Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Время Огня

ModernLib.Net / Научная фантастика / Андерсон Пол Уильям / Время Огня - Чтение (стр. 7)
Автор: Андерсон Пол Уильям
Жанр: Научная фантастика

 

 


— Я не совсем понимаю тебя. Будь добра, объясни.

Ее охватило удивление. До сих пор он все понимал и не нуждался в ее пояснениях. Откуда же теперь такое невежество?

Он сидел, освещенный сиянием звезд, в правой руке стакан, в левой — сигарета. Добрый и сердечный, но с каким-то налетом таинственности. И… О, святой Дарвин! Как он красив! Сердце ее заколотилось.

«Нет, я не должна влюбляться! Хотя знаю, что это довольно просто. Но какая же из меня жена космолетчика? Или из него житель Примаверы?»

Она вспомнила тех мужчин, что были у нее раньше.

Разумеется, не мальчишек, друзей детства, с которыми она носилась на мотоциклах, выделывая головокружительные трюки. Теперь, оглядываясь назад, она понимала, что несмотря ни на что, они боялись ее, так же, как и она их… Возможно, именно они подготовили ее именно к тому, что она совершенно неожиданно для самой себя отдалась Кимуре Сэндзо. Ей тогда было семнадцать. Два года она сопровождала его в экспедициях — и это было чудесно, божественно, греховно… Но это было бы не таким, если бы он с самого начала не предупредил ее, что будет вынужден вернуться к своей жене и маленькой дочурке, которая скучает без папы. И это тянулось два года… После него у нее было еще трое — но к каждому из них она не испытывала ничего, кроме дружеских чувств.

И эти связи были недолгими, потому что Примавера — небольшой городок, и она не хотела, чтобы люди, к которым она хорошо относилась, перессорились между собой…

Ян… Она вообще не была уверена, что любит его, и к тому же Рода…

"Джиллиан Ева Конвей, — сказала она в мыслях голосом Ларекки. — Опусти свой хвост. Ты помнишь, что этот человек — враг!

Возможно, он симпатичен тебе, но для тебя это не более, чем объект игры, которого ты должна подчинить себе".

Какие сексуальные видения мелькнули в ее мозгу? Она хихикнула.

— В чем дело? — спросил Джерин.

— Ничего. Просто задумалась, — быстро ответила она.

Он с любопытством посмотрел на нее.

— Мне хотелось бы знать, что же это такое — Т-связь?

— О, да, — она расслабилась и выпила глоток коньяка. — Это сокращение для выражения: «Жизнь, возникшая на Таммузе». Для того, чтобы отличить ее от орто-иштарианской жизни, которая возникла на Иштаре… Ты знаешь, что в системе Ану есть планеты, подобные Земле. И на одной из них возникла разумная жизнь. Это было миллионы лет назад. Когда Ану стал раздуваться, таммузианцы решили переселиться на Иштар и основать здесь колонию.

Разумеется, это только наши предположения.

Джерин поднял брови.

— Предположения? Я думал, это доказано.

Джиль покачала головой.

— Какие могут быть доказательства через миллион лет? Я могу показать тебе доклады археологов, работающих на Таммузе. Весьма интересно и несколько грустно. Во всяком случае есть основания предполагать, что таммузианцы создали средства для межпланетных перелетов и пытались колонизировать Иштар. Разумеется, все они не смогли переселиться сюда. Вероятно, они хотели спасти лишь некоторых, чтобы жизнь могла возродиться снова.

— Насколько я знаю, — сказал Джерин, — они прибыли на Иштар, и обнаружили, что здешняя биохимия несовместима с их биохимией, стерилизовали один из островов и поселились там. Однако, по неизвестным причинам они все вымерли. И животные, и растения с Таммуза также погибли. Осталась только микроскопическая флора, приспособившаяся и со временем эволюционировавшая в многоклеточные формы жизни. Я правильно все понимаю?

— Да, эта терминология и теория весьма популярны, — ответила Джиль. — Она послужила основой для огромного количества плохих стихов, песен, фантастики, пьес для любительского театра. Но это только голая теория. Вполне возможно, что споры таммузианской жизни были занесены сюда метеоритами. А может, они присылали сюда экспедиции, от которых и сохранились формы жизни, известные сейчас.

А может, они действительно собирались здесь жить, но вскоре открыли принцип Маха и улетели куда-то в другую Галактику. Может, они все еще сосуществуют где-то, и их цивилизации на миллиарды лет опережают нашу. — Вся шутливость покинула ее. Она подняла голову к звездам и прошептала:

— Понимаешь? И археологам можно было бы и не перекапывать древнюю почву.

Он ответил, и Джиль почувствовала в его голосе благоговейный трепет:

— Великая идея… Даже слишком великая для нас.

Она продолжала деловым тоном:

— Да, теорий было очень много. Гораздо больше, чем фактов.

Во-первых, на Иштаре, с его вполне земной биохимией, существует Т-жизнь. Даже базирующаяся на водных соединениях протеина, но во многом чуждая ортожизни. Во-вторых, планета Таммуза мертва, но все говорит о том, что там когда-то существовала Т-жизнь. Втретьих, Т-жизнь Иштара сконцентрирована на Валленене, в северной его части. Это дает возможность предположить, что там когда-то был остров, заселенный колонистами и очищенный от местной жизни.

Но затем этот остров слился с другими островами и в результате этого образовался материк, который затем стал нам известен под названием Валленен. Однако прямых доказательств этому мы не имеем. Это — терра инкогнита для нас.

— Все еще неизвестная, хотя человек появился на Иштаре сотни лет назад? — удивился он. И тут же сказал:

— Впрочем, я понимаю. Обзор с орбиты, посадки в случайных местах. До планомерного исследования дело еще не дошло. Перед нами еще много работы.

Джиль кивнула.

— Да. У нас множество проектов. А пока мы в основном работаем в зоне Южного Валленена. Только если Газеринг будет спасен и удержится, мы сможем продвинуться дальше на север.

И тут же с жаром добавила:

— Неужели ты не видишь, какую ценность представляет Иштар для Земли? Да, я знаю о планетах, где найдены аналоги Т-жизни. Но того, что мы имеем здесь, нет нигде! А уникальные интерзоны, где совмещаются Т-жизнь и орто-жизнь Иштара!

Джерин улыбнулся.

— Ты выиграла.

Она улыбнулась в ответ.

— Две разные экологии, неспособные эксплуатировать одна другую. Только из-за этого одного нужно помочь Газерингу остаться в Валленене.

Джиль допила свой стакан и Джерин взял бутылку, чтобы наполнить его вновь.

— Своей лекцией я заслужила эту выпивку, — заметила Джиль.

— Да, ты говорила весьма интересно, — согласился он.

— Теперь твоя очередь. Расскажи, где ты бывал.

— Если ты потом споешь мне еще.

— Мы найдем песню, которая знакома нам обоим. Давай начинай, — она снова подняла лицо к небу. Целестия уже скрылась, и остальные звезды высветились еще ярче. — О, сколько на свете удивительного! Даже умирать не хочется!

— Почему ты никогда не была на Земле?

— Я считаю, что здесь интереснее. О, я знаю, что на Земле есть много интересного, но у нас здесь большая фоно и видеотека, записи, фильмы, фотографии…

— Самая лучшая голограмма не сможет заменить действительность, Джиль. Чего стоит один собор в Шартре! И ты со своим живым воображением нашла бы на Земле много интересного.

Послышался звонок, и Джиль поднялась.

— Извини, звонят.

«Кто бы мог быть в такой поздний час? — подумала она. — Кто нибудь из команды Юрия?»

Она вошла в комнату и включила флюопанель. Резкий свет ударил по ее глазам и нервам. Комната как бы выпрыгнула из темноты. На алом бархате стен, расшитом спиралями, были развешаны инструменты, оружие иштарианцев, а, кроме того, тут же висели рисунки и фотографии, которые она делала сама. В шкафу стояли ее любимые книги, кассеты с записями.

Снова послышался звонок, и она со вздохом села и включила экран.

На экране появилось лицо Яна Спарлинга. Он был угрюм, глубокие морщины перерезали его длинное лицо, глаза запали и казались зелено-голубыми. Его черные волосы были в беспорядке, а бритва не касалась щетины по крайней мере дня два-три.

Сердце Джиль отчаянно забилось.

— Привет, — автоматически сказала она. — Ты похож на яблоко из компота. Конечно, случилось что-то плохое?

— Я решил, что ты должна об этом знать. — Голос его был хриплым. — Ведь ты дружила с Лареккой.

Она ухватилась за край стола.

— О, с ним ничего не случилось, — поспешно сказал Ян. — Но…

Я звоню из Сехалы. Целых восемь дней мы совещались. Бесполезно.

Ассамблея проголосовала за то, чтобы оставить Валленен. Мы не можем убедить их, что такое решение несет еще больше опасности. Я поддержал Ларекку, хотя у меня нет опыта в этом вопросе. Я просто верю Ларекке. Но больше нас никто не поддержал. Ларекка уверен, что ни один легион не присоединится к нему. Все потеряно.

Джиль охватила ярость.

— Идиоты! Неужели они не понимают?

— Им непросто. Ведь сейчас у них и дома много проблем. Я думаю, что смогу договориться, чтобы нам разрешили совершать полеты над Газерингом. Но будет ли у нас самолет? — в его голосе было сомнение. — А твоя задача — заняться Лареккой. Он все воспринял очень тяжело. Ты можешь успокоить его, вдохнуть в него жизнь… — он смотрел на нее так, что было ясно — не один Ларекка нуждается в ее помощи.

Слезы подступили к ее горлу, но она с трудом сдержала их.

— Что ты собираешься предпринять?

— Он направился в Валленен. Ты сможешь перехватить его на Якулен Ранч. Он остановится там, чтобы подготовиться к пути и попрощаться с друзьями.

— Я могу доставить его на самолете.

— Если наш уважаемый губернатор предоставить самолет нужного размера. Попроси его. Он наверняка поможет. Ларекка надеется, что сможет убедить легион подчиниться ему.

Джиль кивнула. Она знала, что командир легиона выбирается общим собранием офицеров. И он может быть смещен таким же голосованием.

— Ян, — почти взмолилась она. — Но зачем ему это нужно? К чему рисковать жизнями воинов?

— Он сказал, что должен поступить так. Он надеется, если дело пойдет совсем плохо, то Ларекка сумеет все же эвакуировать тех, кто останется в живых. Он хочет не просто испугать варваров.

Он хочет втянуть их в битву, выяснить их реальную силу и намерения. А когда это будет ясно, он получит подкрепления.Спарлинг вздохнул. — Ну вот, теперь ты знаешь все. Я буду звонить Году.

— Ты позвонил мне первой! — воскликнула она. — Благодарю.

И он улыбнулся ей той улыбкой, которая всегда нравилась Джиль.

— Ты заслуживаешь этого. Я вернусь через пару дней. Мне нужно связать еще несколько оборванных концов. Приходи к нам. — Он попрощался, замолчал, затем экран погас.

Некоторое время она сидела перед экраном. Милый Ян, если бы он знал, как она восхищается им, исколесившим всю планету, готовясь к битве с красным гигантом. Иногда она думала, как бы сложилась ее жизнь на Земле на двадцать лет раньше.

Затем она тряхнула головой, вытерла глаза — ни к чему думать о несбыточном. У меня тьма дел. Только я не знаю, как их делать.

Она поднялась и вышла в сад. Свет из комнаты упал на Джерина, который при виде ее сразу встал. Лицо его стало тревожным.

— Плохие новости, Джиль?

Она кивнула. Юрий подошел к ней и, взяв за руки, заглянул в глаза.

— Могу я чем-то помочь?

Надежда колыхнулась в ней.

— Конечно. — Затем она коротко обрисовала ситуацию.

Его подвижное лицо превратилось в маску. — Мне жаль,сказал он. — Я понимаю твое состояние. А что касается того, что мне приказано, то я не могу подвергнуть сомнению его правильность. Мне запрещено даже в малой степени вмешиваться в дела планеты.

— Ты можешь обратиться к командованию, объяснить…

— Это будет бесполезно. И, следовательно, я не буду отрывать командование от дел.

— Хорошо. Поговорим об этом позже. А что касается настоящего момента, так Ларекка ищет быстрый способ передвижения.

Я слышала, что в твоем распоряжении есть достаточно большие лайнеры.

— Да, — сказал он. — Несколько штук есть. Ведь нам придется строить большие наземные сооружения.

— Ты не мог бы предоставить один из них на пару дней? — она говорила и чувствовала, как у нее перехватывает дыхание. — Ведь основная работа еще не начата.

— Боюсь, что мне придется отказать. Поверь, я сожалею об этом, но я не могу рисковать флайером. Метеорологические условия на планете сейчас непредсказуемы. Флайер может попасть в бурю и погибнуть.

Она вспыхнула.

— Если ты не доверяешь мне, то пусть флайер поведет ктонибудь из твоих пилотов.

Голос его звучал мягко, но возражений не допускал.

— Этот полет грозит не только потерей флайера, но и может сорвать выполнение моей миссии. Нет, это же и вмешательство в дела планеты. Пусть небольшое, но оно создаст прецедент. Как я потом буду отказывать в следующих просьбах? Нет, я не смогу оправдаться перед командованием.

Ее охватила ярость.

— Значит, ты просто боишься выговора? Галочка в твоем личном деле! Задержка в получении следующего звания? Вон! Пошел вон!

Он был поражен.

— Но… Я не имел… Я не имел в виду…

— Пошел прочь, болван! Или я вышвырну тебя прочь, как…

Как вот это! — она схватила бутылку коньяка и швырнула ее вон.

Бутылка не разбилась, но из ее горлышка, как струйка крови, вылилась темная жидкость.

Губы его сжались, ноздри расширились. Он коротко поклонился.

— Прошу прощения, мисс Конвей. Благодарю за гостеприимство.

Доброй ночи.

Он пошел мерной походкой и вскоре исчез в темноте.

«Что я наделала? Может, так нельзя? Но я не могла иначе».

Она присела возле бутылки коньяка, из которой все капала темная жидкость, и заплакала.

Глава 11

Пока Ларекка вместе со своими спутниками приближался к Якулен Ранч, на них с запада надвигалась зловещая буря. Холодный ветер как плетьми сек усталые тела. Вдалеке одинокий пастух, затерявшийся со своим стадом на пустынной равнине, торопливо спешил в убежище. Одинокие деревья гнулись и трещали, задевая облака своими ветками. Мимо, совсем близко над землей летели черные птицы. Их хриплые крики были почти не слышны в вое ветра.

На западе, где виднелись багрово-черные утесы, уже разразилась ужасная гроза, и яркие молнии, рассекая иссиня-черное небо, вонзались в землю. До Ларекки доносились раскаты грома.

Один из его воинов, с острова Фосс, сказал:

— Если бы я дома увидел, как надвигается такая буря, я вытащил бы свою лодку на берег и покрепче привязал бы ее.

Ларекка едва расслышал его слова.

— Да, конечно, это не смерч, но все же мне хотелось бы сейчас иметь крышу над головой,согласился он. — Давайте побыстрее. — И он пустился вперед рысью.

На севере вдали уже виднелись скопления домов. Видимо, придется останавливаться здесь, если они не хотят, чтобы ураган застиг их в пути.

Первые капли дождя уже начали барабанить по их шкурам, когда они вошли во двор, большой квадрат, по границам которого стояли все строения — жилые помещения, магазины, больницы, пекарни, столовая, школа, библиотека — здесь было все, в чем нуждалось цивилизованное общество, и вполне достаточно, чтобы жить здесь обособленно и торговать с другими городами. Ларекка заметил на площади небольшой флайер.

— Значит, прилетел кто-то из людей. Интересно, кто бы это мог быть? — подумал он.

Ветер метался среди стен, поднимал пыль, трепал одежду, сек кожу. Ларекка, защищая глаза рукой, согнулся и вошел в холл.

Это было огромное здание в центре двора, сделанное из дикого камня, кирпича и дерева феникс с большим количеством окон, балконов, галерей. Стены все еще играли яркой мозаикой, хотя им было уже сто шестьдесят четыре года. Это было самое старое здание, и к нему по мере роста численности рода и его благосостояния пристраивались все новые и новые постройки. Они воплощали в себе самые последние стили архитектуры, и все вместе они выглядели как олицетворение чего-то вечного и непоколебимого.

Видимо, Ларекку и его спутников заметили, так как перед ними тот час же открылись двери. В дверях их ждали слуги, тот час подхватившие их поклажу и начавшие насухо вытирать их полотенцами. При Ларекка оставил лишь свою гордость — меч из Хаэлена.

В главе своих легионеров он пошел по коридору в главный холл. Стены коридора были кирпичные, обтянутые темно-голубым нейлоном из Примаверы. Они вошли в зал. В четырех очагах металось пламя. На стенах висели горящие факелы, а между ними разные трофеи: древние щиты, знамена. В дальнем конце зала, в изменчивых тенях находилось укрытое святилище Его и Ее. Хотя лишь немногие из рода исповедовали эту религию: большинство были триадистами.

Но традиции требовали, чтобы это святилище оставалось в доме. В комнате стояли длинные столы, пол был застлан матрасами. Только кое-где стояли стулья для гостей-людей. В теплом воздухе чувствовался запах дыма и разгоряченных тел. Окна по обеим сторонам зала были закрыты, чтобы сюда не проникал шум бури.

Здесь находилось примерно шестьдесят кентавров. Одни читали, другие болтали, третьи о чем-то размышляли, кое-кто тихонько напевал. Остальные кентавры, которых здесь было несколько сотен, сейчас занимались хозяйственными делами. Жена Ларекки Мерса вышла им навстречу. Это была крупная самка с большими серыми глазами, заостренным подбородком и округленным крупом. Возраст уже сказывался на ее стати: грудь и бедра стали уже несколько дряблыми, хотя раньше один взгляд на них приводил самцов в возбуждение. Хотя прошло уже двести пятьдесят лет, Ларекка и теперь переживал все это как чудо, что Мерса приняла его предложение и стала его женой. Правда, она дважды до этого отвергала его предложения, полагая, что такие предложения делает каждый легионер мало-мальски привлекательной самке.

Он поклялся, что вовсе не ищет богатую невесту, и что он не искатель состояния, что он даже хотел бы, чтобы Мерса была бедной.

Она раскрыла свои прекрасные глаза и прильнула к нему так, что их гривы переплелись.

— О чем ты? Я совсем не богатая.

— Твой род Якулен владеет одним из самых богатых ранчо…

— Чепуха! — она облегченно рассмеялась. Ты забыл, что находишься не в Хаэлене. Ранчо — это все, что находится во владении рода. Земля, вода. И все члены ранчо работают сами на себя.

— Я забыл. Ты заставила меня забыть обо всем, кроме тебя Ларекка обнял ее. — На следующий год мы будем нести службу за морем. И когда я вернусь, клянусь Громовержцем, мы будем богаты.

Она отстранилась от него.

— Что за чепуха? Ты думаешь, что я останусь сидеть здесь одна? Нет, я поеду с тобой.

Это произошло очень давно, когда красное солнце еще только появилось на небе.

Сегодня Мерса прошептала, как она соскучилась по нему, по его горячему телу и добавила:

— Пожалуй, тебе придется задержаться здесь несколько побольше, чем ты предполагаешь.

— Что? О чем ты?

Но она не ответила и Ларекка решил, что все узнает в свое время. Он обменялся приветствиями с остальными, а затем прилег на матрас рядом с Мерсой и с трубкой в руках. Остальные окружили воинов Ларекки. Всем хотелось узнать новости из Сехалы, хотя Ларекка и имел связь с домом с помощью радио.

Он и Мерса уже договорились обо всем. Когда Ларекка отбудет в Валленен, Мерса останется здесь. Это было уже не в первый раз.

Иногда она не могла сопровождать его из-за отсутствия транспорта, в другой раз — из-за детей, хотя она каждый раз протестовала.

— Кто из людей у нас в гостях? — спросил он.

— Джиль Конвей. Сейчас она ушла с Рафиком. Вероятно, они скоро вернутся.

— Хм-м, — Ларекка приказал себе успокоиться. Его младший сын выдержит и не такую бурю. Но Джиль?..

Они погибнут, несчастные всемогущие звездные скитальцы.

Если начинаешь заботиться о них, то оказываешься связан не с одним поколением, как это было у него с Конвеями. Но все же он был очень привязан к Джиль, которая обожала его еще с тех пор, когда даже не умела говорить и смешно ковыляла по двору к нему, когда он приезжал. Почему она до сих пор не родила маленькую девочку, которой он тоже стал бы дядюшкой?

Мерса хихикнула и погладила его по руке.

— Перестань волноваться. Твоя любимица уже достаточно взрослая и прекрасно знает, что надо делать в такую погоду.Затем она добавила:

Именно из-за нее тебе и придется задержаться здесь на несколько дней.

Ларекка затянулся дымом и стал ждать продолжения.

— Она узнала, что голосование было не в твою пользу и позвонила мне, когда ты выехал из Сехалы. Она очень хочет тебе помочь, но их новый босс не разрешил подвозить тебя на самолете.

Когда-нибудь ты будешь должен объяснить мне, почему это все люди должны слушаться его. Во всяком случае она поможет тебе консервированными продуктами. Тебе ведь нужно двигаться быстро, а для этого требуется силы. Ты должен питаться мясом. Она даст тебе порошок, который можно растворить в воде и… Ты понимаешь?

— Прекрасно! — воскликнул Ларекка и шлепнул жену по крупу. Не понимаю, почему это я не догадался об этом сам.

— Ты бы догадался, просто у тебя раньше не возникало в этом необходимости. Кроме того, твоя голова занята сейчас более важными делами.

Ларекка молча смотрел на Мерсу.

«Черт побери, — думал он, — вот это настоящая жена воина!» До того, как она появилась, он познал уже шестьдесят четыре самки, но сейчас они для него не существовали. Все это были не более чем случайные связи. Мерса всегда довольно урчала, когда он рассказывал ей о своих любовных приключениях, подчеркивая, насколько Мерса лучше всех их.

— Джиль сказала, что для того, чтобы доставить сюда продукты, потребуется несколько дней. Тебе придется подождать, но ты ничего не теряешь, так как это время можно будет потом сэкономить в пути, ведь его не придется тратить на поиски пищи.

«И это время ты проведешь со мной. — Сказал ее взгляд».

Да, таких отношений люди никогда не поймут. За несколько столетий совместной жизни они стали как бы частью друг друга.

Сейчас им предстоит длительная разлука, и хотя они непременно будут держать связь по радио, бог знает, когда они смогут коснуться друг друга.

— Пусть лучше Джиль расскажет тебе все сама, — сказала Мерса. Она окинула взглядом собравшихся. — Ты не делаешь сейчас ничего плохого. А Якулену как раз сейчас нужна помощь доброй воли. И к тому же мы сейчас должны обсудить вопрос о Рафике,продолжала Мерса. — Он хочет вступить в легион Иссек, так как достоверно известно, что район моря Файери может подвергнуться нападению, а кроме того, он считает, что тропические острова это настоящий рай, где по мягкой земле бродят симпатичные самки.

— Нет, — ответил Ларекка, — если я не смогу отговорить его, он должен понять, что сейчас самая нужная служба — здесь. Если мы сможем удержать Валленен, будет прекрасно, а если не сможем — то следом падут и все острова, и следующим будет Веронен.

— Поговори с ним. Докажи ему, что сейчас военачальник для него — это я, мать.

— Он не знает, что сейчас творится на островах. После появления Ровера, когда началась засуха, обрушились тайфуны, острова совсем не похожи на рай. Легионеры Иссека сейчас больше сражаются с голодом и болезнями, чем с варварами. Да и самки теперь не такие ласковые и доступные, как раньше. Им теперь больше приходится заботиться о том, чтобы выжить.

— Я пыталась растолковать ему все это, но он не желает расставаться со своим идеализмом. Он утверждает, что служить надо там, где требует этого его совесть, не взирая на риск.

— Тогда я скажу ему, что солдат, напрасно рискующий жизнью, должен покинуть легион. Думаю, он послушает.

Возле входа послышался шум и показался силуэт Рафика.

Ларекка услышал голос Джиль:

— Мы хотели укрыться, но в такую грозу опасно прятаться среди деревьев, и тогда Рафик посадил меня на спину и мы…

Рафик устало подошел к ним и буквально свалился на матрас.

Вероятно, проскакать ему пришлось много. Мерса ласково погладила его по голове. Ее вид говорил о том, что она гордится своим сыном.

Подошла Джиль. Кожа ее была уже сухая, но волосы — еще мокрыми, и в них мелькали искорки отражаемого света. Она ехала на Рафике и поэтому нисколько не устала. Увидев Ларекку, она устремилась к нему:

— Сахарный дядюшка! Привет!

Он смотрел на нее, думая, о ее странной красоте. Еще когда она была девочкой, и они ходили купаться, она донимала его вопросами:

— Скажи мне честно, я кажусь тебе ужасной? Я знаю, что ты любишь меня, но кем я выгляжу для тебя? Существо с четырьмя конечностями, с вытянутым торсом и без крупа, без хвоста, совершенно голое, если не считать жалких пучков волос на голове, под мышками и внизу живота, груди болтаются где-то вверху, а половые органы находятся спереди, открытые взорам всего мира…

— А как для тебя выгляжу я?

— О, ты прекрасен, как может быть прекрасен кот.

— О'кей, ты напоминаешь мне сара в полете… А сейчас заткнись и доставай еду…

Все это пронеслось в его мозгу, когда она шла к нему. Он смотрел на нее и жалел, что не может стать человеком, чтобы быть ее любовником, смотреть в эти странно бездонные глаза, ощущать вкус розовых припухлых губ, провести ладонями по этому белому телу, по мягким упругим грудям с темно-розовыми сосками, по плоскому животу до того самого сокровенного места, которое прикрыто от нескромных взоров мягким пушком… Его бросило в дрожь. Интересно, рождаются ли у нее такие же мысли в отношении иштарианцев? Вряд ли. Она слишком хрупкая. Одна мысль, что могучий член иштарианца может войти в нее, должна привести ее в ужас. Когда же она заведет себе любовника и начнет рожать детей?

Она упала перед ним на колени и бросилась к нему в объятия.

Ее пальцы ласкали его гриву.

Ларекка потребовал еще сидра. Джиль тоже любила сидр.

— Я принесла тебе килограмм бархатного табака, — сообщила она.

— Я слышал, ты обещала не только табак. Консервированную пищу… Я благодарен тебе.

— Ты уже слышал, что на транспорт наложен запрет? Вместо того, чтобы биться головой о стену от отчаяния, я взяла себя в руки и начала собирать для тебя оружие. Я покупала, выпрашивала, занимала и даже кое-что украла. Удалось собрать двадцать винтовок и пистолетов. Плюс несколько тысяч патронов к ним.

— Ты молодчина.

— Самое малое, что я смогла сделать, но подумаем о практических вещах. Тебе нужно собрать носильщиков, которые смогут доставить груз на северное побережье.

— Не могла бы ты доставить все это в Порт Руа на маленьком автомобиле?

— Хм. Слишком явно. Джерин может поинтересоваться, зачем это мисс Конвей понадобился автомобиль. Он может проверить груз и все конфисковать. Понимаешь?

И еще одно. Несколько тысяч патронов — это не так уж и много, если учесть, что твои воины недостаточно искусные стрелки.

Тебе нужен инструктор, который в минимальное время обучит твоих воинов и истратит на это минимум патронов. Этот инструктор должен оставаться в строю и на время военных действий.

Он понял ее раньше, чем она кончила говорить.

— Ты имеешь в виду, что сама поедешь со мной?

Она кивнула, подтянула ноги к подбородку и обхватила колени руками. Мокрые пряди ее волос свешивались вниз, лаская ее груди.

— Именно это я и имею в виду, дядюшка.

Глава 12

Джерин вдруг обнаружил, что очень трудно найти подходящее место для строительства больших сооружений. Ему хотелось, чтобы это было недалеко от Примаверы и он нашел подходящее место в двухстах километрах к северу. Это была совершенно безжизненная каменная пустыня, где росли только какие-то колючие кусты, место, которое было непригодно даже для жизни иштарианцев. На Иштаре было много таких мест. Однако воду там можно было добывать из глубоких скважин, а окружающие долину горы послужили бы источником строительного материала.

Он был уверен, что клан Тоссеа, которому принадлежала пустыня, без колебаний продаст эту никчемную землю. Конечно, они могут заломить большую цену, но ему было отпущено много как золота, так и валюты Федерации. И он был просто ошарашен, когда руководители клана отказали ему.

Он сказал предводителю клана:

— Насколько я понимаю, земля принадлежит не отдельным личностям, а представителям всего клана. На каком основании вы лишаете будущие, еще не родившиеся поколения моего золота?

— Зачем оно нам? Скоро придет Красное Солнце. Разве можно питаться красным золотом или прятаться под ним?

— Я могу заплатить деньгами моего народа.

— Зачем они нам, если сюда больше не прилетят торговые корабли с Земли?

В конце концов они сошлись на том, что в определенное время военные корабли доставят с Земли товары. Его командиры будут очень недовольны. Однако выхода у него не было. Если он не сможет получить землю здесь, то придется строить на другом месте, где с незапамятных времен живут дикие гоблины. А там пришлось бы не только захватывать землю силой, но и постоянно быть настороже, защищать ее. Затем он подписал очередное сообщение о том, что контракт должен быть соблюден и все его условия выполнены, в противном случае ему придется отказаться от выполнения своей миссии. Он долго размышлял, как бы сделать так, чтобы Джиль Конвей узнала о его решении.

Как только земля перешла в его собственность, он, не мешкая, высадил там своих людей и устроил поселок. Затем он связался с Примаверой и попросил Яна Спарлинга приехать к нему.

Советы инженера будут весьма и весьма полезны здесь, на Иштаре, где тот провел столько лет.

Флайер Спарлинга приземлился на следующий день. На безоблачном небе пылали два солнца, обдавая жаром землю.

Окружающие холмы были серыми и какими-то нереальными. На площадке громоздились бараки, имеющие форму уродливых полуцилиндров.

Огромные машины, урча, как допотопные динозавры, расчищали участок. Джерин провел Спарлинга в свой оффис, помещение, оборудованное кондиционером.

— Кофе, чай? — спросил он, усаживаясь за стол. — Или вы предпочитаете сигару?

— Ничего, благодарю… — голос Спарлинга был холоден, как дыхание полюса. — Я надеюсь, что мне не придется задержаться здесь надолго?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14