Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Оружейный магазин Ишера - Владыки времени

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Ван Вогт Альфред Элтон / Владыки времени - Чтение (стр. 3)
Автор: Ван Вогт Альфред Элтон
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Оружейный магазин Ишера

 

 


Проснувшись утром, она увидела, что уже совсем светло. Ей пришло в голову, что все образы, которые ей пригрезились во сне, наверное, воплощены в жизнь кристаллом в разных уголках Земли. Наряду с Эдит-хиппи и Эдит-неряхами, без сомнения, существовали законопослушные и утончённые Эдит.

Эдит впервые осознала, насколько бессмысленными были её попытки пересилить себя и стараться стать другой в последние тридцать шесть часов. Было глупо состязаться в стрельбе с Эдит, связанными с преступным миром, и в опрятности — с Эдит из высшего света.

— Всё это было бессмысленно, — прошептала она. — Решение, вполне возможно, будет приниматься на основании таких же импульсивных мыслей, как моя, которая ненамеренно обрекла на небытие больного фермера и мужественного, но — увы — несовершенного детектива.

Не имея критериев, по которым можно оценивать людей двадцатого века, кристалл уничтожил сильного и хорошего человека из-за мимолётной мысли, посетившей ту, на которую он по чистой случайности был ориентирован. Это значило, что будущее всех Сетов Митчеллов и Эдит Прайс, включая и оригинал, было довольно мрачным.

Когда она проснулась в следующий раз, пора было вставать и отправляться на работу. Наступил новый день размышлений о том, какой должна быть самая лучшая Эдит Прайс.

Одевшись, она посмотрела в окно: вдалеке поблёскивала голубая полоска озера Нараганг и были видны строения центрального квартала города, подступавшие прямо к воде невдалеке от гостиницы. Приятный маленький городок Харкдэйл. Эдит вспомнила, что когда она впервые приехала сюда, то подумала, что по крайней мере здесь, в отличие от Нью-Йорка, не надо будет так заботиться о том, как она выглядит.

Она не могла удержаться от улыбки. Прошлой ночью она вновь вернулась на круги своя, поняв, как важно не давать себе распускаться. Стараясь поступать по-женски, она сказала себе: «В конце концов, я — женщина», — и надела самое нарядное платье.

И всё же в глубине души у неё затаился страх, что всё это напрасно. Опасность была совсем рядом — Эдит могла умереть ещё до конца этого дня.

Было глупо идти на работу в день, который мог оказаться последним в жизни, но она пошла.

Она выполняла свои обычные обязанности, но чувствовала, что совершенно подавлена. Дважды машинально взглянув в зеркало, она поражалась своей бледности и нездоровому взгляду.

«Это совсем на меня не похоже, — говорила она себе. — Нельзя обо мне судить по этому».

Кристалл не должен был списать её со счетов из-за того, что она была не в себе. Каждую минуту перед её глазами проносились образы других Эдит, и у каждой была надежда, что именно у неё был заветный ключ к выживанию. Среди них была монахиня Эдит, всю жизнь прожившая в монастыре. Другая благочестивая Эдит, бывшая замужем, свела интимную жизнь до минимума и посвятила себя воспитанию детей. Среди Эдит была даже последовательница буддизма.

Она уже звонила Мардж Эйкенс в гостиницу. Около двух часов пополудни Мардж позвонила сама и сообщила, что пыталась связаться со второй Эдит в Нью-Йорке, но та так и не вернулась домой.

Сообщив эту неутешительную новость, Мардж добавила:

— Таким образом, если Аштар попытается связаться с тобой, ни под каким предлогом не соглашайся на встречу, пока он не вернёт Сета Митчелла с «кадиллаком» и нью-йоркскую Эдит Прайс.

После этого звонка перед глазами Эдит проследовала новая вереница Эдит Прайс, отличавшихся благообразием и послушанием. Каким-то образом они все были так или иначе связаны с тем, чему её учили в детстве, и против чего она выступала в колледже.

Её мысли неожиданно прервал голос мисс Тилзит:

— Вас к телефону, Эдит.

Взяв трубку, Эдит почувствовала на себе неодобрительный взгляд мисс Дэйвис. Хотя это был первый звонок ей за шесть месяцев работы в библиотеке, старший библиотекарь выглядела разъярённым работодателем, чаша терпения которого уже переполнилась.

Однако Эдит моментально о ней забыла, услышав в трубке мужской голос. Это был Аштар.

— Мне нужно с вами встретиться сразу после работы, — сказал он.

— В гостинице… в холле… — Её голос дрожал.

9

Аштар вышел из телефонной будки. На его лице играла кривая улыбка. Теперь, когда он обладал кристаллом, у него было две возможности одержать победу.

Первая заключалась в убийстве нынешней ориентации кристалла. Эту возможность он упускать не собирался. Он решил, что Эдит никогда не доберётся до гостиницы.

Однако убийство Эдит грозило одним осложнением. Хотя он и пришёл к выводу, что именно она была ориентацией кристалла, но если он ошибся, то, уничтожив её, лишался единственного источника, через который мог бы выйти на других Эдит.

И всё-таки он решил рискнуть.

Тем не менее он принял меры предосторожности и вытащил кристалл из земли, которая его подпитывала. Он не знал, сколько времени пройдёт, пока кристалл, лишившись подпитки, не потеряет накопленную энергию, но решил, что не больше двух недель. Затем он переориентирует его на того, кто вновь вернёт его к жизни. Разумеется, на самого себя.

Обладая особым, проникающим сквозь любые преграды оружием, он твёрдо верил, что ещё до конца дня станет единственным обладателем самого совершенного механизма всех времён и планет — кристалла.

* * *

«Харкдэйл-отель» был популярным курортным пансионом. Высокие цены обеспечивали высокие доходы. Немалая часть средств была благоразумно вложена в богатый интерьер, дорогую мебель и вышколенный персонал.

У администратора, чья смена была в тот день, было своё понимание того, в чём заключался его истинный профессионализм: умение при необходимости забывать виденное.

Именно таким профессионалом он и был. О себе он говорил, что является ценным приобретением для гостиницы. Его звали Дерек Слейд. Он объяснял, что сам искал места в маленьком курортном городке из-за ностальгии по сельской жизни. Его умение закрывать глаза на то, что, по его мнению, не следовало замечать, привело к тому, что он в тот знаменательный день зарегистрировал четырёх Сетов Митчеллов. Каждый раз, когда приезжал новый Сет Митчелл, Слейд полагал, что это был один и тот же человек, но в сопровождении другой женщины. Ему казалось, что он начинал понимать, что к чему, когда появился пятый Сет Митчелл и на этот раз — в одиночестве.

Дереку потребовалось всего несколько мгновений, чтобы выработать нужную линию поведения. У этого Сета Митчелла было четыре женщины в разных номерах, и ему ещё был нужен отдельный номер для себя. Зачем? Дерек решил, что это его не касается. Он часто говорил себе, что жизнь полна неожиданностей. Он отмечал факты, но не старался их осмыслить.

— Вы можете на меня полностью положиться, мистер Митчелл, — с ударением произнёс он, понизив голос.

Сет Митчелл удивлённо поднял брови и, взглянув на Дерека, кивнул, слабо улыбнувшись.

Дерек был доволен собой. Его замечание тянуло на чаевые не меньше двадцати долларов.

Он продолжал об этом думать, когда двери лифта открылись и вышедший Сет Митчелл направился к стойке. Когда он с ней поравнялся, стоявший у конторки Сет Митчелл повернулся и пошёл за коридорным, который нёс его чемоданы.

Едва не столкнувшись, оба Сета Митчелла пробормотали несколько слов извинений и собирались продолжить свой путь, когда Дерек пришёл в себя.

Это был один из лучших моментов его жизни. Повысив голос, он чётко и ясно окликнул:

— Мистер Митчелл!

Услышав своё имя, произнесённое властным тоном, оба Митчелла замерли на месте.

— Мистер Митчелл, — продолжал Дерек, — позвольте вам представить мистера Митчелла. Джентльмены, я попрошу уделить мне минуту внимания.

Он заставил их немного подождать, позвонив по всем номерам, где поселились остальные Сеты Митчеллы, и попросив их спуститься вниз. Один из двух Сетов, уже находившихся в фойе, пришёл в себя быстро, вид другого выдавал замешательство. Через несколько минут в холле собрались все пять Сетов Митчеллов.

Из всех присутствующих лишь один человек не привлекал никакого внимания. Это был Дерек Слейд. Его это вполне устраивало, ибо он мог без помех наблюдать за происходящим.

Четыре из пяти Сетов Митчеллов были очень возбуждены и кричали друг на друга, размахивая руками. Пятый, тихо улыбнувшись, отошёл в сторону. Почти одновременно все четверо смутились и замолчали. Наступившую тишину нарушил голос Дерека:

— Джентльмены, почему бы вам не пройти в зал заседаний и не обсудить случившееся там?

В этот момент в гостиницу вошла Мардж и увидела в профиль последнего из Митчеллов, входившего в зал заседаний. Она сильно побледнела и бросилась вперёд.

— Сет! — закричала она, и слёзы брызнули у неё из глаз. — Боже мой, я была уверена, что ты умер!

Схватив последнего мужчину за рукав, она остановилась. Он обернулся — это был не её Сет Митчелл.

* * *

После, когда Мардж рассказала всё, что ей было известно, и они узнали о существовании Эдит, она предложила позвонить ей в библиотеку и пригласить её прийти пораньше.

Трое из Сетов Митчеллов были против. Выслушав их всех по очереди, Мардж взглянула на эти удивительно знакомые лица, но в глазах только одного из них она заметила характерную искорку понимания. И всё же все они проявили ту же смекалку и рассудительность, которую она так часто наблюдала у своего шефа.

Сет Митчелл из Монреаля сказал:

— Первое, что мы должны сделать — это защитить себя от непроизвольных умозаключений этой молодой женщины, которые привели к уничтожению фермера Митчелла и детектива Митчелла.

Второго Митчелла, отличавшегося чуть более низким голосом, беспокоил Аштар.

— Убив Эдит Прайс номер два, Аштар, должно быть, завладел кристаллом и только потом выяснил, что не убитая была его ориентацией. Поэтому, — заключил он, — нам следует прежде всего защитить ту Эдит, которая является его ориентацией.

Таким образом, все согласились, что главной проблемой является доставить её в целости и сохранности в гостиницу, а уж потом — что с ней делать дальше.

Третий Сет Митчелл полагал, что вопрос заключался не столько в том, что она думала о мужчинах, сколько в её стереотипном подходе к тому, какой должна быть женщина. Видимо, кристалл послушно создал длинную вереницу Эдит Прайс, которые были самыми обыкновенными людьми, каждая со своей системой ценностей, и отличавшимися друг от друга тем, как, по их мнению, следовало жить в двадцатом веке.

— В качестве примера того, как мне хочется, чтобы она распорядилась кристаллом, является прежде всего создание Эдит Прайс с сверхъестественными способностями. Зачем? Чтобы она могла понять ситуацию и найти из неё выход.

Эта мысль была встречена с одобрением. Она безусловно вселяла надежду — если, конечно, была осуществимой.

Четвёртый Сет Митчелл, хранивший мрачное молчание, на этот раз отозвался:

— Было бы интересно, если эти сверхъестественные способности включат возможность нахождения Сета Митчелла, который, — он кивнул в сторону Мардж, — заплатил вашему шефу тысячу долларов, чтобы найти кристалл.

Сет, приехавший в гостиницу последним и не проявлявший той озабоченности, которая сквозила в словах остальных, жизнерадостно заметил:

— Вам не нужно его искать. Он — это я.

Когда возгласы удивления и посыпавшиеся вопросы наконец утихли, он продолжил:

— Чтобы ответить на ваш основной вопрос: я тоже, как и вы все, видел сон. И точно так же, как непонятно каким образом у наихудшего из Аштаров появился в голове адрес одного из Сетов Митчеллов, у меня наутро после сна появился адрес детектива Сета Митчелла.

— Но почему вы не отправились за кристаллом сами? Зачем платить тысячу долларов?

Митчелл-холостяк опять улыбнулся:

— Мне очень неприятно вам об этом говорить, и в ваших интересах, чтобы мисс Прайс этого не узнала, но, судя по моим мыслям после сна, я — самый лучший из всех Сетов Митчеллов.

На этот раз поднявшийся шум успокоился не сразу, и как только установилась тишина, Сет Митчелл продолжал, отвечая на главный вопрос:

— Я не знаю, почему я лучший. Я нанял другого приехать сюда вместо меня, потому что чувствовал опасность. Но сегодня я прибыл сам, потому что кризис достиг апогея. Я не знаю, что нужно сделать. У меня даже нет уверенности, что моё присутствие может сыграть решающую роль. Я просто знаю, что если от меня потребуется нечто, то я это сделаю. Я не думаю, что нам сейчас следует заострять на этом внимание, — продолжал он. — Нам предстоит многое сделать, но сначала надо закрыть вопрос о Эдит Прайс. Времени терять больше нельзя.

Они все были законопослушными гражданами и поставили в известность полицию, которая проверила мотель, где останавливался Сет Митчелл с золотистым «кадиллаком». Выяснив номер машины, полиция связалась с Нью-Йорком и узнала место работы Сета. Машина оказалась на обычной стоянке, но сам Сет не появлялся на работе уже несколько дней. Был получен ордер на арест коренастого человека, о котором было известно только его имя — Аштар.

* * *

Поскольку в Харкдэйле было всего несколько полицейских, Аштару удалось незамеченным добраться до центра города и припарковаться на стоянке библиотеки. Он рассчитал время так, чтобы оказаться там за минуту до официального закрытия библиотеки.

Дымка. Сумерки быстро сменялись сгущавшейся темнотой. Несколько последних посетителей библиотеки выезжали со стоянки, когда наконец показалась Эдит Прайс.

Она с удивлением заметила, что около библиотеки стоит пожарная машина с включённым двигателем. Но её мысли занимала в основном предстоящая встреча в гостинице, находившейся, как ей внезапно показалось, слишком далеко. Поэтому присутствие большой машины произвело на неё, скорее, успокаивающее действие.

Чтобы подойти к своей машине, ей нужно было обогнуть пожарную. Как только она приблизилась, пожарная машина тронулась с неимоверным рёвом. Эдит остановилась и подалась назад — это и спасло ей жизнь.

Поравнявшись с ней, машина взвизгнула тормозами и остановилась.

Где-то за машиной багряная вспышка осветила небо.

10

Хотя Эдит этого и не видела, но источником вспышки была одна из машин, выезжавших со стоянки. Подобно трассирующей пуле, луч света, вылетевший из машины, пронзил пожарную. Встретив на своём пути препятствие, этот луч издал звук, раздавшийся на Земле впервые: низкий и непрерывный треск рвущихся химических связей атомов металла.

Миниатюрная пуля пробила толстую стальную обшивку пожарной машины, преобразившись в микроскопическую точку, легко проникавшую сквозь молекулы стали. Преграда ничуть на замедлила её движения. В самом деле, в двадцатом веке не существовало преграды, способной замедлить движение пули хотя бы на фут в минуту. Ни толстая броня крейсера, ни сама толща Земли.

Это была ружейная пуля, летевшая по прямой и сквозь воздух, и сквозь металл. Она должна была пронзить, не отклонившись, и тело Эдит.

Тем не менее, пробив обшивку пожарной машины, продолжавшей двигаться, пуля пролетела в каких-то двадцати дюймах от отпрянувшей женщины.

Она пробила стену библиотеки и, пролетев через здание, устремилась в ночь. Точно рассчитанный запас кинетической энергии заставил её пролететь ещё несколько сот ярдов, после чего она упала на землю.

Через несколько мгновений двое одетых в гражданское полицейских разрядили свои винтовки, целясь в водителя машины, из которой вылетел луч света.

Звук выстрелов застал Аштара врасплох, но у него было устройство, многократно усиливавшее прочность стекла и металла машины, поэтому выпущенные пули не причинили ему ни малейшего вреда.

Его больше беспокоило то, что у него самого осталось всего несколько пуль и он не знал, сколько сил привлечено к этой расставленной на него западне. Он резко нажал на педаль газа, и его машина буквально вылетела со стоянки.

За ним устремилась машина полицейских, мигая огнями сирены. Поскольку ни они, ни их оружие не представляли для него никакой опасности, он больше всего боялся, что дорога перекрыта кордоном. Он свернул на одну из боковых улиц и через несколько минут неподалёку от отеля заманил полицейских в переулок, который он хорошо изучил, пройдя несколько раз пешком.

Убедившись, что его план удался, он сбавил скорость, открыл окно и, выглянув, быстро прицелился в приближавшуюся машину полицейских. Вылетевший луч света попал прямо в двигатель, и раздался взрыв. Машина полицейских разлетелась на мелкие осколки.

Аштар быстро развернулся и направился в сторону гостиницы. Неожиданно ему пришла в голову мысль, что по каким-то неизвестным ему причинам его время истекает. И всё же ему казалось, что от него требовалось только проникнуть в отель и выстрелом остановить сердце одного, всего лишь одного человека. Через несколько минут он проник в гостиницу через окно кухни и быстро прокрался в тёмную кладовку с бетонным полом. Когда он пробирался к двери, ему представилось, что за ним наблюдают его коллеги по великой Гильдии Учёных, и ему стало неловко, что они видят его в такой неприглядной ситуации. «Разумеется, — утешил себя Аштар, — это будет совершенно неважно, когда у него окажется кристалл». После его возвращения в своё время произойдут большие перемены: несколько сот членов Гильдии были обречены на уничтожение.

Он осторожно приоткрыл дверь и уже решил выйти в коридор, когда услышал за собой какой-то слабый звук. Резко обернувшись, он направил на звук своё оружие.

Пронзившая руку мгновенная острая боль заставила его выпустить пистолет. Оружие выскользнуло из повисшей плетью руки и упало на землю с громким стуком. Он понял, что против него самого была применена техника тридцать пятого века, и в тот же момент увидел в дверном проёме невысокую коренастую фигуру.

Испытывая невыносимую боль, Аштар залез во внутренний карман, достал кристалл и протянул его незнакомцу.

Второй Аштар не проронил ни слова. Он прикрыл дверь, взял кристалл и, нагнувшись, поднял с пола пистолет. После этого он перешагнул через пленника и вышел в коридор, заперев за собой дверь.

Только после этого наихудший из Аштаров обрёл способность соображать и двигаться. Он тут же попытался открыть дверь, чтобы выбраться на улицу через окно, в которое он проник, но дверь была заперта, а взломать её было невозможно. Аштар бросился к другой двери.

Когда выяснилось, что она тоже заперта и совсем не поддаётся его попыткам взломать её, он наконец понял, что оказался в плену молекулярных сил своего времени. Единственное, что ему оставалось, это сесть на бетонный пол и терпеливо ждать своей участи.

Аштару было ясно, что события с кристаллом будут развиваться дальше без его участия. Возможно, так оно было и лучше: чем больше Аштар размышлял, тем ему становилось яснее, что он недооценивал реальную опасность, в которой оказался по собственной инициативе. Был ли выход из игры для него защитой от опасности? Этого он не знал.

В напавшем на него человеке он узнал лучшего из Аштаров. Его вполне устраивало, что именно этот, другой Аштар будет участвовать в отчаянной попытке людей из двадцатого века спасти свою жизнь.

Эта женщина Прайс оказалась куда умнее, чем он предполагал. Это значило, что автоматическая запрограммированность кристалла дезинтегрировать всех, кроме самых лучших, неизбежно должна была вызвать отчаянное сопротивление с её стороны. Во всяком случае Аштару так казалось.

Поэтому в данный момент лучше держаться от них всех подальше.

* * *

Самый лучший из Аштаров прошёл через холл гостиницы к залу заседаний. Все пятеро Сетов Митчеллов поджидали его у закрытого входа в зал, в котором находилась только Эдит Прайс. Аштар подал им условный сигнал и протянул пистолет одному из Сетов. После очень тщательного обыска его подвели к Мардж, стоявшей у самой двери.

Аштар подал Мардж другой условный сигнал. Убедившись таким образом, что это именно дружественный им Аштар, которого создала Эдит в качестве первого шага их плана, его впустили в зал заседаний.

Аштар положил кристалл на стол прямо перед Эдит. Когда она машинально потянулась, чтобы взять его, Аштар перехватил её руку.

— У меня такое предчувствие, — сказал он, — что на этот раз, когда вы, истинная ориентация, возьмёте его в руки, наступит кульминация.

Ей показалось, что его голос и слова звучат откуда-то издалека. Эта мысль уже приходила ей в голову раньше, когда она решила вызвать к жизни самого лучшего из Аштаров. Тогда тоже была кульминация.

Она, однако, помедлила, отдавая должное его знаниям и опыту. Эдит чувствовала, что в ней борются два противоречивых желания. Одно заключалось в том, чтобы уступить накопившейся усталости и покорно принять неизбежное, лишь бы не начинать всё сначала.

Другое — проявить хладнокровие и рассудительность, как это уже было, когда она поняла, что худший из Аштаров попытался убить её.

Тогда к ней вдруг пришло прозрение, отодвинувшее назад все сомнения, так мучившие её уже несколько дней. Было ли лучше проявлять решительность и уметь стрелять или же быть мягкой и женственной — не имело никакого значения. Истинным критерием было проявление гибкости в непреклонном достижении поставленной цели.

Способность адекватно реагировать на происходящее. Секрет заключался именно в этом.

Она вспомнила это, и от желания опустить руки не осталось и следа. Она повернулась к Мардж и бесстрастно спросила:

— Рассказать мне ему о том, что мы обсуждали в его отсутствие?

Мардж кивнула.

Аштар слушал, и на его лице было написано сомнение. Наконец он сказал:

— Не исключено, что вызов кристаллом одного из своих создателей является именно тем, чего эти создатели ждут от вас.

— Именно так мы и подумали, — ответила Эдит. Она по-прежнему не испытывала никакого страха. — Мы полагаем, что поскольку кристалл запрограммирован на нахождение лучшего из всех существующих и лучшим из Аштаров оказался достойный человек, то создатели кристалла прекрасно понимают разницу между плохим и хорошим. Это позволяет рассчитывать на то, что общество будущего, обладая такими же ценностями, не причинит нам вреда. Поэтому, — добавила она, — я и вызвала вас к жизни, чтобы проверить, правы ли мы.

— Звучит логично, — осторожно отозвался Аштар, — но я чувствую здесь какой-то подвох.

— Ничего более конкретного? — спросила она.

— Нет. — Он помедлили и пожал плечами. — А почему бы в качестве первого шага не взять кристалл — просто взять его в руки — и не узнать, прав ли я, что этого будет вполне достаточно? Если я не прав, то это развеет все сомнения.

— Вы не хотите, чтобы я смотрела на рисунок?

Сеты Митчеллы пришли к выводу, что именно это было ключом её власти над кристаллом. Они подробно расспросили Эдит о её мыслях и действиях, непосредственно предшествовавших трём случаям выполнения кристаллом её команд. Стало ясно, что когда она мысленно или фактически разглядывала рисунок и отдавала команду, то команда выполнялась.

— И всё-таки, — отозвался Аштар, — я думаю, что нас ждут неожиданности.

Слова и интуиция человека будущего, перенесённого на полтора десятка веков назад, на мгновение поколебали решимость Эдит, но она быстро взяла себя в руки.

— Дело в том, — сказала она вслух, — что у нас просто нет выбора.

С этими словами она решительно протянула руку и взяла кристалл.

У Эдит перехватило дыхание.

Человек, который вышел из угла, где он материализовался, был гигантом. Семь, восемь, девять футов — она никак не могла точно определить его рост.

Его одежда, похожая на доспехи воина времён Древнего Рима, бронзовое тело, крупные черты лица, тёмные, как уголь, уверенные движения — всё свидетельствовало о врождённой власти, не испытывавшей сомнений или страха.

Он сказал низким голосом:

— Я — Шалил, лучший из всех возможных.

11

В затянувшейся паузе Эдит ждала, когда он закончит предложение. Она полагала, что в конце он должен назвать своё имя. Наконец она сообразила, что предложение было законченным. Создатели кристалла направили самого достойного представителя своей расы, чтобы найти выход из сложившейся ситуации.

Мардж, находившаяся у порога, покачнулась и, издав стон, стала сползать на землю. Два Сета Митчелла, стоявшие с остальными в коридоре и не видевшие великана, бросились, чтобы поддержать её. Увидев его, они замерли на месте, не в силах отвести от него взгляда. Три остальных Сета Митчелла поспешили войти, чтобы узнать, в чём дело.

Они двигались как по команде, и последний из них прикрыл за собою дверь.

Оказавшись все вместе, они услышали дрожавший от напряжения голос самого лучшего из Аштаров:

— Мисс Прайс… Уничтожьте его! Он пришёл не с добром!

Великан усмехнулся.

— Вы не можете уничтожить меня, — сказал он на чистом английском своим низким голосом. — Разумеется, сейчас только я контролирую кристалл и никто другой. Понятие «добра» является очень относительным. Я появился с добром для своего времени и тех, кого я представляю.

Его глаза — чёрные и яркие — обвели взглядом пятерых Сетов Митчеллов, двух женщин и Аштара.

— Кто из вас является биологическим оригиналом человеческих существ? — спросил он.

Его напористость и целеустремлённость были пугающими. Эдит сжала кристалл и вопросительно взглянула на Сетов, как бы спрашивая их мнение. Но все они не сводили взгляда с гиганта и, казалось, не замечали её немого взгляда.

И всё же один из Сетов спросил:

— Аштар, в каком смысле он не несёт добра?

Аштар покачал головой.

— Я не могу ответить определённо, — с сожалением произнёс он. — У меня просто такое чувство. Они послали кристалл в это время с какой-то целью. Его вопрос о биологическом оригинале очень важен. Ни в коем случае не отвечайте ему ни на этот, ни на другие вопросы.

Этот совет был напрасным. Ещё не дослушав, великан направился к двери, и мужчины молча расступились, чтобы пропустить его. Выглянув в коридор, он закрыл дверь и сказал:

— Я прихожу к заключению, что люди этой эпохи являются оригиналами. Именно они и нужны нам для наших экспериментов.

Аштар повернулся к Сетам.

— У одного из вас, — сказал он, — есть пистолет наихудшего Аштара. Застрелите его!

В тот же момент показался пистолет и, увернувшись от двух Сетов, пытавшихся завладеть им, оказался в ладони Шалила. Он засунул его в какую-то складку в одежде.

Самый лучший из Аштаров взглянул на Эдит.

— Что ж, — сказал он, — я сделал всё, что мог.

Он повернулся к великану:

— Что будет со мной?

Пристальный взгляд чёрных глаз внимательно изучал его.

— Кристалл передаёт мне информацию, — ответил он. — Ты и другой Аштар принадлежите эре, где люди уже биологически изменены?

Аштар хранил молчание. Гигант скривился и затем последовательно изложил то, что наихудший из Аштаров рассказал Эдит в Нью-Йорке, добавив, правда, что первому решению об изменении всей расы предшествовала огромная работа по пересадке органов.

Аштар виновато взглянул на Эдит.

— Ему всё хорошо известно, — сказал он. — Думаю, что вряд ли испорчу дело, если задам один вопрос.

Не дожидаясь её ответа, он обратился к великану:

— В тридцать первом веке, почти за четыреста лет до моего времени, было признано, что невысокие и плотные тела обладают лучшими потенциальными возможностями для выживания, нежели высокие и худощавые. Я вижу, что ваша раса намного выше, крупнее и сильнее, чем то, что было первоначально признано идеальным. Чем это объясняется?

— Необходимостью решать другие задачи, — ответил Шалил. — Моя эпоха, которая по вашим меркам является девяносто третьим веком, является эпохой космоса.

Помолчав, он добавил:

— Поскольку в настоящий момент вы не представляете для нас интереса, я отправлю вас с другим Аштаром в ваше время.

— Подождите! — торопливо воскликнул самый лучший из Аштаров. — А что вы сделаете с этими людьми? — Он махнул рукой в сторону Сетов и Эдит.

На лице великана опять появилась гримаса.

— Они сейчас всего лишь созданные кристаллом двойники, — нетерпеливо ответил он. — Но нам для наших опытов нужны лишь лучший Сет Митчелл и лучшая Эдит Прайс. Остальные тысяча восемьсот десять Сетов и, — он на мгновение замешкался, — семьсот двадцать три Эдит не представляют для нас интереса. С помощью кристалла мы отобрали самых лучших.

— Но зачем?

— Что-то пошло не так. Нам нужно ещё раз изучить природу человека.

— Вам нужны конкретно эти люди, или вы создадите кристаллом их двойников в своей эре?

— Каждая особь существует в единственном экземпляре. Если мы воспроизведём любую из них в другом времени, то эта особь исчезнет здесь.

— Зачем они вам? Разобрать на составные части?

— В конце — не исключено. Это покажет ход опытов. Но это не важно, — добавил он нетерпеливо. — Программа рассчитана на самые сжатые сроки, и объекты исследований нужны очень срочно.

Он повернулся к Эдит:

— Мисс Прайс, дайте мне кристалл. Мы не жестоки, и я хочу отправить Аштаров домой.

Аштар не сдавался.

— Мисс Прайс, не отдавайте ему кристалла. Его уверения, что он полностью контролирует кристалл, могут не соответствовать действительности, но могут стать ею, если кристалл будет у него в руках. Нужно убедить этих пришельцев из будущего, что есть другое, менее болезненное решение их проблем.

Эдит стояла и слушала великана, всё яснее понимая, какая страшная угроза нависла над ней. Неожиданно её страстное желание быть лучшей сменилось на полностью противоположное.

Она, однако, отметила, что по-прежнему не испытывает страха. Её ум продолжал чётко анализировать происходящее. Она знала, что миллионы обрывков мыслей и различные чувства, которые так беспорядочно крутились у неё в голове, пока не пришло прозрение, продолжали оставаться на своих местах, разложенные по полочкам.

Сама она считала, что Аштар ошибался и что она больше не контролирует кристалл.

Они, безусловно, подстраховались созданием некоего блокирующего механизма, который позволял им восстановить свою власть над кристаллом в любой момент.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4