Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Благородная разбойница

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Берк Синнамон / Благородная разбойница - Чтение (стр. 2)
Автор: Берк Синнамон
Жанр: Остросюжетные любовные романы

 

 


Оскорбленная, Айвори повернулась к нему спиной. Она была разочарована: он оказался таким же несносным, как и все остальные мужчины, которых она знала. Даже еще отвратительнее: ведь вначале он показался ей лучше других. «Мужчины все одинаковы, — подумала она с грустью. — Ни в одном из них нет ничего хорошего».

— Зачем же ты назвал Уэйна дураком, если ты думаешь, что он прав?

— Уэйн? «Слизняк» ему бы подошло больше. Давай просто считать, что мне нравится выручать женщин из не приятностей, даже если у них не хватает хороших манер, чтобы сказать спасибо.

Айвори с негодованием посмотрела на него:

— Если бы Уэйн только прикоснулся ко мне, он был бы мертв еще прежде, чем понял, что он сделал.

Чейз оперся о перила и скрестил руки на груди:

— Что ж, ты небрежный крупье, но достаточно самоуверенная. Если бы ты как следует набила руку или, наоборот, стала бы вести дела честно, то тебе бы не понадобилась никакая защита. Вряд ли кто-то действительно верит, что в «Алмазной шахте» играют честно, но, когда их дурачат так беззастенчиво, как это делаешь ты, они имеют полное право вести себя несдержанно.

— Я бы посоветовала тебе быть поосторожнее, — ответила Айвори резко. — А не то тебе могут предоставить замечательную возможность быть похороненным в космосе.

Фотография Айвори не могла полностью передать ее такой, какой она была на самом деле. Когда она выходила из себя, сквозь ее светлую кожу проступал очаровательный румянец. То, что дочь пирата может краснеть, пусть даже от гнева, было для Чейза сюрпризом.

— Я пилот, так что похороны в космосе — это мне вполне подходит. Но я надеюсь, что ты хотя бы исполнишь мое последнее желание.

— Даже не рассчитывай на это.

Решив играть свою роль до конца, Чейз шагнул к ней, положил руки ей на плечи и повернул к себе. Он приподнял ее голову, и его палец удивительно подошел к ямочке на ее подбородке, а когда он нагнулся, чтобы ее поцеловать, то с удивлением почувствовал, что их губы подходят друг другу еще лучше. Он просто хотел заставить ее замолчать, перестать говорить резкости самым действенным и впечатляющим образом, но ее губы оказались такими сладкими, что он позабыл об этом.

Внезапно резкая боль разорвалась в его голове, колени подогнулись, и он упал ничком, растянувшись у самых кончиков серебряных туфель Айвори. Стокс с широкой ухмылкой опустил маленькую, но отлично уравновешенную металлическую дубинку, свалившую Чейза, и уже было размахнулся, чтобы со всей силы пнуть его ногой, но Айвори остановила его.

— Зачем его бить, если он все равно не почувствует? — сказала она.

— Почувствует пару сломанных ребер, когда очнется. Если, конечно, Спайдер разрешит ему очнуться. А если нет, то он не первый, кого мы на этой неделе выкинули из шлюза. Тогда ему уже не будет важно, насколько сильно его избили.

Айвори прекрасно знала, как ее отец ведет дела. С того момента, как новый гость попадал в «Алмазную шахту», Спайдер один решал, когда и каким образом тот уйдет. Айвори подняла руку к губам, но скорее не затем, чтобы стереть поцелуй заносчивого незнакомца, а чтобы еще раз ощутить восхитительное тепло его губ. Может быть, он и поцеловал ее без ее согласия, но он был скорее нежен, чем груб, и это было так неожиданно и приятно.

— Я не хочу, чтобы его били, — приказала она. — Просто отнеси его вниз в бункер и помести в отдельную камеру. Я хочу, чтобы мой отец взглянул на него, прежде чем решать, что с ним делать.

Стокс нагнулся и пошарил в карманах Чейза, все еще лежащего без сознания.

— Смотри-ка, довольно много выиграл. Он забрал фишки и все деньги, которые нашел в карманах, и начал рыться в остальных, застегнутых на «молнию», пока не обнаружил документы. Он внимательно изучил ламинированную карточку, затем перевернул Чейза и сравнил его лицо с фотографией.

— Чейз Данкан. Это же имя он назвал, когда парковал свой корабль в доке. Мы знаем, что его разыскивают, за него даже назначено вознаграждение. Можно было бы получить за него кое-какие деньги, и я был бы рад разделить их с тобой.

— Если ты начнешь сдавать людей за выкуп, казино тут же опустеет. Ничего не делай, просто запри его хорошенько.

Айвори подошла к двери и выглянула наружу. Вопящие коркеры и пираты с обезумевшими лицами все еще пытались искалечить друг друга. Она утомленно вздохнула:

— Еще одна ночь в раю.

— Да, но это же твой рай. Владеть им — уже достаточное утешение.

Айвори обернулась, чтобы еще раз бросить взгляд на Чейза Данкана. Она даже не сделала попытки объяснить, насколько мало для нее значат деньги ее отца; Стокс никогда бы ее не понял. Легкий поцелуй, исполненный любви, был ей гораздо дороже. Эта мысль так расстроила ее, что она поскорее поднялась на охранный ярус, где было безлюдно и пусто и ничего не напоминало ей о чувстве, настолько бесценном, что она даже не могла его назвать.

Тщательно обыскав Чейза, Стокс крепко схватил его и наполовину потащил, наполовину понес к лифту. Он спустился на нижний ярус, где Спайдер Даймонд держал тех из своих посетителей, которые нарушали его законы. Помещение было тускло освещенным и нарочно плохо отапливалось, так что здесь всегда было холодно и промозгло. Стокс отволок своего пленника в камеру, сделанную из решеток, и стащил с него одежду. На спине Чейза он заметил татуировку Ворона, но принял его за стилизованного орла. Изображение этой гордой птицы было популярно среди пилотов, поэтому он не придал этому никакого значения. Теперь, когда Айвори не могла ему помешать, он с размаху пнул Чейза ногой.

Чейз очнулся только на следующее утро. Стокс забрал у него часы, поэтому он не мог определить, сколько времени был без сознания. Голова у него раскалывалась от мучительной пульсирующей боли, а когда он сделал попытку встать, сломанные ребра напомнили о себе такой жгучей болью, что он почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Он закрыл глаза, чтобы справиться с ней, потом, вспомнив, где он находится, потихоньку открыл их снова. Для человека, занимающегося подобной работой, сломанные ребра были привычным делом. Нужно только не двигаться слишком быстро и не делать глубоких вздохов.

Почувствовав, что теперь в состоянии контролировать свое тело, он осторожно сел и огляделся. Голые стены — вот и все, что было с трех сторон от него. Но с четвертой стороны он увидел Спайдера Даймонда, который смотрел на него самым пристальным и холодным взглядом, который он когда-либо видел. Глаза у этого человека оказались не голубыми, а темно-серыми, цвета стали, и Чейз не ощутил особой радости от того, что их встреча наконец состоялась. На нем не было одежды, все тело ломило, и от этого он чувствовал себя особенно неуютно, хотя старался не показывать этого.

— Кто вы такой? — спросил он.

— Я Спайдер Даймонд, и я уже знаю, что тебя зовут Чейз Данкан, так что можешь не тратить время на официальные представления. Корпорация Аладо очень хочет заполучить тебя обратно. Скажи мне, есть ли у меня какая-нибудь причина не сдавать тебя им?

Стараясь не изменять позы, Чейз осторожно поднял руку и убрал волосы с лица.

— У тебя есть крупье, который совершенно никуда не годится, — начал он. — Когда Уэйн поймал ее на мошенничестве, я попытался защитить ее, но оказалось, что она мне, похоже, не очень-то благодарна.

Спайдер подцепил ногой табуретку, пододвинул ее и сел.

— Она моя дочь, и она действительно склонна ко всяким выходкам. Это моя ошибка, которую я собираюсь исправить. Тут ходят слухи, что любого, кто к ней подойдет, я выкидываю из шлюза. Это совершенно не так, но, к сожалению, большинство мужчин этому верят и поэтому избегают ее общества. Но она сказала мне, что ты ее поцеловал. С какой стати ты так расхрабрился?

Пытаясь заговорить как можно убедительнее, Чейз перевел дух, но острая боль в груди заставила его похолодеть.

— Не знаю, стоит ли считать это храбростью Я же не знал, кто она такая.

Спайдер наклонился, чтобы лучше видеть Чейза сквозь прутья решетки.

— Как тебя сумели поймать?

— Не знаю. Кто-то ударил меня сзади.

— Нет, я говорю не о том, как ты целовал Айвори. Я имею в виду твои занятия контрабандой.

Чейз замерз, ему было не по себе, но все-таки не настолько, чтобы забыть свою историю.

— Одна моя бывшая подружка обозлилась на меня и сдала властям. После всего того, что я потратил на эту суку, я ожидал с ее стороны больше верности.

— А что, верность для тебя так важна?

— Разумеется. — Голос Чейза звучал убежден но. — Я никогда не предаю друзей.

— А врагов?

— С какой стати хранить верность врагу? По крайней мере я не вижу в этом смысла. Он же может предать тебя при первой же возможности. Я вообще не знал, что у меня есть враг, пока меня не арестовали. Эти женщины… — пробормотал он, как будто одно это слово стоило целой истории.

На Спайдере были эффектная темно-синяя пилотская форма и такие же ботинки. Как и на фотографии Нельсона, его подбородок был несколько дней небрит, а светлые волосы так спутаны, как будто он побывал в аэротрубе. Рассказ пленника позабавил его, и он захотел услышать от него побольше.

— Что за контрабанду ты возил?

Чейз с невинным видом пожал плечами:

— Ну, я считал, что это искусство, но те, которые меня арестовали, говорили, что это порнография. Понимаете, в колониях мало женщин, и я не вижу ничего преступного, если мужчина хочет получать удовольствие, глядя на фотографию красивой женщины.

Спайдер кивнул в знак согласия, продолжая внимательно изучать своего пленника. Он встал и прошелся вдоль камеры, рассматривая его со всех сторон. Очевидно, довольный увиденным, он пришел к какому-то решению и снова сел.

— У меня есть для тебя предложение.

— Отлично. Может быть, обсудим его где-нибудь в более теплом месте?

— Нет. Мне кажется, что низкая температура бодрит. Очевидно, ты меньше всего этого ожидаешь, но ты приглянулся моей дочери.

Чейз грустно покачал головой и тут же пожалел об этом, потому что боль усилилась. Он сжал голову руками, тщетно надеясь, что это облегчит его страдания.

— Я надеюсь, вы мне простите то, что я скажу, но она очень странным способом выражает свою симпатию.

— Может быть, это потому, что она вообще неопытна во всем, что касается мужчин.

В продолжение своей карьеры Чейз попадал во многие странные ситуации, но он не мог припомнить ни одной, похожей на ту, в которой он теперь оказался. Он ожидал, что Даймонд окажется обычным прожженным головорезом. Может, он таким и был, но Чейз никак не мог предположить, что такой человек заведет с ним доверительный разговор о своей дочери. Он почувствовал, как его зубы начинают стучать от холода.

— Что значит «неопытна»?

— Она девственница и собирается оставаться ею до тех пор, пока не встретит мужчину, с которым сможет быть на равных. Я думаю, что ты можешь оказаться таким мужчиной.

Шеф предупреждал его об испытании, но разве мог он представить себе, что оно окажется таким удивительным. Чейз поднял руку:

— Подождите-ка, вы меня совершенно смутили. Что конкретно вы хотите, чтобы я сделал?

Спайдер поднялся и оттолкнул от себя табуретку:

— Я хочу, чтобы ты женился на моей дочери и был примерным мужем. Сначала, конечно, ты должен сделать так, чтобы она тебя полюбила, а это будет непросто. Если тебе нужно время, чтобы обдумать мое предложение, можешь немного подумать. Просто скажи тому, кто будет приносить тебе еду, что ты пришел к какому-то решению, и тогда я снова приду повидаться с тобой.

Чувствуя, что он уже на грани переохлаждения, Чейз ухватился за прутья и кое-как ухитрился встать. Он пошатнулся, но все-таки удержался на ногах.

— Я дам вам ответ прямо сейчас, сэр. Для меня большая честь жениться на вашей дочери.

Спайдер окинул взглядом его мускулистую фигуру и посмотрел ему в глаза:

— Айвори не должна даже заподозрить о нашем разговоре. Если ты когда-нибудь позволишь себе хоть один намек, он будет последним в твоей жизни.

— Понимаю. Она ни о чем не догадается, даю вам слово. Но что, если она все-таки не влюбится в меня, несмотря на все мои старания.

Спайдер засмеялся и повернулся, чтобы уйти.

— Тогда я действительно выкину тебя из шлюза, и все твои неприятности разом кончатся.

Почувствовав, как его подташнивает от этой угрозы, Чейз продолжал стоять, ожидая, пока ему принесут одежду. И как ни старался, он не мог придумать, как ему выбраться из этой переделки и каким образом Ейл Линкольн мог бы ему помочь.

Глава 2

Спайдер протянул Чейзу керамическую кружку. Покрытая переливчатой сине-зеленой глазурью в коричневато-желтых прожилках, она была сделана в форме фигурки игуаны. С одной стороны кружки изящно изогнулась головка с тонко очерченным ртом, ноздрями и глазами. Полое туловище вмещало изрядное количество вина, а хвост закручивался вверх и назад, образуя ручку. Это была самая странная емкость, из которой Чейзу приходилось когда-либо пить. К тому же она оказалась довольно тяжелой, и ему пришлось взять ее обеими руками, чтобы поднести к губам. Его большой и указательный пальцы удобно попали в выемку между челюстями этого зверя, и после пары глотков причудливая кружка показалась удобной и привычной, как самый лучший серебряный кубок. Что же до вина, которым его угощал Спайдер, то оно было приятным и не слишком сладким.

Сразу после разговора со Спайдером Чейз получил назад свою одежду. Ее принес неразговорчивый парень, в котором Чейз узнал одного из крупье в казино. Фишки, выигранные им накануне, и деньги оказались на месте, хотя, может быть, и не совсем в тех карманах, в которые он их клал. Как только он оделся, его проводили в лазарет, такой же хороший, как и те, которые корпорация Аладо предоставляла своим сотрудникам. После нескольких минут под исцеляющими лучами прекратилась невыносимая боль в сломанных ребрах и в голове.

Теперь он делил трапезу со Спайдером за восьмиугольным столом в его личных покоях. В отличие от темных приглушенных тонов «Алмазной шахты» здесь цвета были яркими и светлыми: золотистый и красновато-коричневый. Стены были покрыты фресками, изображавшими сцены из древнегреческой мифологии, они были сделаны так искусно, что казалось, это настоящая, тщательно восстановленная античная живопись. Свет исходил из светильников, вмонтированных в потолок; они давали тепло и свет, как настоящие солнечные лучи. Это была прелестная комната, но Чейз не мог позволить себе расслабиться. Существовала огромная разница между внедрением в пиратскую операцию и тем, чтобы на самом деле стать пиратом, и он не мог об этом не думать.

Чейз задумчиво водил вилкой по тарелке с вареными овощами и тертым сыром, перемешивая их, но сам едва попробовал пару кусочков. Наконец он прекратил попытки и отодвинул тарелку. Как и замечательная кружка-игуана, тарелка была ручной работы. Она была таких же оттенков, но простая, без украшений.

— Ты не любишь вегетарианскую еду? — спросил Спайдер.

— Я, как и многие другие с Земли, предпочитаю традиционную пищу. Но я знаю, что дорого держать свежее мясо в космосе, а овощи можно легко выращивать и постоянно пополнять ими свои запасы.

— Ну, в общем, это верно, но на моих складах есть отделение и для мяса, и не хуже любого на Земле. Я прослежу, чтобы на обед тебе дали что-нибудь, что будет больше тебе по вкусу. Что ты думаешь об этой керамике? Это работа моей дочери. — Спайдер одной рукой поднес к губам свою кружку.

— Так это Айвори сделала эти необыкновенные кружки?

— Да, и тарелки. Ей нравятся такие занятия. — Он обвел рукой прекрасно декорированные стены. — Фрески рисовала тоже она. Она на самом деле необыкновенная девушка. Как-нибудь попроси ее тебе спеть. Ты лишний раз убедишься, почему я так горжусь ее талантами. И я должен тебя предупредить: если ты поймал ее вчера на мошенничестве, значит, она сама этого захотела. Она никогда не ведет себя легкомысленно и никогда не делает ничего беспричинно. Я же объяснил тебе, ты ей нравишься. Я не знаю почему, но разве для того, чтобы нравиться, муж чинам и женщинам когда-нибудь нужны были логические рассуждения?

Чейз не успел ответить, потому что к ним присоединилась Айвори. Она была одета в серебристую летную форму, облегавшую ее тело так же красиво, как и вчерашнее платье.

— Доброе утро, — тепло приветствовал он ее.

— Уже день, — поправила она.

Как только она заняла свое место напротив него, стройный парень, который обслуживал и Чейза, принес ей такое же блюдо овощей с сыром. Чейз не находил в этой нитратной еде ничего привлекательного, но ей она, похоже, нравилась. Она принялась с аппетитом есть, только на миг приостанавливаясь, когда на ее золоченую вилку попадался слишком большой кусок сыра. Она тоже справлялась со своей кружкой одной рукой и не поднимала глаз, пока до конца не подобрала со своей тарелки все сочное овощное рагу.

Спайдер заметил, как внимательно Чейз наблюдает за тем, как Айвори ест, и не мог удержаться от смеха.

— Как ты легко мог заметить, манеры моей дочери не всегда совпадают с распространенными представлениями о том, как должна вести себя дама. Но мне все равно это нравится. Проявления свободной натуры кажутся мне очаровательными.

Облокотившись на край стола, Айвори держала свою кружку, поглядывая поверх нее на отца.

— А ты не забыл добавить еще про очаровательных обитательниц борделя Летней Луны? Я многому научилась от них, только это не то, что можно было бы показать за столом.

— Прекрати, Айвори, — резко оборвал ее Спайдер. Он подлил Чейзу еще вина. — Моя дочь не любит Луну. И не упускает случая показать это. У нас тоже есть свои разногласия, как и в любой семье.

Чейз притворился, что не знает, о ком идет речь:

— Летняя Луна — это что, человек?

— Да, это моя женщина, и она управляет у нас, так сказать, самыми интимными формами развлечений. Ты познакомишься с ней, когда вернешься, — пообещал Спайдер.

— Вернусь? Откуда? — спросил Чейз.

— Я хочу, чтобы ты сопровождал Айвори во время сегодняшней поездки в наш банк.

Айвори со стуком поставила кружку на стол:

— Ты даже не знаешь этого человека!

— А мне и не нужно его знать, моя кошечка. Достаточно того, что он знает меня и знает, как я бываю зол, когда кто-нибудь меня подводит. Или, может быть, ты хотела бы поехать со Стоксом или с Виком?

— Конечно, нет. Я бы хотела поехать одна, как обычно.

— Доставь мне удовольствие, — попросил ее Спайдер. — Чейз приехал сюда искать работу, а у меня ее достаточно. Сегодня он будет твоим телохранителем. Вернись вовремя, чтобы успеть переодеться к обеду. Ты же знаешь, как всех раздражает, когда ты опаздываешь и прерываешь общую беседу.

Айвори мрачно посмотрела куда-то мимо Чейза. Ее взгляд стал таким угрожающим, что ему пришлось напомнить себе: у Спайдера должны были быть причины считать, что она к нему неравнодушна. Он заставил себя улыбнуться:

— Я не буду тебе мешать.

— Попробовал бы ты это сделать, — сказала она с вызовом. — Что ж, пойдем, мы и так потеряли достаточно времени.

Прежде чем Чейз успел встать, она уже была на ногах и на полпути к дверям. Он двинулся вслед за ней и, обернувшись, подмигнул Спайдеру. Пират ответил легким кивком. Догнав Айвори возле дверей, Чейз постарался загладить вчерашнее происшествие.

— Если я оскорбил тебя вчера, мне действительно очень жаль. Как сказал твой отец, я не ищу неприятностей, мне просто нужна работа, и я не хочу, чтобы мы становились врагами.

— Немного поздновато ты это решил, ты не находишь?

Чейз подождал, пока они вошли в лифт, и прижал Айвори к стене. Ее глаза расширились, но он почувствовал, что скорее от удивления, чем от страха, и не отпустил ее.

— Я думаю, тебе понравился этот поцелуй вчера, так же как и мне. На самом деле поэтому ты и не особенно сопротивлялась.

Айвори отвернулась, но Чейз стоял так близко, что она чувствовала его теплое дыхание на своей щеке. С тех пор как они расстались, она не могла думать ни о чем другом, кроме него, но не хотела показать, как много значил для нее этот поцелуй. Она не привыкла ни с кем делиться своими переживаниями. Как только двери открылись, она проскользнула под рукой Чейза и стрелой вылетела из лифта.

Они находились на ярусе, где располагались доки и ремонтные мастерские. Здесь она чувствовала себя в большей безопасности: везде горел яркий свет, люди были заняты обычным делом. Всюду слышались оживленный говор, шутки и хриплый смех. Коркеры, чинившие свои маленькие корабли, держались в стороне, но тоже живописно дополняли общую картину. Воздух был пропитан резким неприятным запахом ракетного топлива и смазки. Время от времени огромные вентиляторы с оглушительным ревом подавали кислород, чтобы механики могли вдохнуть свежий воздух.

Большинство обслуживаемых кораблей были «Томагавки» — огромные транспорты, которые особенно любили пираты. Чейз не стал даже пытаться запомнить их номера с тем, чтобы потом о них сообщить.

— Оживленное место, — заметил он.

— Да. Не беспокойся, тут есть люди, которые каждое утро обслуживают и мой корабль.

Чейзу не хотелось бы лететь на ненадежном корабле, и когда Айвори ввела его в частный док, он с облегчением вздохнул: их шаттл оказался сравнительно новым. На нем не было опознавательных знаков, но как раз это и привлекало внимание. Космические транспорты всех корпораций носили свои опознавательные знаки, то же самое касалось и частных кораблей. Но на шаттле Айвори не было ни яркой эмблемы, ни какой-либо надписи, отличающей его от других, и потому было ясно, что это корабль незаконный. То, что Спайдер не зарегистрировал свой корабль, не удивило Чейза. Но он подумал, что подходящие знаки можно было бы и подделать.

Поднявшись на борт, он увидел, что кресла в главном отсеке сдвинуты, чтобы освободить место для семи надежно опечатанных алюминиевых контейнеров. Они были почти квадратные, с ручками с каждой стороны и достаточно маленькие, чтобы их мог унести один человек — если, конечно, их содержимое не будет слишком тяжелым. Они были сильно потерты и поцарапаны: видимо, Айвори часто ездила в этот своего рода банк.

Задавать слишком много вопросов было бы для Чейза небезопасно: это могло зародить в Айвори подозрения.

Но и полное отсутствие любопытства с его стороны могло показаться странным. Чейз постарался держаться золотой середины.

— Спайдер сказал, что мы едем в банк. Полагаю, эти ящики полны денег. Как же ты раньше справлялась с ними одна? Они не слишком тяжелы для тебя?

— Разумеется, нет. Пойдем в рубку. Хочу посмотреть, действительно ли ты умеешь управлять кораблем.

Шеф никогда не снабжал своих агентов легендами, которые были бы совершенной липой. Чейз действительно был хорошим пилотом. Прежде чем поступить в службу разведки Аладо, он был одним из лучших пилотов корпорации и совершал рейсы по всей Галактике. Усевшись в пилотское кресло, он пристегнул ремень и включил бортовой компьютер.

— В него уже введены координаты банка?

— Конечно. — Айвори заняла место второго пилота и ввела в компьютер кодированное сообщение.

— Добрый день, Айвори, — ответил тот приятным мужским голосом. — Время полета до банка сорок семь минут.

— Спасибо, «Рекс». — Айвори села в кресло и устроилась поудобнее.

— Ты назвала компьютер «Рексом»? Какая-то собачья кличка.

Айвори постучала пальцами по подлокотнику кресла.

— На самом деле его зовут «Тиранозаурус Рекс». Я обожаю динозавров и всяких рептилий, а вовсе не собак.

— Имя динозавра все равно не слишком подходит компьютеру, — возразил Чейз. — Они вымерли миллионы лет назад, а у твоего корабля — новейшая технология.

— Ты что, всегда такой невыносимый идиот?

Чейз не мот припомнить, чтобы другие женщины обращались с ним столь же уничижительно, но ведь те старались произвести на него хорошее впечатление. В цели Айвори это, очевидно, не входило.

— Можешь так считать, — заметил он. — Но я всегда стараюсь все объяснить логически.

— И упускаешь при этом из виду все живое, — возразила Айвори.

Она наклонилась и ввела новый код. Огни по периметру зажглись ярко-красным, пронзительно взвыла сирена, предупреждая об открытии металлических дверей дока.

— Посмотрим, сможешь ли ты вывести нас отсюда, не зацепившись о стены.

Чейз принял ее вызов и, аккуратно выведя корабль из дока, сделал вираж вокруг аванпоста, чтобы еще раз взглянуть на него со стороны. На вид он был похож на обычное сооружение, и снаружи не было ничего, что указывало бы на его особое предназначение. Он вполне мог бы сойти за центр какой-нибудь шахтерской колонии или один из многочисленных аванпостов, которые снабжали путешественников продовольствием и топливом. Вырулив на курс, Чейз снял руки с рычагов управления.

— Теперь «Рекс» справится сам.

Айвори отдала вслух команду «Рексу», и компьютер взял на себя управление шаттлом. Она повернулась к Чейзу:

— Не могу припомнить, чтобы отец брал пилота или кого-нибудь еще, кто просто искал бы работу, безо всякого поручительства со стороны наших людей. Что в тебе такого особенного?

— Может быть, моя неотразимая внешность?

Айвори не отреагировала на его шутку даже легкой улыбкой.

— Мне нужна правда, Чейз. Если ты собираешься иметь со мной дело и дальше, тебе лучше рассказать все сейчас.

Такую просьбу невозможно было выполнить, не рассказав о задании. Чейз слегка пожал плечами, как будто его совсем не смутил этот вопрос.

— У меня нет семьи, — соврал он тем уверенным тоном, которому его хорошо обучили в свое время. — И у меня не было никаких перспектив в работе с тех пор, как в Аладо обнаружили, каким делом я занимаюсь. Я продолжаю считать, что это было искусство, а не порнография. Учиться чему-то новому меня совершенно не устраивало, а скрываться и прозябать до конца жизни в какой-нибудь всеми забытой шахтерской колонии — это не для меня. Я такого не заслуживаю.

Он замолчал и взглянул прямо в глаза Айвори.

— Я не считаю, что делал что-то неправильно. Единственная моя ошибка в том, что доверил информацию не той женщине, и стоило нам расстаться, как она использовала ее против меня. Я не могу вернуться ни на Землю, ни в одну большую колонию, поэтому я и приехал на границу. Здесь человек с амбициями может пробиться и преуспеть, и я намерен здесь остаться. Я хотел бы не просто «иметь с тобой дело», мне хотелось бы большего. Но я буду терпелив и подожду, пока появится случай узнать друг друга получше. Теперь я хочу задать тебе один вопрос. Кто ударил меня вчера вечером?

Айвори помолчала, размышляя над тем, что он сказал.

— Я скажу тебе, но только потому, что он сам станет этим хвастаться при первой же возможности. Это Стокс, он один из цепных псов моего отца. Есть еще один, Вик. Будь осторожнее с ними обоими.

— Спасибо за предостережение. Они будут на обеде?

— Нет. Их не пускают в наши апартаменты, и это их здорово злит. Мой отец любит разговоры поинтереснее, чем те, которые могут поддержать они. Он предпочитает приглашать поэтов или философов.

Оказывается, Спайдер Даймонд был гораздо более сложной личностью, чем считал его Шеф. Чейз не стал открыто выражать свое удивление, хотя дружба пирата с поэтами показалась ему странной.

— А ты? — спросил он. — Здесь на аванпосте у тебя, наверно, нет достойных подруг. Может быть, есть какие-то особенные друзья среди мужчин?

— Смотря что ты считаешь «особенным».

Чейз наклонился к ней:

— Хорошие, заботливые, близкие. Которые целуют тебя так, как это сделал я.

Айвори посмотрела куда-то в сторону, и он уже понял ее ответ. Спайдер говорил, что у нее не было любовника, но сама она вела себя так, как будто ее обманули и бросили и ее сердечная рана до сих пор не зажила.

Может быть, она и старалась спрятаться за своим вызывающим поведением, но ей не удавалось полностью скрыть свою уязвимость. Чейз сам достаточно познал одиночество, чтобы научиться узнавать его в других, и он знал, как сильно ранит душу эта гнетущая пустота. Хотя он и старался быть объективным, но его вдруг заполнили чувства, которые он не ожидал найти в себе по отношению к дочери пирата. Он потянулся к ней и взял ее руку в свои.

Ее руки были так же красивы, как и вся она: одновременно и сильные, и нежные. Ее светлая кожа резко контрастировала с его смуглой, и он подумал, какое это красивое сочетание.

— Ты прекрасная, талантливая, умная девушка, и я желал тебя с того самого момента, как увидел, когда ты сдавала карты в казино. Я понимаю, что ты, наверное, часто слышала такие комплименты от других мужчин. Так часто, что тебе уже не хочется их слушать. Но я надеюсь, что, когда ты узнаешь меня получше, ты поверишь в мою искренность.

Слова Чейза были такими теплыми — такими же, как и его рука, и Айвори с трудом сдержала слезы. Она испугалась, что он может счесть ее сентиментальной, и тихо высвободила свою руку.

— Мне нужно пойти проверить груз.

Она отстегнула ремень и вышла из рубки. Но, оказавшись в грузовом отсеке, присела на краешек ящика и попыталась успокоиться. Она не хотела позволить этому красивому незнакомцу играть ее чувствами.

Она едва помнила свою мать. Говорили, что она очень похожа на нее, но ее собственные воспоминания были очень смутными. От матери у нее остался пузырек с духами. Их аромат неуловимо напоминал ей о любви, которой ей так не хватало, но она не могла восстановить в памяти ни одного эпизода, связанного с ее матерью. Почти всю ее жизнь ее воспитывал один Спайдер вместе с большим количеством разных учителей и воспитательниц. Некоторые из них действительно очень заботились о ней.

Теперь в ее жизнь ворвался Чейз Данкан. Ее инстинкт подсказывал ей не доверять ему, но сердце так хотело верить в его доброту. Она никогда не забывала о том, что она дочь Спайдера Даймонда — а он всегда советовал ей остерегаться мужчин, дающих щедрые обещания. Он утверждал, что такие люди всегда обещают больше, чем могут дать, и он очень не хотел, чтобы кто-то заставил ее страдать, как это часто бывает с другими женщинами. Хотя он и не говорил ей прямо, что мужчины могут интересоваться ею из выгоды, но она была достаточно умна, чтобы понять это сама.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22