Женщины понимают, что такое любовь, и особенно, любовь к ребенку. А то, о чем говорит предыдущий комментатор, это не любовь, это похоть. Конечно, Улицкой далеко до Набокова, его Гумберт Гумберт вызывает омерзение, а здесь просто презрительная жалость и к жертве, и к пе***илу. И недоумение: неужели так пошло и глупо должна проходить человеческая жизнь...
Я сам всегда не мог осознать, как могло вторжение иметь место. Это была вся Европа. Можно сказать, это был, её цвет. Ты не можешь понять, как к тому пришли мои потомки и твои предки. Они все здесь. Я бы сказал, их успех определялся их организованностью, нашей разобщённостью, они все были под одним началом. Неважно кто он был, он сам не хочет себя обнаруживать перед моим лицом. Они все, когда-то в юности, читали: «Кто был сам Святослав». Ясно, что наши книги расходились по всей Европе! Равняться со мной ему невыгодно, да и невозможно. Ты это понимаешь.