Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Врата жизни

ModernLib.Net / Научная фантастика / Юрьева Ирина / Врата жизни - Чтение (стр. 6)
Автор: Юрьева Ирина
Жанр: Научная фантастика

 

 


Но только немногие поняли смысл ее жеста. Обычные зрители были раздражены и обижены. Ведь их лишили блестящего зрелища и очень сильных эмоций! И кто? Соплячка, неведомо как и зачем вставшая между могучими магами. Именно так оценили вмешательство девушки.

Толпа не поняла, что Кароль тоже из группы волшебников. Раздался свист, ругань и громкие вопли:

– Убрать!!! Наказать недотепу!… Куда лезешь, дурочка?! Вон!!!

Было глупо винить обозленных людей за такую реакцию. Представить, что кто-то из группы волшебниц захочет взойти на помост в ЭТОМ? Даже я, многие годы проведшая рядом с Кароль, была в шоке.

Светло-зеленое платье чуть ниже колен. Без разрезов… Без блесток… Без лампочек и украшений! Ткань – вполне обычная, фасон – мешок на шнурке… Ни ажурных чулочек, ни туфелек… Кароль была босиком!

А прическа? Четыре косички и множество бантиков. Белых, похожих на бабочек… По три-четыре на каждой черной косе. Можно было представить, что малая девочка вытворит что-то подобное, но чтобы взрослая девушка…

И при этом Кароль не была смешной. Непонятной – да! Странной… Но, в то же время, естественной… Он шел ей, нелепый наряд… Он был частью самой Каролины.


Когда толпа снова завыла, Кароль подалась вперед и отвязала от пояса маленький желтый мешочек. Не обращая внимания на рев и крики, она развязала его и стряхнула в ладонь горстку пыли. Потом Каролина прикрыла пыль другой рукой и, опустившись на оба колена, стала что-то шептать своим сжатым ладошкам.

Она не смотрела вокруг, не пыталась привлечь к себе взгляды собравшихся, но в ее действиях было столько сосредоточенности и отрешенности от происходящего вокруг, что шум толпы начал вдруг затихать. Они поняли, что происходит что-то не слишком обычное.

Кароль слегка подняла ладонь, но рассмотреть, что у ней в руках, было нельзя. Дело так поглотило ее, что Кароль перестала вообще замечать, что вокруг люди. А все, кто смыслил хоть что-то в реальном волшебстве, поняли: девушка что-то творит. Не иллюзию… Что-то ЖИВОЕ?!


Цветок получился невзрачным. Четыре больших лепестка, очень блеклых… Сиреневых? Скорее серых, с большими черными пятнами у основания. Стебель и листики были такими же блеклыми… Ни аромата, ни яркости, ни глянца… Любой, владеющий даже азами гипноза, мог в долю секунды создать иллюзия в тысячу раз краше этой бесцветной былинки. Но для Каролины, похоже, он был самым лучшим.

Когда она, подойдя к гостям, тихо его положила на столик, глаза ее были полны счастья.

– Он настоящий. Живой! Я сумела добыть семя и пробудить его к жизни, – сказала она с тихим трепетом. – Он – НАСТОЯЩИЙ!

Об этом мы знали и без Каролины. Цветок излучал ряд совсем незнакомых вибраций, немного похожих на те, что могли испускать наши кактусы. Но, все же, очень чужих… И пугающих!

– Ты создала его. Значит, он твой, – сказал кто-то из важных гостей.

Каролина, сияя, взяла свой невзрачный цветочек. Ей дали все, что полагалось любой выпускнице, однако… Не больше.

Кароль не расстроилась. А я всерьез испугалась, поскольку, когда Каролина уже отошла от стола, я отчетливо слышала, как кто-то тихо сказал:

– Она явно больна. “Трансформация личности”!

– Но она очень сильна. Может быть, мы сумеем помочь этой девушке?

– Может быть.

Их разговор так расстроил меня, что я даже не видела, что получили Роллан и Андорваль. Но понять, что Ролл взял символический Жезл, жезл Магистра, который обязан сопровождать Королеву-Сабину на долгом пути “Восхождения”,было легко.

– Рассказать Кароль прямо сейчас, что они говорят про нее? Научить, как ей нужно себя повести, чтобы их подозрения быстро рассеялись? – думала я.

Но Кароль была очень счастливой, и я не рискнула испортить ей праздник.

– Скажу завтра утром, когда все закончится. Вряд ли они подойдут к Каролине до конца нашего праздника. После Восхождения и бала, когда ребята пойдут гулять, я спокойно поговорю с ней, – решила я.

Глава 22.

Группа волшебников на полчаса зашла в Башню, чтобы слегка отдохнуть, убрать свои подарки и поговорить перед тем, как они ступят на Лестницу.

Гонг возвестил, что пришел час обряда. Взяв свечи, факелы, “просверки”, юные маги вышли из Бащни на улицу. Встав у последней ступени, с которой был должен начаться их путь наверх, они зажгли огни. Весь городской свет потух.

Роллан с Сабиной синхронно ступили на край большой лестницы. (По ней ходили достаточно редко, поскольку внутри Башни были лифты.) Неожиданно я ощутила мучительно-странную дрожь в груди. Чувство было не слишком отчетливым, но… Почему-то я вдруг поняла: этот путь будет чем-то особенным, мало похожим на те, предыдущие. И “Восхождение” станет другим!

Они пошли наверх, наши ребята, а мы с Марком следом. Марк нес большой факел, а я – свечу в метр длиной. И мы знали, как замечательно смотрится снизу “восход” группы. “Облако” из огоньков, что скользит вдоль стены, поднимаясь все выше и выше… Чудесное зрелище!


Путь был долог. Уже наверху, оказавшись на плоской площадке, мы все ощутили, что нам там не слишком уютно. Вокруг царил мрак, разгоняемый только тем светом, который мы сами туда принесли. Под ногами – давно проржавевший металл и бетон, посредине площадки – широкий и плоский рычаг, а вверху – темный свод, на котором с трудом различались “Врата”, небольшая плита. Вероятно, когда-то она была белой, однако давно посерела, покрылась грязью и плесенью, слившись с защитным куполом.

Если начало подъема казалось торжественным, а к середине пути молодежь начала отпускать свои шуточки и откровенно дурачиться, воспринимая “Восхождение” как небольшую игру, то теперь они снова затихли.

Расставив в расщелинах факелы, свечи и “просверки”, все подошли с двух сторон к рычагу, положили ладони на черную рукоять и, стараясь его опустить вниз, запели.

Я знала, что, сколько бы эти ребята не жали на старый рычаг, он не сдвинется с места. Так было всегда. Это только обряд, дань традиции!


Они, ребята из группы Волшебников, даже не поняли, что происходит, когда рычаг скрипнул, подался, сдвинулся с места и тихо пополз вниз. Они, похоже, решили, что так и должно быть. А мы с Марком просто не знали, как нужно себя повести в этом случае. И, когда сверху посыпались комья давно превратившейся в камень замазки и грязи, не остановили ребят, не сказали ни слова.

Короткая щель ослепительно белого света прорезала свод. Удлиняясь и ширясь, она заливала чужим, незнакомым сиянием пол и рычаг. Порыв ветра, ворвавшийся в щель, загасил три ближайших свечи, установленных у рычага и заставил подростков шарахнуться в разные стороны. Мы ясно видели пляску пылинок в пронзительно белом луче и не знали, что чувствуем. Радость? Скорее, испуг. Страх пред тем, что скрывает прозрачная узкая щель.

Щель была небольшой. Сквозь нее можно было протиснуться, выйти наверх, но нельзя видеть, что наверху, за плитой… Воздух, что просочился к нам, пах как-то странно, тревожил и раздражал носоглотку. Я ясно расслышала, как кто-то громко чихнул, а потом…

Потом просвет вдруг уменьшился. Несколько крупных фигур заслонили его. В проем свесились три головы. Трое юношей и одна девочка с очень большим любопытством смотрели в открытую щель. Они были похожи на наших ребят, но другие. Пошире в плечах… Посмуглее… С иным выражением глаз…

– Эй, вы кто? – громко крикнул один из них.

Голос был самым обычным, а слова понятными. Только манера растягивать слоги была непривычна.

– Вы кто? – повторил он. – К вам можно спуститься?

Их было лишь трое, однако они не боялись нас! Мне показалось, что они вообще не способны бояться. Не знают, что это такое.

Никто не ответил ему. Все волшебники дружно шагнули назад, словно видели монстра. Одна Каролина осталась стоять неподвижно. Луч света, проникший в щель, больно слепил ей глаза, но она не пыталась уйти в темноту и стереть слезы, что беспрерывно катились по ярко пылавшим щекам.

Неожиданно сверху упал длинный белый канат, и ребенок пяти – шести лет, растолкав старших, быстро скользнул по нему вниз.

– Эй, Санни! Куда?! – крикнул кто-то, однако он словно не слышал.

Еще не добравшись до пола площадки, мальчишка цепко завис на одной руке, так как в другой он сжимал букет странно-пушистых цветов, источающих пряный смущающий запах. Потом Санни дерзко обвел взглядом всех, кто стоял на площадке, и спрыгнул вниз. Встал, отряхнулся и смело шагнул к Каролине.

– На! – глядя ей прямо в глаза, сказал мальчик, вручая Кароль свой букет из невиданных алых цветов.

– Это мне? – удивленно спросила Кароль, наклоняясь к ребенку.

– Тебе. У тебя в косах бабочки, значит, им нужны цветы, – улыбнулся ребенок. – А здесь темно, душно… Там, наверху, лучше, да?

– Лучше, – сказала Кароль, улыбаясь в ответ.

– Так пойдем! – схватив девушку за руку, крикнул мальчишка.

Кароль колебалась, и он это сразу почувствовал.

– Слушай, ты что-то забыла там, в этом глухом подземелье? – спросил ее Санни.

– Нет… Нет!

Мальчик вновь сжал канат, подтянулся и вмиг оказался у самого края плиты.

– Иди к нам! – крикнул он. – Мы покажем тебе другой мир!

Каролина коснулась каната, потом обернулась к нам и помахала рукой… Сжала белый канат, подтянулась… Еще раз… Еще… Кто-то ей протянул руку. Светло-зеленое платье мелькнуло в раскрытой щели “Врат” в последний раз, и Каролина исчезла…

А мы все стояли. Стояли и ждали. Чего? Мы не знали… Мы были как статуи. Никто не смел шевельнуться, сказать слово или вздохнуть.

– Кто еще с нами? – крикнули сверху. – Идите сюда! Все! У нас лучше!

Никто не двигался.


Первым опомнился Роллан. Помедлив, он тоже шагнул в полосу света у рычага. Глаза, привыкшие к легкому мраку подземного города, сразу же стали слезиться. Тот миг, пока Роллан стоял у каната, был вечностью…

– Он бросит нас и уйдет вместе с Кароль в чужой мир!

Так подумали все, а я вспомнила свой разговор с Каролиной:


– … ходили к “Вратам Жизни”, клали ладони на черный рычаг, ожидая, что он шевельнется и сдвинется с места… Ждали, что он откроет плиту… Она сдвинется и распахнутся, открыв нам прекрасный мир… Этот мир!… Мы его ощущали так, словно уже жили в нем…


Роллан шагнул к рычагу, очень резко вдохнул, и внезапным рывком сдвинул рукоять вверх. Как он смог это сделать?! Один? Без поддержки? Без нужных заклятий? Не знаю. Но Ролл это сделал! Раздался скрип, и плита рухнула прямо на купол, закрыв просвет. Этот удар сотряс свод, и обрушил на нас пыль, песок и куски старой высохшей грязи, но мы были счастливы. В этот миг все смогли оценить его жест.

Роллан спас всех! Он спас тот привычный мирок, где у каждого есть его место. Где можно всегда получить очень сладкий кусок, если следовать правилам. Никто не смеет нарушить привычный порядок, заставить нас плакать от света и громко чихать от неведомых запахов. Никто не даст нам цветов… Настоящих цветов, таких милых на старых картинках, однако смертельно опасных уже самим фактом цветения, не предусмотренным жизнью!

Восторженный блеск глаз ребят подтвердил: я права! Абсолютно права! Они были безмерно ему благодарны за этот отчаянный жест.

Роллан же неподвижно стоял на площадке и тупо смотрел в темноту. Смотрел, словно слепой. Я могла бы поклясться, что Роллан не видит света восторженных глаз, не видит блеска свечей… Он не видит вообще ничего. Он не слышит восторженных вздохов, не чувствует, как лихорадочно бьются сердца окружающих… Не понимает, как все мы ему благодарны… Да, Роллан остался, и, все же, ушел! Не туда, куда вышла Кароль… Не в сияющий мир, что на миг приоткрылся сквозь узкую щель… Он ушел непонятно куда! И там, где он сейчас, очень пусто и холодно…

Глава 23.

Спуск был не слишком торжественным. Все ощущали смятение и непонятное чувство неловкости. Никто из нас не считал себя вестником нового Мира.

Когда оставалась лишь треть спуска, Марк попросил всех ребят задержаться.

– Надеюсь, что вы понимаете, насколько опасно кричать об открытии, не представляя, к чему это все приведет, – начал он. – Вы – элита подземного мира. Любой из вас знает, как он будет жить дальше. Глупо ломать свою жизнь из-за чуждого мира, который на миг приоткрылся нам, чтобы смутить. Я и Кайя, конечно же, скажем о том, что случилось, а вам пока лучше молчать. Потом вам объяснят, как вести себя, а пока тихо! Все поняли?

– А Каролина? Как мы объясним, что с ней стало? – спросила Марго.

– Каролина ушла, ее нет, – очень жестко сказал Роллан.

– Да, – подхватила Ванесса. – Непросто смириться с таким поражением! Быть самой первой и вдруг проиграть. После этого просто не хочется жить!

– Тебе – да! – с откровенной издевкой вдруг бросил Рид. – Только тебе! А Кароль жива и будет счастлива. Ясно, Ванесса?

– Каролина не с нами. Значит, она умерла, – оборвал его Роллан.

– Еще объяви, что убил ее ты, – очень тихо сказала Сабина, в упор посмотрев на него.

И мы все ощутили волну неприязни к “герою” с ее стороны. Это нас удивило, поскольку Роллан с Сабиной всегда относились друг к другу с большим уважением.

– Не смей его обвинять! – перебила Ванесса. – Он просто исполнил свой долг!

– Да, исполнил свой долг, отобрав у Кароль шанс вернуться сюда, если верхний мир будет жесток, – ровным тоном сказала Сабина, и это спокойствие было страшнее любых громких криков. – Ты знаешь, что там, за плитой? Я – не знаю. Не нужно твердить, что Кароль сама сделала выбор. Лишив ее права вернуться, ты ей отомстил… И ты знаешь, за что.

Глава 23.

После спуска, за полчаса перед тем, как впервые подняться во взрослый Зал для Торжеств, группа юных волшебников вновь разошлась в свои комнаты, чтобы себя привести в надлежащий вид после “прогулки” на Башню. Нам всем было нужно за это короткое время принять душ, поправить прически и обновить макияж перед праздничной ночью.

Не знаю, как девушки, а я хотела управиться с этим достаточно быстро. Мне нужно было успеть сделать то, о чем всем остальным было знать ни к чему. Я хотела подняться к Кароль и забрать цветок прежде, чем кто-то из Старших войдет туда. Для них цветок Каролины бы стал “фактом № такой-то”, “свидетельством” или “уликой”, навеки запрятанной в толстую папку отчета. А мне бы хотелось оставить его у себя. В нем жила часть Кароль.

Я любила ее, эту странную девочку. Мне было трудно представить, что мы никогда не увидимся. Меня страшил мой отчет перед Старшими Башни, но я твердо верила, что она сделала правильный выбор, нашла себя.


В последний раз взглянув в зеркало и проведя по губам тонкой палочкой темно-бордовой помады, я тихо открыла дверь комнаты. Коридор был пуст. Стараясь не слишком стучать каблуками, я вышла, закрыла на ключ свою дверь и пошла вдоль стены.

Замки в комнатах девушек были стандартными, каждый легко открывался любым ключом женского блока, но это не слишком смущало хозяек. Любая попытка проникнуть в “чужой номер” без приглашения жестко каралась угрозой изгнания из рядов группы.

Замок отпирать не пришлось. Едва я прикоснулась к двери Каролины, она распахнулась. Еще шаг, и мы бы столкнулись… Ванесса в испуге отпрянула, а я застыла на месте, утратив дар речи.

Цветок Каролины лежал на полу. Голый… Грубо растоптанный… Без лепестков… Они были оборваны кем-то и порваны в клочья, которые, словно бумажки, усеяли коврик.

– Ванесса?!

– Считаете, что это я? – посмотрев на меня, с ядовитой и горькой издевкой спросила Ванесса. – Еще бы! Как просто: бездарная стерва завидует самой талантливой фее! Она тоже хочет творить, но не может! Зато как приятно сгубить то, что сделано сильной соперницей! Так? Так?! Ответьте мне, Веда!

Я промолчала, почувствовав, что не должна ей сейчас отвечать.

– Вы всегда не любили меня, Кайя Веда, хотя и пытались скрывать это. Кто я? Никто! Я не так хороша, как Марго, не умею льстить так, как Лизбет, не настолько ранима, как Лотта. И мой “дар” намного слабее талантов Сабины и Эйлин, не так ли? Кому же еще придет мысль уничтожить цветок? Отвечайте!

Я вновь промолчала.

– Вы может думать все, что вам угодно, – строптиво сказала Ванесса. – Но только это не я. Понимаете, Веда, не я! Я слаба, но умею ценить мастерство. Даже то, что дается легко, без усилий… Совсем не заслуженно! А на помосте лишь я и Кароль показали реальную магию… Да, я хотела украсть цветок. Просто забрать… Потому что никто не способен понять, что он значит. И вот…

– Но ты видела, кто это сделал? – спросила я.

Несса умолкла, смятенно взглянув на меня. Это был странный взгляд, совершенно не свойственный ей. Я впервые увидела страх в обжигающих черных глазах этой девушки. Видно, она не ждала, что я сразу поверю ей. И не хотела открыть то, что знала.

– Ты видела? – вновь повторила я.

– Это уже мое дело, – ответила Несса, и я поняла, что Ванесса мне больше не скажет вообще ничего.

– Ты напрасно меня обвиняешь в том, что я предвзято к тебе относилась, – сказала я девушке. – Может быть, я уделяла тебе чуть поменьше внимания, чем остальным… Это правда, Ванесса. Ведь ты всегда была сильной. Уверенной… Знающей, чего ты хочешь от жизни и твердо идущей к намеченной цели. И мне… Мне и в голову не приходило, что я нужна тебе. Если я ошибалась – прости.

– Да, вы правы, – ответила Несса со странной насмешкой. – Не вам утешать меня в день моего торжества. Это мой лучший день, Кайя Веда, хотя вы об этом не знаете.

– Так иди и веселись, – улыбнулась я Нессе. – Иди!

Она вышла, и я поняла, что я сделала глупость. Не зря говорят: “Нападение – самое лучшее из средств защиты.” Мне нужно было заставить Ванессу признаться, а я начала перед ней извиняться за прошлое. И упустила шанс выяснить, кто побывал здесь до нас!

Я опять посмотрела на бедный цветочек и вздрогнула. Между обрывков его лепестков что-то робко блеснуло. Пайетка! Желтый блестящий кружочек с наряда… Марго?! Я, не веря глазам, наклонилась. Округлая блестка лежала среди бледных смятых клочков, словно бы ожидая, когда я возьму ее в руки.

– Не может быть! Это нелепость… Обман! Несса бы не смолчала, застань она здесь Маргариту. Она бы была просто счастлива мне сообщить, как Марго разрывала в клочки этот бедный цветочек! Марго любила Кароль… Она вообще не способна… Наверно, пайетка попала сюда раньше… Да, перед праздником! Марго зашла к Каролине, желая заранее ей показать свое платье… Все было именно так! – размышляла я, выйдя из комнаты и поднимаясь в Зал.


Там было весело. Выпускники групп Порядка и Управления уже успели освоиться. Маги держались немного в сторонке. За исключением Лизбет. Она оживленно болтала с высоким парнишкой из Управления, явно стараясь увлечь его. Юноше нравилось это внимание, он благосклонно выслушивал щебет хорошенькой девушки.

Марго стояла с Сабиной и Карстоном. Судя по выражению лиц этой тройки, им было совсем не до праздника. Хотя я совершенно не слышала слов, я могла бы поклясться: они говорят о Кароль, обсуждая событие дня.

Я направилась к ним, они тут же умолкли.

– Марго, ты сегодня была у Кароль? Перед праздником? – тихо спросила я, глядя ей прямо в глаза.

– Днем, еще до примерки наряда, – легко подтвердила Марго.

– А потом?

– А потом был показ и подъем… А потом Каролина ушла за “Врата”, – осторожно сказала Марго.

– Мы не можем поверить, что больше уже не увидим ее, – перебила Сабина.

– Кароль была нашим другом, – вздохнул Карстон.

Три пары глаз… Карие, голубые, зеленые… В их взглядах ясно читались тревога и боль. И ни тени смущения или лжи. Взгляды правдивые и удивительно чистые…


Громкий взрыв женского смеха отвлек меня от Марго. Роллан, первый Магистр прощального бала, стоял в окружении нескольких девушек из чужих групп… Он был явно в ударе: рассказывал что-то, смешил, развлекал. Его серо-стальные глаза очень ярко сверкали, а руки время от времени быстро взлетали, стремясь показать восхищенной компании простенький фокус-иллюзию и вызывая колыхание своих блестящих оранжево-красных драконов.

– Что с ним?! – невольно ахнула я.

Было трудно представить, что это и впрямь Роллан, тот самый парень, который всегда был один, очень редко к себе подпуская кого бы то ни было… Роллан, который шарахался прочь от своих одногруппниц… Тот парень, который смертельно боялся, что кто-то узнает о том, что он ходит с Кароль…

И потом… Опуская рычаг, Роллан выжал свой “дар” до конца. Ему нужен был длительный отдых, покой, чтобы снова прийти в себя… Я вообще сомневалась, что Роллан поднимется в Зал… И – пожалуйста!

Группа вокруг Магистра росла на глазах…

– Может, Ролл попросту выпил и потерял контроль? Или, считая, что должен быть лучшим, поскольку избран Магистром, использовал допинг? Достал где-нибудь порошки или… Чем занят Марк?! Почему его нет рядом с парнем? Он должен следить, чтобы…

Новый взрыв хохота и хлопков был таким мощным, что сбил мою мысль.

– Да ты чудо, Магистр-Дракон! – громко крикнула тонкая, очень высокая девушка с пышной копной фиолетово-желтых волос.

Ее узкие брюки из лайки пронзительно-красного цвета, покрытые дисками-бляхами, и облегающий топик любому сказали бы: она из группы Порядка, хотя ее яркий пиджак с соответственным Знаком, был снят.

Роллан что-то сказал ей, потом протянул руку, вызвав опять колыханье узора. Красотка шагнула к нему, и…


Они целовались у всех на глазах. Жадно, вжавшись друг в друга… Как будто забыв, что вокруг них полно людей.

Группа Порядка захлопала и засвистела. Ребята из Управления лишь пожимали плечами, как будто пытаясь сказать:

– Не могли найти лучшего места, чем Зал?

А Волшебники в первый миг просто утратили дар речи.

– Роллан, ты что, совсем спятил? – крикнул Андорвальд, первым пришедший в себя. – Ты хоть соображаешь, что делаешь?!

– Ах, “Академия”! Бедные, бедные… – с томной издевкой вздохнул Рид, обняв Шарлотту за талию.

– Это нам, сереньким, можно, а тебе нельзя-я-я! – протянул Граттон с пошлой улыбочкой, а на лице у Сабины возникла гримаса брезгливости.

– Значит, со шлюхами можно… – достаточно тихо сказала она Карсту.

И в этот момент я спиной ощутила пронзительно-жгучий, отчаянный взгляд. Он заставил меня обернуться, хотя я знала: взгляд был назначен не мне.


Ванесса Истаргет стояла у столика, нервно вцепившись в край. Она была очень бледной. Возможно, причиной был грим, нанесенный на кожу, но стресс ее был непритворным. И взгляд… Нет, в тот миг он мне не сказал ничего. Просто дал очень резкий толчок, подтолкнул подойти к страстной парочке.

Роллан еще продолжал обнимать свою “красную” девушку. Ярко-оранжевый отблеск паеток, покрывших манжет, отражался в сверкающей лайке ее брюк блестящею россыпью искр. Оранжевый? Нет, не совсем… Этот цвет распадался вблизи на сложнейший двуцветный узор. Желтый с красным. Два цвета, два типа сверкающих круглых пластинок…

И я поняла, кто посмел уничтожить цветок. Поняла, почему промолчала Ванесса. Она любила его. Безответно. Наверно, не менее страстно, чем Каролина, которую она считала соперницей. Не честолюбие, а страсть толкала ее унижать Кароль и стремиться развить слабый “дар”.


– Это мой лучший день, Кайя Веда, хотя вы об этом не знаете.


Она, Ванесса, не знала о том, что Кароль точно так же терзалась от мук безответной любви. Она верила: после ухода Кароль Роллан будет с ней и… И ошиблась.

Глава 24.

Утром мы с Марком пришли на нужный этаж Башни и рассказали, что вышло на верхней площадке. Нас с ним попросили отправиться в разные комнаты и написать обо всем, что случилось. Потом о нас словно забыли.

Я очень боялась, что это событие плохо отразится на судьбах ребят, но все получилось куда лучше, чем можно было рассчитывать. Всех вызывали, со всеми беседовали, а потом… Потом все пошло так, словно не было ни “Восходжения”, ни встречи с чуждым нам миром, ни исчезновения девушки.

Нам с Марком ясно сказали, что если мы с ним собираемся дальше работать, то нужно вообще позабыть о случившемся. Видимо, то же внушение сделали всем, кто тогда был у “Врат Жизни”, и они приняли это условие.


Марго вообще повезло. После выпуска вдруг появилась вакансия секретаря в руководстве округом Радости (этаж №15). Маргарита Альмар легко прошла конкурс и была зачислена в штат. Она настолько блестяще себя проявила на этой работе, что через пять лет перешла в Совещательный блок (этаж двадцать восьмой).

Кое-кто из завистников утверждал, что назначение связано с ее удачным замужеством, но это были обычные сплетни, не больше. Марго не искала протекции с помощью брака. Из многих поклонников девушка выбрала юношу из смежной группы Управления. Они с Раулем дружили еще в “Школе”, и если он очень быстро “пошел вверх”, то лишь потому, что был умным, способным и очень настойчивым. Вышла прекрасная пара!


Лизбет никуда не пошла. Крохотный кактус, врученный ей на просмотре, определил судьбу девушки. Некто из наших “почетных гостей” пожелал ее видеть “подругой для светских визитов”. Такое решение вызвало легкий шок в “Школе”, поскольку подобная роль не считалась престижной. Обычно “подругами” были эффектные девушки округа Радости, не пожелавшие долго учиться в расчете на силу своей красоты.

Сама Лизбет не тяготилась таким положением.

– Я среди этих девиц как алмаз в груде угля, – сказала она мне, когда мы с ней встретились несколько лет спустя. – Навыки “Школы” прекрасно работают в личном общении. Мой покровитель не может теперь без меня обходиться. Когда мы появляемся в обществе, я всегда в центре внимания, так как могу поддержать разговор с любым, кто ему нужен.

– А ты не боишься, что позже, пресытившись…

– Нет, не боюсь. Я всегда буду лучшей, и я знаю, как о себе позаботиться, чтобы потом не жалеть о бесцельно потраченных годах. Еще пять лет такой жизни, и я сама его брошу…

Я слушала Элизабет, ощущая, что мне никогда не понять ее. Она живет по другим, неизвестным законам и правилам.


“Лаборатория Жизни”… В нее попали лишь трое: Карстон, Эйлин и Рид. Они не обладали излишне большим честолюбием и были рады любимой работе, которая им позволяла ощущать свою значимость. Тройка волшебников великолепно вписалась в ее коллектив, нашла много друзей и смогла обеспечить себе должный уровень жизни.

Я слышала, Эйлин достаточно скоро вступила в брак с кем-то из новых коллег по работе, а Карстон, нарушив традиции, взял в жены девушку, жившую в округе Радости. Очень красивую, добрую и… Совершенно обычную. Она восхищалась своим мужем и была рада исполнить любую его прихоть.

В первый момент меня очень смутил выбор Карстона. Было непросто поверить в такое решение после его интереса к Сабине. Однако потом, поразмыслив, я сделала вывод, что он прав. Сабина была намного талантливей, ярче него. Рядом с ней приходилось постоянно доказывать, что ты достоин внимания, в любой момент опасаясь, что ей станет скучно. Карст был не настолько уверен в себе, чтобы выдержать рядом подругу, которая станет его затмевать.

В юности, еще не зная себя, не совсем понимая, чего хочет, Карстон пленился Сабиной. Он был влюблен, тяжело пережил их разрыв, но, придя в себя, понял, что больше не хочет страдать. Он сумел разобраться в себе и найти ту, с которой ему хорошо.

Это был не такой простой выбор. Решив жениться на девушке округа Радости, Карстон нарушил обычай, который предписывал выпускникам “Школы” подбирать пару в своем кругу. Это был смелый шаг.


Рид и Лотта подали заявку на “Право Рождения”, они хотели ребенка. Поскольку оба возможных родителя были здоровы, молоды и обеспечены, их записали на очередь. Можно было надеяться, что где-то лет через пять у них будет малыш.

Чтобы допуск на “Право Рождения” впрямь был получен, Шарлотта сделала хитрый ход: пошла на курс “Возрождения Тела и Духа”, который готовил помощниц целителей. (Тем, кто прошел его, допуск на “Право Рождения” давался в первую очередь.) Как выпускница группы Волшебников, Лотта, после его окончания была направлена в Башню, (этаж №22, отделение водолечения, психокоррекции и релаксации) где и осталась.


Сабина вошла в Совещательный блок (этаж №29). Ей предложили сначала занять место Третьего консультанта по бытовым Аномальным Явлениям. Девушка справилась с этой работой настолько успешно, что через пять лет уже сделалась Первым, а через девять возглавила этот отдел.

Ее личная жизнь протекала у всех на глазах, став последнею “сказкой” из Башни. Любовь с большой буквы, великая страсть одного из Советников Башни. Вдовец, он был старше нее на пятнадцать лет, и не скрывал своих чувств. Он ухаживал целых три года, прежде, чем Сабина решила принять предложение.

Несмотря на разницу лет, из них вышла хорошая пара. Они понимали друг друга, у них были общие вкусы, пристрастия, взгляды. Они даже внешне казались похожими. Я очень часто их видела на мониторе, во время открытых трансляций, когда Совещательный блок объявлял о последних решениях.


Еще меня поразило, что в “Академию магии” взяли не только Роллана и Андорвальда, которые были достойны попасть туда, но и… Ванессу! Не знаю, как ей удалось, только это был самый чудовищный промах в ее жизни. В “Лаборатории Жизни” она могла что-то сделать со своим крохотным “Даром”, но в “Академии” Несса была “пустым местом”, никем и ничем.

Все считали, что Нессу отчислят уже через несколько месяцев. Андор, которого я как-то раз повстречала, сказал мне, что бедную девочку не принимают всерьез.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7