно попятился и остановился, лишь натолкнувшись спиной на Рюби. Дъярв стоял оцепенело, глаза его выкатились, широко раскрытый рот судорожно глотал воздух.

— Чимисет… — долетел до Хани сдавленный шепот.

Неясный серый силуэт обрел очертания, и Хани различил зверя, не уступающего ростом слону, но похожего на гиену. Уродливая голова составляла почти четверть длины чудовища. Огромные челюсти с неровно торчащими зубами запросто могли перекусить человека надвое. Толстые передние лапы были длиннее задних, от этого зверь походил на медведя, поднявшегося на дыбы. Жесткая пятнистая шерсть дыбом стояла на загривке, зато задняя половина туловища была почти безволосой. Большие круглые уши по бокам головы нервно шевелились, чутко ловя каждый звук.

Глаза чудовища при виде людей засветились мертвенным бледно-фиолетовым светом, как гнилушки. Громоподобный тоскливый вой, в котором смешались гнев, тоска и жалоба обрушился на них. Хани ощутил, как его ноги становятся ватными. Ториль рухнула ничком.

— Зверь из прошлого! — тонким голосом вскрикнула Рюби.

Чимисет странной раскачивающейся и вихляющей походкой двинулся к ним. Нижняя челюсть у него отвисла, и даже на расстоянии десяти шагов Хани обдало смрадное дыхание чудовища. В горле зверя что-то негромко клокотало.

Хани привычным движением вырвал меч из ножен, успокоительно блеснула знакомая зеленая молния. За спиной прозвучало сдавленное проклятье. Хани, опасаясь нападения сзади, скосил глаза. Дъярв, оскалившись от напряжения, обеими руками запихивал Черный Меч в ножны, золотой дракон дергался и бился, стремясь на свободу.

— Он сам, — прохрипел Дъярв. — Мне его не удержать…

— Не выпускай! — крикнула Рюби, выхватывая свой меч.

Однако чимисета не испугало и красное пламя, веером развернувшееся у него перед мордой, он лишь довольно хрюкнул.

— Нам не совладать с чудищем, — быстро сказала Рюби. — Вот когда аукнулись делишки Лоста. Дурак пытался остановить время, но в результате смешал прошлое и настоящее. Чудища давно минувших эпох сторожили его владения.

— А где Восьмикрылый? — возмутился Хани. — Ведь он обещал помогать!

— Похоже, это препятствие он считает пустяком, — криво улыбнулся Дъярв. — Думает, что справимся сами.

Зверь зарычал и взмахнул лапой. Хани стремительно ударил его мечом, однако лезвие, разрубавшее лучшую сталь, словно картон, отскочило от шкуры чимисета, а его длинные когти царапнули Хани по щеке и плечу. Стой зверь хоть на локоть ближе — удар оказался бы смертельным. Несколько воинов, совладав с первым испугом, кинулись на него с разных сторон, однако чимисет с хриплым рычанием расшвырял их, покалечив.

Но его удалось задержать, и Ториль успели оттащить подальше. Дъярв избавился от едва не предавшего его Черного Меча и прибежал, сжимая голубой. Он одолжил его у потерявшей сознание Ториль.

Зверь вновь негромко рыкнул, и Хани показалось, что чудовище ехидно ухмыляется, что он различает знакомую гримасу Хозяина Тумана.

— Бежать? — вполголоса торопливо спросил Дъярв. — Бессмысленно, бесполезно и позорно. Лучше я умру здесь.

Но чимисет почему-то остановился. Лишь теперь Хани заметил, что сияние трех мечей сплелось в многоцветный пестрый шнур, и чимисет явно сторонится его. Когда он сказал об этом, Дъярв кисло усмехнулся.

— Если он неуязвим для меча, то для света…

В это мгновение зверь с быстротой молнии проскользнул мимо них и набросился на группу воинов. Раздались отчаянные крики, звон мечей… а потом хруст ломающихся костей… Приторно-удушливо запахло свежей кровью. Когда чимисет повернул к ним измазанную морду, Хани стошнило.

— И все-таки давайте попробуем, — устало предложила Рюби. — Дайамонд знал, как бороться с выходцами из мертвых эпох, я могу лишь предполагать, но попытаться следует.

Они втроем попробовали слаженно взмахнуть мечами, чтобы цветной шнур хлестнул чимисета. Однако синхронности не получилось, и зверь легко уклонился от неуклюже мотнувшегося огненного шнура. В его фиолетовых глазах возникли красные точки, а рычание становилось все злее.

Сколько времени продолжалась опасная игра — не известно, в бою один миг часто растягивается на целую эпоху. Хани успел заметить — там, где цветной шнур касается деревьев-папоротников, они мгновенно истаивают зеленым дымком. Он хотел было поделиться своим открытием, недаром ведь зверь так избегал огненного луча, но не успел.

Чимисету опротивела игра в пятнашки, он бросился в атаку. Троица за это время заметно устала и начала действовать вразнобой. Цветная плетенка распалась на три отдельных луча — зеленый, красный и бледно-голубой. Хищник, не обращая на них ни малейшего внимания, ударил Хани плечом так, что тот отлетел в сторону. Рюби отскочила сама, но Дъярв замешкался. Зверь опрокинул его наземь, выбил из руки меч, и теперь северянин отчаянно старался отвести прочь огромные челюсти, норовящие вцепиться ему в горло. Только исполинская сила Дъярва позволяла ему кое-как удерживать морду чимисета, но зверь одолевал. Еще немного…

Хани с гневным криком ударил зверя мечом по спине, и вновь лезвие отскочило. Хищник просто не заметил его стараний.

Но в тот момент, когда смерть Дъярва уже казалась предрешенной, чудовище неожиданно опрокинулось на спину с диким воем, едва не раздавив Хани. Чимисет катался по земле, беспорядочно молотя огромными лапами. Его когти оставляли глубокие борозды, попадись кто под них — не уцелеть.

Помятый, полуоглушенный, но не растерявшийся Дъярв успел отбежать, не забыв подобрать свой меч. Именно он, а не замешкавшийся Хани или Рюби, крикнул:

— Давайте! Быстрее, пока его отвлекают!

Только позднее Хани привел в порядок хаотические воспоминания. Крошечный черный зверек впился когтями в морду чимисета и выцарапывал тому глаза. Его маленькие коготки оказались сильнее волшебных мечей — на безобразной морде хищника выступила кровь. Но вспомнилось это позднее.

А сейчас они вновь ударили мечами, и разноцветный луч полоснул чимисета по боку. Прогремел такой жуткий рев, что рухнуло несколько деревьев. На примятой рыжей траве, среди комьев рыжей глины, перемешанных со снегом, валялся исполинский череп. И все.

Трясущимися руками Хани вытер пот со лба и неожиданно для самого себя сел, ноги не держали его. Криво усмехнувшись, он сказал:

— Теперь я вижу, чью шкуру таскал великан Каменные Глаза. Удивляюсь тому, что он сумел-таки одолеть неуязвимое чудовище.

Рюби машинально ответила:

— Он пришел из времен еще более дальних, так что сам был страшен зверю, а не наоборот.

— Кто же такой этот чимисет? — спросил Хани Дъярва. — Если тварь пришла из прошлого, откуда ты ее знаешь?

Дъярв неохотно пояснил:

— В наших преданиях говорится, что в глубинах холодных пустынь, там, где лес переходит в тундру, живет страшный зверь, похожий на медведя, но только гораздо сильнее и крупнее. Он охотится на северных оленей, но человеку лучше не попадаться ему на пути. Никакое убежище не может спасти от чимисета. Он проламывает заборы, пробивает стены. Не пытается даже перескочить через них — просто проходит насквозь.

— Откуда же он мог взяться? — спросил Хани. — Ведь Рюби говорит, что такие звери вымерли миллионы лет назад.

— Я читала о них в наших летописях, — добавила Ториль. — Но там говорится, что они не все вымерли.

— Все равно это загадка, — спокойно ответила Рюби. — И не на все загадки имеются ответы.

— Поменьше бы таких… загадочек, — Хани покосился на череп чудовища.

Но здесь они спохватились.

— Кто же помог нам? — спросил Хани, отдышавшись.

— Вот он, — указал Дъярв, досадливо морщась. Похоже, зверь помял его довольно сильно, хотя раньше, в горячке схватки, Дъярв этого не замечал.

Поодаль, презрительно щуря яркие зеленые глаза и придерживая лапкой дергающийся хвост, старательно чистил выпачканную глиной роскошную черную шубку изящный зверек.

— Соболенок?! — воскликнула Рюби.

— Маленький, а смелый, — удивился Дъярв.

Соболенок, услыхав его слова, негодующе фыркнул.

— Все равно не понимаю, — помотал головой Хани. — Как он смог совершить то, что не сумели волшебные мечи?

— Очень просто, — пожала плечами Рюби. — Ведь он повелитель всех зверей и птиц. Было бы странно, если бы ему не покорился хоть кто-то, пусть даже такой огромный и свирепый.

— Значит, он может справиться и с Орком Великим? — уточнил Хани.

— Вот здесь ты ошибаешься. Орк Великий — порождение мрака, он не принадлежит ни к живым, ни к мертвым. Значит, и Соболенок не властен над ним.

— Жа-аль, — разочарованно протянул Хани.

Соболенок тем временем кончил туалет и стремительно взлетел на плечо к Рюби. Он сунулся мордочкой к самому ее уху и, кажется, что-то сказал ей. Когда Хани пожелал принять участие в беседе, Рюби встретила его неприветливым взмахом руки и таким взглядом, что желание моментально испарилось. Он лишь проворчал обиженно:

— Не очень-то и нужно было…

Однако, уходя, неласково глянул на Соболенка.

Разговор не затянулся слишком долго. Соболенок бесшумной черной змейкой скользнул прочь и скрылся в ветвях раскидистых елей, зато Рюби вернулась заметно помрачневшей. К этому времени Ториль уже пришла в себя и тоже смогла принять участие в совещании. Ей простили вполне понятную слабость — слишком долго принцесса находилась на грани жизни и смерти, нельзя было пока требовать от нее прежнего самообладания.

— Мы совершенно напрасно спешили, — недовольно сообщила Рюби. — Нам придется сделать остановку, которая грозит изрядно затянуться.

— Зачем? — не понял Дъярв. — Ведь мы даже не вступили на земли Безымянного, что может задержать нас здесь?

— А вот это? — Хани кивнул в сторону уродливого черепа. Он начал догадываться, о чем пойдет речь.

— Теперь мы будем настороже, — немного хвастливо ответил Дъярв. — Мы позволили себе беспечность после битвы, больше это не повторится. Никакому чудовищу теперь не застать нас врасплох, мы сразу примем нужные меры.

— А если встретится кто-нибудь еще более опасный? — спросила Рюби.

— Значит, ты предлагаешь прежде, чем двигаться дальше, заняться очисткой леса? — спросила Ториль.

— Да.

— Стоило так бежать… — недовольно проворчал Дъярв.

— Ведь ты сам не захочешь, чтобы в решающий момент в битве под стенами Железного Замка тебе в спину ударил кто-нибудь, — заметил Хани. — Битву с Лостом ты оправдывал именно так.

— Ты прав, — согласился Дъярв.

— Из-за этого не стоит беспокоиться, — подчеркнуто равнодушно заметила принцесса. — Ведь в самом Железном Замке таятся силы, куда более могущественные, чем те, что могут встретиться в лесу. Причина иная. Трудами Лоста из прошлого вызваны силы, враждебные всему живому. Они могут утянуть за собой в прошлое весь мир. Вот почему мы должны излечить гниющую язву как можно скорее, не дав ей разрастись слишком сильно. Сейчас никто не может предсказать, насколько затянется осада Железного Замка. Сил у Безымянного предостаточно, он начеку, в отличие от Хозяина Тумана, и застрять мы можем надолго.

— Не хотелось бы, — в тон ей отозвался Хани.

Ториль негодующе покосилась на него, но согласилась:

— Не хочется. Однако сие зависит не только и даже не столько от нас.

— И еще не все, — добавила Рюби. — Если вы помните, я говорила, что черные силы можно одолеть лишь в союзе с природой. Вот с этим самым лесом.

— Дъярв состроил непонимающую гримасу. — Поэтому, если мы хотим получить помощь, то сами должны оказать ее.

— Торгуются? — неодобрительно выпятил бороду Дъярв. — Ты — мне, я — тебе. Не люблю такого.

— Просто если мы не поможем сегодня, завтра некому будет помогать нам, — вздохнула Рюби.


Действительно, в заснеженном лесу встречались очень странные обитатели. Хани только вздрагивал при виде какого-нибудь особенно омерзительного чудища. Сам лес тоже переменился. Хорошо, что морозы сковали льдом многочисленные болотины, иначе пройти было бы просто невозможно — везде под ногами похрустывал лед. Стволы деревьев заросли бледно-зеленой гнилью…

Но по сравнению с Большим Болотом промерзший лес был полон жизни. Хани убедился в этом, когда одна из кочек вдруг вывернулась из-под ног, и он кувырком полетел в сугроб. Зато «кочка» превратилась в нечто вроде расплющенного крокодила, зелено-коричневого, с кожей, покрытой прыщами. Зубы у твари тоже оказались крокодильи. Она так лязгнула ими, что Хани без чужой помощи стрелой вылетел из сугроба.

Хорошо еще, эти странные и противные твари были малоподвижны и вялы — холод плохо действовал на ящеров, и световой бич исправно отправлял одного за другим чудовищ в небытие. Рюби объяснила, что силы первоэлементов стремятся восстановить натуральный порядок. Вызванные из миллионолетней дали чужемерзким колдовством жуткие твари непрочно держатся в настоящем, достаточно небольшого толчка — и они проваливаются обратно в свое мрачное прошлое. Но следует прилагать усилия нескольких первоэлементов, соберись они все — вообще не возникло бы никаких проблем.

Довелось им встретиться и со знакомой парочкой. В одно прекрасное утро встревоженный часовой сообщил, что к лагерю бежит «невесть что».

«Невесть что» оказалось знакомой птичкой. Она по-прежнему напоминала растрепанный клубок ниток, была все такой же злобной и глупой. Непонятно, как сумел пардус заманить ее в лесные чащобы, он предпочел умолчать об этом. Привычной развалистой трусцой, старательно обходя сугробы, пардус бежал вроде бы по своим делам, а за ним, с пыхтением и топотом, громко щелкая клювом, неслась взбешенная птица.

— Даже жалко это чудо отправлять обратно, — усмехнулся Хани. — Может, оставим ее здесь? Уж больно забавна.

— Особенно клювик, — серьезно добавила принцесса.

Впрочем, все сомнения разрешила сама птица. Большая группа вооруженных людей ничуть не смутила ее, она моментально пришла в неистовство, заквохтала, как огромная курица, растопырила крылья и помчалась прямо на них, разбрасывая комья грязного снега.

Когда растаяло зеленое облачко, Хани, ни к кому не обращаясь, заметил:

— А все-таки жаль.

Пардус внимательно проследил за последними мгновениями своего старого врага, громко и протяжно зевнул и горделивой походкой удалился, так и не сочтя необходимым выразить признательность.

— Наглец, — с деланным неодобрением отозвался о нем Дъярв, которому красивый зверь явно понравился.

Впрочем, заманивали непотребных тварей и другие подданные Соболенка. То сорока притащит за собой бестолкового летучего ящера, растерянно хлопающего кожистыми крыльями; то юркая белка, помахивая пушистым хвостом перед самыми ядовитыми клыками, приведет осатаневшую змею. Совсем смешно стало, когда огромный медведь, деловито урча, пригнал целое стадо забавных хвостатых черепах. Их спины покрывал выпуклый прочный панцирь, костяной щиток закрывал узкую голову. Зато хвост… Длинный гибкий хвост охватывали костяные кольца, и завершался он тяжелым костяным набалдашником с торчащими в разные стороны шипами. Не хвост, а настоящая булава. Однако и эти живые крепости не устояли перед волшебным лучом.

— Как все перемешалось, — шептала Рюби. — Сколько эпох…

— Меня гораздо больше беспокоит эпоха настоящая, — деловито возразил Дъярв. — Мы уже потеряли три недели. За это время Безымянный мог хорошо укрепить замок.

— Зато теперь у нас за спиной не осталось врагов, — повторила Рюби. — И кроме того, обратите внимание — начало теплеть.

Действительно, по мере того, как исчезали твари из прошлого, снег тоже начал таять. Наступала неожиданная весна посреди осени.

— Надо успеть убраться, пока мы не завязли в болотах, — ворчал Дъярв.

Но, к его величайшему неудовольствию, пришлось провести в лесу еще две недели.

14. ДВУХГОЛОВЫЙ

Морской Король прямо-таки влетел в комнату Чани, словно за ним гналась стая разъяренных собак. С треском захлопнув дверь, он постоял, тяжело переводя дыхание, потом трясущейся рукой вытер влажные щеки. Никогда до сих пор Чани не видел его таким взволнованным. Вообще король был крайне скуп на проявления каких-либо чувств, а уж так потерять голову… Чани мог вспомнить лишь схватку в Радужном ущелье, там король действительно перепугался изрядно. Но ведь тогда король полагал, что приближается его конец. Какова же причина волнения на сей раз?

Чани спросил, постаравшись напустить в голос как можно больше мороза:

— В чем дело?

Королю понадобилось некоторое время, чтобы справиться с волнением, только потом он сумел выдавить:

— Хозяин замка просит прийти к нему.

— Хозяин замка? — Чани надменно вздернул голову. — С каких пор у замка объявился еще один хозяин? Я полагал, что все, находящееся на этой земле, принадлежит повелителю Золотого королевства. В том числе и Железный Замок.

Морской Король уставился на него выпученными глазами и шумно сглотнул.

— Конечно, — вымолвил он после короткой заминки. — Повелитель совершенно прав. Но я нижайше прошу его, — глаза Морского Короля моргнули,

— соизволить проследовать в зал, где находится… местоблюститель.

— Почему я должен идти к своему подданному, а не наоборот? — капризно спросил Чани.

— Повелитель сразу все поймет, как только придет туда. Дела чрезвычайной важности требуют присутствия… местоблюстителя в этом зале неотлучно. Собственно, это не совсем зал…

— А что? — заинтересовался Чани.

— Сегодня мой повелитель сам увидит основу мощи Железного Замка.

— Так идем! — Чани бросился к двери.

Морской Король ненавидяще поглядел ему вслед. Когда, когда же наконец настанет счастливый миг расплаты? Он сам перережет горло юному наглецу!

Хотя король и единым словом не обмолвился, куда следует идти, Чани, ведомый таинственным инстинктом, безошибочно выбирал путь по сложному лабиринту залов и переходов замка. Ему чудилось временами, что он слышит тихий голос, подсказывающий, куда именно следует поворачивать.

Наконец они остановились перед массивными дверями, вырезанными из кости неведомого зверя. Створки украшал сложный золотой узор из переплетенных змей. Змеи, змеи и только змеи. Гибкие тела, изломанные в диких извивах бешеных плясок, вытянутые в стремительном полете смертельного броска, свившиеся в исступленной страсти любовной игры. Больше всего Чани поразило то, что бессмысленные и тупые змеиные морды обрели человеческую выразительность. Они смеялись, разевая украшенные длинными ядовитыми зубами пасти, мрачно хмурились, извергая пламя из узких щелей-глаз, ехидно усмехались…

Чани вдруг стало неуютно. Он всем телом ощутил поток злобы, дикой неукротимой злобы, хлещущий из-за двери, подобно водопаду. Дремота холода разлилась по суставам, руки отяжелели и не хотели подниматься. У него вдруг пропало всякое желание входить в эту дверь, да к тому же меч в ножнах тревожно зазвенел, предупреждая, что где-то совсем рядом находится смертельная опасность.

Чани оглянулся. Морской Король грязным ворохом старых тряпок скорчился на полированной мозаике пола. А под ногами тоже извивались черные и золотые змеи… Гнев охватил Чани, пересиливая робость. Его пытаются запугать? Жестоко пожалеет рискнувший это сделать!

Чани скрипнул зубами и, переломив себя, заставил непослушную руку подняться и толкнуть дверь.

— Стой, — сипло пискнул Морской Король. — Остановись.

Чани, не оборачиваясь, сквозь зубы процедил:

— В чем дело?

— Не прикасайся к двери.

— Почему?

— Она заколдована, и каждый, кто дотронется до нее, умрет в мучениях. Золотые змеи убьют его.

Чани совсем взбесился.

— Так что, я должен ждать, пока некто соизволит впустить меня?! Точно мелкого побродяжку, покорно дожидающегося под дверью кухонных объедков?! Не бывать тому!!!

Он зарычал и выхватил из ножен меч, сияющий прозрачной синевой. Может, это тени заиграли на рельефных украшениях, а может, действительно змеи тревожно зашевелились и предостерегающе зашипели?

Чани не стал разбираться. Он поднял меч над головой, сжав рукоять обеими руками, и нанес сокрушительный удар по двери. Она дрогнула и закричала, как раненный зверь, из нее брызнула горячая красная кровь. Но Чани, весь во власти неистового бешенства, наотмашь рубил головы золотым змеям. Куски раскаленного металла, костяное крошево летали по залу, как метель. При каждом ударе все ярче вспыхивал синий свет…

Морской Король, дрожа от ужаса, стоял поодаль, сжавшись в комочек. Он успел подумать, что снова дела принимают скверный оборот. Король явно недооценил мальчишку, крупно недооценил, но ведь не может юнец противостоять тысячелетнему злу…

Видимо, эту дверь делал не столь могущественный волшебник, как Хозяин Тумана, здесь не потребовались усилия трех мечей, она уступила напору одного. Или, может, слишком велика была злоба Чани? Может, именно она превозмогла заклятье, наложенное на дверь? Черная душа сожгла черную магию?

Дверь с треском распахнулась, и Чани с разбега влетел в новый зал, размахивая мечом. Если бы он видел свое лицо в тот момент, он ужаснулся бы. Но зато ни на миг не испугался сидящий на троне.

Чани попал в большой белый зал без окон. Стены излучали приглушенный свет, и поскольку он лился со всех сторон, ни один предмет не отбрасывал тени. Чани ощутил себя нагим в этом холодном, пронизывающем свете, а когда увидел трон, стоящий у дальней стены, то невольно задрожал.

Трон тоже выглядел клубком свившихся змей. Чани ожидал подобного и не слишком удивился. Гораздо больше поразил его сидящий на троне. Высокий статный воин в черных доспехах; Чани сразу понял, что он на две головы выше его самого. Доспехи украшала насечка в виде все тех же неизменных золотых змей, на плечи воина был наброшен широкий желто-коричневый шарф из лакированной кожи. Поразило Чани то, что голова воина смещена к правому плечу, словно он был горбат.

Воин поднял голову и взглянул на юношу. Те же пустые черные провалы глазниц, как и у Ледяных! И тот же смертельный, пронизывающий до костей холод. Но злоба вновь помогла преодолеть скованность.

— Кто ты? — с вызовом спросил Чани.

От звуков его голоса вокруг трона вспыхнуло огненное кольцо. Пламя поднялось в рост человека, обдав Чани жаром. Ощущение было особенно острым после только что испытанного мороза, даже волосы затрещали. Чани был принужден слегка отступить.

— Я смотрю, ты достойный враг, — невпопад прошелестел знакомый голос.

— Твоя ненависть так велика, что разбудила Охранительный Огонь.

— Как смеешь ты не отвечать на вопросы повелителя Поднебесной?! — не помня себя, завопил Чани.

Пламя загудело еще яростней. Однако он не отступил, а напротив, сделал шаг вперед и взмахнул мечом.

Воин покачал головой.

— Не тот меч. Представляю, как сейчас ревел бы золотой дракон на Черном Мече. Вот единственное оружие, достойное тебя. Брось эту детскую игрушку, она не защитит, реши я вдруг нанести удар.

Пламя вокруг трона превратилось в стаю красно-желтых кобр, танцующих на хвостах, раздувая капюшоны. Одна из огненных змей метнулась к Чани, но тот легким движением меча срезал ей голову. Отрубленная голова покатилась по полу, пятная белый мрамор жирными следами копоти.

— Как видишь, я не столь беспомощен, — с вызовом бросил Чани. — Не ошибись!

— Положительно, ты мне нравишься, — воин рассмеялся шипящим смехом. — Ты смел и дерзок… Я полагаю, ты достоин того, чтобы тебе помогли стать королем не только по названию, но и на деле. Как ты думаешь?

Чани с ужасом увидел, что кожаный шарф вдруг зашевелился и начал разматываться. Через мгновение рядом с человеческой головой раскачивалась змеиная! Тот, кого он принимал за человека, на самом деле оказался двухголовым чудовищем! Правая голова — человеческая, левая — змеиная. Змеиная голова росла на его левом плече, как показалось Чани — прямо из сердца.

Змея, раскачиваясь, подалась вперед, ее зеленые глаза пристально уставились на юношу. Чани встретился с ней взглядом, и тотчас ядовитый змеиный взор, подобно жалу, вонзился ему в душу. Чани беспомощно трепыхнулся, однако ни сила, ни злость не помогли ему. Змеиный взгляд полностью лишил его воли, сковал гораздо вернее, чем кандалами.

Двухголовый развалился на троне. Человеческое лицо довольно ухмылялось.

— Настоящий маленький змееныш, не правда ли?

Змеиная голова утвердительно кивнула и прошипела:

— Мне он тоже понравился. Мы должны помочь ему. А где старый дурак?

— Эй, кто там?! — крикнула человеческая голова.

Униженно кланяясь, подбежал Морской Король.

— Что угодно?

— Ты, вроде бы, пытался его убить? — зевнув, спросил Двухголовый.

— Как можно, — вполне искренне возмутился Морской Король. — Разве я мог хотя бы помыслить посягнуть на драгоценную особу нашего повелителя?

— Повелителя? — прошипела змея. — Ах, да… Конечно. На жизнь повелителя ты посягнуть не смеешь, куда тебе…

Если бы Двухголовый мог заглянуть в опущенное лицо Морского Короля он не говорил бы столь уверенно. Зато отреагировали огненные змеи. С громким шипением они раздули капюшоны и тревожно заметались.

— Ненавидишь меня? — деланно удивился Двухголовый. — Не удивительно. Вот если бы наоборот, я действительно поразился бы. Но все же расскажи, что там у вас произошло.

Морской Король сокрушенно вздохнул.

— Глупый Драуг попытался завладеть волшебным мечом. К сожалению, я спал и не успел вовремя остановить безумца.

— Но мне известно, что Драуг до сих пор жив, — прошипела змея.

— Почему?

— Повелитель решил, что ему нужны рабы, — сказала человеческая голова.

— Правильно — согласилась змея. — И если раб ненавидит своего господина, так и должно быть. Пусть ненавидят, лишь бы боялись. Любовь раба слишком ненадежна, чтобы на нее полагаться, доверять можно лишь страху! Что ты думаешь о нем? Стоит ли ему помогать?

Слова шелестели в ушах Чани. Он слышал их, однако не мог уловить смысл. О чем говорит Двухголовый?

— Мне кажется, только он сможет остановить врага, — твердо ответил Морской Король. — Ни ульфхеднары Драуга, ни айзеншвертбеваффнеты Эвигезайса на такое не способны. Против нас стоит страшная сила.

— Куда страшнее, чем ты полагаешь, — невесело усмехнулся Двухголовый.

— Они прикончили твоего старого приятеля.

— Кого? — встревожился король.

— Орка Великого.

Морской Король охнул и схватился за сердце.

— Не может быть!

Глаза змеи полыхнули красным.

— Может. Еще как может.

А человеческая голова добавила:

— Ты ведь знаешь, что мне в любой момент известно, что именно происходит… точнее, происходило с Орком. Как, впрочем, точно так же он знал все обо мне. Орк оказался круглым дураком и бесславно погиб, нам следует сделать из этого выводы, чтобы не последовать в самом коротком времени за ним. И я не собираюсь безропотно ждать конца, подобно Хозяину Тумана.

В зале повисло тяжелое молчание. Потом Морской Король выпрямился и, бесстрастно глядя на Двухголового, медленно спросил:

— Значит ли все это, что ты считаешь свою борьбу безнадежной и только прикидываешь, как подороже продать свою шкуру?

— Да как ты смееш-шь?! — Змея рванулась с такой силой, что Двухголовый едва не слетел с трона.

— Не до вежливости, если над головой висит топор, — огрызнулся король. Как уже не раз случалось, в минуты опасности он приобретал необычайную решимость и энергию.

— Для меня самого неожиданность, что изначальное зло может быть побеждено, — нехотя признался Двухголовый. — Я полагал его неистребимым, и уж тем более неподвластным этим червякам, вся история которых короче одного моего дня. Оказалось, я ошибался. Тебя разбили некстати вмешавшиеся Радужники. Хозяин Тумана допустил непростительную оплошность, выведя из цитадели все войска. Орка погубила непомерная самонадеянность. Я знаю обо всем этом, значит я избегу всего этого. Скверно, что на службу себе червяки поставили первоэлементы. Зачатки добра, — его лицо перекосилось, — которые нам неподвластны. Именно поэтому мы не сможем обернуть против наших врагов синий меч, как бы ни старались. Он не послужит делу зла. Иное, что мы можем не допустить его соединения с тремя остальными. Если против нас объединятся все четыре стихии — Земля, Вода, Огонь и Воздух — нам несдобровать.

— Так уничтожим его! — воскликнул порывисто Морской Король.

— Неужели ты полагаешь, что я не пытался этого сделать? — вопросом на вопрос ответил Двухголовый. — Не раз. Но даже пламени моих печей это не удалось.

— Значит, нам конец, — удивительно спокойно подвел итог Морской Король. — Мы напрасно вообще допустили появление людей на планете. Следовало сразу смести их с лица земли.

— И властвовать над мертвой пустыней, — усмехнулся Двухголовый. — Мне не по душе такая власть. Да и ты сам, кажется, обрел смысл жизни лишь в борьбе с ними.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16