Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Оружейный магазин Ишера - Шанс выжить

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Ван Вогт Альфред Элтон / Шанс выжить - Чтение (стр. 1)
Автор: Ван Вогт Альфред Элтон
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Оружейный магазин Ишера

 

 


Альфред Ван Вогт

Шанс выжить

Леонард Хэнли шел по корабельному коридору, когда его слуха достиг обрывок разговора двух женщин:

— Узнав о наших неприятностях, он явился сюда с другого края Галактики. Вы ведь знаете — для его путешествий космические корабли не нужны…

Хэнли миновал их и пошел дальше, с каждым шагом все больше раздражаясь и исполняясь скептицизма. Раздражение это начало подниматься в нем два часа назад, когда капитан Крэнстон письменно известил его, главу ариэльских колонистов, о предстоящем прибытии Марка Рогана.

«Теперь, когда от пункта назначения, планеты Ариэль, нас отделяет меньше половины земных суток, — говорилось в записке, — появилась возможность получить помощь одного из ведущих экспертов-планетологов Космического Патруля. Благодаря присутствию мистера Рогана Вы и вверенные Вашему руководству люди сможете совершить высадку незамедлительно, вне зависимости от выяснения судьбы первых колонистов, что позволит „Колонисту-12“ сразу же стартовать в обратный путь»

Мысль о том, что корабль может отправиться в обратный путь, едва высадив их на Ариэль, вызвала на лице Хэнли гримасу. «Э, нет, капитан, — сказал он себе, — этот номер у вас не пройдет! Бросать на на произвол судьбы прежде, чем мы узнаем, что же случилось на планете…»

Войдя в радиорубку, он увидел, что за стеклянной перегородкой сидит Фред — молодой связист, обладавший манерами наглыми как раз настолько, чтобы вызывать раздражение, но в то же время достаточно вежливыми, чтобы формально придраться было не к чему.

— Что нового? — поинтересовался Хэнли.

— Все то же самое, — небрежно ответил радист, глядя куда-то в сторону.

В глубине души Хэнли хотелось уйти, хлопнув дверью, но он сдержался. Он уже неоднократно пытался разрушить стену, отделявшую колонистов от экипажа, считая, что в столь долгом полете не имеют права на существование ни замкнутость, ни взаимная враждебность. Однако в итоге ему пришлось отказаться от своих намерений. Для корабельной команды восемь сотен колонистов — мужчин, женщин и детей — были лишь сборищем жалких эмигрантов, заслуживающих только презрения. Хэнли же, инженер, и в недавнем прошлом университетский профессор, порою ловил себя на том, что думает об экипаже, как о шайке весьма несимпатичных личностей. Поколебавшись и вспомнив разговор тех женщин о загадочном Марке Рогане, Хэнли вновь заговорил.

— Выходит, нам повезло с этим Марком Роганом? — небрежно бросил он, стараясь придать тону возможно большую развязность.

— Повезло, и еще как!

— А давно он вышел с вами на связь?

— Это было не по нашему каналу, сэр.

— Что вы имеете в виду? — удивленно спросил Хэнли. — Разве не вся связь осуществляется через радиорубку?

— В общем-то вся, — радист был странно смущен. — Но не с мистером Роганом. Мы просто сообщаем в штаб Космического Патруля о своих проблемах, а мистер Роган… Он сам появляется, если эти проблемы его интересуют.

— И он соизволил заинтересоваться нашими?

— Выходит, так.

— Благодарю, — негромко бросил Хэнли, повернулся и вышел. Он с трудом сдерживал ярость. Что за фарс! Этот тип жаждет, чтобы люди поверили, будто он путешествует по космосу без космического корабля! И он, видите ли, помогает другим лишь в том случае, если ему это интересно. И вдруг вся ярость Хэнли разом испарилась: он понял мрачное, даже зловещее значение прибытия Рогана. Ибо он уже прибыл.

Хэнли вернулся в свою каюту. Но едва Элинор, его жена подала завтрак, как включился интерком:

— Вниманию пассажиров и экипажа! Мы входим в атмосферу Ариэля. Капитан Крэнстон приглашает всех в конференц-зал для обсуждения предстоящей высадки. Начало собрания через час.

Хэнли чувствовал себя весьма неуютно, сидя в президиуме под взглядами взбешенных колонистов. Смущенно оглядывая их лица, он с трудом мог сейчас поверить, что эти самые люди избрали его своим руководителем. А ведь ему предстояло убедить их высадиться, не имея ни малейшего представления о том, какие опасности могут подстерегать на планете. И большинство колонистов не желало мириться с таким положением вещей. Они кричали, перебивая друг друга, то и дело, яростно жестикулируя, вскакивали с мест, чтобы обрушить свой гнев на голову капитана Крэнстона, неподвижно стоявшего у трибуны. До отказа набитый зал был наполнен гулом голосов, доносившимся даже до соседних помещений, где остальные колонисты слушали происходящее по корабельной трансляции.

Как ни был Хэнли внутренне напряжен, на какое-то время он все же отвлекся, разглядывая сидевшего в соседнем кресле незнакомца. Очевидно, это и был Роган. Да кем же еще он мог оказаться — ведь на корабле все знали друг друга. Впрочем, человек этот заслуживал внимания в любом случае. Он был худощав и высок — наверное, выше шести футов. Когда он заговорил и произнес несколько слов, обращенных к капитану Крэнстону, голос незнакомца оказался столь нежным и ласковым, что Хэнли сразу же ощутил прилив антипатии. А когда он на миг повернулся к Хэнли, оказалось, что глаза у незнакомца изумрудно-зеленые — цвет, крайне нетипичный для мужчин. Это тоже было неприятно. Хэнли отвернулся и бросил взгляд на экран, помещавшийся позади президиума. Экран был очень велик, и на нем была видна обширная территория суши планеты, проплывавшая под кораблем.

Хотя изображение из-за большой дальности и не отличалось четкостью, все же можно было рассмотреть и зеленые заросли, и — слева — серебристый блеск извилистой реки. А справа — руины первых человеческих построек на планете Ариэль. Хэнли изучал этот пейзаж без малейшего энтузиазма. Как ученый и администратор он не испытывал особого страха при мысли о том, что может ждать их всех на этой планете; но стоило ему подумать об Элинор и детях — и предстоящая посадка вызывала в душе жгучую тревогу.

Мало-помалу в зале воцарилась относительная тишина, и капитан Крэнстон заговорил:

— Должен признать, ситуация сложилась неприятная. Я не имею ни малейшего представления о том, почему на этой, необитаемой, по всей видимости, планете, погибло человеческое поселение. И в то же время я обязан высадить вас здесь: у нас слишком мало припасов, чтобы мы могли доставить обратно столь многочисленную группу. Мне искренне жаль, но вы прибыли сюда и должны будете здесь остаться. А теперь позвольте мне представить вам человека, только сегодня прибывшего к нам на борт. Марк Роган, один из наиболее влиятельных специалистов Космического Патруля, поспешил сюда, чтобы оказать вам помощь. Мистер Роган, подойдите, пожалуйста, чтобы я мог вас представить. И вы, мистер Хэнли, тоже. — Пока Роган шел к трибуне, капитан добавил: — Прошу вас, мистер Роган, скажите несколько слов этим беднягам.

Роган обвел взглядом зал, улыбнулся и заговорил тем же ласковым голосом:

— Друзья мои, все будет хорошо. Вам нечего бояться. Я проанализировал всю поступившую от вас информацию, и теперь со всей уверенностью заявляю: еще сегодня мне представиться возможность сообщить вам о том, что высадка на планету совершенно безопасна.

Он смолк и сделал шаг назад. В зале повисла мертвая тишина, потом там и сям стали раздаваться женские вздохи. Хэнли, удивленно выслушавший мягкое и успокаивающее заявление Рогана, обвел глазами колонистов. Он чувствовал себя растерянным и встревоженным: до него уже успели дойти слухи о весьма сомнительной репутации, которой пользовался Роган в отношении слабого пола.

Вновь заговорил капитан Крэнстон — уже не столь официальным тоном:

— Мне хотелось бы познакомить вас с мистером Роганом, Лен. — И, обращаясь к Рогану, представил: — Мистер Леонард Хэнли, глава колонистов.

Живые зеленые глаза внимательно изучали лицо Хэнли. Потом Роган с улыбкой протянул худую, жилистую руку. Преодолевая внутреннее сопротивление, Хэнли принял ее и, повинуясь безотчетному желанию, крепко стиснул узкие пальцы. Улыбающиеся губы Рогана затвердели, и он ответил на пожатие — Хэнли показалось, будто рука его очутилась в тисках. Побледнев от нестерпимой боли, он разжал пальцы, и в тот же миг рука его оказалась свободной. Хэнли вновь встретился со взглядом зеленых глаз, на этот в них читалась задумчивость и легкое недоумение. Хэнли почувствовал, что его потаенная враждебность открыта, и первый раунд проигран — ощущение было не из приятных.

Капитан повернулся к залу:

— Леди и джентльмены, высадка будет осуществляться с помощью вооруженной шлюпки под совместным руководством мистера Рогана и мистера Хэнли. Прошу приступить к подготовке.

Хэнли погрузил в шлюпку портативную рацию, счетчик Гейгера, прибор для сканирования грунта и небольшой аппарат, преобразующий звук в коротковолновое радиоизлучение, минуя ультразвуковой диапазон. Краем глаза он заметил приближавшегося по коридору Рогана. Он быстро обернулся и в упор взглянул на эксперта. Нет, ему не показалось — на Рогане действительно были только легкие брюки и рубашка-апаш. Карманы брюк не оттопыривались, в руках никакой сумки — словом, ни намека на исследовательское снаряжение. Роган кивнул ему, Хэнли ответил вежливым жестом. «Великий путешественник снизошел до банального транспорта», — иронически отметил про себя Хэнли, задраивая за ними люк шлюпки.

Не прошло и четверти часа, как их маленькая ракета опустилась в самом центре территории, на которой располагалось некогда человеческое поселение в тысячу жителей.

Когда Хэнли, чуть пошатываясь после финишных перегрузок, спустился на землю Ариэль, один из членов экипажа, шедший позади него, присвистнул:

— Это место выглядит так, словно здесь плясали бешеные бульдозеры!

Рассматривая следы чудовищного опустошения, Хэнли с трудом проглотил вставший в горле комок. Определение пилота было точным: постройки, сложенные из местного камня, были разрушены с такой невероятной тщательностью, что даже груды щебня оказались разметанными на десятки метров. Кое-где меж камнями уже пробивалась трава. Уцелело лишь несколько могучих деревьев — все остальное было раздроблено и перепахано.

Хэнли размашисто шагал по этой пустыне, как вдруг споткнулся обо что-то; он посмотрел под ноги и резко отпустил. Перед ним были останки человека — кости раздроблены, череп вдавлен в землю. Приглядевшись, он понял, что такие же перемолотые неведомой силой скелеты рассеяны между развалинами повсюду; только увидеть их можно было далеко не сразу, так как многие кости были вдавлены в землю и припорошены каменной пылью. Шедший рядом с Хэнли молодой колонист, Фрэнк Стреттон, судорожно перевел дыхание. Хэнли окликнул Рогана:

— По-моему, нам следует поскорее осмотреть всю территорию, мистер Роган. Может быть, разделимся? Мистер Стреттон и, — он назвал сопровождающего их колониста-техника, — поднимутся на холмы, а мы с вами пойдем вдоль реки. Остальные могут также разбиться на несколько групп. Никакой твердой программы, никаких указаний. Просто смотрите и запоминайте. Потом обсудим. Мы вернемся через пару часов.

Не ожидая согласия, Хэнли поспешно вернулся к шлюпке. Конечно, кому-нибудь могло показаться странным, что оба руководителя группы уходят вместе, но Хэнли решил своими глазами увидеть, как выглядит эксперт Космического Патруля за работой. В глубине души ему хотелось верить, что он сумеет решить задачу сам, безо всяких самозваных гениев.

Хэнли забрал в шлюпке сумку с приборами и вскинул ее на плечо, невольно поморщившись — вес все-таки оказался изрядным. А вскоре они с Роганом уже покинули пределы разрушенной колонии. «Все-таки интересно, — подумал Хэнли, поправляя на плече ремень сумки, — почему это Роган так легко согласился с предложенной программой?»

Постепенно каменистая земля сменилась лугом, больше напоминавшим партерный газон. Даже валунов, которыми изобиловали окрестности поселка, больше не было видно. Зато стали чаще попадаться группы мощных, высоких деревьев; ветви некоторых из них были покрыты цветами, у других — уже сгибались под тяжестью плодов. Теплый и влажный воздух Ариэля вблизи деревьев был напоен сладкими ароматами.

Наконец они достигли реки — это был широкий, мощный поток, с быстрым течением; вид его наводил на мысль о значительной глубине. Воспользовавшись подобием естественной тропы, они спустились с крутого берега к самой воде и зашагали вниз по течению. Вскоре берега стали еще выше — теперь они поднимались уже метров на тридцать. Откуда-то спереди доносился далекий характерный шум, с каким вода разбивается о камни.

Роган, шедший впереди, поглядывая то на небо, то на землю под ногами; неожиданно он остановился. Хэнли воспользовался передышкой, чтобы скинуть с плеча свою нелегкую поклажу. Он поставил сумку на землю и достал приборы. Счетчик Гейгера щелкнул и надолго замолчал, — после секундного размышления Хэнли решил оставить его здесь, чтобы подобрать на обратном пути. Потом он включил рацию и сказал несколько слов, услышав в ответ невнятное бормотание. Такое качество приема наводило на безрадостные мысли; если на борту «Колониста-12» оно казалось просто странным, то здесь, в нескольких километрах от превращенного в руины поселка, оставляло тягостное впечатление. На душе у Хэнли было тревожно.

— Вам не кажется, мистер Роган, что наше положение достаточно уязвимо?

Роган не обернулся, даже вида не подал, что слышит. Хэнли покраснел, в нем поднялась глухая злоба, и он решительно направился к Рогану. «Пора поставить точку на „i“, — решил он, — причем немедленно.»

Приблизившись к эксперту, Хэнли заметил, что тот поглощен изучением небольшой песчаной осыпи; ему пришло на память, что Роган уже несколько раз по дороге обращал внимание на подобные песчаные проплешины. Гнев Хэнли мгновенно угас. Он пытался постичь смысл действий Рогана — и, кажется, понял. Вот только… Он присмотрелся внимательнее, но нет — это был самый обычный песок, желтовато-серый, местами темнее — почти коричневый; самый что ни на есть банальный и безобидный песок, не обнаруживший никаких следов жизни.

Хэнли недоумевал, но обращаться с вопросами к человеку, столь откровенно невежливому, не хотелось; к чему нарываться на очередное оскорбление? Обернувшись, Хэнли заметил, что Роган рассматривает его.

— Мистер Хэнли, — проговорил он своим нежным голосом, — по вашему поведению я чувствую, что вы недавно обращались ко мне и теперь раздражены тем, что я не ответил. Верно? Это так?

Хэнли молча покачал головой; ответив вслух, он, пожалуй, наговорил бы лишнего. Преодолевая злость, он пытался вникнуть в смысл услышанного. «По вашему поведению я чувствую…» Уж не хочет ли Роган сказать, что не слышит вопроса?

— Со мной это случается так часто, — продолжал Роган, — что я уже давно перестал пытаться давать объяснения. — Его зеленые глаза, казалось, не отражали, а излучали свет. — И все же, поскольку нам с вами, видимо, придется сотрудничать в преодолении надвигающегося кризиса, мне бы не хотелось, чтобы между нами было непонимание. Поверьте, сосредотачиваясь на чем-то, я уже ничего не слышу, я целиком погружаюсь в себя. И если это оскорбляет вас — мне очень жаль.

— Я слыхал о чем-то подобном, — нехотя проговорил Хэнли. — Гипноз.

— Если вам нужно разложить все по полочкам, то эта не хуже других, — в голосе Рогана звучало безразличие. — Но в сущности это ничего не объясняет.

Хэнли все еще переваривал ситуацию: Роган старается быть любезным, он снизошел до объяснений…

— Благодарю, мистер Роган, — сказал он после паузы, — я ценю ваше внимание. Но все же скажите, что так заинтересовало вас в этой осыпи?

— Жизнь. Жизнь в такой примитивной форме, что обычно ее и не рассматривают в таком качестве. Видите ли, мистер Хэнли, на каждой планете биогенез — процесс перехода неживой материи в живую — происходит по-своему. Но всегда есть такая фаза, когда органика практически неотличима от неорганики. Нет способов продемонстрировать эту фазу. Единственный прибор, ее улавливающий — это человеческий мозг. Вы не поверите, до какой степени поиск этой переходной фазы доминирует в моих действиях. Может быть, я объясняю слишком сложно; допускаю, что вам слова мои кажутся непонятными, но они непонятны не большей степени, чем та неприязнь, которую вы испытываете ко мне. Надеюсь, со временем вы о ней пожалеете.

Роган явно говорил искренне. Хэнли ощутил некоторую неловкость и решил впредь относиться к эксперту доброжелательнее. Тем временем тот вновь погрузился в созерцание песка. Хэнли вернулся к приборам. «В конце концов, — размышлял он, — здесь могут оказаться и более высокоорганизованные формы жизни. Так неужели я не сумею обнаружить их с помощью техники?»

Он наладил сканер и стал водить лучом, нащупав в результате небольшую каверну, этакий крошечный карман, существование которого ни о чем не говорило. Хэнли выключил сканер и принялся налаживать вибратор, когда внезапно услышал крик Рогана:

— Прыгайте, Хэнли! Сюда!

Одновременно Хэнли услышал наверху, прямо над собой, грохот обвала и инстинктивно задрал голову. Катившийся вниз по откосу обломок скалы был уже в считанных метрах от него. Удар — оглушенный Хэнли с криком упал. Сперва пришла боль, а за нею — ночь.

Боль… Она взрывала и раскалывала голову. Хэнли со стоном открыл глаза. Он лежал на берегу, под откосом, в нескольких метрах от того места, где стоял, когда катившаяся сверху глыба ударила и отшвырнула его. Он отчетливо слышал рокот недалекого водопада. Хэнли попытался было отыскать его глазами, но вовремя спохватился, что водопад не может быть в поле зрения; он смог разглядеть лишь тот участок берегового карниза, где в последний раз видел Рогана. Самого эксперта нигде не было.

Хэнли поднялся на ноги. Рядом валялись приборы; сканер был раздавлен, обломки не стоили даже того, чтобы нагнуться за ними. Пошатываясь и морщась от боли, Хэнли вернулся назад — до того места, где берег круто поворачивал. Отсюда русло реки было видно километра на полтора. И на всем этом пространстве — никакого движения.

Где же Роган? Чувствуя, что в нем закипает гнев, Хэнли повернулся и прошел метров двести вниз по течению, до следующего поворота. Впереди он увидел водопад; поток рушился с высоты добрых тридцати метров. Там, внизу, простиралась лесистая долина. По левому берегу реки тянулся песчаный пляж — желто-бурая полоска, отделявшая зеленое от серебристо-голубого. И нигде ни следа Рогана.

Хэнли вернулся к своим разбросанным приборам, не зная, что же теперь делать. Он посмотрел на обломок скалы, чуть было не убившей его — каких-нибудь несколько миллиметров… На виске Хэнли запеклась кровь, вся щека превратилась в сплошную ссадину.

На мгновение он испытал облегчение, когда обнаружил записку, прижатую ручкой счетчика Гейгера. «И все-таки в этом типе есть что-то человеческое», — подумал Хэнли. Он прочел записку: «Возвращайтесь к шлюпке. Меня не будет день или два».

Хэнли сжал губы. Кровь прилила к лицу, и это было не только следствием контузии. Но и на этот раз он сумел подавить гнев. В конце концов, Роган ему не сторож. И вряд ли в круг обязанностей эксперта Космического Патруля входит уход за ранеными. В одном Роган был безусловно прав: Хэнли не оставалось ничего другого, кроме как вернуться к месту посадки. Он добрался до шлюпки перед самым наступлением ночи и сразу же был доставлен на корабль. Оба врача настояли, чтобы он переночевал в госпитальном отсеке, уверяя, что к утру он полностью придет в форму. Хэнли пришлось подчиниться.

Спал он отвратительно. И в одно из пробуждений в голову ему пришла мысль о том, что в храбрости Рогану отказать все-таки нельзя. Ведь сейчас он там один в ночи.

Именно эта мысль послужила оправданием лжи, когда утром Хэнли объяснил колонистам, что Роган ушел, удостоверившись, что он, Хэнли, не ранен серьезно. В конце концов, пусть Роган и не сделал ничего подобного, доверие людей к эксперту нужно было сохранить…

И еще одна мысль посетила его ночью. Тогда она просто мелькнула в сознании, но утром, вспомнив, Хэнли почувствовал страшное возбуждение. «Скала! Она не могла рухнуть случайно. Некая сила обрушила ее на голову Хэнли. Кто-то? Или что-то? Надо вернуться на это место и посмотреть», — решил он.

Около девяти утра, когда он уже одевался, пришла жена и буквально упала на стул. Вокруг ее прекрасных серых глаз темнели круги, лицо осунулось, длинные светлые волосы были в беспорядке.

— Я так беспокоюсь, — взволнованно произнесла она.

— Я уже в порядке, — успокоил ее Хэнли. — Ушиб и ссадина — пустяки.

Но она, казалось, не слышала.

— Господи, он ведь там совсем один, и судьба всей колонии зависит от того, не случится ли с ним что-нибудь…

Хэнли нахмурился. Выходит, Элинор беспокоилась не за него, а за Рогана!

— Как по твоему, Лен, — лицо у жены было несчастным, — это правильно, что ты отпустил его одного?

Хэнли озадаченно посмотрел на Элинор и промолчал. Да и что можно было сказать? Но за завтраком он твердо решил разобраться в ситуации раньше Рогана.

Несколько минут спустя управляемая Фрэнком Стреттоном шлюпка отошла от «Колониста-12». Сложившийся у Хэнли план был прост: если на планете есть жизнь, она должна так или иначе проявлять себя. И наблюдательный человек способен обнаружить ее, даже не обладая каким-то особым мозгом.


Они сели посреди луга чуть больше, чем в полукилометре от берега и в полутора километрах от водопада. Отсюда было одинаково удобно и добираться до места, где на Хэнли обрушилась скала, и продолжать начатое вчера исследование.

Юный Стреттон, во время полета хранивший молчание, неожиданно сказал:

— Красивое было бы место, если бы не камни…

Хэнли рассеянно кивнул. Он спустился на землю и осмотрелся по сторонам. Редкие деревья, ярко-зеленая трава, среди которой пестрели цветы, радуга над водопадом, а дальше — вниз по течению — обширная лесистая долина. Камней вокруг действительно было много, но Хэнли подумал, что их можно будет убрать.

Подойдя к одному из них, Хэнли наклонился и взял камень в руки. Размерами он напоминал крупную дыню, но оказался неожиданно легким. С минуту Хэнли постоял, глядя, как играют солнечные блики на поверхности камня. По внешнему виду он больше всего напоминал гранит. Но только на первый взгляд. А когда Хэнли взглянул на свои руки, то заметил, что пальцы пожелтели. «Сера, — решил он, — и почти чистая сера.»

— …в конце концов, что он из себя представляет, этот Роган, — продолжал тем временем Стреттон. — Я хочу сказать, что в нем такого особенного, мистер Хэнли, что все наши женщины из-за него с ума посходили? Дороти мне всю ночь спать не давала — мол, как он здесь, совсем один, ночью…

Слушавший вполуха Хэнли оторвался от созерцания камня, вспомнив, что Элинор вела себя точно так же.

— Он уникум, — сказал Хэнли, повернувшись к Стреттону. — Правда… — он замялся, поскольку все остальное было лишь слухами, но все же продолжил: — Говорят, его родители совершили вынужденную посадку на необитаемую планету, и Роган там и родился, пока они возились с ремонтом корабля. Когда они улетали, он был еще совсем ребенком. А когда они стали подозревать, что он отличается от других людей, было уже поздно…

— Что значит поздно?

— Из-за неисправности навигационной системы они не могли сказать, где находится та планета, где они потерпели крушение.

— Вот оно что…

— А что это за болтовня, — после паузы продолжал Стреттон, — будто у него дети по всей Галактике?

— Опять-таки слухи, — резко ответил Хэнли. Ему не доставляло ни малейшего удовольствия выступать в роли адвоката Рогана, поскольку его самого мучили те же подозрения, что и Стреттона.

— Он что, хочет наплодить по всей Вселенной таких же уродов?

Именно такие слухи и доходили до Хэнли. Поэтому в его голосе помимо воли прозвучали саркастические интонации:

— Может, его миссия в том и заключается, чтобы распространить талант общения с негуманоидами. Он точно знает, что в тех колониях, где нуждаются в его услугах, каждая женщина захочет родить ребенка, обладающего такими же способностями, — у них будет больше шансов выжить… А значит, и обеспечить будущее человеческой расы на этой планете. Это… — Хэнли оборвал себя; он собирался лишь поиронизировать, но гипотеза оказалась логичной и непротиворечивой — именно так могла выглядеть целесообразная стратегия. Больше того, это было необходимо… «Господи, — подумал Хэнли, — если он только попробует приблизиться к Элинор, я…»

Чтобы дать выход бушевавшим в нем чувствам, Хэнли поднял над головой камень, который все еще держал в руках, и запустил им в ближний валун. С резким треском оба камня разлетелись на куски, и внезапный порыв ветра бросил в лицо Хэнли облако желтой пыли. Хэнли закашлялся и отступил в сторону, чтобы глотнуть чистого воздуха. Отдышавшись, он собрался подойти поближе и посмотреть на осколки камней, когда услышал дикий крик Стреттона:

— Мистер Хэнли! Скалы! Они шевелятся!

Хэнли показалось, что он сходит с ума. Все разбросанные по лугу камни покатились к ним — медленно, неуверенно, он они катились. Ветер, до сих пор задувавший редкими порывами, мгновенно обрел ураганную силу. Воздух наполнился сухими листьями и мириадами песчинок, больно царапавших открытую кожу лица и рук. Почти ослепнув из-за слезящихся глаз, пригибаясь, чтобы одолеть силу ветра, Хэнли с трудом добрался до шлюпки и нащупал трап. Сверху донесся крик Стреттона:

— Сюда! Скорее!

Его руки подхватили Хэнли и помогли взобраться к люку, — через минуту он уже лежал, задыхаясь, на полу рядом со Стреттоном. Когда Хэнли протер глаза и снова обрел способность видеть, Стреттон уже сидел за пультом управления.

— Нам лучше убраться отсюда, мистер Хэнли, — сказал молодой колонист, — а то эти камни того и гляди повалят шлюпку.

Доносившийся снаружи рев ветра едва не заглушал его слова. Хэнли отрицательно покачал головой.

— Поймите, — прокричал он, — эти камни — здешняя форма жизни. Нужно остаться, чтобы понаблюдать за ними. Если мы сумеем собрать достаточно информации, мы обойдемся без Рогана!

Стреттон повернул к Хэнли искаженное ужасом лицо.

— Боже! Мы узнаем, но…

— Включите радио! — перебил Хэнли. — И посмотрим, что будет дальше.

Как ни настраивал Стреттон рацию, но из динамика раздавался лишь сплошной гул. Послушав его с минуту, Хэнли раздраженно отвернулся к иллюминатору и невольно вздрогнул.

Камни скапливались возле их маленького кораблика. Они громоздились друг на друга, и верх кучи поднялся уже почти на метро. И этот пологий конус медленно, но неуклонно рос, причем более мелкие камни взбирались на те, что покрупнее. Они продолжали стекаться сюда со всего луга; скорость средних по размеру, как прикинул Хэнли, достигала пяти километров в час; более массивные, свыше полуметра диаметром, двигались быстрее — километров по восемь.

Внутри у Хэнли все сжалось, но он продолжал смотреть, как растет каменная груда. Он надеялся, оставаясь на месте, понять, каким же образом противник атакует. Кто знает, может быть, до понимания оставался всего лишь шаг… Но в этот момент его размышления были прерваны воплем Стреттона:

— Мистер Хэнли! Смотрите!

Хэнли кинул взгляд туда, куда указывал Стреттон, и у него перехватило дыхание. Огромный валун поднялся метров на тридцать над землей; в поперечнике каменная глыба достигала трех метров и медленно поворачивалась в воздухе, словно прицеливаясь перед тем, как нанести удар. Мгновение — и она ударит.

— Ну, взлетаем! — приказал Хэнли, стараясь, чтобы голос прозвучал достаточно громко, но спокойно.

Стреттон колдовал над пультом, все усиливая тягу двигателей; корпус шлюпки мелко вибрировал, и Хэнли чуть ли не физически ощущал ту мощь, которая тщетно оторвать их суденышко от земли.

— Мистер Хэнли, нас что-то держит!

«Выскочить наружу и бежать? — растерянно подумал Хэнли. — Но куда?» Он уже готов был отдать приказ: «Попытайтесь снова», — когда увидел, что вращающийся в воздухе валун, с каждым мгновением набирая скорость, рванулся к шлюпке.

— Фрэнк! — заорал Хэнли. — Глыба! Бежим! — И не оборачиваясь, прыгнул в люк, оттолкнулся ногой от одного из камней и снова прыгнул. Позади раздался скрежет сокрушаемого металла и жуткий человеческий вопль — Фрэнк не успел. Затем наступила тишина.


Подгоняемый ветром Хэнли сломя голову несся добрых четверть километра, только тогда он смог заставить себя сбавить шаг и оглянуться. Хотя между ним и шлюпкой оказалось несколько деревьев и кустарниковые заросли, он увидел, что валун лежит на буквально расплющенной шлюпке, но — лежит без движения. И все другие камни также остановились.

Ветер вновь стих, налетая лишь порывами. Все случившееся казалось ночным кошмаром. Невозможно было поверить, что там позади, остался Фрэнк Стреттон, убитый… А может быть, раненый? «Надо вернуться», — решил Хэнли.

Метрах в тридцати от него зашевелился маленький камешек, выкатился их своей лунки и медленно двинулся по направлению к Хэнли. Хэнли оглянулся — с разных сторон к нему медленно подбирался еще с десяток камней, словно отгоняя от искореженных останков шлюпки. Хэнли отступил. У него буквально разрывалось сердце при мысли о Стреттоне, но он понимал, что открытие этой враждебной человеку формы жизни слишком важно, и он обязан вернуться с этой информацией на борт корабля.

Дойдя до берега, он направился вверх по течению — к поселку. Камни отстали. Очевидно, они обладали замедленной реакцией, требовавшей ощутимого времени, чтобы удостовериться в присутствии поблизости человека.

Для того, чтобы человеческие поселения смогли закрепиться на Ариэле, надо будет полностью очистить землю от этих камней. Атомное оружие с зарядом в тысячу единиц станет неразлучным спутником и мужчин, и женщин. В воображении Хэнли рисовалось уже даже то время, когда эта каменная жизнь станет лишь музейным экспонатом. Можно, правда, представить себе и заповедники — ведь растет она, должно быть, медленно, и потому на ограниченной территории ее можно будет контролировать. Но тут же все эти радужные мечты рассеялись: Хэнли вновь увидел перед собой камни. Их было довольно много, и они медленно передвигались, поблескивая на солнце.

Помертвев, Хэнли оглянулся — камни были и сзади. Оставалась одна дорога — вверх по береговому откосу. Хэнли стал взбираться. На краю откоса рос кустарник — пожалуй достаточно густой, чтобы затруднить продвижение камней. Хэнли тут же ухватился за соломинку этой неверной надежды. Он двинулся вперед, стараясь не слишком удаляться от берега и высматривая в траве медленно перекатывавшиеся камни, которые старался обходить на возможно большем расстоянии. Обращал он внимание и на деревья, прикидывая на глаз толщину стволов. Самое мощное росло метрах в пятидесяти от обрыва; поначалу его гигантский ствол рос наклонно, так что при некоторой ловкости взобраться по нему и достичь первых ветвей можно было без особого труда. Его вершина, заметно возвышавшаяся надо всеми остальными деревьями, могла дать более или менее надежное убежище.


  • Страницы:
    1, 2